К вегетативным проявлениям эмоций относят: Вегетативные проявления эмоционального состояния

Содержание

Вегетативные проявления эмоционального состояния

Вегетативные реакции являются важными компонентами целостных актов, имеющих приспособительный характер, поэтому они традиционно исследуются физиологами и психологами.

Большинство физиологических изменений при эмоциях относятся к активации симпатической вегетативной нервной системы.

  1. Повышение артериального давления и учащение пульса

  2. Учащение дыхания.

  3. Расширение зрачков.

  4. Повышение потливости при снижение секреции слюны и слизи.

  5. Повышение уровня глюкозы в крови.

  6. Ускорение свертываемости крови.

  7. Перераспределение крови из живота и кишечника в мозг.

  8. Элевация волос кожи — «Гусиная кожа».

  9. Кожно—гальваническая реакция (феномен Тарханова) — зависит от состояния потовых желез, проявляется в снижении электрического сопротивления между двумя участками поверхности кожи.

Показателем эмоционального напряжения является тремор мышц. На фоне аффекта резко меняются различные характеристики ЭЭГ. Хотя по ЭЭГ трудно дифференцировать знак эмоции, установлено, что отрицательные эмоциональные возбуждения характеризуются длительным последействием и могут суммироваться; положительные — кратковременным последействием, но устраняющим картину суммарной электрической активности, присущей отрицательным эмоциональным состояниям. Тесно связан с эмоциональным состоянием, преимущественно с отрицательным, гиппокампальный Θ—ритм (дельта-ритм), однако его изменения сочетаны не только с аффективной сферой, но и с другими сторонами деятельности мозга. Попытки связать определенную эмоцию с возбуждением одного из отделов автономной нервной системы не увенчались успехом. Некоторые исследователи привели доказательства связи эмоций умеренной интенсивности, если они приятны, с парасимпатическим отделом автономной нервной системы, если неприятны — с симпатическим.

По тому влиянию, которое оказывают эмоции на жизненные процессы в организме и на деятельность человека, различают активные, или стенические, и пассивные, или астенические эмоции. Стенические эмоции позышают жизнедеятельность организма; 

астенические эмоции, наоборот, угнетают и подавляют все жизненные процессы в организме.

Примером стенических эмоций может быть чувство радости. У человека, испытывающего радость, происходит значительное расширение мелких кровеносных сосудов, в связи с чем улучшается и усиливается питание всех жизненно важных органов, особенно мозга. Усиливается приток крови и к периферическим органам — кожа краснеет, становится гладкой и блестящей, повышается температура тела, глаза блестят, лицо становится оживленным, сияющим: одновременно повышается деятельность органов внешней секреции — на глазах появляются слезы, во рту увеличивается выделение слюны. Значительно улучшается деятельность органов питания: систематически испытывающий чувство радости человек полнеет, становится упитанным, приобретает энергичный, юный, цветущий вид.

Примером астенической эмоции может быть противоположное радости чувство печали. В состоянии печали, благодаря деятельности вазомоторного аппарата, кровеносные сосуды сокращаются и возникает известная анемия кожи, внутренних органов и, главное, мозга. В связи с замедлением кровообращения возникает затрудненное дыхание, одышка. Пониженное питание мозга вызывает снижение деятельности произвольного двигательного аппарата: движения становятся медленными, вялыми, совершаются с трудом и неохотно, вследствие чего уменьшается продуктивность работы; походка становится медленной, человек не идет, а как бы «плетется». Резко снижается мышечный тонус: человек чувствует себя вялым, расслабленным, спина у него согнута, голова и руки опущены, нижняя челюсть иногда отвисает; голос становится слабым, беззвучным; появляется чувство сильной усталости, невозможности удержаться на ногах, стремление обо что-нибудь опереться. Анемия мозга приводит к снижению умственной работоспособности, мышление становится вялым, заторможенным («неподвижным»), человек испытывает сильное нерасположение к умственной деятельности. Длительное, систематическое чувство печали приводит к снижению всех жизненных процессов в организме, к нарушению питания внутренних органов и кожи: человек худеет, кожа его сморщивается, волосы быстро седеют, он выглядит не по возрасту рано постаревшим.

Основными особенностями эмоций являются:

1. Высокая интенсивность.

2. Короткая продолжительность. Эмоция существует несколько секунд-минут, после чего может сменяться эмоциональным настроением (см. ниже).

3. Всегда можно установить причину появления эмоции – эмоциогенный фактор.

4. Эмоции имеют характерные мимические проявления (в отличие от настроений)

Настроение — самое длительное эмоциональное состояние, окрашивающее поведение человека. Настроение определяет общий тонус жизни человека. Настроение зависит от тех влияний, которые затрагивают личностные стороны субъекта, его основные ценности. Не всегда причина того или иного настроения осознается, но она всегда есть. Настроение, как и все другие эмоциональные состояния, может быть положительным и отрицательным, иметь определенную интенсивность, выраженность, напряженность, устойчивость. Наиболее высокий уровень психической активности называется воодушевлением, наиболее низкий — апатией. Незначительная дезорганизация психической деятельности, вызванная отрицательными воздействиями приводит к состоянию расстроенности.

Основными особенностями настроений являются:

1. 

Слабая интенсивность. Если человек испытывает настроение удовольствия, то оно никогда не доходит до сколько-нибудь сильного проявления; если это грустное настроение, то оно не ярко выражено и не имеет в своей основе интенсивных нервных возбуждений.

2. Значительная длительность. Настроения — всегда более или менее продолжительные состояния. Само их название указывает на то, что соответствующие эмоции медленно развиваются и переживаются в течение длительного периода. Кратковременные эмоциональные состояния никто не назовет настроениями.

3. Неясность, «безотчетность». Испытывая то или иное настроение, мы, как правило, слабо сознаем причины, его вызвавшие. Часто мы находимся в том или другом настроении, не отдавая себе отчета в источниках этого состояния, не связывая его с определенными объектами, явлениями или событиями. «Человек чувствует себя печальным, когда тело недомогает, хотя он еще совершенно не знает, отчего это происходит» (Р. Декарт). Наоборот, когда человеку разъясняют причину его настроения, это настроение нередко быстро у него проходит.

4. Своеобразный диффузный характер. Настроения накладывают свой отпечаток на все мысли, отношения, действия человека в данный момент. При одном настроении выполняемая работа кажется легкой, приятной, человек добродушно реагирует на поступки окружающих лиц; при другом настроении та же самая работа становится тяжелой, неприятной и те же самые поступки других людей воспринимаются как грубые и несносные.

5. Для настроений не выявлено характерных мимических проявлений – человек может скрыть свое истинное настроение за «маской» (эмоция это непроизвольная реакция организма, ее скрыть нельзя!!!).

По своему характеру настроения, как и все эмоции, бывают стенические, возбуждающие энергию и повышающие жизнедеятельность организма, и астенические. Несмотря на свою слабую интенсивность, настроения играют огромную роль в жизни и деятельности людей. Человек всегда находится в том или другом настроении, и, конечно, для успешности его жизнедеятельности лучше, если это будет настроение бодрости, энергии, и, наоборот, хуже, когда это настроение вялости и упадка энергии.

Когда человек находится в астеническом настроении, любая его деятельность протекает неудачно. Если во время работы он испытывает эмоциональное состояние вялости, это настроение будет оказывать отрицательное влияние на продуктивность его труда.

1612728091-0a30a7783a7be2aec2f68b0436b9c3b2 (Савченков — Курс лекций по физиологии) — документ, страница 106

Эмоции — это объективный нервный феномен с ярко выраженным психическим, субъективно ощущаемым компонентом. В то же время  эмоциональные реакции содержат четкие объективные физиологические компоненты.

Обычно эмоцию определяют как особый вид психических процессов, которые выражают переживание человеком его отношения к окружающему миру и самому себе. Человек не  только  воспринимает окружающие его предметы и явления, не только воздействует на них. У него есть определенное отношение   к   ним.   Общение   с  другими  людьми,  природой, произведениями искусства,  общественная деятельность  —  все  это вызывает  в  человеке различные переживания.  Эти переживания и называют чувствами или эмоциями.  Они  играют  большую  роль  в жизни человека,  без них невозможна какая-либо целенаправленная деятельность.

В общем,  термин «эмоция »  понимают  или  очень широко — как внешнее выражение ощущений,  мотиваций,  побуждений,  или очень узко — как любое достаточно резко выраженное внешнее проявление отношения организма  к  среде.  Однако,  во  всех  определениях эмоций есть  слово  «переживание».  Оно означает,  что в основе эмоции лежит  субъективное  отношение  человека  к  конкретной ситуации или к степени реальности достижения поставленной цели.

Классификация эмоций. П.К. Анохин в 1964 г. в статье «Эмоция» (БСЭ, Т. 49, С. 31) писал, что «классификации, отражающей физиологическую сущность эмоций, до сих пор не создано». С того времени прошло почти 40 лет и однозначно можно отметить, что до сих пор исчерпывающей классификации эмоций не существует.

Учитывая прагматическую природу эмоциональных состояний, П.В. Симонов разделил действия на контактные и дистанционные, а последние на обладание, избегание и преодоление. Таким образом, по П.В. Симонову действие, потребность и прагматическая информация — это те координаты, в системе которых располагаются многообразные эмоции, характерные для человека.

Исходя из вышеуказанного постулата потребностям самосохранения будет соответствовать страх, а гнев возникает в сфере межвидового взаимодействия, вторично распространяется на неодушевленные предметы. Так, человек может прийти в ярость, пытаясь починить испорченный мотор автомобиля, хотя, конечно, злиться на машину весьма нелепо. Эмоции удовольствия или отвращения возникают при контактном взаимодействии в связи с удовлетворением любой потребности. Человек может наслаждаться вкусной пищей, созерцанием произведения искусства, хотя, это весьма разные типы наслаждения.

Многие физиологи и психологи делят эмоции на отрицательные, связанные с возникновением потребности, и положительные, сопровождающие ее удовлетворение. Следует отметить, что положительная эмоция не всегда соответствует позитивной для организма значимости стимула (например, при употреблении алкоголя или наркотика), а отрицательная — его негативной значимости, например, страх перед определенными ситуациями или объектами окружающей среды.

Положительные характеризуют благоприятное   состояние   организма,   их  можно рассматривать как результат  удовлетворения  биологических  или социальных потребностей.     Они    сопровождаются    повышенной творческой работоспособностью, высокой производительностью труда, малой утомляемостью,   повышением   устойчивости   организма  к вредоносным факторам.

К отрицательным эмоциям относят страх, ужас, гнев, ярость, неудовольствие, отвращение, горе, грусть, тоску. К положительным — удовольствие, наслаждение, радость. Учитывая характер поведения организма при эмоциональных состояниях, их можно подразделить на стенические, вызывающие активную деятельность, и астенические — угнетающие активные формы поведения.

Проявления эмоций. Известно, что  эмоции  несут  яркую  психологическую субъективную окраску.  В то же время  эмоциональные реакции содержат четкие объективные физиологические компоненты.

К соматическим проявлениям эмоций относятся сокращения мимической мускулатуры, изменения голоса и речи, мигательные движения, общее двигательное беспокойство, причем первые и вторые очень характерны для каждой эмоции (мимика горя и радости).

К вегетативным проявлениям эмоций относятся изменения функций сердечно-сосудистой системы (ритма сердца, артериального давления), изменения дыхания, функций ЖКТ. Вегетативные сдвиги часто объективнее  отражают  состояние человека  по сравнению с реакциями скелетных мышц.  Всем знакомы такие проявления эмоций,  как изменение цвета  лица,  ускорение сердечного ритма, холодный пот, сухость во рту.

Наблюдаются также значительные изменения в эндокринной системе и в уровне обмена веществ. Гормональный   компонент продолжается и после  прекращения эмоции,  проявляется в течение 12-24 часов, особенно — кортикостероиды.

Отрицательные эмоции (тоска,  неудовлетворенность, страх, гнев,   обида,    печаль)    —    характеризуются    длительным последействием.   Они  вовлекают  вегетативную  сферу,  вызывая подчас отрицательные последствия.

 Кроме того,  каждая  эмоция  внешне  проявляется определенным рисунком поведения и специфической мимикой,  позой и т.п. — всем тем, что  сразу  позволяет  окружающим  понять,  какую   эмоцию испытывает человек  или  животное.  У  человека к этим реакциям присоединяются субъективные  переживания,   которые,   в   свою очередь, отражают   деятельность определенных систем мозга.

Значение эмоций. Эмоциональное состояние играет огромную роль в жизни человека.

1.  Они создают оптимальные условия для выполнения различных потребностей, которые на фоне эмоций выполняются более легко. Установлена даже прямая зависимость между степенью эмоционального напряжения и степенью выполняемой потребности. Эмоции позволяют не просто способствовать выполнению потребностей, а оценивать ее мозгом в перспективе (человек покупает машину не для того, чтобы она стояла в гараже, а чтобы использовать ее для своих нужд). Другими словами, эмоция — это средство оценки биологических и социальных потребностей, побуждающей в последующем человека к целенаправленной деятельности.

2. Эмоции играют большую роль в умственной деятельности человека. Они обуславливают ее творческий и поисковый характер. Это фактически фермент, без которого нет творчества. Это одно из важнейших средств прогнозировать события. Эмоции дают возможность извлечь больше информации из событий, которые в обычных условиях являются малозначительными. Однако следует помнить, что есть немало ученых, которые продуктивно работают без значительных эмоциональных напряжений, а в некоторых случаях они даже создают определенные трудности в умственной деятельности, что зависит, наверное, от индивидуальных свойств НС человека.

 3. Эмоции играют большую роль в процессе усвоения информации (запоминания). В ЦНС есть эмоциональная система памяти. На фоне эмоционального состояния информация фиксируется быстрее и надолго. Эмоционально окрашенное событие запоминается человеком на всю жизнь (удачно поставленный спектакль с участием выдающихся артистов, содержательная и удачно поставленная кинолента, художественно и жизненно написанный роман, трагические и счастливые жизненные ситуации и др.).

4. Большое значение имеют эмоции в формировании волевых реакций организма (рефлекс «свободы» по И.П. Павлову). С одной стороны, эмоции способствуют воспитанию волевых качеств человека, с другой стороны — препятствуют чрезмерной генерализации эмоционального возбуждения и тем самым способствуют удержанию их на определенном уровне.

5. Эмоции рассматриваются многими учеными как надежное средство общения между людьми. Эмоционально окрашенная беседа или прочитанная лекция всегда с большей теплотой и благодарностью оценивается людьми.

6. Эмоция является средством быстрой оценки повреждающих организм факторов и тем самым рассматривается как защитное явление — например, боль позволяет больному найти наиболее безболезненное положение и тем самым обеспечивает лучшую выживаемость организма.

7. Эмоции придают жизненный тонус человеку, благодаря чему улучшается настроение, увеличивается работоспособность, появляется интерес к жизни и др.

8. Огромное значение имеют эмоции и в поведенческой деятельности организма и приспособлении его к меняющимся условиям окружающей среды. При этом имеют значение как положительные, так и отрицательные эмоции. Одними положительными эмоциональными состояниями не сохранишь организм в постоянно меняющихся условиях окружающей среды. Так, отрицательные эмоции имеют определенное защитное значение, они позволяют человеку избавиться от не желаемого конфликта, уберечь себя от стрессовых ситуаций. Самое главное, чтобы, отрицательные эмоции не переходили в устойчивую форму и не приводили к эмоциональным стрессам. При определенных ситуациях отрицательные эмоции могут переходить в положительные, в частности, если риск оправдывает себя.

Методы изучения эмоций. Экспериментальному изучению  эмоций  и  мотиваций  помогают опыты с   раздражением эмоциогенных структур с использованием методики Скинера (нажатие на педаль при подаче пищи). Уолт и Милнер разработали методику самораздражения.  Они заметили,  что в ряде случаев, когда в одном углу клетки раздражали  определенные структуры мозга,  крысы стремились всегда в этот угол. Затем они соединили это с методикой Скинера, и предоставили крысе возможность,   самостоятельно нажимая на педаль, включать эффект раздражения  той или иной зоны мозга через вживленные туда электроды.

Оказалось, что существуют области мозга, раздражение которых вызывает   положительные   эмоции   (зоны   награды,  или  зоны приближения).    Это    области     перегородки,    латерального гипоталамуса,  медиального  передне-мозгового  пучка.  К  системе структур   отрицательного   подкрепления    (зона    наказания, избегания)      относятся     центральное     серое    вещество, вентро-медиальный  гипоталамус,   миндалины.  Оказалось,  что  с системой положительного подкрепления связаны  структуры, имеющие отношение к  половым  и  пищевым  рефлексам.  Возбуждение  этих  структур приводит к изменению как в вегетативной сфере, так и в поведении (опыты Дельгадо).  Реакции приближения  и  избегания по  отношению  к  таким раздражениям получены на всех животных.

Существует мнение,  что те зоны,  при раздражении  которых  животное    предпочитает  раздражение  всем  другим  мотивациям, являются неспецифическими механизмами награды.  Эмоции  отражают  активность  неспецифических  зон  награды или наказания.  Они нужны для того,  чтобы наградить трудные  этапы поведения  на  пути  к цели,  которые сопровождаются нарушением гомеостаза.   Награждаются   стратегически    выгодные    этапы поведения.    Эффект   приятного   —   экстраполяция   будущего положительного результата.  Эмоции  —  это  аппарат  интеграции «хорошо — плохо».

Теории эмоций.   Сформированный закрепленный навык,  как правило,   реализуется почти без участия эмоций. Более того, возникновение эмоций способно  только нарушить действие и затруднить достижение цели.   Динамический  стереотип  — это устойчивая  система ответных  реакций  животного   и   человека,   соответствующая определенной комбинации внешних и  внутренних сигналов. Животные с выработанным динамическим стереотипом   представляют  систему, располагающую  полной  информацией  о  том,  когда,  что  и  как следует  делать.  Нарушение   стереотипа   означает   появление дефицита  информации,  необходимость поиска сведений — вот тогда и возникают эмоции.

С самого начала истории органического мира живое существует в  условиях   дефицита   информации   о   возможных   изменениях окружающей  среды.  Отсюда   возникает необходимость внутренних резервов,  которые  позволяют  компенсировать    неблагоприятное стечение обстоятельств.  Одним  из механизмов такой компенсации   является принцип гиперкомпенсации.

Уровни проявления эмоций: Psychology OnLine.Net

Введение

Эмоции (от французского слова emotion — волнение, происходит от латинского emoveo — потрясаю, волную) — это реакции человека и животных на воздействие внешних и внутренних раздражителей, имеющие ярко выраженную субъективную окраску и охватывающие все виды чувствительности и переживаний. Связаны с удовлетворением (положительные эмоции) или неудовлетворением (отрицательные эмоции) различных потребностей организма. Дифференцированные и устойчивые эмоции, возникающие на основе высших социальных потребностей человека, обычно называют чувствами (интеллектуальными, эстетическими, нравственными).

По другому можно сказать, что эмоции — особый класс субъективных психологических состояний, отражающих в форме непосредственных переживаний, ощущений приятного или неприятного, отношения человека к миру и людям, процесс и результаты его практической деятельности. К классу эмоций относятся настроения, чувства, аффекты, страсти, стрессы. Это так называемые «чистые» эмоции. Они включены во все психические процессы и состояния человека. Любые проявления его активности сопровождаются эмоциональными переживаниями.

Благодаря эмоциям мы лучше понимаем друг друга, можем судить о состояниях друг друга и лучше преднастраиваться на совместную деятельность и общение. Замечательным, например, является тот факт, что люди, принадлежащие к разным культурам, способны безошибочно воспринимать и оценивать друг у друга такие эмоциональные состояния, как радость, гнев, печаль, страх, отвращение, удивление. Это, в частности, относится и к тем народам, которые вообще никогда не находились в контактах друг с другом.

По каким признакам можно определить, что человек переживает некоторую эмоцию? Выделяют пять уровней проявления эмоций.

  1. Субъективный план проявления эмоций.
  2. Проявление эмоций в поведении.
  3. Проявление эмоций в речи.
  4. Вегетативный уровень проявления эмоций.
  5. Проявление эмоций на биохимическом уровне.

Рассмотрим, насколько объективно можно судить том, что человек испытывает определенные эмоции, основываясь на их проявлении на каждом из указанных уровней.

1. Субъективный план проявления эмоций

Здесь отражение эмоций происходит во внутренних переживаниях, тесно связанных с личным опытом индивида и основанных на нем. Стороннее определение эмоций в этом плане не очень надежно, так как, не учитывая внешних проявлений эмоций, исследователь основывает свои заключения на результатах, полученных при использовании испытуемым метода интроспекции.

Результаты исследования могут быть недостоверны, поскольку испытуемый может не иметь желания раскрывать свои подлинные ощущения экспериментатору. С другой стороны негативную роль может сыграть искреннее желание испытуемого помочь исследователю, в результате которого тестируемый пытается предоставить именно ту информацию, которая, по его мнению, интересует исследователя. В итоге мы получаем описание некоторых фантазий испытуемого вместо истинных ощущений переживаемых эмоций.

Свою роль в некоторой необъективности выводов также играет и то, что на выходе внутреннего, богатого по оттенкам, переживания эмоций исследователь учитывает только слова, а слова слишком бедны, чтобы выразить то, что реально испытывает субъект. Разве можно утверждать, что человек, говорящий «я люблю яблоки», «я люблю маму», «я люблю этого человека» или «я люблю этот город» выражает одинаковые чувства.

Таким образом, мы видим, что психолог, изучающий проявления эмоций в субъективном плане, может столкнуться с большими, а в некоторых случаях, с непреодолимыми трудностями, например, при работе с детьми.

2. Проявление эмоций в поведении.

В.К. Вилюнас отмечает, что эмоции являются событием не только психологическим, и их функциональное назначение не исчерпывается разносторонними влияниями на уровне субъективного отражения. Как утверждал Р. Декарт, «главное действие всех людских страстей заключается в том, что они побуждают и настраивают душу человека желать того, к чему эти страсти подготовляют его тело». Таким образом, как справедливо замечает Вилюнас, поскольку эмоции сигнализируют о значимости происходящего, подготовка в эмоциональном состоянии тела к лучшему восприятию и возможным действиям настолько целесообразна, что было бы удивительно, если бы она не закрепилась в эволюции и не стала одной из характерных особенностей эмоциональных процессов.

Ч. Дарвин замечает, что свободное выражение эмоций посредством внешних знаков делает более интенсивными эти эмоции. С другой стороны подавление внешнего проявления наших эмоций, насколько это оказывается возможным, приводит к их смягчению. Тот, кто дает волю бурным телодвижениям, усиливает свою ярость. Тот, кто не сдерживает проявления страха, будет испытывать его в усиленной степени. Тот, кто, будучи подавлен горем, остается пассивным, упускает лучший способ восстановить душевное равновесие. Дарвин подчеркивает, что все эти выводы вытекают, с одной стороны, из факта существования тесной связи между всеми эмоциями и их внешними проявлениями, с другой стороны, из факта непосредственного влияния наших усилий на сердце, а, следовательно, и на мозг.

Проявление эмоций, безусловно, можно наблюдать в мимике, жестах, движениях людей, но исследование коррелятов конкретных эмоций и в поведенческом плане сталкивается со значительными трудностями. «Действительно, как получить достаточно большое число различных фотографий подлинных эмоциональных реакций? Как вызвать у человека реальное переживание эмоций, не вторгаясь в его жизнь? Стремясь преодолеть подобные затруднения, некоторые психологи прибегали к весьма драматическим методам».

Я. Рейковский, как пример таких исследований, приводит эксперименты Лэндиса, результаты которых были опубликованы в 1924г. Это были, несомненно, очень жестокие эксперименты. Так, чтобы вызвать сильные отрицательные эмоции, за спиной испытуемого неожиданно раздавался выстрел или, в другом опыте, испытуемому приказывали отрезать большим ножом голову живой белой крысе, а в случае отказа экспериментатор сам у того на глазах совершал эту операцию. В других случаях испытуемый, опуская руку в ведро, неожиданно находил там трех живых лягушек и, одновременно, подвергался удару электрического тока. Именно благодаря такой жестокости в эксперименте Лэндиса удавалось вызывать подлинные эмоции.

На протяжении всего эксперимента испытуемых фотографировали. Чтобы облегчить объективное измерение мимических реакций, основные группы мышц лица обводились углем. Это позволяло впоследствии — на фотографиях — измерять смещения, которые происходили при различных эмоциональных состояниях в результате сокращения мышц.

Однако попытки установить, какие группы мышц участвуют в выражении отдельных эмоциональных состояний, дали отрицательные результаты. Вопреки ожиданиям оказалось невозможным найти мимику, типичную для страха, смущения или других эмоций (если считать типичной мимику, характерную для большинства людей).

Следует подчеркнуть, что типичные мимические корреляты эмоций не были найдены не только для ситуаций, которые классифицировались как вызывающие страх, смущение и т.д., но и для тех эмоциональных состояний, которые определялись так самими испытуемыми, то есть для тех случаев, когда они утверждали, что испытывали страх, отвращение и т.п.

Вместе с тем было установлено, что у каждого испытуемого есть некоторый характерный для него набор мимических реакций, повторяющихся в различных ситуациях: закрывать или широко раскрывать глаза, морщить лоб, открывать рот и т.д.

Такие результаты противоречили результатам других исследований (аналогичных по цели, но не по методу работы), а также житейскому повседневному опыту.

В некоторой степени причину такого несоответствия другим исследованиям объясняют данные дополнительных опытов, проведенных Лэндисом с тремя из его испытуемых. Он просил их попытаться изобразить некоторые эмоции, испытанные ими в эксперименте (религиозные чувства, отвращение, страх и т.д.). Оказалось, что мимическая имитация эмоций соответствовала общепринятым формам их внешнего отражения, но совершенно не совпадала с выражением лиц тех же самых испытуемых, когда они переживали подлинные эмоции.

Таким образом, как подчеркивает Рейковский, следует различать общепринятую, конвенциональную, мимику как признанный способ выражения эмоций и спонтанное проявление эмоций. Представление о том, что по выражению лица можно судить об испытываемых человеком эмоциях, верно, если оно относится к конвенциональным мимическим реакциям, к тому своеобразному языку мимики, которым пользуются люди для преднамеренного сообщения о своих установках, замыслах, чувствах. Возможно, что это представление верно и в отношении спонтанной мимики, но при условии, что имеются в виду хорошо знакомые люди. Когда нам приходится долго общаться с человеком, мы узнаем, что такое-то выражение лица означает у него раздражение, тогда как другое восторг Помимо общего языка эмоций, необходимо знать еще язык индивидуальный, то есть язык мимики конкретного человека, но обычно мы постигаем язык эмоций только близких нам людей.

Такая индивидуальная специфика может быть как более, так и менее выраженной. Так, например, в группе из 12 испытуемых Колмен выделил только двух, у которых мимика была выразительной и обнаруживалась устойчивая связь между эмоциями и их выражением. Что касается движений всего тела — пантомимики, то здесь удалось выявить одну отчетливую комплексную реакцию, возникающую в ответ на сильный внезапный раздражитель (прежде всего звуковой) — это так называемая реакция вздрагивания (startle pattern).

С.Л. Рубинштейн, давая определение аффекту, как одному из видов эмоций, прямо говорит о его выраженности в поведении. «Аффект — это стремительно и бурно протекающий, эмоциональный процесс взрывного характера, который может дать неподчиненную сознательному волевому контролю разрядку в действии. Именно аффекты по преимуществу связаны с шоками — потрясениями, выражающимися в дезорганизации деятельности». Автор подчеркивает, что такое «сильное душевное волнение» сказывается не только на элементарной моторике, но и активно влияет на собственно действия. Аффективное состояние выражается в заторможенности сознательной деятельности. Такая заторможенность проявляется не только в действиях, но и не в меньшей степени в речи человека. Рассмотрим это явление в следующей главе.

3. Проявление эмоций в речи.

А.Н. Леонтьев замечает, что одна из особенностей аффектов состоит в том, что они возникают в ответ на уже фактически наступившую ситуацию и в связи с этим происходит образование специфического опыта — аффективных следов. Смысл их заключается в том, что человек, мысленно возвращаясь к событию, вызвавшему состояние аффекта, переживает аналогичные эмоции.

Такие аффективные следы («аффективные комплексы») «обнаруживают тенденцию навязчивости и тенденцию к торможению». Действие этих противоположных тенденций четко обнаруживается в ассоциативном эксперименте. Метод ассоциативного эксперимента используется в разработанном К.Г. Юнгом способе диагностики прошедшего состояния аффекта. Психологи школы Юнга установили, что аффект, прежде всего, нарушает нормальное течение ассоциаций, и при сильном аффекте ассоциации обычно резко задерживаются.

Это явление использовалось для выявления причастности подозреваемого к преступлению. Преступление всегда связано с сильным аффектом, который у лиц, совершивших его (особенно впервые), принимает очень острый характер. Как справедливо отмечает А.Р. Лурия, «трудно предположить, чтоб от этого аффекта преступления в психике совершившего его человека не осталось никаких следов. Наоборот, многое убеждает нас в том, что психические следы после каждого преступления остаются в весьма заметной форме».

Задачи экспериментальной диагностики причастности к преступлению сводятся к тому, чтобы суметь вызвать искомые аффективные следы и, с другой стороны, суметь их объективно проследить и зафиксировать. Обе эти задачи и осуществлялись в методе ассоциативного эксперимента. Этот метод состоит в том, что испытуемому предъявляется какое-нибудь слово, на которое он должен ответить первым словом, пришедшим ему в голову. В обычных случаях испытуемый легко отвечает своим словом на предъявленное ему. Это ответное слово всегда оказывается соответствующим особым ассоциативным законам и обычно не является случайно подобранным.

Дело резко меняется, когда испытуемому предъявляется слово, возбуждающее у него то или иное аффективное воспоминание, тот или иной аффективный комплекс. В этом случае ассоциативный процесс резко тормозится. Испытуемому или приходит в голову сразу много ответных слов, которые путают его обычный ход ассоциаций, или же ничего не приходит в голову, и он долго не может дать требуемой от него ассоциативной реакции. Если же он эту реакцию все же дает, то сразу можно заметить ее своеобразную нарушенность: она проходит с заминками, многословием и сама ее форма часто бывает более примитивна, чем обычно.

А.Р. Лурия объясняет это тем, что «словесный раздражитель может провоцировать связанные с ним аффективные состояния, и эти аффективные моменты извращают дальнейший ход ассоциаций. Если мы имеем перед собою преступника, аффективные следы которого мы хотим вскрыть с помощью этого метода, мы поступаем следующим образом. Подробнейшим образом изучив по материалам следствия ситуацию преступления, мы выбираем из нее те детали, которые, по нашему мнению, достаточно тесно с ней связаны и вместе с тем пробуждают аффективные следы только у причастного к преступлению, оставаясь для непричастного совершенно безразличными словами».

После разработки группы таких критических слов, их распределяют среди большего количества других слов, не имеющих отношения к преступлению. Далее испытуемому предъявляются одно за другим слова из полученного общего списка в качестве «слов-раздражителей». Испытуемый должен сразу отвечать любым первым пришедшим ему в голову словом.

Экспериментатор записывает данный ответ и регистрирует в десятых долях секунды время, затраченное на этот ассоциативный процесс. В обычных случаях получается уже описанная выше картина: при предъявлении критических раздражителей ассоциативный процесс резко тормозится и сам ответ носит следы аффективной дезорганизации.

А.Р. Лурия приводит пример ассоциативного эксперимента, в котором в число слов-раздражителей включены следующие, входящие в ситуацию преступления слова: деньги, вентилятор, окно, сосед, ломать, инструмент. (Преступление заключалось во взломе решетки на окне с помощью инструментов и краже вентилятора с последующей продажей его соседу). Вот некоторые выдержки из протокола опыта, показывающие, как протекали реакции на предъявляемые слова:

15. Праздник — 2,2″ — идет.

16. Звонить — 2,2″ — телефон.

17. Ложка — 2,0″ — лежит.

18. Деньги 4,2″ — серебряные.

21. Булка — 2,2″ — пшеничная.

26. Вентилятор — 5,0″ — не знаю.

27. Фуражка — 3,6″ — черная.

28. Окно — 4,2″ — большое.

32. Сосед — 9,2″ — как?… сосед?… забыл соседей-то?..

33. Ломать — 25,0″ — ломать?… чего ломать-то?

43. Пьяный — 3,4″ — бежит.

44. Инструмент — 20,0″ — инструмент… не знаю, инструмент… как уже это сказать… не знаю… инструмент… стоит!..

Из приведенного отрывка видно, что реакции на раздражители, относящиеся к преступлению, не только протекают с резким замедлением, но и характеризуются иногда заметными нарушениями и самого процесса речевой реакции (№№ 26, 32, 33, 44).

А.Р. Лурия, отмечая достоинства этого метода, задается вопросом: «что же делается в том периоде, в течение которого испытуемый молчит и еще не дает нам ответа, каковы механизмы, которыми испытуемый доходит до ответа, насколько этот процесс является напряженным, аффективно возбужденным — все это выпадает из возможностей простого ассоциативного эксперимента».

Для решения этого вопроса автор предлагает «соединить эти скрытые процессы с каким-нибудь одновременно протекающим

рядом доступных для непосредственного наблюдения процессов поведения, в которых внутренние закономерности и соотношения находили бы себе отражение».

Здесь мы вынуждены вернуться к теме предыдущей главы, так как, следуя за логикой А.Р. Лурия, приходим от ассоциативного (речевого) эксперимента Юнга к методике сопряженной моторной реакции. Для того чтобы выявить скрытые при ассоциативном процессе механизмы, Лурия связывает словесный ответ с нажимом руки, регистрируемым очень точным способом. Оказывается, что состояние моторной сферы очень точно отражает эмоциональное состояние испытуемого и дает объективную характеристику структуры протекающей реакции.

Регистрируя показания прибора, реагирующего на нажатие руки, в виде графика, Лурия обнаружил, что «мы получаем полную возможность объективно отличить нормальную, индифферентную реакцию (хотя бы и несколько замедленную) от реакции аффективной, конфликтной, обнаруживающей следы некоторого возбуждения. Дело в том, что моторная реакция, сопряженная с нормальным ассоциативным процессом, протекает обычно совершенно правильно и представляет собою простой правильный нажим; моторика же аффективного процесса всегда дает нам признаки резкого возбуждения: кривая нажима становится конфликтной, изломанной, покрытой резкими дрожательными движениями. Наличие этих симптомов уже является достаточным признаком аффективности реакции».

Говоря о проявлении других эмоций в речи, следует отметить, что в состоянии эмоционального возбуждения обычно возрастает сила голоса, а также значительно изменяются его высота и тембр.

Рассматривая вопрос о соотношении врожденного и приобретенного в выражении эмоций голосом Я. Рейковский говорит, что врожденными механизмами обусловлены такие проявления, как изменение силы голоса (при изменении эмоционального возбуждения) или дрожание голоса (под влиянием волнения). «При усилении эмоционального возбуждения возрастает количество функциональных единиц, актуализированных к действию, что оказывает влияние на усиление активации мышц, участвующих в голосовых реакциях».

Иногда сильное возбуждение может, наоборот, проявляться в уменьшении силы голоса (человек «шипит от ярости»). Эта форма является следствием сочетания врожденной тенденции к усилению голоса под влиянием эмоций и приобретенной способности не издавать слишком сильных звуков.

Ссылаясь на наблюдения Вудвортса и Шлосберга Я. Рейковский замечает, что отдельные интонационные колебания высоты тона голоса могут охватывать целую октаву. Неоднократно предпринимались попытки выявить при помощи звукозаписи вызываемые эмоциями изменения голоса. Однако в виду множества факторов, от которых зависят особенности записи, эти попытки до сих пор не увенчались успехом.

Поэтому, говоря о возможностях определения переживаемых эмоций по голосу, его тембру и интонации необходимо учитывать (как и в ситуации с мимикой и поведением) индивидуальные особенности испытуемого. Об объективности такого определения можно говорить, только если мы хорошо знаем особенности речи данного человека при переживании им различных эмоций.

4. Вегетативный уровень проявления эмоций.

Методы, используемые для определения эмоций на этом уровне позволяют отслеживать фоновое эмоциональное состояние испытуемого. Реакции вегетативной нервной системы (ВНС) на испытываемые эмоции человеку труднее контролировать, чем свою речь и поведение. В качестве коррелятов эмоций на вегетативном уровне используются изменения пульса, учащение сердцебиения, дыхания, изменение диаметра зрачка, электрического сопротивления кожи (кожно-гальваническая реакция).

Испытываемые человеком эмоции вызывают, как говорит В.К. Вилюнас, «активацию нервной системы и, прежде всего, вегетативного отдела, что в свою очередь приводит к многочисленным изменениям в состоянии внутренних органов и организма в целом. Характер этих изменений показывает, что эмоциональные состояния вызывают либо мобилизацию органов действия, энергетических ресурсов и защитных процессов организма, либо, в благоприятных ситуациях, его демобилизацию, настройку на внутренние процессы и накопление энергии». Это и объясняет изменение показателей, перечисленных выше.

Ч. Дарвин при анализе выражения эмоций у человека замечает, что «если движения (или изменения) какого бы то ни было рода неизменно сопровождают какие-либо душевные состояния, мы сразу же усматриваем в них выразительные движения. К ним могут быть отнесены поднятие волос дыбом, выступание пота, изменение капиллярного кровообращения, затрудненное дыхание и голосовые или иные звуки. У человека дыхательные органы имеют особо важное значение в качестве средства не только прямого, но в еще большей степени косвенного выражения эмоций». Дарвин также

подчеркивает, что «из всех выражений покраснение от стыда, по-видимому, является наиболее специфической особенностью человека, и притом оно свойственно всем или почти всем человеческим расам независимо от того, заметно ли или незаметно изменение цвета их кожи».

В современной науке при определении эмоций в большей степени используются именно методы, основанные на реакции ВНС. Наиболее ярким примером может служить применение «детектора лжи», который используется не только в спецслужбах, но и в некоторых коммерческих организациях. Детектор регистрирует изменения глубины и скорости дыхания, измеряет давление и регистрирует изменения в потоотделении.

Зарегистрировав изменения в указанных показателях, мы можем заключить, что человек испытывает некоторые эмоции, но мы не имеем достаточных данных, чтобы указать, какую конкретно эмоцию переживает испытуемый.

Таким образом, исследование эмоций на вегетативном уровне также не обеспечивает объективности.

5. Проявление эмоций на биохимическом уровне.

Биохимический метод определения эмоций также является косвенным. Он связан с гормональной деятельностью организма, которая обеспечивает физиологические реакции человека на испытываемые эмоции. Метод основан на анализе взятых у испытуемого физиологических жидкостей (кровь, моча). По содержанию в них соответствующих гормонов определяют, насколько сильным эмоциям был подвержен испытуемый. Из сказанного видно, что, учитывая точные количественные измерения, этот метод является достаточно надежным. К его недостаткам можно отнести то, что он не позволяет отслеживать происходящие в организме испытуемого изменения, связанные с эмоциями, в фоновом режиме. Требуется некоторая дискретность в измерениях.

Также следует отметить, что этот метод не позволяет определить, какую именно эмоцию переживает испытуемый.

Заключение

Сравнив рассмотренные методы изучения проявлений эмоций, можно заметить, что наиболее убедительными и функциональными представляются методы, основанные на выделении поведенческих (в том числе мимических) и речевых (в том числе голосовых) признаках испытываемых эмоций. В еще большей степени убедительно выглядит метод определения эмоций по реакции ВНС.

Эти методы, в отличие от исследования субъективной оценки эмоций и биохимического метода позволяют оценить эмоциональные процессы и состояния в так называемом «реальном масштабе времени», то есть непосредственно в момент протекания эмоции. Также эти методы привлекательны тем, что исключают необходимость участия испытуемого в процессе выявления признаков эмоции.

Тем не менее, полагаю, что экспериментатор, выбравший какой-либо один из понравившихся методов коррелирования эмоций, будет заблуждаться относительно того, какую именно эмоцию переживает его испытуемый. Ни один из методов, будучи примененным, так сказать дифференцированно, не может дать объективных данных на этот счет.

Поэтому считаю, что во избежание ошибок, или, во всяком случае, для значительного снижения их вероятности, для объективного определения конкретной эмоции следует обращать внимание на признаки проявления эмоций на нескольких уровнях одновременно. Например, следить за жестикуляцией и отслеживать интонации голоса или обращать внимание на учащенное дыхание и в то же время наблюдать за мимикой испытуемого.

Ведь даже операторы детектора лжи, уверяя испытуемого в «непогрешимости» своего аппарата и определяя загаданную карту, используют зачастую крапленую колоду. А также, по их же признаниям, при дальнейшей работе с тестируемым на детекторе, будучи опытными психологами, больше полагаются на свои наблюдения за речевыми и поведенческими признаками проявления эмоций.

Список использованной литературы

1. Рубинштейн С. Л. «Различные виды эмоциональных переживаний», Москва, изд-во МГУ, 1984

2. Леонтьев А.Н. «Эмоциональные процессы», Москва, изд-во МГУ, 1984

3. Вилюнас В.К. «Основные проблемы психологической теории эмоций», Москва, изд-во МГУ, 1984

4. Рейковский Я. «Экспериментальная психология эмоций», Москва, изд-во Прогресс, 1979

5. Лурия А.Р. «Диагностика следов аффекта», Москва, изд-во МГУ, 1984

6. Дарвин Ч. «Выражение эмоций у человека и животных», Москва, изд-во Просвещение, 1977

7. Экман П. «Психология лжи», Санкт-Петербург, изд-во Питер, 2000

Физиологические механизмы мотивации

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Оглавление

Введение 3

Глава 1. Физиологические механизмы различных эмоциональных состояний. 4

Глава 2. Физиологические особенности мотиваций. 7

Глава 3. Физиологические механизмы формирования трудовой мотивации 10

Заключение 12

Список используемой литературы: 13

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

На протяжении многих веков, людей по всему Земному шару волновали  вопросы развития личности, психического состояния человека, различные физиологические  и психологические процессы. Эти  вопросы актуальны и на данный период времени. Прежде всего, следует  отметить, что же такое физиология?

Физиоло́гия  — наука о сущности живого и жизни в норме и при патологиях, то есть о закономерностях функционирования и регуляции биологических систем разного уровня организации, о пределах нормы жизненных процессов и болезненных отклонений от неё.

Физиология представляет собой комплекс естественнонаучных дисциплин, изучающих как жизнедеятельность  целостного организма , так и отдельных физиологических систем и процессов, органов, клеток, клеточных структур. Как важнейшая синтетическая отрасль знаний физиология стремится раскрыть механизмы регуляции и закономерности жизнедеятельности организма, его взаимодействия с окружающей средой.

Также, физиология изучает основное качество живого — его жизнедеятельность, составляющие её функции и свойства, как в отношении всего организма, так и в отношении его частей. В основе представлений о жизнедеятельности находятся знания о процессах обмена веществ, энергии и информации. Жизнедеятельность направлена на достижения полезного результата и приспособления к условиям среды.

Физиологию традиционно  делят на физиологию растений и физиологию человека и животных. В нашей работе, мы проанализируем физиологию человека, а также основные физиологические механизмы мотивации.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 1. Физиологические механизмы различных эмоциональных состояний.

Изначально,термин «эмоция» происходит от латинских слов emoveo, emovere (возбуждать, волновать). В Большой медицинской энциклопедии эмоции определяются как субъективные реакции человека и животных на воздействие внутренних и внешних раздражителей, проявляющиеся в виде удовольствия или неудовольствия, радости, страха и т.д. Сопровождая практически любые проявления жизнедеятельности организма, эмоции отражают в форме непосредственного переживания значимость (смысл) явлений и ситуаций и служат одним из главных механизмов внутренней регуляции психической деятельности и поведения, направленных на удовлетворение актуальных потребностей (мотиваций).

В Словаре физиологических  терминов (1987)  дано следующее определение: «Эмоция — это активное состояние системы специализированных мозговых образований, побуждающее субъекта изменить поведение в направлении максимизации или минимизации этого состояния».  Эмоции — это объективный нервный феномен с ярко выраженным психическим, субъективно ощущаемым компонентом. В то же время  эмоциональные реакции содержат четкие объективные физиологические компоненты.  


 
Классификация эмоций. Многие физиологи и психологи делят эмоции на отрицательные, связанные с возникновением потребности, и положительные, сопровождающие ее удовлетворение. Следует отметить, что положительная эмоция не всегда соответствует позитивной для организма значимости стимула (например, при употреблении алкоголя или наркотика), а отрицательная — его негативной значимости, например, страх перед определенными ситуациями или объектами окружающей среды.

Положительные эмоции характеризуют  благоприятное   состояние   организма,   их  можно рассматривать как результат  удовлетворения  биологических  или социальных потребностей.     Они    сопровождаются    повышенной творческой работоспособностью, высокой производительностью труда, малой утомляемостью,   повышением   устойчивости   организма  к вредоносным факторам. 


 К отрицательным эмоциям относят страх, ужас, гнев, ярость, неудовольствие, отвращение, горе, грусть, тоску, к положительным — удовольствие, наслаждение, радость. Учитывая характер поведения организма при эмоциональных состояниях, их можно подразделить на стенические, вызывающие активную деятельность, и астенические — угнетающие активные формы поведения. 
      
Проявления эмоций. Известно, что  эмоции  несут  яркую  психологическую субъективную окраску.  В то же время  эмоциональные реакции содержат четкие объективные физиологические компоненты. 
      
 К соматическим проявлениям эмоций относятся сокращения мимической мускулатуры, изменения голоса и речи, мигательные движения, общее двигательное беспокойство, причем первые и вторые очень характерны для каждой эмоции (мимика горя и радости). 
     
 К вегетативным проявлениям эмоций относятся изменения функций сердечно-сосудистой системы (ритма сердца, артериального давления), изменения дыхания, функций ЖКТ. Вегетативные сдвиги часто объективнее  отражают  состояние человека  по сравнению с реакциями скелетных мышц.  Всем знакомы такие проявления эмоций,  как изменение цвета  лица,  ускорение сердечного ритма, холодный пот, сухость во рту. Наблюдаются также значительные изменения в эндокринной системе и в уровне обмена веществ. Гормональный   компонент продолжается и после  прекращения эмоции,  проявляется в течение 12-24 часов, особенно — кортикостероиды.  
      
Отрицательные эмоции (тоска,  неудовлетворенность, страх, гнев,   обида,    печаль)      характеризуются    длительным последействием.   Они  вовлекают  вегетативную  сферу,  вызывая подчас отрицательные последствия. 
      
Кроме того,  каждая  эмоция  внешне  проявляется определенным рисунком поведения и специфической мимикой,  позой и т.п. — всем тем, что  сразу  позволяет  окружающим  понять,  какую   эмоцию испытывает человек  или  животное.  У  человека к этим реакциям присоединяются субъективные  переживания,   которые,   в   свою очередь, отражают   деятельность определенных систем мозга. 
     
Значение эмоций и мотиваций. Эмоциональное состояние играет огромную роль в жизни человека.

1.  Они создают оптимальные условия для выполнения различных потребностей, которые на фоне эмоций выполняются более легко. Установлена даже прямая зависимость между степенью эмоционального напряжения и степенью выполняемой потребности. Эмоции позволяют не просто способствовать выполнению потребностей, а оценивать ее мозгом в перспективе (человек строит дом не для того, чтобы он стоял пустым, а чтобы жить в нем и растить детей). Другими словами, эмоция — это средство оценки биологических и социальных потребностей, побуждающей в последующем человека к целенаправленной деятельности.  
      
2. Эмоции играют большую роль в умственной деятельности человека. Они обусловливают ее творческий и поисковый характер. Это фактически фермент, который активизирует творчество. Правда, есть немало ученых, которые продуктивно работают без значительных эмоциональных напряжений, а в некоторых случаях такое напряжение даже создает определенные трудности в умственной деятельности. Это зависит от индивидуальных свойств нервной системы человека.  
      
3. Эмоции играют большую роль в процессе усвоения информации (запоминания). В ЦНС есть эмоциональная система памяти. На фоне эмоционального состояния информация фиксируется быстрее и надолго. Эмоционально окрашенное событие запоминается человеком на всю жизнь.  
      
4. Большое значение имеют эмоции в формировании волевых реакций организма (рефлекс «свободы» по И.П. Павлову), способствуя воспитанию волевых качеств человека.   
      
5. Эмоции рассматриваются многими учеными как надежное средство общения между людьми. Эмоционально окрашенная беседа или прочитанная лекция всегда с большей теплотой и благодарностью оценивается людьми.  
      
6. Эмоция является средством быстрой оценки повреждающих организм факторов, и тем самым может рассматриваться как защитное явление — например, боль позволяет больному найти наиболее безболезненное положение, и тем самым обеспечивает лучшую выживаемость организма.  
      
7. Эмоции придают жизненный тонус человеку, благодаря чему улучшается настроение, увеличивается работоспособность, появляется интерес к жизни и др. 
      
8. Огромное значение имеют эмоции и в поведенческой деятельности организма, и в приспособлении его к меняющимся условиям окружающей среды.  
      
 При этом имеют значение как положительные, так и отрицательные эмоции. Одними положительными эмоциональными состояниями не сохранишь организм в постоянно меняющихся условиях окружающей среды. Так, отрицательные эмоции имеют определенное защитное значение, они позволяют человеку избавиться от нежелательного конфликта, уберечь себя от стрессовых ситуаций. Самое главное, чтобы, отрицательные эмоции не переходили в устойчивую форму и не приводили к эмоциональным стрессам. При определенных ситуациях отрицательные эмоции могут переходить в положительные, в частности, если риск оправдывает себя. 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 2. Физиологические особенности мотиваций.

Мотивации (побуждения) — это активные состояния мозговых структур, или системно-организованные возбуждения центральной нервной системы, побуждающие высших животных и человека совершать действия (акты поведения), направленные на удовлетворение своих потребностей.

Исследования мотивации достижений начали проводиться Д.С. Мак-Клелландом в середине прошлого века, в результате чего ему удалось выявить индивидуальные различия в мотивации достижений с помощью тематического апперцепционного теста (ТАТ) Г.А. Мюррея. Необходимость подобного рода исследований определялось социализацией общества и ценностными ориентациями людей из разных социальных слоев. По Мак-Клелланду формирование мотивации достижений напрямую зависит от условий и среды воспитания и является побочным продуктом основных социальных мотивов. Позже вопросами мотивации достижений занимались такие видные ученые, как Дж. Аткинсон, Н. Физер, Х. Хекхаузен и др. они заметили, что у ребенка произвольно появляются ранние формы деятельности достижения, вне зависимости от воспитательного воздействия взрослых.

Эмоциональные процессы, как  и условно-рефлекторные, постоянно  находятся в динамике. Одни раздражители добавляются — другие исчезают. «Застывшего» условного рефлекса, эмоциональной  реакции — в природе не существует. Скорее, обычное эмоциональное состояние — это упрочнённые актуальные условные связи с признаками генерализации, когда условную эмоциональную реакцию  начинают вызывать новые (похожие на старые) и некоторые обстановочные  условные сигналы, а также происходит затормаживание новых и растормаживание  старых (ранее заторможенных) условных связей.

Возможно, это одна из причин трудности в определении самого понятия «эмоция» и других понятий  эмоциональной сферы: потребности, побуждения, мотива и т. д. Например, А. Н. Леонтьев (1971,1975) мотив определил как опредмеченную потребность. В. К. Вилюнас (1990) отмечает признаки предметности и у эмоций.

Предметность — основополагающий признак. В условно-рефлекторной теории аналогом ему может быть условный сигнал. А состояние генерализации, когда действие условного (наличие  предмета) и обстановочных сигналов может сочетаться, наиболее подходящим будет называть «ситуацией». Собственно, именно в таком смысле этот термин преимущественно и используется.

Образуется следующий  ряд основных понятий.

  • Доминирующая мотивация
  • Цель (подчиненная)
  • Мотив (подчиненный)
  • Положительная эмоция
  • Смещённая отрицательная эмоция
  • Отрицательная эмоция. Психическая травма
  • Болевая реакция
  • Физическое повреждение

Болевая реакция, как безусловный  рефлекс, предметна в своей физиологической  конкретности. Но со временем появляются признаки генерализации, что будет  проявляться реакцией на обстановку состоянием тревоги (предметность, переходящая  в ситуацию).

При упрочнении одной из условных связей и затормаживании других (обстановочных), возникает отрицательная  эмоция, как реакция на этот условный сигнал (ситуация опять становится преимущественно предметной) — это  признак смещения.

Сильная отрицательная эмоция, психическая травма могут приобретать  некоторые свойства безусловного рефлекса, способны вторично вызывать генерализацию — образовывать обстановочные связи  и выделять среди них один условный сигнал. То есть за смещением может  последовать ещё одно смещение (ситуация с затормаживанием обстановочных  рефлексов также становится преимущественно  предметной).

Далее, отрицательная эмоция опять «обрастает» обстановочными рефлексами (реакциями), которые затормаживаясь и «накапливаясь», влияют на силу проявления основной эмоциональной  реакции. В какой-то момент, преобладание сигналов заторможенных обстановочных  рефлексов при ослаблении условного  сигнала приводит к тому, что знак эмоции меняется на положительный (предметность опять сменяется ситуативностью, но предмет в ситуации тот же) — это признак инверсии.

Мотив (подчинённый) — результирующее эмоциональное состояние, включающее отрицательную эмоцию (результат  воздействия или лишения) и воображаемую, пережитую ранее положительную  эмоцию, возникавшую при разрешении подобной проблемы. Преобладание первой или второй определяет каков будет  мотив — избегание или устремление. (Предмет в ситуации тот же.)

Цель (подчиненная) — осознанный мотив (предметность в ситуации наиболее конкретна).

Доминирующая мотивация — доминанта — включает в себя подчиненные  мотивы и цели (предметность в ситуации максимальна).

Принципиально важным для  данных рассуждений является очевидный  факт: разделение актуальных в данный момент мотивов и эмоций на главные, доминирующие и подчинённые, второстепенные. Например, потребность в пище — это  доминирующая мотивация, а вкусовые ощущения (оценка качества пищи) — подчинённые  эмоции и мотивы. Доминирующие мотивации  и эмоции ещё называют основными, ведущими, глубинными. Вообще, доминантность  мотивации относительна, и существует, пока актуализируются подчинённые  мотивы. Подчинённые мотивы и эмоции могут называться ещё производными, ситуативными, конкретными.

Чаще всего, когда говорят  собственно о мотивации, речь, видимо, идёт о главной, доминирующей мотивации. А мотив — это, скорее, подчинённое, конкретное побуждение.  Доминирующая мотивация преимущественно неосознанна.

Конверсионная истерия, вегетативный невроз и психогенные органические расстройства

КОНВЕРСИОННАЯ ИСТЕРИЯ, ВЕГЕТАТИВНЫЙ НЕВРОЗ И ПСИХОГЕННЫЕ ОРГАНИЧЕСКИЕ РАССТРОЙСТВА

Приложение вышеизложенных соображений к некоторым патологическим соматическим процессам привело к возникновению новой тенденции в медицине, а именно к «психосоматической медицине».

Психосоматический взгляд на медицину подразумевал новый подход к исследованию причин болезни. Как Уже было отмечено, тот факт, что сильные эмоции воздействуют на соматические функции, относится к сфере нашего повседневного опыта. Каждой эмоциональной ситуации соответствует специфический синдром соматических изменений, психосоматических реакций, таких, как смех, плач, румянец, изменение пульса, вдох т. д. Однако, хотя эти психомоторные процессы относятся к повседневным переживаниям и не оказывают вредного воздействия, медицина до недавнего времени мало внимания уделяла их подробному изучению’. Эти соматические изменения под воздействием сильных переживаний имеют преходящий характер. Когда эмоция прекращается, тормозится также и соответствующий физиологический процесс (плач или смех, сердцебиение или повышенное давление), и тело возвращается в состояние равновесия.

Изучение невротиков с позиций психоанализа выявило, что под воздействием длительных эмоциональных расстройств могут развиваться хронические соматические расстройства. Подобные соматические изменения под влиянием эмоций впервые наблюдались у истериков. Фрейд ввел понятие «конверсионная истерия», когда соматические симптомы развиваются в качестве реакции на хронические эмоциональные конфликты. Такие изменения были отмечены в мышцах, контролируемых силой воли, и в органах чувств. Одно из важнейших открытий Фрейда заключалось в том, что, когда эмоция не может быть выражена и снята через нормальные каналы с помощью произвольной активности, она может стать источником хронических психических и соматических нарушений. Всякий раз, когда эмоции подавляются вследствие психических конфликтов, то есть исключаются из поля сознания и таким образом лишаются адекватной разрядки, они становятся источником хронического напряжения, являющегося причиной истерической симптоматики.

С физиологической точки зрения истерический конверсионный симптом по своему характеру близок к обычному произвольному возбуждению, экспрессивному движению или сенсорному ощущению. При истерии, однако, мотивирующий психологический импульс является неосознанным. Когда мы кого-то ударяем или куда-то идем, наши руки и ноги приходят в движение под влиянием сознательных мотиваций и целей. Так называемые экспрессивные движения: смех*, плач, мимика, жестикуляция — основаны на простых физиологических процессах. Впрочем, в последнем случае возбуждение возникает не под влиянием сознательной цели, а вследствие эмоционального напряжения, высвобождающегося сложным физиологическим способом. В случае же конверсионного симптома, такого, как истерический паралич или контрактура, «скачок от психики до соматики» ничем не отличается от скачка, который происходит при любом общем моторном возбуждении, таком, как произвольные движения, смех или плач. Помимо того, что мотивационная психологическая составляющая является неосознанной, единственное различие заключается в том, что истерические конверсионные симптомы представляют собой в высшей степени индивидуальные, порой уникальные творения пациента, изобретаемые им для выражения своего частично подавляемого психологического содержания. Экспрессивные движения, такие, как смех, напротив, стандартны и универсальны (Дарвин — 59).

Имеется также совершенно иная группа психогенных соматических расстройств, затрагивающих внутренние органы. Представители раннего психоанализа неоднократно пытались распространить понятие истерической конверсии на все формы психогенных соматических расстройств, включая также расстройства, относящиеся к внутренним органам. Согласно этой точке зрения повышенное кровяное давление или желудочное кровотечение имеют символическое значение подобно конверсионным симптомам. Внимание не уделялось тому факту, что вегетативные органы регулируются вегетативной нервной системой, которая непосредственно не связана с мыслительными процессами. Символическое выражение психологического содержания существует только в сфере произвольных иннервации (речь) или экспрессивных движений (мимика лица, жестикуляция, смех, плач и т. д.). Возможно, румянец также можно включить в эту группу. Маловероятно, однако, что внутренние органы, к примеру печень, могут осуществлять символическое выражение идей. Но это не значит, что на них не может влиять эмоциональное напряжение, распространяющееся через кортико-тала-мические и вегетативные проводящие пути. Давно установлено, что эмоциональное воздействие может стимулировать или подавлять функционирование любого органа. После того как эмоциональное напряжение спадает, соматические функции возвращаются в нормальное состояние. Тогда же, когда эмоциональное стимулирование или подавление вегетативной функции становится хроническим и избыточным, мы объясняем это «органическим неврозом». Этот термин включает в себя так называемые функциональные расстройства внутренних органов, причиной которых отчасти являются нервные импульсы, возникающие в результате эмоциональных процессов, идущих где-то в корковой и подкорковой областях мозга.

Понятие функционального расстройства возникло не в психиатрии, а в области внутренних болезней. Сначала невротические (или функциональные) расстройства желудка, кишечника и сердечно-сосудистой системы стали известны под названием желудочного, кишечного и кардионевроза. Термин «функциональное расстройство» относится к тем случаям, когда даже самое тщательное исследование тканей не обнаруживает каких-либо заметных морфологических изменений. Анатомическая структура органа остается без изменений;

нарушается только согласованность и интенсивность его функций. Подобные расстройства в достаточной степени обратимы и считаются менее серьезными, чем болезни, при которых в тканях возникает определенная морфологическая перестройка, часто свидетельствующая о наличии необратимого поражения.

Теперь мы можем определить различие между конверсионным симптомом и вегетативным неврозом. Конверсионный симптом — это символическое выражение эмоционально заряженного психологического содержания: попытка разрядить эмоциональное напряжение. Он возникает в нервно-мышечной или сенсорно-перцептивной системах, чьей изначальной функцией является снятие эмоционального напряжения. Вегетативный невроз — это не только попытка выразить эмоцию, но еще и физиологическая реакция внутренних органов на постоянные или периодически возникающие эмоциональные состояния. К примеру, повышенное кровяное давление под влиянием гнева не только не ослабляет гнев, но является собственно физиологической составляющей феномена гнева вообще. Как будет показано далее, таким образом проявляется адаптация тела к состоянию организма в критической ситуации. Точно так же рост уровня желудочной секреции под воздействием эмоционального желания пищи не является снятием эмоционального напряжения; это адаптавная подготовка желудка к приему пищи.

Конверсионным симптомом и вегетативной реакцией на эмоцию состоит в том, что в обоих случаях имеет место реакция на психологический стимул. Однако они кардинальным образом различаются по своим психодинамическим и физиологическим характеристикам.

С признанием того, что эмоциональные факторы обладают причинной значимостью в отношении функциональных расстройств, психотерапия получила право на легальный вход в большую медицину и могла не ограничиваться более областью психиатрии. Хронические эмоциональные конфликты пациента — основная причина расстройств — могли быть разрешены путем психотерапии. Хотя эти эмоциональные конфликты возникали во взаимоотношениях пациента с другими людьми, тем не менее объектом терапии стала личность пациента. С учетом этой новой расстановки акцентов, эмоциональное воздействие врача на больного — медицинское искусство — нашло свое место в научной медицине. Теперь этот последний штрих терапевтического мастерства больше не мог считаться придатком терапии. В частности, в случае органического невроза эмоциональное влияние врача на пациента стало основным терапевтическим фактором.

Тем не менее на данной стадии развития психотерапии ее роль ограничивалась функциональными расстройствами, считавшимися более слабыми по сравнению с истинными органическими расстройствами, основанными на заметных изменениях тканей. В случаях подобных органических нарушений эмоциональное состояние больного также долгое время признавалось важным вопросом; несмотря на то, что наличие реальной причинной связи между психическими факторами и истинными органическими расстройствами вообще не допускалось.

Однако постепенно становилось все более очевидным, что в природе не существует строгого разграничения на «функциональные» и «органические» расстройства. Клиницисты заподозрили, что длительные функциональные расстройства могут постепенно приводить к серьезным органическим нарушениям, связанным с морфологическими изменениями. Подобные примеры были известны уже давно — например, что сердечная гиперактивность может вести к гипертрофии сердечной мышцы или что истерический паралич конечности может приводить к определенным дегенеративным изменениям в мышцах и суставах вследствие их бездеятельности. Поэтому, вероятно, следует учитывать возможность того, что длительное функциональное расстройство какого-либо органа может в конечном счете привести к определенным анатомическим изменениям, создавая тем самым клиническую картину серьезного органического заболевания. Интенсивное психологическое и физиологическое изучение случаев пептической язвы дало убедительные данные в пользу того, что длительные эмоциональные конфликты могут приводить на первом этапе к желудочному неврозу, который со временем может перерасти в язву. Показано также, что вследствие эмоциональных конфликтов могут возникать продолжительные колебания кровяного давления, перенапрягающие сосудистую систему. Функциональная фаза неустойчивого кровяного давления может со временем стать причиной сосудистых органических изменений, что в конце концов может привести к возникновению необратимой злокачественной формы гипертонической болезни.

В качестве итога наблюдений сформировалось понятие «психогенное органическое расстройство». Эти расстройства развиваются в два этапа: первый — функциональное расстройство внутреннего органа, причиняемое хроническим эмоциональным расстройством; и второй — хроническое функциональное расстройство, постепенно ведущее к изменениям ткани и к необратимому заболеванию органического характера.

ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ ПРИНЦИПЫ ПСИХОСОМАТИЧЕСКОГО ПОДХОДА

1. ПСИХОГЕНЕЗ

Проблема психогенеза имеет отношение к возникшей в древние времена дихотомии души и тела. Психологические и соматические феномены происходят в одном и том же организме, но являются при этом просто Двумя сторонами одного процесса. Определенные физиологические процессы, происходящие в живом организме, субъективно воспринимаются как чувства, идеи и стремления. Как отмечалось ранее, психологические методы, связанные с передачей субъективно воспринимаемых физиологических процессов через речь, — самое лучшее средство исследования таких процессов. Поэтому объект исследования у психологии и физиологии в сущности один и тот же; различие заключается лишь в подходе.

Важно, что именно понимается под «психогенезом». Для начала рассмотрим один пример. При эмоционально обусловленном повышении кровяного давления под психогенезом не подразумевается, что сужение кровеносных сосудов осуществляется каким-либо несоматическим механизмом. Гнев составляют соматические процессы, протекающие где-то в центральной нервной системе. Физиологическое воздействие гнева состоит из цепи событий, в которой каждое звено может быть описано, по крайней мере теоретически, на языке физиологии. Отличительной чертой таких психогенных факторов, как эмоции, идеи и фантазии, является то, что они могут исследоваться также и психологически, с помощью интроспекции или вербальных сообщений от тех, у кого протекают эти физиологические процессы. Вербальная коммуникация является поэтому одним из наиболее мощных инструментов психологии, а вместе с тем и психосоматического исследования. Говоря о психогенезе, мы имеем в виду физиологические процессы, состоящие из возбуждений в центральной нервной системе, которые могут исследоваться психологическими методами, потому что они субъективно воспринимаются в виде эмоций, идей или желаний. Психосоматическое исследование имеет дело с процессами, в которых определенные связи в причинной цепи на данной стадии наших знаний проще поддаются изучению психологическими, нежели физиологическими методами, поскольку детальное исследование эмоций как протекающих в мозгу процессов еще недостаточно развито. Даже в тех случаях, когда физиологическая основа психологических феноменов известна более или менее хорошо, вряд ли можно обойтись без их психологического исследования. Трудно представить, что те или иные ходы двух шахматистов легче понять в биохимических или нейрофизиологических, нежели в психологических терминах.

2. ФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ ФУНКЦИИ, ЗАТРАГИВАЕМЫЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКИМИ ВОЗДЕЙСТВИЯМИ

Их можно разделить на три основные категории:

а) произвольное поведение;

б) экспрессивные иннервации;

в) вегетативные реакции на эмоциональные состояния.

Скоординированное произвольное поведение

Произвольное поведение осуществляется под воздействием психологических мотиваций. Так, если ощущается голод, то предпринимаются определенные скоординированные действия, служащие добыванию пищи и ослаблению голода. На каждое из них влияют определенные психологические процессы. Например, человек вспоминает, где хранилась пища или место, где расположен ресторан и т.д. Эти вспомогательные психологические связи могут быть простыми, как при воспоминании о том, что в холодильнике есть еда. Или Они могут быть достаточно сложными: бродяга просыпается утром, ощущая голод и без гроша в кармане. Вначале он должен предложить свои услуги кому-либо, кто их примет, и лишь после оплаты сможет облегчить голод. В нашей сложной цивилизации огромная часть жизни уходит на подготовку к тому, чтобы стать экономически продуктивным членом общества с целью обеспечения базальных биологических потребностей в пище, крове и т.д. Поэтому историю жизни каждого человека можно рассматривать как сложный психосоматический процесс, как целенаправленное произвольное поведение, осуществляемое под руководством определенных психологических воздействий (мотиваций).

Динамическая система психологических сил, задачей которых является выполнение сложной задачи координации, называется эго. Неуспех это в исполнении своих функций дает начало различным формам психоневрозов и психозов. Данные расстройства относятся к сфере психиатрии в узком смысле слова.

Экспрессивные иннервации

Экспрессивные иннервации — это физиологические процессы, такие, как плач, вздох, смех, покраснение, жестикуляция и гримасничанье, которые осуществляются под влиянием специфических эмоциональных напряжений. Все эти сложные проявления выражают определенные эмоции и в то же время снимают специфическое эмоциональное напряжение, печаль, жалость к себе, веселое настроение и т.д. Эти экспрессивные иннервации не преследуют каких-либо утилитарных целей; они не служат удовлетворению той или иной ба-зальной биологической потребности; их единственная функция — разрядка эмоционального напряжения. Смех, например, возникает под воздействием определенных эмоциональных ситуаций, обладающих комическим эффектом. Самые проницательные умы — упомянем хотя бы Бергсона, Липпса и Фрейда — пытались определить, что вызывает комический эффект, подыскивая общий знаменатель для межличностных ситуаций, универсальной реакцией на которые служит смех. Верзила и коротышка идут рядом друг с другом. Внезапно верзила спотыкается и падает. Эффект будет весьма комическим. Чем более надменно вел себя верзила, тем большим будет комический эффект его внезапного падения. Здесь легко понять, что зритель дает в смехе выход некоторой сдерживаемой злобе; он смеется над верзилой. Каждый из нас в детстве иногда завидовал взрослым и обижался на них, когда с трудом пытался держаться на улице вровень с ними, семеня рядом. Они были гигантами, которые при желании могли бы нас столкнуть, мы же были абсолютно беспомощны перед ними. Каждый зритель бессознательно отождествляет себя с коротышкой, невозмутимо идущим дальше, когда его длинный компаньон неожиданно оказывается распростертым по земле. Фрейд мастерски показал, что скрытые враждебные тенденции составляют один из аспектов комического эффекта (95).

Чтобы возник смех — крайне сложный феномен, состоящий из спазматических сокращений диафрагмы и лицевых мышц, — должны присутствовать и другие тонкие психологические факторы. Подробный анализ тонких психологических деталей не входит в мои задачи. Я выбрал смех в качестве примера для демонстрации двух важных фактов: во-первых, сложной и специфической природы психологических стимулов, кото рые вызывают такие экспрессивные движения, как смех;

и, во-вторых, особой природы этого вида иннервации, которая служит не какой-либо утилитарной цели, а разрядке. В классе о лысину учителя ударяется муха. Некоторое время мальчики контролируют побуждение смеяться. Затем один из них начинает тихо давиться от смеха, и в следующий момент весь класс разражается неконтролируемым смехом. Очевидно, агрессивные импульсы против учителя, сдерживаемые каждым школьником, находят внезапное вулканическое высвобождение. Смех следует своим путем; некоторое количество мышечной энергии идет на ослабление психического напряжения. Сходным образом плач, вздохи и неодобрительный взгляд не имеют практического значения;

они служат лишь для разрядки специфического эмоционального напряжения.

С точки зрения физиологии сексуальные феномены относятся к этой категории. Они также являются феноменами разрядки, служащими для ослабления специфических инстинктивных напряжений.

Патологические изменения, затрагивающие подобные экспрессивные процессы, обычно относят к области психиатрии. Эмоции, вытесненные из-за конфликта с личностными нормами, не могут разряжаться через обычные каналы экспрессивных иннервации. Больному приходится изобретать индивидуальные экспрессивные иннервации в форме конверсионных симптомов, которые частично служат разрядке вытесненных эмоций, а частично — защите от их прямого выражения. Иногда разрядка происходит с помощью обычных подходящих для этого экспрессивных процессов, например в случае истерического плача или смеха. Здесь лежащие в их основе эмоции вытеснены, и пациент не знает, почему он плачет или смеется. Из-за отделения экспрессивных движений от эмоций они не могут ослабить напряжение. Этим объясняется неконтролируемый и затяжной характер истерического смеха или плача.

Вегетативные реакции на эмоциональные состояния

Эту группу составляют висцеральные реакции на эмоциональные стимулы, и она имеет особое значение для терапии внутренних болезней и других медицинских специальностей. Психосоматический подход в медицине зародился в ходе исследования вегетативных расстройств, развивающихся при определенных эмоциональных состояниях. Однако, прежде чем начать обсуждение вегетативных расстройств, нам придется описать нормальные реакции организма на эмоции;

они выступают в качестве физиологических основ разнообразных расстройств, затрагивающих различные вегетативные органы.

Функционирование нервной системы в целом может быть понято как направленное на сохранение условий внутри организма в неизменном состоянии (гомео-стаз). Нервная система обеспечивает выполнение этой задачи по принципу разделения труда. Если в обязанности центральной нервной системы вменяется регуляция отношений с внешним миром, то вегетативная нервная система управляет внутренними делами организма, то есть внутренними вегетативными процессами. В особой степени вопросами сохранения и строительства, то есть анаболическими процессами, занят парасимпатический отдел автономной нервной системы. Его анаболическое влияние проявляется в таких функциях, как стимуляция желудочно-кишечной дея тельности и накопление сахара в печени. Его сохраняющая и защищающая функции выражаются, например, в сокращении зрачка для защиты от света или в спазме бронхиолы для защиты от раздражающих веществ.

По утверждению Кэннона (43), основная функция симпатического отдела вегетативной нервной системы состоит в регуляции внутренних вегетативных функций , в связи с внешней деятельностью, особенно в экстремальных ситуациях. Другими словами, симпатическая нервная система участвует в подготовке организма к борьбе и бегству, воздействуя на вегетативные процессы так, чтобы они были максимально полезны в экстремальной ситуации. При подготовке к борьбе и бегству, а также при совершении самих этих действий она тормозит все анаболические процессы. Поэтому она становится ингибитором желудочно-кишечной деятельности. Однако она стимулирует деятельность сердца и легких и перераспределяет кровь, отводя ее от висцеральной области и подводя к мышцам, легким и к головному мозгу; где требуется дополнительная энергия для их интенсивной деятельности. Одновременно повышается кровяное давление, углеводы выводятся из депо, стимулируется мозговое вещество надпочечника. Симпатические и парасимпатические воздействия в высшей степени антагонистичны.

Обобщая, можно сказать, что парасимпатическое доминирование уводит индивида от внешних проблем в простое вегетативное существование, тогда как при симпатической стимуляции он бросает мирные функции строительства и роста, целиком направляя внимание на противостояние внешним проблемам.

При напряжении и релаксации «экономика» организма ведет себя так же, как экономика государства в военное и мирное время. Военная экономика означает приоритет военной продукции и запрет на определенную продукцию мирного времени. Вместо легковых автомобилей выпускаются танки, вместо предметов роскоши производится военное снаряжение. В организме эмоциональное состояние готовности соответствует военной экономике, а релаксация — мирной: в экстремальной ситуации активируются системы органов, в которых есть необходимость, тогда как другие тормозятся.

В случае невротических расстройств вегетативных функций эта гармония между внешней ситуацией и внутренними вегетативными процессами нарушается. Нарушение может принимать различные формы.

Лишь ограниченное число состояний тщательно исследовано с психо динамической точки зрения. В целом эмоциональные расстройства вегетативных функций можно разделить на две основные категории. Они соответствуют двум описанным выше основным эмоциональным установкам:

(1) Подготовка к борьбе или бегству в экстремальной ситуации.

(2) Уход от активности, направленной вовне. (1) Расстройства, относящиеся к первой группе, являются результатом торможения или вытеснения импульсов враждебности, агрессивного самоутверждения. Поскольку эти импульсы вытесняются или тормозятся, соответствующее поведение (борьба или бегство) никогда не доводится до завершения. Тем не менее физиологически организм находится в постоянном состоянии готовности. Другими словами, хотя вегетативные процессы были активированы для агрессии, они не переходят в завершенное действие. Результатом будет поддержание хронического состояния готовности в орга низме наряду с физиологическими реакциями, кого-, рые обычно требуются в чрезвычайной ситуации, такими, как учащение сердцебиения и рост кровяного давления или расширение кровеносных сосудов в скелетных мышцах, возросшая мобилизация углеводов и усиленный обмен веществ.

У обычного человека такие физиологические изменения сохраняются лишь при необходимости в дополнительных усилиях. После борьбы или бегства или всякий раз, когда выполнена задача, требующая усилий, организм отдыхает, и физиологические процессы возвращаются к норме. Однако этого не происходит, когда за активацией вегетативных процессов, вовлеченных в подготовку к действию, не следует никакого действия. Если это случается неоднократно, некоторые из вышеописанных адаптивных физиологических реакций становятся хроническими. Иллюстрацией этих феноменов служат различные формы сердечных симптомов. Эти симптомы являются реакциями на невротическую тревогу и вытесненный или подавленный гнев. При гипертонической болезни хронически повышенное кровяное давление поддерживается под влиянием сдержанных и никогда полностью не проявляемых эмоций, в точности так, как оно временно поднимается под воздействием свободно выражаемого гнева у здоровых людей. Эмоциональные воздействия на регуляторные механизмы углеводного обмена, вероятно, играют существенную роль в сахарном диабете. Хронически повышенное мышечное напряжение, вызванное постоянными агрессивными импульсами, по-видимому, является патогенным фактором при ревматоидном артрите. Влияние эмоций этого типа на эндокринные функции может наблюдаться при тиреотоксикозе. Сосудистые реакции на эмоциональное напряжение играют важную роль при определенных формах головных болей. Во всех этих примерах определенные фазы вегетативной подготовки к активным действиям переходят в хроническое состояние, так как лежащие в их основе мотивацион-ные силы невротически заторможены и не высвобождаются в соответствующем действии.

(2) Вторая группа невротиков реагирует на необходимость жесткого самоутверждения эмоциональным уходом от действия в зависимое состояние. Вместо противостояния опасности их первый импульс — обратиться за помощью, то есть так, как они поступали, будучи беспомощными детьми. Такой уход от действия к состоянию, свойственному организму во время релаксации, может быть назван «вегетативным уходом». Общераспространенным примером этого феномена является человек, у которого при опасности вместо необходимых действий развивается понос. Вместо того чтобы действовать в соответствии с ситуацией, он демонстрирует вегетативное достижение, за которое получал похвалу от матери в раннем детстве. Этот тип невротических вегетативных реакций представляет более полный уход от действия, чем в первой группе. Первая группа проявляла необходимые адаптивные вегетативные реакции; их нарушение состояло лишь в том, что вегетативная готовность к действию под влиянием симпатической или гуморальной стимуляции стала хронической. Вторая группа пациентов реагирует парадоксальным образом: вместо подготовки к направленному вовне действию они уходят в вегетативное состояние, которое прямо противоположно требуемой реакции.

Этот психологический процесс можно проиллюстрировать наблюдениями, проведенными мною над пациентом, страдавшим неврозом желудка, который был связан с хронической повышенной кислотностью желудочного сока. При виде на экране героя, сражающегося с врагами или совершающего агрессивные, рискованные действия, этот пациент всегда реагировал острой изжогой. В фантазии он отождествлял себя с героем. Однако это порождало тревогу, и он удалялся от борьбы, ища защищенности и помощи. Как будет видно позднее, такое выражающее зависимость стремление к защищенности и помощи тесно связано с желанием быть накормленным и поэтому вызывает усиленную деятельность желудка. Что касается вегетативных реакций, данный пациент вел себя парадоксально: именно тогда, когда нужно было сражаться, его желудок начинал работать чересчур активно, готовясь к принятию пищи. Даже в животном мире, прежде чем съесть врага, его надо сначала победить.

Сюда же относится большая группа так называемых функциональных расстройств желудочно-кишечного тракта. Их примерами служат все формы нервной диспепсии, нервной диареи, кардиоспазма, различные формы колита и определенные формы запора. Эти желудочно-кишечные реакции на эмоциональный стресс можно рассматривать как основанные на «регрессивных паттернах», поскольку представляют собой возрождение реакций организма на эмоциональные напряжения, характерные для ребенка. Одним из первых эмоциональных напряжений, осознаваемых ребенком, является голод, ослабляемый оральным путем, за которым наступает чувство насыщения. Тем самым оральное поглощение становится ранним паттерном ослабления неприятного напряжения, вызванного неудовлетворенной потребностью. Этот ранний способ разрешения болезненного напряжения может снова возникнуть у взрослых людей в невротическом состоянии или под влиянием острого эмоционального стресса. Замужняя женщина рассказывала, что всякий раз, когда чувствовала, что муж не соглашается с ней или ее отвергает, она обнаруживала, что сосет большие пальцы рук. Действительно, этот феномен заслуживает названия «регрессия». Нервная привычка курения или жевания в состоянии неопределенного или нетерпеливого ожидания основана на том же самом типе регрессивного паттерна. Ускорение работы кишечника — сходный регрессивный феномен, который под воздействием эмоционального стресса может иметь место даже у людей, здоровых в других отношениях.

Кроме того, данная разновидность эмоционального

механизма имеет этиологическое значение для состояний, при которых развиваются обширные морфологические изменения, такие, как пептическая язва и язвенный колит. Помимо желудочно-кишечных расстройств, к этой группе невротических реакций организма относятся определенные типы состояний усталости, связанные с расстройством углеводного обмена. Сходным образом психологический компонент в бронхиальной астме представляет собой уход от действия в состояние зависимости, поиска помощи. Все нарушения функций в этой группе стимулируются парасимпатической нервной системой и тормозятся симпатической стимуляцией.

Напрашивается предположение, что в первой категории вегетативных реакций имеет место симпатическое, а во второй — парасимпатическое доминирование в вегетативном балансе. Это предположение, однако, не учитывает тот факт, что каждое нарушение вегетативного равновесия порождает немедленные компен саторные реакции. В начальной стадии расстройство, вполне может быть обусловлено избытком симпатической или парасимпатической стимуляции. Вскоре, однако, картина осложняется механизмами обратной связи, стремящимися восстановить гомеостатическое рав-, новесие. Во всех вегетативных функциях участвуют оба отдела вегетативной нервной системы, и с появлением расстройства уже невозможно приписать возникающие:

симптомы исключительно либо симпатическим, либо парасимпатическим влияниям. ;

ной системы функционально антагонистичны, однако в каждом вегетативном процессе они сотрудничают, так же как мышцы — сгибатели и разгибатели, выполняющие антагонистичные функции, совместно обеспечивают каждое движение конечностей.

Резюме

Сопоставляя обсуждаемые здесь физиологические явления с психоаналитической теорией неврозов в целом и с ранее высказанными взглядами на вегетативный невроз в частности, мы приходим к следующим заключениям. Каждый невроз в определенной степени состоит в уходе от действия, в замене действия аутоплас-тическими процессами (Фрейд). При психоневрозах без физических симптомов моторная активность заменяется психологической, действием в фантазии вместо реальности. Тем не менее разделение труда в центральной нервной системе не нарушается. Психоневротические симптомы обусловливаются деятельностью центральной нервной системы, функция которой — контроль внешних взаимоотношений. Это справедливо и для конверсионной истерии. Здесь также симптомы локализованы в произвольной моторной и сенсорно-перцептивной системе, которая занимается направленной вовне деятельностью организма. Однако каждое невротическое расстройство вегетативной функции состоит в нарушении разделения труда внутри нервной системы. При этом направленное вовне действие отсутствует, и невысвобождаемое эмоциональное напряжение индуцирует хронические внутренние вегетативные изменения. Если патология обусловлена симпатическим, а не парасимпатическим доминированием, такое нарушение разделения труда приводит к не столь тяжелым последствиям. Симпатические функции, как было показано, занимают промежуточное положение между внутренними вегетативными функциями и действием, направленным вовне; они настраивают и изменяют вегетативные функции для поддержки действий, нацеленных на решение внешних проблем. При расстройствах, где наблюдается симпатическая гиперактивность, организм не совершает действия, хотя и проходит все подготовительные изменения, способствующие совершению действия и необходимые для него. Если бы за ними последовало действие, процесс был бы нормальным. Невротический характер данного состояния заключается в том, что весь физиологический процесс никогда не приходит к завершению.

Более полный уход от решения внешних проблем мы наблюдаем в расстройствах, развивающихся под влиянием парасимпатического доминирования. Здесь бессознательный связанный с симптомом психологический материал соответствует уходу к более ранней вегетативной зависимости от материнского организма. Пациент, страдающий желудочно-кишечными симптомами, отвечает на необходимость действия парадоксальными вегетативными реакциями: например, вместо подготовки к борьбе готовится к принятию пищи.

Разделение вегетативных симптомов на эти две группы — лишь предварительный шаг к решению проблемы эмоциональной специфичности в неврозах органов. Следующая проблема заключается в том, чтобы понять специфические факторы, которые могут отвечать за выбор органической функции в пределах обширной области парасимпатического или симпатического доминирования, и объяснить, почему бессознательные агрессивные тенденции при вытеснении в одних случаях приводят к хронической гипертонии, а в других — к учащенному сердцебиению, расстройству углеводного обмена или хроническому запору и почему пассивные регрессивные тенденции ведут к желудочным симптомам в одних случаях, а к поносу и астме — в других.

Психодинамически два этих типа невротических вегетативных реакций могут быть представлены диаграммой, показанной на схеме I.

Эта диаграмма показывает две разновидности вегетативных реакций на эмоциональные состояния. В правой части диаграммы показаны состояния, которые могут развиться, когда проявление враждебных агрессивных импульсов (борьбы или бегства) блокировано и отсутствует в явном поведении; слева представлены состояния, которые развиваются, когда заблокированы тенденции к поиску помощи.

Всегда, когда в сознательном поведении подавлены проявления установок соперничества, агрессивности и враждебности, симпатическая система оказывается в состоянии непрерывного возбуждения. Симпатическое возбуждение, сохраняющееся из-за того, что в согласованном произвольном поведении реакция борьбы или бегства не достигает завершения, приводит к развитию вегетативных симптомов. Это видно на примере пациента, страдающего гипертонической болезнью: его внешнее поведение выглядит заторможенным, чрезмерно контролируемым. Более того, при мигрени приступ головной боли может прекратиться в течение нескольких минут после осознания пациентом своей ярости и Открытого ее выражения1.

В тех случаях, когда удовлетворение регрессивных тенденций к поиску помощи не достигается в открытом поведении, либо из-за внутреннего неприятия их, либо в силу внешних причин, вегетативные реакции склонны проявляться в дисфункциях, являющихся результатом возросшей парасимпатической активности. В качестве примера можно привести внешне гиперактивного, энергичного пациента с пептической язвой, не допускающего удовлетворения своих зависимых потребностей, и пациента, у которою развивается хроническое утомление, из-за которого он становится нетрудоспособным при осуществлении той или иной деятельности, требующей сконцентрированных усилий. Другими словами, эти вегетативные симптомы порождаются длительным возбуждением парасимпатической ветви вегетативной нервной системы, вызванным продолжительным эмоциональным напряжением, которое не находит выхода во внешнем скоординированном произвольном поведении.

Эти корреляции между симптомами и бессознательными установками нельзя распространять на корреляцию между явными чертами личности и симптомами. Кроме того, сочетание обоих типов реагирования может наблюдаться у одного и того же человека в разные периоды жизни, а в некоторых случаях даже одновременно’.

3. ПРОБЛЕМА СПЕЦИФИЧНОСТИ

ЭМОЦИОНАЛЬНЫХ ФАКТОРОВ

ПРИ СОМАТИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВАХ

Изложенные на предыдущих страницах взгляды основаны на теории специфичности. Согласно ей физиологические реакции на эмоциональные стимулы, как нормальные, так и патологические, зависят от природы эмоционального состояния. Смех — реакция на веселье, плач — на горе; вздох выражает облегчение или отчаяние, а покраснение — смущение. Вегетативные реакции на различные эмоциональные стимулы также зависят от типа эмоций. Каждому эмоциональному состоянию присущ свой физиологический синдром. Возросшее кровяное давление и учащенное сердцебиение — компоненты ярости и страха. Усиленная желудочная секреция может быть регрессивной реакцией на чрезвычайную ситуацию. Приступы астмы связаны с вытесненным бесПроводимое здесь разделение между симпатическим и парасимпатическим доминированием не связано с концепциями сим-патико-тонических и ваготонических конституций Эппингера и Гесса, поскольку симпатическое или парасимпатическое доминирование является не постоянной особенностью человека, а только характеристикой определенного состояния.

сознательным импульсом закричать и позвать мать на помощь.

До сих пор остается открытым вопрос о том, насколько специфичны физиологические реакции на различные эмоциональные стимулы. Предлагаемая теория проводит принципиальное различие между двумя установками: (1) подготовкой к активному действию в ситуации, вызывающей тревогу, и (2) бегством от нее в возрастающую зависимость подобно маленькому ребенку, который обращается за помощью к матери вместо того, чтобы попытаться самому встретить лицом к лицу чрезвычайную ситуацию. Согласно Кэннону (43) первый тип эмоциональной установки сопровождается повышенным симпатическим, а второй — повышенным парасимпатическим возбуждением. Внутри двух этих основных категорий можно выделить специфические реакции на различные эмоции. Они будут обсуждаться в следующих главах.

Не перевелись еще сторонники прежней точки зрения, которая заключается в том, что специфической корреляции между характером эмоционального стресса и его физическими последствиями не существует. Согласно этой концепции любая эмоция может содействовать любому органическому расстройству, а за локализацию заболевания отвечает локальная уязвимость поражен-;

ного органа. В то же время теория эмоциональной специфичности не пренебрегает другими неэмоциональными факторами, которые могут определять тип физиологической реакции’. Конституция и предыстория задействованной системы органов также играют важную роль и влияют на специфическую восприимчивость организма к эмоциональным стимулам.

Полемика по поводу специфичности психодинамических факторов, действующих при вегетативных расстройствах, осложнена тем, что во всех этих расстройствах присутствуют такие важные психологические факторы, как тревожность, вытесненные враждебные и эротические импульсы, фрустрация, стремление к зависимости, чувства неполноценности и вины. Специфично не наличие какого-либо или нескольких из этих психологических факторов, а та динамическая конфигурация, в которой они проявляются. Специфичность такого рода подобна той, что встречается в стереохимии. Составляющие различных органических соединений — одни и те же атомы: углерод, водород, кислород и азот; однако они образуют огромное число комбинаций с разными структурными паттернами, и каждая комбинация дает вещество с высоко специфичными свойствами. Кроме того, специфичен способ, которым проявляет себя психологическая побудительная сила. Враждебность может выражаться в физическом нападении, принимая либо крайние формы, либо в пачканий, плевках и т.д., либо в словесных оскорблениях, деструктивных фантазиях, либо в других непрямых способах нападения. Соответственно варьируют и физиологические реакции. Желание быть опекаемым, как этоВидно при вегетативном уходе, может проявляться как желание быть накормленным, приласканным, ублаженным, получить похвалу, ободрение или помощь любым другим способом. Как будет детально показано при обсуждении различных вегетативных расстройств, психологическое содержание вместе с динамической конфигурацией побудительных сил определяет физиологические функции, которые будут активированы или заторможены. Ценный подход к исследованию специфических физиологических реакций на психологические стимулы использовался Френчем. Поскольку «любая интегрированная деятельность предполагает функциональное возбуждение то одного органа, то другого сообразно специфическому паттерну деятельности», вытесненные побуждения в сновидениях могут выражаться через соматические функции, соответствующие психологическим стимулам .



Поделитесь с Вашими друзьями:

Расстройства эмоциональной сферы

Эмоции, онтогенез. Эмоции в переводе с латинского языка дословно означают «возбуждать, волновать». Под эмоциями понимают реакции по типу субъективно окрашенных переживаний индивида, отражающих значимость для него воздействующего раздражителя или результата собственного действия (удовольствие, неудовольствие).

Согласно П. К. Анохину, эмоции – физиологические состояния организма, имеющие ярко выраженную субъективную окраску и охватывающие все виды чувствований и переживаний человека – от глубоко травмирующих страданий до высоких форм радости и социального жизнеощущения. Отношение человека к происходящим событиям и удовлетворению своих потребностей проявляется в виде чувств.

Эмоции делят на:

  • эпикритические, корковые (характерные только для человека),
  • филогенетически более молодые (к ним относятся такие эмоции, как эстетические, этические, нравственные),
  • протопатические эмоции, подкорковые, таламические, филогенетически более древние,
  • элементарные (удовлетворение чувства голода, жажды, продолжения рода).

Существуют положительные эмоции, которые возникают при удовлетворении потребностей, – это переживание радости, воодушевления, удовлетворения, и отрицательные эмоции, при которых переживается затруднение в достижении цели, огорчение, тревога, раздражение, гнев.

Также Кантом были выделены стенические эмоции, направленные на активную деятельность, борьбу, способствующие мобилизации сил для достижения цели, и астенические, обусловливающие неуверенность, пониженную активность, сомнения, бездеятельность.

Эмоции являются наиболее древними психическими функциями, появившимися на длительном этапе эволюции высшей нервной деятельности человека. Большинство эмоциональных реакций, особенно инстинктивные, человек получил от животных, у которых эмоциональные реакции зарождались в связи с различными ситуациями, вызывающими реакцию страха или гнева. Такие реакции были связаны с угрозой для жизни животного, т. е. возникала необходимость вступать в борьбу или спасаться бегством. Испытывая чувство страха, животное готовилось к действию. Таким образом, в процессе эволюции закрепились наиболее целесообразные вегетативные реакции, которые и обеспечивали эту деятельность.

Во время переживания чувства страха происходит централизация кровообращения (перераспределение крови в организме), расширение сосудов в мышцах, сердце, легких, мозге и сужение их в коже и брюшной полости. Данный механизм обеспечивает успешное спасение бегством или меньшую кровопотерю в экстремальных ситуациях. До вступления в борьбу или до бегства животное старается отпугнуть врага, принимая различные устрашающие позы: выгибает спину, оскаливает зубы, поднимает хвост, издает угрожающие звуки. Также наблюдается пиломоторная реакция, в результате которой шерсть поднимается дыбом и, как следствие, животное увеличивается в размерах. Под влиянием чувства страха у животного увеличивается содержание сахара в крови, тем самым повышается вязкость крови. Все вышеперечисленные реакции являются защитными, выработавшимися в процессе эволюции.

У человека данные вегетативные реакции, несмотря на то, что многие из них стали рудиментарными, сохраняются. При волнении, испытывая чувство страха, у человека наблюдается побледнение кожных покровов, тело покрывается так называемой «гусиной кожей» – это и есть оставшийся рудимент пиломоторной реакции.

В вегетативных реакциях при различных эмоциональных состояниях может преобладать тонус как симпатического, так и парасимпатического отдела вегетативной нервной системы.

Эмоции сопровождаются не только вегетативными реакциями, но и выразительными движениями, близкими к проявлениям животных. Например, при попадании в пасть собаки чего-либо несъедобного отмечается мимическая реакция, подобная той, которая развивается у человека, когда он принял горькое лекарство или когда у него возникло чувство досады.

Выразительные движения могут быть адекватны переживаемой эмоции, а также человек может их подавить усилием воли. В большинстве случаев мимика и выразительные движения не соответствуют переживаемой эмоции: например, при огорчении у человека возникает улыбка.

Настроение – эмоциональное состояние, сохраняющееся на определенном промежутке времени, т. е. более или менее продолжительное состояние.

Согласно Рибо, филогенез чувств характеризуется следующими этапами.

  • I этап – протоплазматический (досознательный): на данном этапе чувства выражаются в изменениях раздражимости тканей.
  • II этап – потребностей: в этот период появляются первые признаки переживания удовольствия-неудовольствия.
  • III этап – так называемых примитивных эмоций: к ним относятся эмоции органического характера (боль, гнев, половое чувство).
  • IV этап – абстрактные эмоции (моральные, интеллектуальные, этические, эстетические).

Онтогенез эмоций. В онтогенезе эмоций выделяется четыре этапа.

  • Первый этап (период новорожденности) характеризуется преобладанием инстинктов и прежде всего инстинкта самосохранения (включая пищевой).
  • Второй этап – этап органического чувствования. Основой его является переработка информации от экстеро– и интеро-рецепторов и возникновение нестойких образных представлений о действительности с переживаниями ребенка: удовлетворения-неудовлетворения, приятного-неприятного. Из данных чувств формируется отношение ребенка к близким.
  • Третий этап – развитие эпикритических эмоций в период с 3-х до 12–14 лет. Связь развивающихся эмоций с органическими потребностями преобладает еще продолжительное время, и с 10–12 лет эмоции приобретают самостоятельное психическое выражение. Продолжается совершенствование эпикритиче-ских эмоций, в эмоциональных реакциях начинает преобладать корковая коррекция органических потребностей и влечений.
  • Четвертый этап – формирование высших человеческих эмоций, полное развитие которых достигается к 20–22 годам.

К этому периоду чувства становятся подвластны рассудку, иными словами, корригируются интеллектуальной деятельностью. В этот период становится возможным подавление внешних проявлений эмоций, мимических реакций и выразительных движений.

Симптомы эмоциональных нарушений

Нарушения эмоционального реагирования

Эмоциональное реагирование – острые эмоциональные реакции, возникающие в ответ на различные ситуации. В отличие от изменений настроения, эмоциональные формы реагирования кратковременны и не всегда соответствуют основному фону настроения.

Эмоциональные нарушения проявляются неадекватностью эмоционального реагирования на события внешнего мира. Эмоциональные реакции, как правило, неадекватны по силе и степени выраженности, длительности и значимости вызвавшей их ситуации.

Эксплозивностью называется повышенная эмоциональная возбудимость, склонность к бурным проявлениям аффекта, неадекватная по силе реакция. Реакция гнева с агрессией может возникнуть по незначительному поводу.

Эмоциональное застревание – состояние, при котором возникшая аффективная реакция фиксируется на длительное время и оказывает влияние на мысли и поведение. Пережитая обида «застревает» надолго у злопамятного человека. Человек, усвоивший определенные догмы, эмоционально для него значимые, не может принять новые установки, несмотря на изменившуюся ситуацию.

Амбивалентность – возникновение одновременно противоположных чувств по отношению к одному и тому же человеку.

Чувство потери чувств – утрата способности реагировать на происходящие события, мучительное бесчувствие.

Расстройства настроения

Расстройства настроения проявляются в виде двух вариантов: симптомами с усилением и ослаблением эмоциональности. К расстройствам с усилением эмоциональности относятся гипертимия, гипотимия, дисфория, тревога, эйфория, эмоциональная слабость.

Гипертимия характеризуется повышенным радостным настроением, сопровождающимся приливом бодрости, хорошим прекрасным физическим самочувствием, легкостью в преодолении всех трудностей, переоценкой собственных возможностей.

Эйфория весьма сходна по характеристике с гипертимией, характеризуется как беспечное, благодушное, беззаботное настроение, переживание полного удовлетворения своим состоянием, а также недостаточной оценкой происходящих событий.

Гипотимия является противоположностью гипертимии и характеризуется сниженным настроением, переживанием тоскливости, подавленности. У людей с гипотимией все внимание концентрируется только на отрицательных событиях, настоящее, прошлое и будущее воспринимаются в мрачных красках.

Под дисфорией понимают тоскливое, с преобладанием злобы настроение, а также сопровождающееся переживанием чувства недовольства собой и окружающими. Характеризуется выраженными аффективными реакциями гневливости, ярости с агрессией, отчаяния с суицидальными попытками.

Тревога характеризуется ощущением чувства внутреннего беспокойства, ожиданием неприятности, катастрофы. Чувство тревоги может дополняться двигательным беспокойством, вегетативными реакциями. Тревога может трансформироваться в панику, при которой больные мечутся, не находят себе места или застывают в ужасе.

Эмоциональная лабильность (слабость) проявляется неустойчивостью настроения, изменением его под влиянием незначительных событий, несущественных жизненных трудностей. У больных легко могут возникать состояния умиления, сентиментальности с появлением слезливости (слабодушие). Например, при виде шагающих пионеров человек не может удержать слезы умиления.

Болезненное психическое бесчувствие характеризуется мучительным переживанием утраты всех человеческих чувств – любви к близким, сострадания, горя, тоски. Больные рассказывают о том, что стали бесчувственны «как дерево, как камень», страдают от этого, уверяют, что для них тоска легче.

Вышеперечисленные симптомы свидетельствуют об усилении эмоционального состояния независимо от того, каковы эти эмоции – положительны или отрицательны.

К нарушениям настроения со снижением эмоциональности относятся такие состояния, как апатия, эмоциональная монотонность, эмоциональное огрубение, эмоциональная тупость.

В переводе с греческого языка слово apatia означает «бесчувственность»; также существуют синонимы данного термина: анормия, антинормия, болезненное безразличие. Апатией называют расстройство эмоционально-волевой сферы, проявляющееся безразличием к себе, окружающим лицам и событиям, отсутствием желаний, побуждений и полной бездеятельностью. Больные в таком состоянии не проявляют никаких интересов, не высказывают никаких желаний, не интересуются окружающими, часто не знают, как зовут соседей по палате, лечащего врача – не из-за нарушений памяти, а из-за безразличия. На свиданиях с близкими молча забирают подарки и уходят.

Эмоциональная монотонность (эмоциональная холодность). У больного наблюдается ровное, холодное отношение ко всем событиям независимо от их эмоциональной значимости.

Эмоциональное огрубение характеризуется утратой наиболее тонких эмоциональных реакций: пропадает деликатность, сопереживание, появляется назойливость, бесцеремонность. Данные состояния наблюдаются при алкоголизме, при атеро-склеротических изменениях личности.

Эмоциональная (либо аффективная) тупость. Данное расстройство характеризуется слабостью эмоциональных реакций, а также контактов, обеднением чувств, эмоциональной холодностью, переходящей в полное равнодушие и безучастность. Такие больные равнодушны и холодны к близким людям, их не трогает болезнь или смерть родителей, иногда сохраняются грубо эгоистические интересы.

Нарушения настроения и эмоционального реагирования могут сопровождаться изменениями мимики и выразительных движений, которые могут быть неадекватными по силе и выраженности эмоциональному состоянию или не соответствовать переживаемым эмоциям.

Гипермимия – расстройство, сопровождающееся живой, быстро меняющейся мимикой, отражающей картину быстро появляющихся и исчезающих аффектов. Проявление мимических реакций часто утрировано, чрезмерно бурно и ярко. Выразительные действия усилены, ускорены, быстро меняются, достигая в ряде случаев маниакального возбуждения.

Амимия (либо гипомимия) проявляется ослаблением, однообразной застывшей мимикой несчастья, отчаяния, свойственной для депрессивных состояний. На лице застывшее скорбное выражение, губы плотно сжаты, углы рта опущены, брови сдвинуты, между ними залегают складки. Характерна складка Верагута: кожная складка верхнего века на границе внутренней трети оттянута кверху и назад, в связи с чем дуга превращается в этом месте в угол.
Выразительные движения ослаблены, замедлены, смазаны. Иногда двигательная активность полностью утрачивается, больные становятся обездвиженными, но мимика сохраняется скорбная. Это картина депрессивного ступора.

Парамимия проявляется в виде неадекватности мимики. В некоторых случаях это выражается в появлении улыбки на похоронах, слез и гримас, плача при торжественных и приятных событиях. В других случаях мимические реакции не соответствуют каким-либо переживаниям – это различные гримасы, больной может зажмуривать глаза при поедании вкусного торта, надувать щеки, открывать рот, морщить лоб.

Аффект

Под аффектом понимают кратковременное сильное душевное волнение, сопровождающееся не только эмоциональной реакцией, но и возбуждением всей психической деятельности.
Выделяют физиологический аффект, такой, как аффект гнева либо радости, который не сопровождается помрачением сознания, автоматизмами и амнезией.

Астенический аффект характеризуется быстрым истощением, сопровождается подавленным настроением, снижением психической активности и жизненного тонуса, ухудшением самочувствия.

Стеническому аффекту свойственно повышенное самочувствие, с выраженной психической активностью, ощущением приливов собственной силы.

Патологический аффект определяется кратковременным психическим расстройством, развивающимся в ответ на внезапную интенсивную психическую травму, и проявляется в концентрации сознания на травмирующих переживаниях с последующим аффективным разрядом, за которым следуют общая расслабленность, безразличие и глубокий сон; также характеризуется частичной или полной амнезией.

В некоторых случаях патологическому аффекту предшествует длительная психотравмирующая ситуация, и сам патологический аффект возникает как реакция на какую-то «последнюю каплю».

Депрессия

Типичный депрессивный синдром характеризуется депрессивной триадой, включающей в себя гипотимию, подавленное, грустное, тоскливое настроение, замедление мыслительных процессов и двигательную заторможенность. Выраженность вышеуказанных расстройств может быть весьма различной. Диапазон гипотимических расстройств может колебаться от легкой подавленности, грусти и депримирован-ности до глубокой тоски, при которой больные испытывают тяжесть, боль в груди, бесперспективность и никчемность своего существования. Настоящее, будущее и прошлое воспринимаются таким человеком в мрачных красках. В некоторых случаях тоска воспринимается не только как душевная боль, но и как тягостное физическое ощущение в области сердца, в груди, «предсердечная тоска».

В случае депрессивного синдрома замедление в ассоциативном процессе проявляется в обеднении мышления: мыслительный процесс идет очень медленно, мыслей мало, обычно они прикованы к неприятным событиям, таким, как болезни, идеи самообвинения. Никакие приятные события не могут переменить направление настоящих размышлений. Ответы на любые заданные вопросы у таких больных носят односложный характер, притом что между вопросом и ответом наблюдаются длительные паузы.

Двигательная заторможенность при депрессивном синдроме проявляется в замедлении движений и речи. Речь становится тихой, медленной, мимика больного скорбная, движения его замедлены, однообразны. Больные могут подолгу оставаться в одной позе. В некоторых случаях двигательная заторможенность достигает полной обездвиженности, что расценивается как депрессивный ступор. Двигательная заторможенность при депрессивных состояниях может выполнять в некотором роде защитную роль. Депрессивные больные, испытывая мучительное, тягостное состояние безысходной тоски и бесперспективности существования, высказывают мысли о самоубийстве. В случае выраженной двигательной заторможенности больные зачастую говорят, что им так тяжело, что жить невыносимо, но предпринять что-либо, а именно убить себя, у них нет сил. Как правило, такие больные говорят о том, чтобы кто-нибудь пришел и убил их и это было бы замечательно.

Иногда при депрессии двигательная заторможенность неожиданно сменяется приступом возбуждения, взрывом тоски (меланхолический раптус). В таких случаях больной внезапно вскакивает, начинает биться головой об стену, царапать свое лицо. При этом он может вырвать себе глаз, разорвать рот, пораниться, разбить головой стекло, выброситься из окна. Как правило, больные в таком состоянии истошно кричат и воют. Если больного удается удержать, то приступ постепенно ослабевает, а затем снова наступает двигательная заторможенность.

При депрессиях зачастую наблюдаются суточные колебания настроения, что является наиболее характерным для эндогенных депрессий. В большинстве случаев в ранние утренние часы больные испытывают состояние безысходности, глубокую тоску и отчаяние. Именно в это время они представляют особую опасность для себя, так как самоубийства совершаются часто именно в эти часы.

Кроме того, для депрессивного синдрома свойственны идеи самообвинения, греховности, виновности, что также может приводить больного к мысли о самоубийстве. Вместо переживания и чувства тоски при депрессии может возникнуть состояние «эмоционального бесчувствия». В таких случаях больные говорят, что они потеряли способность переживать, утратили чувства. Больные могут жаловаться на то, что к ним приходят их дети, а они ничего к ним не чувствуют, что такое состояние еще хуже, чем тоска, так как тоска является чем-то человеческим, а они – как камень. Такое состояние называется болезненным психическим бесчувствием, а депрессия носит название анестетической.

Депрессивный синдром сопровождается достаточно выраженными вегетативно-соматическими нарушениями, например, тахикардией, болями или неприятными ощущениями в области сердца, колебаниями артериального давления (в большинстве случаев с тенденцией к гипертензии), различными нарушениями со стороны желудочно-кишечного тракта, снижением или полной потерей аппетита, уменьшением массы тела, расстройствами со стороны эндокринной системы. В ряде случаев вышеуказанные вегетативно-соматические расстройства могут быть настолько выраженными, что маскируют собой собственно психические аффективные расстройства.

В зависимости от того, какой компонент преобладает в структуре депрессивного синдрома, выделяют тоскливую, тревожную, апатическую депрессии, а также и другие варианты депрессивного состояния.

О. П. Вертоградова и В. М. Волошин в аффективном звене классической депрессивной триады выделяют три основных компонента: тоску, тревогу и апатию. Нарушения идеаторных и моторных компонентов депрессивной триады могут быть представлены двумя вариантами расстройств: торможением и расторможенностью.

В зависимости от соответствия характера и степени выраженности идеаторных и моторных нарушений по доминирующему аффективному расстройству выделяются гармоничные, дисгармоничные и диссоциированные варианты депрессивной триады. Каждый из вариантов имеет свое диагностическое значение, что является особенно важным на начальных этапах развития депрессии.

Иногда идеи самообвинения при депрессивном синдроме могут достигать выраженности бреда. В таких случаях больные бывают убеждены в том, что они преступники, что вся их прошлая жизнь греховна, что они всегда совершали оплошности и недостойные поступки и теперь их ждет заслуженная кара.

Тревожная депрессия. Характеризуется тягостным, мучительным ожиданием неизбежного конкретного несчастья. В большинстве случаев сопровождается однообразным двигательным и речевым возбуждением. В данном состоянии больные убеждены, что должно произойти что-то непоправимое, в чем они, возможно, виноваты. При этом они не находят себе места, ходят по отделению, постоянно обращаются к персоналу с какими-либо вопросами, цепляются за проходящих, прося у них помощи, смерти, умоляют выпустить их на улицу. В ряде случаев двигательное возбуждение достигает состояния неистовства: больные мечутся, охают, стонут, причитают, выкрикивают отдельные слова, а также могут наносить себе различные повреждения. Такое состояние носит название «ажитированной депрессии».

Апатическая депрессия. Для апатической (адинамической) депрессии характерно ослабление всех побуждений. Больные в таком состоянии вялы, безучастны к окружающему миру, безразличны к своему состоянию и состоянию близких им людей. При этом больные неохотно вступают в контакт, не высказывают каких-либо определенных жалоб, часто говорят, что единственным их желанием является желание, чтобы их не трогали.

Маскированная депрессия. Для маскированной депрессии (лаврированная, или депрессия без депрессии) характерно преобладание различных двигательных, чувствительных или вегетативных расстройств по типу депрессивных эквивалентов. Клинические проявления этой депрессии крайне разнообразны. Нередко встречаются различные жалобы на расстройства со стороны сердечно-сосудистой системы и системы органов пищеварения. Могут наблюдаться приступы болей в области сердца, желудка, кишечника. При этом боли могут иррадиировать в другие участки тела. Такие расстройства обычно сопровождаются нарушениями сна и аппетита. Сами депрессивные расстройства недостаточно выражены и маскируются под соматическими жалобами. Существует точка зрения, что депрессивные эквиваленты являются начальным этапом в развитии самих депрессивных синдромов. Данное положение подтверждается наблюдением последующих типичных депрессивных приступов у больных с маскированной ранее депрессией.

При маскированной депрессии больной длительно, упорно и безрезультатно лечится у врачей различных специальностей. Кроме того, при применении различных методов исследования не выявляется никакого конкретного соматического заболевания, но несмотря на неудачи в лечении своих «заболеваний», больные упорно продолжают посещать врачей.

Депрессивные эквиваленты. Под депрессивными эквивалентами понимают периодически возникающие состояния, которые характеризуются разнообразными жалобами и симптомами преимущественно вегетативного характера, заменяющие приступы депрессии при маниакально-депрессивном психозе.

Реактивные депрессии. Реактивные депрессии как самостоятельное психогенное заболевание были выделены французским ученым Е. Регли в 1910 году. Выраженность депрессивных переживаний может быть различна, а диапазон их колеблется от психологически адекватных переживаний утраты, сопровождающихся грустью и подавленностью, до витальной глубокой тоски с переживанием безысходности, невос-полнимости утраты и идеями самообвинения.

Наиболее частой психической травмой, приводящей к возникновению депрессивного синдрома, является ситуация «эмоционального лишения». Такой ситуацией может явиться потеря близкого, его смерть, отъезд либо уход. «Эмоциональным лишением» является и переезд, особенно пожилого и одинокого человека, в другое место с утратой эмоциональных привязанностей и эмоциональных контактов, переезд в другую страну, а также вынужденная жизнь далеко от родины и близких людей.

В зависимости от закономерностей развития симптоматики депрессивного синдрома выделяют чистую, или простую, депрессию, истерическую и тревожную.

Симптоматика депрессивного синдрома возникает обычно спустя несколько дней после известия о случившемся несчастье. Считается, что в эти дни происходит внутренняя обработка и оценка значимости потери. В момент получения известия о трагическом событии у части больных, у которых имеется предрасположенность к возникновению истерической или тревожной депрессии, наблюдаются кратковременные аффективно-шоковые реакции, которые могут быть как гипо-, так и гиперкинетическими. Такие реакции являются прогностическим признаком клинического варианта реактивной депрессии и представляют опасность для больного в связи с тем, что в состоянии психомоторного возбуждения с аффективной су-женностью сознания они могут внезапно выпрыгнуть из окна, броситься под машину.

При чистой, или простой, депрессии не наблюдается аффективно-шоковой реакции. В таком случае вся клиническая картина исчерпывается депрессивными расстройствами, тоскливое настроение обычно сопровождается двигательной заторможенностью, замедлением течения мыслительных процессов. Все переживания сконцентрированы на случившемся несчастье. В такие периоды отвлечь внимание больного, переключить его мысли на другие события обычно не удается. Будущее рисуется таким людям в довольно мрачных красках, возникают идеи самообвинения. Тоскливое настроение усиливается к вечеру и при оживлении воспоминаний о психотравмирующей ситуации, что может отмечаться во время беседы, встречи с людьми, посещении тех мест, где произошло несчастье, кладбища.

Депрессия сопровождается такими вегетативными симптомами, как расстройства сна и аппетита, тахикардия, гипергидроз, артериальная гипертензия. Могут наблюдаться гипнагогические галлюцинации, отражающие содержание психической травмы.

Хорошим примером может послужить следующая жизненная ситуация. Больная Х., 46 лет, росла и развивалась соответственно своему возрасту, училась хорошо, по характеру была спокойной, уравновешенной, общительной. Первый муж погиб на фронте, тяжело переживала его смерть. Второй брак удачный, муж хорошо относился к ней и сыну от первого брака. Родила еще двух детей, но особую привязанность испытывала к старшему сыну. Во время купания он утонул в реке. Получив известие, ничего не могла сказать – «застыла на месте». После похорон стала тосклива, лежала в постели, отказывалась от еды, высказывала суицидальные мысли, уверяла, что она виновата в смерти сына: «не уберегла», «недосмотрела». По вечерам слышала его шаги, звонок в дверь, голос. Плохо спала, засыпала с трудом, просыпалась с чувством тяжести на сердце. Все мысли сосредоточились на несчастье. Была убеждена в исключительности своего горя и своей потери. О будущем думать не могла: «Все стало мрачным и сейчас, и в будущем». О младших детях не заботилась и не думала. Вспоминала мельчайшие подробности из жизни погибшего сына, его слова, выражения, привычки, поступки. Ходила медленно, часами сидела в одной позе с выражением скорби на лице. Аппетит понижен: «все как трава». Тахикардия до 96 ударов в минуту. Артериальное давление 150/90 мм рт. ст., гипергидроз, запоры.

В данном наблюдении реактивная депрессия возникла у личности без психопатических черт в преморбидном периоде. Развитию болезни предшествовала тяжелая психическая травма типа «эмоционального лишения» – внезапная смерть 20-летнего сына. Клиническая картина реактивного психоза исчерпывалась только депрессивной симптоматикой, поэтому о таких вариантах говорят как о «чистых», или простых, психогенных депрессиях.

При истерическом варианте депрессии аффект тоски бывает менее глубоким, сочетается с недовольством, раздражительностью и капризностью. Тоска сопровождается демонстративным поведением, театральностью, стремлением вызвать к себе сочувствие окружающих. Идей самообвинения не бывает или они носят нарочитый, демонстративный характер. Чаще имеется тенденция обвинять окружающих в своих несчастьях. На фоне депрессии могут наблюдаться истерические «стигмы», расстройства походки, блефароспазм, параличи, афония и др. Психогенные галлюцинации обычно ярки и сценоподобны: больные могут видеть целые сцены, связанные с психической травмой, или умершего родственника, разговаривают с ним, кормят его.

Пример. Больная А., 25 лет. Развитие правильное. Закончила обучение в школе с отличием, после чего поступила в социально-экономический университет. В процессе обучения отличалась от своих сокурсников непосредственностью реакций, эмоциональной живостью. Всегда выглядела моложе паспортного возраста. В 24 года полюбила молодого человека, который был моложе ее на 6 лет. Решила выйти за него замуж. После конфликта между ними молодой человек повесился. В первый момент женщина не могла осознать, что случилось, бесцельно металась по комнате. Затем возникла слабость, все время лежала, плохо спала, боялась выключить свет. Окружающее было, «как в тумане», «говорили как не про меня». Ходила с трудом, ноги были «как резиновые». Во время еды возникала рвота, «сжимало горло». Тоска появилась на похоронах. На следующий день, надев траурное платье, сидела на видном месте в холле общежития. Почти ничего не ела, плохо спала. На 7-й день была помещена в больницу. Ориентирована правильно, общительна, говорит, что все стало «мрачным и неинтересным». Временами слышит его голос, оклики по имени, ощущает его прикосновение. Винит себя в его смерти, считает, что теперь не имеет права на счастье. Периодически возникают яркие представления о его речи, отчетливо вспоминает сказанные им фразы. Постоянно думает о нем, часто плачет. Считает, что «никто ранее не переживал ничего подобного». Постепенно стала общительнее, проявляла интерес к окружающим больным, охотно ходила в кино, гуляла, но продолжала утверждать, что «все житейское ей неинтересно».

Вся депрессивная симптоматика у данной больной сопровождается истерическими расстройствами: рвотой, ощущением кома в горле, демонстративностью высказываний и поведения.

При тревожной депрессии наиболее часто наблюдаются аффективно-шоковые реакции гиперкинетического типа. Нарастающая депрессия сопровождается двигательным беспокойством, тревогой до ажитированных приступов отчаяния. Эти больные наиболее опасны в отношении совершения самоубийств.

Пример. Больная В., 48 лет. Рано лишилась родителей, в связи с чем вынуждена была начать работать с 14 лет. В возрасте 47 лет внезапно получила известие о гибели своего мужа, после чего в течение нескольких часов металась по комнате, громко кричала, не понимала обращенную к ней речь. Кроме того, женщина рвалась убежать из дома, выпрыгнуть в окно. Периодически возбуждение сменялось приступами слабости. По прошествии некоторого времени она не помнила, что с ней было в первые часы. Во время похорон мужа женщина то кричала, то лежала неподвижно. После похорон отмечалось усиление тоски и тревоги. Больная была достаточно сильно возбуждена, не могла сидеть на одном месте, испытывала неприятные ощущения во всем теле, боли в области сердца, постоянно изрекала суицидальные мысли, в связи с чем и была отправлена в психоневрологический стационар. Ориентирована правильно, тревожна, ходит по отделению, заламывает руки, говорит, что не переживет такой утраты, не сможет жить без него. Не может сосредоточиться ни на чем. При засыпании видит у постели мужа, слышит его голос, кажется, что он сидит рядом. Испытывает тоску, в груди «жжет», давит на сердце, «нечем дышать». Отказывается от еды: «зачем есть, когда его нет». Злобно настроена в адрес виновников гибели мужа, пишет в различные инстанции, требуя их наказания.

Больные с тревожной реактивной депрессией представляют серьезную опасность из-за возможности совершения ими суицидальных действий, особенно в первые недели развития заболевания.

Психотические реактивные депрессии у детей не наблюдаются, у подростков встречаются достаточно редко.

Выделяют два варианта реактивной депрессии: открытую и диссимулятивную. В первом случае имеются все признаки депрессивного состояния с переживанием тоскливого настроения, слезливостью, заторможенностью, фиксацией на несчастье. В случае диссимулятивной депрессии отсутствуют активные жалобы на тоску, больные стараются не говорить о травмирующей ситуации, держатся тихо и незаметно. Переживания не раскрывают. Суицидальные мысли скрываются, суицидальные попытки готовятся и часто оказываются неожиданными для окружающих.

Отмеченные различия депрессивных состояний у взрослых и подростков обусловлены преморбидными особенностями заболевших. Так, чистые, или простые, депрессии наблюдаются обычно у личностей, близких к гармоничным: сдержанных, собранных, активных, целеустремленных, отличающихся четкими эмоциональными привязанностями к своим близким.

Истерические варианты реактивных депрессий обычно наблюдаются у лиц с чертами психического инфантилизма и истерическими акцентуациями. Тревожные депрессии в большинстве случаев возникают у лиц эмоционально неустойчивых или тревожно-мнительных, склонных к постоянным сомнениям, неуверенных в себе. Диссимулируемый вариант психогенной депрессии наблюдается у сенситивных подростков. Включение ипохондрических расстройств в структуру депрессии обычно отмечается у истероидных и лабильных подростков.

Атипичность депрессий у подростков дала основание выделить некоторые эквиваленты депрессий: делинквентный, ипохондрический, астеноапатический.

Делинквентный эквивалент реактивной депрессии встречается примерно в 20 % случаев у мальчиков в младшем и среднем подростковом возрасте и проявляется нарушениями поведения. Подросток становится угрюмым, озлобленным, прогуливает уроки, слоняется без дела по улицам. На всех поступках лежит печать отчаяния. Несмотря на мрачность, подросток обычно отрицает угнетенное настроение. Этот вариант также называют психопатоподобным.

Ипохондрический эквивалент характеризуется постоянными жалобами на плохое соматическое состояние. Такие подростки охотно обращаются к врачам, ложатся в больницу, подвергаются обследованиям, выполняют различные процедуры. Уклоняются от учебы, бездельничают, бывают плаксивы и раздражительны, особенно если не верят их «болезни». Плохое настроение обычно связывают с «тяжелым заболеванием». Данный эквивалент депрессивного синдрома чаще наблюдается в среднем и старшем подростковом возрасте.

Астеноапатический эквивалент реактивной депрессии характеризуется прежде всего затруднениями в учебе за счет повышенной утомляемости. Подростки становятся вялыми, недостаточно активными, бездеятельными. Утрачивается интерес к развлечениям и компаниям сверстников. Аппетит и сон обычно не нарушены, но едят без удовольствия, сон не освежает и не приносит бодрости. Больные не отмечают тоски, но жалуются на скуку, хандру, испытывают недовольство собой, бывают идеи самообвинения и суицидальные мысли. Данный вариант депрессивного эквивалента наблюдается у подростков среднего и старшего возраста.

Депрессивный невроз (невротическая депрессия) – психогенно обусловленная легкая форма депрессии с преобладанием грустного настроения, адинамии, нередко с навязчивыми идеями и ипохондрически-сенестопатическими явлениями.

При невротической депрессии, как и при других неврозах, на первом этапе отмечается значительная выраженность вегетативно-соматических нарушений – этап соматических жалоб. Невротическая депрессия чаще развивается у людей, в преморбидном состоянии которых отмечаются прямолинейность, ригидность, гиперсоциальность, а также бескомпромиссность. Данным лицам свойственна аффективная яркость переживаний со стремлением сдерживать внешние проявления эмоций. Психотравмирующие обстоятельства продолжительные, субъективно значимые, неразрешимые и в значительной степени обусловленные преморбидными особенностями личности пациентов.

Выделяют два варианта обстоятельств, приводящих к невротической депрессии:

  1. «неудачна вся жизнь больного»; при этом во всех областях деятельности больного формируются неблагоприятные взаимоотношения;
  2. больной вынужден проживать в ситуации эмоционального лишения, которое обусловлено продолжительной разлукой, отсутствием эмоционального контакта с близкими, взаимоотношениями, которые необходимо скрывать, неудовлетворенностью жизнью, отсутствием эмоциональной отдушины в жизни.

Психотравмирующие ситуации существуют длительное время, отрицательные эмоции, вызванные ими, подавляются пациентом. Тем не менее, отрицательные эмоции подавить невозможно. При подавлении эмоциональный разряд разрешается по вегетативным путям. В таком случае у больного возникают вегетативно-соматические расстройства, что и наблюдается на первом этапе невротической депрессии.

У больных появляются вегетодистонические расстройства, колебания величин артериального давления, сердцебиения и головокружения, нарушения функции желудочно-кишечного тракта. Обычно с жалобами на эти нарушения больные и обращаются к терапевтам, где получают симптоматическое лечение. После данного этапа начинает нарастать пониженное настроение, которое сами больные исключительно редко связывают с травмирующим обстоятельством. Врачи склонны объяснять происходящее соматическим состоянием, так как у больного наблюдается стойкая гипотония и явления спастического колита.

Тоска обычно неглубокая. Больные жалуются на грусть, утрату радости от житейских удач, снижение активности. Речи о психогенной обстановке обычно не бывает. На отсутствии осознания причин заболевания концентрировали внимание все специалисты, изучающие невротическую депрессию. Почти у всех больных прослеживаются нарушения сна. Чаще отмечается затрудненное засыпание, больные не могут отрешиться от событий миновавшего дня или нарушения носят характер невроза ожидания. Более мучительными для больных бывают пробуждения среди ночи или в ранние утренние часы, которые сопровождаются чувством тревоги и сердцебиением, однако «страха за сердце» и ипохондрической фиксации на неприятных ощущениях в сердце не возникает. Ухудшение самочувствия в утренние часы считается стандартным депрессивным расстройством. Однако у данных больных по утрам не наблюдается усиления тоски или тревоги. Чаще они ощущают слабость и разбитость, как больные неврастенией.

Значительное число больных отмечают понижение активности, но это касается установления контактов, выбора развлечений. У большинства прослеживается «бегство в работу», особенно если травмирующая обстановка носит семейно-сексуальный характер. Только на работе такие пациенты чувствуют себя здоровыми. «Бегство в болезнь» встречается крайне редко, только на этапе перехода невротической депрессии в невротическое истерическое развитие личности.

Типичным для невротической депрессии является симптом, условно названный нами «надежда на светлое будущее» (Лакосина Н. Д.). Он характеризуется тем, что у больных нет тоскливой оценки будущего, их не беспокоит мысль о бесперспективности ситуации и состояния. Даже при явно неразрешимой ситуации они как бы не замечают и не учитывают ее при построении планов на будущее.

Течение депрессии волнообразное. При ее нарастании возникает слезливость. Больные по любому поводу и без повода не могут удержать слезы. Именно слезливость часто приводит подобных больных к врачам.

При длительном течении невротической депрессии на этапе перехода в невротическое развитие личности появляется расстройство, условно названное нами «болтливость». Малоразговорчивые, склонные скрывать свои переживания люди начинают рассказывать часто малознакомым людям о своих душевных переживаниях, о неблагополучии в семье. Возникшая болтливость была несвойственна им ранее и воспринимается ими как чуждая, как проявление заболевания. Больные стараются с ней бороться, стыдятся непривычной словоохотливости. После приступа говорливости ругают себя за это, затем вновь не могут не «болтать». Речь в эти периоды ускоренная, сами они выглядят оживленными. Невротическая депрессия является одним из вариантов психогенных расстройств на невротическом уровне.

Для структуры самого синдрома невротической депрессии характерны следующие особенности: отсутствие аффекта тоски, проецируемого в будущее, и отражение психогенной ситуации в высказываниях больных. Снижение активности и инициативы долго носит парциальный характер, имеет место «бегство в работу». Указанные особенности синдрома невротической депрессии помогают отдифференцировать его от депрессивных состояний другого генеза.

Сравнительно-возрастные особенности депрессивного синдрома. У детей дошкольного возраста депрессии проявляются вегетативными и двигательными нарушениями, так как этому возрасту свойственны именно эти формы реагирования. В более раннем возрасте депрессии еще менее напоминают депрессии. Дети вялы, двигательно беспокойны, аппетит нарушен, наблюдаются потеря массы тела, нарушения ритма сна. Депрессивные состояния могут возникнуть при эмоциональной депрессии, лишении ребенка контакта с матерью. Например, при помещении ребенка в лечебное учреждение первоначально у него возникает состояние двигательного возбуждения с плачем, отчаянием, затем возникают вялость, апатия, отказ от еды и игр, склонность к соматическим болезням. Такие состояния чаще обозначаются как анаклитическая депрессия.

Анаклитическая депрессия возникает у детей в возрасте 6-12 месяцев, разлученных с матерью и находящихся в плохих условиях жизни. Проявляется такой вид депрессии адинамией, анорексией, снижением или полным исчезновением реакций на внешние раздражители, задержкой развития психики и моторики.

У детей раннего возраста выделяют адинамическую и тревожную депрессии. Адинамическая депрессия проявляется вялостью, медлительностью, монотонностью, безрадостным настроением, тревожная – плаксивостью, капризностью, негативизмом, двигательным беспокойством.

В дошкольном возрасте преобладают вегетативные и двигательные расстройства, однако внешний вид детей свидетельствует о пониженном настроении: страдальческое выражение лица, поза, тихий голос. В этом возрасте отмечаются суточные колебания в самочувствии, появляются ипохондрические жалобы на неприятные ощущения в различных частях туловища. Выделяют несколько вариантов депрессий в зависимости от доминирующих расстройств.

У детей младшего школьного возраста на первый план выступают нарушения поведения: вялость, замкнутость, потеря интереса к играм, трудности в усвоении школьного материала. У некоторых детей отмечаются раздражительность, обидчивость, склонность к агрессии, прогулы школы. Жалоб на тоску у детей обнаружить не удается. Могут наблюдаться «психосоматические эквиваленты» – энурез, понижение аппетита, похудание, запоры.

В пубертатном возрасте уже обнаруживается депрессивный аффект, который сочетается с выраженными вегетативными расстройствами, головными болями, нарушениями сна, аппетита, запорами, стойкими ипохондрическими жалобами. У мальчиков часто доминирует раздражительность, у девочек – подавленность, слезливость и вялость.

В пубертатном возрасте клиническая картина депрессии приближается к депрессивным состояниям у взрослых, но менее отчетлива идеаторная (ассоциативная) заторможенность. Больные довольно активно высказывают идеи самообвинения и ипохондрические жалобы.

Особенности депрессивных синдромов позднего возраста связаны с изменениями психической деятельности человека и определены биологическими процессами возрастной инволюции. Для депрессий позднего возраста свойственна своеобразная «сниженность и измельчание» расстройств, отсутствие депрессивной самооценки и депрессивной переоценки прошлого (прошлое воспринимается чаще как благополучное и счастливое), преобладание опасений за здоровье, боязнь перед материальными затруднениями. Это отражает возрастную переоценку ценностей.

В позднем возрасте выделяют депрессии простые с заторможенностью и тревожные. Простые депрессии с возрастом встречаются реже, и возрастает число тревожно-ипохондрических и тревожно-бредовых состояний. Наибольшее число депрессивных состояний с тревогой приходится на возраст 60–69 лет.

При всех вариантах депрессивных состояний наблюдаются нарушения сна, аппетита, изменения массы тела, запоры. Нередко больные с депрессией в позднем возрасте испытывают «чувство собственной измененности», однако у пожилых людей жалобы обычно касаются соматической измененности. Признаки психической анестезии чаще наблюдаются у лиц, заболевших до 50 лет, по сравнению с больными более старшего возраста.

Выраженная двигательная заторможенность не свойственна для депрессивных состояний позднего возраста, депрессивные ступорозные состояния почти не встречаются. Тревожно-ажитированные депрессии прослеживаются как в инволюционном, так и в позднем возрасте.

У больных в позднем возрасте большое место в клинической картине депрессий занимают ипохондрические расстройства, однако чаще, чем ипохондрический бред, наблюдаются тревожные опасения ипохондрического содержания или фиксация на различных соматических жалобах.

Мания

Для мании (или маниакального синдрома) характерна маниакальная триада, включающая в себя: гипертимию – приподнятое радостное настроение, ускорение ассоциативных процессов, а также двигательное возбуждение со стремлением к какой бы то ни было деятельности. Выраженность вышеуказанных расстройств варьирует. Ассоциативная деятельность может ускоряться в различной степени и колебаться от незначительного облегчения ассоциативной деятельности до «скачки идей». Повышение двигательной активности может достигать уровня беспорядочного возбуждения, что носит название спутанной мании. Настроение у таких лиц бывает не только радостным и веселым, но в некоторых ситуациях может иметь место и гневливый аффект, т. е. гневливая мания.

Характерным для маниакального синдрома является отвлекаемость больного, в результате чего он оказывается не в состоянии довести до конца начатое дело. При беседе с врачом такие пациенты не могут четко и последовательно сообщить о себе какие-либо анамнестические сведения. В таких случаях больной говорит без умолку и охотно беседует с врачом, однако такая беседа непродуктивна в связи с тем, что больной отвлекается на различные внешние события или возникающие у него ассоциации с происходящим вокруг. Такие ассоциации носят поверхностный характер.

Больные в состоянии мании обычно не предъявляют никаких соматических жалоб. В маниакальном состоянии такие лица наоборот испытывают «душевный подъем» и прилив физических сил. При этом больные склонны переоценивать свои реальные способности и возможности. Таким образом, женщины, несмотря на преклонный возраст, убеждены в своей неотразимой привлекательности, уверяя, что все студенты и врачи в них влюблены. Больные стремятся украшать свою одежду любыми способами, неумеренно пользуются косметикой, делают замысловатые прически. В маниакальном состоянии у больных раскрываются способности сочинять стихи, рисовать прекрасные картины, петь, сочинять музыку. Как правило, чем менее выражено маниакальное состояние, тем продуктивнее данная деятельность.

Возможности для реализации многочисленных планов таким пациентам представляются неограниченными, они не замечают никаких препятствий на своем пути. Обычно у лиц с маниакальным синдромом повышено чувство собственного достоинства. Такие больные довольно часто бывают убеждены в том, что их ожидают великие открытия, и они могут сыграть незаменимую роль в решении серьезных социальных проблем общества. Такая переоценка своих возможностей может достигать уровня экспансивного бреда.

Кроме того, у больных наблюдается речевое возбуждение, проявляющееся в том, что они говорят очень много, быстро, громко. В случае выраженного речевого возбуждения спустя несколько дней голос становится охрипшим. Иногда больные не могут полностью высказать свою мысль, из-за выраженной отвлекаемости они не договаривают фразы или выкрикивают только отдельные слова. Сами больные при этом говорят, что язык не успевает за их мыслями.

В случае менее выраженного речевого возбуждения ускорение ассоциативной деятельности при разговоре не отмечается, а выявляется только при письме, во время чего больные не дописывают фразы или пишут только отдельные слова.

Больные с маниакальным синдромом обладают типичным внешним видом: лицо гиперемировано, мимика оживлена, движения быстрые. Такие люди не могут усидеть на месте, хватаются за различные дела, но ни одно из них не могут довести до конца. Аппетит в большинстве случаев повышен, едят с жадностью, пищу плохо пережевывают и быстро глотают.

Половое влечение бывает усилено, что проявляется легким вступлением больных в контакты, они часто заводят новые сексуальные связи, женятся, дают необоснованные обещания.

При маниакально-депрессивном психозе маниакальный синдром обычно не сопровождается возникновением истинных бредовых идей величия. Однако больные зачастую переоценивают свои реальные возможности и свою роль в прошлой жизни. Такие высказывания, как правило, не достигают уровня бреда, носят характер сверхценных идей величия, не отличаются стойкостью.

Различают несколько вариаций маниакального синдрома: непродуктивная мания, веселая мания, мания с дурашливостью. Веселая мания наиболее характерна для маниакально-депрессивного психоза. Непродуктивная мания характеризуется тем, что повышенное настроение и двигательное возбуждение не сопровождаются стремлением к какой-либо деятельности. Мания с дурашливостью отличается от других маний тем, что повышенное настроение с двигательным и речевым возбуждением сопровождается манерностью, детскостью, а также склонностью к нелепым шуткам.

Отдельно выделяется мория, для которой характерно сочетание подъема настроения с расторможенностью влечения, дурашливостью, плоскими нелепыми шутками. В ряде случаев обнаруживаются обнубиляции сознания больного. Такие изменения психики развиваются чаще всего при поражении лобных долей.

Если маниакальный синдром протекает в легкой степени, то говорят о гипомании.

Сравнительно-возрастные особенности маниакального синдрома. Наличие маниакальных состояний у детей раннего возраста признается не всеми психиатрами. К признакам маниакального синдрома у детей относят расторможенность влечений и неустойчивость настроения.

У детей в дошкольном и младшем школьном возрасте можно предположить гипоманиакальное состояние только в тех случаях, когда приподнятое настроение с эйфорией и грубыми нарушениями поведения продолжается длительное время. В данном возрасте гипомания может проявляться в виде двигательной расторможенности, суетливости, непослушании, упрямстве и многоречивости.

В препубертатном и младшем пубертатном возрасте эйфорическое настроение при маниакальном состоянии бывает достаточно отчетливым, однако ведущими проявлениями остаются нарушения поведения. Больные двигательно активны, агрессивны, драчливы, сексуально расторможены, отмечается повышение аппетита.

У более старших подростков маниакальные состояния подобны таким же расстройствам, наблюдаемым у взрослых больных.

В пожилом возрасте маниакальный синдром отличается однообразным течением, монотонностью. В этом возрасте преобладает эйфоричный аффект с беспечностью над веселым, приподнятым настроением. На фоне повышенного настроения могут возникать слабодушные реакции. Пожилые больные в маниакальном состоянии обычно малопродуктивны. Круг их ассоциаций обедняется, часто наблюдается обстоятельность, склонность к детализации вещей. Вместо живости и остроумия отмечается склонность к плоским шуткам, поверхностным суждениям, построению нелепых планов. Вместо стремления к деятельности наблюдается бесцельная суетливость, усиливающаяся к вечеру и по ночам. Больные обычно становятся неряшливыми, не следят за одеждой, волосы бывают не уложены, карманы набиты мусором и объедками пищи. В этом возрасте часто наблюдается несоответствие между малой подвижностью и речевым возбуждением.

Эмоции — это… Что такое Эмоции?

По своему характеру Э. бывают положительными или отрицательными. Положительные Э. (радость, восторг), вызывая резкие вегетативные сдвиги (подъем кровяного давления, учащение сердечных сокращений и др.), не дают длительных следовых реакций. При отрицательных Э. (страх, горе) вегетативные сдвиги имеют более длительный характер, что может способствовать развитию патологического состояния. Кратковременная и ярко выраженная по соматовегетативным проявлениям положительная или отрицательная Э. обозначается как аффект.

Объективно о том или ином эмоциональном состоянии можно судить по поведению человека, реакции мимических мышц, а также по вегетативным сдвигам в организме (сосудистые реакции, функциональные изменения сердечной деятельности, дыхания, перистальтики кишечника и др.).

К структурам ц.н.с., возбуждение которых вызывает те или иные положительные («центры удовольствия») или отрицательные («центры неудовольствия») Э., относят ретикулярную формацию и ряд образований лимбической системы (см. Головной мозг). Поражение этих структур (опухоль, травма, инфекция) вызывает у человека резкие нарушения в эмоциональной сфере. Патология эмоций наблюдается как позитивное и негативное проявление при ряде психических заболеваний; они могут возникать при психопатиях, циклотимии, шизофрении, эпилептической болезни, органических заболеваниях головного мозга. В психиатрии к этой группе состояний принято относить экстаз, гипертимию, эйфорию, гипотимию, дисфорию, апатию, эмоциональную тупость и эмоциональную слабость. Экстаз — переживание восторга, необычной радости, вдохновения, счастья. Гипертимия — состояние приподнятого настроения с оптимизмом, чувством безграничной радости и веселости, ускоренным темпом мыслительных процессов, повышенной активностью. Для гипертимии характерны изменчивость внимания и отвлекаемость, отсутствие утомляемости и истощаемости. Отмечается переоценка своей собственной личности. Лица в состоянии гипертимии выглядят помолодевшими, для них характерны блеск глаз, повышенный аппетит, повышенное сексуальное влечение. Эйфория — повышенное настроение с чувством довольства, беспечности, безмятежности, не сопровождающееся ускорением ассоциативных процессов и повышением продуктивности; для эйфории характерны бездеятельность, пассивность. Гипотимия — состояние, характеризующееся снижением настроения, нередко сопровождающееся чувством тоски с ощущением тяжести в груди, резким замедлением процессов мышления, замедленностью движений, снижением активности. Окружающее представляется в мрачном свете, ничто не вызывает чувства радости, жизнь воспринимается как цепь ошибок, возникают идеи самообвинения. Лица, находящиеся в состоянии гипотимии, выглядят постаревшими, отмечаются потухший взгляд, серый цвет кожи, поседение и выпадение волос, ломкость костей, снижение либидо, у женщин возможны нарушения менструального цикла.

Дисфория — расстройство настроения с напряженным злобно-тоскливым аффектом, раздражительностью, доходящей до взрывов гнева с агрессией.

Апатия — состояние с отсутствием эмоций, безучастностью к происходящему вокруг, отсутствием интереса к своей личности, своей судьбе. Характерны аспонтанность, односложные ответы на вопросы. Апатию сопровождают резкое падение психической активности, безволие, обеднение сознания.

Эмоциональная тупость характеризуется значительным снижением яркости и живости эмоциональных реакций вплоть до безразличия, при этом снижение эмоциональных проявлений касается как высших социальных эмоций, так и эмоций, связанных с инстинктами.

Эмоциональная слабость определяется крайней изменчивостью настроения с сентиментальностью, капризностью, слезливостью, и в ряде случаев появляются реакции, неадекватные событиям. Сопровождается возникновением широкого круга астенических расстройств.

Вегетативные симптомы – обзор

Паренхиматозные заболевания

Терапия кортикостероидами может улучшить состояние пациентов с диффузной энцефалопатией-васкулопатией или массовым поражением ЦНС. Однако лишь в редких случаях иммуносупрессивная терапия улучшает нейроэндокринную дисфункцию или вегетативные симптомы.

Лечение кортикостероидами паренхиматозной болезни ЦНС и других тяжелых неврологических проявлений саркоидоза обычно начинается с преднизолона, 1,0-1,5 мг/кг в день.Критически больным пациентам может потребоваться внутривенное введение высоких доз кортикостероидов. 112 Иногда оправдан короткий курс метилпреднизолона, 20 мг/кг ежедневно внутривенно в течение 3 дней, с последующим назначением преднизона, 1,0–1,5 мг/кг в день в течение 2–4 недель. Более высокие дозы применяют у пациентов с особенно тяжелым течением заболевания. Таким пациентам часто требуется более длительная терапия, поэтому снижение дозы преднизолона следует проводить очень медленно. Дозу преднизолона можно снижать на 5 мг каждые 2 недели по мере наблюдения за клиническим течением.Нейросаркоидоз может ухудшиться при низкой дозе преднизолона (приблизительно 0,1 мг/кг или 10 мг или меньше в день). Некоторые пациенты имеют индивидуальный терапевтический нижний предел или дозу, ниже которой можно почти предсказать ухудшение.

После того, как будет достигнута суточная доза преднизолона, составляющая примерно 10 мг, пациента следует обследовать на наличие признаков ухудшения заболевания. Клиническое заболевание можно контролировать по симптомам, но можно также контролировать субклиническое заболевание. Для пациентов с поражением ЦНС полезно использовать расширенную МРТ.Интенсивное усиление в мозговых оболочках, например, указывает на активный нейросаркоидоз, и дальнейшее снижение дозы кортикостероидов может привести к клиническому обострению. Другие проявления нейросаркоидоза могут оцениваться на предмет субклинического ухудшения на индивидуальной основе (например, путем оценки исследований нервной проводимости или уровня креатинкиназы в сыворотке), но стойкие легкие отклонения в спинномозговой жидкости обычно не являются показанием для продолжения или повышения дозы кортикостероидной терапии.Попытки «нормализовать» спинномозговую жидкость часто требуют мощной иммуносупрессии с сопутствующими побочными эффектами.

Если саркоидоз находится в состоянии покоя, низкая суточная доза преднизолона около 10 мг может быть снижена на 1 мг каждые 2-4 недели. Если у пациента развился клинический рецидив, дозу преднизолона следует удвоить (за исключением случаев, когда доза очень умеренная, в этом случае может быть назначена доза преднизолона от 10 до 20 мг в сутки). Затем пациент должен наблюдаться в течение примерно 4 недель, прежде чем будет рассмотрена возможность следующего снижения дозы.Пациентам может потребоваться несколько циклов более высоких и более низких доз кортикостероидов во время попыток постепенного снижения дозы лекарств. Тем не менее, болезнь может затихнуть, и без попыток отмены лекарств пациенты могут без необходимости подвергаться вредным побочным эффектам высоких доз кортикостероидов длительного действия.

Судороги, когда они возникают, как правило, не являются серьезной ограничивающей проблемой и обычно хорошо контролируются противоэпилептическими препаратами, если эффективно лечится основная воспалительная реакция ЦНС.Однако судороги являются признаком или маркером присутствия паренхиматозного поражения головного мозга, что само по себе является серьезным проявлением нейросаркоидоза. 12,13

У пациентов с массовым поражением ЦНС, не поддающимся лечению высокими дозами кортикостероидов, может быть рассмотрена хирургическая резекция, особенно в угрожающих жизни ситуациях.

Психологические нарушения вегетативной функции. Клинические методы

Определение

Вегетативные функции – это те телесные процессы, которые наиболее непосредственно связаны с поддержанием жизни.Эта категория охватывает пищевые, метаболические и эндокринные функции, включая прием пищи, сон, менструацию, функцию кишечника, активность мочевого пузыря и сексуальные возможности. Эти функции могут быть изменены широким спектром психологических состояний.

Техника

Нарушения вегетативной функции настолько часты, что каждого пациента с эмоциональным расстройством следует расспросить о нарушениях приема пищи, выделения, менструации и сна. То, что клиницист в первую очередь исследует, является психологически индуцированным изменением, которое может быть либо усилено, либо уменьшено в обычном паттерне пациента.

К тому времени, когда будут изучены вопросы, связанные с вегетативной функцией, врач уже будет искать доказательства беспокойства, депрессии или межличностных трудностей в других частях психиатрической базы данных. Затем врач определяет, есть ли связь между нарушениями вегетативной функции и эмоциональными конфликтами. При этом полезно задать такие вопросы, как следующие: «Начались ли телесные нарушения (например, анорексия) во время эмоционального стресса? Усугубляются ли они при усилении эмоционального стресса? Различается ли оно в разных ситуациях?»

За исключением половой сферы (см. главу 216), большинству пациентов не составляет труда обсудить проблемы, связанные с их вегетативными функциями.Почти каждый хоть раз сталкивался с нарушениями в этих функциях организма, и признание этих трудностей почти или совсем не вызывает клейма. Обычно существует временная и поддающаяся количественной оценке связь между эмоциональными симптомами и нарушением вегетативной функции. Нарастание или уменьшение эмоциональной симптоматики нередко сопровождается сопутствующими изменениями нарушения вегетативной функции. Характерно, что повышенное эмоциональное напряжение связано с усилением вегетативной дисфункции.

Также важно, исследуя эту область, задать общий вопрос о любых нарушениях физической функции, причины которых врачи прошлого не могли найти. Пациента можно спросить: «Были ли у вас когда-нибудь физические проблемы, причины которых ваш врач не смог найти?» Пациента также можно спросить: «Говорили ли вам когда-нибудь, что у вас есть физические симптомы в результате нервозности, депрессии или стресса?»

Важно спрашивать пациентов конкретно о наличии каких-либо расстройств пищевого поведения, таких как нервная анорексия или булимия, оба из которых обсуждаются далее в этой главе.Пациенты с любым расстройством часто очень скрытны. Они почти никогда не будут добровольно предоставлять какую-либо информацию о своих симптомах. Тем не менее, когда их прямо спрашивают о переедании, вызываемой у себя рвоте или использовании слабительных или мочегонных средств для похудения, многие пациенты признаются в этих действиях. Кроме того, врач должен всегда помнить о возможности нервной анорексии у любой пациентки, которая выглядит истощенной.

Фундаментальные науки

Ранние работы исследователей Фландерса Данбара, Франца Александра, В.Б. Кэннон, Ганс Селье и другие обосновали концепцию о том, что эмоциональные конфликты могут приводить к изменениям физических функций. Попытки связать определенные типы личности или определенные психологические конфликты с конкретными психофизиологическими расстройствами предпринимались неоднократно. Например, личность типа А была описана как особенно склонная к коронарной окклюзии. Личность типа А обычно склонна к соперничеству, беспокойна и озабочена временем. Такие люди обычно также имеют физиологические признаки, которые включают высокий уровень триглицеридов в плазме, гиперинсулинемический ответ на введение глюкозы, повышенный уровень холестерина в крови и повышенный уровень норадреналина в моче.Несмотря на то, что многие пациенты с ишемической болезнью сердца, по-видимому, соответствуют типу личности А, многие пациенты с ишемической болезнью сердца не соответствуют этому типу личности. Хотя на основании текущих исследований кажется разумным рассматривать пациентов с типом личности А как более предрасположенных к ишемической болезни, также кажется очевидным, что это ни в коем случае не полное объяснение этого состояния.

John Nemiah и Peter Sifneos (1970) постулировали интересную концепцию алекситимии. Алекситимия относится к состоянию неспособности словесно выражать чувственные тона. В этой гипотезе психосоматические симптомы развиваются как альтернативное выражение аффекта в результате неспособности выразить чувства и справиться с ними вербально.

Современные неврологические исследования значительно облегчили понимание того, как эмоциональные конфликты могут привести к изменениям вегетативной функции. Многие из нейронных цепей, контролирующих эмоции, сосредоточены в лимбической системе мозга.Лимбическая система имеет множество путей, соединяющихся с вегетативными центрами в гипоталамусе. Когда эмоциональный стресс приводит к повышенной активности лимбической системы, существует достаточно нейронных связей для передачи этой повышенной активности в области гипоталамуса, которые контролируют вегетативную функцию. Изменения в выбросах этих вегетативных центров проходят через вегетативную нервную систему к конечным органам, таким как кишечник и мочевой пузырь. Предположительно, астма, гипертония, пептическая язва и другие психофизиологические расстройства являются результатом, по крайней мере частично, длительно продолжающейся гиперактивности вегетативной нервной системы на различные конечные органы.

Клиническое значение

Степень, в которой обычная вегетативная функция нарушается эмоциональным конфликтом, позволяет клиницисту сделать приблизительное суждение о тяжести эмоционального расстройства. Психиатрическое состояние, сопровождающееся нарушением вегетативной функции, обычно более тяжелое, чем то же состояние без такого телесного нарушения. Наличие отчетливого изменения вегетативной функции имеет большее значение, чем направление изменения, так как у больных с одинаковыми эмоциональными симптомами могут наблюдаться противоположные изменения телесной функции.Например, у большинства депрессивных больных снижен аппетит, но некоторые такие больные переедают, как описано ниже.

Особое значение имеют нарушения в следующих областях вегетативной функции:

  • Appetite

  • Menstruation

  • Функция мочевого пузыря

  • Сексуальная производительность

Продукты питания — это сильное эмоциональное значение.Младенцы постоянно утешаются, когда им предлагают еду. Многие люди связывают процесс еды с ощущением безопасности, комфорта и счастья. Для некоторых прием пищи может стать средством облегчения легкого беспокойства или депрессии. Считается, что эта склонность есть в ответ на стресс является фактором в некоторых случаях ожирения. Хотя некоторые пациенты реагируют на депрессию перееданием, обычно это те, у кого депрессия протекает в легкой форме. У большинства пациентов с выраженной депрессией отмечается выраженная потеря аппетита.В чем-то похожим образом случайный пациент с тревогой может отреагировать увеличением потребления пищи. Подавляющее большинство пациентов с тревогой от умеренной до тяжелой имеют некоторую степень снижения аппетита, хотя обычно это не так заметно, как при депрессии.

Нервная анорексия является особенно серьезным нарушением приема пищи. Пациенты с этим заболеванием испытывают сильный страх стать тучными, и этот страх не проходит по мере прогрессирования потери веса. При отсутствии адекватного лечения стойкий отказ этих больных от еды может привести к смерти от осложнений голодания.Булимия — еще одно расстройство пищевого поведения, имеющее клиническое значение. Булимия относится к состоянию, при котором пациенты испытывают повторяющиеся эпизоды, во время которых потребляется большое количество пищи за короткий период времени. Эти эпизоды обычно называют запоями. Пациенты с булимией часто заканчивают эпизоды самоиндуцированной рвотой. Пациенты с нервной анорексией или булимией могут использовать слабительные или диуретики, чтобы похудеть. Более 90% пациентов с нервной анорексией — женщины, как и подавляющее большинство пациентов с булимией.Хотя смертельные случаи от булимии происходят реже, чем от нервной анорексии, булимия может привести к серьезным медицинским осложнениям, включая эзофагит, повреждение зубов и токсичность при использовании слабительных или диуретиков.

Нарушения сна связаны с трудностями засыпания, поддержания сна и качества сна. У многих пациентов с тревогой или депрессией возникают трудности с засыпанием. Паттерн бессонницы, который возникает в первую очередь при депрессии, — это тот, при котором пациент может заснуть, но просыпается через несколько часов и затем не может снова заснуть.Многих пациентов с эмоциональными конфликтами беспокоят тревожные сновидения. Такие больные часто жалуются на сильную усталость, когда просыпаются утром. Некоторые пациенты реагируют на эмоциональный стресс синдромом отмены. Клиницисту следует помнить, что одной из форм отмены может быть сон. Меньшая часть таких пациентов, гораздо чаще депрессивные, чем тревожные, будут спать чрезмерно.

При выраженном эмоциональном напряжении у пациенток нередко наблюдается изменение менструального цикла.Нарушения менструального цикла возникают при некоторых психических заболеваниях. У больных с выраженной депрессией часто отмечается снижение менструаций, которое может прогрессировать до прекращения менструаций. Аменорея также возникает при нервной анорексии. У этих больных аменорея обычно является вторичной по отношению к голоданию. Аменорея также возникает при псевдоциезисе, который является состоянием ложной беременности, обнаруживаемым у некоторых женщин, у которых возникают психологические конфликты вокруг сильного желания забеременеть.

При эмоциональных расстройствах часты изменения в работе кишечника.Диарея часто возникает во время тревожных состояний. Запор часто сопровождает депрессию.

Нарушения мочеполовой функции при депрессии встречаются редко. Однако наличие беспокойства нередко проявляется учащением мочеиспускания.

Эмоциональный стресс сильно влияет на сексуальные возможности. Импотенция или фригидность — частые жалобы при состояниях тревоги и депрессии. Разрешение эмоциональных конфликтов часто возвращает нормальную сексуальную активность (см. также главы 187 и 216 об импотенции и фригидности).

Ссылки

  1. *Kaplan HI, Sadock BJ. Психологические факторы, влияющие на физическое состояние (психосоматические расстройства). В: Kaplan HI, Sadock BJ, ред. Современный синопсис комплексного учебника психиатрии. 4-е изд. Балтимор: Уильямс и Уилкинс, 1985; 4:1106–1223.

  2. Маккиннон Р.А., Михелс Р. Психосоматический пациент. В: Маккиннон Р.А., Михелс Р., ред. Психиатрическое интервью в клинической практике. Филадельфия: WB Сондерс, 1971; 363–73.

  3. Немия JC, Сифнеос PC. Аффект и фантазия у больных с психосоматическими расстройствами. В: Хилл О, изд. Современные направления психосоматической медицины. Бостон: Баттерворт, 1970; 126.

  4. Тейлор Р.Л. Дизайн нервной системы. В: Тейлор Р.Л., изд. Душа или тело, отличие психологических расстройств от органических. Нью-Йорк: Макгроу-Хилл, 1982; 13–29.

Подтипы нейровегетативных симптомов у молодых людей с большим депрессивным расстройством и их структурные корреляты головного мозга

  • Американская психиатрическая ассоциация. Диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам 5-е изд. (Автор, Вашингтон, округ Колумбия, 2013 г.).

    Google ученый

  • Гор, Ф. М. и др. Глобальное бремя болезней у молодых людей в возрасте 10-24 лет: систематический анализ. Ланцет 377 , 2093–2102 (2011).

    ПабМед Google ученый

  • Zisook, S. et al. Влияние возраста в начале на течение большого депрессивного расстройства. утра. J. Psychiatry 164 , 1539–1546 (2007).

    ПабМед Google ученый

  • Kessler, R.C. et al. Распространенность в течение жизни и распределение расстройств по DSM-IV по возрасту в репликации Национального обследования сопутствующих заболеваний. Арх. Общая психиатрия 62 , 593–602 (2005).

    ПабМед Google ученый

  • Марч, Дж.и другие. Флуоксетин, когнитивно-поведенческая терапия и их комбинация у подростков с депрессией. JAMA 292 , 807–820 (2004).

    КАС пабмед Google ученый

  • Kennard, B.D. et al. Ремиссия и выздоровление при лечении подростков с депрессией (TADS): неотложные и отдаленные результаты. Дж. Ам. акад. Ребенок-подросток. Психиатрия 48 , 186–195 (2009).

    ПабМед ПабМед Центральный Google ученый

  • Остергаард, С.Д., Дженсен, С. О. В. и Бек, П. Неоднородность депрессивного синдрома: когда цифры становятся серьезными. Acta Psychiatr. Сканд. 124 , 495–496 (2011).

    Google ученый

  • Паркер Г. и др. Атипичная депрессия: переоценка. утра. J. Psychiatry 159 , 1470–1479 (2002).

    ПабМед Google ученый

  • Постернак М.А. и Циммерман, М. Частичная проверка подтипа атипичных признаков большого депрессивного расстройства. Арх. Общая психиатрия 59 , 70–76 (2002).

    ПабМед Google ученый

  • Li, Y. et al. Подтипы большой депрессии: анализ латентного класса у депрессивных ханьских китаянок. Психология. Мед. 44 , 3275–3288 (2015).

    Google ученый

  • Ламерс, Ф.и другие. Выявление депрессивных подтипов в большом когортном исследовании: результаты Нидерландского исследования депрессии и тревоги (NESDA). Дж. Клин. Психиатрия 71 , 1582–1589 (2010).

    ПабМед Google ученый

  • Ульбрихт, С. М., Ротшильд, А. Дж. и Лапан, К. Л. Связь между подтипами латентной депрессии и ремиссией после лечения циталопрамом: анализ латентного класса с отдаленным исходом. J. Аффективное расстройство. 188 , 270–277 (2015).

    КАС пабмед Google ученый

  • Veltman, E.M. et al. Депрессивные подтипы в пожилой когорте, выявленные с помощью анализа латентных классов. J. Аффективное расстройство. 218 , 123–130 (2017).

    КАС пабмед Google ученый

  • Роджерс, С. и др. Подтипы депрессии, основанные на симптомах, и их психосоциальные корреляты: личностно-ориентированный подход с упором на влияние пола. J. Аффективное расстройство. 156 , 92–103 (2014).

    ПабМед Google ученый

  • Салливан, П. Ф., Прескотт, К. А. и Кендлер, К. С. Подтипы большой депрессии в реестре близнецов. J. Аффективное расстройство. 68 , 273–284 (2002).

    ПабМед Google ученый

  • Александрино-Сильва, К. и др. Гендерные различия в симптоматических профилях депрессии: результаты исследования психического здоровья мегаполиса Сан-Паулу. J. Аффективное расстройство. 147 , 355–364 (2013).

    ПабМед Google ученый

  • Салливан, П. Ф., Кесслер, Р. К. и Кендлер, К. С. Анализ латентных классов депрессивных симптомов в течение жизни в Национальном обзоре сопутствующих заболеваний. утра. J. Psychiatry 155 , 1398–1406 (1998).

    КАС Google ученый

  • Lamers, F. et al.Структура большого депрессивного расстройства у подростков и взрослых в общей популяции США. Бр. J. Psychiatry 201 , 143–150 (2012).

    ПабМед ПабМед Центральный Google ученый

  • Lamers, F. et al. Доказательства дифференциальной роли функции оси HPA, воспаления и метаболического синдрома при меланхолической и атипичной депрессии. Мол. Психиатрия 18 , 692–699 (2013).

    КАС пабмед Google ученый

  • Milaneschi, Y., Lamers, F., Bot, M., Drent, M.L. & Penninx, B.W.J.H. Дисрегуляция лептина особенно связана с большой депрессией с атипичными чертами: свидетельство механизма, связывающего ожирение и депрессию. биол. Психиатрия 81 , 807–814 (2017).

    КАС пабмед Google ученый

  • Симмонс, В.К. и др. Изменения аппетита выявляют подгруппы депрессии с отчетливыми эндокринными, метаболическими и иммунными состояниями. Мол. Психиатрия. https://doi.org/10.1038/s41380-018-0093-6 (2018 г.).

  • Каролео М. и др. Роль гормональных, метаболических и воспалительных биомаркеров в отношении сна и аппетита у пациентов с большой депрессией без лекарств: систематический обзор. J. Аффективное расстройство. 250 , 249–259 (2019).

  • Брейлин А., Кертис Дж., Дэвис К., Дреган А. и Хотопф М. Характеристики, сопутствующие заболевания и корреляты атипичной депрессии: данные исследования психического здоровья Британского биобанка. Психология. Мед. 1–10 (2019).

  • Milaneschi, Y. et al. Генетическая ассоциация большой депрессии с типичными чертами и иммунометаболическими нарушениями, связанными с ожирением. JAMA Psychiatry 74 , 1214–1225 (2017).

    ПабМед ПабМед Центральный Google ученый

  • Миланески Ю.и другие. Полигенная диссекция клинической гетерогенности большой депрессии. Мол. Психиатрия 21 , 516–522 (2016).

    КАС пабмед Google ученый

  • Симмонс, К. и др. Повышение и снижение аппетита, связанные с депрессией, выявляют диссоциированные паттерны аберрантной активности в вознаграждении и интероцептивной нейросхеме. утра. J. Psychiatry 173 , 418–428 (2016).

    ПабМед ПабМед Центральный Google ученый

  • Косгроув, К.Т. и др. Профили изменения аппетита при депрессии демонстрируют дифференциальную взаимосвязь между системным воспалением и активностью вознаграждения и интероцептивной нейросхемой. Поведение мозга. Иммун. 83, 163–171 (2020).

  • Берридж, К. С. «Любимая» и «желаемая» пищевая награда: мозговые субстраты и роль в расстройствах пищевого поведения. Физиол. Поведение 97 , 537–550 (2010).

    Google ученый

  • Мартин Л.Э. и др. Нейронные механизмы, связанные с пищевой мотивацией у взрослых с ожирением и со здоровым весом. Ожирение 18 , 254–260 (2010).

    ПабМед ПабМед Центральный Google ученый

  • Роллс Э. Т. Функции орбитофронтальной и прегенуальной поясной коры во вкусе, обонянии, аппетите и эмоциях. Acta Physiol. Hungarica 95 , 131–164 (2008).

  • Трейси, А.Л., Джаррард, Л. Э. и Дэвидсон, Т. Л. Новый взгляд на гиппокамп и мотивацию: аппетит и активность. Поведение. Мозг Res. 127 , 13–23 (2001).

    КАС пабмед Google ученый

  • Davey, C.G. et al. Добавление флуоксетина к когнитивно-поведенческой терапии юношеской депрессии (YoDA-C): рандомизированное, двойное слепое, плацебо-контролируемое, многоцентровое клиническое исследование. Ланцет Психиатрия . 6 , 735–744 (2019).

  • Quin, A.L. et al. Облегчение депрессии у молодежи с помощью противовоспалительного средства (YoDA-A): протокол и обоснование плацебо-контролируемого рандомизированного исследования розувастатина и аспирина. Раннее интервью. Психиатрия 12 , 45–54 (2018).

  • First, M.B., Spitzer, R.L., Gibbon, M. & Williams, J.B.W. Структурированное клиническое интервью для DSM-IV Axis I Disorders (SCID-I) (American Psychiatric Publishing, Washington, DC, US, 1997) .

    Google ученый

  • Hamilton, M. Шкала оценки депрессии. Дж. Нейрол. Нейрохирург. Психиатрия 23 , 56–62 (1960).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Rush, A.J. et al. Быстрый перечень депрессивной симптоматики из 16 пунктов. Депрессия 54 , 573–583 (2003).

  • Монтгомери, С.А. и Асберг, М. Новая шкала депрессии, разработанная с учетом изменений. Бр. J. Psychiatry 134 , 382–389 (1979).

    КАС пабмед Google ученый

  • Babor, T., Higgins-Biddle, J.C., Saunders, J.B., & Monteiro, M.G. Тест на выявление расстройств, связанных с употреблением алкоголя : Руководство по использованию в первичной медико-санитарной помощи 1–40 (ВОЗ, Женева, 2001 г.).

  • Морозини, П. Л., Мальяно, Л., Брамбилла Л., Уголини С. и Пиоли Р. Разработка, надежность и приемлемость новой версии Шкалы оценки социального и профессионального функционирования DSM-IV (SOFAS) для оценки рутинного социального функционирования. Acta Psychiatr. Сканд. 101 , 323–329 (2000).

    КАС пабмед Google ученый

  • Spitzer, R.L., Kroenke, K., Williams, J.B.W. & Lowe, B. Краткая мера для оценки генерализованного тревожного расстройства. Арх. Стажер Мед. 166 , 1092–1097 (2006).

    ПабМед Google ученый

  • Циммерман, М. и Маттиа, Дж. И. Шкала самоотчета, помогающая ставить психиатрические диагнозы. Арх. Общая психиатрия 58 , 787–794 (2001).

    КАС пабмед Google ученый

  • Эндикотт Дж., Ни Дж., Харрисон В. и Блюменталь Р.Опросник удовольствия и удовлетворенности качеством жизни: новая мера. Психофармакол. Бык. 29 , 321–326 (1993).

  • Мундт, Дж. К., Маркс, И. М., Шир, М. К. и Грайст, Дж. М. Шкала работы и социальной адаптации является простой мерой нарушения функционирования. Бр. J. Psychiatry 180 , 461–464 (2002).

    ПабМед Google ученый

  • Дейл, А. М., Фишл, Б. и Серено, М. И. Анализ поверхности коры головного мозга. I. Сегментация и реконструкция поверхности. Neuroimage 9 , 179–194 (1999).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Дестрьё, К., Фишль, Б., Дейл, А. и Халгрен, Э. Анатомическая парцелляция коры головного мозга на основе глубины борозды. Нейроизображение 47 , S151 (2009).

    Google ученый

  • Десикан Р.С. и др. Автоматизированная система маркировки для разделения коры головного мозга человека на МРТ-сканах на интересующие области на основе извилин. Neuroimage 31 , 968–980 (2006).

    ПабМед ПабМед Центральный Google ученый

  • Fischl, B. et al. Сегментация всего мозга. Нейрон 33 , 341–355 (2002).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • R Основная команда. R: язык и среда для статистических вычислений (R Foundation for Statistical Computing: Вена, Австрия, 2019 г.). https://www.r-project.org/.

  • Чаррад, М., Газзали, Н., Буато, В., Никнафс, А. NbClust: пакет R для определения соответствующего количества кластеров в наборе данных. J. Стат. ПО 61 , 1–36. http://www.jstatsoft.org/v61/i06/ (2014 г.).

  • Роджерсон, Д. Оценка устойчивости кластеризации K-средних.http://activisiongamescience.github.io/2016/08/19/Assessing-Stability-of-K-Means-Clusterings/ (2016).

  • Люксбург, У. Фон. Стабильность кластеризации: обзор. Найдено. Тенденции Маха. Учиться. 2 , 235–274 (2010).

    Google ученый

  • Динга, Р. и др. Оценка данных о биотипах депрессии: методологическое повторение и расширение Drysdale et al. (2017). НейроИмидж Клин. 22 , 101796 (2019).

    ПабМед ПабМед Центральный Google ученый

  • Barnes, J. et al. Корректировка размера головы, возраста и пола при МРТ-исследованиях: необходимая неприятность? Neuroimage 53 , 1244–1255 (2010).

    ПабМед Google ученый

  • Хагенауэр, М. Х., Перриман, Дж. И., Ли, Т. М. и Карскадон, М. А. Подростковые изменения гомеостатической и циркадной регуляции сна. Дев. Неврологи. 31 , 276–284 (2009).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Максвелл, М. А. и Коул, Д. А. Изменение веса и нарушение аппетита как симптомы подростковой депрессии: к интегративной биопсихосоциальной модели. клин. Психол. Ред. 29 , 260–273 (2009).

    ПабМед Google ученый

  • Онг, К.К.Л., Ахмед М.Л. и Дангер Д.Б. Роль лептина в росте и половом созревании человека. Acta Pediatr. 88 , 95–98 (1999).

    КАС Google ученый

  • Охайон, М. М. и Робертс, Л. В. Оспаривание достоверности связи между чрезмерным сном и перееданием при атипичной депрессии. Ж. Психосом. Рез. 78 , 52–57 (2015).

    ПабМед Google ученый

  • Мелиска, К.Дж. и др. Взаимосвязь показателей опросника «утро-вечер» с мелатонином и временем сна, индексом массы тела и атипичными депрессивными симптомами у женщин в пери- и постменопаузе. Психиатрия Res. 188 , 88–95 (2011).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Simmons, W.K. et al. Помня о теле: функциональная организация островка и функциональная связь объединяют интероцептивное, экстероцептивное и эмоциональное осознание. Гул. Карта мозга. 34 , 2944–2958 (2013).

    ПабМед Google ученый

  • Августин Дж. Р. Схема и функциональные аспекты островковой доли у приматов, включая человека. Мозг Res. 22 , 229–244 (1996).

    КАС пабмед Google ученый

  • Чикама М., Макфарланд Н. Р., Амарал Д. Г. и Хабер С.N. Островковые корковые проекции на функциональные области полосатого тела коррелируют с корковой цитоархитектонической организацией у приматов. J. Neurosci. 17 , 9686–9705 (1997).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Месулам М. и Мафсон Э. Дж. Островок Обезьяны Старого Света I: архитектоника островково-орбито-височного компонента паралимбического мозга. J. Комп.Нейрол. 22 , 1–22 (1982).

    Google ученый

  • Менон, В. и Уддин, Л. К. Заметность, переключение, внимание и контроль: сетевая модель функции островка. Структура мозга. Функц. 214 , 655–667 (2010).

    ПабМед ПабМед Центральный Google ученый

  • Шридхаран Д., Левитин Д. и Менон В. Критическая роль правой лобно-инсулярной коры в переключении между центрально-исполнительными сетями и сетями по умолчанию. Проц. Натл акад. науч. США 105 , 12569–12574 (2008 г.).

    КАС пабмед Google ученый

  • Крейг, А. Д. Как вы себя чувствуете — сейчас? Передняя островковая доля и человеческое сознание. Нац. Преподобный Нейроски. 10 , 59–70 (2009).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Крейг А. Д. Интероцепция: ощущение физиологического состояния тела. Курс. мнение Нейробиол. 13 , 500–505 (2003).

    КАС пабмед Google ученый

  • Де Сильва А., Салем В., Мэтьюз П. М. и Дхилло В. С. Использование функциональной МРТ для изучения контроля аппетита в ЦНС. Экспл. Диабет рез. 2012 , 764017 (2012).

  • Малик, С., Макглоун, Ф., Бедросян, Д. и Дагер, А. Грелин модулирует активность мозга в областях, которые контролируют аппетит. Клеточный метаб. 7 , 400–409 (2008).

    КАС пабмед Google ученый

  • Schloeg, H., Percik, R., Horstmann, A., Villringer, A. & Stumvoll, M. Пептидные гормоны, регулирующие аппетит — основное внимание уделяется нейровизуализационным исследованиям у людей. Диабет метаб. Рез. 27 , 104–112 (2011).

    Google ученый

  • Смукны Дж.и другие. Структура мозга предсказывает риск ожирения. Аппетит 59 , 859–865 (2012).

    ПабМед ПабМед Центральный Google ученый

  • Marsland, A.L. et al. Морфология мозга связывает системное воспаление с когнитивной функцией у взрослых среднего возраста. Поведение мозга. Иммун. 48 , 195–204 (2015).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Накви, Н.и Бечара, А. Скрытый остров зависимости: островок. Trends Neurosci. 32 , 56–67 (2009).

    КАС пабмед Google ученый

  • Кон, Н. и др. Нейронная сеть регуляции когнитивных эмоций — метаанализ ALE и анализ MACM. Нейроизображение 87 , 345–355 (2014).

    КАС пабмед Google ученый

  • Эверс, К., Сток, Ф. и де Риддер, Д. Т. Д. Кормление ваших чувств: стратегии регулирования эмоций и эмоциональное питание. Личный. соц. Психол. Бык. 36 , 792–804 (2010).

    Google ученый

  • Фултон, С. Аппетит и награда. Перед. Нейроэндокринол. 31 , 85–103 (2010).

    ПабМед Google ученый

  • Франк Г.К. В. Измененные схемы вознаграждения мозга при расстройствах пищевого поведения: курица или яйцо? Курс. Psychiatry Rep. 15 , 1–11 (2013).

    Google ученый

  • Wiser, S. & Telch, C. F. Диалектическая поведенческая терапия при компульсивном переедании. Дж. Клин. Психол. 55 , 7550–7768 (1999).

    Google ученый

  • Shriver, L.H. et al.Продольные связи между регуляцией эмоций и ожирением в позднем подростковом возрасте: косвенные эффекты через пищевое поведение. Питательные вещества 11 , E517 (2019).

  • Amlien, I.K. et al. Организационные принципы развития коры головного мозга человека — толщина и площадь от 4 до 30 лет: выводы из сравнительной нейроанатомии приматов. Церебр. кора. 26 , 257–267 (2016).

    ПабМед Google ученый

  • Дюшарм, С.и другие. Траектории созревания толщины коры при нормальном развитии мозга — Важность процедур контроля качества. Нейроизображение 125 , 267–279 (2016).

    ПабМед Google ученый

  • Tamnes, C.K. et al. Развитие коры головного мозга в подростковом возрасте: мультивыборочное исследование взаимосвязанных продольных изменений объема, площади поверхности и толщины коры. J. Neurosci. 37 , 3402–3412 (2017).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Wierenga, L.M., Langen, M., Oranje, B. & Durston, S. Уникальные траектории развития толщины коры и площади поверхности. Нейроизображение 87 , 120–126 (2014).

    ПабМед ПабМед Центральный Google ученый

  • Schmaal, L. et al. Кортикальные аномалии у взрослых и подростков с большой депрессией, основанные на сканировании головного мозга 20 когорт по всему миру в Рабочей группе по большим депрессивным расстройствам ENIGMA. Мол. Психиатрия 22 , 900–909 (2017).

    КАС Google ученый

  • Schmaal, L. et al. Структурные признаки мозга подростковых депрессивных симптомов: исследование продольной магнитно-резонансной томографии. Дж. Ам. акад. Ребенок-подросток. Психиатрия 56 , 593–601 (2017).

    ПабМед Google ученый

  • Ван Лоо, Х.М., Вандерс, Р.Б.К., Варденаар, К.Дж., и Фрид, Э.И. Проблемы с анализом латентных классов для выявления подтипов депрессии, управляемых данными. Мол. Психиатрия 23 , 495–496 (2016).

  • Lamers, F., Milaneschi, Y., De Jonge, P., Giltay, E.J. & Penninx, B.W.J.H. Метаболические и воспалительные маркеры: ассоциации с отдельными депрессивными симптомами. Психология. Мед . 48 , 1102–1110 (2017).

    ПабМед Google ученый

  • Ниренберг, А.А. и др. Остаточные симптомы после ремиссии большого депрессивного расстройства с циталопрамом и риск рецидива: отчет STAR*D. Психология. Мед. 40 , 41–50 (2018).

    Google ученый

  • Тейлор, Д. Дж., Уолтерс, Х. М., Виттенгл, Дж. Р., Кребаум, С. и Джарретт, Б. Когнитивная терапия депрессии и прогнозирование рецидивов и рецидивов. J. Аффективное расстройство. 123 , 181–187 (2011).

    Google ученый

  • Макгирр, А.и другие. Изучение депрессивных симптомов DSM-IV и риска завершения самоубийства при большом депрессивном расстройстве: исследование психологической аутопсии. J. Аффективное расстройство. 97 , 203–209 (2007).

    ПабМед Google ученый

  • Ламерс Ф., Бикман А. Т. Ф., ван Хемерт А. М., Шоверс Р. А. и Пеннинкс Б. В. Дж. Х. Шестилетнее продольное течение и исходы подтипов депрессии. Бр. J. Psychiatry 208 , 62–68 (2016).

    КАС пабмед Google ученый

  • Пик, Э. и др. Детерминанты (не)распознавания депрессии врачами общей практики. J. Аффективное расстройство. 138 , 397–404 (2012).

    ПабМед Google ученый

  • Рипе, М. В., Грицманн, П. и Бриден, А. Предпочтения практикующих психиатров в отношении основных симптомов большого депрессивного расстройства: скрытый совместный анализ. Int J. Methods Psychiatr. Рез. 26 , 1–7 (2017).

    Google ученый

  • Охайон, М. М. и Рот, Т. Место хронической бессонницы в течении депрессивных и тревожных расстройств. J. Psychiatr. Рез. 37 , 9–15 (2003).

    ПабМед Google ученый

  • Thase, ME Атипичная депрессия: полезная концепция, но пришло время пересмотреть критерии DSM-IV. Нейропсихофармакология 34 , 2633–2641 (2009).

    ПабМед Google ученый

  • Чекроуд, А. М. и др. Переоценка эффективности и предсказуемости лечения антидепрессантами. JAMA Psychiatry 74 , 370–378 (2017).

    ПабМед ПабМед Центральный Google ученый

  • Расстройства сознания — NHS

    Расстройство сознания или нарушение сознания — это состояние, при котором на сознание влияет повреждение головного мозга.

    Сознание требует как бодрствования, так и осознания.

    Бодрствование — это способность открывать глаза и выполнять основные рефлексы, такие как кашель, глотание и сосание.

    Осознание связано с более сложными мыслительными процессами, и его труднее оценить.

    В настоящее время оценка сознания основывается на физических реакциях, обнаруживаемых во время осмотра.

    Основными расстройствами сознания являются:

    • кома
    • вегетативное состояние
    • состояние минимального сознания

    Кома

    Кома — это когда человек не проявляет признаков бодрствования и признаков сознания.

    Человек в коме лежит с закрытыми глазами и не реагирует на окружающую среду, голоса или боль.

    Кома обычно длится менее 2–4 недель, в течение которых человек может проснуться или перейти в вегетативное состояние или состояние минимального сознания.

    Подробнее о комах.

    Вегетативное состояние

    Вегетативное состояние — это когда человек бодрствует, но не проявляет никаких признаков сознания.

    Человек в вегетативном состоянии может:

    • открыть глаза
    • просыпаться и засыпать через равные промежутки времени
    • имеют базовые рефлексы (например, моргают, когда их пугает громкий шум, или отдергивают руку, когда ее сильно сжимают)

    Они также могут регулировать свое сердцебиение и дыхание без посторонней помощи.

    Но человек в вегетативном состоянии не проявляет никаких осмысленных реакций, таких как слежение за объектом взглядом или реакция на голос.

    Они также не проявляют никаких признаков эмоций.

    Если человек длительное время находится в вегетативном состоянии, это может считаться:

    • продолжающееся вегетативное состояние , если оно длится более 4 недель
    • постоянное вегетативное состояние в течение более 6 месяцев, если оно вызвано нетравматической травмой головного мозга, или более 12 месяцев, если оно вызвано черепно-мозговой травмой

    Если у человека диагностировано постоянное вегетативное состояние, выздоровление крайне маловероятно, но не невозможно.

    Состояние минимального сознания

    Человек, демонстрирующий ясное, но минимальное или непоследовательное осознание, классифицируется как находящийся в состоянии минимального сознания.

    У них могут быть периоды, когда они могут общаться или отвечать на команды, например двигать пальцем, когда их об этом просят.

    Человек может войти в состояние минимального сознания после комы или вегетативного состояния.

    В одних случаях состояние минимального сознания является этапом на пути к выздоровлению, а в других оно является постоянным.

    Как и в случае вегетативного состояния, продолжающееся состояние минимального сознания означает, что оно длится более 4 недель.

    Но диагностировать постоянное состояние минимального сознания сложнее, потому что оно зависит от таких вещей, как:

    • вид черепно-мозговой травмы
    • насколько серьезна травма
    • насколько человек отзывчив

    В большинстве случаев состояние минимального сознания обычно не считается постоянным, пока оно не продлится несколько лет.

    Почему они происходят

    Расстройства сознания могут возникнуть, если повреждены части мозга, связанные с сознанием.

    Эти виды черепно-мозговых травм можно разделить на:

    • черепно-мозговая травма – результат тяжелой травмы головы, такой как травма, полученная во время автомобильной аварии или падения с большой высоты
    • нетравматическая черепно-мозговая травма – когда повреждение головного мозга вызвано состоянием здоровья, например, инсультом
    • прогрессирующее повреждение головного мозга – когда мозг постепенно повреждается с течением времени (например, из-за болезни Альцгеймера)

    Подробнее о причинах расстройств сознания.

    Постановка диагноза

    Расстройство сознания будет подтверждено только после тщательного тестирования, чтобы определить уровень бодрствования и осознания человека.

    Эти обследования должны проводиться лицом, имеющим опыт работы с расстройствами сознания, хотя также следует учитывать мнение других медицинских работников и членов семьи.

    Для некоторых состояний нарушения сознания, таких как вегетативное состояние и состояние минимального сознания, существуют рекомендуемые критерии, помогающие подтвердить диагноз.

    Подробнее о диагностике расстройств сознания.

    Лечение и уход

    Лечение не может обеспечить выход из состояния нарушенного сознания.

    Вместо этого используется поддерживающее лечение, чтобы дать наилучшие шансы на естественное улучшение.

    Это может включать:

    • питание через зонд для кормления
    • убедитесь, что человек регулярно перемещается, чтобы у него не развились пролежни
    • осторожно тренируют суставы, чтобы они не напрягались
    • содержать свою кожу в чистоте
    • управление кишечником и мочевым пузырем (например, использование трубки, известной как катетер, для дренирования мочевого пузыря)
    • содержать зубы и полость рта в чистоте
    • предлагает возможности для периодов значимой деятельности – например, слушать музыку или смотреть телевизор, показывать фотографии или слушать разговоры членов семьи

    Сенсорная стимуляция

    В некоторых случаях для повышения реактивности можно использовать лечение, называемое сенсорной стимуляцией.

    Это включает в себя стимуляцию основных органов чувств, таких как зрение, слух и обоняние.

    Обычно этим занимается обученный специалист, но часто к участию приглашаются члены семьи.

    Некоторые примеры сенсорной стимуляции включают:

    • наглядный – показ фотографий друзей и семьи или любимый фильм
    • слух – говорить или играть любимую песню
    • запах – поставить цветы в комнате или распылить любимые духи
    • прикосновение – держание за руку или поглаживание кожи разными тканями

    Не совсем понятно, насколько эффективна сенсорная стимуляция, но иногда ее считают полезной.

    Восстановление

    Невозможно предсказать шансы улучшения состояния человека в состоянии нарушенного сознания.

    Во многом зависит от:

    • вид черепно-мозговой травмы
    • насколько серьезна травма
    • возраст человека
    • как долго они находятся в состоянии

    Некоторые люди выздоравливают постепенно, тогда как другие остаются в состоянии нарушенного сознания годами. Многие люди так и не приходят в сознание.

    Известны лишь единичные случаи прихода людей в сознание через несколько лет.

    Те немногие люди, которые приходят в сознание по прошествии этого времени, часто имеют серьезную инвалидность, вызванную повреждением их головного мозга.

    Прекращение нутритивной поддержки

    Если человек находится в вегетативном состоянии в течение как минимум 12 месяцев, может быть рекомендовано прекращение нутритивной поддержки.

    Это потому что:

    • шансов на восстановление к этому моменту практически нет
    • продление жизни не принесет пользы заинтересованному лицу
    • продление лечения может дать ложную надежду и вызвать ненужный эмоциональный стресс у друзей и семьи пострадавшего

    Медицинская бригада обсудит проблему с членами семьи.

    Прежде чем предпринимать какие-либо дальнейшие действия, решение должно быть передано в суды Англии, Уэльса и Северной Ирландии.

    Решение суда в Шотландии не требуется, но его часто запрашивают.

    Если суд соглашается с решением, команда паллиативной помощи обычно привлекается к планированию отмены.

    Как только нутритивная поддержка будет в конечном итоге прекращена, человек умрет в течение нескольких дней или недель.

    Синдром запертого человека

    Синдром запертого человека имеет черты, сходные с расстройствами сознания, но рассматривается и лечится по-разному.

    Человек с синдромом запертости находится и в сознании, и в сознании, но полностью парализован и не может говорить.

    Обычно они могут двигать глазами и иногда могут общаться, моргая.

    Последняя проверка страницы: 06 августа 2018 г.
    Следующая проверка должна быть завершена: 06 августа 2021 г.

    Вегетативное состояние — расстройства головного мозга AZ

    Что такое вегетативное состояние?

    Вегетативное состояние — это когда человек бодрствует, но не проявляет признаков сознания.При выходе из коматозного состояния VS/UWS характеризуется возвращением возбуждения без признаков сознания. Напротив, кома — это состояние, в котором отсутствуют как осознанность, так и бодрствование. Об отсутствии сознания можно судить только по отсутствию реакции на окружающую среду, а не как по недостатку сознания, которое мы не можем обнаружить с помощью поведенческих показателей. По этой причине многие авторы предположили, что термин «синдром неотзывчивого бодрствования» (СБС) (Laureys et al., 2010) или «посткоматозная невосприимчивость» (NHMRC, 2004) является более точным описательным термином для ВС.

    Человек в вегетативном состоянии может открывать глаза, просыпаться и засыпать через равные промежутки времени и иметь базовые рефлексы, такие как моргание, когда он испуган громким шумом, или отдергивание руки, когда ее сильно сжимают. Они также могут регулировать свое сердцебиение и дыхание без посторонней помощи.

    Однако человек в вегетативном состоянии не проявляет никаких осмысленных реакций, таких как слежение за объектом взглядом или реакция на голос. Они также не проявляют признаков переживания эмоций или когнитивной функции.

    Глаза пациентов с VS/UWS могут находиться в относительно фиксированном положении, могут отслеживать движущиеся объекты (визуальное преследование) или двигаться совершенно несинхронно. Циклы сна-бодрствования могут возобновиться, или пациенты могут находиться в состоянии хронического бодрствования. Они могут скрежетать зубами, сглатывать, улыбаться, плакать, мычать, стонать или кричать без каких-либо видимых внешних раздражителей. Пациенты с VS/UWS не реагируют на звук, голод или боль. Больные не могут подчиняться словесным командам, у них отсутствуют местные двигательные реакции.Кроме того, пациенты с VS/UWS не могут говорить понятными терминами и могут стать шумными, беспокойными и гипермобильными.

    Похожие расстройства и классификация

    Одной из самых сложных задач, стоящих перед клиницистами, является дифференциация VS/UWS от состояний минимального сознания (MCS). Это оба расстройства сознания, поэтому они могут иметь схожие проявления.

    В то время как нейровизуализация, такая как МРТ, широко используется для оценки повреждения головного мозга и функциональных способностей, поведенческая оценка до сих пор была «золотым стандартом» для обнаружения признаков сознания и, следовательно, для постановки диагноза.

    Если человек длительное время находится в вегетативном состоянии, это может считаться:

    • продолжающееся вегетативное состояние, если оно длится более четырех недель
    • постоянное вегетативное состояние – когда прошло более шести месяцев, если оно вызвано нетравматической травмой головного мозга, или более 12 месяцев, если оно вызвано черепно-мозговой травмой

    Если у человека диагностировано постоянное вегетативное состояние, выздоровление крайне маловероятно, но не невозможно.

    Лечение

    Тщательная непрерывная оценка состояния пациента с использованием эмпирически подтвержденных инструментов оценки (например, пересмотренная шкала восстановления после комы) необходима для оценки и измерения признаков прогресса, улучшения или ухудшения состояния. Лечение проводится при появлении симптомов и потребностях пациента. Пациенты с VS/UWS нуждаются в постоянном наблюдении и помощи в кормлении, гидратации, гигиене, вспомогательных движениях и физиотерапии (чтобы помочь предотвратить язвы и тромбы в ногах), а также в удалении продуктов жизнедеятельности.

    В настоящее время не существует лечения VS/UWS, которое удовлетворяло бы критериям эффективности доказательной медицины. Были предложены фармакологические методы, хирургия, физиотерапия и различные методы стимуляции. В фармакологической терапии в основном используются активирующие вещества, такие как трициклические антидепрессанты или метилфенидат (Dolce et al., 2002). Хирургические методы (например, глубокая стимуляция мозга) используются редко из-за инвазивности процедур. Методы стимуляции включают сенсорную стимуляцию, сенсорную регуляцию, музыкальную и музыкокинетическую терапию, социально-тактильное взаимодействие и др.

    Поддерживающее лечение

    Лечение не может обеспечить выход из состояния нарушенного сознания, однако используется поддерживающее лечение, чтобы дать наилучшие шансы на естественное улучшение. Это может включать;

    • питание через зонд для кормления
    • убедитесь, что человек регулярно перемещается, чтобы у него не развились пролежни
    • осторожно тренируют суставы, чтобы они не напрягались
    • содержать свою кожу в чистоте
    • управление кишечником и мочевым пузырем – например, использование катетера для дренирования мочевого пузыря
    • содержать зубы и полость рта в чистоте
    • следует приложить усилия для установления функциональной связи и взаимодействия с окружающей средой, когда это возможно.Предлагайте возможности для периодов значимой деятельности – например, прослушивания музыки или просмотра телевизора, показа фотографий или прослушивания разговоров членов семьи

    Сенсорная стимуляция;

    • наглядный – показ фотографий друзей и семьи или любимый фильм
    • слух – говорить или играть любимую песню
    • запах – поставить цветы в комнате или распылить любимые духи
    • прикосновение – держание за руку или поглаживание кожи разными тканями

    Хотя это и не подтверждено эмпирически, семьи сообщают о пользе режимов возбуждения, таких как те, которые применялись доктором Тедом Фриманом (например, терапия возбуждения при коме).В этой интенсивной терапии члены семьи проводят с пациентом режим контролируемой слуховой, зрительной и физической стимуляции до шести часов в день каждый день.

    Прогноз (прогноз выздоровления)

    Многие пациенты спонтанно выздоравливают от VS/UWS в течение нескольких недель. Некоторые люди выздоравливают постепенно, тогда как другие остаются в состоянии нарушенного сознания годами. Многие люди так и не приходят в сознание.

    Шансы на выздоровление зависят от степени повреждения головного мозга и возраста, при этом у молодых пациентов шансы на выздоровление выше, чем у пожилых.Как правило, в случае черепно-мозговой травмы у взрослых вероятность восстановления сознания после VS/UWS в течение первых 6 месяцев составляет около 50 %, а у детей — 60 %. При нетравматических травмах, таких как инсульт, скорость восстановления приходится на первый год. После этого периода шансы на то, что пациент с VS/UWS придет в сознание, очень низки, и из тех пациентов, которые действительно приходят в сознание, большинство испытывают значительную инвалидность. Чем дольше пациент находится в VS/UWS, тем более серьезными могут быть последствия инвалидности.

    Некоторые пациенты, вошедшие в вегетативное состояние, в какой-то степени восстанавливают сознание (см. Состояние минимального сознания). Вероятность значительного функционального улучшения у пациентов с VS/UWS со временем снижается. Известны лишь единичные случаи, когда люди приходили в сознание через несколько лет. Те немногие люди, которые приходят в сознание по прошествии этого времени, часто имеют серьезную инвалидность, вызванную повреждением их головного мозга.

    Дополнительная информация и поддержка

    Нажмите здесь для доступа к Австралийскому регистру расстройств сознания (ARDoC)

    Для получения информации о терапии пробуждения комы (которая оказалась полезной для пациентов в вегетативном состоянии) см. Dr Edward (Ted) Freeman (1987) The Catastrophe of Coma.Издатель: Дэвид Бейтман

    Информация

    Brain Injury Australia
    www.braininjuryaustralia.org.au

    Coma Science Group
    www.coma.uliege.be

    Families4Families – Сеть поддержки пациентов с приобретенной травмой головного мозга
    Телефон: 0433 388 250
    Эл.

    Ресурсный центр по травмам головного мозга – США
    www.headinjury.com

    Фонд травм головного мозга (США)
    braintrauma.org

    Эта веб-страница может быть полезна диагностам и клиницистам, работающим с пациентами, перенесшими ЧМТ:
    headsafe.com


     

    Отзыв от января 2021 г.: Шаннан Кин, магистр медицины, Институт исследования мозга и разума, Сиднейский университет,

    Эмоциональная обработка лично знакомых лиц в вегетативном состоянии

    Аннотация

    Фон

    Вегетативное состояние (ВС) — тяжелое расстройство сознания, при котором пациенты бодрствуют, но не проявляют признаков сознания.Тем не менее, недавние исследования функциональной магнитно-резонансной томографии (фМРТ) продемонстрировали доказательства скрытого сознания у пациентов с ВС путем регистрации определенных активаций мозга во время когнитивной задачи. Однако возможное существование непередаваемых субъективных эмоциональных переживаний у пациентов с ВС остается в значительной степени неизученным. Это исследование было направлено на изучение вопроса о том, сохраняют ли пациенты с ВС способность мозга избирательно обрабатывать внешние раздражители в соответствии с их эмоциональной ценностью, и искать доказательства скрытого эмоционального осознания у пациентов.

    Методы и выводы

    Чтобы исследовать эти вопросы, мы использовали эмоциональное воздействие наблюдения за лично знакомыми лицами, которые, как известно, вызывают специфические перцептивные, а также эмоциональные активации мозга. Четверо пациентов с ВС и тринадцать здоровых людей из контрольной группы впервые прошли фМРТ-сканирование при просмотре изображений незнакомых лиц, лично знакомых лиц и собственных изображений. В последующем задании на образы участников просили активно представить лицо одного из родителей.Анализы были сосредоточены на выборочных региональных активациях мозга, связанных с лицом и знакомым, и межрегиональной функциональной связи. Как и в контрольной группе, у всех пациентов наблюдались избирательные реакции мозга на лица с дальнейшей лимбической и корковой активацией, вызванной знакомыми лицами. У пациентов, а также у контрольной группы наблюдалась связь между эмоциональными, визуальными и специфическими областями лица, что свидетельствует об осознанном эмоциональном восприятии. Эта связь была наиболее сильной у двух пациентов, которые позже выздоровели. Примечательно, что у этих двух пациентов также наблюдалась избирательная активация миндалевидного тела при воспроизведении знакомых образов лица, а у одного также наблюдалась избирательная активация лица, неотличимая от контрольной группы здоровых людей.

    Выводы

    В совокупности эти результаты показывают, что избирательная обработка эмоций может быть вызвана у пациентов с ВС как внешними эмоционально значимыми стимулами, так и внутренними когнитивными процессами, что предполагает способность к скрытому эмоциональному осознанию себя и окружающей среды у пациентов с ВС.

    Образец цитирования: Шарон Х., Пастернак Ю., Бен Саймон Э., Грубергер М., Гилади Н., Кримчански Б.З. и др. (2013) Эмоциональная обработка лично знакомых лиц в вегетативном состоянии.ПЛОС ОДИН 8(9): е74711. https://doi.org/10.1371/journal.pone.0074711

    Редактор: Maurice Ptito, Университет Монреаля, Канада

    Получено: 30 апреля 2013 г.; Принято: 4 августа 2013 г.; Опубликовано: 25 сентября 2013 г.

    Авторское право: © 2013 Sharon et al. Это статья с открытым доступом, распространяемая в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution License, которая разрешает неограниченное использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии указания автора и источника.

    Финансирование: Авторы не имеют поддержки или финансирования для отчета.

    Конкурирующие интересы: Авторы заявили об отсутствии конкурирующих интересов.

    Введение

    Вегетативное состояние (ВС) представляет собой тяжелое расстройство сознания, определяемое как сохранение бодрствования, но с отсутствием каких-либо поведенческих признаков осознания себя или окружающей среды [1]. Тем не менее, недавние исследования фМРТ зафиксировали сложную активацию мозга у пациентов с ВС, когда их просят выполнить когнитивную задачу [2], [3], что является веским аргументом в пользу скрытого осознания.Тем не менее, качество этого скрытого осознания не может быть адекватно оценено без решения вопроса о том, вызывают ли эти когнитивные процессы также субъективные эмоциональные переживания. Эмоции являются ключевым компонентом нашего субъективного восприятия мира, включая наше ощущение себя [4], выступая в качестве вездесущей базовой составляющей качества человеческого сознания. Таким образом, чтобы лучше понять, «каково это быть в вегетативном состоянии», уместно изучить способность этих пациентов обрабатывать не только познание, но и эмоции.

    Более того, вопрос эмоционального осознания актуален даже при отсутствии сложного познания, поскольку ментальное существование нельзя отождествлять исключительно с продвинутыми интерактивными когнитивными способностями. Это особенно актуально в контексте тяжелого мозгового расстройства, учитывая, что при других неврологических и психических расстройствах, вызывающих когнитивные нарушения, даже общающиеся пациенты не могут выполнять определенные команды, сохраняя при этом осознанность и эмоциональную реакцию на окружающую среду [5].То же самое относится и к здоровым маленьким детям, которые могут использовать эмоциональные процессы для интерпретации и общения с окружающей средой задолго до того, как у них разовьется высокоструктурированное познание [6]. Соответственно, пациенты с ВС могут сохранять способность к эмоциональной обработке даже при отсутствии сложных когнитивных функций, что не позволяет им полностью выполнять сложные когнитивные задачи, сохраняя при этом субъективное восприятие окружающей среды.

    На сегодняшний день только в одном отчете о болезни и в двух исследованиях фМРТ к пациентам с ВС применялся простой эмоциональный стимул с использованием звука собственного имени пациента, произнесенного знакомым голосом.Эти исследования зафиксировали изолированные корковые активации у нескольких пациентов с ВС, но отсутствие контролирующих стимулов незнакомых голосов и тот факт, что обработка мозгом собственного имени может быть полностью автоматической [7], критически ограничивают интерпретацию таких результатов. Интересно, что недавнее исследование показало, что звук криков боли других людей может активировать так называемую «болевую матрицу» у пациентов с ВС, включая области, которые, как считается, связаны с эмоциональными аспектами боли [8].

    Для дальнейшего изучения эмоциональной осведомленности у пациентов с ВС мы использовали эмоциональный эффект обработки лично знакомых лиц, который включает не только специфическое для категории восприятие лица, но и когнитивные способности, такие как автобиографические воспоминания [9], [10] и эмоциональную обработку знакомых сигналов. .Соответственно, мы ожидали иерархический эффект, характеризующийся общей реакцией специфической области лица (т. е. веретенообразной области лица, FFA [9]) с дополнительными избирательными реакциями на знакомые лица в областях мозга, необходимых для обработки эмоций и самосознания, таких как миндалевидное тело и передний островок [10] соответственно.

    Чтобы лучше изучить важнейший вопрос об эмоциональной осведомленности у пациентов с ВС, мы также применили хорошо описанный подход активной парадигмы [11], который может предоставить более убедительные аргументы в пользу скрытой осведомленности у невосприимчивых пациентов.Однако, в отличие от использовавшихся до сих пор чисто когнитивных парадигм, мы хотели изучить способность пациентов с ВС выполнять произвольную нисходящую модуляцию эмоциональной информации мозгом. С этой целью мы применили задание на управляемое воображение, в котором участников просили представить лицо одного из родителей. Ожидалось, что в дополнение к специфической активации лица, вызванной этим образом [12], образ лица родителя также вызовет эмоциональную реактивность в основных лимбических областях, таких как миндалевидное тело.

    Методы

    Участники

    В исследовании приняли участие четыре пациента и тринадцать здоровых людей из контрольной группы. Контрольная группа не имела в анамнезе неврологических или психических заболеваний (N = 13, 8 женщин, возраст 29±9 лет). Все пациенты соответствовали определениям ВС Американской академии неврологии [13], а также пересмотренной шкале восстановления после комы (CRS-R) [14] и все были здоровы до исходного события. В таблице 1 представлены поведенческие и клинические характеристики всех пациентов.Хотя характеристики пациентов значительно различаются (что является обычным явлением в исследованиях пациентов с ВС), включение пациентов, у которых больше шансов на улучшение, чем у других (например, недавняя черепно-мозговая травма по сравнению с аноксической травмой головного мозга), дает возможность лучше определить различия между пациентами. попытаться определить прогностические маркеры. Все пациенты ежедневно оценивались в течение нескольких недель после сканирования в клинических отделениях (неврологических отделениях или специально отведенных отделениях нейрореабилитации) врачами, сертифицированными в области неврологии или реабилитации.Все пациенты прошли прикроватный осмотр и оценку в день фМРТ, до и сразу после сканирования. В период после сканирования пациенты вернулись к своим войнам, чтобы продолжить ежедневное обследование, как это было подробно описано за время, предшествующее сканированию. Письменное информированное согласие, одобренное комитетом по этике Тель-Авивского медицинского центра Сураски, было получено от всех контролирующих органов и законных опекунов пациентов. Как показано в Таблице 1, у двух пациентов позднее состояние минимального сознания (MCS) улучшилось: у пациента 1 был диагностирован MCS через 3 месяца после сканирования после демонстрации устойчивого зрительного преследования и флуктуирующей реакции на простые двигательные команды.Пациенту 3 был поставлен диагноз MCS через 2 месяца после фМРТ-сканирования после демонстрации устойчивого зрительного преследования и флуктуаций простого целенаправленного поведения. Позже у нее был диагностирован развивающийся MCS после восстановления навыков простого вербального общения в форме воспроизводимых ответов «да / нет» и устойчивого простого целенаправленного поведения.

    Получение МРТ и предварительная обработка

    Было получено

    МРТ-сканов на МРТ-сканере 3,0 Тл (Signa EXCITE; GE Healthcare) со стандартной восьмиканальной головной катушкой с использованием последовательности градиентных эхо-планарных изображений функциональных T2*-взвешенных изображений (TR, 3000 мс; TE, 35 мс). ; угол переворота, 90° FOV, 20×20 см; размер матрицы 64×64) с 50 осевыми 3-мм срезами с нулевым пространством, покрывающим весь мозг.Функциональные данные были предварительно обработаны с использованием программы Brain Voyager QX v.2 (Brain Innovation B.V., Маастрих, Нидерланды). Анатомические сканы включали последовательность 3D испорченного градиентного эха (SPGR) (FOV = 250, матрица = 256*256, толщина среза = 1 мм). Анализ данных был выполнен с использованием программы Brain Voyager QX v.2.2 (Brain Innovation B.V., Маастрих, Нидерланды) и включал стандартные этапы предварительной обработки функциональной МРТ, как описано ниже. Особое внимание уделялось коррекции движений головы, учитывая, что пациенты с ВС склонны к спонтанным движениям головы.Движения головы были скорректированы с использованием 6-параметрического метода твердого тела (3 вращения и 3 оси перемещения) с использованием первого объема в качестве эталона. Для обнаружения движения использовалась линейная интерполяция, а для коррекции движения использовалась интерполяция sinc. Временные ряды EPI с движениями головы, превышающими 5 мм по любой оси, отбрасывались. Затем для всех временных рядов EPI были выполнены временная коррекция среза, временная фильтрация высоких частот 3 Гц и пространственное сглаживание 4 мм.

    ЯМР-анализ

    Данные пациентов были проанализированы как исследования с одним субъектом, в то время как данные здорового контроля были проанализированы на уровне группы с использованием модели RFX с поправками для множественных сравнений.Соответственно, анатомические данные пациентов были нормализованы для плоскости AC-PC, в то время как контроли были нормализованы для пространства Talairach [15].

    Анализ всего мозга был основан на отдельных общих линейных моделях (GLM), созданных для каждой парадигмы (например, пассивный просмотр лиц и задача активного воображения, подробно описанная ниже). Активации считались значимыми при значении p<0,01 для здоровой контрольной группы и p<0,05 для отдельных пациентов (оба с поправкой на FDR).

    Анализ области интереса (ROI) был основан на нашем априорном предположении относительно областей выбора лица и обработки эмоций.Для избирательной активности лица мы сосредоточились на веретенообразной области лица (FFA). Поскольку мозг пациентов демонстрировал значительные патологические анатомические вариации, расположение FFA определялось не только функционально, но и дополнительно подтверждалось: A. региональной избирательностью активации BOLD к состоянию лица (лица > контраст паттернов) сталкиваться со стимулами C. Анализ связности, показывающий функциональную связность, совместимую с известной сетью FFA (e.грамм. контралатеральная ФФА). Для эффекта знакомства мы сосредоточились на миндалевидном теле и передней части островка, которые были выбраны анатомически для каждого участника. Все ROIS были выбраны с исправленным значением p, равным 0,01. Средние временные характеристики выбранных ROI впоследствии использовались в анализе функциональной связности (FC), в ходе которого изучалась корреляция всего мозга с исходной ROI во времени во время выбранного состояния по сравнению с исходным уровнем. Пороговое значение p<0,001 для значимых кластеров, скорректированное на уровне всего мозга, использовалось для определения областей мозга, которые достоверно коррелировали с исходным ROI.

    Парадигмы фМРТ

    Все испытуемые выполнили задачу пассивного просмотра, за которой последовала задача активной визуализации, находясь внутри сканера фМРТ.

    Пассивный просмотр лица.

    Просмотр лиц осуществлялся с использованием простой парадигмы блочного дизайна, в которой пассивно просматривались блоки изображений либо лиц, либо узоров. Лица включали три уровня знакомства: незнакомые лица, лично знакомые (например, отец, мать или близкий друг) и я. Таким образом, фамильярная категория была подготовлена ​​индивидуально для каждого испытуемого с помощью семьи испытуемого.Все фотографии пациентов были сделаны еще до того, как они вызвали ВС. Все кадры с мероприятия были одного масштабного размера 24*18 см, занимая большую часть экрана. Каждый из четырех блоков условий состоял из 9 изображений лиц или узоров, каждое предъявлялось в течение 900 мс с межстимульным интервалом 100 мс. Блоки чередовались с межпробным интервалом продолжительностью 12 секунд и представляли собой серый экран с точкой фиксации. Это испытание было повторено дважды для каждого участника.Условие «пусто» было добавлено за 48 секунд до первого стимула и через 30 секунд после последнего предъявления стимула. В качестве первого блока стимулов было добавлено 9-секундное условие «все равно», состоящее из нарисованных домов и фигурок лиц. Таким образом, общая продолжительность парадигмы пассивного просмотра лица составила 04∶15 минут.

    Активное изображение лица.

    В задании на активные образы субъектам было предложено визуализировать лицо одного из родителей. Парадигма состояла из двух блоков, каждый из которых был посвящен другому родителю.Начало каждого блока состояло из 5 слуховых предложений-инструкций (продолжительность каждого составляла 3 секунды), за которыми следовал тихий интервал в 6 секунд, позволяющий испытуемому выполнить задание на воображение. До первого и после последнего стимула добавляли дополнительные спокойные интервалы по 30 с. Звуковой сигнал отметил конец блока изображений, и между двумя блоками изображений был установлен тихий интервал в 15 секунд. 18 нулевых секунд были добавлены в начале теста и удалены позже в анализе.Таким образом, общая продолжительность задачи съемки составила 03∶03 минуты.

    Результаты

    Задание 1 — Пассивный просмотр знакомого и незнакомого лица

    Как и ожидалось, просмотр лиц вызывал устойчивую активацию веретенообразной области лица (FFA) у здоровых людей из контрольной группы, а также у всех пациентов (см. рис. 1A). Кроме того, мы обнаружили надежную функциональную связь между FFA и первичной зрительной корой (V1) у всех пациентов, как и у здоровых людей (см. Рисунок 1B). Эти активации обеспечивают первое последовательное указание на то, что пациенты с ВС способны создавать специфическое визуальное представление мозга об окружающей среде.

    Рисунок 1. Перцептивная обработка лиц.

    A. Аксиальные проекции карт активации, полученных в результате GLM-анализа лиц и паттернов всего мозга у 13 здоровых контролей (крайний слева, случайные эффекты с поправкой на FDR (p<0,05)) и для отдельных пациентов с ВС (пациент 1–4). Жирные карты активности пациентов были наложены на анатомическое изображение каждого человека. B. Меры среднего коэффициента корреляции, представляющие совместную активацию FFA с V1, полученные из анализа функциональной связи всего мозга с FFA в качестве исходной области.Вертикальная черная линия обозначает стандартную ошибку в здоровом контроле (n = 13). HC – здоровые контроли; ЖИРНЫЙ – уровень, зависящий от оксигенации крови; FFA- веретенообразная лицевая область; V1 – первичная зрительная кора.

    https://doi.org/10.1371/journal.pone.0074711.g001

    Кроме того, здоровые люди из контрольной группы и все пациенты демонстрировали широко распространенную избирательную активацию, направленную на знакомство с лицом (см. рис. 2, рис. 3 и таблицу S1), включая лимбическую активность, в основном в миндалевидное тело (рис. 2а) и активность коры в передней части островка (рис. 3а).Кроме того, у здоровых людей из контрольной группы, а также у пациентов наблюдалась повышенная функциональная связь между миндалевидным телом, V1 и FFA (рис. 2B и таблица S2) по сравнению с исходным уровнем, в то время как островок демонстрировал повышенную связь с передней поясной корой (ACC) ( Рисунок 3b и таблица S2).

    Рисунок 2. Эмоциональная обработка знакомых лиц.

    A. Аксиальные проекции карт активации BOLD, полученных в результате анализа GLM всего мозга для Знакомых и Незнакомых лиц у 13 здоровых лиц (крайний слева, с поправкой на случайный FDR, показано на нижнем пороге) и для пациентов с ВС (пациенты 1–4, примечание что для пациентов 1 и 2 знакомые лица включали изображения близких людей и себя).Лимбическая активация очевидна как у здоровых людей, так и у пациентов с ВС. Жирные карты активности пациентов были наложены на структурное изображение каждого человека. B. Средние показатели коэффициента корреляции, представляющие коактивацию лимбической системы (миндалевидного тела) с FFA или с V1, полученные в результате анализа функциональной связи всего мозга, выполненного с помощью исходной активации, полученной из миндалевидного тела. Вертикальная черная линия обозначает стандартную ошибку у здоровых контролей (n = 13). Обратите внимание, что в этом исследовании лимбическая FFA, но не Limbic-V1, соответствует прогнозу пациентов (см. Таблицу 1).HC – здоровые контроли; ЖИРНЫЙ – уровень, зависящий от оксигенации крови; FFA- веретенообразная лицевая область; V1 – первичная зрительная кора.

    https://doi.org/10.1371/journal.pone.0074711.g002

    Рисунок 3. Самосознательная обработка знакомых лиц.

    B. Аксиальные проекции активации островка BOLD, полученные в результате анализа GLM всего мозга с контрастом знакомых + себя и незнакомых лиц, для группы здоровых людей (крайний левый, случайный, с поправкой на FDR (p<0,05), показано на нижний порог) и для отдельных пациентов с ВС.Жирные карты активности пациентов были наложены на структурное изображение каждого человека. B. Средние показатели коэффициента корреляции для коактивации островка с ACC для HC и отдельных пациентов. Значения коэффициента корреляции были получены в результате анализа функциональной связности всего мозга, проведенного с использованием исходной активации, полученной из правой передней островковой доли. Вертикальная черная линия в полосе HC обозначает стандартную ошибку (n = 13). Отметим, что в данном исследовании уровень коактивации пациентов соответствовал прогнозу пациентов (см. табл. 1).HC – здоровые контроли; ЖИРНЫЙ – уровень, зависящий от оксигенации крови; ACC – передняя поясная кора.

    https://doi.org/10.1371/journal.pone.0074711.g003

    Задание 2 – Изображение знакомого лица

    Как и ожидалось, здоровые контроли проявляли активность двусторонней FFA, а также двусторонней миндалины в ответ на изображение знакомого лица (см. рис. 4). Два пациента продемонстрировали аналогичную лимбическую активацию во время задания на управляемое воображение. Из них только у пациента 3, по-видимому, задействовались как СЖК, так и миндалевидное тело, в результате чего карта активации неотличима от здоровых контролей.С другой стороны, пациент 1 продемонстрировал сильную активность в левой миндалине, но без сопутствующей активации СЖК.

    Рисунок 4. Эмоциональная обработка во время изображения знакомых лиц.

    Аксиальные проекции BOLD-карт активации, полученные в результате анализа GLM всего мозга с использованием контраста изображения по сравнению с состоянием покоя у 13 здоровых контролей (проекции слева, с поправкой на случайный FDR, показаны на нижнем пороге) и у двух пациентов с ВС. У здоровых контролей и у пациента 3 карты показывают активацию как FFA, так и миндалины, в то время как у пациента 1 только миндалина активируется при том же пороге.Жирные карты активности пациентов были наложены на анатомическое изображение каждого человека. HC – здоровые контроли; FFA- веретенообразная лицевая область; ЖИРНЫМ шрифтом обозначен уровень, зависящий от оксигенации крови.

    https://doi.org/10.1371/journal.pone.0074711.g004

    Обсуждение и выводы

    Цель этого исследования состояла в том, чтобы оценить возможное существование преходящих субъективных психических состояний у пациентов с ВС путем отслеживания эмоциональной обработки мозга. Чтобы проверить эту возможность, мы использовали знакомые и незнакомые лица на двух уровнях участия в задаче: пассивный просмотр и управляемое воображение.Мы ожидали, что кодирование знакомого лица в обеих задачах потребует высокоуровневой визуальной, а также когнитивной и эмоциональной обработки. Наши результаты показывают, что пациенты с ВС, как и здоровые контроли, проявляют специфические для лица активации в ответ на пассивное рассматривание лиц, а также лимбические и значимые активации в ответ на знакомые лицевые стимулы (в частности, миндалевидное тело и островок, соответственно). Наблюдение за знакомыми лицами также выявило значительные паттерны связи как в лимбической, так и в значимой сетях у пациентов, а также у здоровых людей.В дополнение к этим важным активациям, задача активного воображения выявила нисходящую модуляцию, очевидную у двух пациентов, которые продемонстрировали лимбическую активацию в ответ на лично знакомые образы лица. Примечательно, что только у этих двух пациентов неврологическое состояние позже улучшилось до состояния минимального сознания.

    Взятые вместе, избирательная мозговая активность и связь в эмоциональных, перцептивных и связанных с собой сетях могут сигнализировать о возможности крупномасштабного рекрутирования нейронов у некоторых пациентов с ВС.В частности, и миндалевидное тело, и островок считаются основными узлами в значимой сети мозга, критически важной для когнитивного контроля и модуляции внимания [16], [17], но также лежат в основе уникальных процессов в этом отношении. Миндалевидное тело играет ключевую роль в обработке эмоциональной визуальной информации, в частности, в расшифровке ее важного значения и значения [17]. С другой стороны, сообщалось, что островок имеет решающее значение в воспроизведении эмоциональных воспоминаний [18] и в создании субъективного осознания эмоциональных переживаний, в основном в отношении их соматических аспектов (т.интероцептивное осознание) [19]. Таким образом, эти активации могут подразумевать эмоциональный мониторинг окружающей среды, а также возможность доступа к автобиографической памяти.

    Парадигма пассивного наблюдения: зарегистрированы активации и случай скрытого эмоционального осознания

    Связь специфических активаций с субъективными переживаниями до сих пор является предметом многочисленных споров [20] и, следовательно, требует изучения предыдущего понимания нейронных коррелятов как визуального, так и эмоционального осознания.Доказательства того, что невидимые стимулы подвергаются некоторой бессознательной обработке в первичных и избирательных зрительных областях [21], а также в миндалевидном теле [22], ранее предполагали, что активность в этих областях сама по себе недостаточна для сознательного доступа. Однако недавнее исследование показало, что активация СЖК на лицах сама по себе может быть коррелятом осознанного восприятия [23]. В случае с миндалевидным телом также растет поддержка представления о том, что его активация связана с осознанным восприятием [17]. Более того, даже если просто активность в этих областях недостаточна, дифференцированное увеличение активности в FFA и миндалевидном теле, как это было очевидно здесь для знакомых лиц, последовательно связано с визуальным и эмоциональным сознательным вниманием к эмоциональным лицам [24].

    Знакомые лица также вызывали активацию коры в передней части поясной извилины и передней части островка, ранее участвовавших в высокоуровневой сенсорной и эмоциональной обработке знакомых лиц. Активация высокого порядка на знакомые лица имеет решающее значение, так как широко предполагалось, что доступ к сознанию требует усиления сверху вниз от лобно-теменных областей к областям восприятия [25]. В частности, ACC часто считался ключевым для осознанного восприятия и эмоциональной регуляции [26].

    Кроме того, связь между передней островковой долей и ППК [10], а также миндалевидным телом и первичными зрительными областями [27] также считается жизненно важной для эмоционального осознания. В частности, было предложено, чтобы совместная активация передней островковой доли и ППК составляла нервную систему, жизненно важную для самосознания, а также для обработки эмоций как части распознавания лиц [10].

    Интересно, что прогноз пациентов в этом исследовании отражался уровнем функциональной связности (рис. 2B, 3B), а не региональной избирательной активностью лица.Небольшое количество больных и их значительная клиническая гетерогенность не позволяют делать какие-либо однозначные выводы относительно прогностических факторов на данном этапе. Необходимо провести дальнейшие исследования, чтобы установить прогностическую ценность межрегиональной связности у этих пациентов. Однако, несмотря на тот факт, что общая корково-корковая связность не может быть точно выведена из анализа связности, проведенного в этом исследовании, это открытие действительно перекликается с недавними теоретическими и эмпирическими данными, которые связывают различные степени дисфункции мозговой связи с патогенезом различных хронических заболеваний мозга. сознания, а также улучшение связи с неврологическим восстановлением [1], [28]–[31].Эти наблюдения совместимы с растущим представлением о том, что субстрат функции мозга может быть представлен не региональной активностью, а активностью внутри сетей [17]. Помимо прогностических соображений, характеристика отдельных пациентов с точки зрения системной сети может оказаться клинически ценной, учитывая недавние попытки разработать новые методы нейростимуляции при расстройствах сознания [29], [30] (например, при отборе пациентов).

    Тот факт, что эмоционально значимые стимулы (напр.грамм. лично знакомые лица) вызывали широко распространенные реакции мозга, в то время как незнакомые лица не повторяли хорошо известную предпочтительную обработку эмоциональных стимулов, которая является основной характеристикой функционирования мозга. Соответственно, это может указывать на то, что некоторые пациенты с ВС действительно по большей части неврологически не реагируют, но испытывают кратковременные приступы осознания при предъявлении специфических, эмоционально значимых стимулов. Возможно, это напоминает состояние медленного сна, при котором происходят короткие периоды пробуждения, хотя и без поведенческих признаков, свидетельствующих об изменении сознания.Такое предположение согласуется с представлением о том, что поведенческая диагностика ВС объединяет пациентов с разной степенью неврологических способностей, в том числе тех, кто на самом деле больше похож на «неотзывчивое состояние минимального сознания (MCS)» [1]. , [5]. Это также может лучше объяснить клиническое наблюдение о том, что пациенты с улучшенным ВС почти всегда переходят к МКС, характеризующейся именно таким прерывистым и флуктуирующим уровнем реагирования на определенные стимулы, а не непрерывным и последовательным [32].

    Задача активного воображения: произвольная модуляция активности мозга

    Хотя специфические активации, проявляющиеся в задаче пассивного просмотра, имеют большое значение, их нельзя рассматривать как однозначное свидетельство скрытого эмоционального осознания. Поскольку сознание — это опыт от первого лица, возможность делать конкретные утверждения о сознании на основе данных от третьего лица ограничена [11], [20]. Этот метафизический пробел является теоретическим ограничением всех парадигм пассивной активации мозга [11].Имея это в виду, мы также применили подход активной парадигмы, используя задачу управляемого воображения. Во время воображения лично знакомых лиц все контроли и один пациент (пациент 3) активировали FFA, указывая на нисходящую когнитивную модуляцию, вызванную управляемыми образами. Кроме того, активация миндалевидного тела была очевидна у всех здоровых субъектов, а также у двух пациентов (1 и 3), что указывает на эмоциональную значимость. Пациент 1, который ответил только сильной активацией миндалевидного тела, возможно, сумел задействовать эмоциональную обработку, но не смог полностью управлять когнитивно-перцептивной модуляцией (см. Рисунок 3).Эти результаты показывают, что эмоциональная обработка у пациентов с ВС может добровольно управляться внутренними психическими процессами. В частности, активация, зарегистрированная у пациента 3, имеет первостепенное значение. Основываясь на предыдущих отчетах, посвященных воображаемым задачам у пациентов с ВС, произвольная модуляция мозговой активности у пациента 3 действительно свидетельствует о скрытом сознании. Избирательная активация эмоциональных сетей мозга при произвольном выполнении сложной когнитивной задачи, которая, как известно, вызывает эмоции, предоставляет убедительные доказательства того, что когнитивное содержание сопровождалось субъективным эмоциональным опытом.Такое открытие может оказаться неоценимым в продолжающемся лечении пациентов с ВС и помочь направить усилия по реабилитации или вмешательству, направленные на усиление моментов осознания у отдельных пациентов. Кроме того, помимо того, что это позволяет нам, возможно, лучше заботиться о пациентах, это обещает более глубокое понимание природы расстройств сознания и, таким образом, лучшее понимание природы сознания в целом.

    Авторские взносы

    Задумал и спроектировал эксперименты: HS YP BZK TH.Выполняли опыты: HS YP. Проанализированы данные: HS YP EBS. Написал статью: HS EBS MG TH. Принимал участие в клиническом обследовании и последующем наблюдении пациентов: Н.Г. БЗК Д.Г.

    Каталожные номера

    1. 1. Бернат Дж.Л. (2009) Хронические расстройства сознания. Ежегодный обзор медицины 60: 381–392.
    2. 2. Оуэн А.М., Коулман М.Р., Боли М., Дэвис М.Х., Лорейс С. и соавт. (2006) Обнаружение сознания в вегетативном состоянии. Наука 313: 1402.
    3. 3. Monti MM, Vanhaudenhuyse A, Coleman MR, Boly M, Pickard JD, et al.(2010) Преднамеренная модуляция активности мозга при расстройствах сознания. Медицинский журнал Новой Англии 362: 579–589.
    4. 4. Кенигс М., Адольфс Р. (2009) Эмоции и сознание. В: Газзанига М.С., редактор. Когнитивные нейронауки. 4-е изд.: MIT Press. 1181–1191.
    5. 5. Голдфайн А.М., Шифф Н.Д. (2011) Сознание: его нейробиология и основные классы нарушений. Неврологические клиники 29: 723–737.
    6. 6. Flavell JH, Flavell ER, Green FL (2001)Развитие понимания детьми связи между мышлением и чувством.Psychol Sci 12: 430–432.
    7. 7. Цинь П., Ди Х., Лю Ю., Ю С., Гонг Ц. и др. (2010)Передняя поясная активность и самость при расстройствах сознания. Картирование человеческого мозга 31: 1993–2002.
    8. 8. Ю Т., Ланг С., Фогель Д., Маркл А., Мюллер Ф. и др. (2013) Пациенты с синдромом неотзывчивого бодрствования реагируют на болевые крики других людей. Неврология 80: 345–352.
    9. 9. Канвишер Н., Макдермотт Дж., Чун М.М. (1997) Веретенообразная область лица: модуль экстрастриарной коры человека, специализирующийся на восприятии лица.J Neurosci 17: 4302–4311.
    10. 10. Taylor MJ, Arsalidou M, Bayless SJ, Morris D, Evans JW и другие. (2009) Нейронные корреляты лично знакомых лиц: родители, партнер и собственные лица. Картирование человеческого мозга 30: 2008–2020.
    11. 11. Боли М. (2011) Измерение угасания сознания в человеческом мозгу. Текущее мнение в неврологии 24: 394–400.
    12. 12. О’Крейвен К.М., Канвишер Н. (2000) Мысленные образы лиц и мест активируют соответствующие области мозга, специфичные для стимулов.J Cogn Neurosci 12: 1013–1023.
    13. 13. Стойкое вегетативное состояние: отчет Комитета Американской неврологической ассоциации по этическим вопросам. Комитет ANA по этическим вопросам. Энн Нейрол 33: 386–390.
    14. 14. Kalmar K, Giacino JT (2005) Пересмотренная шкала восстановления после комы JFK. Нейропсихологическая реабилитация 15: 454–460.
    15. 15. Talairarch J, PT (1998) Копланарный стереотаксический атлас человеческого мозга: трехмерная пропорциональная система — подход к визуализации головного мозга.Нью-Йорк: Медицинское издательство Thieme.
    16. 16. Менон В., Уддин Л.К. (2010)Заметность, переключение, внимание и контроль: сетевая модель функции островка. Структура и функции мозга 214: 655–667.
    17. 17. Пессоа Л., Адольфс Р. (2010)Обработка эмоций и миндалевидное тело: от «низкой дороги» до «множества дорог» оценки биологического значения. Nature Reviews Neuroscience 11: 773–783.
    18. 18. Дамасио А.Р., Грабовски Т.Дж., Бечара А., Дамасио Х., Понто Л.Л. и соавт.(2000) Подкорковая и корковая активность мозга при ощущении самопроизвольно генерируемых эмоций. Nat Neurosci 3: 1049–1056.
    19. 19. Терасава Ю., Фукусима Х., Умеда С. (2011) Как интероцептивное осознание взаимодействует с субъективным переживанием эмоций? ФМРТ-исследование. Картирование человеческого мозга: н/д-н/д.
    20. 20. Рис Г. (2007) Нейронные корреляты содержания зрительного восприятия у людей. Философские труды Королевского общества B: Biological Sciences 362: 877–886.
    21. 21. Ffytche DH, Zeki S (2011)Первичная зрительная кора и обратная связь с ней не нужны для сознательного зрения. Мозг 134: 247–257.
    22. 22. Брукс С.Дж., Савов В., Аллзен Э., Бенедикт С., Фредрикссон Р. и др. (2012)Воздействие подсознательных возбуждающих стимулов вызывает сильную активацию миндалевидного тела, гиппокампа, передней поясной извилины, островковой коры и первичной зрительной коры: систематический метаанализ исследований фМРТ. НейроИзображение 59: 2962–2973.
    23. 23.Родригес В., Томпсон Р., Стоукс М., Бретт М., Альварес И. и др. (2012)Отсутствие специфической для лица корковой активности при полном отсутствии сознания: сходящиеся данные функциональной магнитно-резонансной томографии и потенциалов, связанных с событиями. J Cogn Neurosci 24: 396–415.
    24. 24. Moutoussis K (2002) Связь между корковой активацией и восприятием исследована с помощью невидимых стимулов. Труды Национальной академии наук 99: 9527–9532.
    25. 25.Дехан С., Наккаш Л., Коэн Л., Бихан Д.Л., Мангин Дж.Ф. и соавт. (2001) Церебральные механизмы маскировки слов и подготовки к бессознательному повторению. Nat Neurosci 4: 752–758.
    26. 26. Дехане С., Артигес Э., Наккаш Л., Мартелли С., Виар А. и др. (2003) Сознательные и подсознательные конфликты у нормальных субъектов и пациентов с шизофренией: роль передней поясной извилины. Proc Natl Acad Sci USA 100: 13722–13727.
    27. 27. Тамиетто М., де Гелдер Б. (2010) Нейронные основы бессознательного восприятия эмоциональных сигналов.Nature Reviews Neuroscience 11: 697–709.
    28. 28. Боли М., Гарридо М.И., Госсерис О., Бруно М.А., Боверу П. и соавт. (2011) Сохранение прямой связи, но нарушение нисходящих процессов в вегетативном состоянии. Наука 332: 858–862.
    29. 29. Шифф Н.Д., Джачино Дж.Т., Калмар К., Виктор Дж.Д., Бейкер К. и др. (2007)Улучшение поведения при стимуляции таламуса после тяжелой черепно-мозговой травмы. Природа 448: 600–603.
    30. 30. Шах С.А., Шифф Н.Д. (2010)Глубокая стимуляция таламуса головного мозга для когнитивной нейромодуляции – обзор предлагаемых механизмов и экспериментальных исследований.Eur J Neurosci 32: 1135–1144.
    31. 31. Розанова М., Госсерис О., Казаротто С., Боли М., Казали АГ и др. (2012)Восстановление корковой эффективной связи и восстановление сознания у вегетативных пациентов. Мозг 135: 1308–1320.
    32. 32. Джачино Дж. Т., Ашвал С., Чайлдс Н., Крэнфорд Р., Дженнетт Б. и др. (2002) Состояние минимального сознания: определение и диагностические критерии. Неврология 58: 349–353.

    Узнают ли больные в вегетативном состоянии близких? — ScienceDaily

    Пациенты в вегетативном состоянии бодрствуют, дышат самостоятельно и, кажется, засыпают и засыпают.Но они не реагируют на происходящее вокруг них и не проявляют признаков осознания. Поскольку общение невозможно, друзья и семья задаются вопросом, знают ли пациенты, что они там.

    Теперь, используя функциональную магнитно-резонансную томографию (фМРТ), д-р Хаггей Шарон и д-р Йотам Пастернак из Центра функционального мозга Тель-Авивского университета и Медицинского факультета Саклера и Тель-Авивского медицинского центра Сураски показали, что мозг пациентов в вегетативном состоянии эмоционально реагируют на фотографии людей, которых они знают лично, как будто они их узнают.

    «Мы показали, что пациенты в вегетативном состоянии могут по-разному реагировать на различные стимулы в окружающей среде в зависимости от их эмоциональной ценности», — сказал доктор Шарон. «Это не что-то общее, это личное и автобиографическое. Мы задействовали личность, личность внутри пациента».

    Результаты, опубликованные в PLOS ONE , углубляют наше понимание вегетативного состояния и могут дать надежду на лучший уход и разработку новых методов лечения. Исследователи из Школы психологических наук ТАУ, Отделения неврологии, Школы неврологии Сагол и больницы Лёвенштейн в Ранаане внесли свой вклад в исследование.

    Разговор с мозгом

    В течение многих лет считалось, что пациенты в вегетативном состоянии не осознают себя или окружающую среду. Но в последние годы врачи стали использовать фМРТ для исследования активности мозга у таких пациентов. Они обнаружили, что некоторые пациенты в вегетативном состоянии могут выполнять сложные когнитивные задачи по команде, например, воображать физическую активность, такую ​​как игра в теннис, или, в одном случае, даже отвечать на вопросы «да» или «нет». Но эти случаи редки и не дают никаких указаний на то, испытывают ли пациенты личные эмоциональные переживания в таком состоянии.

    Чтобы получить представление о том, «каково это быть в вегетативном состоянии», исследователи работали с четырьмя пациентами в постоянном (определяемом как «месяц») или постоянном (сохраняющемся более трех месяцев) вегетативном состоянии. Они показали им фотографии людей, которых знали и не знали лично, а затем оценили реакцию пациентов с помощью МРТ, которая измеряет кровоток в мозге для обнаружения областей неврологической активности в режиме реального времени. В ответ на все фотографии в мозгу пациентов активировалась область, специфичная для распознавания лиц, что указывало на то, что их мозг правильно определил, что они смотрят на лица.

    Но в ответ на фотографии близких членов семьи и друзей в мозгу пациентов также активировались области мозга, связанные с эмоциональной значимостью и автобиографической информацией. Другими словами, пациенты реагировали активацией мозговых центров, участвующих в обработке эмоций, как будто они знали людей на фотографиях. Результаты показывают, что пациенты в вегетативном состоянии могут регистрировать и классифицировать сложную визуальную информацию и связывать ее с воспоминаниями — новаторское открытие.

    Призрак в машине

    Однако исследователи не могли быть уверены, сознавали ли пациенты свои эмоции или просто реагировали спонтанно. Затем они устно просили пациентов представить себе лица своих родителей. Удивительно, но у одного пациента, 60-летнего воспитателя детского сада, которого сбила машина при переходе улицы, наблюдалась сложная мозговая активность в областях мозга, связанных с лицом и эмоциями, идентичная активности мозга, наблюдаемой у здоровых людей.Исследователи говорят, что ее ответ является самым убедительным доказательством того, что пациенты в вегетативном состоянии могут быть «эмоционально осведомлены». У второй пациентки, 23-летней женщины, наблюдалась активность только в областях мозга, отвечающих за эмоции. (Примечательно, что оба пациента очнулись в течение двух месяцев после тестов. Они не помнили, что находились в вегетативном состоянии.)

    «Этот эксперимент, первый в своем роде, демонстрирует, что некоторые пациенты в вегетативном состоянии могут не только обладать эмоциональным осознанием окружающей среды, но и испытывать эмоциональное осознание, обусловленное внутренними процессами, такими как образы», ​​— сказал доктор.

    Написать ответ

    Ваш адрес email не будет опубликован.