Как стать циничным ублюдком: «Как не стать жестокосердным, циничным и самовлюбленным ублюдком?» – Яндекс.Кью

Содержание

Как стать хладнокровным и равнодушным

Автор Юлия На чтение 5 мин. Просмотров 85 Опубликовано

 

Масштаб вашей личности определяется величиной проблемы, способной вывести вас из себя – Зигмунд Фрейд.

Хладнокровие – одно из самых нужных качеств в современных условиях жизни. Когда все бешено ускоряется, когда окружают проблемы, когда надоедают корыстные люди, хочется просто ничего не чувствовать и взять под горло весь этот сумбур. В эти моменты ты осознаешь важность спокойствия и равнодушия для достижения своих целей.

И чтобы перейти от осознания к практике, необходимо полностью изменить свою личность. В этой статье мы рассмотрим, как это сделать и что конкретно нужно предпринять.

 

 Как развить хладнокровие, советы

 

#1 Сосредоточьтесь на себе

Может  это кому-то покажется неправильным, но в нашей ситуации нам придется проявить не самые лучшие качества. Одно из них – эгоизм.

Надо принять за принцип, что  вы никому ничего не должны

. Это полностью ваша жизнь и вы сами решаете что, как и когда делать. Есть базовые ценности – любовь, труд, семья и друзья, а  остальное – проблемы, обстоятельства, недоброжелатели, эмоции – просто мусор. Надо выкинуть этот мусор из своей головы и сосредоточится на главном. Это позволит вам взять жизнь в свои руки и начать самому ей управлять.

 

#2 Станьте лучше других

Мало того, что надо просто проявить эгоизм, так еще необходимо поднять свой авторитет. Хотя бы для себя самого.

Хладнокровие  – это постоянное состояние, выражающееся в полном спокойствии и уверенности. И чтобы эта уверенность появилась, надо все время чувствовать себя на коне. Станьте «крутым», наплюйте на все окружающие мнения. Не сдавайтесь, гордитесь, будьте безразличны к критике. Это вопрос вашей самооценки. Если вы чувствуете себя подавленным, то никакого спокойствия не будет.

Это будет описываться другими словами – страх, приниженность и унылость. Внешне вы будете выглядеть тихим, но внутри будете как хлебный мякиш, которым пользуются все, кто попало.

Это не значит, что нужно стать козлом. Это значит, что нужно заняться полезным делом и начать вырабатывать свой характер. На тренировках, в работе, в своем увлечении  – стать лучшим без какой-либо альтернативы. Надо достичь такого состояния, при котором никакие другие люди и обстоятельства не смогут запугать вас своей «силой».

 

#3 Пошлите все и всех

Пустите обстоятельства на самотек. Если вас что-то сильно тревожит, просто развернитесь к этому спиной со словами «пошло оно, будь что будет!».

Хладнокровные люди не сильно переживают о своих проблемах. Если что-то можно исправить –они, конечно же, включаются в работу с трезвым рассудком. Если что-то нельзя изменить – они просто плывут по течению, сохраняя свою выдержку и терпение. Через 5, 10 или 20 эта проблема

не будет иметь никакого значения, поэтому незачем нервничать тратить свое здоровье.

 

#4 Сохраняйте внешнее спокойствие

[adsense1]
Внешнее состояние напрямую влияет на внутреннее. По тому, как вы одеваетесь, как кладете перед собой руки, как говорите, можно узнать, что творится у вас в душе.

Конечно, можно притворяться хладнокровным, и постоянно сдерживать себя. Но все равно ваш характер будет лезть наружу через нервные движения, подергивания, звонкий голос и неровное дыхание. Поэтому к внутренним изменениям нужно добавить еще и внешние. Вот что нужно сделать:

  • Перестать дергать ногой, когда сидишь
  • Перестать постоянно ходить из стороны в сторону, когда думаешь
  • Дышать глубоко и ритмично
  • Говорить спокойным и ровным голосом
  • Больше думать, прежде чем выразить мысль

Честно сказать, я не думаю, что у вас получиться стать застывшей машиной и придерживаться всех этих рекомендаций. Но если ваши мотивы достаточно сильны, то это только вопрос желания и времени.

 

#5 Состояние тела = состояние души

Это небольшое дополнение к предыдущему пункту. Иногда вы просто перетруждаетесь и из-за этого чрезмерно драматизируете ситуацию. Ваше тело устало, ему все надоело, и даже самая маленькая проблема способна выбить вас из колеи.  Это происходит либо из-за тяжелых физических нагрузок либо из-за сидячего образа жизни за компьютером.

В первом случае помогает хороший сон, во втором – регулярные занятия спортом. А самым лучшим решением будет  совмещение этих двух процессов.

 

#6 Упорядочите свою жизнь

Трудно стать хладнокровным, когда тебя окружает хаос и беспорядок. Поехать туда, забрать то, поговорить с этим, встретиться с тем – все это расшатывает нервную систему и делает тебя раздражительным. Даже самый спокойный человек в такой ситуации может срываться на близких и друзей.

Чтобы это предотвратить, надо окружить себя спокойной атмосферой. Навести порядок, разобраться со всеми недоделанными делами, меньше смотреть всякие негативные телепередачи и видео.   Всеми силами нужно ограничить количество раздражителей, чтобы они не сбивали вашу невозмутимость и выдержку.

 

На этом все. Надеюсь, эти короткие способы помогут вам выработать хладнокровие и стать спокойным человеком. До новых встреч!

(Visited 18 579 times, 72 visits today)

Анекдоты 6 марта 2020 года

1) Наскольно нужно быть циничным ублюдком, чтобы в слове «шепелявость» разместить букву Ш?


2) — Лучшее лекарство от коронавируса — это секс с незнакомцем в белом халате!
— Простите, а вы точно терапевт?

3) В школе я мечтал, что, когда мы вырастем, среди своего класса я буду самым успешным и богатым. К сожалению, мои одноклассники не стали нищими и бездомными.

4) Майк Пенс:
— Мы уже не знаем, что делать. Мы каждый день усиливаем санкции против России, но коронавирус продолжает расползаться по всей Америке.

5) Пассажиры поезда Калининград — Владивосток видят, как стареет проводница.

6) Макаронавирус, спровоцированный панической скупкой залежалых макарон, накрыл всю Европу.

7) — Чего делаешь?
— Ищу работу — менеджер по покупкам.
— Замуж захотела?
— Ага.

8) Брежнев умер в 75 лет, Черненко — в 73, Андропов — в 69…
Трампу сейчас 74 года, Байдену — 78, Сандерсу — 79, Блумбергу — 78…
Это кто там шутил про гонки на лафетах?

9) — Ваша дочь всегда так заикается?
— Нет, только когда хочет что-то сказать.

10) Философию и другие общественные науки придумали мужики, которым работать не хотелось.

Предыдущий выпуск

Если хотите, можете проголосовать за понравившиеся анекдоты:

Проголосуйте за понравившиеся анекдоты

Всё понравилось

3(9. 1%)

Ничего не понравилось

1(3.0%)

В сегодняшнем выпуске «Черной Молнии»:

1. Анекдоты (вы их только что прочитали 🙂

2. Картинки: Время пришло.

3. Загадочная русская деревня из пятиколонного анекдота.

4. Олег Сенцов XVIII века.

5. Цитата дня: Кого тут на самом деле стоит пожалеть, так это тех «взрослых» (не в возрастном, а в ролевом смысле слова), которым не везет руководить обществами, состоящими из детей — боевых идеалистов.

6. Что от чего зажигает?

Читать «Инсайдер» — Д Алекс «Алекс Дж» — Страница 1

Сердце людское – в груди Бессердечья;

Зависть имеет лицо человечье;

Ужас родится с людскою статью;

Тайна рядится в людское платье.

Платье людское подобно железу,

Стать человечья – пламени горна,

Лик человечий – запечатанной печи,

А сердце людское – что голодное горло!

Уильям Блейк «Песни опыта (По образу и подобию)»

Пролог

«Самая сильная ненависть – порождение самой сильной любви

Томас Фуллер

США. Штат Огайо. Кливленд.

Наши дни

Реджина

Мы никогда не должны были встретиться снова. Никогда. Эта мысль прочно засела в моей голове, и я повторяла ее как мантру снова и снова, пока гнала свой Майбах на бешеной скорости вдоль береговой линии озера Эри, все дальше от Кливленда. В окно моросил дождь, как обычно бывает в это время года, монотонно стуча в стекло. Мимо мелькнул огонек самого древнего из ныне действующих маяков Великих Озер. Дождь усиливался, и дворники на лобовом стекле не справлялись, ухудшая видимость до минимума. Наплевав на здравый смысл и инстинкт самосохранения, я прибавила скорость, сворачивая на второстепенную дорогу, ведущую прямиком к особняку в пустынном, холмистом пригороде Кливленда.

Находящийся на возвышении дом из стекла и бетона, с окнами во всю стену и развлекательной площадкой на крыше, уже появился в зоне моей видимости, всколыхнув в душе ненужные воспоминания. Закусив губу, я непроизвольно сбросила скорость, разглядывая хрустальный замок, с крыши которого открывался фантастический вид на озеро. Когда-то он был моим домом, не совсем моим и очень недолго, но, все-таки, был.

Мы не должны были встретиться снова.

Я от всего отказалась ради того, чтобы он позволил мне.

Никогда не видеть его снова.

К черту обещания. Он никогда не держал ни одно из тех, что давал мне. Я ненавижу его больше, чем способен один человек ненавидеть другого. Больше, чем сама от себя ожидала. Но меньше, чем он заслужил.

И если мои пальцы, одна за другой, дергают из пачки сигареты, значит он победил. Снова.

Мне не все равно. И никогда не будет все равно.

Быть равнодушным, циничным, эгоистичным ублюдком – исключительно его прерогатива. Его любимая роль маска, которая никогда не жмет и срослась с омерзительно-красивым лицом так плотно, что не оторвать. Хренов кукловод, который чувствует себя королем мира настолько, что верит в то, что именно им и является.

Мне казалось когда-то, что я знаю его.

Мне просто казалось.

Неужели я верила, что все закончится? Что Рэнделл Декстер Перриш оставит меня в покое, просто потому что ему надоело играть, и я выполнила возложенную на меня миссию?

Что, если он никогда не переставал играть? А четыре года моей семейной жизни были лишь эпизодом, небольшим подарком за отлично-проделанную работу?

Моя голова взрывалась от миллионов «если» и «может быть».

Мы никогда не должны были встретиться снова… и вот я поднимаюсь по парадной лестнице к дверям огромного стеклянного особняка, состоящего практически из одних окон. Мастер создавать иллюзии. Я знаю, что эти стены защищают надежнее бетонных глыб. Никто никогда не доберется до настоящего Рэнделла, никто никогда мельком не сможет взглянуть на то, как он живет и чем дышит, никто никогда даже на йоту не приблизится к тому, чтобы понять, что скрывается за холеной внешностью миллиардера, заработавшего свой первый миллион в восемнадцать лет. Ему достались феноменальные способности и нервная система шизофреника с манией величия.

Он вытащил меня с благотворительного вечера всего одним сообщением. Ему даже звонить не пришлось. Не удосужился.

«Ко мне, Кальмия.»

И я здесь, как чертов питомец, которого призвал хозяин.

– Что ты хочешь? – сразу перехожу в наступление, когда вижу его в полумраке гостиной. Горит нижний свет, но его достаточно, чтобы я узнала в высокой, мощной фигуре Рэнделла Перриша, и каждая клетка моего тела вспыхнула от ярости и негодования. И отчаянного желания заскулить и упасть к его ногам, чтобы умолять оставить мне мою жизнь. Он стоит у стены, и смотрит прямо на меня, стряхивая пепел с сигареты на мраморный пол, такой же холодный и идеальный, как хозяин дома. Не помню его курящим. То же самое он может сказать про меня. У него серые глаза, но отсюда кажутся черными, и я невольно сравниваю их с дулом пистолета, приставленного к виску. Рэнделл умеет убивать взглядом, и именно это сейчас происходит со мной. Весь воздух выходит из моих легких, я прижимаю ладонь к горлу, ощущая себя еще более жалкой и беспомощной. Иногда я думаю, почему он все еще жив, имея столько врагов? Почему никто до сих не добрался до него? Неужели нет силы, способной сокрушить этого отморозка?

И почему весь город закрывает глаза на его преступления?

Мне хочется влепить самой себе пощечину.

Очнись, идиотка. Ты знаешь, почему. Ты сама в этом участвовала. Совсем недолго. Можно сказать, что мне повезло.

– Ты немного возбуждена, Алисия, – совершенно спокойным голосом произносит он, и я вздрагиваю, когда эти хрипловатые чувственные вибрации проходятся по моему телу, вызывая мелкую дрожь. Взгляд и мозг – не единственное его оружие.

– Даже, если и так, то ты вряд ли знаешь, что это такое! – бросаю я, хотя понимаю, что избрала неверную тактику. Дразнить зверя на его территории чревато, но что мне может угрожать? Я не видела других машин на стоянке. А сам он меня не тронет.

– Пойдем со мной, Алисия, – он в два шага оказывается возле меня, и я не успеваю даже глазом моргнуть, как он берет мою руку, и от соприкосновения моей кожи с его мне хочется зашипеть, но я с неимоверным усилием сдерживаю себя. Если буду рычать и показывать зубы, то только продлю агонию.

Мне нужно знать, что он хочет.

И поэтому я позволяю ему вести меня к лестнице. А потом все выше и выше. Второй, третий этаж, и мы на крыше. Дождь закончился, но не уверена, что его остановил бы какой-то дождь. Я стою у Рэнделла за спиной, чувствуя себя маленькой букашкой на раскрытой ладони Перриша, который рассматривает меня с любопытным азартом, прежде чем начать отрывать крылышки и лапки. Вся шутка в том, что ассоциация возникает, когда я просто смотрю на его темноволосый затылок и мощную линию шеи в вырезе темного свитера. Страшно представить, что будет, когда он обернется… Мурашки покрывают кожу, но дело не только в ледяном ветре, который дует с озера.

– Здесь прохладно, – произносит он, не оборачиваясь. – Твое платье такое тонкое. Ты замерзла?

– Немного, – тихо отзываюсь я, не замечая потрясающего пейзажа внизу. Дом находится на холме, и вид отсюда открывается сногсшибательный. Я знаю… Знаю, потому что была здесь не раз. Я не успеваю даже моргнуть, когда он одним резким движением снимает с себя свитер и накидывает его мне на плечи. О черт! Идти следом за ним и игнорировать знакомый аромат его парфюма со свежими морскими нотками было гораздо проще. Сейчас же я была окутана им, и я задыхалась. В прямом и переносном смысле.

– Иди сюда, – снова зовет он, глядя вниз и протягивая мне свою руку. Я автоматически хватаюсь за нее, делая шаг вперед. Мы на самом краю. Не смотрим друг на друга. Я просто не хочу, а он – не знаю. Мое сердце так стучит, что я чувствую, как оно бьется о ребра.

Я ненавижу тебя, Рэнделл Перриш, за то, что не могу послать к черту прямо сейчас. За то, что перед нами ограждение высотой по пояс, иначе я бы столкнула тебя вниз и ушла, даже не обернувшись. Но ты знаешь, ты всегда готов. Тебя это даже забавляет – все мои кривляния и попытки не выглядеть жалкой и трясущейся от страха.

– Посмотри, Лиса. Что ты видишь? – мягким, приглушенным голосом, спрашивает Рэнделл. Он перемещается и теперь стоит за моей спиной. Горячие ладони с длинными пальцами на моих плечах. Черт, он же не сбросит меня вниз? Он может, я знаю… Боже, нет. Я всхлипываю, проглатывая слезную просьбу прекратить мои мучения и озвучить то, ради чего он меня вызвал.

Как стать бесчувственным и холодным?

Все чаще и чаще люди, особенно подростки, интересуются, как стать бесчувственным. Эмоции — это хорошо. Но не всегда. Жизнь непредсказуема, в ней бывают взлеты и падения. И как раз последние некоторых особо эмоциональных, добрых, отзывчивых и ранимых людей способны серьезно ранить. Если такое происходит регулярно, приходится как-то абстрагироваться от ситуации. И на ум многим приходит вопрос о том, как стать холодным и бесчувственным. Просто ради того, чтобы больше не чувствовать боли, не ощущать горести неудач. Это не самое лучшее решение, но в некоторых ситуациях только так можно спастись. Существует несколько советов, которые обязательно помогут вам воплотить данную задумку в жизнь.

Не все дано

Только не торопитесь. Для начала хорошенько подумайте, так ли вы хотите избавить себя от эмоций. Зачастую восстановить их сложнее, чем устранить. К слову, не всем дано быть бесчувственными.

Запомните: истинное отсутствие эмоций мало у кого наблюдается. Обычно жестокость и хладнокровие в крови у человека. Если предрасположенность к данным чертам есть, то и решить наш сегодняшний вопрос будет легко и просто. В противном случае вы буквально будете наступать на горло себе и своему внутреннему устройству.

Нередко о том, как стать бесчувственным человеком, задумываются отзывчивые добрые люди. Причем незлопамятные. Им придется очень серьезно поработать над собой. Как показывает практика, такие не способны действительно воплотить задумку в жизнь. Разве что на время. И то внутри будет сидеть чувство вины. А истинное хладнокровие такого не допускает.

Возвращение к страданиям

Первое правило, которое только может помочь, — это возвращение к своим страданиям. У каждого человека есть какие-то воспоминания, приносящие боль или огромную обиду. Именно к ним придется в подсознании обращаться каждый раз, когда вас накрывают положительные эмоции.

Обычно сначала становится очень больно переживать негативные моменты. Но в один прекрасный момент это чувство исчезает. И вам становится все равно. Как только вы этого добьетесь, будет проще решить поставленную задачу.

Старайтесь вспоминать сразу все негативные события, скопом. Только так вы сможете в полной мере ответить, как стать бесчувственным. Да, это может показаться невозможным, но при продолжительной практике вы заметите явные изменения в своем поведении.

Отсутствие внимания

Второе правило — это ни на что не обращать внимания. Ни на людей, ни на какие-то события. Забудьте о праздниках, о родственниках, о друзьях. Достаточно иногда один раз кого-нибудь не поздравить с днем рождения, чтобы вас начали считать хладнокровным.

Да, в самом начале будет трудно. Особенно тогда, когда наступает ваш любимый праздник или происходит какое-то яркое, радующее, эмоциональное событие. Но вы должны не просто игнорировать его, а встречать с полным равнодушием. Пока не научитесь этому, не выйдет стать бесчувственным человеком. Ведь такие люди обычно крайне редко показывают свои эмоции. Чаще всего на их лицах виднеется полное равнодушие ко всему.

Скажем помощи «нет»

Очень интересный факт — отказ в помощи кому-либо моментально делает вас жестоким нехорошим человеком. Даже если вы на самом деле просто не способны ничем помочь или отказываете по каким-то конкретным, обоснованным причинам. А значит, чтобы разобраться, как стать бесчувственной тварью, нужно просто не помогать людям. То есть вообще. Абсолютно. Даже по мелочам. Запомните: помогать очень невыгодно. Особенно близким людям. Они часто требуют от вас что-то, что принесет вам ущерб. К тому же помощь на практике пробуждает положительные эмоции. А это вам ни к чему. Ведь основная задача, которая стоит перед вами, — полностью избавиться от эмоций.

Обратите внимание, что отказывать вы должны всегда. И даже если помощь жизненно необходима. Изначально это будет нелегким делом. Но со временем вы привыкнете. К слову, очень часто подобный шаг значительно облегчает жизнь. Вы ничего не будете делать в ущерб самому себе.

Отзеркаливание

Вас часто обижают? А может, вы просто поддаетесь вечной эмоциональной тирании? Наберитесь сил и смелости …и отзеркальте поведение. Не стоит бояться задеть за живое своих обидчиков. Впрочем, как и всех остальных людей.

Что это значит? К своим обидчикам относитесь точно так же, как они относятся к вам. Все равно, кто это — родственник или просто друг/знакомый. Берите с людей, делающих вам больно, пример. Они обычно являются просто идеальными примерами для подражания. Ведь умение задеть за живое — это неплохой навык для жестокого человека.

Как быть с теми, кто с вами общается с добротой и дружелюбием? Отзеркаливание здесь не поможет — это заряд лишних положительных эмоций. Поэтому просто берите пример с ваших обидчиков: старайтесь отстраняться от подобных личностей, постоянно говорите им что-то обидное, неприятное. Со временем это войдет у вас в привычку.

Полный контроль

А вот золотое правило, которое вы всегда должны помнить. Если хотите понять, как стать бесчувственным, нужно взять под контроль все свои эмоции. Как именно это сделать? Точного алгоритма здесь нет. Разве что несколько советов.

Для начала выберите профессию, которая заставляет подавлять эмоции. Например, врача. Там вас смогут научить некоторым вещам, которые помогут воплотить нашу сегодняшнюю задумку в жизнь.

Также неплохим способом контроля эмоций являются разнообразные психологические курсы и тренинги. Они так и называются — «Эмоции под контролем». Правда, там больше учат сдерживать негатив. Но аналогичные принципы можно интерпретировать для положительных ощущений.

В конце концов, самостоятельно старайтесь все хорошее держать внутри себя и подавлять. Думайте: «Все плохо». И повторяйте себе это постоянно. Даже если все просто замечательно. Рано или поздно вы заметите, как научились контролировать эмоции. В таком случае останется только сохранять всегда каменное, безэмоциональное лицо при общении.

Это все. Только перед тем как стать жестоким и бесчувственным, хорошенько подумайте, действительно ли вам это необходимо. Вернуть себе эмоции будет труднее. Боль всегда проще пережить, чем заглушить.

Путин назвал истинных виновников Второй мировой войны — Российская газета

«Мы наследники Советского Союза», — напомнил российский лидер и зачитал строки из резолюции Европарламента, что пакт Молотова-Риббентропа поделил Европу между двумя тоталитарными режимами и проложил дорогу к началу Второй мировой войны. И теперь они требуют от России прекратить усилия по «пропаганде искажения исторических фактов». О том, что якобы Прибалтика и Польша, например, зачинщики Второй мировой. В Москве такого не говорили.

«Захотелось разобраться, поднял архивные документы», — продолжил Владимир Путин и заявил, что пакт Молотова-Риббентропа был последним в ряду документов, подписанных европейскими странами, заинтересованными в сохранении мира. Президент назвал эти документы с датами и страны, которые их подписали с гитлеровской Германией: Польша, Великобритания, Франция, Литовская Республика, Латвия.

СССР же подписал пакт, только когда были исчерпаны все возможные усилия по созданию единой системы безопасности, по созданию антигитлеровской коалиции в Европе, подчеркнул президент и продолжил лекцию, вернувшись во времена Версальского мира — большого унижения для Германии и ее ограбления. Ведь странам Антанты она должна была выплатить астрономическую сумму, эквивалентную ста тысячам тонн золота, больше своего ВВП, примерно 4,7 трлн долларов. И «дух Версаля» сформировал питательную среду для реваншизма, на который Запад дал карт-бланш.

Путин подробно рассказал, как СССР был готов помочь Чехословакии, которую «Германия собиралась ограбить», но по договору мог это сделать только если Франция присоединится к помощи, а Франция, пообщавшись с Польшей, поняла, что та поддержку не окажет и даже будет сбивать советские аэропланы. «Польша взяла на себя роль подстрекателя», — констатировал президент. «То, что Германия и Польша действовали заодно, было понятно и Великобритании, и Франции», — заметил он. В 1938 году Гитлера еще можно было остановить коллективными усилиями западноевропейских государств, и западные лидеры это признавали.

Лекцию глава государства завершил тем, что как в прошлом, так и сейчас мир пугают Россией, и могут заключить сделку с кем угодно, как сделали с нацистами. А в основе этого лежит патологическая русофобия, убежден Путин. «Агрессивный национализм всегда ослепляет… Но в конечном итоге достает их самих», — сказал он, подчеркнув, что войны можно было избежать. Но британцы и французы предпочли бросить демократическую Чехословакию нацистам, чтобы направить их устремления на восток.

«В Европе это сознательно замалчивают», — подчеркнул президент. «Но именно фашистская Германия напала на Польшу и СССР», — напомнил он. А польские власти вели с Гитлером беседы и преследовали корыстные непомерные амбиции, в итоге подставив свой народ под военную машину Германии и способствовав началу Второй мировой войны, заключил Путин.

Tokyo 42… — GAMELYSS

…Или торжество пиксель-арта над разумом.

Что будет, если скрестить Hotline Miami и Party Hard в лучших традициях восточной cyberpunk тематики на Unity?

Конечно же, дичь.

Полная и пиксельная. Напоминающая одновременно все и ничего. Простая и сложная одновременно. Веселая и скучн… Нет, погодите.

Кому в голову может прийти подобное? В наш век торжества невероятной графической мысли, праздника ультрасовременных физических движков и небольшого утренника хороших оригинальных идей подобное кажется полным бредом, и я не думаю, что кто-либо всерьез станет делать подобное, ну разве что разработчики игр для мобильных платформ, вы серье…

Tokyo 42 – получите и распишитесь, их никто не просил, но вот вам Ruiner на минималках.

На самом деле пиксель-арт определенно набирает игр в свою копилку – есть ведь просто пиксельные поделки-подделки под «те самые игры», а есть пиксель-арт проекты – качественные, с душой и интригой.

Пиксели в них играют самую разную роль, но объединяет все эти игры общий стиль и необычность происходящего на экране, а самое главное – чаще всего подобные проекты вносят порцию свежих идей в мир игростроя.

А уж это необъяснимое чувство, когда смотришь на пиксельных ребятишек на экране, которые занимаются своей жизнедеятельностью и слыхом не слыхивали про то, что игрок по ту сторону монитора сейчас изменяет коту, умиляясь от того, как маленький пиксельный человечек жарит свой маленький пиксельный шашлычок на маленьком пиксельном мангальчике…

Ладно, ладно, я знаю, мне давно пора к психиатру, да и кота то у меня нет, ******** коты, ненавижу, *****, гребаных котов.

Шучу, шучу, мало ли кто из вас потом найдет меня поздней ночью в темном переулке и подаст денег на пропитание.

Просто запомните эту фразу и закройте глаза. Чувствуете, как заметно становится легче и приятнее существовать? Отлично. Теперь попробуйте не открывать глаза всю оставшуюся жизнь.

Tokyo 42 решает раскрыть перед игроком драматичную историю в духе классических cyberpunk-произведений.

Выглядит она так: «Джонни, за тобой гонятся, срочно бери в руки ствол и мотай через черный ход к автомобилю!!!»

Затем начинает играть крутой synthwave, и квадратный Райан Гослинг выпрыгивает из окна, отстреливаясь от преследующих его полицейских/бандитов/хейтеров пиксельных игр, ломая стекло и зрение игроку напрочь.

Чистая классика.

Так и здесь: местный Джонни стремглав исчезает из родной квартиры, после чего неизвестный бурят по смартфону предлагает ему стать наемным убийцей чтобы выследить тех, кто организовал засаду.

Как видим, если вам хочется что-то кардинально поменять в своей жизни, лучший способ – стать наемным убийцей.

«Мне надоели эти вечные подгузники и твое пьянство!!! [Достает пистолет и целится в пьющую мать из коляски]»

Но как же забыть о душе? Неужели каждый раз, выходя из дома, нужно становиться черствым и бездушным циничным ублюдком? О, жестокий мир, о, нравы, опа, чирик.

Геймплей поистине славно продолжает традиции Party Hard: перемещающийся по экрану пиксельный человечек должен убивать тех, кого велит убить бурят по связи.

Другое дело, что основной оригинальной идеей проекта становится 3D и способ устройства местного мира – квадратный пиксель-город с вполне себе реалистичной для проекта физикой.

Никаких абстрактных объектов – все скамейки, стенды и стены в игре влияют на прицел и видимость NPC, а извращенная камера прибавляет дополнительной сложности, заставляя каждый раз тщательно выбирать ракурс для каждой сцены – клавишами «Q» и «E».

Поэтому перестрелки на углах домов и разноуровневых этажах благодаря местной физике и камере – адское занятие.

Поэтому именно из них и состоит Tokyo 42, и Hotline Miami одобряюще похлопывает ее по плечу битой.

Кроме того, никто и не обещал, что враг будет один. Другое дело, что никто не предупреждал о двадцати психах с огнестрельным оружием чуть ли не в каждой миссии.

В «мирный» режим игры персонаж волен ходить по локации и исследовать местный город без напряжения, смешиваясь с толпой и наблюдая за жизнью местных NPC, с важным видом занимающимися своими пиксельными делами, и я втайне надеялся, что увижу нечто вроде GTA-открытого мира.

Но нет, небольшая локация со списком заданий, хотя местная симуляция жизни поистине хороша для проекта, которому это совершенно необязательно.

Честно говоря, жду не дождусь проекта с открытым миром в пиксель-арт обработке – ведь при минимуме затрат времени на графику можно реализовать поистине оригинальные концепции.

Я бы именно так и сделал Watch Dogs, но Ubisoft из-под груды бумажных купюр виднее.

Ведь симуляция жизни в пиксель-арт варианте так притягательна, эти маленькие квадратные ручонки и безликие головки, оке оке, понял, возвращаюсь к обзору, только спрячьте оружие.

Если не обращать внимание на кавайных медведей и праздничные иероглифы по всей локации, то это суровый и жестокий боевик о нелегкой судьбе не по своей воле ставшего убийцей человека.

В режиме же «миссии» персонаж из безобидного разноцветного человечка превращается в чертового Солида Снейка, имея в арсенале пистолет, автомат, снайперскую винтовку и катану, я молчу про гранаты и эффект, который они производят.

«Нажмите «C», чтобы присесть и стать незаметнее», «прокрадитесь мимо охраны и убейте вон того важного мафиози», «черт, парень, да просто расстреляй всех врагов на уровне, ты же не Hitman, ты настоящий мужик, давай!!!» – в Tokyo 42 нет никаких ограничений, есть только ствол, только стены и только война в мрачной тьме далекого будущего, вот уже более ста веков Импера…

Проходить любую миссию можно совершенно по-своему и совершенно по-разному, но эффект яркой разноцветной кровищи и ярких разноцветных взрывов будет гарантирован всегда.

Перестрелки напоминают Enter The Gungeon, с той лишь разницей, что вместо интерактивных объектов – возможность использовать геометрию окружающих объектов и прыгать.

А в остальном – игрок уклоняется от пуль, стреляет в ответ, ибо жизнь у него всего одна, а пуль у противника – бессчетное количество.

Да да, я таким образом хотел сообщить, что первое же попадание убивает персонажа.

Hotline Miami посвящает Tokyo 42 битой в рыцари после этой детали.

Ты же не думал, что в игре про наемного убийцу будут лишь скакалки да пистолет с глушителем, верно?

Понимая, что не стрельбой да прохождением единым, разработчики смело идут вперед, в инновационное будущее, и добавляют в игру ПАРКУУУР!!!

Courir pour les ventouses, Parkour pour les garçons, господа. Не вздумайте вставлять это в google-
переводчик.

На самом деле про паркур громко сказано самими разработчиками в игре, ведь в основном это действо сводится к одному моменту – прицельно прыгая, персонаж способен попасть во многие недоступные места и стоги сена на карте.

С другой стороны, во время напряженной перестрелки умение правильно прыгнуть и не свалиться вниз, с высотки, способно спасти жизнь и пройти миссию, так что все-таки ПАРКУУУР, господа.

«Si je possédais un parkour, je conquerrais facilement la Russie», [c] Наполеон, глядя на потрясающий уличный стиль Кутузова.

«Si je ne possédais pas de parkour, alors mon oeil resterait intact», [c] Кутузов, совершая сальто через стол с стратегическим планами отступления из Москвы на глазах у изумленных офицеров.

А еще в игре есть пара-тройка интересных способностей, вроде мгновенной смены внешности для ухода от преследования. Другое дело, что при этом можно случайно стать афроамериканской блондинкой с проблемами в личной жизни. А от них уже так просто не уйдешь.

Отдельно стоит выделить оригинальность некоторых миссий и игровой юмор.

Понимая, что их проект внешне воспринимается больше как пародия на cyberpunk, нежели чистый cyberpunk, разработчики не стали устраивать «I never asked for this» и с удовольствием поиздевались на игровыми клише, а также добавили в игру нарочитую долю безумия – скажем, миссия, где нужно привести несущихся за персонажем панков в сад нудистов.

Панки замечают нудистов и достают биты, нудисты замечают панков и достают стволы – панки закрывают глаза руками, и вот чистая победа голыми стволами засчитана.

Диалоги по смартфону доставляют отдельных эмоций, а постановка сюжета, когда благодаря буряту персонажа замечает местная бабуля-мафиози – классический штамп, высмеянный в новом виде.

Я молчу про пиксельный вариант прорисовки лиц в диалогах – 2D и 3D встречаются лицом к лицу в одном проекте.

Каждый раз после скачивания игры с torrent.

Не буду врать – Tokyo 42 это в первую очередь прохождение миссий с использованием собственных навыков реакции, но при всей простоте происходящего сложность игры высока, а проработка окружающего мира впечатляет.

Unity в который раз показывает игровому сообществу, как он хорош при создании проектов, основывающихся на небольшой локации и концентрации событий на ней.

И если не пытаться воплощать в жизнь «огромные игровые вселенные», а стремиться сделать нечто оригинальное и разнообразное на отдельно взятом участке, то и до шедевра – рукой подать, нужно лишь работать и думать.

Dota 2 ведь тоже – на небольшой локации с использованием максимальной концентрации оригинальных и разнообразных школьников на отдельно взятый участок.

А глядите, как популярна.

Всем – по хорошим cyberpunk проектам в игровой индустрии, и если вы подозреваете свою девушку в симуляции харакири, возможно, проблема в вас?

 

IC.

Похожие записи

Фанфик «Rent”- Эльквадра(Linkin Park&Limp Bizkit)


Название: Rent
Автор: 503 (Вольно!)
Фандом: Linkin Park
Пэйринг: Беннода
Рейтинг: наверное R
Жанр: тут и ангст и драма и романтика.
Статус: завершен
Дисклаймер: парни не мои,я поиграл и вернул на полку
Саммари: один любит, другой позволяет себя любить.
Предупреждение: бэты у меня нет,так что ошибки и все такое очень сильно хромает.сорре

Майк всегда встречал его мягкой улыбкой и добротой в карих глазах. Шинода не жаловался на безразличие во взгляде любовника, на его холодность. Честер проявлял эмоции только в постели, полностью отдаваясь сексу и Майку. Но потом, как только яйца опустошались, Честер вновь становился циничным, расчетливым ублюдком.
Майк терпел. Он любил. Любил, как мог, и ему казалось, что этой сильной эмоции хватит на двоих.
— Что это? – Шинода посмотрел на бархатный футляр.
— Часы. Я решил, что тебе нужны хорошие часы.
Майк аккуратно открыл коробку и достал золотой «Ролекс».
— Не надо было этого делать, правда, – улыбаясь светло и грустно одновременно.
Бэннингтон поморщился.
— Ты живешь и встречаешься со мной. Ты должен выглядеть на те миллионы, которыми я ворочаю.
— Как скажешь, – японец пожал плечами и примерил подарок.
Его иногда раздражало, что Чес именно в такой ультимативной форме платит за него, покупает дорогие шмотки, самые лучшие холсты и кисти, краски и весь другой художественный стафф. Будто Майк не мог этого сделать сам. Хотя, по сути, именно такие вещи он позволить себе не мог.
Честер Бэннингтон был одним из тех магнатов, что спонсировали бедноту. Да и то только для того, чтобы уменьшить налоги со своих капиталов.
Так что, этот толстосум пришел на выставку Майка с пафосным лицом, словно ему собирались показать кусок говна на белой бумаге. Но Бэннингтона ждало удивление: молодой художник, всего лишь на год младше самого Честера, оказался весьма одаренным. И вложение денег в него сулило очень большую прибыль. Честер прибыль из рук упускать не любил.
Через неделю Майк Шинода уже жил вместе с Честером в его загородном доме и являлся его официальным любовником.
По сути, Майк находился на птичьих правах. Он просто должен был быть рядом, когда Чесу будет удобно. Выглядеть так, как Честеру будет удобно и всегда быть доступным для Честера в плане секса.
При всей своей доминирующей позиции, Бэннингтон отдал бразды правления, ведущую роль в постели, именно Майку.
В такие моменты Шинода чувствовал, что между ними и правда что-то есть. Что это не просто плата за его, Майка, сексуальные услуги.
— Ты очень красивый, – Майк лежал на боку, подперев голову руками и смотрел на то, как его любовник одевается.
Честер заехал домой всего на час. Дальше в его плотном графике было несколько встреч.
— Я знаю, – равнодушно пожал тот плечами. – Завтра мы идем на благотворительный бал. Я сказал Дэвиду, что тебя надо отвезти в магазин, чтобы тебе подобрали подходящий костюм.
— А тот, что мы купили неделю назад одеть нельзя? – под тяжелым взглядом Честера, Майк словно стал меньше. – Хорошо, – выдохнул он наконец, и Чес продолжил одеваться.
— Так-то лучше. В общем, – уже стоя в дверях и окидывая парня странным взглядом. – Приведи себя в порядок, я не хочу, чтобы тебя видели в таком виде.
— В смысле?
— От тебя разит сексом, как от шлюхи, которую только что выебал пьяный матрос. Буду поздно, – Честер тихо закрыл за собой дверь.
Ему, в сущности, было все равно, что чувствует Майк. Пока на Шиноде можно хорошо зарабатывать и при этом иметь еще и неплохой постоянный секс, Честер будет этим пользоваться.
Как-то этот смешной художник сказал ему о своей любви. Это был первый раз с того момента, как Честеру исполнилось девять лет, так что он смеялся от души и до слез в глазах.
Майк после этого еще дня два ходил словно побитый щенок. Но остался. Не ушел. Не сбежал.
Тогда Бэннингтон и понял, что этот, в сущности, еще ребенок, от него никуда не уйдет.

Дэвид зашел за Майком ровно через час.
Он открыл перед Шинодой дверь в машине, когда они к ней подошли, и так же, когда они подъехали к магазину.
— Мистер Бэннингтон настоятельно просил позаботиться об этом молодом человеке, – Фаррелл стоял ровно, словно у него через весь хребет проходил тонкий прут из стали.
— Конечно, – улыбнулась миловидная девушка с пустыми, холодными глазами. Майк не любил таких. Они словно были рыбами, а не людьми.
Примерка заняла минут сорок, и под конец Шинода оказался в элегантном светлом костюме, выгодно подчеркивающим его смуглую кожу, в черной рубашке и, почему-то, с красным галстуком.
— Обувь? – осведомилась та у Дэвида, не обращая на Майка ровным счетом ни какого внимания. Словно в детском саду одевала пупса.
— Да, – кивнул тот и еще раз окинул взглядом своего подопечного. Боссу понравится. Фаррелл был уверен.
И он оказался прав. Честер не выразил бурного восторга, но достаточно сдержано кивнул обоим мужчинам.
— Пойдет. Завтра в семь, Дэвид, привези Майка ко мне в офис и можешь быть свободным. Я не знаю, во сколько мы освободимся. Я закажу такси.
— Слушаюсь, сэр.
Так как Дэвид был больше не нужен, он почтительно поклонился и вышел вон.
— Что за вечер? – Майк неуверенно улыбнулся.
— Толстосумы, как и всегда, – пожал плечами Бэннингтон. – Хотят вложить деньги в открытие твоей следующей выставки, – подходя ближе, становясь почти в плотную, – так что будь завтра хорошим мальчиком, не посрами меня, – кладя тонкую кисть на затылок любовника, притягивая к себе в голодный, но холодный поцелуй.
Майк мог только простонать что-то несуразное в ответ и жарко ответить. Потому что он все еще любил и верил, что растопит сердце своего любимого человека. Только с каждым днем вера становилась все слабее и слабее.

Честер под ним был красивым. Нет, возбуждающе красивым. Он насаживался на член Майка, словно это было единственное, что важно в жизни. Отдавался полностью, но глаза его всегда были закрыты. Потому что не было в них жара, не было удовольствия. Только холод Антарктики. Да и то, там, пожалуй, в ледниках, было теплее.
Майк вновь смотрел на то, как Бэннингтон одевается и выходит. Молча. Словно и, правда, шлюху снял.
Шинода закинул руки за голову и посмотрел в потолок. Так он ведь и был шлюхой. Его кормили, одевали, чуть ли не вытирали жопу. Разве что не трахали. Хотя, это с какой стороны посмотреть.
Художник поднялся и подошел к зеркалу. Он критически осмотрел себя со всех сторон и тихо выдохнул. Честер был тем, кого Майк полюбил, но Честер не может стать тем, с кем Шинода проведет остаток жизни. Это будет слишком больно и холодно. И Майк боялся, что рано или поздно и он тоже замерзнет. Тогда больше не откуда будет черпать вдохновения. И тогда не будет картин. А без картин, и Майк четко это знал, он не будет нужен Честеру.
— Прости, – прошептал он сам себе, глядя в измученное свое отражение. – Ты же понимаешь, что это лучшее для нас.
Отражение кивнуло, в точности повторяя движения Шиноды.
Завтра, после вечера, куда он обязан пойти, Майк все скажет любовнику. И если Чес не захочет измениться, то Шинода покинет его дом навсегда.
Правда вот, Майк не верил, что ему так легко удастся уйти.

Вечер был не так уж и плох. Честер дежурно всем улыбался и не отпускал Шиноду от себя ни на шаг, пока не познакомил его со всеми нужными ему, Честеру, людьми. Потом интерес к Майку пропал. И Шинода не был этим удивлен.
Он лишь вежливо улыбался гостям и отвечал на какие-либо вопросы, если, конечно, мог понять, чего именно от него требуют эти леди и эти мужчины.
— Ты еще и хорошо рисуешь, не ожидал, – человек рядом с ним был некрасив и неприятен. Вульгарная, яркая одежда, цвета которой не сочетались. Но Шиноду учили быть вежливым даже с теми, кто хамил и не имел вкуса.
— Прошу прощения?
— Я разговаривал с Честером. Пожалуй, я вложу в его компанию деньги, которые ему так нужны. При условии, что ты переедешь ко мне.
— Не понимаю? – Майк мило улыбался и хлопал ресничками. Слова этого человека совершенно не укладывались у него в голове.
— Я буду трахать тебя, а Честер получать за это деньги, что тут непонятного? – улыбнулся тот и сделал жадный глоток из бокала, что держал в руках. – Соглашайся, красавчик. Такие деньги ты еще не видел. Чес беден, как церковная крыса по сравнению со мной.
-Простите, но я буду рад, если мы закроем эту тему, – Майк решительно направился в сторону Честера.
— Чес, – Бэннингтон поморщился. Он не любил, когда его имя сокращали. Ну, может, только в постели.
— Что-то случилось?
— Тот человек, – Майк кивком головы указал на разговаривающего до этого с ним мужчину, – хочет купить меня у тебя. Это ненормально.
— Почему? Я же тебя купил.
Шинода замер.
— Ты…хочешь сказать, что тут вроде аукциона кто больше даст за меня денег?
— Что-то типа того. Ты все равно не поймешь.
— Я тебе настолько противен или есть что-то еще?
— Подумаешь, пару раз тебя поимеют. Ты с этого поимеешь намного больше. Со мной же ты спишь.
— Я люблю тебя. А это разные вещи, Честер.
— О, Боги, Майк. Не веди себя, как глупый подросток. Ты просто не понимаешь, от чего отказываешься.
— Если ты такой умный, сам с ним и спи.
— Я не в его вкусе, Майк.
— Я…мне надо выйти и подышать свежим воздухом. Прости, – Шинода развернулся на ватных ногах и просто кинулся прочь из большого помещения.
Тот павлин, что предлагал Шиноде стать его официальной сучкой, ломанулся следом. Это не ускользнуло от взгляда Бэннингтона. Он улыбнулся и сделал глоток шампанского.
Видимо, приток в его компанию свежих денег все же будет. Честер давно все распланировал. Если Майк не подведет, то состояние Бэннингтона приумножится раз в пять.
Кричать Майк просто не мог. Туша урода прижимала так, что удавалось еле-еле глотнуть воздуха.
— Ну что, сладкий, отбрил тебя бывший любовничек? Соглашайся по-хорошему, а то я попрошу своих мальчиков, чтобы они тебя подержали, – Майк вновь дернулся и зашипел, когда хватка на запястьях усилилась и что-то неприятно хрустнуло.
Моментально замерев на месте, Шинода был готов позволить этому мудаку делать все, что тот захочет. Только бы руки остались целыми.
— Правильное решение.

Честер пошатался по залу еще минут пятнадцать. Потенциального партнера по бизнесу еще не было и Майка тоже.
Странно. Хотя, возможно Шинода и согласился-таки на предложения этого потного урода.
В голове возник образ Майк, который каждый вечер встречал Честера милой улыбкой и всегда теплым ужином. Добрым словом и ласковым взглядом.
То, каким Майк мог быть в постели. Как он доставлял наслаждение Честеру, а ночью тихо шептал о любви и плакал, думая, что любовник не слышит.
Бэннингтон нахмурился. Сейчас, он может потерять все, только из-за щенячьих глаз.
Не пойдет. Он слишком долго шел к этой сделке. Майк не стоит того, чтобы сейчас все просрать.
Придя к такому выводу, Честер развернулся к двери и выронил бокал из рук.
В проеме стоял Майк. Он еле держался на ногах. Часть его костюма была разорвана, сам он был в крови. Но та паника, что была в его глазах, когда он смотрел на свое покореженное запястье, напугали Бэннингтона не хуже детских кошмаров из прошлого.
— Честер, – неверяще смотря на бывшего любовника. Неверяще, потому что любимый человек, пусть даже и не любящий тебя, не мог позволить ни кому сделать такое с другим. Ну, Майк так считал.
— Майк, – прошептал Бэннингтон и сделал пару шагов в сторону своего протеже. В зале была гробовая тишина. Чес протянул руку, чтобы прикоснуться к художнику, но тот в ужасе отшатнулся.
— Я сделал, как ты просил, – медленно пятясь назад, к лифтам. – Я все сделал, – скрываясь за железными ставнями, направляясь вниз. Подальше от чудовищ в дорогих костюмах.
Дэвид не уехал, хоть Честер его и отпустил.
У Фаррелла вытянулось лицо, когда он увидел любовника своего босса.
— Кто это сделал? – кинулся к нему тот. – Честер в курсе?
Майк остановился на несколько секунд, зависая на имени бывшего любовника.
— Честер разрешил… ему это сделать. Тот человек так сказал. И это правда.
— Он не мог. Чес на такое не способен.
— Прости, – художник покачал головой. – Я должен идти. Прости.
— Я отвезу тебя куда ты скажешь, только сначала в больницу, – и, не слушая возражений японца, Дэвид затолкал того в машину.
Они уже отъехали на приличное расстояние, когда мобильный телефон Фаррелла завибрировал. Это был Честер.
— Дэвид, немедленно подгони мне машину. Я должен…
— Простите, сэр. Я увольняюсь. Машину пригоню вам в гараж сегодня же.
— Он с тобой, да?
— Это не имеет значения, мистер Бэннингтон. Простите, что придется подождать немного машину. Вы сами понимаете, – и он отключил связь.
— Он найдет меня. И тебя тоже.
— Посмотрим, – улыбнулся Фаррелл. – В конце концов, я тоже не пальцем деланный.

Ехали достаточно долго, и Шиноде было все равно, куда его везут. Только покалеченная рука и мысль о том, что он никогда не сможет рисовать сводили с ума.
Ему больше не хотелось мечтать о том, что Честер изменится. На сегодняшнем вечере он понял, что этому никогда не бывать.
Понял так ярко и так отчетливо, что почти не чувствовал боли, когда тот мужик его трахал.
Дэйв остановился возле небольшого, почти не приметного в сумерках домика.
— Где мы? – безразлично спросил Шинода.
— Мой хороший друг военный врач. Он поможет. Не думаю, что обращаться в больницу есть смысл. Начнутся вопросы, да и Бэннингтон нас быстро найдет.
— Как скажешь.
Фаррелл помог Майку выбраться из машины и дойти до дверей дома. Ирландец сильно и долго стучал, пока дверь не распахнулась, и молодой человек удивленно не уставился на Дэйва и его ношу.
— Что смотришь, малой? Принимай гостей.
— Сама любезность, – отходя в сторону и фыркая. – Аккуратнее, – окидывая Шиноду профессиональным взглядом. – В мой кабинет и на стол.
— Где Бред?
— На работе. Я осмотрю твоего парня сам. Не волнуйся, – выталкивая Дэвида за дверь и захлопывая ее перед его носом, скрывая и себя и пациента в рабочем кабинете.
Роб появился спустя час.
— Ну, и как он?
— Кто бы это не сделал, он действовал очень грубо. Парень сейчас спит, я вколол ему обезболивающее, антибиотики и снотворное. Перелом запястья это самое малое из того, что у него повреждено.
— Он художник, – прошептал Дэйв.
— Значит, больше он им не является, – отрезал Бурдон и спустился вниз по лестнице в зал. Подошел к бару и достал бутылку скотча. – Тебе стоит выпить, потому что говорить ему об этом будешь ты.
— Почему я? – протягивая руку и получая стакан с выпивкой.
— Ты его друг, – пожал плечами Роб.
— Я не друг. Я работал на его любовника.
— Хорош же у тебя работодатель.
— Нет, Честер с ним этого не делал. Это сделал один из его партнеров по бизнесу, как я понял. Бэннингтон просто продал Майка тому за какую-то сделку.
— Откуда такие познания? – делая глоток.
— Шинода в бреду шептал о чем-то таком.
— Когда тебе на работу?
— Я уволился.
— Блядь! – с грохотом ставя стакан на стол. – Ты хочешь сказать, что ты взял и просто увез этого парня от его хозяина? Где твой внедорожник, Дэйв? На чьей машине, сука, ты приехал? – как-то недобро щурясь, спросил Бурдон.
— Твою мать, – Феникс просто рванул из дома, останавливаясь перед тачкой босса.
— Он уже знает, где вы. Будет здесь минут через 15-20, помяни мое слово.
— Надо уходить.
— Не получится. Парня нельзя двигать минимум часа полтора.
— Что делать, Роб? Что нам делать? – вцепляясь в белый медицинский халат друга.
— Я знал, что ты не просто так его притащи, Дэвид. Влюбиться в игрушку хозяина это тебе не посрать присесть. Ты думал своей головой?
— А ты, блядь, думал своей головой, когда укладывал Бреда в свою койку? Думал, зная о том, как относятся к гомосексуалистам в армии? В наших конкретно войсках?
— Иди на хуй, – глаза Роба недобро сверкнули. – Мы были свободны и могли делать все, что хотели.
— И я свободен. Майк тоже, просто не понимает этого.
Вдали сверкнули огни фар.
— А вот и твой работодатель.
— Спрячь нас, Бурдон. Он не может вернуться к нему, не после всего.
— Я не могу его двигать. Его просто нельзя передвигать без специальных носилок и приборов! Неужели ты этого не понимаешь!? Это может попросту убить его. Разрывы такие, что я вообще удивлен тому, что парень доехал до нас в сознании.
Пока Роберт орал на своего друга, машины, что были совсем недавно скрыты лесным массивом, показались на подъезде к дому. Одна из машин оказалась каретой скорой помощи.
— Где он? – Бэннингтон выглядел спокойным и собранным. Так же, как и много раз до этого. Так же, как и всегда.
— Вы достаточно натворили дел, сэр. Оставьте его в покое. Дайте ему жить.
— Я забираю его, – кивая своим людям и санитарам, что уже достали каталку из кузова скорой.
— Я не позволю, – Фаррелл сделал шаг вперед, закрывая собой Бурдона и проход в дом.
— Я не собираюсь тебя спрашивать, Дэвид. Я просто заберу его, – несколько пистолетов были нацелены в стоящих перед домом мужчин.
— Я провожу вас, – Бурдон прошел в дом. – Следуйте за мной, – зовя санитаров и врача.
— Ты убьешь его, – прошипел Феникс.
— Это мое дело. Мое и Майка.
— Он сломал ему запястье. Шинода больше ни когда не будет рисовать, – Честер дернулся словно от удара и это не укрылось от внимания Фаррелла. – Зачем он тебе теперь, когда больше не сможет приносить деньги в твою копилку?
— Не твое дело, Дэвид. Не мешай мне и не смей приближаться к нему. Думаешь, я не видел, как ты на него смотришь, как у тебя загораются глаза, стоит только Майку появиться в поле твоего зрения? Ошибаешься. Но он мой.
— Он не будет больше рисовать. По твоей вине.
— Я знаю, – Бэннингтон спокойно встретил взбешенный взгляд стоящего напротив мужчины.
Послышался шум, и санитары выкатили каталку.
Шинода был бледен. Лицо казалось совсем обескровлено. Сломанное запястье было загипсовано и прижато, как будто Майк был ребенком, к груди. Шинода, явно делал это подсознательно, баюкая поврежденную конечность.
Честер кивнул Робу и сел в свою машину. Скорая включила мигалки, но не звуковую сирену и отбыла первой.
— Не приближайся к нему, – предупредил Бэннингтон еще раз и машина двинулась вслед за скорой.
— Куда они его?
— В лучшую больницу штата, – пожал плечами Роб. – Туда, куда и надо было отвозить его в самом начале.

Майк приходил в себя с трудом. В горле пересохло, а тело ныло так, что хотелось кричать.
Шинода повернул голову в одну, в другую сторону, пытаясь понять где он находится. Пищание приборов и стойкий запах медикаментов подтвердили догадку о том, что он в больничной палате. Произошедшее за несколько суток до его пробуждения, ни как не хотело возвращаться в голову. Воспоминания, словно, кто-то потер.
Рядом послышалось какое-то ворчание и шорох. Майк с ужасом взглянул на того, кто спал в кресле в углу, скрытый сумраком.
— Честер? – неуверенно позвал художник, и парень в кресле дернулся, словно от удара током.
— Ты, пришел в себя, – слабо улыбаясь, прошептал тот.
Майку не понравилось то, что он увидел. Его любовник был бледен, на щеках горле не здоровый румянец, а глаза лихорадочно блестели.
— Как ты себя чувствуешь? – прошептал Майк и попытался дотянуться до своего парня и только тут заметил гипс на запястье. – Что… что это? – в ужасе глядя на поврежденную руку. – Честер, что со мной?
— Тихо, тебе нельзя волноваться.
И тут Майк закричал.
Все казалось ему нереальным. Сломанная рука, забота в голосе Бэннингтона, боль во всем теле, отсутствие воспоминаний.
Он кричал, как только мог. Пытаясь встать, убежать, скрыться. Потому что это был не его мир. Это была какая-то пародия. Жалкая копия.
— Майк, прошу тебя, – Чес пытался удержать рвущегося в руках партнера, но тот не слышал его. – Умоляю, – шептал Честер, – ты навредишь себе еще больше. Ради меня.
Шинода замер. Разом успокоившись, падая обратно на больничный матрас, расслабляясь и бездумно смотря в потолок.
— Майк, – проведя кончиками пальцев тому по лицу, – посмотри на меня.
Тот повернулся, и Честер поразился тому, какой пустой взгляд был у любовника.
— Что произошло, Честер?
— Тебя изнасиловали.
— Где был ты? – Шинода говорил почти шепотом, Бэнингтон с трудом разбирал слова.
— Пил шампанское.
— Почему ты не был рядом? Я же был с тобой, да?
— Да, – отходя в сторону, отворачиваясь, чтобы не видеть этой пустоты в таких любимых глазах.
Только, после того, как Фаррелл увез Майка, до Честера дошел весь ужас им содеянного. И сейчас он спокойно признался себе в том, что любил. Просто не хотел в это верить, не хотел оказаться слабым. Проиграть. Но в результате все равно проиграл.
— Ты знал, – Майк в шоке смотрел на спину любовника, – но не сдвинулся и с места?
— Да, – плечи Бэннингтона опустились еще ниже.
— Я не помню! – выкрикнул Майк. – Не помню, чтоб тебя… моя рука, – прикасаясь к гипсу кончиками пальцев. – Я не смогу держать ровно, чтобы она не тряслась. Я уже видел такое. Ты убил меня, – пораженно делая последний вывод. – Ты убил меня, ради своих амбиций, Честер, – удивленно глядя на напряженную спину Бэннингтона. – Оно того стоило? Сколько я стоил, Чес?
С того вечера, как Шинода пришел в себя и состоялся разговор, Майка словно подменили.
Он был резок с любовником, не позволял прикасаться к себе, грубил или просто молчал. Ему, казалось со стороны, стало все равно, что Бэннингтон готов окружить его заботой, что тот говорит слова любви. Что любовь сквозит в каждом жесте, в каждом взгляде.
Шинода стал настоящей сукой. Бесчувственным. Бесчеловечным. В поступках, в разговорах, во взглядах.
Он вернулся в дом к Бэннингтону на правах его хозяина. Он делал то, что хотел, и не обращал внимания на боль в темных глазах партнера.
А потом ему и вовсе стало скучно в этих четырех стенах. И он стал выбираться по ночам в клубы и бары, на разного рода сомнительные мероприятия. Общаясь с мразью подворотен и трахаясь со шлюхами.
— Если я вновь узнаю, что за мной слежка, ты меня больше никогда не увидишь. Ты меня понял? – сжимая в пальцах подбородок Честера.
— Да, Майк.
— Умница, – улыбаясь краешками губ. – А теперь, – опираясь о стену спиной, нажимая Бэннингтону на плечи, – я хочу, чтобы ты немного поработал своим говорливым ртом.
— Майк, нас могут увидеть. Прислуга, она…
— Мне похуй. Или делай это тут, или я пойду и найду кого-то более сговорчивого.
Честер проглотил ком, что образовался в горле и опустился на колени.
Майк выбрал самое проходное место в доме. И Честер был уверен, что выбор того был не случаен. Шинода хотел, чтобы их увидели, хотел, чтобы Бэннингтон был замечен в этом унизительном положении при тех, кто ниже его, Честера, по статусу.
И бывший художник добился своего.
Одна из горничных лишь улыбнулась краешком губ, увидев своего хозяина с членом во рту, вторая охнула и убежала, прикрыв глаза. Дворецкий неодобрительно покачал головой и, удаляясь в сторону своих покоев, говорил что-то о нынешней молодежи, ее нравах и воспитании.
Когда Шинода кончил, он просто оттолкнул от себя Чеса, застегнул штаны и ушел. Оставив своего любовника на полу. Разбитым и раздавленным.
И Бэннингтон не мог его винить. Потому что был виноват сам. И картина избитого, изнасилованного Майка все еще стояла перед его глазами, стоило только закрыть веки. И этот животный страх, что плескался на дне шоколадных глаз Шиноды тем вечером, тоже преследовал миллионера в кошмарах.
Приведя себя в более или менее сносный порядок, Честер поинтересовался где Майк. И не особо удивился, когда узнал, что тот уехал.

Шинода в очередной раз отправился в один из притонов.
Ему надо было расслабиться. Он и сам не понимал, почему сейчас зол, как черт. Но он четко понимал, что если он останется в доме Бэннингтона, то точно кого-нибудь убьет. И скорее всего это будет сам его хозяин.
Майк понимал, зачем он остался у своего мучителя, которого мучил теперь сам. И он хотел, чтобы Честер тоже это понял. Но тот упорно подчинялся любой прихоти своего любовника. Молча снося оскорбления и обиды, колкие слова и яростные обвинения. Честер Бэннингтон перестал быть самим собой.
Нет, он не потерял хватку в бизнесе и не давал спуску своим сотрудникам, но дома он становился шелковым. Потому что боялся потерять Майка, потому что чувствовал вину за то, что художник больше не мог рисовать, потому что чувствовал, что любит, хотя его больше не любили.
Майк вернулся далеко за полночь. Пьяный, накаченный какой-то наркотой и от него во все стороны разило сексом и похотью.
Чес свернулся клубком на их большой пастели и старался сделать так, чтобы его было не заметно. Не вышло.
Шинода в обдолбленном состоянии видел Честера везде. И хотел его.
Ополоснув свое тело после посещения клуба, Майк навалился на полусонного любовника, пытаясь того поцеловать. Но, на удивление художника, Чес не подставил покорно свой рот, а постарался отвернуться.
— Что-то не так, милый? – прошипел Майк.
— Тебе не хватило сегодня шлюх?
— Конечно, нет, – рассмеялся тот. – Ведь главную свою шлюху я сегодня еще не трахал, – кусая за шею, прикусывая за ушком, засасывая мочку.
И Честера прорвало. Он столкнул с себя Шиноду и вскочил с постели.
Он кричал, выливая на любовника всю свою обиду, злость, ярость, боль.
— Не могу так больше, Майки, – в конце концов, опускаясь на пол, подтягивая колени к груди и утыкаясь в них лицом. – Не могу. Виню себя каждую секунду. Виню, потому что знаю, что виноват. Потому что поздно понял, что люблю.
— Что ты сказал? – яростно прошипел Шинода. – Повтори последнее, что ты сказал.
— Люблю тебя, – с яростью вглядываясь в глаза любовника, – сукина сына. Люблю.
Если бы у Честера еще были силы чему-то удивляться, то он бы удивился тому, как искренне улыбнулся ему любовник.
Шинода встал с кровати и опустился на колени рядом со своим Честером. Он обнял того и прижал к своей груди. Давая ему возможность выплакаться, цепляться тонкими пальцами за свои плечи. Шепча что-то ласковое и нежное.
Потом Майк утащил Бэннингтона в постель.
И, возможно, это был самый жаркий и нежный секс за жизнь обоих молодых мужчин.
Скорее всего у Честера из-за того, что он давно не чувствовал себя так спокойно, словно груз мировых проблем разом свалился с его плеч. А Майк из-за того, что ему больше не надо было притворяться, играя роль злобного садиста, которому нравится причинять моральную боль человеку, которого он любит.
Шиноде хотелось лишь показать Чесу, заставить того прочувствовать все то, через что сам Бэннингтон заставил его пройти в прошлом.
Хотя Майк действительно шатался по разным кабакам и трахал все, что только двигалось. Видимо, для большей убедительности. Пусть и не понятно кого именно он убеждал в своей состоятельности.
Шинода проснулся от странного зуда в сломанном, когда-то, запястье.
Он поднялся с постели, аккуратно переложив с себя Честера, боясь того разбудить и прошел в другую комнату. В ту, которая некогда была его студией.
Внутри ни чего не изменилось. Наверное, все было бы покрыто так же еще и слоем пыли, если бы Честер не платил горничным так много, что те даже в этом помещении умудрялись надраивать полы до блеска. Хотя Майк и заляпывал их всевозможными красками, растворителями и разными другими жидкостями, которые использовал когда-то в рисовании.
Запястье зудело все так же сильно. И этот зуд, словно оседал впоследствии электрическими разрядами на кончиках пальцев.
Майк подошел к стеллажу и взял лист бумаги. Он закрепил его на мольберте и достал из банки остро заточенный карандаш.
Рука тряслась и на лбу появились первые капельки пота. Было страшно. Страшно, что вновь ни чего не получится. Не хотелось больше разочарования.
Но первый штрих лег ровно и так, как Майку хотелось, а за ним и остальные.
И вот он уже не может остановится, делая движение за движением, нанося линию за линией.
Майк так и не заметил, как в дверях появился сонный Чес и как быстро с него слетел этот самый сон.
— Майки? – неуверенно позвал он. Ему страшно от того, что он боялся увидеть того самого разгневанного Шиноду, которым тот был, когда вышел из клиники и действительно понял, что больше не может рисовать.
— Иди сюда, – прошептал художник, даже не повернув головы к любовнику. Он лишь сделал полшага назад от рисунка.
Честер неуверенно приблизился к Шиноде, а тот вдруг резко развернулся и притянул Бэннингтона к себе. Вдыхая сонный запах его тела, впитывая в себя его теплоту.
Честер поначалу испугался, а потом расслабился, пока его взгляд не скользнул по листу бумаги с карандашным наброском.
Майк нарисовал его, Чеса. Спящего, расслабленного. Того, кого он видел каждое утро, просыпаясь чуть раньше. В прошлом, до больницы, чтобы насладиться иллюзией того, что он любим, а после нее, чтобы любить самому.
Бэннингтон плакал в его руках. Своими слезами, смывая все те недомолвки, всю боль и грязь, что были меж ними. Он плакал и не чувствовал, что Майк плачет тоже.

Вновь прием. Прошло полтора года, и как все меж молодыми мужчинами изменилось.
На публике Бэннингтон все та же неприступная, холодная тварь. А Майк все также мягок, хотя это далеко не правда. Шинода стал более тверд, более уверен в себе. С любимым человеком рядом это оказалось не так сложно сделать.
И вновь непристойное предложение и вновь Майк чувствует себя, как тогда, как много времени назад и сломанное запястье начинает поднывать.
Художник ловит взгляд Честера, и тот хмурится, видя в любимых карих глазах страх и панику.
Чес предлагал Майку с ним не ходить. Что он может и сам справится с этим приемом в честь триумфального возвращения гения Майка. Но тот отказался от предложения любовника. В конце концов, это его картины, его заработок, его возврат в художественную индустрию.
Бэннингтон уверенно подходит к Майку и переплетает свои пальцы с его. Надменно смотря на мужика, что хочет его парня.
Обводя победным взглядом весь зал, что пускает слюни на его персонального бога искусства Честера Бэннингтона. Надменно и зло, предупреждая о том, что отныне, если кто покусится на Майка, Честер не будет стоять в стороне.
И Майк судорожно выдыхает. Расслабляется, чувствуя немую поддержку любовника.
— Ничего не бойся, – нежно глядя в глаза Шиноды, шепчет Чес в его приоткрытые губы. – Я с тобой, я люблю тебя, – целомудренное прикосновение губ к губам, которое окончательно ставит акценты в их отношении. Расставляя все по местам для публики. Больше ни кто не посмеет прикоснуться к Майку, Честер уверен.
Поэтому, он спокойно выпускает его руку из своей, и уходит к кому-то из партнеров по бизнесу, обсудить очередное вложение или еще какую-то хрень. Зная, что Шинода больше не боится.
В этот вечер Майк распродает почти все. Оставляя из новых картин лишь ту, на которой запечатлен Честер. Но ее Шинода на выставку так и не привез.

Как перестать быть циничным засранцем

На протяжении многих лет люди часто обвиняли меня в том, что я циничный засранец. Будь то недовольный взгляд на популярную тенденцию или просто сварливый характер, я почти всегда склоняюсь к негативному прогнозу, а не к позитивному. К счастью, я нашел выход из этого, не прибегая к позитивному мышлению в стиле Диснея.

Мой цинизм был настолько очевиден в какой-то момент в старшей школе, что когда учитель драмы поставил меня на роль Гринча в рождественской пьесе, мои одноклассники оценили это как идеальный выбор.Бесчисленные статьи о позитиве, которые я прочитал, на меня мало повлияли. Но в какой-то момент в моей голове что-то щелкнуло, и я перестал быть тем циником, которым когда-то был. Вот что я узнал.

Почему мы становимся циниками

Циничный мудак — особая порода людей. Вы, вероятно, знаете этот тип, если сами не являетесь одним из них. Настоящий циник не доверяет всему новому, что видит или слышит, он нетерпим к новым идеям и пессимистичен во всем. Они не скептики.Это положительная черта. Они угнетают группу, чья самодовольство приводит к падению и всех остальных.

G / O Media могут получать комиссионные

Цинизм исходит из разных источников, но чаще всего это происходит, когда мы эмоционально уязвимы. Психология сегодня объясняет:

Цинизм — это часть защитной позиции, которую мы принимаем, чтобы защитить себя. Обычно это срабатывает, когда мы чувствуем себя обиженными или злимся на что-то, и вместо того, чтобы напрямую иметь дело с этими эмоциями, мы позволяем им гноиться и искажать наши взгляды.Когда мы становимся циничными по отношению к чему-то в нашей жизни, мы можем постепенно начать все включать. Во время встречи с семьей на праздниках моя подруга обнаружила, что ее муж все больше расстраивает ее. То, что начиналось как небольшое раздражение из-за того, что он забыл камеру и не был готов вовремя, вскоре переросло во враждебное отношение почти ко всему, что он делал. Эта критическая и осторожная точка зрения сформировала ее отпуск и сделала ее ворчливой и раздражительной по отношению к семье и друзьям.Только вернувшись домой, она спросила себя: «В чем была моя проблема? Как я позволила этому чувству цинизма взять верх?»

Другая причина цинизма довольно проста: наш мозг запрограммирован на то, чтобы уделять больше внимания негативным переживаниям. Чем больше негатива мы видим в мире, тем больше вероятность, что мы разделим это расположение с другими. Со временем это делает нас более циничными. В тяжелых случаях вы обнаружите, что ненавидите практически все, даже не задумываясь об этом.

Признайся, что ты идиот, и притворяйся, пока не сделаешь это

Как и в большинстве подобных случаев, первым шагом является признание того, что у тебя есть проблема. Чтобы преодолеть этот мыслительный процесс, подумайте и признайте, что вы циничный придурок. Когда вы поймаете себя на том, что принимаете негативную позицию по умолчанию, обратите на это внимание и подумайте. Если вы хоть немного похожи на меня, вы поймете, насколько вы похожи на плаксивого ребенка.

Как только вы осознаете свою проблему, вы можете начать притворяться более позитивным, пока она не закрепится.Например, Redditor LionLeo делится своим успехом «притворяйся, пока не добьешься»:

Я был тем парнем. На самом деле меня никто не называл, но я заметил, что люди стали проводить со мной все меньше и меньше. Когда я стал старше, я обнаружил, что моя циничность почти исчезла. Это просто произошло из-за того, что я в целом придерживался позиции «плыть по течению», и это действительно сделало меня более счастливым человеком. Я имел обыкновение иметь дело с депрессией и тревогой, и это в основном проходило только потому, что я стал позитивно относиться к вещам.Просто постарайтесь относиться к другим с большим энтузиазмом (подлинным или фальшивым, просто попробуйте) и интересоваться тем, что они говорят.

Что-то, что я всегда помню, чтобы держать меня в узде, — это цитата Билла Ная: «Каждый, кого вы когда-либо встретите, знает то, чего не знаете вы». Когда я так думаю, люди становятся мне интереснее.

Лично я в соцсетях притворялся. Несколько лет назад тогдашний редактор Kotaku Брайан Кресенте упомянул в Twitter, что одна из его целей — перестать быть негативным в социальных сетях.По какой-то причине это запомнилось мне, и я поставил перед собой ту же цель. Как и любой другой, я пропущу это, но по большей части я стараюсь придерживаться мантры позитива и уклоняться от плаксивых жалоб, когда могу.

Для меня это не столько цветочная идея концентрации на позитиве, сколько отсутствие сосредоточения на негативе. Если мне есть что сказать конструктивно, я это скажу. Если это пессимистический купорос, я стараюсь держать это при себе. Мне более удобен этот менее слепо оптимистичный подход, чем множество примеров деятельности, которые я видел в других местах.

Конечно, вы можете настроить свой мозг на позитив и другими способами. Мы уже указывали способы обмануть себя, чтобы стать более позитивным. К упражнениям относятся записывать позитивные мысли, поздравлять других и делать что-нибудь приятное для кого-то.

Проверяйте свою дружбу

Циничные придурки склонны окружать себя другими циничными придурками. Это делает те долгие ночи в баре с жалобами на поп-культуру намного приятнее.В какой-то момент стоит задуматься, какое влияние на вас оказывают эти социальные отношения.

За эти годы у меня было много циничных друзей. Эти друзья забавны, когда вам чуть за 20, но со временем этот цинизм и негатив постепенно перерастают в дружбу. Если в вашем кругу общения слишком много этих типов, трудно избавиться от привычки быть циничным все время.

Я не замечал, насколько я циничен, пока не заметил, насколько негативным был один из моих друзей.Я понял, что большую часть времени мы проводим, жаловавшись на вещи, скуля о тривиальных происшествиях за день или обижаясь на что-то новое. Я не выдержал и начал менять динамику наших отношений. Дружба осталась, но мы меньше и меньше общались.

Я просмотрел свои контакты и сократил время, проводимое с другими похожими друзьями. Мне не нужно (и не хотелось) полностью исключать людей, но основная логика состоит в том, что, окружая себя циниками, вы, скорее всего, сами станете циником.

Развивайте свое любопытство

Цинизм делает вас ограниченными, а это означает, что часто трудно обращать внимание на мир. Когда все отстой, любопытство отходит на второй план, и это затрудняет творчество.

Чтобы подогреть собственное любопытство, я воспользовался советом Джейсона Фрида высказывать идеи за пять минут до того, как я на них отреагирую. Это имеет двойной эффект: впитывает мой негатив по умолчанию и разжигает любопытство, заставляя меня задавать вопросы.Фрид объясняет, как это ему понравилось:

… Я оттолкнул его насчет его выступления. Пока он высказывал свое мнение на сцене, я проводил инвентаризацию того, с чем не был согласен. И когда мне представилась возможность поговорить с ним, я быстро отказался от некоторых его идей. Я, должно быть, казался таким засранцем.

Его ответ изменил мою жизнь. Это было просто. Он сказал: «Мужик, дай пять минут». Я спросил его, что он имел в виду? Он сказал, что не соглашаться — это нормально, нормально сопротивляться, здорово иметь твердые мнения и убеждения, но дайте моим идеям время, чтобы они закрепились, прежде чем вы будете уверены, что хотите оспорить их.«Пять минут» означают «думать», а не реагировать. Он был абсолютно прав. Я вступил в дискуссию, чтобы что-то доказать, а не узнать что-то.

Это был важный момент для меня … Еще есть разница между задавать вопросы и отвечать. Отталкивание означает, что вы уже думаете, что знаете. Задавать вопросы означает, что вы хотите знать. Задавайте еще вопросы.

Задавать вопросы и проявлять любопытство равносильно критическому и творческому мышлению. Я заметил, что чем меньше времени я уделяю своим язвительным, циничным ответам, тем больше вероятность, что у меня возникнет действительно полезная идея.Я также склонен уделять больше внимания окружающему миру и перестать ценить творчество других.

Цинизм — это не так уж и плохо

Граница между цинизмом и критическим чутьем тесная. Чем больше мы смотрим на вещи критически с эмоциональной отстраненностью, тем больше вероятность, что мы будем относиться к этому цинично. Однако это не всегда плохо. Как указывает Psychology Today, в малых дозах он положителен:

Хотя цинизм может быть вреден в долгосрочной перспективе, он может служить эмоциональной защитой, которая притупляет повседневные унижения.Филип Мирвис, исследователь цинизма из Бостонского колледжа, говорит, что язвительный, отстраненный взгляд циников на жизнь, также известный как защитный пессимизм, помогает «защитить их от того, что они считают пращами и стрелами дельцов и начальства». Если они с самого начала предполагают, что клиенту нельзя доверять или что новая свекровь будет ведьмой, они будут хорошо подготовлены к тому, что эти опасения сбудутся.

Циничный взгляд на ситуации, которые вы не можете контролировать, снижает вашу эмоциональную привязанность к определенному результату, говорит Япко, и фактически снижает вашу уязвимость перед депрессией.

Склонность циников к тому, чтобы замечать установки и снежные работы раньше, чем все мы, также делает их социально ценными. Например, печально известная циничная Морин Дауд сделала успешную Пулитцеровскую работу по выявлению трагических недостатков в администрации Клинтона. «Циники заслуживают большего уважения, чем получают», — говорит Баян. «Вам нужны скептики, которые будут кричать о крайних или просто глупых идеях».

Помните, постоянный оптимизм тоже вреден. Как и большинство вещей в жизни, все дело в балансе.Когда вы обнаруживаете, что относитесь ко всему цинично, пора внимательнее присмотреться к тому, как вы взаимодействуете с миром.

Фото: Ollyy , emmacraig1 , hobvias sudoneighm .

Inkshares

«Некоторые люди просто хотят смотреть, как горит мир». –Майкл Кейн (Темный рыцарь)

Это был бы циничный мудак.Человек, который ненавидит все (и всех) без всякой причины. Полный гнева и ненависти к себе, циничный мудак получает удовольствие, наблюдая, как другие придурки остаются самими собой. Это вызывает много веселья и заставляет циничного мудака чувствовать себя немного лучше. Это несчастные люди, смеющиеся над чужими несчастьями, в то время как они постоянно громко жалуются на все свои проблемы, которые обычно не так уж и плохи. Без сомнения, это будет раздражать всех, кто находится поблизости, но Циничный Мудак уже знает об этом, потому что это их план с самого начала.Считается, что циничный мудак на самом деле чувствует себя комфортно, несмотря на все страдания, которые они создают. Естественные игры циничного мудака включают в себя распространение слухов, которые могут быть правдой, а могут быть и неправдой, и призывы к кому-то на своей собственной чуши. Если циничный мудак в особенно плохом настроении, он может пойти на все, чтобы создать напряжение среди всех ради собственного развлечения. Еще одно хобби — громко издеваться над глупостью других, особенно знаменитостей.

Большинство людей — циничные придурки, что делает его гибридом (засранец, который можно определить как два типа, гибридный тип в сочетании с другим типом; например, тупой пьяный засранец или циничный член) и очень общую категорию.Это обычные мужчины (и женщины), ревнивые мужчины (и женщины), работающие мужчины (и женщины) и критики (и женщины). Циничные придурки начинают быть циничными в молодом возрасте. В детстве циничные придурки — это как хулиганы на игровой площадке, так и дети, которых они выбирают (которые мечтают отомстить и либо делают, либо смеются над этим позже, когда понимают, что хулиганы ведут ужасную жизнь). Карма — сумасшедшая сука и лучший друг циничных придурков. Циничный мудак обычно известен как журналист, писатель, работник службы, музыкант, философ, учитель, сотрудник правоохранительных органов, авторитетный деятель или комик.

Циничные мудаки — очень странные и пассивно-агрессивные люди. Обычно они ненасильственны, но иногда вступают в драки, если думают, что выиграют. Вы не можете спорить с циничным мудаком, потому что они хотят, чтобы вы с ними спорили. Как и бредовый мудак, циничный мудак будет спорить ради спора — их мотивация состоит в том, чтобы разозлить человека, с которым они спорят, чтобы он мог посмеяться и / или посмеяться над ним. Обычно они не устраивают сцен в общественных местах, но сделают это, если сочтут, что возможность слишком хороша, чтобы упускать ее.Природа циничного мудака — создавать хаос, не будучи в центре внимания. Несмотря на всю их ненависть к человечеству и неверие практически во все, циничный мудак обычно весел и развлекает людей с такими же убеждениями, что и они (а их большинство). Они также очень оскорбительны и не жалеют ни малейшей глупости (в том числе своей).

Кстати о глупости…

Итак, ты циничный засранец. Что теперь?

«Циничный мудак» — это часто значок, который полицейские любят носить с гордостью.Большинство предпочитают этот титул, потому что они верят, что циник делает их бдительными против зла, которое таится в мире, или уличных умных, или гармоничных, или просвещенных, или… «проснувшихся».

И правда, циничность действительно заставляет хорошего офицера остерегаться мотивов людей и позволяет им видеть чушь прошлого и подвергать сомнению правдивость другого, но быть циничным засранцем — не лучший знак, особенно когда он имеет дело с чрезмерно чувствительными людьми. 2020. Итак, какое лекарство?

Что ж, что, если я скажу, что стоицизм — это эволюция цинизма, и что научиться быть более стоицизмом было бы полезнее.Разве это не лучший значок для ношения, поскольку стоицизм возродился в современной культуре как философия, которой стоит следовать? Если вы уже «циничный придурок», значит, вы не так уж далеки от того, чтобы стать респектабельным стоиком. Давайте разберемся с этим немного.

Древняя школа стоицизма была основана Зеноном Китиумским примерно во II веке до нашей эры. Первоначально Зенон был учеником Ящика Фив (368 г. до н. Э.), Циником, который был учеником Диогена Синопского (380 г. до н. Э.), Основателя школы цинизма.Диоген был глубоко убежденным человеком в своей школе мысли. Он считал, что для того, чтобы быть счастливым, нужно жить добродетельно в согласии с природой, как и стоицизм. Однако то, что он считал естественным, отличалось от стоиков.

Диоген и циники не считали цивилизованный образ жизни естественным, они больше полагали, что животный и минималистичный образ жизни наиболее естественен, поскольку люди жили как животные в прошлых жизнях, а установка вежливости только усложняла вопросы природы.Стоики, как позднее указывал Эпиктет, тоже верили, что, хотя минимализм является ключом к счастью (способность жить счастливо с меньшими затратами и не придавать слишком большого значения внешним вещам), они также верили в закон, порядок и вежливость как естественные вещи. .

И, как я уже сказал, Диоген был очень сильным в своей школе мысли. Он жил полуголым в ванне, почти не имея имущества. Он мочился, испражнялся и мастурбировал там, где ему было угодно, игнорируя все социальные нормы и стандарты того времени.(Вы же не думаете, что когда-либо видели бы Марка Аврелия таким живым, не так ли?) И все же Зенон основал школу стоицизма, основанную на том, во что верили циники. Так как же это произошло?

Что ж, как современный стоик Массимо Пильуччи объясняет это из отчетов своих исследований, Зенон потерпел кораблекрушение во время путешествия из Финикии в Пирей. Во время остановки он приехал в Афины, сел в книжную лавку и начал читать книгу Ксенофонта « Memorabilia » (рассказ Ксенфонта о жизни Сократа).Прочитав его, он был так доволен, что поинтересовался, где можно найти людей, подобных Сократу. Ящик из Фив, который сам был циником, случайно услышал восклицание Зенона и предложил стать его учителем.

Во время обучения у Ящика Зенон также изучал другие философские направления, включая платонизм и мегарианство. Благодаря своей идеологической обработке в различных философских школах, Зенон взял то, что считал лучшими идеалами каждой из них, и таким образом создал то, что впоследствии стало стоицизмом. Идеалы, которые Зенон взял именно из цинизма, заложили основу для стоицизма, а именно: ценить простую жизнь над сложной, принимать мир таким, какой он есть, без принятия желаемого за действительное, добродетель — это путь к хорошей жизни и, наконец, самое главное, философию нужно практиковать.

Стоицизм подчеркивает стремление к внутреннему миру и этической определенности, несмотря на кажущийся хаос внешнего мира вокруг нас, за счет способности контролировать свое личное поведение, то есть их восприятие и мнения о внешних вещах, и путем подражания лежащим в основе упорядоченности и законности природы. через четыре основные добродетели: мудрость, справедливость, сдержанность и отвагу.

Итак, что все это значит? Ну, циники считали, что цивилизация была испорчена извращенной, скрытой мотивацией, которую привносят в нее другие люди, поэтому они не видели необходимости быть частью цивилизации и становились изгоями общества.Но стоики, осознав необходимость вежливости и социального взаимодействия, просто изменили свое восприятие, заставив думать, что, хотя в мире есть зло, тем, кто его совершает, обречено это сделать, и что никто не может контролировать то, что делают другие или почему они это делают. , контролировать только то, как на это реагировать. В результате стоики учатся принимать зло в обществе.

Вот где мы можем стать лучше полицейскими с помощью одного легкого шага — силы восприятия. В правоохранительных органах так легко стать циником.Мы видим ужасные вещи и имеем дело с очень трудными людьми, и разумно привязать всех к одной и той же испорченной форме, стать мозолистыми по отношению к цивилизации и задавать себе вопросы. «Почему я вообще пытаюсь?».

Генерал Джордж С. Паттон однажды сказал: «Смотрите, к чему люди относятся цинично, и вы можете узнать, чего им не хватает». И быть циничным полицейским в сегодняшнем мире, на мой взгляд, свидетельствует об отсутствии смирения — достоинства, которое, как я считаю, имеет первостепенное значение для того, чтобы хоть как-то хорошо выполнять свою работу.

Но если мы изменим наше восприятие, воспользуемся добродетелью и научимся принимать сложности других людей, только тогда мы сможем научиться быть немного более скромными в наших реакциях на тех, кто испытывает трудности, и в конечном итоге научимся подавлять самих себя.И как только мы научимся избавляться от самих себя, сможем ли мы стать меньше похожими на «придурков», а больше на стоиков. Быть более стойким не означает игнорировать зло или быть наивным по отношению к нему, это просто означает его признание и более доброжелательное отношение к нему. Только тогда мы сможем начать попытки излечить зло

Aurelius, M. (1997). Медитации (Dover Thrift Edition ed.). (W. Kaufman, Ed., & G. Long, Trans.) Mineola, New York: Dover Publications. Проверено 2018

Пильуччи, М. (8 ноября 2019 г.). Истории происхождения стоицизма . Получено с Medium.Com: https://medium.com/stoicism-philosophy-as-a-way-of-life/stoicisms-origin-stories-e84af98203b2

The Daily Stoic. (нет данных). Стоицизм и цинизм: уроки, сходства и различия . Получено с TheDailyStoic.com: https://dailystoic.com/stoicism-cynicism/

catherinemeyersartist: «Быть ​​циничным мудаком»


Неужели мы все превратились в кучку циничных придурков?

Мне прислали эту статью. Я выделил изучение темы цинизма, которая может вас заинтересовать.

Миру нужны циники, чтобы резать через дерьмо элитарности, а это необходимый корм комедиантам. Всегда будут те, кто станет циничен до изнеможения, и это не поможет, не здорово и не смешно. Я считаю, что нам нужно найти внутренний ресурс, чтобы подняться над конским дерьмом, и не зацикливайтесь на нем. Трудно найти целостность в мире раз.

я не воспринимайте цинизм как нечто негативное само по себе, но это нормально и здоровый. Я придерживаюсь мнения, что в основе ситуации, обсуждаемой в этой статье применительно к нынешнему поколению, лежит повсеместная чувство безысходности.Я не верю, что он присутствует только в молодом поколении и вполне может быть все более распространенным во всем мире.

Как 60-летний художник, который учился в двух университетах по изучению искусства в очень разные периоды время, сначала как молодой, несколько наивный 22-летний студент изобразительного искусства в начале 70-х, а затем, будучи зрелым студентом-искусствоведом в 2008 году, я увидел два уникальные перспективы.

Должен сказать, я не нашел уровень цинизма так сильно изменился тогда, отныне.Хотя, возможно, потому, что есть больше звонок для пробуждения для стольких учеников младшего возраста, которые могут быть наивными, и есть довольно привилегированная группа. Как только они заканчивают университет, реальность рушится, когда они понимают, что у них нет полезных навыков, они обременены непомерный долг, и после некоторых очень завышенных нереалистичных ожиданий.

Возвращение в университет в качестве зрелого студента, я встретил нескольких младших учеников, которые были проницательными, умными, проницательный и мудрый за пределами своих лет.Умные могли видеть сквозь как обстоят дела, в отличие от иллюзий и шумихи. Те студенты, которые не были так разборчивы, часто происходили из очень привилегированных семей, которые воспитывали чувство эгоистичное право.

Мир вообще, а его нет В мире искусства существует различие, существует разделение на два социально-экономических лагеря. Понятно, что это может привести к негодованию по отношению к тем, кто держит власть и контроль, или к пренебрежению к тем, кто этого не делает.

А чувство безнадежности пропорционально постоянно увеличивающемуся разрыву между богатыми и бедными.Это оскорбление щедрости, безмерной радости и благодарность с обеих сторон.

Каждый человек должен найти способ подняться над безнадежностью. Я верю и знаю, что надежда для безнадежных всегда есть, независимо от того, в каком лагере вы находитесь.

Не цинично, но…

Я много ел, много пил и много насмехался над человечеством.

— Симонид Сеос

¤


За семь месяцев до отставки Ричарда Никсона 32-летний юрист писал о развращающем влиянии денег на американскую демократию для Louisville Courier-Journal .Автор заявил, что «настало время начать пересматривать место частных финансовых вкладов в политическом процессе», поскольку необходимость сбора средств сделала его таким, что «многие квалифицированные и этичные люди либо фактически выведены из цены на избирательном рынке. или не будут подвергаться сомнительным или откровенно незаконным действиям, которые часто сопровождают текущий избирательный процесс ». Председатель Республиканской партии округа Джефферсон, редактор представил трезвый и аргументированный анализ.Такой идеализм соответствовал другим его позициям. Выросший на сегрегированном Юге, он сделал попытки расового примирения; служив в резерве армии США, он был против войны во Вьетнаме. В частности, поскольку Республиканская партия погрязла в продолжающемся скандале с Уотергейтом, молодой поверенный приходил осуждать грубый цинизм, который позволил зарождающемуся демагогу, подобному Никсону, так основательно запятнать Конституцию. Принципиальный, целеустремленный и идеалистичный. Писателя звали Митч МакКоннелл.Спустя годы он признался обозревателю Джону Дэвиду Дайчу, что передовая статья просто «играла для заголовков». Будущий лидер большинства в сенате стратегически произносил банальности, ни во что не верил.

Здесь нет непоследовательности, никакого превращения романтика в оператора. Последнее всегда было реальностью: сенатор хитро носил маску идеалиста, когда это соответствовало его политическим целям, и отказывался от нее, когда это не подходило. То, что все мы это знаем — его коллеги, эксперты и избиратели — является подтверждением цинизма Макконнелла, человека столь же могущественного, сколь и непопулярного.Поэтому, когда нынешний лидер меньшинства в Сенате справедливо заявил, что Дональд Трамп несет «практическую и моральную ответственность» за нападение на Капитолий 6 января, всего через несколько минут после того, как он проголосовал не осуждать того же человека, это вряд ли можно даже назвать удивительным, тем более скандальный. Такова природа цинизма: он с ухмылкой напоминает нам, что мир настолько атрофирован, как мы всегда подозревали. Когда Трамп отреагировал на выступление Макконнелла в Сенате как на «суровый, угрюмый и неулыбчивый политический хакер», это был редкий случай, когда бывший президент сказал правду, хотя бы случайно.Тонкогубый, корпускулярный, с выпученными глазами келонианец МакКоннелл предстает перед политическим телом как истинное воплощение концепции цинизма, которую Ансгар Аллен описывает как этос «политтехнологов, медиа-империй, социальных сетей. сайтов, аналитиков данных, политиков, PR-компаний, консультантов по имиджу, рекламных агентств и тренеров по стилю жизни ».

Такая пресыщенная негативность — истинная вера нашего падшего мира, поскольку мы так далеко зашли в иронии, что цинизм перерастет в цинизм.Если мы увидим простое существование успеха таких людей, как Макконнелл и Трамп, волков, которые верят только в силу, и последующий хаос, который они нанесли обществу, тогда будет трудно не придерживаться нашей личной верности . Weltschmerz , где Аллен в своем коротком исследовании Цинизм отмечает, что наше общество изобилует обычным «недоверием к коллективным решениям и институциональному вмешательству, отказом вкладывать какие-либо надежды в социальные и политические реформы и избирательной глухотой ко всем призывам к социальное действие и трансформация, которые заранее и категорически отвергаются из-за их бесполезности.«Конечно, есть и контрпримеры, но выбор идеализма сам по себе не делает нашу эпоху в целом идеалистической. Можно спорить о том, лучше ли характеризовать наш поздний капитализм как антиутопический или постапокалиптический, но независимо от того, какой общий режим действий определенно циничен. Оскар Уайльд определил этот тип как человека, который «знает цену всему и ничего не ценит», что прекрасно суммирует как realpolitik Макконнелла и нарциссизм Трампа, так и нашу одержимость подписчиками в Instagram и публикациями в Twitter. , то есть сводится к просмотрам и кликам.

Такой цинизм довольно предсказуемо отражается в нашей поп-культуре; обжаренные во фритюре фальшивые шекспировские монологи Кевина Спейси в телешоу Карточный домик , который во время молитвы говорит: «Нет утешения наверху и внизу. Только мы — маленькие, одинокие, стремящиеся, сражающиеся друг с другом. Я молюсь о себе, о себе »; хлеб и зрелища реалити-шоу (которое доставило нам нашего последнего президента), от франшизы Настоящие домохозяйки до мерзости 90-дневного жениха ; и белый мусорный готический хоррор Tiger King , который привел в восторг безумную на карантин нацию (включая меня).Сегодня возможность настоящего оптимизма кажется такой же фальшивой, как крокодиловы слезы, катящиеся по щеке Джо Экзотика. Это не обязательно для того, чтобы ставить под сомнение наши развлечения, которые просто передают ощущение циничного духа времени нашего времени, и не для того, чтобы превозносить сознательно сентиментальное искусство, поскольку можно утверждать, что немногие вещи столь же неосознанно циничны, как сахаристый паблум, который представляет собой The West Крыло . Просто отметим, что цинизм имеет денежную ценность, а бизнес процветает.

Практически во всех современных контекстах «цинизм» используется для обозначения этой позы мирской неудовлетворенности, человеконенавистнической точки зрения, которая, как объясняет Аллен, является «презрительной, если не насмешливой, нецинической природы», посредством которой «человеческая искренность и честность» рассматриваются с презрением, оба понимаются как просто «прикрытие личных интересов […] [поскольку] все человеческие мотивы в основном эгоистичны».Для такого циника реформа — иллюзия, а прогресс — химера. Короче говоря, МакКоннелл действует цинично, и такое поведение оправдывает наш собственный цинизм в отношении возможности искупления общества. Тем не менее, как ясно дает понять Аллен, существует решающее типографское различие между современным цинизмом и философским цинизмом, с его книгой, объясняющей передачу слова от второго к первому. Из всех основополагающих традиций постсократической эллинистической философии — стоицизма, скептицизма, эпикуреизма — цинизм, возможно, наиболее унаследовал от своих истоков в Афинах четвертого века до н.э. имеет отношение к «школе», связанной с ее наиболее известным приверженцем Диогеном Синопским.

Эти древние философии были (можно сказать, довольно цинично) подчинены буржуазному энтузиазму, который не имеет ничего общего с проблемами Осевого века. Стоицизм когда-то был строгим этическим методом, с помощью которого люди спокойно примирялись с обстоятельствами. Теперь это популярный ресурс для технических специалистов, который может похвастаться своей сосредоточенностью. Скептицизм был радикальной эпистемологической позицией, которая возвела сомнение на уровень выше простого знания. Теперь это дубинка для таких хулиганов, как Майкл Шермер и Ричард Докинз, которые проводят время, доказывая ребенку, что Санта-Клаус не настоящий.Эпикуреизм был образом жизни, основанным на трезвом рационализме, продвигавшем добродетели экономности и простоты. Теперь это то, что менеджеры хедж-фондов называют себя во время винного тура по долине Напа.

Но из всего этого цинизм был наиболее очерненным; одна из самых радикальных традиций Древней Греции, сведенная к типу личности, синониму слова «мудак». Как напоминает нам Аллен, так было не всегда. «Философия древних циников была преданной, политически увлеченной и радостно утвердительной, даже в ее наиболее несогласных […] позитивных, жизнеутверждающих настроениях, а не как признак социального разложения.Практически ни одна из этих древних традиций не имеет большой связи с дисциплинарной практикой философии в современной академии, но даже по стандартам изменчивости, которые определяют античную философию как уникальное сочетание этики, религии и риторики, цинизм стоит особняком. Возможно, это скорее антифилософия, чем философия, ее самый известный сторонник Диоген не оставляет нам сочинений (спорный вопрос, создал ли он их вообще), и его учение больше связано с тем, во что он не верил.

Цинизм не просто решил не предлагать позитивную философию, он открыто осудил такую ​​вещь, как простая пустота, скорее приняв всепоглощающий образ жизни, основанный на отказе от общественных добродетелей в пользу радикальной бедности, радикального поведения и многого другого. всей радикальной речи ( парресия, ). Аллен пишет, что, «отвергая утешения и комфортные иллюзии интеллектуальной культуры, рискуя социальной маргинализацией, отчуждением и политическим возмездием, активно ища нищету и физические трудности, циник открыл мир через серию практических столкновений с ним».Результатом стала критика, столь мощная, что это была живая диалектика, деконструкция стала плотью.

Этимология полезна. Название традиции происходит от греческого kynikos («собачий»), обозначающего поведение Диогена. В нескольких источниках говорится, что группа респектабельных людей бросала кости в Диогена, поэтому философ поссал в их сторону, заявив, что если они будут относиться к нему как к собаке, то он будет как собака, следовательно, происхождение «цинизма», который отвергает пустоту философа ради освобождения собачьей мудрости.Его действия записаны более поздними комментаторами, такими как Плутарх, Диоген Лаэртий, Стобей и Филон. Аллен изо всех сил пытается объяснить, что учение Диогена долгое время клеветали как в лучшем случае безумие, а в худшем — как нигилизм, тогда как на самом деле философия утверждает, что «нам доступен совершенно иной порядок существования. […] Следуя образу жизни, радикально противоположному своему окружению, цинизм обнажает это окружение во всех их ограничениях ».

Антисистема Диогена является синонимом его биографии, загадочного мудреца, который временно жил в банке для хранения Агоры, публично мастурбировал под оправданием того, что он хотел бы, чтобы было так же легко рассеять голод, просто потерев живот, рассказывая Филиппу Македонии, что он наблюдал за «ненасытной жадностью правителя», а позже сообщил сыну Филиппа Александру, что единственное, что мог бы сделать для него самый могущественный человек в мире, — это уйти из его света.Такая резкая речь была способом использовать честность, чтобы искоренить цивилизованное лицемерие, не из-за ошибочного романтического представления о возвращении к природе, а как форму радикального анализа. Диоген Лаэртиус (не имеющий отношения к цинику) пишет, что «Платон определил человека как животное, двуногое и бесперое, и ему аплодировали. Диоген ощипал птицу и принес ее в аудиторию со словами: «Вот человек Платона!» ». Если Сократ мог самодовольно объявить себя оводом, то Диоген был толстым черным слепнем, притянутым к дерьму, как думали респектабельные афиняне. что они утилизировали.

В поведении Диогена гораздо больше от провокатора панк-рока Дж. Г. Аллина — мастурбирующего и самоуничтожающего на сцене, когда он мажет себя фекалиями во время своего музыкального выступления, — чем Митча МакКоннелла; в его гамбитах больше Pussy Riot, чем Аристотеля. Древний цинизм был категорически против иерархий мира, и эту точку зрения приукрашивал обедневший чудак, который выбросил свой черпак для питья, когда его опозорили, увидев ребенка, у которого хватило изобретательности черпать воду только своей ладонью, сложенной чашей.Для циника, пишет Аллен, диалог «заменяется обличением и оскорблением, либо он вообще приостанавливается […] из-за умышленного оскорбления». В то время как сократическая ирония пытается вызвать у друзей и знакомых чувство экзистенциального сомнения, циник вызывает бунт ».

Кто тогда мог бы быть современным проявлением истинного цинизма? Бандитские альт-правые, радостно раскидывающие свои экскременты по стенам, хотели бы заявить о безупречной честности parrhesia , как, возможно, и их предполагаемая полярная противоположность «проснувшимся», которые считают, что они каким-то образом занижают власть в социальных сетях. соотношения.Но есть ошибка рассматривать Диогена либо как первого тролля, либо как SJW, потому что то, что он искал, было все более странным и загадочным, чем просто попытка разозлить людей или просветить их. Восстание само по себе — это просто возможность для брендинга, поскольку капитализм может бесконечно ставить перед ним любые вызовы. В конце концов, вы можете купить редкую копию Rock ’n’ Roll Terrorist Дж. Г. Аллина на Amazon по выгодной цене в 902,81 доллара.

Настоящий цинизм всегда был опасен, преследовался императором Нероном, подвергался нападкам со стороны христианского апологета Иустина Мученика и приручен императором Юлианом Отступником в изречении об образе жизни молочно-восточного образа жизни.Но пропасть между тем, что возможно сегодня, и миссией Диогена больше, чем когда-либо в истории Запада, это окончательная победа цинизма в нижнем регистре. За четыре столетия до нашей эры Диоген приобрел репутацию необычайной мудрости; если сегодня вы выкрикиваете непристойности в адрес Джеффа Безоса и дрочите в Whole Foods, это даст вам только психологическую оценку (в лучшем случае). Между тем, само слово, используемое для обозначения такого анархического движения, как цинизм, теперь переопределено, чтобы означать самый отвратительный консерватизм, самодовольную стерилизованную точку зрения комментатора, более мирского, чем ты, который сразу же отвергает возможность лучшего мира.Современный цинизм — это «просвещенное ложное сознание», — пишет Питер Слотердейк в «Критике циничного разума ». «Благополучное и в то же время несчастное, это сознание больше не чувствует себя затронутым какой-либо критикой идеологии; его ложность уже рефлекторно буферизирована ». Как мы дошли до этого момента, от прямого вызова Александра Великого на Агоре до ехидства в Твиттере, при этом подозревая, что, поскольку дела никогда не улучшатся, мы не обязаны даже пытаться?

Слотердайк утверждает, что виновата литература, поскольку такие писатели, как римский сатирик II века Лукиан, превратили циника в простой тип персонажа в таких диалогах, как The Runaways и Passing of Peregrinus .Вместо того, чтобы жить жизнью циника в реальности, Лучан довольствовался представлением жизни циника в своих произведениях. Результатом стал раскол в терминологии и, в конечном итоге, зарождение современной позы, которая сохраняет все человеконенавистничество, но отбрасывает подрывную деятельность. «Каждый город наполнен такими выскочками», — сетует Люциан в книге «Беглецы », осуждая странствующих циников, которых он считал годными только для сточной канавы, тех, кто «вступает в армию собак». Напротив, Люциан выступал за более благородный цинизм, культурную, грамотную, привилегированную и отстраненную позицию.Черпая вдохновение у сатирика Мениппуса, ученика Диогена, чьи работы утеряны, Лукиан превратил цинизм из критического метода в «функцию литературы», как пишет Слотердайк, с тем ответвлением, что его первоначальное проявление будет навсегда чуждо современному опыту. Вместо того, чтобы быть на Агоре, циники теперь можно найти в книгах «Дезидериуса Эразма, Томаса Мора, Франсуа Рабле, Джонатана Свифта, Генри Филдинга и Дени Дидро», как перечисляет Аллен, всех из которых за их многочисленные писательские достоинства остроумию еще не хватает резкого запаха радикализма Диогена.Люциан эффективно приручил цинизм. Извращенным (и, возможно, непреднамеренным) образом это уже не дикий пёс, кусающий руку хозяина, а доверенный сторож власть имущих, поскольку пораженчество познания литературного цинизма де-факто является аргументом для статус-кво. Таким образом, «цинизм» в популярном понимании мира, естественно, окажет влияние на политическую мысль, кастрированный Диоген хромает по страницам Никколо Макиавелли, Томаса Гоббса и Бернарда Мандевиля.Независимо от того, слева он или справа, такой цинизм по определению консервативен, так что «проблема современных циников в том, что им не хватает политического воображения», как утверждает Аллен.

Однако не все является дегенеративным в отношении цинизма в его популярной форме. Несмотря на свой пессимизм и антиутопизм, он действительно делает что-то политически и психологически полезное в самых опасных крайностях. Аллен тратит часть книги Цинизм , описывая широко распространенное недомогание и уныние, охватившие Восточный блок в сумерках Советского Союза, часто сопровождавшееся характерным для славян чувством черного юмора, благодаря которому коммунизм поддерживал себя, несмотря на широко распространенное недоверие к официальным властям. идеологией, потому что парадоксальным образом «стабильность системы отражалась в том факте, что мало кто верил, что советскому политическому порядку придет конец.Это мрачный советский опыт, когда люди читают Правду («Правда») именно потому, что они знают, что название этой газеты было парадоксом, и могут пошутить, что при капитализме человек эксплуатирует человека, а при коммунизме все наоборот. Широко распространенное неверие в официальную систему в сочетании с чувством инерции той же самой системы было очевидным рецептом цинизма. Независимо от того, ускорил ли этот цинизм падение «железного занавеса» или был просто свидетельством гнили, укоренившейся глубоко внутри, Аллен утверждает, что он, по крайней мере, указывал на другой способ ведения дел.Он объясняет, что «успех советской идеологии не зависел и не зависел от ее способности заручиться широкой поддержкой населения, которое верило в нее, по крайней мере, в ее закатные годы», потому что, несмотря на широко распространенное недовольство, коммунизм «продолжал существовать. казалось неизбежным ».

По иронии судьбы, он почти описывает зеркальное отражение того, что философ Марк Фишер назвал «капиталистическим реализмом»: ощущение параллелизма, что, даже если мы знаем, что официальный способ организации общества не работает, невозможно представить себе альтернативу.Но разве цинизм, порождаемый такой ситуацией, не может служить повивальной бабкой для лучшего мира? Станьте свидетелем широко распространенного цинизма в американском обществе, возможно, мало чем отличающегося от того, который предвещал крах Берлинской стены, и подумайте о том, что разногласия, которые отмечают наше общество, могут быть лишь последней конфронтацией между двумя поляризованными сегментами населения, которые все еще верят во что-то. Консерваторы верят в рынок, даже если большинство из нас перегружены работой и получают низкую зарплату; либералы надеются на прозрачный и единый город на холме (который будет показан в рекламе Jeep с Боссом), хотя наша история опровергает такой утопизм.Оба смутно догадываются, что все работает не так, как предполагалось, в то время как остальные из нас знают, что они работают с , ровно с , как задумано. Эта постоянно растущая потеря веры, возможно, является жестом в сторону некоего нового мира, ожидающего своего рождения. Цинизм может быть не самоцелью, но, возможно, средством для достижения цели, лестницей, по которой мы поднимаемся, а затем переваливаемся.

Тем не менее, есть что-то неудовлетворительное в желании подрывной деятельности Диогена, но только в возможности позволить себе хитрость в Твиттере. Все масштабы нарушения цинизма кажутся недоступными для нас, живущих, как и мы, в системе, где даже самые мощные восстания в конечном итоге будут примириться с гегемонией капитализма.«Девиантность стала очевидной для власти — ей отведено место», — пишет Аллен, и, конечно же, он прав. Маммона — темный бог, и борьба с ним всегда должна осуществляться с помощью решительных трансцендентных средств, в сфере смысла — то, что материалист левый бланширует, когда священное отклонение сублимируется обратно на рынок. «От цинического унижения до христианского смирения», — пишет Мишель Фуко в книге «« Мужество истины », », — «целая история смирения, позора, стыда и скандала через стыд, что исторически очень важно.Аллен дает поверхностный обзор отношения цинизма к религии, вкратце подтверждая гипотезу о том, что Диоген, возможно, оказал влияние на Христа, — но более серьезное рассмотрение теологического было бы приветствоваться, поскольку, как ни парадоксально, это только среди религиозных, где возможность подлинной контркультуры существует (как всегда).

Связи между христианством и цинизмом, вероятно, имеют скорее ложную природу, чем генеалогию, но это говорит о чем-то универсальном об антиномианстве Диогена.Мы видим следы святого богохульства циника в религиозной истории — когда Симеон Стилит запекал на вершине своей колонны в пустыне, когда Аль-Халладж провозгласил себя Богом, после того, как Саббатай Зеви произнес невыразимое имя Бога, или пока Абиезер Коппе разглагольствовал в закоулках Лондон 17 века. Они предлагают такую ​​же истинную форму подрывной деятельности, как и все, что когда-либо предлагалось, и, несомненно, больше, чем анемичные методы восстания, доступные нам при дворе Маммона. Возможно, нам нужно больше, чем простые циники, так это еретики.

Диоген якобы бродил с лампой по переполненному рынку днем, пытаясь найти «честного человека». Он все еще смотрит.

¤


Эд Саймон — штатный писатель в The Millions .

Пожалуйста, прекратите цинизм. Когда апатия стала нормой? | Майкл Руис | Руководство по выживанию для аспирантов

Когда апатия стала нормой?

Мы больше не дети. Каким бы прекрасным ни было поваляться или скрыть «реальный мир» с тривиальными проблемами или школьным романом, те дни остались в прошлом.Сейчас мы находимся в «реальном мире». А этот — отстой.

Слишком легко расстроиться из-за существующего положения вещей. Мы живем во время совести и альтернативных фактов. Заработная плата не изменилась, а стоимость жизни продолжает расти. Индустрия развлечений наполнена монстрами, а ютуберы эксплуатируют трупы. Если вы хотите стать апатичным, недостатка в ресурсах нет.

Так что узнавайте больше о проблемах, если вам необходимо . Немного снизьте свою политическую эффективность.Будьте рациональным и разумным человеком — но, пожалуйста, ради всех нас: не становитесь циничным .

Я уже писал об апатии в Интернете раньше. Но суть в том, что многие места в сети стали культурными рассадниками нигилизма и бессмысленности.

Такие шоу, как «Рик и Морти» или «В Филадельфии всегда солнечно», процветают на цинизме — выстраивают общие стереотипы и традиционные повествования только для того, чтобы полностью избавиться от них. Изюминка быстро превращается в «ничего не имеет значения, Бог мертв, разве это не весело?»

Независимо от ваших личных убеждений, эти рассуждения ничего не делают для вас. В то время как прагматизм и научный подход позволяют вам лучше понимать и подходить к концепциям, которым вы, возможно, еще не полностью доверяете или не понимаете, цинизм является противоположностью этой идеи . Где место истинного сочувствия и понимания в сердце циника?

Циничность не делает вас талантливее или умнее всех остальных . Отказ от всего и безразличие к культуре, в которой мы живем, не улучшат ничего или не решат никаких проблем.

Во всяком случае, это просто делает вас немного засранцем.

Цинизм — легкий выход из зрелости и ответственности . Полная остановка.

Некоторым проще игнорировать надвигающиеся трудности или эмоционально закрыться, чем пытаться решить непреодолимые проблемы, с которыми мы сталкиваемся как культура.

Я помню, как подошел к другу после того, как несколько человек погибли в Лас-Вегасе в прошлом году. И я не забыл его реакцию.

«Почему вас это волнует? С этим ничего не поделать.

И конечно — он не совсем неправ.

Я один человек — молодой двадцатилетний человек, полный разочарований, стресса и сомнений. Моя демографическая группа никогда не голосует. Мы не решаем свои проблемы.

Мы находим площадки для обсуждения этих вопросов и не доводим до конца. А лично? Я не выходил на акцию протеста или митинг. Как я мог спровоцировать перемены?

Понятно.Я действительно так делаю. Но пока у меня есть ваше внимание, по крайней мере, выслушайте меня.

Вы говорите, что проблемы слишком велики. Вы слишком устали. Мир зашел слишком далеко.

Тоже.

Тоже.

Итак, лучше всего… что именно?

Успокойся? Перестань пытаться? Перестань заботиться?

Но я не могу этого сделать . Я сумасшедший. Я делаю уход. И даже если это ничего не решает в вашей голове … , это только начало.

То же самое и во многих других сферах нашей жизни. Мы можем разочароваться в таких движениях, как «Захвати Уолл-стрит» или «Черные жизни имеют значение», но как минимум они вышли на улицу и выразили свою озабоченность. Мы можем позвать прибрежных элит и голливудских фальшивок за их черные платья и их пустые слова, но, по крайней мере, они что-то сказали. Пробовали .

А вы?

Конечно, одни только платья и протесты не решают проблем. Но какая ценность для нас, если отбрасывать эти проблемы как неразрешимые? Чем лучше ?

Я не знаю, как исправить кризис с оружием, или политическую поляризацию, или любую другую проблему, предсказуемую нашим временем. Было бы глупо утверждать иначе .

Но я знаю это — мы не можем замерзнуть. Мы не можем дегуманизировать других или поддаться проклятию цинизма.

Мы должны рассердиться. Мы знаем, что все плохо, но мы не можем просто допустить, чтобы они продолжали ухудшаться.Мы не можем избежать опросов, потому что думаем, что они ничего не делают.

Мы должны быть затронуты . Мы почувствовали тяжесть наших трагедий и оцепенели от потери жизни вокруг нас. Мы должны испытывать радость, когда исправляем ошибку. Мы должны злиться, когда справедливость не восторжествовала.

Не пренебрегай . Не преувеличивайте наши проблемы. Я знаю, что они слишком велики, чтобы потерпеть неудачу. Но никогда не прекращайте попытки.

Потому что у кого-то есть .

«Как мне перестать быть засранцем?»

Колумнист с советами The Cut Хизер Хаврилески отвечает на вопросы читателей о том, как жить в этом мире.Есть вопрос к Полли? Напишите на [email protected]

Фото: Алан Вернон / Getty Images

Привет, Полли.

Как мне перестать быть засранцем?

Прошлой ночью я пошла с мужем на большой фестиваль в городе. Мы оба заметили знак издалека, но когда мы подошли, другой гуляк встал прямо перед знаком, чтобы прочитать его. «Вау, я надеюсь, что никто другой не захочет читать этот знак, может быть, под другим углом», — прокомментировала я своему мужу достаточно громко, чтобы читатель мог его услышать.Мой муж тихо усмехнулся и обнял меня, говоря: «О, ты».

Позже нам попалась женщина с детской коляской, не глядя, куда она шла. «Мы получим это! Вы породились! Ты важнее нас! » Я сказал ей. Еще один тихий смешок моего мужа.

И я понял, что это… обычное дело. Мои вспышки. Может тоже обычный? На протяжении всей моей жизни мне говорили, что я самоуверенный, жестокий, восхитительно честный, храбрый, у меня стальные шары … связка слов, представленных как лесть и сопровождаемых смехом, но под ними может быть дискомфорт от других, когда я открываю свой рот — но я этого не чувствую.

У меня есть друзья, которым нравится моя компания, но только тогда, когда у меня хорошее настроение. Я буду публично призывать предполагаемых придурков, говорить мужчинам, чтобы они перестали пялиться на моих друзей, становлюсь нетерпеливым и закатываю глаза, когда от меня ждут, что я кивну и улыбнусь. И, честно говоря, мне не нужно много, чтобы быть в правильном настроении. Другие друзья будут приглашать меня на ужин только за советом. «Я знаю, что ты будешь честен со мной», — говорят они, и я. Еще больше говорят: «Черт возьми, я хотел бы быть честным в своих чувствах, как ты.”

Я узнал, что моя сестра однажды перед моим визитом сказала своим друзьям, что я страдаю аутизмом, поэтому их не должно шокировать, если я скажу что-то резкое или неуместное. Возможно, она не ошибается — я борюсь с социальным взаимодействием, читаю эмоции и общаюсь с людьми, но мне также кажется, что я скучаю по повседневному фильтру, который есть у всех остальных, когда вам в голову приходит грубая вещь, чтобы сказать, но не выпаливает это на всеобщее обозрение.

Я могу обуздать это. Я осторожен с людьми, которых мне нужно впечатлить, или с начальниками на работе.Но я возвращаюсь в нее за пределами этой среды — фактически везде, где чувствую себя комфортно. И меня не наказывают за ерунду. Никто меня не зовет. В худшем случае я не получу ответа, но многие люди воспринимают мои комментарии как некое развлечение. Когда я был моложе, я думал, что это круто. Я был на остроумных. Я начинаю понимать, что могу быть просто старым мудаком.

Единственное, что меня искупает в моей откровенности, я думаю, это то, что я вмешаюсь, если я чувствую, что с кем-то плохо обращаются.В ночных клубах я отпугивал многочисленных жутких мужчин от женщин, которых я не знаю, и благополучно доставил их домой, ввел себя в самую гущу глупых драк и вступился за продавцов, которые подвергались насилию. Этот вид придурков кажется полезным.

Но как мне перестать быть этим засранцем, который бьет кулаком? В глубине души я циничен. У меня глубокое недоверие к другим, дерьмовое воспитание и, что еще хуже, гены, из-за которых я застрял в продолжающейся депрессии (лечился). Я не та беспечная девочка по соседству.

Итак, как мне стать хорошим человеком, которому небезразлично, что думают люди, и который проявляет терпение и прикусывает язык, когда кто-то вступает в строй или не осознает своего окружения? Но что еще важнее, как мне сделать все это, не взорвавшись от нарастающей ярости?

Не остроумие, просто мудак

Уважаемый NWJAA,

Вы с до говорите, как засранец. Вы также звучите (несколько парадоксально), как очень чувствительный, эмоциональный человек, который не только принял защитный присед в очень раннем возрасте, но и приобрел полноценную систему верований мудака.Потому что вы не просто наступаете на цыпочки, не замечая этого. Вы выходите в мир, полагая на каком-то уровне, что вы храбрый и бесстрашный солдат, выполняющий важную функцию. Это означает, что вы можете воспринимать только первый уровень того, что ваши друзья и знакомые готовы рассказать вам о себе, игнорируя при этом другие, возможно, более драматические отзывы, которые наверняка нарисовали бы более негативную картину того, как вас воспринимают и понимают. Парадоксально, что вы одержимы людьми, которые не осознают свое окружение, потому что энергия и усилия, которые вы вложили в непроницаемую мембрану между вашим эмоциональным ядром и внешним миром, настолько полны, что вы могли бы с таким же успехом носить Костюм Hazmat везде, куда бы вы ни пошли.(У вас даже есть удобный помощник для мужа, который говорит вам, что все, что вы делаете и говорите, не только забавно, но и полезно!)

Даже если мы проигнорируем все явные доказательства того, что вы перемещаетесь по миру в оборонительной позиции, настолько экстремальной, что вы готовы вступить в рукопашный бой в любую минуту (вы должны быть измотаны!), Тот факт, что вы Если вы не видите связи между вашим гневом и глубокой печалью, это означает, что вы едва прикоснулись к поверхностному анализу сложности своего эмоционального опыта.Но больше всего в вашем письме говорится о том, что вы поступаете с собой так же, как с окружающими вас людьми: несправедливо классифицируете их, а затем делаете вывод, что они не заслуживают выгоды сомнения. Чего они заслуживают, так это открытого презрения и смущения. Их нужно исправить. Их нужно поставить на место навсегда.

Вы относитесь к своим эмоциям так же, как и к людям на улице: когда вы уязвимы, или вам что-то нужно, или вам грустно, на сцену выходит голос и говорит вам, что вы жалок, вам нужно остановить это чувства — смущение и неудобство для всех окружающих.А теперь возвращайся в свой проклятый скафандр, выходи и сразись с реальным противником ! (Ваш помощник по мужу тоже стоит на вашей стороне, вероятно, потому, что он встречает свои чувства с таким же отвращением и стыдом, что и вы.)

Если вы хотите жить в реальности и дышать тем же воздухом, что и все мы, вам придется снять скафандр. Это будет невыносимо уязвимо. И вам придется отследить свои текущие эмоциональные и когнитивные реакции до того времени, которое вы едва можете вспомнить (и, вероятно, не захотите).

Потому что ваш гнев — это проявление вашей печали. Ваше недоверие — это проявление эмоционального пренебрежения, которое вы испытывали в детстве. Ваша депрессия — это проявление вашего меланхолического взгляда на мир, вашего беспокойства по поводу близости и вашего страха перед собственной неуверенностью. Вы можете лечить свою депрессию, но вы можете обнаружить, что она все еще просачивается, что бы вы ни делали. Это правда, потому что некоторые из негенетических основных условий, вызывающих вашу депрессию (а также гнев и недоверие), все еще существуют.Вам необходимо обратиться к своим глубоко укоренившимся убеждениям, основным страхам и страху перед жестоким обращением и непониманием со стороны других (которые считаются бессердечными), чтобы справиться с депрессией на более глубоком уровне. Вам нужно столкнуться с собственной жестокостью по отношению к себе, которая лежит в основе вашей бессердечия по отношению к другим.

Итак, спросите себя: заслуживаете ли вы прощения? Ты заслуживаешь любви?

Когда я был моложе, подобные вопросы заставляли меня смеяться, корчиться и закатывать глаза.Я хотел любви, но моим основным убеждением было то, что я прогнил и нелюбим, что никто не примет меня такой, какая я есть, что мне нужно очаровывать и развлекать, а также быть готовым к борьбе, если я собираюсь выжить.

Как и вы, я чувствовал, что миру нужно больше таких людей, как я, людей, которые не боялись говорить правду и противостоять плохому поведению, высмеивать мелкие тупицы, стремящиеся к статусу, закатывать глаза на хищные члены и отмахиваться от всех обиженных задниц зеваки и скептики. Я чувствовал, что оказываю миру услугу, будучи громким и беспощадным.

Но часть энергии за этой стойкой была оборонительной. Потому что я не чувствовал себя заслуживающим любви. Не могло быть и речи о том, чтобы появиться и просить любви, не имея ничего взамен. Я должен быть полезным, чтобы заслужить любовь. Я должен быть сексуальным, смешным и большим, чем жизнь. Придется танцевать на столах. Я должен побеждать и продолжать побеждать. Я не смогу отдохнуть. Несмотря на то, что я вел себя равнодушно, когда злил людей, такая реакция была вызвана моей неспособностью почувствовать свои чувства в данный момент.В целом картина была гораздо более ненадежной: у меня периодически возникало ощущение, что люди вокруг меня не только не одобряют меня, но и не могут со мной связаться. Другими словами, я везде воспроизводил условия своего детства: я был приемлем для моих родителей, когда был интересным и «веселым». Мне было страшно, когда мне было грустно, расстроено или мне требовалась помощь.

Но к 31 году я был измотан. Люди говорили мне, что я великолепен, но всегда казалось, что они делали это с безопасной эмоциональной дистанции. Мне не на кого было опереться, когда я чувствовал себя грустным или слабым.Я раздвигал границы везде, где бывал, и это изолировало меня. Я был недоверчивым, потому что люди мне не доверяли. Мне не хватало сострадания к другим, потому что мне не хватало сострадания к себе.

Когда я впервые пошел к терапевту, когда мне было чуть больше 20, я начал осознавать ценность уязвимости. Я начал понимать, что появляться обнаженным, сломанным и уродливым, ни с чем — без остроумных замечаний наготове, без доспехов, без подробных объяснений, без очаровательных монологов — это не , просто простительно и приемлемо, это было божественно.(Заметьте, это было просто убеждением; в то время я не был близок к тому, чтобы проявить его в своей жизни.)

Я начал замечать, что всегда воспринимал человеческие связи как форму обмена. И я начал понимать, что настоящая связь зависит от способности сказать: «Все, что у меня есть для тебя, — это мое хрупкое, напуганное сердце».

Но я не хотел, чтобы говорил такое дерьмо.

Я все еще хотел быть тем ублюдком, которым я был со старшей школы.И все же я знал, что мой гнев делает меня подавленным, и только отпустив себя и смягчившись, я найду путь к удовлетворению. Наконец, после травмирующего разрыва в 2002 году я написал большими печатными буквами на листе бумаги слова «БУДЬТЕ Уязвим» и приклеил их в гостиной своей квартиры. Благодаря тому, что я оказался в разгаре серьезного жизненного кризиса, мое сердце впервые за много лет широко открылось, и я хотел, чтобы так и оставалось. Я не хотел возвращаться к битве каждый день.Я хотел впустить мир внутрь. Поэтому, даже если это смущало меня, я поставил своей целью смирить и опозорить себя, говоря другим людям правду. Я решил отбросить свой гнев и показать скрытую за ним печаль.

Потом мне потребовалось еще десять лет, чтобы делать это последовательно.

Твой путь отсюда долог и труден. Я не думаю, что вы можете решить перестать быть засранцем в одночасье. Вы не только должны замечать, как быть засранцем вредит вам и ставить под угрозу вашу способность иметь уязвимые и доверительные интимные отношения, но также должны осознавать, как вы ведете себя с гневом, чтобы преодолеть свои страхи и печаль.Вам нужно осознать гигантское облако стыда, которое висит над вами круглосуточно, направляет ваши действия и постоянно держит вас в скафандре .

Есть МНОГО привилегий вести себя как засранец, и отпустить их не так-то просто. Это намного, намного легче делать все, что вы хотите, чем принимать во внимание чувства других людей. намного легче не чувствовать собственных переживаний. Чувства медленные и неудобные, и они могут быстро испортить хорошее времяпрепровождение.Но послушайте меня об этом! — когда вы не чувствуете своей печали , , вы также не можете так хорошо чувствовать свою радость. Я не чувствовал счастья, пока не научился приветствовать свой страх, печаль и стыд. Я не чувствовал вдохновения и энергии, пока не перестал сдерживать гигантскую волну меланхолии, которая, я был уверен, утопит меня. Чтобы чувствовать себя хорошо как личность, мне пришлось подчиниться реальности моих очень изменчивых и непредсказуемых эмоций. Мне пришлось отдаться на милость своей собственной природе.

Ваша нынешняя личность частично зависит от культуры, которая является пассивной агрессивной и боится конфронтации.Вы можете вести себя оскорбительно и оскорблять людей, потому что очень немногие люди этого ожидают или готовы защищаться. Пассивные люди по-прежнему действуют как придурки, но в основном они делают это, отказываясь принимать во внимание движения и опыт других людей: они безрассудно едут по автостраде, подвергая опасности бесчисленное количество невинных людей вокруг себя. Они стоят перед знаками и преграждают путь людям, не задумываясь о том, как они перемещаются в пространстве. Они запускают видео без наушников в общественных местах.

Меня это тоже всегда бесило. Но я бы предположил, что становление одержимым тем, насколько пассивны и безрассудны другие люди, является довольно специфическим побочным эффектом наличия родителей, которые были эмоционально пренебрежительными, сдерживающими или жестокими. Мы воспринимаем это пренебрежение как подлое и бессердечное, потому что именно так мы чувствовали себя в детстве. Нам нужна была помощь. Мы просили помощи. Никто не пришел. Так что нам пришлось начать кричать и блять. Нам приходилось танцевать на столешницах, кричать и устраивать беспорядок, чтобы нас видели, чтобы нас признали — взглядом, словом, криком или кулаком.

Одна из причин, по которой вас поощряют откровенность, помимо развлекательной ценности, заключается в том, что в наши дни люди почти патологически боятся самоутвердиться, поэтому они восхищаются вашей способностью делать это. И давайте посмотрим правде в глаза, многие общественные и общие пространства сегодня требуют чрезвычайно напористого человека, чтобы держать невежественных, эгоцентричных граждан в очереди. Я не говорю, что нам нужен кто-то оскорбительный, такой как вы. Но нам действительно нужен кто-то, кто готов вежливо обучать население тому факту, что жизнь в сообществе означает время от времени принимать во внимание потребности других, а не активно причинять вред, беспокоить или препятствовать другим своими неосторожными движениями, действиями и неправильным выбором.

Ваши самые постыдные слабости всегда живут рядом с вашими самыми сильными сторонами. Я хочу призвать вас использовать то, что у вас есть. Используйте свою смелую личность во благо. Я думаю, у вас есть очень сильное желание помочь другим, которое похоронено под вашим гневом (плодородный слой почвы!), Вашей глубоко укоренившейся неуверенностью и вашим стыдом (каменистая глина!), А также вашей печалью (коренной породой!). И вы, , можете помогать другим, не чувствуя себя плохо из-за этого, если только это не ваше защитное принуждение, движимое стыдом, и как только вы уберете ненужную агрессию из картины.Вы можете ценить то, что делает вас уникальным, и использовать их для улучшения мира; вам просто нужно изучить весь багаж, проблемы и путаницу, которые связаны с этими уникальными качествами. Вы должны выкопать колодец через все эти слои. Это вас утомит. А потом вы должны сесть на дно колодца, где страшно, темно и холодно, и признать, что именно этого вы избегаете: этого страха, этой тьмы.

На дне колодца ваше сердце начинает открываться.Вы чувствуете себя уязвимым. Вы оплакиваете прошлое. Вам жалко себя. Но вы также чувствуете радость, оптимизм и новое чувство связи с другими ущербными, униженными людьми вокруг вас.

Вам не нужно отказываться от своей уникальной силы, своего остроумия, бесстрашия или отважной способности противостоять несправедливости. Вам не нужно ни от чего отказываться. Вам просто нужно понять, почему вы такой, какой вы есть, и вы должны распознать, какие из ваших защитных механизмов служат вам хорошо, а какие удерживают вас в замешательстве и отключении от других.Лично мои сильные и слабые стороны смешиваются и сталкиваются в одном и том же проклятом районе каждый день. И чем больше я понимаю силы, действующие на меня, тем больше я могу без стыда наслаждаться своими сильными сторонами. Я могу развлекать и хвастаться, , пока я уравновешиваю свою грандиозность со своей уязвимостью, пока я очень стараюсь служить людям, которые действительно нуждаются во мне, приходить, слушать и помогать.

Как и вы, и как все сложные люди на Земле, я должен заново откалиброваться, смириться, заземлить себя и снова и снова ни к чему не стремиться.Я должен напоминать себе, что я ничего не могу исправить, я не контролирую ситуацию. Для вас, возможно, это означает, что вы тренируетесь выходить из дома, не комментируя, что все вокруг делают не так. Ищите признаки уязвимости в других. Настройтесь на их стресс и их боль. Развивайте свое сострадание.

Приятно, что помощник мужа любит вас таким, какой вы есть. Это также удобно, учитывая, какой ты засранец. Также, наверное, необходимо, чтобы человека с вашим тревожным прошлым любили безоговорочно.Я знаю, что это сильно изменило мою жизнь. Но вам нужно изучить, как вы и ваш муж демонизируете мир, чтобы держать его на расстоянии вытянутой руки. Общее мировоззрение, вызывающее диспепсию, часто укрепляется в браке. Некоторое время это может показаться приятным, но это не способ провести свою жизнь. Вам и вашему мужу необходимо понять, что значит немного приоткрыть свое сердце и стать более уязвимыми в обществе друг друга.

Я бы также подумал о том, чтобы позвонить нескольким вашим друзьям и смиренно спросить их, не оскорбляли ли вы их чувства безрассудными словами в прошлом.Я бы попросил их сказать вам правду, как они рассчитывают на вас.

Все это нелегко, и всегда есть опасность, что вы чрезмерно исправите свою личность и в конечном итоге почувствуете себя пристыженной оболочкой своего прежнего «я». Вот почему так важно внимательно следить за своей ненавистью к себе и отсутствием сострадания к себе на каждом этапе пути. Ваш стыд лежит в основе вашего принуждения наброситься на других. Парадоксально, но чем больше вы осознаете этот стыд, тем больше у вас будет терпения по отношению к другим И тем больше вы позволите себе быть откровенным, забавным и напористым.

Когда вы почувствуете свои чувства и смиритесь, вам больше не грозит опасность взорваться из-за накопившейся ярости. И вам не нужно напоминать себе, что люди заслуживают сострадания — даже надоедливых блокаторов знаков, бестолковых создателей и людей, у которых никогда не было пары чертовых наушников. Вы ясными глазами увидите, что все вокруг вас имеют свои собственные уникальные трудности и свою боль, и вы не сможете их чему-то научить, если будете слишком суровы и отказываетесь видеть их замешательство и замешательство. блужданием по их хрупким, скорбным сердцам.

Вы начинаете с того, что видите свое собственное хрупкое сердце . Вы начинаете с признания, что он есть, он тяжелый и требует большего.

Полли

У злого близнеца Полли, Молли, есть информационный бюллетень; подпишите здесь. Закажите новую книгу Хизер Хэврилески, Что, если этого хватит? , здесь. Ее колонка советов будет появляться здесь каждую среду.

Получите еженедельную доставку Ask Polly.

Условия использования и уведомление о конфиденциальности Отправляя электронное письмо, вы соглашаетесь с нашими Условиями и Уведомлением о конфиденциальности и получаете от нас электронную переписку.

Написать ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *