На самом деле кто сидит в экспертах: Ведущий и эксперты передачи «На самом деле»

Содержание

Топ-3 российских певцов, которые больше ходят по ток-шоу, чем поют | Звезды сегодня

Если ты певец, то, что ты должен делать? В чем заключается твоя работа? Ты должен петь. Это логично. Но некоторые певцы предпочитают своей профессии бесконечное хождение по различным развлекательным теле-шоу типа «Пусть говорят» и «Прямой эфир». Представляем Топ-3 российских певцов, которые больше ходят по различным ток-шоу, чем поют.

Прохор Шаляпин

О Прохоре Шаляпине можно писать бесконечно. Всех своих пассий он водит по различным ток-шоу и проверяет их на детектор лжи. И что поражает, почти все благоверные старше его.

Все началось с его знакомства с Ларисой Копенкиной. Они познакомились на Ямайке, и у них практически сразу начался роман. Разница в возрасте — 27 лет. Поженились они в 2013 году. В различных ток-шоу бурно обсуждалось это событие.

В 2014 году Прохор Шаляпин, несмотря на свой официальный статус женатого человека, провел ночь с певицей Анной Калашниковой. После этой ночи Калашникова забеременела. Лариса Копенкина была в шоке и развелась с неверным мужем. А потом, после рождения малыша, благодаря тесту днк в «Пусть говорят» выяснилось, что ребенок не от Шаляпина. Пара рассталась.

В 2017 года Прохор Шаляпин стал строить отношения с Татьяной Гудзевой, которая старше его. Сейчас они ходят по различным теле-шоу. Проверяют друг друга.

Многие считают, что все это моменты пиара. С Ларисой Копенкиной у Прохора были планы разрекламировать недвижимость. Анна Калашникова помогла Шаляпину заработать деньги на шоу, так же как и Татьяна Гудзева.

А песни? Они есть. Но всем больше известна его личная жизнь, чем музыкальное творчество.

Евгений Осин

Евгений Осин в свое время был популярен. Его песня «Плачет девушка в автомате» была на вершине топ-хитов. А что сейчас?

Евгений Осин пытается вылечиться от хронического алкоголизма и ходит различные ток-шоу. Темы программ с его участием обычно посвящены или этой болезни, или внебрачной дочери (по ДНК это на самом деле его дочка).

В настоящее время Евгений Осин не выступает и не дает концерты. Да и какие концерты в его состоянии.

Данко

Певца Данко, а вернее Александра Фадеева, можно понять. Он ходит по ток-шоу не от хорошей жизни. В 2014 году у них с женой родилась дочь с ДЦП. И если посмотреть хронологию его музыкальной карьеры, то можно заметить, что как раз с этого года Данко перестал выпускать клипы и представлять публике новые песни.

Зато сейчас он часто ходит на развлекательные программы, где рассказывает о своей личной жизни или сидит в экспертах в программах о плохих врачах. На этих программах ему платят хорошие деньги. Кто мы такие, чтобы судить его?

Надеемся, что его музыкальный путь вскоре продолжится.

Если Вам понравилась данная статья, ставьте «Палец Вверх» и подписывайтесь на канал.

Тайны шоу «Пусть говорят»: Как обманывали гостей, били экспертов и покрывали убийцу

Зачем люди едут на передачу? Больше всего закулисье «Пусть говорят» напоминает съемки шпионского триллера. Гостевые редакторы (именно они отвечают за героев передачи) бегают по коридору, переговариваясь по рациям: — Ты на втором у центрального? Тогда мы идем через третий… За редакторами покорно семенят приглашенные герои. Задача редактора – довести всех участников до начала съемок аккуратно, никого не растеряв и не напугав, как яйца – в корзине. А ради этого нужно хранить в секрете, что их ждет на площадке. Провести оппонентов разными коридорами, спрятать по разным комнатам, чтобы они ни в коем случае не увидели друг друга до начала! Потому что иначе либо все эмоции будут выплеснуты уже за кулисами, либо, что еще страшнее, испугавшись скандала под прицелом камер, герои попросту сбегут. А для этого достаточно малейшей оплошности. Помню мужика, которого раньше времени привели за кулисы, и он увидел на экране какие-то фото, связанные со своей историей – операторы проверяли готовность записей. Видимо, парень не рассчитывал, что программа обладает этими документами, вот и запросился с расстройства в буфет «пирожок купить». Да так и ушел насовсем. Что было! Сколько шуму! Его пытались поймать, но тщетно. А если герой ушел, съемка либо не состоится, либо будет лишена «вкусных» деталей, ради которых редакторы потратили уйму времени на поиски героя, на его уговоры приехать… Бывало, что меня, как эксперта, сажали в кресло за пару секунд до начала, в момент выключения света в студии, чтобы для героя, о котором я знаю что-то важное и нелицеприятное, мое появление было «сюрпризом». Выключали свет – меня не было, включили – я уже сижу. И тут человек понимает, что сейчас его будут не только слушать, но и, мягко говоря, оспаривать. И даже если его позиция слаба и к спору он не готов, убегать уже поздно – съемка началась… Андрей Малахов говорит: «Незачем обвинять нас в том, что мы, якобы, лишаем людей личной жизни, выставляя напоказ их боль и так далее… Это их выбор! Они сами лишили себя личной жизни, раз приехали на передачу!» Он прав. Но мне все равно часто было жалко героев, которые даже не правы. Ведь в результате мы, эксперты – сильные и спокойные, загоняли их в угол, как волков на охоте, пользуясь своим преимуществом. А толпа добивала их жестокими, более чем неделикатными выкриками. Зачем же они приезжают выворачивать наизнанку душу перед миллионами равнодушных телезрителей? Я спрашивала. Ответы были разными. Кто-то потому, что хочет решить свои, самостоятельно не решаемые проблемы и надеется снискать помощь со стороны влиятельных людей с ТВ. Кто-то поддается за гонорар. А кто-то — жертва психологической обработки редакторов. Но это только звучит так зловеще. На деле — просто миллионы людей страдают от собственной ненужности и «никому не интересности», от того, что их просто некому выслушать. И когда на горизонте появляется не только слушающий, но еще и сочувствующий редактор передачи, человек проникается к нему доверием и едет на съемки, желая продлить вот это непривычное чувство «кому-то нужности». Но пригласивший его редактор остается за кулисами, а на съемочной площадке ждет толпа, требующая зрелищ, враги-оппоненты, судьи — эксперты и начинается моральное «смертоубийство». Но ведь это их выбор! Или нет? Об обмане Часто зрители сомневаются в реальности персонажей, приехавших на передачу. И зря. Подставных в шоу нет – это стопроцентно. В отличие от тех же «Окон» Нагиева, целиком и полностью делавших ставку на актеров, «Пусть говорят» базируется на реальных людях и событиях. Основная политика – реальные слезы, реальная радость, реальная кровь…

В ответ на обвинения в цинизме и жестокости Андрею Малахову wостается лишь развести руками.

Но самих героев иногда обманывают. Например, есть случаи, когда редакторы знали, что у героя есть реальная проблема, с которой он хочет прийти на «серьезное» ТВ, но опасались, что участвовать в скандальном шоу он побоится. Тогда его просто приглашают на «Первый канал». А о том, что это «Пусть говорят», сообщают непосредственно перед съемками, когда человек приехал, потратился на билеты, и обратного пути нет. (Деньги за проезд и обратные билеты выдаются уже после съемки). Что же касается историй, где есть конфликтующие стороны, то часто приглашенные убеждены в том, что оппонента на передаче не будет. Но тут я даже не знаю, считать это «обманом» или результатом непроходимой глупости самого гостя. Ведь Малахов сам сто раз говорил: «Мы всегда показываем две стороны правды!» Это политика передачи. И для того, чтобы ее понять, достаточно посмотреть хотя бы один выпуск. После этого верить в то, что тебе дадут возможность произнести монолог и не выпустят на ту же сцену твоего оппонента – верх наивности. О драках У входа в студию «Пусть говорят» всегда дежурят охранники. И это не только для того, чтобы лишние люди не входили за кулисы… Драки на съемочной площадке происходят регулярно. От избытка чувств гости бьют друг друга, сдирают с оппонентов парики, натянутые, «чтобы соседи не узнали»… Ведущий и эксперты в подобные баталии никогда не вмешиваются. Разнимает только охрана. Впрочем, иногда драками не гнушаются и именитые эксперты. Например, однажды пришел на передачу знаменитый «экстрасенс» Кашпировский. И чем-то он не сошелся во мнении с сидевшим так же в экспертах неким сексологом Князевым. Сексолог же так распалился, что нахамил хмурому экстрасенсу с три короба и, вроде бы, даже плюнул в его сторону. После чего, спокойный как слон, Анатолий не возмутился, но терпеливо дождался перерыва, подошел к Князеву и вырубил его одним ударом. Одним шумным экспертом на съемочной площадке стало меньше. О поклонницах К поклонницам Малахов относится нормально. Все адресованные ему лично письма он читает только сам. Если просят, фотографируется, общается, хоть и на бегу. Но были и два из ряда выходящих случая… Первый – пухленькая, с хвостиками, очкастая девочка Настя неопределенного возраста между 17 и 27. Она караулила Андрея в коридорах «Останкино», бросалась на капот автомобиля, в котором он ездил… А однажды пригласила его на день рождения, а потом залезла на съемочной площадке под стол и отказалась уходить, пока Малахов не пообещает прийти. И вот, картина маслом: несколько минут до эфира, а она сидит под столом, крепко вцепившись в ножки, и вся бригада редакторов хором не может ее оттуда выковырять. Говорят, так со столом и унесли. Причем, терпеливый «кумир» простил несчастную. Но в следующий раз девушка попыталась прорваться на съемочную площадку прямо во время съемок. И бросилась с ножницами на охранника, преградившего ей путь. Слава богу, обошлось без кровопролития, но несколько царапин на теле мужчины и его порезанная рубашка обеспечили поклоннице окончательный и бесповоротный «волчий билет» на вход в Останкино. Больше ее не видели. Вторую звали Катя. Была она хитрее и пробивнее первой. Учась в школе телеведущих при «Останкино», девушка активно посещала съемки «Пусть говорят», смотрела воловьими глазами на Андрея и молила взять ее на стажировку. Как ни странно взяли. Может, Андрея тронули ее постоянные попытки одарить его чем-нибудь. Поклонница таскала телеведущему охапки цветов, коробки дорогих конфет, коньяки… Все это он, пожимая плечами, честно выставлял в редакторской на общий стол. Катя ревновала кумира абсолютно ко всем женщинам редакции, поэтому частенько слала Андрею гадкие смски с рассказами о том, как, якобы, все сослуживицы его за глаза ненавидят и ругают. Очень скоро всеобщее терпение лопнуло. Мало того, вскрылось, что из школы девушку давно уже выгнали, потому как деньги, которые мама давала ей на учебу, поклонница тратила на те самые букеты-коньяки. Последним ее финтом был звонок Андрею с сообщением, что она стоит на крыше дома и сейчас бросится вниз, если он срочно не придет. Шантаж не сработал, а в черные списки «Останкино» девушку незамедлительно внесли. ИЗ ПЕРВЫХ УСТ «Я знала, что парень преступления не совершал… Но молчала» На что идут и как порой рискуют работники, готовящие сюжеты для передачи, рассказывает бывший шеф-редактор «Пусть говорят» Светлана Анохина Света отработала в команде Малахова с момента создания скандальной передачи. Поэтому кому, как ни ей, знать все особенности этого дела. Тем более, что ей незачем что-то скрывать или преувеличивать, ведь несколько месяцев назад она ушла с этой работы. — Вас не тяготило, что приходится периодически обманывать людей, чтобы заполучить их в качестве героев на передачу? — За других отвечать не стану, но лично я никогда не обманывала. Мне кажется, что в этом и состоит искусство гостевого редактора – суметь именно уговорить. А для этого надо встать на место своего героя, понять и оправдать его лично для себя, даже если он тысячу раз не прав. Тогда он обязательно согласится приехать и даже маскироваться не станет. Помню, была у нас история, — мужчина из-за ревности жену спиртом облил и поджег. Она-то его потом простила, но вся спина обгорела – пластика нужна. Я его нашла еле-еле – какой-то обходчик путей, где-то за семь верст на дрезине… Очень долго уговаривала. Согласился, но только в приклеенных бороде и усах. А в процессе общения со мной проникся моим отношением к произошедшему, понял, что кто-то способен его понять и в результате уже перед съемками сам отказался от маскировки: «Что я, действительно, как идиот буду выглядеть!» Вообще, среди моих гостей был только один, который вышел в накладных усах – отец-одиночка, который на самом деле был матерью-одиночкой. Даже его двое маленьких детей не знали, что физически он – женщина, звали папой. Он менял пол и нужна была помощь с переоформлением документов, поэтому и обратился в передачу. Но его я от маскировки не отговаривала. Этому человеку действительно важно, чтобы соседи его не узнали. Ведь он жизнь меняет… — А были такие случаи, когда вы не смогли понять и принять своего героя? — Да, был один. К нам обратилась девушка-сирота. Она всю жизнь прожила в специализированном детдоме — умственная отсталость, но в очень легкой форме. Всю свою жизнь она мечтала найти маму. И вот выросла, нашла ее адрес, написала письмо, но ответа не последовало. Тогда она обратилась к нам с просьбой о помощи. Мне казалось, что это будет очень красивая история. Ведь девочка уже взрослая, комната у нее есть, даже на работу устроилась. То есть от мамы ей ничего не нужно, только раскаяние и любовь, а значит, мама даже обрадуется возвращению дочки – такой камень с души снять! Нашли мы ее маму по тому самому адресу. Сказали, что на передаче ее будет ждать сюрприз. Честно говоря, я думала, что она догадывается какой – дочка же ей писала. Приехала эта женщина, в начале передаче долго о своих горестях и трудной жизни рассказывала, а потом мы выпустили на площадку ее дочку. Та на краешек дивана села: «Мамочка, я всю жизнь тебя ждала… Я тебя все равно люблю! За что же ты меня так?» Весь зал рыдал. Воспитатели из детдома, где девочка росла, рассказывала, какая она самостоятельная и хорошая. А мать всю передачу так и просидела, застыв на диване, даже головы в сторону дочери ни разу не повернула». Честно говоря, с ней после передачи я говорить не хотела. Слава богу, что она и сама молчала. — Многие герои приходят к вам потому, что рассчитывают на помощь… Часто ли удается помочь? — Безусловно, думаю, у каждого редактора есть список экспертов, которые и после передачи берутся помогать нашему герою. У меня, по крайней мере, он был. Как правило, это политики, влиятельные в обществе люди. И если герою нужна помощь, приглашаешь тех, кто в этом списке, потому что остальные приходят только обсудить. Поговорили, кого-то поддержали, кого-то поругали и разошлись. Винить людей за это нельзя. Они все – профессионалы своего дела, уважаемые в обществе личности. А меценатом никто быть не обязан. Но был случай, — делали мы передачу о людях с тяжелой судьбой. Одна из героинь – 15-летняя девочка, на которую обрушился козырек подъезда, после чего ей отняли ногу. Нужны огромные деньги на протез. Тут поддержкой влиятельных людей не отделаешься. Нужна конкретная сумма. Прошла передача, все поговорили и разошлись. После передачи смотрю – стоит эта девочка, вся трясется, малиновыми пятнами покрылась. Что такое?! Оказывается, после передачи к ней подошел певец Григорий Лепс и сунул пачку долларов – несколько тысяч, огромные деньги, каких девочка из провинции даже представить себе не могла – со словами: «Ты молодая и красивая, не переживай, оплати свой протез, у тебя еще вся жизнь впереди!» И все. Даже не на камеру, а просто так. Но, справедливости ради, нужно заметить, что это единственный такой случай, который я могу вспомнить. Хотя, может герои мне просто не рассказывали. Иногда зрители откликаются. Помню беременную, которая хотела после рождения оставить малыша в роддоме. У нее еще двое детей, муж бросил. В общем, ее уговорили забрать ребенка. Вещей, продуктов, денег ей понаприсылали… Мы с Андреем к ней в гости потом ходили. Она очень благодарила и за помощь, и за то, что удержали ее от такого шага. — Правда ли, что вы порой рискуете, разыскивая гостей? — Как все журналисты. Как-то искала маму одной из героинь, нашла ее младшего сына. Он меня в квартиру впустил, дверь захлопнул и убежал. А там собака – огромный волкодав – прыгнула мне на грудь и на пол повалила. Я думала, — съест, боялась звук издать. Так и лежала, пока мама в прихожую не вышла и не спасла меня. А был еще случай, когда приехали в глухую деревню, где отец отрубил голову сыну, изнасиловавшему сестру. Я в дом к ним зашла – позапрошлый век: дрова у стены, столы рубленые, чугунки. Там только женщины — жена этого мужика и дочь — та самая изнасилованная сестра. «Где хозяин?» – спрашиваю. «На двор пошел – говорят. – А ты, милая, иди к нам, схоронимся пока». Завели меня за занавесочку – на «женскую половину». Там все беленькое, тряпочками да скатерками прикрыто. Сидим, ждем. И тут дверь скрипнула, шаги тяжелые… Они меня раз – и из-за занавески выпихнули: «иди, знакомься», а сами прячутся. Я смотрю, — посреди избы персонаж из «Калины красной» Шукшина — сатиновые трусы, белая майка-алкашка и кирзовые сапоги. Взял он кочергу и на меня пошел. Я к печке прижалась и давай что-то лепетать. Уже не помню что. Жить захочешь, — слова найдешь. Он послушал-послушал и табуретку предложил. А к концу разговора в Москву засобирался. Да только нельзя ему было – подписка о невыезде, расследование же шло – так он сам на камеру отснялся, а в Москву баб своих отправил. И вот две эти несчастные женщины переоделись (то есть домашний, застиранный платок на новый сменили) и впервые в жизни со мной из своего села выехали. Впервые город увидели, высотные дома, поезд… Я их потом в Москве в краеведческий музей водила, так они там свои чугунки нашли, — так обрадовались! — И вот приезжают к вам на передачу такие недотепы из другого мира, а там сидят толпа натренированных, самоуверенных людей и судит их – безответных, боящихся слово сказать. Свет, неужели вы считаете этот «суд» обычной толпы правильным? Зачем это нужно, тем более, что есть суд профессиональный? — Во-первых, людей нужно на наглядных примерах учить, что у любой ситуации всегда две стороны. Сочувствуешь одному, а потом узнаешь подробности и оказывается, что жертвой был другой. Хотя бы для того, чтобы они привыкали сомневаться в собственной неопровержимой правоте. А во-вторых… Бывают ситуации, которые обычный суд рассудить справедливо, учитывая все обстоятельства, просто не в состоянии. Только люди разобраться и могут. — А бывало так, что перед самыми съемками вам стало жаль вашего героя и вы заранее ему все, что уготовано на площадке рассказали? — Нет, рассказывать нельзя. Это повредит передаче, а люди знали на что шли. Но жалко бывало. Например, до сих пор помню парня одного – молодой узбек, очень интеллигентный мальчик, настольная книга – английский словарь, но работать вынужден на какой-то московской автомойке. История: в юности влюбился в девушку, но он был беден и родители были против этой свадьбы и даже против того, чтобы они встречались. Так он приехал в Москву, устроился на работу, скопил денег и обратился к нам, чтобы мы выступили его сватами, поручителями. Мы поехали, договорились с местным муллой, нашли девушку, а она уже к свадьбе с другим готовится и говорит на камеру: «Оставь меня в покое. Никакой любви не было. Ты сам все придумал». И вот день съемок. Приходит этот мальчик в костюме, руки дрожат, готовился, специально что-то из Шекспира на английском выучил, верит, что нашим сюрпризом будет его любимая на передаче… А я-то все заранее знаю, но сказать ему не могу. Потом наблюдала, как он беззвучно рыдал, прослушивая ее видеописьмо. Весь зал рыдал, а он своего Шекспира читал. Но разве мое предупреждение перед передачей что-то изменило бы? Он и после всего этого заявил, что по-прежнему любит, ничему не верит и считает, что ее просто заставили. — Многое из того, что вы раскрываете на передаче, герои не хотели бы рассказывать всем. Вы готовы вывернуть на обозрение любую подробность жизни людей, если она принесет передаче рейтинг? — Нет, это не так. Все мы люди-человеки… То, что выкладывается на передаче, идет от самих героев и их оппонентов. То есть по любому всем известно. А если есть что-то личное, только нам доверенное, мы это просто не в праве рассказывать. Вот, например, везла я как-то на съемку свидетелей неоднозначного убийства. Вся соль истории была в том, что будущий герой программы убил насильника. То есть вроде как виноват, а вроде и нет. И вот в задушевном разговоре жертва этого самого насильника мне признается, что вовсе ее не насиловали. А придумано это было, чтобы помочь убийце скостить срок. Детали всех их взаимоотношений рассказывать не буду, чтобы четко на ту историю не указывать, но признаваться в обмане тетка отказывается: «На передаче буду говорить, что снасильничал, а то убьют…» Ну, и что я могла сделать? Я знала правду, но стояла за кулисами и молчала. И это не только потому, что у меня не было доказательств. Просто я понимала, что так один труп, а так будет два. — Почему ты ушла из программы? — Очень устала. Во-первых, сумасшедший график: с 10 утра то до часу ночи, то вообще с ночевкой, выходные – номинальные – та же работа на телефоне, только из дома. И потом морально тяжело постоянно пропускать через себя все эти истории, уговаривать, держать в голове все эти ниточки уговоров… Потому что только успокоился, как к герою пришла какая-нибудь соседка и заявила: «На кой ты туда прешься?» И вот уже согласившийся было гость с билетами на руках передумывает. И нужно опять уговаривать, а потом постоянно звонить, как сел в поезд, как едет… Ведь в любой момент он может потеряться, отстать, испугаться. Бывали моменты, когда героев приходилось караулить! Например, история, где инспектор по делам несовершеннолетних детдомовскую девочку на панель отправила. Интересы девочки приехали отстаивать ее бывшие «сослуживицы» — проститутки. Они в гостиницу только заехали и звонят: «Ой, съемки-то все равно завтра, а тут Новый Арбат… Мы до утра подработаем немного?» Так пришлось у них всей бригадой по очереди торчать – караулить. И так постоянно, без передышки! Мне тогда даже в отпуске постоянно снилось, что кто-то сбежал, кто-то от поезда отстал, кого-то встретить забыли… Только недавно эти сны отпустили, потому что наконец-то человеческой жизнью живу. Так что я очень благодарна «Пусть говорят» за великолепную школу профессионализма, от всей души поздравляю их с юбилеем, но в моей жизни этот этап уже пройденный. ВОПРОС РЕБРОМ «Пусть говорят» — блендер с человеческими сердцами? Этой передачей многие возмущаются, в ее сторону плюются, обвиняют в публичном полоскании «грязного белья»… Но продолжают исправно смотреть! Рейтинги ток-шоу зашкаливают регулярно (далее).

Скандальные фрагменты передачи «Пусть говорят»

Норина Хертц: Как работать с экспертами — и когда этого лучше не делать

Сегодня утро понедельника. В Вашингтоне президент Соединенных Штатов сидит в Овальном кабинете, размышляя, стоит ли наносить удар по Аль-Каиде в Йемене. В доме 10 на Даунинг-стрит Дэвид Кэмерон пытается понять, стоит ли урезать количество рабочих мест в государственном секторе, чтобы предотвратить падение экономики. В Мадриде Мария Гонзалез стоит у двери, слушая плач своего ребенка, и думает — оставить его плачущим, пока не уснет, или взять на руки и успокоить. А я сижу у больничной койки моего отца, пытаясь решить, дать ли ему выпить полтора литра воды, потому что доктор только что сказал «Вы должны заставить его попить сегодня», хотя неделю назад моему отцу запретили пероральный прием жидкости, и напоив его, я могу на самом деле его убить.

Мы принимаем серьезные решения со значимыми последствиями на протяжении нашей жизни. И у нас есть свои стратегии принятия этих решений. Мы обсуждаем проблемы с друзьями, мы просматриваем интернет, мы ищем ответы в книгах. Но все же, даже в наш век Google и таких сайтов как TripAdvisor и советов с Amazon, экспертам своего дела мы доверяем больше всего, особенно когда ставки высоки и решение действительно имеет значение. В мире, переполненном информацией и сложностями, мы верим, что эксперты могут лучше нас анализировать информацию, что они способны найти лучшее решение, чем мы сами. В наше время, порой пугающее и сбивающее с толку, мы чувствуем себя уверенней с авторитетом экспертов, которые так ясно говорят нам, что можно, а что нельзя.

Но мне кажется — это серьезная проблема, проблема с потенциально опасными последствиями для общества, культуры и каждого отдельно взятого человека. Конечно, эксперты значительно способствуют развитию нашего общества. Но проблема в нас самих. Мы стали зависимы от экспертов. Мы привыкли к их уверенности, убедительности, их определенности, в то же время уступили ответственность, заменив собственный интеллект и знания на их, предположительно верную, точку зрения. Мы отказались от собственной силы, обменяли дискомфорт и неуверенность на иллюзию ясности, которую они нам дают. Это не преувеличение. В недавнем эксперименте группе людей провели сканирование мозга магнитно-резонансным томографом в то время, как они слушали речь экспертов. Результаты эксперимента удивляют. Когда участники эксперимента слушали голос профессионала, части мозга, отвечающие за независимое принятие решений, бездействовали. Абсолютно никакой активности. Они слушали все, что бы ни говорили эксперты, и следовали их советам, плохим или хорошим.

Но эксперты могут ошибаться на самом деле. Знаете ли вы, что исследования показали: врачи ставят неверный диагноз в 4 случаях из 10. Известно ли вам, что заполняя декларацию о доходах самостоятельно, статистически, у вас больше шансов сделать это правильно, чем у консультанта по налогам, который будет это делать для вас. И, наконец, пример, который нам слишком хорошо знаком: финансовые эксперты не справляются настолько, что сейчас мы переживаем глубочайший упадок с 1930-х годов. Ради нашего здоровья, благосостояния и общей безопасности крайне необходимо чтобы части мозга, отвечающие за независимое принятие решений, работали. Я говорю это как экономист, который на протяжении последних нескольких лет проводит исследования на тему того, как мы думаем, кому доверяем и почему. В то же время, – несмотря на всю иронию – я говорю это как эксперт, профессор, консультант, работающий с премьер-министрами, главами корпораций, международными организациями. И как эксперт, который верит в то, что роль эксперта должна изменитьсяю. Мы должны мыслить шире, быть более демократичными и открытыми к людям, мнение которых отличается от нашего. Чтобы вы смогли лучше понять меня, позвольте рассказать вам о моем мире, мире экспертов.

Конечно, существуют исключения, замечательные исключения, изменившие наш мир к лучшему. Но мое исследование показало, что в целом, эксперты склонны быть приверженцами каких-либо направлений, внутри которых доминирующая точка зрения не оставляет места возражениям, и где они движутся только в одном направлении, возводя в культ свой собственный авторитет. Прогнозы Алана Гринспана обещали экономический рост на годы вперед, не встретив никакой критики, до тех пор, конечно, пока не наступил кризис. Видите, это учит нас тому, что эксперты находятся под влиянием социальных и культурных норм своего времени. Будь то доктора Викторианской Англии, которые отправляли женщин в психиатрические больницы за выражение сексуальных желаний, или психиатры в Соединенных Штатах, которые вплоть до 1973 года считали гомосексуальность умственным расстройством.

Все это свидетельствует о том, что нужно очень много времени, чтобы изменить систему взглядов, что на сложности и нюансы не обращают внимания, и еще о том, что деньги решают многое. Мы все знаем примеры, когда исследования медикаментов, финансируемые фармацевтическими компаниями, странным образом не берут во внимание самые опасные побочные эффекты. Или когда исследования новых пищевых продуктов, проводимые на деньги компаний-производителей, значительно преувеличивают полезные свойства товаров, выходящих на рынок. Доказано, что показатели пищевых компаний завышены в среднем в 7 раз по сравнению с данными независимых исследований.

Мы также должны осознавать, что эксперты могут делать ошибки. И они их делают каждый день — ошибки из-за небрежности. Архивы хирургических отчетов хранят сведения об удалении здоровых яичников, операциях не на той части головного мозга, процедурах, проведенных не на той руке, ступне, не на том локте или глазу. Но ошибки бывают не только по неосторожности. Ошибочным может быть и способ мышления. Например, рентгенологи или специалисты компьютерной томографии, имея на руках снимки, в большей степени опираются на уже сделанное предположение терапевта, и часто подтверждают неверный диагноз. Так, например, если рентгенолог смотрит на снимок пациента с подозрением на пневмонию и видит доказательства пневмонии на снимке, он сразу же подтверждает диагноз, откладывая снимок в сторону, и упускает из виду опухоль, расположенную чуть ниже в тех же легких.

Я рассказала вам о сути некоторых вещей в мире экспертов. Конечно, есть и другие стороны этого мира, но я надеюсь, что смогла объяснить вам почему мы должны перестать преклоняться перед экспертами, оказать противодействие и вновь развить способность принимать решения самостоятельно. Но как нам это сделать? Итак, чтобы уложиться во времени, я остановлюсь лишь на трех стратегиях. Во-первых, мы должны хотеть и быть готовыми бросить вызов экспертам и перестать воспринимать их как апостолов наших дней. Хочу вас обрадовать, это совсем не значит иметь докторскую степень во всех областях. Но это значит быть настойчивыми и, несмотря на их неизбежную раздражительность, добиваться объяснений на понятном нам языке. Когда мне назначали операцию, доктор сказал мне: «Мисс Херц, опасайтесь гиперперексии». Хотя с таким же успехом он мог предупредить меня о возможной высокой температуре. Бросить вызов экспертам, значит стараться понять, что значат их графики, уравнения, прогнозы, и для этого вооружиться такими вопросами, как, например: На каких предположениях это основано? На основании чего был сделан этот вывод? На что было направлено их исследование? И что не было учтено?

Недавно стало известно, что прежде чем быть выпущенными в продажу, лекарства сначала испытывают на мужских особях животных, а потом на людях, преимущественно на мужчинах. Кажется, кто-то упустил тот факт, что половину мирового населения составляют женщины. И в этом деле они вытянули несчастливый билет, потому что множество из таких медикаментов воздействует на женщин не так хорошо, как на мужчин. А те, что оказывают должное влияние, наносят также и вред женскому организму. Бросить вызов экспертам — это значит осознать, что их предположения могут быть оспорены, а методы — оказаться неэффективными.

Во-вторых, мы должны создать условия для решения разногласий. Если мы хотим изменить систему взглядов, осуществить прорыв, разрушить мифы, мы должны создать атмосферу в которой мнения экспертов будут проверяться, а новые, разнообразные, противоречащие, еретические идеи будут обсуждаться, бесстрашно, с осознанием того, что прогресс основывается не только на создании новых идей, но и на разрушении старых; с осознанием того, что окружая себя разнообразными противоречащими мнениями, мы, как показывают исследования, становимся умнее. Поддерживая разнообразие взглядов мы восстаем против собственных инстинктов, задача которых окружить нас идеями и мнениями, в которые мы уже верим или хотим поверить. И вот почему я говорю о необходимости умело руководить противоречиями.

Главное должностное лицо Google, Эрик Шмидт, следует этой теории на практике. Во время совещаний он выбирает одного из людей в комнате — в замкнутой позе, немного смущенного — и втягивает его в разговор, пытаясь понять его точку зрения, если она отличается от других, и спровоцировать высказывания различных мнений в комнате. Управлять противоречиями — значит признавать ценность разногласий и различий. Но мы должны пойти еще дальше. Мы должны в корне поменять понимание того, кто такие эксперты. Согласно общепринятому представлению, эксперты обладают ученой степенью, замысловатыми званиями и дипломами, пишут бестселлеры и занимают высокое социальное положение. Но представьте, что мы могли бы выкинуть это представление об экспертах как красивую оберточную бумагу, и ввести вместо этого понятие общей экспертизы, где правом выражать экспертное мнение обладают не только хирурги и управляющие, но и продавцы

В сети магазинов Best Buy, компании по продаже электронных товаров, абсолютно все сотрудники – уборщики, продавцы-консультанты, подсобные рабочие – а не только специалисты по планированию продаж – могут делать ставки, угадывая, продастся ли товар до рождества, какая из идей потребителя стоит воплощения или удастся ли завершить проект вовремя. Сбор и использование полезной информации внутри компании помог Best Buy предвидеть, что магазин, готовящийся к открытию в Китае – один из самых крупных магазинов сети – не будет готов к намеченному сроку. Когда компания попросила всех сотрудников сделать ставки на то, начнет ли магазин свою работу вовремя, группа людей из финансового отдела поставила все на то, что магазин открыть не успеют. Выяснилось, что им было известно, как никому другому в компании, о технологических заминках, которые не смогли предвидеть ни специалисты по планированию, ни эксперты, находящиеся непосредственно на стройплощадке в Китае.

Стратегии, о которых я говорю сегодня — объединение разнообразий, проверка экспертного мнения, самостоятельный выбор точки зрения, принципиальное поведение — это стратегии, которые помогут нам объединиться в борьбе с трудностями нашего сбивающего с толку, непростого времени. Если мы приучим себя принимать независимые решения, проверять экспертов, быть скептиками, отказываться от авторитетов, возражать, а также если мы будем увереннее сталкиваться с нюансами, неопределенностью и сомнениями, и позволим экспертам тоже выражать неуверенность и сомнения, мы намного лучше подготовим себя к трудностям XXI века. Потому что сейчас, как никогда раньше, неподходящее время, чтобы безоговорочно следовать за другими, без возражений принимать и слепо верить чужим идеям. Сейчас время смотреть на мир открыто. Да,естественно, опираясь на опыт экспертов — я, конечно, не хочу остаться без работы после этого выступления — но осознавая границы их возможностей, и, разумеется, свои собственные.

Перевод: Татьяна Кастин
Редактор: Инна Купер

Источник

За какой пост в интернете могут посадить в тюрьму, интервью с лингвистом | e1.ru

Может, только в шутке, в игре. Если это окажется востребованным, то язык феминитивы примет и они останутся с нами на долгие годы. Мы не можем управлять языковыми процессами. Тем не менее лингвист может выступать тем человеком, который формирует языковой вкус. Лично я феминитивы нового типа не использую.

— Когда люди сравнивают лингвистику с ракетостроением, то приходят к выводу, что лингвистика никак не развивает человечество и вообще бесполезна. Можете опровергнуть?

— Уже наш разговор о судебной лингвистике доказывает, что наука важна. Особенно практическая ее часть. Бывало, что вы ищете что-то в интернете и не знаете, как сформулировать вопрос? Вводите, казалось бы, случайный набор слов, а компьютер вам находит то, что нужно. Находит потому, что за созданием поисковых алгоритмов стоит работа лингвиста. Преподавание иностранного, родного языка, создание словарей, понимание того, как устроена наша речевая деятельность, изучение детской речи, языковая политика.

Лингвистика — это не монолитная наука, а многообразная. Она, конечно, не менее важна, чем дисциплины технического характера, потому что мы живем в информационном обществе, в котором нет сфер жизни вне коммуникации. На филологическом факультете УрФУ мы готовим лингвистов, в том числе лингвистов-экспертов. С двадцатого года у нас появилось направление «Судебная экспертиза». Я являюсь руководителем программы «Речеведческая экспертиза», обучаясь по которой, студент получит сразу два диплома: юридический и лингвистический.

В свое время я сама выбирала между юриспруденцией и филологией. Выбрала филологический и не пожалела. Судьба сама привела меня к правовой сфере. Я вообще придерживаюсь такой позиции, что первое образование у человека должно быть фундаментальным. Можно, конечно, пойти в училище, это всё хорошо, если человек хочет получить рабочую профессию. Но университет не дает профессию, университет дает образование.

— Неужели судебная экспертиза — это настолько массовое явление, что вы создали целое направление?

— Да. На Урале экспертиза активно развивается. И у нас в Екатеринбурге, и в крупных городах, и даже в области хотят сделать подразделения, где бы могли работать судебные лингвисты-эксперты. Если раньше только эксперты-дактилоскописты могли работать на местах, то теперь и судебный лингвист становится востребованным. В Екатеринбурге много негосударственных судебных учреждений, в тех же СМИ эксперты могут работать, проверяя тексты на соответствие правовым нормам.

— А идут ли люди в эксперты, чтобы продвигать симпатизирующие им политические силы? Провластные, оппозиционные? Помочь своим, так сказать.

— Когда я учу студентов, я говорю им, что самое главное в профессии эксперта — независимость. Как известно, состязательность — основа судебного процесса. Лингвист в определенном смысле — это настоящий третейский судья, он не должен быть «за наших» или «за ваших». Он должен быть за знания.

«Наука, закон, истина» — вот такой слоган в Центре судебной экспертизы. Это важные составляющие экспертной профессии. Правозащитники часто ошибаются, когда в экспертах видят людей, которые поддерживают только политику власти. Это неправда. Как эксперт, я стараюсь быть абсолютно независимой от политики, и надавить на меня невозможно.

— То есть судебная лингвистика — это самая справедливая отрасль в российском праве?

— На самом деле, я не общаюсь с теми людьми, материалы которых я читаю. Я не знаю, кто эти люди, какие позиции они отстаивают. Все, что у меня есть, — это текст. Я не работаю на следствие, я не работаю на суд, я не работаю на адвокатов. Я работаю на доказательство лингвистически правильной позиции.

«Больше всего меня поражает, как долго женщины терпят насилие» – Консорциум женских неправительственных объединений

О судебно-медицинских экспертах мы знаем разве что по детективным сериалам, где они то выезжают со следователем «на труп», то задумчиво рассматривают чьи-то останки в лаборатории.

На самом деле судмедэксперты занимаются не только мертвыми, но и живыми. Причем в делах о домашнем насилии их роль крайне важна. Чем именно, нам расскажет кандидат медицинских наук, врач высшей категории по специальности «судебно-медицинская экспертиза» Дмитрий Гончар.

– Дмитрий Геннадьевич, чем судмедэксперт может помочь пострадавшим и их адвокатам?

– Многим. Бывает так, что потенциально значимые для юридического процесса медицинские факты, не попадают в поле зрения лечащего врача или врача в травмпункте. Соответственно, они окажутся вне рассмотрения следствия и суда, что повлияет на его решение. Это происходит из-за того, что врачи, в отличие от судебных медиков, не фиксируют документально некоторые повреждения.

– Почему? Они же, как и вы, видят и ссадины, и синяки у потерпевших…

– Есть разница в профессиональных подходах и во многом в мировоззрении. Врачи лечебных учреждений по-другому смотрят на повреждения: если кровоподтеки не нуждаются в лечении, они их не всегда описывают. Фиксация повреждений – не приоритетная задача лечащего врача, часто на это у него просто нет времени, как правило – не хватает навыков и ясного понимания необходимого. Если коллега умозрительно делит повреждения на те, которые «нужно записать» и «неважные», мы получаем неполную картину травмы. В этом проблема…

Эксперт приводит такой пример. Мужчина несколько раз ударил кулаком женщину по лицу и по телу, затем толкнул, от чего она упала и сломала руку. В травмпункте не зафиксировали следы от ударов, поскольку они не представляли угрозы для жизни и здоровья пациентки, а лечили только перелом.

Как следствие, в суде женщина не смола доказать факт нападения. Версия мужчины была такой: на его глазах женщина споткнулась, упала, сломала руку, а он всего лишь помог ей подняться. Он заявил суду, что его оклеветали.

Вдобавок ко всему женщина потеряла работу: сломанную руку надо было разрабатывать около полугода, а работодатель ждать не хотел. А агрессор ушел от ответственности.

–  Поэтому я бы советовал в первую очередь обращаться к адвокатам, а если такой возможности нет, требовать от врачей максимально точной фиксации всех повреждений. Пострадавшим также стоит взять ксерокопию своей медицинской карты, по закону любое медучреждение обязано предоставить ксерокопии по требованию пациента, – говорит Дмитрий Гончар.

– Дмитрий Геннадьевич, каким образом к вам попадают «клиенты» по делам о домашнем насилии?

– По закону в делах о домашнем насилии (как физическом, так и сексуальном) привлечение эксперта СМЭ (судебно-медицинской экспертизы) обязательно. Следователь обязан обратиться в СМЭ для оценки степени тяжести повреждений. Но если следствие экспертизу не назначает, человек самостоятельно может к нам обратиться.

– Как это сделать?

– Можно обратиться в бюро судебно-медицинской экспертизы. Нужно прийти с паспортом или с другим документом, его заменяющим, и с медицинскими документами (если обращались к врачу после получения травмы). Это процедура платная, если человек обращается к нам в частном порядке. Бесплатно – только по соответствующему направлению правоохранительных органов. Так что проблема с доступностью не велика, но все же имеется. При осмотре эксперт выявит и зафиксирует все повреждения. Если требуются дополнительные исследования (например, рентген или консультация невролога), эксперт даст соответствующие рекомендации.

– Судя по всему, лучше, если полиция направит на экспертизу?

– Я бы сказал, через полицию лучше обращаться по целому ряду причин. Первое, потому что в полиции будет зафиксировано обращение о правонарушении, то есть начнется юридический процесс. Второе, результаты СМЭ автоматически будут включены в материалы уголовного дела или проверки. При самостоятельном обращении могут возникнуть затруднения, особенно если сотрудникам полиции проще не принять заключение СМЭ, ссылаясь на нарушение процедуры. В итоге они его, конечно, примут, но это отнимет время и силы у пострадавшей стороны. Придется обращаться к адвокату или в прокуратуру в связи с нарушением его прав и интересов.

– Можно ли считать, что СМЭ необходима всегда? Ведь всем видно синяк под глазом, какие еще нужны доказательства?

– Это иллюзия. Синяки могут быть видны десятку свидетелей, их даже можно зафиксировать на фото. Но свидетели – не врачи, их показания не источник доказательных медицинских фактов, а фото – не специальный объект для достоверной диагностики. Разумеется, показания свидетелей и фото могут быть крайне важны на следствии и в суде, но недостаточны для СМЭ. Пострадавшей повезет, если в травмпункте смогут адекватно зафиксировать повреждения.  Но врач может просто написать про «множественные ушибы», не потрудившись описать их важные детали, да и сам внешний вид и где же они расположены. Вероятно, к началу судебного процесса уже пройдут. И в процессе пострадавшая может показаться обманщицей, даже если сразу побоев синяки и ссадины были по всему телу.

– Дмитрий Геннадьевич, что вас лично задевает в делах о домашнем насилии?

– Больше всего меня поражает, как долго женщины терпят насилие. Причем, это не зависит ни от уровня образования, ни от социального статуса. Листая амбулаторные карты пациенток, проходящих о делах о домашнем насилии, видишь его цикличность. Годами, иногда по несколько раз в месяц, у них фиксируют синяки, ссадины, сотрясения мозга, переломы ребер…  И потом какая-нибудь женщина сидит передо мной в инвалидном кресле с тяжелой травмой, и понятно, что из него она уже не встанет… Поэтому мой совет: не прощать насилия, не доводить до печального финала.

 

Беседовала Наталья Биттен.

Фото: из личного архива Д.Г. Гончара.

 

Материал по теме: Вебинар для юристов и адвокатов, оказывающих помощь пострадавшим от домашнего насилия «Судебная медицинская экспертиза живых лиц по делам о домашнем насилии: физическое насилие» 

 

Обратиться за бесплатной помощью к адвокатам «Центра защиты пострадавших от домашнего насилия» можно, заполнив форму обратной связи

 

Проект «Центр защиты пострадавших от домашнего насилия» реализуется с использованием гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.

 

Об экспертах и журналистах | Линия обороны

Сегодня мне рассказали о том, что в студию одного из телеканалов пригласили якобы украинского «эксперта», который включился во вторую фазу пропагандистской игры, которую ведет Россия против Украины. Как известно, тема санкций уже прокисла и потому «эксперты» переключились на другую тему – о грядущих поставках оружия из США, а ,значит, и из других стран-членов НАТО, в Украину. Вменяемый человек, а тем более – «эксперт» (слово то какое!) должен бы обыгрывать эту тему в плане того, что именно и в какой очередности хотелось бы получить. Известно, что у нас большие пробелы в авиации и флоте, которые хотелось бы покрыть быстро и максимально дешево. Оно и понятно, ибо Москва постоянно гоняет свои самолеты и корабли у наших границ и, рано или поздно, все это придется топить и жечь. Но всем понятно, что первые пробные партии пойдут в тестовом режиме и партнеры должны увидеть, что все поставки идут правильно, а обновки применяются так, как договаривались. Потом – пойдет проще. Именно эти механизмы и условия должны бы стать предметом обсуждения. Но «эксперт» вещает о том, что поставки оружия могут разозлить Россию и она что-то там такое может сделать.

В связи с этим лишний раз утверждаешься в правильности принятого решения об отказе втыкаться в телевизор еще с далекого 2008 года. В самом деле, новости можно получать почти из первых рук и без порнографии, которую показывают журналисты в рамках корпоративной этики и информационной политике канала. А настолько тенденциозной и притянутой за уши технологии подачи новостей и другой информации больше как в России нигде не найти. Журналисты перестали быть четвертой властью давным давно и превратились в обслуживающий персонал, который в лучшем случае не поднимается выше уровня официантов, а в основном – подрабатывает элитной или дешевой проституцией.

В данном случае, кто-то же нашел вот такое чудо, которое называет себя экспертом, а потом – выпустил в эфир. А ведущий, не будь тряпкой и потаскухой, мог бы задавать вопросы, которые вернули бы эксперта с небес на землю. Например, что значить «злить Россию»? Что это за конструкция у «эксперта» на четвертом году войны с Россией и при наличии уже более десятка тысяч жертв наших военных и гражданских лиц. Вот такой вопрос должен был задать журналист, ибо очевидно, что перед тобой либо не эксперт, либо не украинский. В любом из двух этих случаев вменяемый журналист должен вести себя соответствующим образом.

При этом мы понимаем, что журналист вообще и СМИ, в частности, должны доносить до своей аудитрии различные точки зрения. Это -нормально. Только эта нормальность не должна касаться аспектов войны, в том числе – информационной войны. Тут очень простая конструкция, закрепленная Конституцией Украины. А там, кроме массы прав, имеется всего пара пунктов обязанностей гражданина Украины, в частности – обязанность защищать территориальную целостность и суверенитет Украины. Поскольку журналист сидит в кондиционированной студии и в гражданском платье, он явно не исполняет свои обязанности непосредственно, а раз так, обязан это делать на рабочем месте, доступными средствами.

Как мы уже отмечали выше, в Украине не осталось ни журналистики, ни журналистов. Все, что мы видим, либо не журналисты, либо по факту – не наши еноты.  Это грустный, но бесспорный факт. Тем не менее, нам бы хотелось привести пример правильного поведения журналиста в студии, который однажды продемонстрировал Роман Скрыпин и чего, насколько нам известно, он больше не демонстрирует. Так вот, в 2014 году, к нему в студию прибыл некто Нестор Шуфрич, прикидывающийся украинцем.  В процессе интервью Шуфрич топил за оккупанта и предлагал не гневить Москву, на что Скрыпин ему ответил, что надо делать что-то другое. Шуфрич, одев маску самой дорогой проститутки, изобразил крайнюю степень удивления и вопросил:

– Так что же тогда делать?

На что Скрыпин ответи:

– Убить их!

В этот момент мы увидели проблеск журналиста из страны, подвергшейся агрессии. В ситуации с тем «экспертом» журналист обязан был пендалями выгнать негодяя из студии, придавая ему ускорение микрофоном, видеокамерой и всем что попадется под руку. Вот так несколько раз пролечили бы этих экспертов и прочую дрянь, она бы сама перестала слоняться по студиям, лить помои и размазывать сопли. На том бы Гади и прочая сволочь кончилась бы. Но мы имеем не журналистов, а Насть, Шереметов и прочих.  В нашем случае, нужно перестать называть этим словом сволочь, которая явно понимает то, что происходит в стране, четко соображает, что и как говорить и в чью пользу, но прикрываясь риторикой о свободе слова нервно сгребает свои тридцать серебряников у посредников оккупанта или прямо из его рук.

Но скоро придет время и мы сами или вместе с американскими коллегами отследим ручейки бабла, которое текло в руки этим негодяям, которые в самое тяжелое время для страны с умным видом выслушивали «эксперта», рассказывающего о вреде вооружения Украины. О чем там можно говорить, если в телек влезла Гадя, говорящая это, или Сирожа, называющий себя журналистом, и убеждающий всех не давать Украине оружия, ассоциации и безвиза. По странному совпадению, это же самое требовали и требуют из Москвы.

В общем, смысла смотреть телевизор – нет. Можно то же самое увидеть на Окружной, на Броварском у метро Лисова или в определенных кабаках. Но там девчата не стесняются называться проститутками, а эти – делают то же самое, но называют себя журналистами. Так что до тех пор, пока эти Авгиевы конюшни не будут вычищены, слово «журналист» останется либо диагнозом, либо приговором.

«Психологини» готовятся покорять сердца — Мурманский вестник

Фото: телеканала СТС.

Рабочие моменты съемок.

В Москве продолжаются съемки сериала «Психологини». Он о трех девушках-экспертах, выпускницах факультета психологии. Врачеванием душ займутся красавицы-акт-рисы Анна Старшенбаум, Анастасия Панина и Софья Каштанова. А их терпеливыми пациентами мужского пола станут Егор Корешков, Роман Маякин и Дмитрий Ендальцев. Режиссер — Роман Фокин («Светофор», «Восьмидесятые» и «Крыша мира»).
Автору интервью и самой довелось поучаствовать в съемках. Но обо всем по порядку.
Все по-настоящему
Съемки сцены, в которой мне посчастливилось принять участие, проходили на территории Московского технологического университета. Несмотря на то, что погода в этот день была довольно прохладной, мерзнуть было некогда: работа шла полным ходом! Едва я подъехала на съемочную площадку, как меня тут же отловила и крепко взяла за руку помощница режиссера Анастасия.
— Сначала к костюмерам, а потом сразу на грим! — скомандовала она, а мне оставалось только повиноваться.
Мне предстоит сыграть ведущую новостей прямого эфира, поэтому и наряд подобран по всем правилам телевидения: строгий и неяркий. Черная мини-юбка и приталенный пиджак, под которым едва заметен розовый топ. Предлагают надеть миниатюрные серьги, и приходится объяснять, что уши у меня не проколоты. Решаем, что можно обойтись и без них.
Теперь — гримироваться
Меня проводят в гримерку и сажают перед огромным зеркалом. Пока мои волосы укладывают в пучок и делают макияж, обращаю внимание на прогуливающуюся по просторной гримерной комнате Аню Старшенбаум. У девушки в руках мобильный телефон, на котором она играет в какие-то довольно шумные игры.
Оказалось, что у актрисы закончилась смена, и она совсем скоро отправится домой. А пока может себе позволить таким незамысловатым образом снять напряжение после насыщенных эмоциями съемок.
В проекте Анна играет остроумную красавицу по имени Алина. По задумке сценаристов, ее героиня меняет мужчин как перчатки. Она пользуется успехом у представителей противоположного пола, но каждый ее роман заканчивается так же стремительно, как и начинался. А все оттого, что Алина боится серьезных отношений…
Но меня уже зовут на репетицию, а перед этим еще хотелось бы повторить текст своей роли. Поэтому, обменявшись с Анной улыбками, спешу на съемочную площадку.


В прямом эфире
Пройдя через холл учебного заведения, оказываюсь в помещении, переоборудованном под телевизионную студию. По сторонам установлены камеры, в центре стоит стол ведущей, за ним — удобный стул, на который мне и предлагают присесть. Перед началом съемок еще раз повторяю текст с режиссером, который благодаря своей харизме и юмору с первых секунд общения заряжает позитивом. Мандраж перед съемкой постепенно проходит, и теперь я даже не сомневаюсь: все получится!
— Говори спокойно, но уверенно, — просит режиссер и удаляется за спины операторов.
Конечно же, хотелось бы по-хвастаться, что все сняли с первого дубля, но, увы… Ощущая огромную ответственность и испытывая желание сделать все наилучшим образом, начинаю путать слова.
— Не волнуйся! — встает с режиссерского кресла Фокин и направляется ко мне. — Расслабься! Никто никуда не торопится. Если тебя смущает количество народа на площадке, то часть съемочный группы я могу попросить пока выйти.
Я отвечаю, что это вовсе не обязательно, все дело лишь в отсутствии опыта. Режиссер еще раз просит быть увереннее, отпускает пару ободряющих шуток в адрес своих коллег — и следует новый дубль.
Не успела я вдоволь насладиться ролью телеведущей, как Роман уже командует:
— Снято!
Отмечаю, что с момента моего приезда на площадку не прошло и часа. Меня вновь приглашают в гримерку, на этот раз — снимать грим.
В соседнем кресле перед зеркалом сидит Софья Каштанова, исполняющая одну из трех главных женских ролей.
— Не представляю, как вам каждый раз удается запоминать такие большие тексты и при этом воплощать образ на экране, а не думать о том, чтобы не пропустить какое-то слово, — на эмоциях делюсь с ней своими впечатлениями.
— Об этом лучше вообще не думать, иначе точно ничего не получится. Надо раскрепоститься! — с улыбкой учит меня Софья премудростям профессии.
Многолетняя дружба
Как оказалось, артисты «Психологинь» не только прекрасно общаются на съемках — многие дружили еще до начала работы в проекте. Так, например, Софья Каштанова, Роман Маякин и Анастасия Панина вместе учились в Школе-студии МХАТ, которую окончили в 2007 году. На съемках актеры обедают за одним столом и проводят свободное время вместе.
— Мне очень повезло: я снимаюсь с моими однокурсниками — что может быть лучше? — говорит Каштанова. — Жаль вот, что с Анечкой Старшенбаум мы не учились, она сказочная девушка и прекрасная актриса!
Самой же Софье — вернее, ее героине — предстоит сегодня эффектно пройти перед камерами по коридорам и сделать все возможное, чтобы попасть в рейтинговое телешоу. Ее персонаж — волевая и характерная красотка Виктория, зарабатывающая на жизнь тренингами «Как встретить настоящего мужчину — альфа-самца, воина и добытчика».
— Виктория — мощная девчонка! — характеризует свой персонаж актриса. — Таким девушкам сложно идти по жизни, ведь по натуре они лидеры, которые подавляют мужчин. С этой проблемой моей героине и предстоит разобраться в сериале.
Третью «психологиню» играет звезда сериалов «Физрук» и «Пасечник» Анастасия Панина. К слову, именно за сердце ее героини Тани развернется главная борьба в сериале. Татьяна — пай-девочка, отличница и профессионал, и она строит такие же правильные отношения с мужчинами. Только ее новый пациент Илья (Роман Маякин) заставляет изменить отношение девушки к жизни и задуматься, нужен ли ей бойфренд-зануда Андрей (Дмитрий Ендальцев).
— У каждого в жизни есть проблемы психологического плана, независимо от того, в какой области он работает, даже если он Фрейд, — рассуждает о своем персонаже Дмитрий Ендальцев, которого зрители знают по сериалу «Беглые родственники» и фильмам «Гороскоп на удачу» и «Конец прекрасной эпохи». — Что касается моего героя — это простой интеллигентный парень с твердой жизненной позицией, идеальный будущий муж и строитель правильной жизни. Персонаж этот мне интересен, как и сама история. Кроме того, здесь работают мои друзья и режиссер, который по-настоящему любит свою профессию. А для меня важно, чтобы на площадке были люди, максимально заинтересованные в процессе и результате, тогда это превращается в тот самый случай, когда работа и есть удовольствие.
«Психологини» выйдут на экран уже в этом телевизионном сезоне. И создатели проекта уверены, что зрителям, которые посмотрят этот фильм, удастся заглянуть в личную жизнь психологов и увидеть, как на самом деле живут те, кто, казалось бы, знает о людях все. Главные героини оказываются сапожниками без сапог: психологами, которые сами не прочь найти консультанта по личным вопросам. Ведь универсальная формула счастья неизвестна даже профессионалам.

экспертов по COVID-19 из Техасской системы A&M борются со страхом с помощью фактов -19.

Они борются со страхом фактами. Они предлагают успокаивающий контекст, возникший в результате десятилетий изучения пандемий и коронавирусов.

«Неудивительно, что к нам обращается так много авторитетов, — сказал Джон Шарп, канцлер Техасской системы A&M.«Здесь ученые обладают уникальной квалификацией, чтобы помочь политикам и обычным людям понять эту вспышку».

 

 

Федеральные чиновники в Вашингтоне, округ Колумбия, и руководители штатов в Остине обратились к экспертам по пандемии в Школе государственного управления и государственной службы Буша Техасского университета A&M, где Институт международных отношений Скоукрофта предлагает политические рекомендации по предотвращению и реагированию.

 

Среди экспертов Dr.Джеральд Паркер, который также является заместителем декана Global One Health в Университетском колледже ветеринарной медицины и биомедицинских наук.

 

Доктор Паркер — бывший заместитель министра химической и биологической защиты в Министерстве обороны США и бывший помощник министра по вопросам готовности и реагирования в Министерстве здравоохранения и социальных служб.

 

«Это совершенно новый вирус, — сказал доктор Паркер. — Мы так многого не знаем, что это естественным образом вызывает тревогу у людей.

 

«Но то, что мы делаем сегодня, феноменально намного лучше, чем 20 лет назад», — сказал Паркер. «Научные предприятия по всему миру реагируют с беспрецедентной скоростью».

 

Еще один ведущий ученый — доктор Бен Нойман, заведующий кафедрой биологии Техасского университета A&M в Тексаркане, исследователь, работавший с коронавирусами в течение 24 лет.

 

Доктор Нойман входит в состав международного комитета, который дал название последнему вирусу, и у него брали интервью репортеры из Европы и Азии, а также из Северной Америки.

 

«Коронавирусы на самом деле не хотят вас убивать, они действительно хотят спрятаться», — сказал доктор Нойман. «Они очень хороши в том, чтобы незаметно обойти вашу иммунную систему и перерезать все провода, которые дали бы вашему телу знать, что оно инфицировано.

 

«Когда вы или я заболеваем, — добавил он, — у нас внутри достаточно вирусов, чтобы заразить каждого человека на земле — просто сконцентрировавшись в одном теле. Это своего рода чудо, что все не болеют все время.

 

«Наша иммунная система отлично справляется со своей работой. И, честно говоря, именно это делает жизнь возможной».

Доктор Паркер призывает людей обращаться за советом в Центр по контролю за заболеваниями США, в Департамент здравоохранения штата Техас и в местные органы здравоохранения.

 

«Мы должны быть готовы к тому, что в нашем сообществе будет больше случаев», — сказал он. — Но не нужно паниковать.

 

О системе Техасского университета A&M

Система Техасского университета A&M является одной из крупнейших систем высшего образования в стране с бюджетом в 6 долларов.3 миллиарда. Через сеть из 11 университетов штата, комплексный центр медицинских наук, восемь государственных агентств и кампус RELLIS Техасская система A&M обучает более 151 000 студентов и устанавливает более 22 миллионов дополнительных образовательных контактов в рамках сервисных и информационно-просветительских программ каждый год. Общесистемные расходы на исследования и разработки превысили 1 миллиард долларов в 2019 финансовом году и помогли стимулировать экономику штата.

 

Контактное лицо: Майк Рейли

Директор по коммуникациям

(979) 458-6492

(402) 679-0456 моб.

 

Систематика доказательств: эксперты, факты, мнения и суды

В деле Darby Properties Limited и другом против Lloyds Bank plc Мастер Мэтьюз вынес решение по делу, касающемуся допустимости экспертного заключения в деле о продуктах хеджирования процентных ставок.

Многое из того, что мастер говорит о подходе к КПП 35 , условно. Он процитировал и применил решение Эванс-Ломбе Дж. по делу Barings plc против Куперсона по вопросу о приемлемости и решение Уоррена Дж. по делу British Airways против Спенсера (дело, которое я прокомментировал ранее ) по вопросу о разумных необходимость. В своем решении капитан расходился с мнением, высказанным королевским адвокатом Королевским Высочеством Хэвлоком-Алланом в решении Торгового суда по делу St Dominic’s Limited против RBS plc (несообщается) относительно того, существует или нет в контексте хеджирования процентных ставок продукты, орган экспертизы, «руководствующийся признанными правилами поведения».Перефразируя мастера Мэтьюза, вполне могут быть люди, которые много знают о продуктах хеджирования процентных ставок, но это не одно и то же.

Тем не менее, интересный вопрос, рассматриваемый в Darby , заключается не в подходе к CPR 35, а в том, применяется ли он в первую очередь. Адвокат Дарби может пожалеть, что процитировал дело Верховного суда Kennedy v Cordia (Services) LLP . Это была апелляция от дополнительной палаты Внутренней палаты Сессионного суда Шотландии.Это дело привлекло внимание английского магистра к различию в доказательной таксономии (мой термин), которое не существует в английском праве, но, по-видимому, существует в шотландском праве.

Дело вот в чем: ни Закон о доказательствах по гражданским делам 1972 , ни CPR не дают определения «экспертных доказательств». Однако это должно означать экспертное «мнение».

Доказательство мнения обычно недопустимо, но есть исключение, когда лицо, высказывающее свое мнение, является «экспертом».Эксперт может свидетельствовать о факте, как и любой другой, единственным ограничением является его релевантность. Судебно-медицинский патологоанатом (если использовать пример мастера Мэтьюза) может дать показания о том, что они видели, когда производили вскрытие: кровь здесь, рваные раны там, обесцвечивание повсюду. Для такого рода доказательств не требуется никакого разрешения. Чего они не могут дать без разрешения, так это своего экспертного заключения о причине смерти, например (хотя суд может дать разрешение, потому что эксперт, в отличие от большинства из нас, имеет для этого некоторую полезную квалификацию).

Закон

Шотландии определяет третью категорию доказательств, которые, как мы узнаем из Кеннеди , требуют решения относительно допустимости. Это фактические доказательства, предоставленные экспертом, но основанные на его специальных знаниях или опыте. Пример Lords Reed and Hodge JJSC, приведенный в пункте 42 их совместного решения, является примером:

«… сотрудники полиции, прошедшие специальную подготовку и имеющие значительный опыт работы с преступными группировками, для дачи показаний о культуре банд, местах их объединения и знаках, по которым члены банд связывали себя с конкретными бандами.

Решение по делу Darby состоит в том, что такого различия не существует в Англии и Уэльсе: полицейские в примере Kennedy вполне могли бы давать показания в английских судах без разрешения, хотя им не было бы позволено высказывать мнение, например, что конкретный человек был членом определенной банды. Поэтому мастер Мэтьюз придерживался мнения, что доказательства, касающиеся практики на рынке продуктов хеджирования процентных ставок и характеристик продукта, не требуют заключения экспертов; они просто требовали фактов и объяснений.Соответственно, CPR 35 не применялся. В той мере, в какой предлагаемые доказательства касались пригодности или адекватности продукта, требовалось разрешение (и в нем было отказано).

Практический результат для вечеринок двоякий:

  • Существует требование (на самом деле всегда было) тщательно проанализировать, является ли доказательство, которое вы предлагаете назвать, просто фактическим доказательством или доказательством мнения. Это требование было подчеркнуто в Darby .
  • В небольшой статье легко привести примеры, удобно расположенные по обе стороны яркой грани между фактом и мнением. Реальный мир другой, и можно легко представить споры, возникающие между сторонами о применимости CPR 35, не в последнюю очередь в обстоятельствах, когда практикующие врачи часто предполагают, что присутствие «эксперта» требует разрешения, независимо от содержания их свидетельство. Умный юрист исследует, как можно использовать эту неопределенность.

Литтлтон Чемберс Грэм Андерсон

Риски сидения: насколько вредно слишком много сидеть?

Когда вы сидите, вы тратите меньше энергии, чем когда стоите или двигаетесь. Исследования связывают длительное сидение с рядом проблем со здоровьем. Они включают ожирение и группу состояний — повышенное кровяное давление, высокий уровень сахара в крови, избыток жира в области талии и аномальный уровень холестерина — которые составляют метаболический синдром.Слишком много сидения в целом и длительные периоды сидения также увеличивают риск смерти от сердечно-сосудистых заболеваний и рака.

Любое длительное сидение — например, за столом, за рулем или перед экраном — может быть вредным. Анализ 13 исследований времени сидения и уровня активности показал, что те, кто сидел более восьми часов в день без физической активности, имели риск смерти, аналогичный риску смерти, связанному с ожирением и курением. Однако, в отличие от некоторых других исследований, этот анализ данных более чем 1 миллиона человек показал, что от 60 до 75 минут умеренно интенсивной физической активности в день нейтрализуют последствия слишком долгого сидения.Другое исследование показало, что время сидения мало влияет на смертность наиболее активных людей.

Необходимы дополнительные исследования влияния сидения и физической активности на здоровье. Тем не менее, кажется очевидным, что меньшее количество сидения и больше движения в целом способствуют улучшению здоровья. Вы можете начать просто стоять, а не сидеть, когда у вас есть возможность, или найти способы ходить во время работы. Например:

  • Делайте перерыв каждые 30 минут.
  • Встаньте во время разговора по телефону или просмотра телевизора.
  • Если вы работаете за письменным столом, попробуйте стоячий стол или импровизируйте с высоким столом или стойкой.
  • Ходите вместе с коллегами на встречи, а не сидите в конференц-зале.
  • Расположите рабочую поверхность над беговой дорожкой — с экраном компьютера и клавиатурой на подставке или на специальном вертикальном столе, готовом для беговой дорожки, — чтобы вы могли быть в движении в течение всего дня.

Воздействие движения — даже неторопливого движения — может быть огромным. Во-первых, вы будете сжигать больше калорий.Это может привести к потере веса и увеличению энергии. Кроме того, физическая активность помогает поддерживать мышечный тонус, способность двигаться и психическое благополучие, особенно с возрастом.

Получите самую свежую медицинскую информацию от экспертов Mayo Clinic.

Зарегистрируйтесь бесплатно и будьте в курсе научных достижений, советов по здоровью и актуальных тем, связанных со здоровьем, таких как COVID-19, а также экспертных знаний по управлению здоровьем.

Узнайте больше об использовании данных Mayo Clinic.

Чтобы предоставить вам наиболее актуальную и полезную информацию, а также понять, какие информация полезна, мы можем объединить вашу электронную почту и информацию об использовании веб-сайта с другая информация о вас, которой мы располагаем. Если вы пациент клиники Майо, это может включать защищенную информацию о здоровье.Если мы объединим эту информацию с вашей защищенной медицинской информации, мы будем рассматривать всю эту информацию как информацию и будет использовать или раскрывать эту информацию только так, как указано в нашем уведомлении о практики конфиденциальности. Вы можете отказаться от получения сообщений по электронной почте в любое время, нажав на ссылка для отписки в письме.

Подписаться!

Спасибо за подписку

Наш электронный информационный бюллетень Housecall будет держать вас в курсе самой последней медицинской информации.

Извините, что-то пошло не так с вашей подпиской

Повторите попытку через пару минут

Повторить попытку

  • Сменная работа и дневной сон
  • Сон и псориатический артрит
Авг.21, 2020 Показать ссылки
  1. Лейкервельд Дж. и др. Слишком много сидит: иерархия социально-демографических коррелятов. Профилактическая медицина. 2017;101:77.
  2. Saeidifard F, et al. Различия в расходе энергии сидя и стоя: систематический обзор и метаанализ. Европейский журнал профилактической кардиологии. 2018;25:522.
  3. Продолжительное сидение связано с серьезным риском для здоровья и смертью. Американская академия семейных врачей. https://www.aafp.org/news/health-of-the-public/20150127sitting.HTML. По состоянию на 10 апреля 2018 г.
  4. Диаз К.М. и др. Модели малоподвижного образа жизни и смертности среди людей среднего и пожилого возраста в США: национальное когортное исследование. Анналы внутренней медицины. 2017;167:465.
  5. Biddle SJH и др. Слишком много сидения и смертность от всех причин: есть ли причинно-следственная связь? Общественное здравоохранение BMC. 2016;16:635.
  6. Экелунд У. Инфографика: физическая активность, время сидения и смертность. Британский журнал спортивной медицины. В прессе. По состоянию на 10 апреля 2018 г.
Посмотреть больше ответов экспертов

.

Будущее правды и дезинформации в Интернете


 
В конце 2016 года Оксфордский словарь выбрал слово года «постправда», определив его как «относящийся к обстоятельствам или обозначающий их, при которых объективные факты оказывают меньшее влияние на формирование общественного мнения, чем апелляции к эмоциям и личным убеждениям. ”

Голосование по Brexit 2016 года в Соединенном Королевстве и бурное голосование в США.Президентские выборы в С. показали, как цифровая эпоха повлияла на новости и культурные нарративы. Новые информационные платформы подпитывают древний инстинкт людей, который должен найти информацию, которая совпадает с их точками зрения: исследование 2016 года, в ходе которого было проанализировано взаимодействие 376 миллионов пользователей Facebook с более чем 900 новостными агентствами, показало, что люди склонны искать информацию, которая соответствует их взглядам.

Это делает многих уязвимыми для принятия дезинформации и действий на ее основе. Например, после того, как в июне 2017 года в фейковых новостях сообщалось, что основатель Ethereum Виталик Бутерин погиб в автокатастрофе, его рыночная стоимость упала на 4 миллиарда долларов.

Дезинформация — это не проблема с сантехникой, которую нужно устранить. Это социальное состояние, подобное преступности, которое вы должны постоянно контролировать и приспосабливаться.
Том Розенстил

Когда BBC Future Now взяла интервью у группы из 50 экспертов в начале 2017 года о «грандиозных проблемах, с которыми мы сталкиваемся в 21-м -м веке», многие назвали отказ от надежных источников информации. «Главная новая проблема в освещении новостей — это новая форма правды», — сказал Кевин Келли, соучредитель журнала Wired.«Правда больше не диктуется властями, а объединяется равными. На каждый факт есть контрфакт, и все эти контрфакты и факты выглядят одинаково в Интернете, что сбивает с толку большинство людей».

американцев обеспокоены этим: исследование Pew Research Center, проведенное сразу после выборов 2016 года, показало, что 64% ​​взрослых считают, что фальшивые новости вызывают большую путаницу, а 23% заявили, что сами делились сфабрикованными политическими историями — иногда по ошибке, а иногда намеренно. .

Возникает вопрос: что произойдет с информационной онлайн-средой в ближайшее десятилетие? Летом 2017 года Исследовательский центр Пью и Центр Imagining the Internet при Университете Элона провели большой опрос технологов, ученых, практиков, стратегов и других, попросив их отреагировать на такую ​​постановку вопроса:

.

Распространение «фейковых новостей» и распространение фальшивых нарративов, распространяемых людьми и ботами в Интернете, бросает вызов издателям и платформам.Те, кто пытается остановить распространение ложной информации, работают над созданием технических и человеческих систем, которые могут отсеять ее и свести к минимуму способы, которыми боты и другие схемы распространяют ложь и дезинформацию.

Вопрос: Появятся ли в ближайшие 10 лет надежные методы для блокировки ложных нарративов и обеспечения преобладания наиболее точной информации в общей информационной экосистеме? Или качество и достоверность информации в сети ухудшится из-за распространения недостоверных, а иногда и опасных, социально дестабилизирующих идей?

Затем респондентам было предложено выбрать один из следующих вариантов ответа:

Информационная среда улучшится — В ближайшие 10 лет информационная среда будет УЛУЧШЕНА за счет изменений, которые уменьшат распространение лжи и другой дезинформации в Интернете.

Информационная среда НЕ улучшится — В следующие 10 лет информационная среда НЕ БУДЕТ улучшена за счет изменений, направленных на сокращение распространения лжи и другой дезинформации в Интернете.

Около 1116 человек ответили на эту ненаучную агитацию: 51 % выбрали вариант, что информационная среда не улучшится, а 49 % сказали, что информационная среда улучшится. (Подробности об этом образце см. в разделе «Об этом опросе экспертов».) Затем участников попросили объяснить свои ответы. В настоящем отчете основное внимание уделяется этим последующим ответам.

Их рассуждения выявили широкий спектр мнений о природе этих угроз и наиболее вероятных решениях, необходимых для их устранения. Но общие и конкурирующие темы были ясны: те, кто не думал, что ситуация улучшится, считали, что люди в основном формируют технологические достижения для своих собственных, не совсем благородных целей, и что плохие деятели с плохими мотивами будут мешать лучшим усилиям технологических новаторов по решить сегодняшние проблемы.

А те, кто больше всего надеялся, верили, что технологические исправления могут быть реализованы, чтобы выявить лучших ангелов, направляющих человеческую природу.

В частности, 51% этих экспертов, которые ожидают, что ситуация не улучшится , как правило, ссылались на две причины:

Экосистема фейковых новостей охотится на некоторые из наших самых глубоких человеческих инстинктов: Респонденты заявили, что основное стремление людей к успеху и власти — их инстинкт «выживания» — продолжит ухудшать информационную онлайн-среду в следующем десятилетии.Они предсказали, что манипуляторы будут использовать новые цифровые инструменты, чтобы воспользоваться врожденным предпочтением людей к комфорту и удобству и их тягой к ответам, которые они находят в усиливающих эхо-камерах.

Наш мозг не приспособлен для борьбы с темпами технологических изменений: Эти респонденты заявили, что растущая скорость, доступность и эффективность Интернета и новые онлайн-приложения будут усиливать эти человеческие тенденции и что технологические решения не смогут преодолеть их.Они предсказали будущий информационный ландшафт, в котором фальшивая информация вытесняет достоверную. Некоторые даже предвидели мир, в котором широко распространенное информационное мошенничество и массовые манипуляции заставят широкие слои населения просто отказаться от информированного участия в общественной жизни.

49% этих экспертов, которые ожидают, что ситуация улучшится обычно переворачивают это рассуждение:

Технологии могут помочь решить эти проблемы: Эти полные надежды эксперты говорят, что растущая скорость, охват и эффективность Интернета, приложений и платформ могут быть использованы для обуздания фейковых новостей и дезинформационных кампаний.Появятся некоторые предсказанные лучшие методы для создания и продвижения надежных, основанных на фактах источников новостей.

Человеческой природе свойственно собираться вместе и решать проблемы: Обнадеживающие эксперты в этом опросе высказали мнение, что люди всегда приспосабливались к изменениям и что нынешняя волна проблем также будет преодолена. Они отметили, что дезинформация и недобросовестные деятели существовали всегда, но в конечном итоге были маргинализированы умными людьми и процессами. Они ожидают, что действующие лица, действующие из лучших побуждений, будут работать вместе, чтобы найти способы улучшить информационную среду.Они также считают, что повышение информационной грамотности граждан позволит людям судить о достоверности содержания материалов и, в конечном итоге, повысит тон обсуждения.

Большинство участников этой агитации подробно изложили свои взгляды. Некоторые предпочли, чтобы их имена были связаны с их ответами; другие предпочли ответить анонимно. Эти результаты не отражают всех возможных точек зрения, но они раскрывают широкий спектр поразительных наблюдений.

Респонденты коллективно сформулировали несколько основных тем, связанных с этими выводами, которые пояснены в разделах под следующей диаграммой.За этим резюме следуют несколько более длинных дополнительных наборов ответов, связанных с этими темами.

В следующем разделе представлен обзор тем, обнаруженных в письменных ответах, включая небольшую подборку репрезентативных цитат, подтверждающих каждый пункт. Некоторые комментарии слегка отредактированы по стилю или длине.

Тема 1: Информационная среда не улучшится: проблема в природе человека

Большинство респондентов, ожидающих ухудшения состояния окружающей среды, считают, что виновата человеческая природа.Например, Кристиан Х. Хуйтема , бывший президент Совета по архитектуре Интернета, прокомментировал: «Качество информации не улучшится в ближайшие годы, потому что технологии не могут так сильно улучшить человеческую природу».

Эти эксперты предсказали, что проблема дезинформации будет усиливаться, потому что плохие стороны человеческой природы преувеличены злоумышленниками, использующими передовые онлайн-инструменты на скорости Интернета в огромных масштабах.

Качество информации не улучшится в ближайшие годы, потому что технологии не могут настолько улучшить человеческую природу.
Кристиан Х. Хуйтема

Том Розенстил , автор, директор Американского института прессы и старший научный сотрудник Института Брукингса, прокомментировал: «Какие бы изменения ни вносили платформенные компании, какие бы инновации ни внедряли специалисты по проверке фактов и другие журналисты, те, кто хочет обманывать, приспосабливаются. им. Дезинформация — это не проблема с сантехникой, которую вы решаете. Это социальное состояние, подобное преступности, которое вы должны постоянно контролировать и приспосабливаться.Еще в эпоху радио и раньше, как сказал Уинстон Черчилль, «ложь может обойти весь мир до того, как правда наденет штаны».

Майкл Дж. Огиа , писатель, редактор и журналист из Европы, сказал, что ожидает ухудшения информационной среды по пяти причинам: «1) распространение дезинформации и ненависти; 2) Воспаление, социокультурный конфликт и насилие; 3) Распад общепринятых/согласованных знаний и того, что составляет «факт».4) Новый цифровой разрыв между теми, кто подписан (и в конечном итоге контролируется) на дезинформацию, и теми, кто «просвещен» информацией, основанной на разуме, логике, научном исследовании и критическом мышлении. 5) Дальнейшее разделение между сообществами, так что чем больше мы связаны, тем дальше друг от друга. И много других.»

Лия Ливроу, , профессор кафедры информационных исследований Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, заметила: «Так много игроков и интересов рассматривают онлайн-информацию как уникально мощный фактор, формирующий индивидуальные действия и общественное мнение таким образом, чтобы это служило их экономическим интересам. или политические интересы (маркетинг, политика, образование, научные споры, общественная идентичность и солидарность, поведенческое «подталкивание» и т. д.). Эти очень разные игроки, вероятно, будут выступать против (или пытаться ниспровергнуть) технологическое или политическое вмешательство или другие попытки обеспечить качество и особенно бескорыстность информации».

Подтема: Больше людей = больше проблем. Непрерывный рост Интернета и ускорение инноваций позволяют большему количеству людей и искусственному интеллекту (ИИ) создавать и мгновенно распространять манипулятивные нарративы

Хотя пропаганда и манипулирование общественностью с помощью лжи — это тактика, стара как род человеческий, многие из этих экспертов предсказывали, что скорость, охват и низкая стоимость онлайн-общения, а также постоянно появляющиеся инновации значительно повысят уровень угрозы.Профессор университета в Вашингтоне, округ Колумбия, сказал: «Практически невозможно внедрить масштабные решения — поверхность атаки слишком велика, чтобы ее можно было успешно защитить».

Джерри Михальски, футуролог из и основатель REX, ответил: «Надежность нашей информационной среды снизится в течение следующего десятилетия, потому что: 1) плохие актеры могут легко и недорого действовать плохо; 2) Потенциальные технические решения, основанные на сильной идентификации и публичном голосовании (например), не решат проблему в полной мере; и 3) для разработки реальных решений, основанных на реальных доверительных отношениях, потребуется время — вероятно, более десяти лет.

Реализовать масштабные решения практически невозможно — поверхность атаки слишком велика, чтобы ее можно было успешно защитить.
Анонимный профессор

Директор института и профессор университета сказал: «Интернет — это угроза «ядерной зимы» 21-го века, и нет эквивалентной международной структуры для нераспространения или разоружения. Общественность может осознать разрушительную силу ядерного оружия так, как никогда не поймет крайне разъедающей силы Интернета для цивилизованного общества, когда нет надежного механизма для определения того, что люди могут считать правдой или ложью.

Боб Франкстон , пионер Интернета и разработчик программного обеспечения, сказал: «Я всегда думал, что «Майн кампф» можно опровергнуть, имея достаточно информации. Теперь я чувствую, что люди будут склонны искать подтверждения своим предубеждениям, и радикальная прозрачность не прольет очищающий свет».

Дэвид Харрис , заместитель исполнительного директора Foresight Canada, ответил: «Все больше и больше история пишется, переписывается и исправляется, потому что все больше и больше людей имеют способы и средства для этого.Поэтому появляется все больше информации, которая конкурирует за внимание, за доверие и за влияние. Конкуренция усложнит и усилит поиск правды. Конечно, многих интересует не столько правдивость, сколько победа в конкурсе».

Гленн Иденс , технический директор по техническому резерву в PARC, компании Xerox, прокомментировал: «Дезинформация — это улица с двусторонним движением. Производители имеют простую издательскую платформу для охвата широкой аудитории, и эта аудитория стекается к источникам.Аудитория обычно ищет информацию, которая соответствует их системе убеждений, так что это действительно сложная проблема».

Подтема: Люди по своей природе эгоистичны, племенны, доверчивы и ищут выгоды, которые больше всего доверяют тому, что кажется знакомым

Респонденты, которые поддержали эту точку зрения, отметили, что действия людей — от сознательно злонамеренных и стремящихся к власти действий до кажущихся более безобидными действий, предпринятых для комфорта или удобства — будут работать на подрыв здоровой информационной среды.

Люди в таких системах, как Facebook, все больше превращаются в «эхо-камеры» тех, кто думает одинаково. Они будут удалять из друзей тех, кто этого не делает, и распространять слухи и фальшивые новости, которые согласуются с их точкой зрения.
Старр Роксана Хилц

Исполнительный консультант из Северной Америки написал: «Все сводится к мотивации: для правды нет рынка. Общественность не заинтересована в поиске проверенной, проверенной информации.Они счастливы слышать то, что подтверждает их взгляды. И люди могут получить больше, создавая фальшивую информацию (как в деньгах, так и в известности), чем они могут предотвратить ее появление».

Серж Марелли , ИТ-специалист, работающий в Сети и с ней, написал: «Как группа люди «глупы». Это «групповой разум» или «групповой феномен» или, как сказал Джордж Карлин, » Никогда не недооценивайте силу глупых людей в больших группах.» Далее, у вас есть Кьеркегор, который сказал: «Люди требуют свободы слова в качестве компенсации за свободу мысли, которой они редко пользуются.И, наконец, Еврипид сказал: «Говори с дураком разумно, и он назовет тебя дураком».

Старр Роксана Хилц , выдающийся профессор информационных систем и соавтор дальновидной книги 1970-х годов «Сетевая нация», ответила: «Люди в таких системах, как Facebook, все чаще превращаются в «эхо-камеры» тех, кто думает одинаково. Они будут удалять из друзей тех, кто этого не делает, и распространять слухи и фальшивые новости, которые согласуются с их точкой зрения. Когда президент У.С. часто нападает на традиционные СМИ и любого, кто не согласен с его «альтернативными фактами», это плохая новость для всплеска надежных и заслуживающих доверия фактов, циркулирующих в социальных сетях».

Найджел Кэмерон , редактор отдела технологий и будущего и президент Центра политики в области новых технологий, сказал: «Человеческая природа НИКОГДА не изменится (хотя ею, конечно, можно манипулировать). И политическая обстановка плохая».

Ян О’Бирн , доцент Чарльстонского колледжа, ответил: «Человеческая природа возьмет верх, поскольку непристойное часто бывает сексуальнее, чем факты.Существует несколько информационных потоков, публичных и частных, которые распространяют эту информацию в Интернете. Мы также не можем доверять предприятиям и отраслям, которые разрабатывают и облегчают эти цифровые тексты и инструменты, для внесения изменений, которые значительно улучшат ситуацию».

Грег Суонсон , медиа-консультант ITZonTarget, отметил: «Чтобы отличить достоверные новости от поддельных, требуется доверенный судья. Кажется маловероятным, что правительство может играть значимую роль в качестве этого арбитра.Мы слишком поляризованы. И мы пришли к выводу, что команды телевизионных новостей представляют разные точки зрения, и, в зависимости от вашей политики, сеть, которая не представляет ваши взгляды, виновна в «фальшивых новостях». пользоваться всеобщим доверием».

Ричард Лахманн , профессор социологии Государственного университета Нью-Йорка в Олбани, ответил: «Несмотря на то, что системы, [которые] помечают недостоверную информацию, могут и будут разрабатываться, пользователи Интернета должны быть готовы воспользоваться этими предупреждениями.Слишком много американцев будут жить в политических и социальных субкультурах, которые будут отстаивать ложную информацию и поощрять использование сайтов, предоставляющих такую ​​ложную информацию».

Среди этих экспертов-респондентов также были те, кто сказал, что несправедливость, предполагаемая и реальная, лежит в основе большей части дезинформации.

Профессор Массачусетского технологического института заметил: «Я рассматриваю эту проблему как социально-экономическое решение: большее равенство и справедливость приведут к гораздо большему, чем война ботов против фактов.Контроль «шума» — это не столько технологическая проблема, сколько человеческая проблема, проблема веры, идеологии. Глубокие уровни необоснованных убеждений о вещах, как священных, так и мирских, существовали до появления «фальшивых новостей». Системы убеждений — а не «истины» — помогают укрепить идентичность, наладить отношения, объяснить необъяснимое».

Джулиан Сефтон-Грин , профессор нового медиаобразования в Университете Дикина в Австралии, сказал: «Информационная среда является продолжением социальной и политической напряженности.Невозможно сделать информационную среду рациональным, бескорыстным пространством; она всегда будет восприимчива к давлению».

Респондент , связанный с Центром Беркмана Кляйна по вопросам Интернета и общества Гарвардского университета , написал: «Демократизация публикации и потребления, которую представляет сетевая сфера, слишком обширна, чтобы можно было добиться каких-либо значимых улучшений с точки зрения контроля или маркировки информации. Люди будут продолжать баловать свои собственные когнитивные предубеждения.

Подтема: В существующих экономических, политических и социальных системах влиятельные лидеры корпораций и правительств, которые в наибольшей степени способны улучшить информационную среду, получают наибольшую прибыль, когда она находится в суматохе

Большое количество респондентов заявили, что интересы наиболее мотивированных акторов, в том числе в мире бизнеса и политики, как правило, не мотивированы на «исправление» распространения дезинформации. Эти игроки станут ключевым фактором ухудшения информационной среды в ближайшие годы и/или отсутствия каких-либо серьезных попыток эффективно смягчить проблему.

Скотт Шэмп , декан Университета штата Флорида, прокомментировал: «Слишком много групп получают власть за счет распространения неточной или вводящей в заблуждение информации. Когда в дезинформации есть ценность, она будет править».

Крупные политические игроки только что научились играть в эту игру. Я не думаю, что они приложат много усилий для его устранения.
Збигнев Лукасяк

Алекс «Сэнди» Пентланд , член Национальной инженерной академии США и Всемирного экономического форума, прокомментировал: «Мы знаем, как резко улучшить ситуацию, основываясь на исследованиях политических и подобных прогнозов.Чего мы не знаем, так это того, как сделать это процветающим бизнесом. Нынешние [информационные] модели основаны на приманке, и это не является основой устойчивой экономической модели».

Стивен Даунс , исследователь Национального исследовательского совета Канады, написал: «Ситуация не улучшится. Слишком много стимулов для распространения дезинформации, фейковых новостей, вредоносных программ и всего остального. Правительства и организации являются основными действующими лицами в этом пространстве».

Анонимный респондент сказал: «Актеры могут извлечь выгоду в социальном, экономическом и политическом плане, манипулируя информационной средой.Пока существуют эти стимулы, акторы найдут способ их использовать. Эти преимущества не поддаются технологическому разрешению, поскольку они носят социальный, политический и культурный характер. Решение этой проблемы потребует более масштабных изменений в обществе».

Ряд респондентов назвали рыночный капитализм основным препятствием для улучшения информационной среды. Профессор из Северной Америки сказал: «[Это] капиталистическая система. Информация, которая будет распространяться, будет предвзятой, основанной на денежных интересах.

Сет Финкельштейн , программист-консультант и лауреат премии «Пионер» от Electronic Freedom Foundation, прокомментировал: «Кажется, практически все структурные стимулы для распространения дезинформации ухудшаются».

Исследователь данных из Европы написал: «Информационная среда построена на основе телекоммуникационных инфраструктур и услуг, разработанных в соответствии с идеологией свободного рынка, где «правда» или «факт» полезны только до тех пор, пока они могут быть коммодифицированы как рыночные продукты.

Збигнев Лукасяк , бизнес-лидер из Европы, написал: «Крупные политические игроки только что научились играть в эту игру. Я не думаю, что они приложат много усилий, чтобы устранить его».

Вице-президент по государственной политике в одной из ведущих мировых развлекательных и медиа-компаний прокомментировал: «Небольшое количество доминирующих онлайн-платформ не имеет навыков или этического центра для создания ответственных систем, технических или процедурных.Они избегают ответственности за влияние своих изобретений на общество и не разработали никаких принципов или практик, которые могли бы решать сложные проблемы. Они похожи на биомедицинские или ядерно-технологические фирмы, в которых отсутствуют какие-либо правила этики, обучение этике или философия. Хуже того, их активная философия заключается в том, что оценка и реагирование на вероятные или потенциальные негативные последствия их изобретений не являются их обязанностями и даже не должны этого делать».

Патрисия Ауфдерхайде , профессор коммуникаций и основатель Центра СМИ и социального воздействия Американского университета, сказала: «Основные интересы недостаточно инвестируются в надежность для создания новых бизнес-моделей и политических и нормативных стандартов, необходимых для перехода.… В целом существуют мощные силы, в том числе корпоративные инвестиции в бизнес-модели, основанные на слежке, которые создают множество стимулов для ненадежности, соглашения о «невидимом рукопожатии» с правительствами, препятствующие изменению моделей слежки, международный шпионаж на правительственном и корпоративном уровне в сочетании с посредственными криптография и плохое использование белых хакеров, низкие образовательные стандарты в крупных промышленно развитых странах, таких как США, и фундаментальные недостатки в США.S. политическая/избирательная система, поощряющая использование ненадежности. Было бы замечательно поверить в обратное, и я надеюсь, что другие комментаторы смогут убедить меня в обратном».

Джеймс Шлаффер , доцент кафедры экономики, прокомментировал: «Информацию курируют люди, которые сделали шаг в сторону от объективности, которая была девизом журналистики. Конфликт продает, особенно оппозиционной партии, поэтому у оппозиционного информационного агентства будет стимул продвигать нарратив и повестку дня.Любые меры предосторожности будут выступать как способ дальнейшего контроля над нарративом и пропаганды среди населения».

Подтема: Человеческие наклонности и инфоперенасыщение разъединяют людей и мешают им договориться об «общеизвестном». Это затрудняет здоровую дискуссию и дестабилизирует доверие. Угасание средств массовой информации усугубляет проблему

Многие респонденты выразили беспокойство по поводу того, как борьба людей за поиск и применение точной информации способствует возникновению более крупной социальной и политической проблемы: растет дефицит общепринятых фактов или своего рода культурных «общих точек зрения».Почему это произошло? Они назвали несколько причин:

  • Онлайновые эхо-камеры или бункеры делят людей на отдельные лагеря, иногда даже побуждая их выражать гнев и ненависть в такой степени, которой не было в предыдущих формах общения.
  • Информационная перегрузка снижает концентрацию внимания людей. Их механизм выживания состоит в том, чтобы обратиться к развлечениям или другим более легким заработкам.
  • Высококачественная журналистика была уничтожена из-за изменений в экономике внимания.

Они сказали, что эти и другие факторы мешают многим людям в эпоху цифровых технологий создавать и делиться «общеизвестными знаниями», которые лежат в основе более эффективной и более гибкой государственной политики.Часть респондентов заявила, что отсутствие общедоступных знаний заставляет многих в обществе сомневаться в достоверности всего, заставляя их просто выпадать из гражданского участия, уменьшая число активных и информированных граждан.

Джамаис Касио , выдающийся научный сотрудник Института будущего, отметил: «Мощь и разнообразие очень недорогих технологий, позволяющих неискушенным пользователям создавать правдоподобные «альтернативные факты», быстро растут. Важно отметить, что цель этих инструментов не обязательно состоит в том, чтобы создать последовательные и правдоподобные альтернативные факты, а в том, чтобы создать правдоподобные уровни сомнения в реальных фактах.Кризис, с которым мы сталкиваемся в связи с «правдой» и надежными фактами, основан не столько на способности заставить людей поверить в «неправильные» вещи, сколько на способности заставить людей *сомневаться* в правильности. Успех Дональда Трампа станет ярким сигналом того, что эта стратегия работает, наряду с разнообразием технологий, находящихся в настоящее время в разработке (и развертывании на раннем этапе), которые могут усугубить эту проблему. Короче говоря, это успешная стратегия, упрощенная благодаря более мощным информационным технологиям».

Филип Дж.Никель , преподаватель Технологического университета Эйндховена в Нидерландах, сказал: «Упадок традиционных средств массовой информации и сохранение закрытых социальных сетей не изменится в ближайшие 10 лет. Таковы основные причины ухудшения общественного достояния общих фактов как основы дискурса и политических дебатов».

Кеннет Шерил , почетный профессор политологии Хантер-колледжа Городского университета Нью-Йорка, предсказал: «Распространение ложных слухов и сообщений станет проще.Распространение источников увеличит количество людей, которые не знают, кому или чему они доверяют. Эти люди выпадут из нормального потока информации. Участие будет снижаться, поскольку все больше и больше граждан не желают/не могут выяснить, какие источники информации являются надежными».

Кризис, с которым мы сталкиваемся в связи с «правдой» и достоверными фактами, основан не столько на способности заставить людей поверить в *неправильные* вещи, сколько на способности заставить людей *сомневаться* в правильности.
Джамайс Кашио

Что есть истина? Что такое факт? Кому решать? И может ли большинство людей согласиться доверять чему-либо как «общеизвестному»? Ряд респондентов оспорили идею о том, что любые лица, группы или технологические системы могут или должны «оценивать» информацию как достоверную, основанную на фактах, правдивую или нет.

Анонимный респондент заметил: «Что бы ни было придумано, оно не будет считаться беспристрастным; некоторые вещи не являются черными и белыми; для других ситуаций факты, приведенные для заключения, отличаются от других фактов, используемых другими в ситуации.У каждого могут быть реальные факты, но собранные факты имеют значение для заключения; кто будет определять, какие факты будут рассматриваться или даже считаться фактами».

Научный сотрудник в Массачусетском технологическом институте отметил: ««Фальшивка» и «правда» не настолько бинарны, как нам хотелось бы, и — в сочетании со все более взаимосвязанным и сложным цифровым обществом — сложно управлять сложностью социальных сетей без предписывая нарратив как «истину».

Пионер Интернета и давний руководитель ICANN сказал: «Мало шансов на то, что появится вынуждающий фактор, который повысит «достоверность» информации в Интернете.

Вице-президент по взаимодействию с заинтересованными сторонами сказал: «Сети доверия лучше всего создаются при физическом и неструктурированном взаимодействии, обсуждении и наблюдении. Технологии сокращают возможности для таких взаимодействий и нарушают человеческое общение, в то же время создавая «ощущение», что мы общаемся больше, чем когда-либо».

Подтема: Небольшая часть общества будет находить, использовать и, возможно, платить больше за информацию из надежных источников. За пределами этой группы «воцарится хаос» и разовьется углубляющийся цифровой разрыв

Некоторые респонденты предсказывали, что сформируется больший цифровой разрыв.Те, кто ищет более точную информацию и опирается на более информированные источники, отделятся от тех, кто недостаточно избирательен или не вкладывает в это ни времени, ни денег.

Будет своего рода «золотой стандарт» набора источников, и будет маргинал.
Анонимный респондент.

Алехандро Писанти , профессор UNAM, Национального университета Мексики и давний руководитель интернет-политики, заметил: «В целом, по крайней мере, часть общества будет ценить достоверную информацию и найдет способы хранить набор тщательно подобранной и качественной информации. Ресурсы.Для этого потребуется сочетание организационных и технологических инструментов, но, прежде всего, потребуется обостренное чувство здравого смысла и доступ к разнообразным, в том числе соперничающим, источникам. За пределами этого воцарится хаос».

Александр Халаваис , доцент кафедры социальных технологий Университета штата Аризона, сказал: «Поскольку точная информация имеет ценность, доступность такой информации будет продолжать расти. Однако когда потребители напрямую не платят за такую ​​точность, это, безусловно, будет означать большую степень дезинформации в публичной сфере.Это означает продолжающееся раздвоение на имущего и неимущего, когда речь идет о достоверных новостях и информации».

Анонимный редактор и издатель прокомментировал: «К сожалению, многие американцы не будут обращать внимание на ЛЮБОЙ контент из существующих или развивающихся источников. Это будет продолжающееся оболванивание масс, хотя «верхние» кадры (образованные/вдумчивые) будут читать/видеть/знать и продолжать сражаться».

Анонимный респондент сказал: «Будет своего рода «золотой стандарт» набора источников, и будет маргинал.

Тема 2. Информационная среда не улучшится, потому что технологии создадут новые вызовы, которым невозможно или не удастся противостоять эффективно и масштабно

Многие, кто не видит надежды на улучшение информационной среды, говорят, что технологии не спасут общество от искажений, полуправды, лжи и вооруженных нарративов. Анонимный бизнес-лидер утверждал: «Слишком легко создавать поддельные факты, слишком трудоемко проверять и слишком легко обманывать алгоритмы проверки.И этот ответ анонимного ученого-исследователя , базирующегося в Северной Америке , перекликается с мнением многих участников этого опроса: «Мы разработаем технологии, помогающие выявлять ложную и искаженную информацию, НО они будут недостаточно хороши».

В гонке вооружений между теми, кто хочет фальсифицировать информацию, и теми, кто хочет производить точную информацию, первые всегда будут иметь преимущество.
Дэвид Конрад

Пол Н.Эдвардс , Перри, научный сотрудник отдела международной безопасности Стэнфордского университета, прокомментировал: «Для улучшения информационной среды будет разработано много отличных методов, но история онлайн-систем показывает, что злоумышленники могут и всегда будут находить обходные пути».

Виан Бакир , профессор политических коммуникаций и журналистики Бангорского университета в Уэльсе, прокомментировал: «Это не улучшится из-за 1) развивающейся природы технологий — новые СМИ всегда ловят тех, кто хочет их контролировать, по крайней мере в начальной фазе появления; 2) бизнес-модели онлайн-социальных сетей и поисковых систем благоприятствуют распространению дезинформации; 3) эту смесь используют хорошо обеспеченные пропагандисты.

Многие, кто ожидает, что ситуация не улучшится в следующем десятилетии, говорят, что усилия «белых шляп» никогда не поспевают за достижениями «черных шляп» в информационных войнах. Дизайнер пользовательского опыта и взаимодействия сказал: «По мере того, как существующие каналы становятся более регулируемыми, новые нерегулируемые каналы будут продолжать появляться».

Подтема: Те, кто обычно действует для себя, а не для общественного блага, имеют преимущество, и они, вероятно, останутся впереди в информационных войнах

Многие из тех, кто не ожидает улучшения информационной среды, говорят, что те, кто хочет распространять дезинформацию, очень заинтересованы в использовании инновационных уловок, чтобы опережать методы, предназначенные для их пресечения.Они сказали, что определенные деятели в правительстве, бизнесе и другие лица с пропагандистскими программами очень заинтересованы в том, чтобы технологии работали в их пользу в распространении дезинформации, и их будет больше.

Есть много богатых и неэтичных людей, политиков, негосударственных и государственных деятелей, которые сильно заинтересованы в распространении ложной информации в своих корыстных целях.
Джейсон Хонг

Ряд респондентов назвали это «гонкой вооружений». Дэвид Сарокин из Sarokin Consulting и автор «Упущенной информации», сказал: «Будет гонка вооружений между достоверной и недостоверной информацией». А Дэвид Конрад , главный технический директор, ответил: «В гонке вооружений между теми, кто хочет фальсифицировать информацию, и теми, кто хочет производить точную информацию, первые всегда будут иметь преимущество».

Джим Хендлер , профессор компьютерных наук Политехнического института Ренсселера, прокомментировал: «Информационная среда будет продолжать меняться, но давление политики, рекламы и капитализма, основанного на доходности акций, вознаграждает тех, кто находит способы манипулировать системой, поэтому это будет постоянная битва между теми, кто стремится к «объективности», и теми, кто пытается манипулировать системой.

Джон Маркофф , журналист на пенсии и бывший репортер The New York Times по технологиям, сказал: «Я крайне скептически отношусь к улучшениям, связанным с проверкой без решения проблемы анонимности в Интернете. Я также не верю, что в ближайшем будущем будет решение проблемы анонимности».

Скотт Спенглер , главный специалист по данным в IBM Watson Health, сказал, что в настоящее время существуют технологии, которые делают поддельную информацию практически невозможной для распознавания и пометки, фильтрации или блокировки.Он написал: «Машинное обучение и сложные статистические методы будут использоваться для точного моделирования реального содержания информации и сделают поддельную информацию почти неотличимой от реальной».

Джейсон Хонг , доцент Школы компьютерных наук Университета Карнеги-Меллона, сказал: «Некоторую поддельную информацию можно обнаружить и заблокировать, но подавляющее большинство — нет. Проблема в том, что компьютерным системам *по-прежнему* очень сложно анализировать текст, находить утверждения, сделанные в тексте, и перепроверять их.Существует также проблема тонких нюансов или различий во мнениях или интерпретациях. Наконец, все стимулы неверны. Есть много богатых и неэтичных людей, политиков, негосударственных и государственных субъектов, которые сильно заинтересованы в распространении ложной информации для своих корыстных целей».

Профессор-исследователь робототехники Университета Карнеги-Меллона заметил: «Защитные инновации всегда следуют за наступательными инновациями. Те, кто хочет распространять дезинформацию, всегда смогут найти способы обойти любые установленные меры контроля.

Научный сотрудник лаборатории информатики и искусственного интеллекта Массачусетского технологического института сказал: «Проблемы будут усугубляться быстрее, чем могут быть решены решения, но это только означает, что решения нужны больше, чем когда-либо».

Подтема: вооруженные нарративы и другой ложный контент будут усилены социальными сетями, онлайн-фильтрами и искусственным интеллектом

Некоторые респонденты ожидают резкого роста манипулирования информационной средой со стороны национальных государств, отдельных политических акторов и групп, желающих распространять пропаганду.Их цель состоит в том, чтобы вызвать опасения, которые служат их целям, создать или углубить бункеры и эхо-камеры, разделить людей и натравить их друг на друга, а также парализовать или запутать общественное понимание политического, социального и экономического ландшафта.

Мы живем в эпоху, когда большинство людей получают свои «новости» через социальные сети, и очень легко распространять фальшивые новости. … Учитывая, что есть свобода слова, мне интересно, как ситуация может улучшиться.
Анонимный руководитель проекта научного института

Это было названо превращением публичных нарративов в оружие.Платформы социальных сетей, такие как Facebook, Reddit и Twitter, по-видимому, являются главным полем битвы. Часто используются боты, и ожидается, что ИИ будет широко применяться в информационных войнах, чтобы увеличить скорость и влияние обмена сообщениями.

Ведущий пионер Интернета , работавший с FCC, Международным союзом электросвязи (МСЭ) ООН, General Electric Co. (GE) и другими крупными технологическими организациями , прокомментировал: «Появилась парадигма «Интернет как оружие». .

Дин Уиллис , консультант Softarmor Systems, прокомментировал: «Правительства и политические группы теперь обнаружили силу целенаправленной дезинформации в сочетании с персонализированным пониманием целей. Сообщения теперь можно настраивать с поразительной точностью. Мы обречены жить в адресных информационных пузырях».

Анонимный участник опроса отметил: «Дезинформация будет играть важную роль в конфликтах между нациями и внутри конкурирующих сторон внутри национальных государств.

Дана Бойд , главный исследователь Microsoft Research и основатель Data & Society, написала: «Сейчас на карту поставлена ​​информация, связанная с эпистемологией. Кроме того, информация является источником силы и, следовательно, источником современной войны».

Питер Луненфельд , профессор Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, прокомментировал: «В обозримом будущем экономика сетей и экономика сетей будут отдавать предпочтение распространению непроверенной, непроверенной и часто используемой в качестве оружия информации.Там, где существует капиталистический стимул предоставлять контент потребителям, и эти сети распространения берут свое начало в огромном разнообразии транснациональных и даже вненациональных экономик и политических систем, способность «контролировать» достоверность будет далеко превосходить возможности и готовность предоставлять любой контент любому пользователю».

Эти эксперты отметили, что общественность обратилась к социальным сетям, особенно к Facebook, чтобы получать «новости». Они сказали, что тяга публики к быстрому чтению и сенсациям в бульварном стиле — вот что делает социальные сети полем выбора для манипулятивных повествований, которые часто оформляются как заголовки новостей.Они отмечают, что переход общественности от более традиционных основных новостных агентств, у которых были некоторые этические стандарты, к потреблению социальных новостных лент ослабил основные медиа-организации, сделав их малобюджетными операциями, которые были вынуждены конкурировать за внимание, предлагая кликбейт. заголовки свои.

Почетный профессор коммуникации американского университета Лиги плюща отметил: «Мы потеряли важную социальную функцию в прессе. Его заменяют социальные сети, в которых почти нет моральных или этических принципов или ограничений на выполнение информационных ролей.

Руководитель проекта научного института прокомментировал: «Мы живем в эпоху, когда большинство людей получают свои «новости» через социальные сети, и очень легко распространять фальшивые новости. Существование кликбейт-сайтов облегчает быстрое распространение теорий заговора людьми, которые не удосуживаются читать целые статьи или искать надежные источники. Учитывая, что есть свобода слова, мне интересно, как ситуация может улучшиться. Большинство пользователей просто читают заголовок, комментируют и делятся, не переваривая всю статью и не размышляя критически о ее содержании (если они вообще ее читают).

Подтема: самые эффективные технические решения для дезинформации поставят под угрозу сокращающиеся возможности конфиденциальности людей, и они, вероятно, ограничат свободу слова и лишат людей возможности быть анонимными в Интернете

Появление новых и весьма разнообразных голосов с разными целями и мотивами в целом можно считать благом. Но некоторые из этих экспертов заявили, что недавние крупные успехи манипуляторов дезинформацией создали угрожающую среду, в которой многие представители общественности призывают поставщиков платформ и правительства расширить слежку.Среди технологических решений для «очистки» информационной среды есть те, которые работают для четкой идентификации субъектов, работающих в Интернете, и используют алгоритмы для обнаружения дезинформации. Некоторые из этих экспертов ожидают, что такие системы будут действовать, чтобы выявлять предполагаемое неправомерное поведение и маркировать, блокировать, фильтровать или удалять некоторый онлайн-контент и даже запрещать дальнейшую публикацию некоторых плакатов.

Усиление цензуры и массовой слежки будет способствовать установлению официальной «правды» в различных частях мира.
Профессор на пенсии

Преподаватель прокомментировал: «Создание «надежной, надежной, неуязвимой системы проверки» приведет к созданию системы фильтрации и, следовательно, структурирования контента. В конечном итоге это станет цензурированной информационной реальностью».

Специалист по электронному обучению заметил: «Любая система, считающая себя способной «оценивать» информацию как достоверную или недостоверную, по своей сути предвзята». А профессор и исследователь отметил: «В открытом обществе нет предварительного определения того, какая информация является подлинной, а какая фальшивой.

На самом деле, часть респондентов предсказывала, что информационная онлайн-среда не улучшится в ближайшее десятилетие, потому что любое требование удостоверения личности лишит общественность высоко ценимых прав на свободу слова и позволит крупным державам контролировать информационную среду.

выдающийся почетный профессор политологии в университете США написал: «Дезинформация будет продолжать процветать благодаря давней (и ценной) традиции свободы выражения мнений.Цензура будет отвергнута». Анонимный респондент написал: «Всегда идет борьба между «правдой» и свободой слова. Но поскольку интернет нельзя регулировать, свобода слова продолжит доминировать, а это означает, что информационная среда не улучшится».

Но другая часть респондентов заявила, что именно поэтому аутентифицированные удостоверения личности, которые уже действуют в некоторых странах, включая Китай, станут большей частью информационных систем. Профессор в главном U.S. University ответил: «Технологии наблюдения и финансовые стимулы будут способствовать усилению наблюдения». профессор университета на пенсии предсказал: «Усиленная цензура и массовая слежка будут способствовать установлению официальной «правды» в различных частях мира. В Соединенных Штатах корпоративная фильтрация информации будет навязывать взгляды экономической элиты».

Исполнительный директор крупной глобальной организации по защите конфиденциальности утверждал, что отмена гражданских свобод для прекращения распространения дезинформации не будет эффективной, заявив: ««Проблемные» субъекты смогут играть в разработанные системы, в то время как другие будут чрезмерно регулироваться.

Несколько других респондентов также назвали это основным недостатком этого потенциального средства правовой защиты. Они возражали против этого по нескольким причинам, включая тот факт, что он позволяет еще более широкому государственному и корпоративному надзору и контролю над большей частью населения.

Эммануэль Эдет , руководитель юридической службы Национального агентства по развитию информационных технологий Нигерии, заметил: «Информационная среда улучшится, но за счет конфиденциальности».

Билл Вудкок , исполнительный директор Packet Clearing House, писал: «Существует фундаментальный конфликт между анонимностью и контролем над публичными выступлениями, и страны, которые не ценят анонимные высказывания внутри страны, по-прежнему могут использовать их в качестве оружия на международном уровне, в то время как страны, которые ценят анонимную речь, должны сделать ее доступной для всех, [иначе] не смогут поддержать свой собственный принцип.

Джеймс ЛаРю , директор Управления интеллектуальной свободы Американской библиотечной ассоциации, прокомментировал: «Информационные системы стимулируют привлечение внимания. Ложь — мощный способ сделать это. Чтобы остановить это, требуется строгий надзор, а это означает государственный надзор, у которого есть свои стимулы не говорить правду».

Том Валович , автор журнала Technoskeptic и автор книги «Цифровые мифологии», считает, что поощрение платформ к осуществлению алгоритмического контроля не является оптимальным.Он написал: «Искусственный интеллект, который заменит человеческое суждение, агрессивно преследуется организациями в Силиконовой долине и других местах. Алгоритмические решения по замене человеческого суждения подвержены скрытой предвзятости и в конечном итоге не смогут достичь этой цели. Они лишь продолжат централизацию власти в руках небольшого числа компаний, контролирующих поток информации».

Тема 3. Информационная среда улучшится, поскольку технологии помогут маркировать, фильтровать или запрещать дезинформацию и, таким образом, повышать способность общественности оценивать качество и достоверность контента

Большинство респондентов, давших обнадеживающие ответы о будущем правды в Интернете, сказали, что они верят в то, что технологии будут внедрены для улучшения информационной среды.Они отметили, что их вера основана на истории, утверждая, что люди всегда находили способы вводить новшества для решения проблем. Большинство этих экспертов не ожидают, что будет идеальная система, но они ожидают прогресса. Ряд заявил, что корпорации информационных платформ, такие как Google и Facebook, начнут эффективно контролировать окружающую среду, чтобы внедрить моральное и этическое мышление в структуру своих платформ. Они надеются, что это позволит одновременно проверять контент и при этом защищать такие права, как свобода слова.

Если промышленность будет оказывать сильное давление на решение этой проблемы (а она есть), тогда будут разработаны методологии и будет достигнут прогресс… Другими словами, если есть воля, есть способ.
Адам Лелла

Ларри Даймонд , старший научный сотрудник Института Гувера и Института Фримена Спогли (FSI) в Стэнфордском университете, сказал: «Я надеюсь, что основные цифровые информационные платформы предпримут творческие инициативы, чтобы отдавать предпочтение более авторитетным и заслуживающим доверия источникам и звонить изымать и принижать источники информации, которые кажутся двигателями пропаганды и манипулирования, будь то люди или роботы.Фактически компании уже начинают предпринимать шаги в этом направлении».

Адъюнкт-профессор американского университета написал: «Я не вижу, чтобы мы отказывались от поиска истины». А исследователь из Европы сказал: «Появятся технологии, которые решат проблемы доверия и логики вознаграждения».

Адам Лелла , старший аналитик по маркетинговым исследованиям в comScore Inc., ответил: «В прошлом было множество других проблем, связанных с отраслью (например,g., видимость, обнаружение недопустимого трафика, кросс-платформенное измерение), которые, казалось бы, невозможно решить, но тем не менее за последние несколько лет был достигнут значительный прогресс. Если со стороны отрасли будет оказываться сильное давление на решение этой проблемы (а оно есть), то будут разработаны методологии и достигнут прогресс, который поможет смягчить эту проблему в долгосрочной перспективе. Другими словами, если есть воля, есть способ».

Подтема: Вероятные технологические решения включают корректировку алгоритмических фильтров, браузеров, приложений и подключаемых модулей, а также внедрение «рейтингов доверия»

Многие респонденты, которые надеются на улучшение информационной среды, упомянули пути внедрения новых технологических решений.

Барт Книжненбург , исследователь систем принятия решений и рекомендаций и доцент компьютерных наук в Университете Клемсона, сказал: «Две разработки помогут улучшить информационную среду: 1) Новости перейдут на модель подписки (например, музыка, фильмы и т. д.), а поставщики подписки будут заинтересованы в отсеивании ложных нарративов; 2) Алгоритмы, фильтрующие новости, научатся различать качество новости, а не просто подстраиваться под «вирусность» или политическую направленность.

Чтобы уменьшить распространение фейковых новостей, мы должны лишить их финансового стимула.
Янтарный футляр

Лорел Фелт , преподаватель Университета Южной Калифорнии: «Будут механизмы для пометки подозрительного контента и поставщиков, а затем приложения и плагины, чтобы люди могли видеть «рейтинг доверия» для части контента, выхода или даже Айпи адрес. Возможно, люди могут даже установить фильтры, чтобы при выполнении поиска обращения, не соответствующие определенному порогу доверия, не отображались в списке.

давний исследователь правительства США и администратор в области коммуникационных и технологических наук сказал: «Разведка, оборона и связанные с ними агентства США очень активно работают над этой проблемой, и результаты многообещающие».

Эмбер Кейс , научный сотрудник Центра Интернета и общества Беркмана Кляйна при Гарвардском университете, предложила удерживать доходы от рекламы до тех пор, пока не будет установлена ​​достоверность. Она написала: «Сейчас есть стимул для распространения фейковых новостей.Делать это выгодно, получая прибыль от создания статьи, которая вызывает столько возмущения, что последуют рекламные деньги. … Чтобы уменьшить распространение фейковых новостей, мы должны дестимулировать их финансово. Если статья ворвется в коллективное сознание и позже будет доказано, что она фальшивая, сайты, которые контролируют или размещают этот контент, могут отказаться распределять доходы от рекламы тому, кто ее создал или опубликовал. Для этого потребуется система отсроченного распределения доходов от рекламы, при которой рекламные средства удерживаются до тех пор, пока не будет доказано, что статья является точной или нет.Многие фальшивые новости создаются несколькими людьми, и устранение их мотивации может остановить большую часть публикаций новостей».

Андреа Матвишин , профессор права Северо-восточного университета, занимающаяся исследованиями инноваций и права, в частности, информационной безопасности, заметила: «Закон об ответственности за программное обеспечение, наконец, начнет развиваться. Маркет-мейкеры будут все чаще учитывать качество ценных бумаг как фактор, имеющий отношение к оценке компаний. Правовой климат для исследований в области безопасности будет продолжать улучшаться, поскольку его связь с национальной безопасностью становится все более очевидной.Эти изменения приведут к значительным улучшениям безопасности в корпоративном и государственном секторах в течение следующего десятилетия».

Ларри Кили , основатель консалтинговой компании по инновациям Doblin, предсказывает, что технологии будут улучшаться, но люди останутся прежними, написав: «Возможности, адаптированные как к библиометрической аналитике, так и к передовым методам аудита, сделают эту проблему решаемой. Однако будет распространяться и несертифицированная убедительная, но ложная информация. Таким образом, новый разрыв будет между людьми, которые хотят, чтобы их информация была реальной, и теми, кто хочет, чтобы их информация была реальной.те, кто просто хочет, чтобы чувствовали себя важными. Помните цитату Роджера Эйлса: «Люди не хотят быть информированными, они хотят ЧУВСТВОВАТЬ себя информированными». Вздох».

Анонимные участники опроса также ответили:

  • «Фильтры и алгоритмы будут улучшены как для проверки необработанных данных, разделения «наложений», так и для исправления петли обратной связи».
  • «Семантические технологии смогут осуществлять перекрестную проверку утверждений, подобно метаанализу».
  • «История доверия каждого человека будет использоваться для фильтрации поступающей информации.
  • «Достоверность информации будет связана с тем, насколько источник воспринимается как заслуживающий доверия — мы можем, например, разработать индекс доверия, и доверие станет легче проверять с помощью технологий, управляемых искусственным интеллектом».
  • «Работа, проводимая над такими вещами, как проверяемая личность и обмен информацией через свободную федерацию, несколько улучшит ситуацию (но не полностью). То есть все станет лучше, но не обязательно хорошо».
  • «Искусственный интеллект, блокчейн, краудсорсинг и другие технологии еще больше расширят наши возможности по фильтрации и оценке достоверности информации.
  • «Будут разработаны новые визуальные подсказки, которые помогут потребителям новостей отличать надежные источники новостей от других».
Подтема: Средства правовой защиты могут включать закон об ответственности за программное обеспечение, обязательные идентификационные данные, разделение социальных сетей, таких как Facebook

Ряд респондентов считают, что в ближайшее десятилетие появятся меры политики, выходящие за рамки любых технических инноваций. Они предложили ряд предложений, от реформ регулирования, применяемых к платформам, которые помогают торговцам дезинформацией, до юридических наказаний, применяемых к правонарушителям.Некоторые считают, что угроза регулятивной реформы через государственные органы может привести к проблеме обязательной идентификации и отмене защиты анонимности для пользователей платформы.

Соня Ливингстон , профессор социальной психологии в Лондонской школе экономики и политических наук, ответила: «Те, кто обладает властью, не допустят, чтобы состояние «дикого запада» Интернета продолжалось, как мы уже видим с ростом национальное давление на поставщиков/компании с помощью ряда средств, от законов и нормативных актов до морального и потребительского давления.

Вилли Карри , давний эксперт по глобальному распространению коммуникаций, написал: «Очевидный успех фальшивых новостей на таких платформах, как Facebook, должен регулироваться на нормативной основе, поскольку ясно, что технически подкованные люди будут искать только технические исправления и могут иметь стимулы не особо искать, так что саморегулирование вряд ли получится. Оправдание, что масштабы сообщений в социальных сетях делают вмешательство человека невозможным, не будет защитой.Варианты регулирования могут включать разделение социальных сетей, таких как Facebook, на более мелкие организации. Правовые варианты включают в себя отказ от представления о том, что поставщики контент-услуг через Интернет являются простыми каналами, не несущими ответственности за контент. Эти регуляторные и юридические варианты могут быть политически невозможны для воздействия в США, но они, безусловно, возможны в Европе и других странах, особенно если будет доказано, что фальшивые новости влияют на европейские выборы».

Салли Вентворт , вице-президент по разработке глобальной политики в Internet Society, предостерегает от чрезмерной зависимости от поставщиков информационных платформ при формировании решений для улучшения информационной среды.Она написала: «Отрадно видеть, что некоторые из крупных платформ начинают развертывать интернет-решения некоторых проблем, связанных с онлайн-экстремизмом, насилием и фейковыми новостями. И все же, кажется, что как общество, мы передаем эту функцию на аутсорсинг частным организациям, которые существуют, в конечном счете, для получения прибыли, а не обязательно для общественного блага. Какую власть мы передаем им, чтобы управлять нашим социальным дискурсом? Знаем ли мы, к чему это может в конечном итоге привести? С одной стороны, хорошо, что крупные игроки наконец-то активизировались и берут на себя ответственность.Но правительства, пользователи и общество слишком быстро перекладывают всю ответственность на интернет-платформы. Кто возлагает на них ответственность за решения, которые они принимают от имени всех нас? Мы вообще знаем, что это за решения?»

Профессор и заведующий кафедрой теории образования, политики и управления прокомментировал: «Часть этой работы можно выполнять на частных рынках. Запрет на доступ к соцсетям очевиден. С точки зрения уголовного права, я думаю, важно, чтобы наказания/правила были привязаны к предметной области.Речь можно регулировать в определенных местах, но, очевидно, не во всех. Федеральные (и, возможно, даже международные) руководящие принципы были бы полезны. Без системы регулирования я не могу представить штрафы».

Тема 4: Информационная среда улучшится, потому что люди будут приспосабливаться и улучшать ситуацию

Многие из тех, кто ожидает улучшения информационной среды, ожидают, что обучение информационной грамотности и другие формы помощи помогут людям стать более искушенными потребителями.Они ожидают, что пользователи будут тяготеть к более надежной информации, и поставщики знаний ответят тем же.

Когда телевидение стало популярным, люди тоже поверили, что все, что там показывают, правда. Важно то, как люди решают реагировать и получать доступ к информации и новостям, а не механизмы, которые их распространяют.
Ирэн Ву

Франк Кауфманн , основатель и директор нескольких международных проектов движения за мир, СМИ и информации, прокомментировал: «Качество новостей улучшится, потому что вещи всегда улучшаются.А Барри Веллман , эксперт по виртуальным сообществам и содиректор NetLab Network, сказал: «Программное обеспечение и люди становятся все более изощренными».

Один полный надежд респондент сказал, что изменение экономических стимулов может привести к желаемым изменениям. Том Вользиен , председатель The Video Call Center and Wolzien LLC, сказал: «Рынок не будет избавляться от плохих материалов, а сместит акцент и экономическое вознаграждение в сторону надежных. Потребители информации, сытые по горло ложными нарративами, будут все чаще переключаться на более надежные источники, в результате чего доходы будут течь к этим более надежным источникам, а не к хламу.Это не означает, что все люди подпишутся либо на научный, либо на журналистский метод (или на оба), но они будут тяготеть к материальным источникам и институтам, которые они считают заслуживающими доверия, и эти институты сами потребуют методов проверки, выходящих за рамки тех, которые они используют сегодня. ».

Государственный чиновник на пенсии и пионер Интернета предсказал: «1) Воспитание правды станет неотъемлемым элементом средней школы. 2) Поставщики информации несут юридическую ответственность за свой контент.3) Несколько надежных источников будут продолжать доминировать в Интернете».

Айрин Ву , адъюнкт-профессор коммуникаций, культуры и технологий Джорджтаунского университета, сказала: «Информация будет улучшаться, потому что люди будут лучше учиться обращаться с массами цифровой информации. Сейчас многие люди наивно верят тому, что читают в социальных сетях. Когда телевидение стало популярным, люди тоже поверили, что все, что показывают по телевизору, — правда. Важно то, как люди решают реагировать и получать доступ к информации и новостям, а не механизмы, которые их распространяют.

Чарли Файрстоун , исполнительный директор Программы коммуникаций и общества Института Аспена, прокомментировал: «В будущем маркировка, маркировка, рекомендации коллег, новые виды грамотности (медийные, цифровые) и подобные методы позволят людям лучше просеивать информацию, чтобы найти и опираться на фактическую информацию. Кроме того, будет реакция на распространенность ложной информации, чтобы люди были более готовы действовать, чтобы их информация была точной.

Говард Рейнгольд , пионер исследования виртуальных сообществ, давний профессор и автор книги «Net Smart: как преуспеть в Интернете», отметил: «Как я писал в «Net Smart» в 2012 году, некоторая комбинация образовательных, алгоритмических и социальных систем может помочь улучшить соотношение сигнал-шум в Интернете — с оговоркой, что дезинформация/дезинформация по сравнению с проверенной информацией, вероятно, приведет к продолжающейся гонке вооружений. В 2012 году у Facebook, Google и других не было стимула обращать внимание на проблему.После выборов 2016 года проблема фальшивой информации оказалась в центре внимания».

Подтема: Дезинформация всегда была с нами, и люди нашли способы уменьшить ее влияние. Проблемы станут более управляемыми, поскольку люди станут более искусными в сортировке материала

Многие респонденты согласны с тем, что дезинформация будет сохраняться по мере того, как расширяется онлайн-пространство и все больше людей подключаются друг к другу. Тем не менее, наиболее полные надежды среди этих экспертов утверждают, что прогресс неизбежен, поскольку люди и организации находят механизмы выживания.Говорят, история подтверждает это. Кроме того, они сказали, что технологи будут играть важную роль, помогая отфильтровывать дезинформацию и моделировать новые методы цифровой грамотности для пользователей.

Мы были в таком положении раньше, когда печатные станки сломали существующую систему управления информацией. Появилась новая система, и я считаю, что у нас есть мотивация и возможность сделать это снова.
Джонатан Грудин

Марк Бантинг , приглашенный академик Оксфордского института Интернета, старший советник по цифровой стратегии и государственной политике с 16-летним опытом работы на BBC и в качестве консультанта по цифровым технологиям, написал: «Наша информационная среда была неизмеримо улучшена благодаря демократизации средства публикации с момента создания Интернета почти 25 лет назад.Сейчас мы видим недостатки этой трансформации, когда злоумышленники манипулируют новыми свободами в антиобщественных целях, но методы управления и смягчения этого вреда будут улучшаться, создавая потенциал для более свободной, но хорошо управляемой информационной среды в 2020-х годах».

Джонатан Грудин , главный исследователь дизайна в Microsoft, сказал: «Мы были в таком положении раньше, когда печатные станки сломали существующую систему управления информацией. Появилась новая система, и я считаю, что у нас есть мотивация и возможность сделать это снова.Это снова будет включать передачу информации, а не подавление дезинформации; противоречивые утверждения всегда существовали в печати, но они были управляемыми и часто здоровыми».

Джудит Донат , научный сотрудник Центра Беркмана Кляйна по вопросам Интернета и общества при Гарвардском университете и основатель группы Sociable Media в медиа-лаборатории Массачусетского технологического института, написала: ««Фейковые новости» не новы. «Еженедельные мировые новости» имели тираж более миллиона экземпляров, в основном вымышленных новостей, которые печатались и продавались в формате, очень похожем на газету.Многие читатели признали это развлечением, но не все. Более того, его присутствие в газетном киоске напомнило всем, что напечатать можно все, что угодно».

Джошуа Хэтч , президент Ассоциации онлайн-новостей, отметил: «Я немного оптимистичен, потому что людей, которые заботятся о том, чтобы поступать правильно, больше, чем людей, которые пытаются разрушить систему. Ситуация улучшится, потому что люди — индивидуально и коллективно — сделают это так».

Многие из этих респондентов заявили, что руководители и инженеры крупных компаний, занимающихся информационными платформами, будут играть важную роль.Некоторые сказали, что ожидают, что некоторые другие систематические и социальные изменения изменят ситуацию.

Джон Уилбэнкс , директор по общественным вопросам в Sage Bionetworks, ответил: «Я оптимист, так что отнеситесь к этому с долей скептицизма, но я думаю, что когда люди, рожденные в эпоху Интернета, займут руководящие должности, они будут лучше способны выделять и различать фальшивые новости, чем те из нас, кто помнит век надежных привратников. Они станут частью иммунной системы. Дело не в том, что окружающая среда станет лучше, а в том, что те, кто моложе, будут лучше приспособлены, чтобы выжить в ней.

Дэнни Роджерс , основатель и генеральный директор Terbium Labs, ответил: «Все всегда улучшается. Не монотонно и не без усилий, но принципиально я все же считаю, что усилия по улучшению информационной среды в конечном итоге перевесят усилия по ее передаче».

Брайан Александер , футуролог и президент Bryan Alexander Consulting, ответил: «Рост цифровой грамотности и использование автоматизированных систем склонят чашу весов в сторону лучшей информационной среды.

Некоторые из этих респондентов заявили, что корпорации информационных платформ, такие как Google и Facebook, начнут эффективно контролировать окружающую среду с помощью различных технологических усовершенствований. Они выразили веру в изобретательность этих организаций и предложили сотрудникам этих компаний внедрить технологии, чтобы внедрить моральное и этическое мышление в структуру и деловую практику своих платформ, что позволит проверять контент и при этом защищать такие права, как свобода слова.

Патрик Ламбе , главный консультант Straits Knowledge, прокомментировал: «Все крупномасштабные человеческие системы адаптивны. Столкнувшись с новыми хищническими явлениями, появляются противодействующие силы, чтобы уравновесить или победить их. Мы находимся в начале крупномасштабного негативного воздействия подрыва социального чувства достоверности фактов. Противодействующие силы уже появляются. Присутствие крупных «арендодателей», контролирующих значительные участки экосистемы (например, Google, Facebook), помогает этому ответу.

Профессор технологического права в университете на западном побережье США сказал: «Посредники, такие как Facebook и Google, разработают более надежные системы для вознаграждения законных производителей и наказания поставщиков фальшивых новостей».

Давний директор Google прокомментировал: «Такие компании, как Google и Facebook, вкладывают значительные средства в разработку полезных решений. Как и спам в электронной почте, эту проблему невозможно полностью устранить, но ею можно управлять».

Сандро Хоук , технический персонал Консорциума World Wide Web, предсказал: «Дела будут ухудшаться, прежде чем станут лучше, но у людей есть основные инструменты для решения этой проблемы, поэтому велики шансы, что мы это сделаем.Самый большой риск, как и во многих других случаях, заключается в том, что узкие личные интересы мешают людям эффективно сотрудничать».

Анонимные респонденты поделились следующими комментариями:

  • «Точные факты необходимы, особенно в условиях демократии, поэтому это будет высокая общая ценность, достойная инвестиций и государственной поддержки, а также инициатив частного сектора».
  • «Мы только в начале радикальных технологических и социальных изменений. Мы будем учиться и разрабатывать стратегии для решения таких проблем, как фейковые новости.
  • «Существует длинный список инноваций для решения проблем. Да, иногда инновации приводят к злоупотреблениям, но дальнейшие инновации, как правило, решают эти проблемы».
  • В прошлом потребители поднимались, чтобы блокировать чушь, поддельную рекламу, поддельные инвестиционные аферы и т. д., и они снова поднимутся в отношении поддельных новостей».
  • «По мере того, как мы будем лучше понимать цифровую дезинформацию, мы будем разрабатывать более эффективные инструменты, политики и возможности для коллективных действий».
  • «Теперь, когда это стоит на повестке дня, умные исследователи и технологи будут разрабатывать решения.
  • «Повышение осведомленности о проблеме приведет к новым решениям и регулированию, которые улучшат ситуацию в долгосрочной перспективе, даже если на этом пути неизбежно будут ошибки, такие как ошибочное регулирование и решения».
Подтема: Краудсорсинг будет работать, чтобы освещать проверенные факты и блокировать тех, кто распространяет ложь и пропаганду. Некоторые также возлагают надежды на распределенные реестры (блокчейн)

Ряд этих экспертов заявили, что такие решения, как маркировка, пометка или другая маркировка сомнительного контента, будут расширяться и будут использоваться в будущем для борьбы с распространением дезинформации

Будущее придаст достоверности источнику любой информации.Чем больше данный источник относится к «фейковым новостям», тем ниже он будет находиться в дереве достоверности.
Анонимный инженер

Дж. Натан Матиас , исследователь с докторской степенью в Принстонском университете и ранее приглашенный научный сотрудник Центра гражданских СМИ Массачусетского технологического института, написал: «Благодаря этнографии и широкомасштабным социальным экспериментам меня побудили увидеть волонтерские сообщества с десятками миллионов человек. работать вместе, чтобы успешно управлять рисками, связанными с неточными новостями.

Исследователь онлайн-преследований , работающий на крупную информационную интернет-платформу , прокомментировал: «Если есть некоммерческие организации, поддерживающие технологии, такие как инициатива ACLU, для отслеживания дезинформации, а затем сотрудничают с такими площадками, как Facebook, для борьбы с такого рода новостного спама, то да, информационная среда улучшится. Нам также нужно отойти от кликбейтных статей и полагаться алгоритмически не на популярность, а на информацию».

Инженер , базирующийся в Северной Америке , ответил: «Будущее придаст достоверности источнику любой информации.Чем больше данный источник относится к «фейковым новостям», тем ниже он будет находиться в дереве достоверности».

Мика Альтман , директор по исследованиям Программы информатики в Массачусетском технологическом институте, прокомментировал: «Технологические достижения создают силы, действующие в двух направлениях: становится все легче создавать реально выглядящую фальшивую информацию; и становится все проще собирать и проверять информацию с помощью краудсорсинга. В более долгосрочной перспективе я с оптимизмом смотрю на то, что вторая сила будет доминировать, поскольку снижение транзакционных издержек, по-видимому, идет относительно в пользу толпы по сравнению с концентрированными учреждениями.

Бывший председатель крупного научно-исследовательского центра США и бывший генеральный директор ответил: «[Информационная среда] должна улучшиться, потому что существует множество методов, которые можно использовать как при посредничестве человека, таких как коллективный разум посредством голосования пользователей, так и рейтинг — и технологические ответы, которые либо находятся на очень ранней стадии своего развития, либо не развернуты, либо вообще не развернуты. Воспринимайте спам как аналог».

Некоторые предсказывали, что технологии цифрового распределенного реестра, известные как блокчейн, могут дать некоторые ответы.Редактор технологий и обозреватель, работающий в Европе , прокомментировал: «Подход блокчейна, используемый для биткойнов и т. Д., Можно использовать для распространения контента. DECENT — ранний пример». А анонимный респондент из Центра Беркмана Кляйна Гарвардского университета по Интернету и обществу сказал: «Они будут проверены криптографически с помощью концепций».

Но другие были менее уверены в том, что блокчейн будет работать. Ведущий исследователь , изучающий распространение дезинформации , заметил: «Я знаю, что такие системы, как блокчейн, — это только начало, но в некотором смысле аналоговые системы (например,например, отсканированные бюллетени для голосования) могут быть более устойчивыми к внешнему влиянию, чем цифровые решения, такие как усиленное шифрование. Всегда есть потенциальные компромиссы, когда наши коммуникационные сети основаны на технологии и оборудовании, закодированных человеком; это [в меньшей степени] относится к аналоговым системам, а затем к цифровым».

Профессор медиа и коммуникаций из Европы сказал: «В настоящее время надежные и надежные системы проверки еще недоступны; они могут стать технически доступными в будущем, но гонка вооружений между корпорациями и хакерами никогда не закончится.Технология блокчейна может быть вариантом, но каждая технологическая система должна быть построена на доверии, и пока не будет открытой и прозрачной системы доверия, управляемой по всему миру, не будет и надежных систем проверки».

Тема 5: технологии не могут выиграть битву. Общественность должна финансировать и поддерживать производство объективной и точной информации. Он также должен повышать информационную грамотность, чтобы она стала основной целью образования

.

Многие респонденты сошлись во мнении — говорят ли они, что ожидают улучшения в информационной среде в следующем десятилетии или нет, — что проблема дезинформации требует серьезного внимания.Часть этих респондентов призвала к действиям в двух областях: поддержка государственной прессы и широкомасштабное, всестороннее, постоянное обучение информационной грамотности людей всех возрастов.

Мы не можем с помощью машинного обучения найти выход из этой катастрофы, которая на самом деле представляет собой идеальный шторм из-за плохих знаний в области гражданского права и плохой информационной грамотности.
Майк ДеВито

Социолог из , проводящий исследование технологий и гражданской активности в Массачусетском технологическом институте , сказал: «Хотя проблемы информационной экосистемы 2016–2017 годов могут ухудшиться, прежде чем станет лучше, они представляют собой переломный момент и призывают к действию граждан, политиков, журналистов, дизайнеров. и филантропы, которые должны работать вместе, чтобы решить проблемы, лежащие в основе дезинформации.

Майкл Циммер, доцент и исследователь конфиденциальности и информационной этики в Университете Висконсина, Милуоки, прокомментировал: «Это социальная проблема, которую нельзя решить с помощью технологий».

Подтема: Финансирование и поддержка должны быть направлены на восстановление хорошо укрепленной, этичной и пользующейся доверием общественной прессы

Многие респонденты отметили, что, хотя цифровая эпоха увеличила количество источников информации, она нанесла ущерб охвату и влиянию традиционных новостных организаций.Это основные институты, на которые полагалась большая часть общественности в поисках объективной, проверенной и надежной информации — информации, основанной на этических стандартах и ​​преследующей общую цель служения общему благу. Эти респонденты сказали, что информационная среда не может быть улучшена без большего количества хорошо укомплектованных, финансово стабильных, независимых новостных организаций. Они считают, что материал может подняться выше дезинформации и создать базу «общеизвестных знаний», которыми общественность может поделиться и действовать.

Это тревожный сигнал для новостной индустрии, политиков и журналистов, чтобы они усовершенствовали систему производства новостей.
Рич Линг

Сьюзан Харес , пионер Национальной сети научных фондов (NSFNET) и давний специалист по интернет-инженерии, а ныне консультант, сказала: «Общество просто должно решить, что «пресса» больше не предоставляет непредвзятую информацию, и она должна платить за непредвзятую и проверенную информацию».

Кристофер Дженкс , почетный профессор Гарвардского университета, сказал: «Чтобы уменьшить количество «фейковых новостей», нужна профессия, члены которой разделяют стремление делать это правильно.Это, в свою очередь, требует источника денег, чтобы платить таким профессиональным журналистам. Раньше реклама давала газетам деньги, чтобы платить таким людям. Эти деньги иссякают, и вряд ли их можно будет восполнить в течение следующего десятилетия».

Рич Линг , профессор медиатехнологий в Школе коммуникации и информации Наньянского технологического университета, сказал: «Мы видели последствия фальшивых новостей на президентских выборах в США и Brexit. Это тревожный сигнал для новостной индустрии, политиков и журналистов, чтобы они усовершенствовали систему производства новостей.

Майя Вуйович , старший копирайтер Comtrade Group, предсказывает: «Информационная среда будет все больше восприниматься как общественное благо, а ее надежность станет универсальной потребностью. Технологические достижения и усилия по повышению осведомленности населения откроют для вас различные способы непрерывной очистки от дезинформации, чтобы она оставалась достаточно надежной».

Автор и журналист, проживающий в Северной Америке , сказал: «Я считаю, что эта эра может породить новую — бегство к качеству, когда граждане, изголодавшиеся по времени, высоко ценят проверенные источники новостей.

Профессор права в крупном государственном университете США прокомментировал: «Все не станет лучше, пока мы не поймем, что точные новости и информация являются общественным благом, требующим некоммерческого руководства и государственных субсидий».

Марк Ротенберг , президент Электронного информационного центра конфиденциальности, написал: «Проблема с онлайн-новостями носит структурный характер: слишком мало привратников, а модель интернет-бизнеса не поддерживает качественную журналистику. Причина просто в том, что доходы от рекламы не привязаны к выпуску новостей.

Из-за нестабильного финансирования и сокращения аудитории здоровая журналистика, которая служит общему благу, теряет свой голос. Шива Вайдхьянатан , профессор медиа-исследований и директор Центра медиа и гражданственности Университета Вирджинии, написал: «Не существует технологических решений, которые исправили бы доминирование Facebook и Google в нашей жизни. Эти действующие лица заперты в монопольной власти над нашей информационной экосистемой, и, выкачивая рекламные деньги из всех других недорогих коммерческих средств массовой информации, они обедняют общественную сферу.

Подтема: Повышение информационной грамотности: это должно стать основной целью на всех уровнях образования

Многие из этих экспертов заявили, что изъяны человеческой природы и еще не разработанные нормы в цифровую эпоху являются ключевыми проблемами, которые делают пользователей восприимчивыми к ложным, вводящим в заблуждение и манипулятивным онлайн-нарративам. Одним из потенциальных средств, предложенных этими респондентами, является массовая принудительная кампания по обучению всех информационной грамотности цифровой эпохи. Такие усилия, по мнению некоторых, могут подготовить больше людей к тому, чтобы быть мудрыми в том, что они видят/читают/во что верят, и, возможно, даже послужат повышению общих социальных норм обмена информацией.

Информация надежна настолько, насколько надежны люди, которые ее получают.
Юлия Коллер

Карен Моссбергер , профессор и директор Школы по связям с общественностью Университета штата Аризона, написала: «Распространение фальшивых новостей — это не просто проблема ботов, но часть более крупной проблемы того, проявляют ли люди критическое мышление или нет. и навыки информационной грамотности. Возможно, всплеск фейковых новостей в недавнем прошлом послужит тревожным звонком, чтобы обратиться к этим аспектам онлайн-навыков в средствах массовой информации и сделать их фундаментальными образовательными компетенциями в нашей системе образования.Интернет-информация в целом имеет почти безграничное разнообразие источников с разным уровнем достоверности. Технологии вызывают эту проблему, но решение не только техническое».

Майк ДеВито , аспирант Северо-Западного университета, написал: «Это не технические проблемы; это человеческие проблемы, которые технологии просто помогли масштабировать, но мы продолжаем искать чисто технологические решения. Мы не можем найти выход из этой катастрофы с помощью машинного обучения, которая на самом деле представляет собой идеальный шторм из плохих знаний в области гражданского права и плохой информационной грамотности.

Miguel Alcaine , региональный представитель Международного союза электросвязи в Центральной Америке, прокомментировал: «Границы между онлайн и офлайн будут продолжать стираться. Мы понимаем, что онлайн и офлайн — разные модальности реальной жизни. Существует и будет рынок (государственных и частных поставщиков) надежной информации. Есть и будет место для дезинформации. Наиболее важными действиями, которые общество может предпринять для защиты людей, являются образование, информация и обучение.

Один из первых интернет-разработчиков и консультант по безопасности прокомментировал: «Поддельные новости не являются продуктом недостатка канала связи и не могут быть исправлены путем исправления канала. Это происходит из-за недостатка людей, потребляющих информацию, и может быть устранено только путем обучения этих потребителей».

Анонимный респондент из Центра Беркмана Кляйна Гарвардского университета для Интернета и общества отметил: «Ложная информация — преднамеренно или непреднамеренно — не нова и не является результатом новых технологий.Теперь, возможно, стало легче быстрее распространять информацию среди большего числа людей, но ответственность за отделение фактов от вымысла всегда лежала на человеке, получающем эту информацию, и всегда будет».

Пионер Интернета и правозащитник из Азиатско-Тихоокеанского региона сказал: «Мы как общество недостаточно инвестируем в образование во всем мире. Окружающая среда улучшится только в том случае, если обе стороны канала связи будут ответственны. Читатель и производитель контента оба несут ответственность.

Дейрдра Уильямс , интернет-активистка на пенсии, ответила: «Люди теряют способность задавать вопросы и отказываться. Молодые люди растут в мире, где этим навыкам не учат».

Джулия Коллер , ведущий разработчик обучающих решений, ответила: «Информация надежна настолько, насколько надежны люди, которые ее получают. Если читатели не изменят или не улучшат свою способность искать и идентифицировать надежные источники информации, информационная среда не улучшится.

Элла Тейлор-Смит , старший научный сотрудник Школы вычислительной техники Эдинбургского университета Нейпира, отметила: «По мере того, как все больше людей становятся более образованными, особенно по мере того, как цифровая грамотность становится популярным и уважаемым навыком, люди будут отдавать предпочтение (и даже производить) более качественная информация».

Констанс Кампф , исследователь в области компьютерных наук и математики, сказала: «Ответ зависит от социотехнического дизайна — эти тенденции противопоставления дезинформации поддающейся проверке информации уже существовали до появления Интернета, и в настоящее время они усиливаются.Состояние и тенденции в образовании, а также место критического мышления в учебных программах по всему миру — это то место, где можно будет посмотреть, улучшится ли информационная среда. Киберграмотность зависит от базовой информационной грамотности, социальной грамотности и технологической грамотности. Чтобы окружающая среда улучшилась, нам нужны существенные улучшения в системах образования по всему миру в отношении критического мышления, социальной грамотности, информационной грамотности и киберграмотности (см. книгу Лауры Гурак «Киберграмотность»).

Су Соня Херринг , редактор и переводчик, прокомментировала: «Дезинформация и фальшивые новости будут существовать до тех пор, пока существуют люди; они существуют с тех пор, как был изобретен язык. Использование алгоритмов и автоматических мер приведет к различным нежелательным последствиям. Если мы не снабдим людей медийной грамотностью и навыками критического мышления, распространение дезинформации будет преобладать».

Ответы дополнительных ключевых экспертов о будущем информационной среды

В этом разделе представлены ответы нескольких ведущих аналитиков, принимавших участие в опросе.За этим обширным набором комментариев следует гораздо более обширный набор цитат, непосредственно связанных с пятью основными темами, указанными в этом отчете.

Невежество порождает разочарование, и «все большая часть населения не имеет ни навыков, ни врожденного интеллекта, чтобы справляться с растущей сложностью»

Майк Робертс , лидер-первопроходец ICANN и член Зала славы Интернета, ответил: «Существуют сложные силы, работающие как над улучшением качества информации в сети, так и над ее искажением.Я считаю, что возмущение, вызванное недавними событиями, в итоге приведет к чистому улучшению, но если оглянуться задним числом, то улучшение может показаться недостаточным. Другая сторона медали сложности — невежество. Средний мужчина или женщина в Америке сегодня имеют меньше знаний об основах своей повседневной жизни, чем 50 или сто лет назад. За десятилетия, прошедшие после Второй мировой войны, произошло огромное внедрение сложных систем во многие аспекты нашей жизни, подпитываемое огромным ростом знаний в целом.Даже среди высокоинтеллектуальных людей наблюдается значительный рост личной специализации, чтобы сузить границы ожидаемого опыта до приемлемого уровня. Среди образованных людей мы изучили механизмы преодоления сложностей. Мы используем то, что мы знаем о статистике и вероятности, чтобы отделить неопределенность. Мы принимаем «наиболее вероятные» сценарии для событий, о которых у нас нет подробных сведений, и так далее. Растущая часть населения не имеет ни навыков, ни врожденного интеллекта, чтобы справляться с растущей сложностью, а в конкурентной социальной среде обязательства помогать нашим собратьям остаются невыполненными.Образованный или нет, никто не хочет быть болваном — все неправильные коннотации. Таким образом, невежество порождает фрустрацию, которая порождает отыгрывание, которое порождает антиобщественное и патологическое поведение, такое как дезинформация, которая была предметом исследования, и многие другие нежелательные эффекты второго порядка. Вопросы достоверной информации, безусловно, важны, тем более что технологическая интеллигенция владеет рядом инструментов для борьбы с недостоверной информацией. Но основную патологию нельзя укротить только с помощью технологий.Нам нужно заменить невежество и разочарование лучшими жизненными возможностями, которые вернут уверенность — сложная задача и трудная повестка дня. Существует ли непосредственная связь между широко распространенным невежеством и искаженными источниками информации? Ну конечно; естественно. На самом деле существует благотворный круг, когда получение достоверной информации уменьшает невежество, что приводит к более эффективному использованию более качественной информации и т. д.».

Правда новостей туманна и многогранна

Джудит Донат , научный сотрудник Центра Беркмана Кляйна по вопросам Интернета и общества Гарвардского университета и основатель группы Sociable Media в Медиа-лаборатории Массачусетского технологического института, написала: «Да, появятся надежные методы, чтобы блокировать ложные нарративы и обеспечивать преобладание точной информации, и, да, качество и достоверность информации в Интернете будут ухудшаться из-за распространения недостоверных, а иногда даже опасных, социально дестабилизирующих идей.Конечно, определение «правда» иногда туманно. У ученых-экспериментаторов есть много тщательных протоколов, чтобы гарантировать достоверность их работы, а вопросы, которые они задают, имеют четко определенные ответы — и все же могут возникать споры о том, что верно, а какая работа была свободна от внешнего влияния. Правда в новостях гораздо мрачнее и многограннее. История может быть искажена, непропорциональна, предназначена для введения в заблуждение — и все же, строго говоря, фактически точна. … Но пагубный вред фальшивых новостей заключается в том, что они сеют сомнения в достоверности всех новостей.Неоднократные клеветнические заявления Дональда Трампа о «фальшивых новостях» в «Нью-Йорк таймс», «Вашингтон пост» и т. д. относятся к числу его самых разрушительных неправд».

«Алгоритмы превращают риторику в оружие», оказывая влияние в массовом масштабе

Сьюзан Этлингер , отраслевой аналитик Altimeter Research, сказала: «В игре участвуют две основные движущие силы: одна — растущая сложность и доступность алгоритмов машинного обучения, а другая — человеческая природа. Со времен древних греков и римлян мы знали, что людей легко убедить риторикой; что не сильно изменилось за две тысячи лет.Алгоритмы превращают риторику в оружие, облегчая и ускоряя воздействие на людей в массовом масштабе. Есть много людей, работающих над способами защиты целостности и надежности информации, так же как есть эксперты по кибербезопасности, которые находятся в постоянной гонке вооружений с киберпреступниками, но уделяют столько же внимания «информации» (общественному благу), сколько «данным». ‘ (личный актив) потребует довольно большого культурного сдвига. Я подозреваю, что в разных частях мира это будет происходить по-разному».

Не существует технического решения того факта, что «новости» являются социальной сделкой

Клэй Ширки , вице-ректор по образовательным технологиям Нью-Йоркского университета, ответил: «Новости — это не постоянная категория — это социальная сделка.Не существует технического решения для разработки системы, которая не позволяла бы людям утверждать, что Обама мусульманин, но позволяла бы им утверждать, что Иисус любит вас».

«Сильные экономические силы стимулируют создание и распространение фейковых новостей»

Эми Уэбб , автор и основательница Future Today Institute, написала: «В эпоху социальных, демократизированных медиа мы заняли странную позицию. Мы одновременно скептики и истинно верующие. Если новость подтверждает то, во что мы уже верим, она заслуживает доверия, но если она противоречит нашим убеждениям, она фальшивая.Мы применяем ту же логику к экспертам и источникам, цитируемым в историях. Поскольку наши лимбические системы постоянно задействованы, мы с большей вероятностью будем обращать внимание на истории, которые вызывают у нас желание сражаться, бежать или заполнять наши учетные записи в социальных сетях ссылками. В результате появляются сильные экономические силы, стимулирующие создание и распространение фейковых новостей. В цифровой сфере внимание — это валюта. Для демократии хорошо остановить распространение дезинформации, но плохо для бизнеса. Если в настоящее время не будут приняты существенные меры — и если все компании в нашей цифровой информационной экосистеме не будут использовать стратегическое предвидение для планирования будущего — я не вижу, как к 2027 году количество фейковых новостей может уменьшиться.

Пропагандисты используют любые доступные каналы связи

Ян Питер , пионер Интернета, историк и активист, заметил: «Ни СМИ, ни интернет-гиганты, распространяющие информацию, ни правительства не в интересах создавать атмосферу, в которой нельзя манипулировать информацией в политических целях. , социальная или экономическая выгода. Пропаганда и желание исказить правду в политических и других целях всегда были с нами и будут адаптироваться к любым формам новых медиа, которые допускают открытую коммуникацию и потоки информации.

Расширение информационных каналов подрывает возможности для «общего повествования»

Кеннет Р. Флейшманн , адъюнкт-профессор Школы информации Техасского университета в Остине, написал: «Со временем общая тенденция такова, что распространение информационных и коммуникационных технологий (ИКТ) привело к распространению возможности для различных точек зрения и точек зрения, что подорвало степень общего повествования — действительно, в некотором смысле это соответствует тенденции отхода от монархии к более демократическим обществам, которые приветствуют разнообразие точек зрения — так что я предвосхищаю диапазон точки зрения увеличивать, а не уменьшать, и чтобы эти точки зрения включали не только мнения, но и факты, которые по своей сути являются редукционистскими и которыми можно легко манипулировать в соответствии с точкой зрения автора, следуя старому афоризму о статистике. Марк Твен приписывает Бенджамину Дизраэли [«Есть три вида лжи: ложь, наглая ложь и статистика.’], что первоначально относилось к экспертам в более общем смысле».

«Несмотря на то, что Интернет может быть сломан, он все еще способен устранять повреждения»

Пол Саффо , давний специалист по прогнозированию технологий в Силиконовой долине, прокомментировал: «Информационный кризис произошел в тени. Теперь, когда проблема видна как явная и неотложная опасность, активисты и люди, которые видят возможность для бизнеса, начнут сосредоточивать на ней внимание. Каким бы сломанным он ни был, Интернет все еще способен компенсировать ущерб.

Будет невозможно отличить фейк от реального видео, аудио, фото

Марина Горбис , исполнительный директор Института будущего, предсказала: «Будет не лучше и не хуже, а совсем по-другому. Мы уже разрабатываем технологии, которые делают невозможным различение поддельного и настоящего видео, поддельных и настоящих фотографий и т. д. Нам придется разработать новые инструменты для аутентификации и проверки. Нам, вероятно, придется разработать как новые социальные нормы, так и регулирующие механизмы, если мы хотим сохранить онлайн-среду как источник информации, на который могут положиться многие люди.

Возникнет «кембрийский взрыв» технологий для мониторинга сетевых и несетевых источников

Стоу Бойд , футуролог, издатель и главный редактор Work Futures, сказал: «Быстрый рост ИИ приведет к кембрийскому взрыву методов мониторинга сетевых и несетевых медиа-источников и социальных сетей и быстрого выявление и пометка поддельного и вводящего в заблуждение контента».

Что ж, есть хорошие и плохие новости об информационном будущем…

Джефф Джарвис , профессор Высшей школы журналистики Городского университета Нью-Йорка, прокомментировал: «Причины для надежды: большое внимание уделяется манипуляциям и дезинформации; платформы могут начать признавать и поддерживать качество; и мы все еще находимся на ранней стадии переговоров о нормах и нравах, связанных с ответственным гражданским общением.Причины пессимизма: Подрыв доверия к институтам; институты, которые не признают необходимость радикальных изменений для восстановления доверия; и бизнес-модели, которые отдают предпочтение объему, а не ценности».

Страх перед введением всеобъемлющей цензуры

Джим Уоррен , пионер Интернета и сторонник открытого правительства/открытых записей/открытых встреч, сказал: «Ложная и вводящая в заблуждение информация всегда была частью всех культур (сплетни, таблоиды и т. д.). Обучение суждению всегда было решением, и оно всегда будет.Я (все еще) доверяю давнему принципу свободы слова: лучшее лекарство от «оскорбительной» речи — БОЛЬШЕ речи. Единственный большой страх, который у меня есть, — это массовые коммуникационные конгломераты, навязывающие всеобъемлющую цензуру».

Люди должны взять на себя ответственность за поиск надежных источников

Стивен Миллер , вице-ректор по исследованиям Сингапурского университета управления, написал: «Даже сейчас, если кто-то хочет найти надежные источники, это не проблема, поэтому у нас сегодня нет недостатка в надежных источниках новостей.Дело в том, что есть все эти другие варианты, и люди могут выбрать жить в мире, где они игнорируют так называемые надежные источники или игнорируют множество источников, которые можно сравнивать, и сосредотачиваются на том, во что они хотят верить. Такая ситуация будет продолжаться. Я ожидаю, что через пять или десять лет по-прежнему будет много надежных источников новостей и множество источников. У тех, кто хочет найти надежные источники, не будет проблем с этим. Те, кто хочет убедиться, что они получают множество источников, чтобы увидеть диапазон входных данных и отсортировать различные типы входных данных, смогут это сделать, но я также ожидаю, что те, кто хочет быть в игре влияние на восприятие реальности и изменение восприятия реальности также будет иметь для этого достаточно средств.Таким образом, ответственность лежит на человеке, который ищет новости и пытается получить информацию о том, что происходит. Нам нужно больше людей, которые берут на себя ответственность за получение надежных источников».

Твиттер наконец-то обращается к экспертам по проверке фактов

Factually — информационный бюллетень о проверке фактов и дезинформации от Международной сети проверки фактов Poynter. Зарегистрируйтесь здесь, чтобы получать его по электронной почте каждый четверг.

Twitter объявил в понедельник, что начнет работать с двумя сторонами, подписавшими Кодекс принципов Международной сети проверки фактов: Reuters и Associated Press.Согласно пресс-релизу AP, Twitter будет тесно сотрудничать с двумя организациями, чтобы опубликовать их проверки фактов в Twitter Moments, тенденциях и «других поверхностях на платформе».

Это первый раз, когда Twitter обратился за консультацией к профессиональным проверяющим факты, чтобы улучшить свою информационную экосистему. Компания тестирует решение для сообщества под названием Birdwatch, о котором постоянные читатели этого информационного бюллетеня дважды имели удовольствие узнать больше от Алекса Махадевана из MediaWise.

Birdwatch — это пилотная программа Twitter, с помощью которой отдельные пользователи (также известные как Birdwatchers) отправляют заметки, исправляя потенциально ложную информацию в твите. Эти заметки обычно содержат ссылки на проверенный источник, которые пользователи Твиттера, читающие заметку, могут использовать для оценки достоверности информации.

В электронном письме в IFCN представитель Twitter сообщил, что отзывы от AP и Reuters помогут команде Birdwatch оценить полезность заметок участников сообщества. Однако пресс-секретарь подчеркнул, что отзывы специалистов по проверке фактов не окажут прямого влияния на то, какие заметки поднимает Birdwatch.

«Это сотрудничество — лишь один из способов, которым мы воспользуемся, чтобы понять, как работает Birdwatch», — написал представитель. «Нет идеальной меры, чтобы понять это, поэтому мы будем собирать несколько входных данных, чтобы дать сигнал».

Конечно, технологические компании не в первый раз обращаются к фактчекерам за помощью в борьбе с распространением злонамеренной лжи на своих платформах. TikTok начал сотрудничать со специалистами по проверке фактов для борьбы с ложью о COVID-19, которая позже распространилась на освещение выборов.

Затем, конечно же, существует Сторонняя программа проверки фактов Facebook, в рамках которой Facebook приглашает специалистов по проверке фактов, подписавших Кодекс принципов IFCN, проводить проверку фактов к контенту, отмеченному пользователями Facebook, модераторами или его искусственным интеллектом.

Фактчекеры и технологические компании имеют несколько симбиотических отношений. IFCN подготовила отчет о состоянии проверки фактов за 2020 год, в котором говорится, что 43% респондентов получают большую часть своего финансирования от программы проверки фактов Facebook.Технологические компании получают контент и опыт, чтобы помочь адаптировать свои ответы на распространение вредоносной дезинформации, а специалисты по проверке фактов получают финансирование и рекламу, чтобы продвигать свою работу и свою миссию.

Специалисты по проверке фактов пытаются найти способы диверсифицировать свои источники финансирования. В Бразилии Agência Lupa объявила о новой членской программе Contexto, которая позволяет участникам заглянуть за кулисы процесса проверки фактов и получить скидки на специальные тренинги и мероприятия. В апреле несколько специалистов по проверке фактов объединились, чтобы попытаться продать свою работу в виде NFT — невзаимозаменяемых токенов, которые позволяют пользователям «владеть» частью цифрового контента.

Но проблема остается для фактчекеров. Хотя налаживание партнерских отношений с технологическими компаниями, которые контролируют обширные области онлайн-коммуникаций, выгодно, специалисты по проверке фактов знают, что им необходимо сохранять свою независимость, чтобы быть эффективными.


Photo by India Today

  • India Today: «Индийский олимпийский лидер забивает пенальти, демонстрирует фальшивую олимпийскую медаль» (на английском языке)
    • Президент Индийской олимпийской ассоциации Нариндер Дхрув Батра поделился фотография того, что, как он утверждал, было медалью, выданной всем волонтерам Олимпийских игр в Токио, со словом «волонтер» на 11 языках, включая хинди.Однако после обратного поиска изображений выяснилось, что медаль на самом деле была новинкой, которая продавалась на eBay независимо от товаров на официальном олимпийском сайте.
  • Эллиника Обманы: «Беременная женщина, потерявшая ребенка на Корфу, не была привита от COVID-19» (на греческом)
    • утверждают, что причиной выкидыша была вакцина от COVID-19. В заявлении, сделанном в сообщении Facebook, утверждалось, что вакцина вызвала тромбоз, который в конечном итоге прервал беременность.Однако в отдельных постах в Facebook будущие мать и отец опровергли это утверждение, заявив, что ни один из них еще не был вакцинирован, и они ждут вскрытия, чтобы определить причину смерти.

AP Photo/Matt Dunham

Из новостей:

  • «Антипрививочная ложь — стать мучительной тётей для разбитых семей», от BBC. Специалист по дезинформации и репортер социальных сетей Марианна Спринг рассказывает о своем опыте освещения заговоров о COVID-19 и влиянии лжи на отдельных лиц и семьи.Она также рассказала об оскорблениях и угрозах, которые она получила в ответ на свое сообщение.
  • «Facebook перекрывает доступ исследователям Нью-Йоркского университета, что вызывает упреки со стороны законодателей», от TechCrunch. Facebook заблокировал учетные записи двух исследователей, работающих с Ad Observatory Нью-Йоркского университета, заявив, что проект нарушил условия обслуживания платформы для сбора данных о политической рекламе. Исследователи создали расширение для браузера, чтобы лучше понять методы таргетинга рекламы в Facebook.

Для/от сообщества


  • За последние два месяца было добавлено 5 новых проверенных подписантов:
  • IFCN создала рабочую группу по борьбе с преследованием фактчекеров настроены, поскольку мы собираемся объявить о некоторых новых позициях.

Если вы занимаетесь проверкой фактов и хотите, чтобы ваша работа/проекты/достижения были освещены в следующем выпуске, отправьте нам электронное письмо по адресу [email protected] к следующему вторнику.

Есть исправления? Советы? Мы будем рады услышать от вас: [email protected]

Спасибо за прочтение Фактически.

COVID-19: Часто задаваемые вопросы | ЮНИСЕФ

Я слышал о варианте под названием Омикрон. Насколько я должен быть обеспокоен?

Вирусы со временем мутируют — это нормально. Эксперты постоянно отслеживают новые варианты коронавируса, вызывающего COVID-19, в том числе Омикрон, чтобы увидеть, распространяются ли они легче, вызывают более тяжелое заболевание или могут повлиять на эффективность вакцин.На данный момент у нас нет ответов на все эти вопросы.

Новые варианты, такие как Omicron, напоминают о том, что пандемия COVID-19 далека от завершения. Поэтому крайне важно, чтобы люди получали вакцину, когда она им доступна, и продолжали следовать существующим рекомендациям по предотвращению распространения вируса, включая физическое дистанцирование, ношение масок, регулярное мытье рук и обеспечение хорошей вентиляции помещений.

В конечном счете, пока вирусу разрешено распространяться в любой точке мира, у него больше шансов мутировать в новые варианты, такие как Дельта и Омикрон.Самый очевидный путь выхода из пандемии — обеспечить равный доступ каждой страны к инструментам для борьбы с COVID — тестам, методам лечения и жизненно важным вакцинам. Чем больше людей будет защищено во всем мире, тем меньше места для появления новых вариантов и тем скорее мы сможем покончить с пандемией и вернуться к нормальной жизни.

>> Читать Что мы знаем о варианте Omicron

>> Узнайте больше о работе ЮНИСЕФ с партнерами по обеспечению справедливого развертывания вакцин против COVID-19 и его поддержке семей и систем здравоохранения в ответ на пандемию.

 

Являются ли какие-либо из этих новых вариантов COVID-19 более опасными для детей?

Эксперты продолжают отслеживать эти варианты по всему миру, чтобы лучше понять их влияние, в том числе на детей. Пока данные не свидетельствуют о том, что эти варианты нацелены конкретно на детей, а тяжелые заболевания у молодых людей остаются относительно редкими.

Родители должны продолжать призывать своих детей принимать те же меры предосторожности, что и раньше, чтобы предотвратить заражение и распространение COVID-19.
 

Действуют ли вакцины против COVID-19 против новых вариантов?

Эксперты по всему миру постоянно изучают, как новые варианты влияют на поведение вируса, включая любое потенциальное влияние на эффективность вакцин против COVID-19.

Но тем временем важно сделать прививку и продолжать меры по снижению распространения вируса, которые помогают снизить вероятность мутации вируса, включая физическое дистанцирование, ношение маски, хорошую вентиляцию, регулярное мытье рук. и своевременное обращение за медицинской помощью, если у вас есть симптомы.

Я привит, нужно ли мне еще пройти тест на COVID-19?

Если вы прошли полную вакцинацию, но у вас проявляются симптомы COVID-19, вам следует обратиться к врачу по поводу того, следует ли вам пройти тестирование.

Что такое «долгий COVID»? Могут ли пострадать дети?

Состояние после COVID-19, также иногда называемое «длительный COVID», — это термин, используемый для описания симптомов, сохраняющихся в течение недель или месяцев у некоторых людей после первоначального выздоровления от инфекции COVID-19.

Необходимы дополнительные исследования, чтобы лучше понять долгосрочные последствия COVID-19, но молодые люди и дети без сопутствующих хронических заболеваний, а также те, у кого были легкие симптомы во время острой инфекции COVID-19, также были затронуты. Количество детей с длительным COVID неясно, но исследования показывают, что симптомы у детей могут включать усталость, проблемы с желудочно-кишечным трактом, боль в горле, головные боли, а также мышечную боль и слабость.

Дети и подростки также могут страдать мультисистемным воспалительным синдромом у детей (MIS-C), редким, но серьезным заболеванием, которое, по-видимому, связано с COVID-19.Если у вашего ребенка или члена семьи появились новые или постоянные симптомы после острой инфекции COVID-19, вам следует проконсультироваться со своим лечащим врачом.

Информационный бюллетень о болезни Альцгеймера | Национальный институт старения

Болезнь Альцгеймера — это заболевание головного мозга, которое медленно разрушает память и мыслительные способности, а в конечном итоге и способность выполнять простейшие задачи. У большинства людей с болезнью Альцгеймера первые симптомы появляются в более позднем возрасте. Оценки разнятся, но эксперты предполагают, что более 6 миллионов американцев, большинство из которых в возрасте 65 лет и старше, могут страдать деменцией, вызванной болезнью Альцгеймера.

Болезнь Альцгеймера в настоящее время занимает седьмое место среди основных причин смерти в Соединенных Штатах и ​​является наиболее распространенной причиной слабоумия среди пожилых людей.

Деменция — это потеря когнитивных функций — мышления, памяти и рассуждений — и поведенческих способностей до такой степени, что это мешает повседневной жизни и деятельности человека. Степень тяжести деменции варьируется от самой легкой стадии, когда она только начинает влиять на функционирование человека, до самой тяжелой стадии, когда человек должен полностью полагаться на помощь других людей в выполнении основных повседневных действий.

Поделитесь этой инфографикой и помогите распространить информацию о различных типах деменции.

Причины деменции могут различаться в зависимости от типов изменений мозга, которые могут иметь место. Другие виды деменции включают деменцию с тельцами Леви, лобно-височные расстройства и сосудистую деменцию. У людей часто бывает смешанная деменция — сочетание двух или более типов деменции. Например, у некоторых людей есть и болезнь Альцгеймера, и сосудистая деменция.

Болезнь Альцгеймера названа в честь доктораАлоис Альцгеймер. В 1906 году доктор Альцгеймер заметил изменения в мозговой ткани женщины, умершей от необычного психического заболевания. Ее симптомы включали потерю памяти, языковые проблемы и непредсказуемое поведение. После ее смерти он исследовал ее мозг и обнаружил множество аномальных скоплений (теперь называемых амилоидными бляшками) и спутанных пучков волокон (теперь называемых нейрофибриллярными или тау-клубками).

Эти бляшки и сплетения в головном мозге до сих пор считаются одними из основных признаков болезни Альцгеймера.Другой особенностью является потеря связей между нейронами в головном мозге. Нейроны передают сообщения между различными частями мозга и от мозга к мышцам и органам тела.

Как болезнь Альцгеймера влияет на мозг?

Ученые продолжают разгадывать сложные изменения мозга, связанные с болезнью Альцгеймера. Изменения в мозге могут начаться за десять или более лет до появления симптомов. На этой очень ранней стадии болезни Альцгеймера в мозгу происходят токсические изменения, в том числе аномальные накопления белков, которые образуют амилоидные бляшки и тау-клубки.Ранее здоровые нейроны перестают функционировать, теряют связи с другими нейронами и погибают. Считается, что многие другие сложные изменения мозга также играют роль в развитии болезни Альцгеймера.

Сначала кажется, что повреждение происходит в гиппокампе и энторинальной коре, которые являются частями мозга, которые необходимы для формирования воспоминаний. По мере того, как умирает больше нейронов, поражаются и начинают уменьшаться дополнительные части мозга. К последней стадии болезни Альцгеймера повреждения становятся широко распространенными, а мозговая ткань значительно сокращается.

Признаки и симптомы болезни Альцгеймера

Проблемы с памятью обычно являются одним из первых признаков когнитивных нарушений, связанных с болезнью Альцгеймера. Некоторые люди с проблемами памяти имеют состояние, называемое легкими когнитивными нарушениями (MCI). При MCI у людей больше проблем с памятью, чем обычно для их возраста, но их симптомы не мешают их повседневной жизни. Проблемы с движением и проблемы с обонянием также связаны с MCI. Пожилые люди с MCI подвержены большему риску развития болезни Альцгеймера, но не все из них.Некоторые могут даже вернуться к нормальному познанию.

Первые симптомы болезни Альцгеймера у разных людей разные. Для многих снижение аспектов познания, не связанных с памятью, таких как поиск слов, проблемы со зрением/пространством, нарушение рассуждений или суждений, может сигнализировать о самых ранних стадиях заболевания. Исследователи изучают биомаркеры (биологические признаки заболевания, обнаруживаемые в изображениях головного мозга, спинномозговой жидкости и крови) для выявления ранних изменений в мозге людей с MCI и когнитивно нормальных людей, которые могут подвергаться большему риску болезни Альцгеймера.Необходимы дополнительные исследования, прежде чем эти методы можно будет широко и регулярно использовать для диагностики болезни Альцгеймера в кабинете поставщика медицинских услуг.

Стадии болезни Альцгеймера

Болезнь Альцгеймера легкой степени

По мере ухудшения болезни Альцгеймера люди испытывают большую потерю памяти и другие когнитивные трудности. Проблемы могут включать блуждание и потерю, проблемы с обращением с деньгами и оплатой счетов, повторяющиеся вопросы, увеличение времени выполнения обычных повседневных задач, а также изменения личности и поведения.Люди часто диагностируются на этой стадии.

Болезнь Альцгеймера средней степени тяжести

На этой стадии происходит повреждение областей мозга, которые контролируют язык, рассуждение, сознательное мышление и сенсорную обработку, например, способность правильно определять звуки и запахи. Потеря памяти и спутанность сознания ухудшаются, и люди начинают испытывать проблемы с узнаванием семьи и друзей. Они могут быть не в состоянии изучать новые вещи, выполнять многоэтапные задачи, такие как одевание, или справляться с новыми ситуациями.Кроме того, у людей на этой стадии могут быть галлюцинации, бред и паранойя, они могут вести себя импульсивно.

Тяжелая форма болезни Альцгеймера

В конечном итоге бляшки и сплетения распространяются по всему мозгу, а мозговая ткань значительно сжимается. Люди с тяжелой формой болезни Альцгеймера не могут общаться и полностью зависят от других в вопросах ухода. Ближе к концу жизни человек может находиться в постели большую часть или все время, поскольку тело отключается.

Что вызывает болезнь Альцгеймера?

За последние годы ученые добились огромного прогресса в лучшем понимании болезни Альцгеймера, и этот импульс продолжает расти.Тем не менее, ученые еще не до конца понимают, что вызывает болезнь Альцгеймера у большинства людей. У людей с ранним началом болезни Альцгеймера причиной может быть генетическая мутация. Болезнь Альцгеймера с поздним началом возникает в результате сложной серии изменений мозга, которые могут происходить в течение десятилетий. Причины, вероятно, включают сочетание генетических факторов, факторов окружающей среды и образа жизни. Важность любого из этих факторов в повышении или снижении риска развития болезни Альцгеймера может различаться у разных людей.

Основы болезни Альцгеймера

Ученые проводят исследования, чтобы узнать больше о бляшках, клубках и других биологических особенностях болезни Альцгеймера.Достижения в области методов визуализации мозга позволяют исследователям наблюдать за развитием и распространением аномальных амилоидных и тау-белков в живом мозге, а также за изменениями в структуре и функциях мозга. Ученые также изучают самые ранние стадии процесса болезни, изучая изменения в мозге и жидкостях организма, которые можно обнаружить за годы до появления симптомов болезни Альцгеймера. Результаты этих исследований помогут понять причины болезни Альцгеймера и облегчат диагностику.

Одна из величайших загадок болезни Альцгеймера заключается в том, почему она в основном поражает пожилых людей.Исследования нормального старения мозга изучают этот вопрос. Например, ученые изучают, как возрастные изменения в мозге могут повредить нейроны и повлиять на другие типы клеток мозга, способствуя повреждению болезни Альцгеймера. Эти возрастные изменения включают атрофию (уменьшение) определенных частей мозга, воспаление, повреждение кровеносных сосудов, производство нестабильных молекул, называемых свободными радикалами, и митохондриальную дисфункцию (нарушение выработки энергии в клетке).

Генетика болезни Альцгеймера

Большинство людей с болезнью Альцгеймера имеют форму заболевания с поздним началом, при которой симптомы проявляются в возрасте 60 лет или позже.Исследователи не нашли конкретного гена, который непосредственно вызывает болезнь Альцгеймера с поздним началом, но наличие формы гена аполипопротеина Е ( APOE ) увеличивает риск для человека. Этот ген имеет несколько форм, и одна из них, APOE ε4 , увеличивает риск развития у человека болезни Альцгеймера, а также связана с более ранним возрастом начала заболевания. Однако наличие формы гена APOE ε4 не означает, что у человека обязательно разовьется заболевание, и у некоторых людей без APOE ε4 также может развиться болезнь Альцгеймера.

Ученые также определили несколько представляющих интерес областей в геноме (полный набор ДНК организма), которые могут повышать или снижать риск развития болезни Альцгеймера с поздним началом в той или иной степени.

Болезнь Альцгеймера с ранним началом возникает у людей в возрасте от 30 до середины 60 лет и составляет менее 10% всех людей с болезнью Альцгеймера. Некоторые случаи вызваны унаследованным изменением в одном из трех генов. Для других исследования показывают, что задействованы другие генетические компоненты.

У большинства людей с синдромом Дауна развивается болезнь Альцгеймера.Это может быть связано с тем, что у людей с синдромом Дауна есть дополнительная копия 21-й хромосомы, которая содержит ген, производящий вредный амилоид.

Для получения дополнительной информации об исследованиях генетики болезни Альцгеймера см. информационный бюллетень NIA по генетике болезни Альцгеймера .

Факторы здоровья, окружающей среды и образа жизни

Исследования показывают, что множество факторов помимо генетики могут играть роль в развитии и течении болезни Альцгеймера. Например, большой интерес вызывает взаимосвязь между снижением когнитивных функций и сосудистыми заболеваниями, такими как болезни сердца, инсульт и высокое кровяное давление, а также такими состояниями, как диабет и ожирение.Текущие исследования помогут нам понять, может ли снижение факторов риска для этих состояний также снизить риск болезни Альцгеймера и каким образом.

Полноценное питание, физическая активность, социальная активность и занятия, стимулирующие умственную деятельность, помогают людям оставаться здоровыми в старости. Эти факторы также могут помочь снизить риск снижения когнитивных функций и болезни Альцгеймера. Исследователи проверяют некоторые из этих возможностей в клинических испытаниях.

Как диагностируется болезнь Альцгеймера?

Врачи используют несколько методов и инструментов, чтобы определить, есть ли у человека с проблемами памяти болезнь Альцгеймера.

Для диагностики болезни Альцгеймера врачи могут:

  • Задайте человеку и члену семьи или другу вопросы об общем состоянии здоровья, использовании рецептурных и безрецептурных лекарств, диете, прошлых проблемах со здоровьем, способности выполнять повседневные дела и изменениях в поведении и личности.
  • Проведите тесты на память, решение задач, внимание, счет и речь.
  • Проведите стандартные медицинские анализы, такие как анализы крови и мочи, чтобы выявить другие возможные причины проблемы.
  • Выполните сканирование головного мозга, например компьютерную томографию (КТ), магнитно-резонансную томографию (МРТ) или позитронно-эмиссионную томографию (ПЭТ), чтобы подтвердить диагноз болезни Альцгеймера или исключить другие возможные причины симптомов.

Эти тесты можно повторить, чтобы дать врачам информацию о том, как со временем меняются память человека и другие когнитивные функции.

Людям с нарушениями памяти и мышления следует поговорить со своим врачом, чтобы выяснить, вызваны ли их симптомы болезнью Альцгеймера или другой причиной, например инсультом, опухолью, болезнью Паркинсона, нарушениями сна, побочными эффектами лекарств, инфекцией или другим типом заболевания. слабоумие.Некоторые из этих состояний поддаются лечению и, возможно, обратимы.

Если поставлен диагноз болезни Альцгеймера, начало лечения как можно раньше в процессе болезни может помочь на некоторое время сохранить повседневную активность. Ранняя диагностика также помогает семьям планировать будущее. Они могут заниматься финансовыми и юридическими вопросами, решать потенциальные проблемы безопасности, узнавать об условиях проживания и развивать сети поддержки.

Кроме того, ранняя диагностика дает людям больше возможностей для участия в клинических испытаниях или других научных исследованиях, в которых проверяются возможные новые методы лечения болезни Альцгеймера.

Все — люди с болезнью Альцгеймера или MCI, а также здоровые добровольцы с семейным анамнезом болезни Альцгеймера или без него — могут принять участие в клинических испытаниях и исследованиях. Участники клинических исследований болезни Альцгеймера помогают ученым узнать, как мозг меняется при здоровом старении и при болезни Альцгеймера. В настоящее время требуется не менее 270 000 добровольцев для участия в более чем 250 активных клинических испытаниях и исследованиях, которые проверяют способы понимания, диагностики, лечения и предотвращения болезни Альцгеймера.

Участие в клинических испытаниях — один из способов помочь в борьбе с болезнью Альцгеймера. В исследованиях нужны участники разного возраста, пола, расы и этнической принадлежности, чтобы результаты были значимыми для многих людей. Чтобы узнать больше о клинических испытаниях, посмотрите это видео из Национальной медицинской библиотеки NIH.

NIA возглавляет исследования федерального правительства по болезни Альцгеймера. Поддерживаемые NIA исследовательские центры болезни Альцгеймера в США проводят широкий спектр исследований, включая изучение причин, диагностику и лечение болезни.NIA также спонсирует Консорциум клинических испытаний болезни Альцгеймера, который призван ускорить и расширить исследования и методы лечения болезни Альцгеймера и связанных с ней деменций.

Чтобы узнать больше о клинических испытаниях и исследованиях болезни Альцгеймера:

Узнайте больше об участии в клинических испытаниях.

Посмотрите видео участников клинических испытаний болезни Альцгеймера, рассказывающих о своем опыте.

Как лечится болезнь Альцгеймера?

Болезнь Альцгеймера сложна, и поэтому маловероятно, что какое-либо одно лекарство или другое вмешательство будет успешно лечить ее у всех людей, живущих с этим заболеванием.

Ученые изучают множество способов отсрочить или предотвратить заболевание, а также лечить его симптомы. В текущих клинических испытаниях ученые разрабатывают и тестируют несколько возможных вмешательств. Изучаются медикаментозные методы лечения, направленные на лечение различных заболеваний, а также немедикаментозные подходы, такие как физическая активность, диета, когнитивные тренировки и их комбинации. Так же, как у нас есть много способов лечения болезней сердца и рака, нам, вероятно, понадобится много вариантов лечения болезни Альцгеймера.Прецизионная медицина — предоставление правильного лечения нужному человеку в нужное время — вероятно, будет играть важную роль.

Современные подходы к лечению болезни Альцгеймера сосредоточены на том, чтобы помочь людям поддерживать психические функции, лечить основной процесс заболевания и управлять поведенческими симптомами.

Лекарства для поддержания психической функции при болезни Альцгеймера

Несколько лекарств одобрены Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США (FDA) для лечения симптомов болезни Альцгеймера.Донепезил, ривастигмин и галантамин используются для лечения симптомов болезни Альцгеймера легкой и средней степени тяжести. Донепезил, мемантин, пластырь с ривастигмином и комбинированный препарат мемантина и донепезила используются для лечения симптомов болезни Альцгеймера от умеренной до тяжелой. Все эти препараты работают, регулируя нейротрансмиттеры, химические вещества, которые передают сообщения между нейронами. Они могут помочь уменьшить симптомы и помочь с некоторыми поведенческими проблемами. Однако эти препараты не изменяют основной процесс заболевания.Они эффективны для некоторых, но не для всех людей, и могут помочь только на ограниченное время.

Лекарства для лечения основного процесса болезни Альцгеймера

Адуканумаб — первая болезнь-модифицирующая терапия, одобренная FDA для лечения болезни Альцгеймера. Лекарство помогает уменьшить отложения амилоида в головном мозге и может помочь замедлить прогрессирование болезни Альцгеймера, хотя еще не было показано, что оно влияет на клинические исходы, такие как прогрессирование снижения когнитивных функций или деменции.Врач или специалист, скорее всего, проведет тесты, такие как ПЭТ или анализ спинномозговой жидкости, чтобы найти признаки амилоидных бляшек и решить, подходит ли лечение для пациента.

Адуканумаб был одобрен в рамках программы ускоренного одобрения FDA. Этот процесс требует дополнительного исследования после утверждения, чтобы подтвердить ожидаемую клиническую пользу. Если последующее исследование не подтвердит клиническую пользу, FDA может отозвать одобрение препарата. Ожидается, что результаты фазы 4 клинических испытаний адуканумаба будут доступны к началу 2030 года.

Несколько других лекарств, модифицирующих заболевание, тестируются на людях с легкими когнитивными нарушениями или ранней стадией болезни Альцгеймера в качестве потенциальных методов лечения.

Управление поведением при болезни Альцгеймера

Общие поведенческие симптомы болезни Альцгеймера включают бессонницу, блуждание, возбуждение, тревогу и агрессию. Ученые изучают, почему возникают эти симптомы, и изучают новые методы лечения — лекарственные и немедикаментозные — для их лечения. Исследования показали, что лечение поведенческих симптомов может сделать людей с болезнью Альцгеймера более комфортными и облегчить жизнь тем, кто за ними ухаживает.

Поддержка семей и лиц, осуществляющих уход за пациентами с болезнью Альцгеймера

Уход за человеком с болезнью Альцгеймера может потребовать значительных физических, эмоциональных и финансовых затрат. Требования повседневного ухода, изменения семейных ролей и решения о помещении в учреждение по уходу могут быть трудными. NIA поддерживает усилия по оценке программ, стратегий, подходов и других исследований, направленных на улучшение качества ухода и жизни людей, живущих с деменцией, и тех, кто за ними ухаживает.

Получение хорошей информации о заболевании является одной из важных долгосрочных стратегий.Могут помочь программы, которые рассказывают семьям о различных стадиях болезни Альцгеймера и о том, как справляться с трудным поведением и другими проблемами ухода.

Хорошие навыки выживания, сильная сеть поддержки и временный уход — это другие вещи, которые могут помочь лицам, осуществляющим уход, справиться со стрессом, связанным с уходом за близким человеком с болезнью Альцгеймера. Например, поддержание физической активности дает физические и эмоциональные преимущества.

Некоторые лица, осуществляющие уход, обнаружили, что присоединение к группе поддержки является важным спасательным кругом.Эти группы поддержки позволяют лицам, осуществляющим уход, найти передышку, выразить беспокойство, поделиться опытом, получить советы и получить эмоциональный комфорт. Многие организации спонсируют личные и онлайн-группы поддержки, в том числе группы для людей с ранней стадией болезни Альцгеймера и их семей.

Для получения дополнительной информации см. Помощь при болезни Альцгеймера .

Прочтите эту тему на испанском языке. Lea sobre Эсте тема на испанском языке.

Для получения дополнительной информации о болезни Альцгеймера

Образовательно-справочный центр NIA по болезни Альцгеймера и связанной с ней деменции (ADEAR)
800-438-4380
[email protected]
www.nia.nih.gov/alzheimers
Центр NIA ADEAR предлагает информацию и бесплатные печатные публикации о болезни Альцгеймера и связанных с ней деменциях для семей, лиц, осуществляющих уход, и медицинских работников.

Написать ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.