Плацебо эффект: Как работает эффект плацебо? — все самое интересное на ПостНауке

Содержание

Плацебо-эффект в литературе — Журнальный зал

ПЛАЦЕБО-ЭФФЕКТ1 В ЛИТЕРАТУРЕ

 

Стараясь реже занимать пространство издания, к которому я имею непосредственное отношение, не могу отказать себе в желании подхватить волнующую меня тему — о новых стратегиях в литературе и на литературном рынке. Было бы обидно не использовать стопроцентно голевую передачу, какой стала публикация в прошлом номере «КМ» беседы Владимира Шухмина с Александром Ивановым о трэше2.

Интервью мясистое, сочное, так что Александру Иванову — заслуженные аплодисменты. Но признательность не обязательно подразумевает солидарность с изложенной позицией. Если я правильно понял Иванова, его тезис таков: если «высокому» письму не по зубам современность, то пусть хоть трэш над ней трудится. Да, признает издатель, язык моих авторов плох, но актуальны смыслы. Да, признает издатель, смыслы не оригинальны, но, как целительные снадобья, их надобно неустанно пережевывать. По законам психодрамы

3 это снимет у народа комплекс оглядки в прошлое. Да здравствует эксгумация комков, вывернутых пахарями от литературы из толщ социального перегноя! Долой язык избранных! Право на публичное высказывание всем и каждому! Так, четко, без экивоков и лукавства явлена стратегия, которая может послужить трамплином для важного разговора об устройстве книжного дела.

Опрокинуть позицию Иванова трудно, и в лоб его броню не пробьешь. Эстетические критерии упразднены, и трактовать искусство можно по-всякому. В особенности, когда речь идет о пользе читателя и благе общества. Культурная машина исходит из того, что знает нужды потребителя. Сам же потребитель обречен на безмолвие — в его распоряжении нет коммуникативного канала, чтобы обнародовать свою позицию.

Мне не ведомо, что остается в словесности за вычетом языка, и на скользкую территорию содержания и вкуса вторгаться не стану. (Отмечу лишь, что мне по душе прополка всходов, учиненная тем же Шухминым в статье «Трэш, или Мусорный ветер перемен»4.) Но если сместиться чуть вбок, то секрет издательского фокуса — объявлять черное письмо белым — тут же раскроется. Вот я и предлагаю зайти с экономического бока и задать банальный вопрос: «Ко-му на руку, чтобы писали скверно?» Кому нужно, чтобы всякая околесица собирала урожай там, где не она сеяла? Я имею в виду не деньги, а урожай в виде свободных глаз и ушей.

Выбор рыночного угла зрения на литературу оправдан тем, что та продается за деньги и, стало быть, живет под эгидой рыночных правил. Очевидно, правила, а к самым важным из них относятся права собственности, структура контрактов, модель ценообразования — как-то влияют на литературное производство. Мы ведь сейчас читаем не то, что написал автор-рантье, а лишь то, что кто-то согласился до нас донести. Следовательно, кто-то должен на свой страх и риск просеивать творцов на предмет выгодности/невыгодности их публикации. Издатель и занят этим, так сказать, на коммерческих началах.

В том, что издатель думает о деньгах, нет ничего дурного. Плохо, когда законы продаж пленяют его мышление. Тогда сознание милосердно подбрасывает ему удобные для самооправдания версии. Отсюда и точка зрения, озвученная в интервью. Чертить свою линию твердо — право всякого стратега. Только вот философский флёр здесь излишен, коли истинный — бизнес-мотив — столь прозрачен. Сказал бы просто, без обиняков — мол, авторы кончились, а печатать кого-то надо. Иначе — кранты. Вот и мобилизуем белобилетников и волонтеров с трехлинейками. Терпим, пока патроны подоспеют. Но сказать так — это повторить всем известные вещи, ведь беда-то общая. Книжный бизнес в сравнении с другими хлопотен и рискован, а прибыльность его невелика. Потому-то мне и кажется важным найти первопричину проблемы — ее я усматриваю в системных институциональных дефектах книжного рынка. Потому — не судите издателя, не он придумал правила игры на книжном рынке, и не ему за них ответ держать. Есть основания полагать, что сами правила, действующие на рынке литературы, ущербны, раз издатели делают ставку на, по слову Иванова, «не литературу». Видно, кроме, как из топора, суп варить не из чего.

В чем проявляется дефект правил? Обращает на себя внимание парадоксальный факт — цена на книги определяется затратами на ее производство, но не ее содержанием. Также и билеты в кино — продаются по одной и той же цене. Независимо от качества кинокартины, билет на любой фильм в одном и том же кинотеатре будет продан по одной и той же цене. Примерно так же обстоит дело и с книгами, и с CD. Единообразие цен на однотипные продукты столь глубоко въелось в быт, что иное, кажется, и помыслить трудно.

А тем временем, унификация цен — не заповедь Божья, а «рукотворный» закон книжного рынка (как, впрочем, и любой технологично тиражируемой (цифровой) индустрии творчества), предопределяющий на нем все остальное. Поскольку цены книг причесаны под одну гребенку, касса связана с тиражом и номенклатурой, но не с ценой отдельной книги. Хочешь больше денег — издавай массово и как можно чаще. Но цену трогать не смей — это табу для книжного рынка. Здесь и скрыто главное противоречие. Рынок продает эстетику, переживания, смыслы, но не берет за это денег. Тут и включается естественная, но порочная логика: раз за содержание не платят, то издатель вроде как никому ничего по этой части и не должен. Проблемы сбыта он решать умеет, не особенно упирая на содержание, — для этого существуют рекламные уловки.

Рынок не маркирует эталоны, не объективирует посредством ценника вертикаль вкуса. Вкупе с ориентацией на серийную штамповку это негативно отражается на эффективности потребительского выбора, не говоря уж о тенденциях вкусового развития. Почему так вышло, что цены книг не сигнализируют о качестве товара, как с успехом делают это, например, цены в индустрии роскоши, — разговор отдельный. Сейчас важнее поднять другой вопрос — что следует из того, что рынок не дифференцирует книги по цене в зависимости от качества текста? Надо подчеркнуть, что это, вообще говоря, ключевой вопрос не только для литературы, но и для всех тиражных сегментов культуры. Что следует из того, что цены не отражают качество?

Ответ, хорошо известный применительно к хозяйственной сфере, таков: если в какой-то отрасли потребитель не может по рыночным сигналам с разумной достоверностью предсказать итоги своего выбора, если эту проблему не решают институты гарантий и экспертизы, то данная отрасль подвластна тенденции ухудшающего (неблагоприятного) отбора, попросту говоря, деградирует. Экономисты давно осмыслили этот тезис, и любой институт оценивают с точки зрения производимой информации о качестве. Но применительно к культуре подобным образом до сих пор никто вопрос не ставил, так что речь, смею заверить, идет о передовой линии экономической науки о культуре. Каков фундаментальный механизм ухудшающего отбора в литературе? Попробую изложить свое понимание, взяв за отправную точку парадокс цен.

Когда книги дешевы, их нужно выпускать оптом, иначе прогоришь — не покроешь издержек администрирования. Не умея взимать плату за качество, берут количеством. Поскольку выручка определяется произведением цены на количество, и поскольку цена твердо задана, то остается управлять выпуском. Итак, раз цена фиксирована, нужен вал. А где его взять в нужном ассортименте и достоинстве? Приходится чем-то жертвовать, в большинстве случаев, теряя качество при выигрыше темпа. Издатели, а, вслед за ними и авторы, попадают в «беличью колесницу»: денежный аппетит вынуждает одних — больше издавать, других, понукаемых первыми, — чаще писать. Издателю к форсированному ритму не привыкать, его забота — рентабельность, а вот автору приходится туго. Писать чаще, чем можешь — означает, почти всегда экономить на качестве, кроить мысль по мелкому шаблону. Настраиваясь на стайерский забег, автор экономно расходует замысел, и на выходе дозированного творчества — разбавленный раствор. Так возникает жидкая литература. Словно ребенок, скрывая недостачу компота, автор доливает воды в кастрюлю. Но читателя по части «крепости и градусов» не проведешь, и симметричного ответа не придется ждать долго. Сколько обложек ни плоди, они упираются в денежный и временной бюджеты, а те — не резиновые. Разбавишь пожиже — глотать начнут чаще. Расставишь «цеплялки» — повысят скорость сканирования текста — экспрессом без остановок от одного к другому. Но суммарная выручка не прирастет. Потому что алгебру символического рынка не проведешь, как не обманешь автомобильный редуктор: как ни раскручивай обороты, а на низшей передаче далеко не уедешь. Движок посадишь и бензин зря израсходуешь. Если новые ценности не создаются, то путем одного лишь переливания из пустого в порожнее культурный ВВП не прирастает. Растут лишь трансакционные (информационные) издержки на выпаривание смыслов. Отдача от символического капитала писателя наивысшая лишь при оптимальных условиях эксплуатации. Но в условиях неиндикативных цен коммерческие «природопользователи» авторского потенциала не способны к оптимизации сразу по двум параметрам — выпуску и символическому наполнению, и отсюда — реальная угроза деваль-вации искусства.

Стремление нарастить выпуск любой ценой упирается в дефицит творцов. Поэтому всеми правдами и неправдами на поле литературы вы-водятся волонтеры. (Может быть, из этого исходит Иванов, форсируя процесс, но втайне намереваясь «клин вышибить клином».) Это и вы-зывает болезнь избыточного ассортимента и снижение ка-чества. Подающий надежды или уже маститый автор, будучи поставлен на конвейер в один ряд с технологами от литературы, начинает походить на выжатый лимон — так в Америке окрестили донельзя изношенные автомобили. С виду их трудно отличить от ухоженных машин, и по цене они равны. Поэтому хорошие машины вытесняются с рынка — владельцы просто не согласны продавать их по той низкой цене, что красна для «лимонов». Так и запускается ухудшающий отбор, внешне выраженный в том, что хорошо сделанные вещи предлагаются все реже, вытесняясь суррогатами. «Фирменные» продукты не выдерживают ценовой конкуренции. Огрехи вкуса, склонность к манипулированию вкусами, отказ от щепетильности, а также пиратство и другие уловки обеспечивают конкурентные преимущества слабым или недобросовестным производителям.

Феномен «выжатых лимонов» открыл миру американский экономист Джорж Акерлоф, снискавший за это открытие лавры нобелиата. Главная его идея в том, что если на каких-либо рынках не устранена асимметрия информации в отношении качества (кто-то информирован о свойствах продукта лучше других), то такими рынками овладевает тенденция ухудшающего отбора5. Двигатель отбора — любовь к справедливости. Представим, что знающая сторона может в одностороннем порядке извлечь выгоду из своего информационного преимущества — в ущерб интересам контрагентов. В теории контрактов такое поведение названо «оппортунистическим» (Оливер Уильямсон). Но, рано или поздно, утаенные стороны сделки всплывают на поверхность, и тогда проигравшим видно, что их обвели вокруг пальца. Стремясь отыграться, они, как правило, оты-скивают другие неучтенные в контракте моменты, но уже в свою пользу. (Всем известны примеры из трудовых контрактов — сколько работникам платят, ровно на столько они и радеют.) Потребители, может, и не хранят в памяти школьную химию, но принцип Ле Шателье чтят — на всякое ухудшение условий реа-гируют восстановлением статуса кво. Если же не могут восстановить статус — то раз-рывают отношения, в которых не успешны.

Так, вместо сотрудничества — борьба за справедливость с отрицательным результатом для обеих сторон. Этим и порождается тенденция ухудшающего отбора, ведущая к непроизводительной трате сил и авторов и читателей. Ее механика в том, что — если читатель обманут в своих ожиданиях, он мстит равнодушием. Как только до него доходит, что ожидать от книги чего-то нетривиального не приходится, он, в ответ, принимает такую логику игры и, в итоге, снижает планку притязаний и удовлетворяется малым.

Не имея возможности входить здесь в экономические детали, хочу обратить внимание гуманитарного сообщества на ключевую мысль — зло коренится в недостатке информации о качестве и в неэффективном устройстве экспертизы. Собственно говоря, вот уже полвека искания экономики и бизнеса так или иначе касаются не-определенности перспектив и управления рисками. Многие ключевые институты хозяйственных рынков — гарантий, брэндирования, страхования, производные финансовые инструменты (опционы, фьючерсы и пр.) — нацелены на снижение неопределенности будущего для агентов рынка. Экспертные инстанции служат той же цели — они удостоверяют качество. Рынки культуры имеют в этом аспекте свою специфику6, и, надо признать, прямой перенос традиционных рецептов — брэнды, стандарты, опционы, паевые инвестиционные (в культурные проекты) фонды — не имеет видимых перспектив.

Важно представлять, каким именно образом рыночная жизнь вмешивается в литературу. Детали этого вмешательства всюду имеют свою специфику. Не вдаваясь в подробности, скажу лишь, что в тиражных секторах культуры ухудшающий отбор набирает силу тогда, когда коммерсанты в своих частных интересах генерируют бесчисленное множество форм, а сертифицирующие инстанции не маркируют их качество. В сущности, главная интрига современного культурного процесса — в неоптимальном тираже. Динамика выпуска и ассортимент книг не согласуются с естественными ограничениями человеческой рецепции. Рецензионные фильтры проблемы не решают. Свободное время и внимание читателей находятся в открытом доступе. Неудивительно поэтому, что они так бесцеремонно сверхнормативно эксплуатируются. Если читатели не имеют фильтра, выделяющего достойные произведения в массе отстойных, то хорошие вещи просто теряются. Сорняки их забивают.

Индикативные цены — первейший рыночный инструмент информирования о качестве. Что, казалось бы, для читателей страшного, если цены немы. Они-то помнят-знают, что хорошо, а что плохо, и быстренько по низкой цене откупят лучшее. Только для того, чтобы они набрали компетенцию различать, что лучше, а что хуже, — нужна созидательная работа механизма цен. Роль денег не только и не столько в том, чтобы опосредовать обмен, но едва ли не в первую очередь в том, чтобы фиксировать эквиваленты обмена. Если в какой-то сфере почему-либо деньги не берут на себя роль носителя сигнала, то агенты рынка дезориентированы. Из рынка изъята ключевая деталь — балансир интересов покупателя и поставщика — и вся его тонкая механика сбоит. Какое-то время качество по инерции держится на плаву, но если за него не платят, то оно быстро погружается на дно.

Если правило «дороже, значит лучше» не работает, то под прикрытием одинаковых цен прилавок захлестывает волна макулатуры. Публика принуждена отыскивать нужные вещи в грудах мусора. Это влечет за собой информационные издержки, которые никем не компенсируются. Удовольствие от текста все реже, и дается оно все большим трудом, неудовольствие же растет. В какой-то момент человек подыскивает себе другое, более увлекательное занятие. Рынок пустеет — с него уходит здравомыслящая часть аудитории, а вслед за нею, лучшие авторы, не находящие здесь достойного вознаграждения.

По части бесконтрольного замусоривания литература очень уязвима. Барьеры входа в книжное дело невысоки (ни больших денег, ни материальной базы не требуется) и практически любой их преодолевает. Плюс к тому, в ус-ловиях повышающегося благосостояния число желающих реализоваться, взявшись за перо, стремительно растет. Это выводит на сцену гигантское количество графоманов, оккупирующих наши органы восприятия не без помощи сами знаете кого. По их вине творческий литературный котел вот-вот «закозлится»7 от переполнения быстро остывающим шлаком.

Устройство рынка литературы более, чем где-либо в культуре, потворствует ухудшающему отбору — положению, когда качественная продукция вытесняется эрзацами. То положение, которое мы сейчас видим на рынке литературы (а также кино и музыки) — есть плод набравшей силу тенденции ухудшающего отбора. Если не принимать на веру поставленный диагноз, то чрезвычайно полезно хотя бы просто быть в курсе того обстоятельства, что действующие рыночные правила провоцируют ухудшающий отбор.

Существует ли пагубная тенденция ухудшающего отбора в литературе, или эту беду мужики из Тулы придумали? Можно ли объективно диагностировать состояние книжного рынка? Имеет ли коммерческая культура иммунитет против ухудшающего отбора или нужно срочно реформировать правила рынка? Где площадка для квалифицированной дискуссии по этим вопросам? Может быть, ею станет «КМ»?

 

1 «Плацебо-эффект — изменение в физиологическом или психологическом состоянии субъекта, вызываемое приемом плацебо» (Словарь практического психолога. Минск, 1997. С. 402). Эффект плацебо известен в медицине в связи улучшением состояния больных после приема таблеток, не содержащих лекарственных препаратов. Сам факт приема лекарства и «доброе слово» врача мобилизуют ресурсы организма — «химизм» препарата здесь ни при чем. Современные методики тестирования лекарств предусматривают сопоставление их действия с результатами контрольной группы, принимавшей плацебо.

2 См.: Александр Иванов: «Мы попробовали посмотреть на литературу как не на литературу» / Беседу вел Владимир Шухмин // КМ. 2004. № 1. С. 15—21 (прим. ред.).

3 Предложенный Дж. Морено вид психотерапии, связанный с моделированием жизненно важных ситуаций. Проживая их, человек по-новому осознает проблемы, способы реагирования, меняет отношение к событиям, ценностям. См.: Словарь практического психолога. С. 471.

4 См.: КМ. 2004. № 1. С. 6—10 (прим. ред.).

5См.: George A. Akerlof. The Market for «Lemons»: Quality Uncertainty and the Market Mechanism // The Quarterly Journal of Economics. August 1970. Vol. 84. P. 488—500. Рус. пер.: Джордж Акерлоф. Рынок «лимонов»: неопределенность качества и рыночный механизм // Thesis. 1994. Вып. 5. С. 91—104.

6 Специфика продукции индустрии культуры, мешающая создать полноценные институты гарантий, проанализирована мной в статье «Ухудшающий отбор на рынке литературы» (Книжное дело. 2004. № 1. С. 52—58).

7 Так говорят, когда содержимое плавильной печи или ковша не успели разлить. Металл застывает, и его приходится выбивать вручную вместе с огнеупорной кладкой.

Ученые использовали эффект плацебо для лечения хронической болезни

Павлов в конце ХIХ века в результате экспериментов с собаками впервые описал возникновение так называемых условных рефлексов. В его опытах он каждый раз включал электрический звонок перед утренней кормежкой животных, в результате чего те впоследствии выработали способность выделять слюну и желудочные соки в ответ на звонок даже в том случае, если еды им и не доставалось.

В своей собственной работе Роберт Адер (Robert Ader), профессор Рочестерского университета, и его коллеги попытались выявить, может ли терапевтический эффект лекарственного препарата быть запущен плацебо, благодаря его физическому сходству с настоящим лекарством — формой, цветом, запахом, упаковкой, а также назначением авторитетным лечащим врачом, носящим строгий белый халат.

По мнению Адера, регулярные ассоциации с лекарством, предназначенным для лечения хронической болезни, должны выработать у пациента условные рефлексы, вызывающие положительные терапевтические эффекты, связанные с запуском с помощью мыслей и эмоций нейрохимических процессов, приводящих к выделению организмом гормонов, взаимодействующих в свою очередь с клетками иммунной системы, борющихся с причинами болезни.

Авторы нового исследования исходили из массы уже описанных, но все еще не объясненных эффектов плацебо, когда само убеждение человека в том, что он принимает лекарство, хотя на самом деле ему достается пустышка, приводит к положительным эффектам.

«Несмотря на то, что полученные нами результаты являются предварительными, мы уверены, что официальная медицина должна признать реакцию сознания на лечение как мощную часть эффекта многих лекарств и попытаться использовать ее. Разумеется, чистое плацебо не может вылечить от тяжелых болезней, но в комбинации с активным препаратом его эффект может быть ярко выраженным», — сказал Адер, слова которого приводит пресс-служба медицинского центра Рочестерского университета.

Псориаз же был выбран учеными, так как он является хронической болезнью, связанной с работой иммунной системы и обостряющейся в результате стрессов.

Эксперимент проводился в течение от 11 до 14 недель с участием 46 пациентов, разделенных на три группы. Первая группа пациентов получала стандартную дозу лекарства в виде спрея и служила контрольной группой. Второй группе пациентов ученые назначали лекарственные спреи с той же концентрацией активного компонента, применение которых перемежалось с применением спрея-пустышки во время 25-50% процедур. Третья группа пациентов подвергалась лечению спреем, содержащим заниженные на 25-50% концентрации активного компонента. При этом пациенты во второй и третьей группах получали в итоге одинаковое количество действующего препарата.

Никто из пациентов не знал точно, каким типом медикаментов их лечат, однако всем перед началом эксперимента ученые сообщили, что вероятно некоторые из них будут получать лекарства в сниженной концентрации.

Такой подход к изучению эффекта плацебо сильно отличается от предыдущих экспериментов, где пациентам предлагали либо полноценное лекарство, либо полную пустышку.

Эффект от применения трех типов медицинских препаратов анализировался независимыми дерматологами и оценивался по двум параметрам. Первый из них — это степень серьезности повреждений кожи, а второй — вероятность возвращения обрабатываемых участков пораженной псориазом кожи пациента в исходное состояние (вероятность рецидива) после лечения.

Эксперименты проводились как в Рочестерском университете, так и в медицинском центре Стенфордского университета.

Ученым удалось выявить явные различия в серьезности пораженных участков кожи пациентов в результате двух типов лечения с применением плацебо только в рочестерской группе пациентов, так как, по мнению авторов, исследования в стенфордской группе пациенты были выбраны изначально с разной степенью поражения кожи, а также они подвергались воздействию более активной солнечной радиации, которое является одним из методов лечения псориаза. Это могло маскировать разницу в эффектах лечения, однако изучение вероятности рецидива показало явный эффект от лечения с применением эффекта плацебо.

У пациентов, получавших полную дозу лекарства, рецидив наблюдался в 22,2% случаев, во второй группе больных рецидив наблюдался лишь немного чаще — 26,7 %, тогда как в третьей группе, получавшей лекарство в заниженной концентрации вероятность рецидива составила 61,5%.

Эта экспериментальная работа служит первым свидетельством того, что условный рефлекс может быть использован для разработки методик лечения различных типов болезней людей. Авторы статьи полагают, что такие методики могут быть полезны в случае болезней, связанных с психическим состоянием человека или работой его иммунной системы — астмы, множественного склероза и хронической боли.

При этом режим приема лекарств, где активные компоненты чередуются с плацебо, может помочь достичь максимального эффекта и снизить побочные эффекты. Использование же лекарств в заниженной концентрации может быть временной мерой лечения, когда побочные эффекты от приема медикаментов особенно не желательны.

Плацебо чем дороже, тем эффективнее

Группа медиков из университета Цинцинати под руководством Альберто Эспая (Alberto Espay) показала на примере больных синдромом Паркинсона, что чем дороже лекарство, которым лечат больного, при том же составе, тем оно более эффективно. Свое исследование они опубликовали в журнале Neurology. Эта статья также снабжена предисловием от издателя об эффекте плацебо.

Значительный эффект плацебо при лечении синдрома Паркинсона известен, так было показано, что симптомы при его приеме в среднем снижаются на 16%. В связи с этим представлялось интересным, какие факторы влияют на эффективность плацебо. Для исследования медики выбрали 12 больных в возрасте около 62, которые страдали от заболевания в среднем 11 лет. Каждому из них под видом «новейшего препарата — проводника домарфина» обычную таблетку с солью. При этом половине испытуемых говорили, что лекарство стоит $100 за дозу, а другой половине — что $1500.

После курса лечения медики установили, что в каждой из групп показатели отличались от контрольных статистически значимо. При этом симптомы у группы, принимавших дорогое плацебо, уменьшились на 7% сильнее, чем у той, что принимала дешевое. Установлено, что причиной этого является большая активность мозга у тех, кто получал дорогие таблетки. Как говорят ученые, по-видимому, больные подсознательно исходят из предположения, что дорогое лекарство более эффективно, и поэтому ощущают ожидаемый эффект.

Однако издатели предостерегают от столь сильных выводов, поскольку для небольшой выборки 7% не очень большая величина, хотя и отмечают, что иногда плацебо бывает весьма полезно. В конце концов, плацебо, принимаемое под контролем врача, как минимум не дает побочных эффектов, а оптимизм больного — тоже лекарство.

Впрочем, как рассказывал наш портал, эффект плацебо возможен не только при лечении паркинсонизма, но и даже при проведении операции на мениске.

Ученые успешно использовали эффект плацебо для лечения псориаза — Газета.Ru

Ученым удалось применить эффект плацебо — лекарства, не содержащего в себе активного терапевтического компонента, — для лечения псориаза, хронической и трудно поддающейся лечению болезни, и полагают, что их работа должна привлечь внимание производителей лекарств, сообщается в статье исследователей, которая опубликована в журнале Psychosomatic Medicine.

Ученые показали, что эффект плацебо может эффективно применяться при комбинации пустого препарата с активно действующим лекарством.

В своей экспериментальной работе с больными ученые попытались использовать эффект приобретенного рефлекса, впервые научно описанного великим русским физиологом, академиком Иваном Петровичем Павловым. Он в конце ХIХ века в результате экспериментов с собаками впервые описал возникновение так называемых условных рефлексов. В его опытах он каждый раз включал электрический звонок перед утренней кормежкой животных, в результате чего те впоследствии выработали способность выделять слюну и желудочные соки в ответ на звонок даже в том случае, если еды им и не доставалось.

В своей собственной работе Роберт Адер, профессор Рочестерского университета, и его коллеги попытались выявить, может ли терапевтический эффект лекарственного препарата быть запущен плацебо, благодаря его физическому сходству с настоящим лекарством — формой, цветом, запахом, упаковкой, а также назначением авторитетным лечащим врачом, носящим строгий белый халат.

По мнению Адера, регулярные ассоциации с лекарством, предназначенным для лечения хронической болезни, должны выработать у пациента условные рефлексы, вызывающие положительные терапевтические эффекты, связанные с запуском с помощью мыслей и эмоций нейрохимических процессов, приводящих к выделению организмом гормонов, взаимодействующих в свою очередь с клетками иммунной системы, борющихся с причинами болезни.

Авторы нового исследования исходили из массы уже описанных, но все еще не объясненных эффектов плацебо, когда само убеждение человека в том, что он принимает лекарство, хотя на самом деле ему достается пустышка, приводит к положительным эффектам.

«Несмотря на то, что полученные нами результаты являются предварительными, мы уверены, что официальная медицина должна признать реакцию сознания на лечение как мощную часть эффекта многих лекарств и попытаться использовать ее. Разумеется, чистое плацебо не может вылечить от тяжелых болезней, но в комбинации с активным препаратом его эффект может быть ярко выраженным», — сказал Адер.

Псориаз же был выбран учеными, так как он является хронической болезнью, связанной с работой иммунной системы и обостряющейся в результате стрессов.

Эксперимент проводился в течение от 11 до 14 недель с участием 46 пациентов, разделенных на три группы. Первая группа пациентов получала стандартную дозу лекарства в виде спрея и служила контрольной группой. Второй группе пациентов ученые назначали лекарственные спреи с той же концентрацией активного компонента, применение которых перемежалось с применением спрея-пустышки во время 25-50% процедур. Третья группа пациентов подвергалась лечению спреем, содержащим заниженные на 25-50% концентрации активного компонента. При этом пациенты во второй и третьей группах получали в итоге одинаковое количество действующего препарата. Никто из пациентов не знал точно, каким типом медикаментов их лечат, однако всем перед началом эксперимента ученые сообщили, что вероятно некоторые из них будут получать лекарства в сниженной концентрации. Такой подход к изучению эффекта плацебо сильно отличается от предыдущих экспериментов, где пациентам предлагали либо полноценное лекарство, либо полную пустышку.

Эффект от применения трех типов медицинских препаратов анализировался независимыми дерматологами и оценивался по двум параметрам. Первый из них — это степень серьезности повреждений кожи, а второй — вероятность возвращения обрабатываемых участков пораженной псориазом кожи пациента в исходное состояние (вероятность рецидива) после лечения. Эксперименты проводились как в Рочестерском университете, так и в медицинском центре Стенфордского университета.

Ученым удалось выявить явные различия в серьезности пораженных участков кожи пациентов в результате двух типов лечения с применением плацебо только в рочестерской группе пациентов, так как, по мнению авторов, исследования в стенфордской группе пациенты были выбраны изначально с разной степенью поражения кожи, а также они подвергались воздействию более активной солнечной радиации, которое является одним из методов лечения псориаза. Это могло маскировать разницу в эффектах лечения, однако изучение вероятности рецидива показало явный эффект от лечения с применением эффекта плацебо.

У пациентов, получавших полную дозу лекарства, рецидив наблюдался в 22,2% случаев, во второй группе больных рецидив наблюдался лишь немного чаще — 26,7 %, тогда как в третьей группе, получавшей лекарство в заниженной концентрации вероятность рецидива составила 61,5%.

Эта экспериментальная работа служит первым свидетельством того, что условный рефлекс может быть использован для разработки методик лечения различных типов болезней людей. Авторы статьи полагают, что такие методики могут быть полезны в случае болезней, связанных с психическим состоянием человека или работой его иммунной системы — астмы, множественного склероза и хронической боли. При этом режим приема лекарств, где активные компоненты чередуются с плацебо, может помочь достичь максимального эффекта и снизить побочные эффекты. Использование же лекарств в заниженной концентрации может быть временной мерой лечения, когда побочные эффекты от приема медикаментов особенно не желательны.

Выборочный подбор доз (плацебо-контролируемый подбор доз до конечной точки) / КонсультантПлюс

Выборочный подбор доз (плацебо-контролируемый подбор доз

до конечной точки)

53. При дизайне с выборочным подбором доз такой подбор доз осуществляется до тех пор, пока не будут достигнуты хорошо описанные благоприятные или неблагоприятные эффекты, определенные правилами дозирования, указанными в протоколе. Этот подход наиболее применим, если эффект проявляется достаточно быстро и не является необратимым явлением (например, инсульт или летальный исход).

54. Первичный анализ таких исследований (например, сравнение эффектов в подгруппах пациентов, подбор доз в которых осуществлялся до различных величин) нередко дает ошибочную перевернутую U-образную кривую зависимости «доза — эффект», поскольку подбор до высоких доз продолжается только у лиц, у которых эффект лекарственного препарата проявляется слабо. Однако более сложные статистические аналитические подходы, учитывающие эту проблему с помощью моделирования, а также оценки популяционной и индивидуальных зависимостей «доза — эффект», позволяют получить надежные данные о зависимости «доза — эффект».

55. В настоящее время получено недостаточно убедительных данных об изучении зависимости «доза — эффект» указанным способом. Для учета спонтанных изменений, рабочих гипотез при планировании эксперимента и т.д. в указанный дизайн необходимо включать группу плацебо. Подобно другим дизайнам, в которых один и тот же пациент получает разные дозы лекарственного препарата, по сравнению с параллельным исследованием с фиксированными дозами, этот дизайн также требует меньшего числа пациентов при той же статистической мощности исследования и позволяет получить данные как о популяционной средней, так и об индивидуальных зависимостях «доза — эффект».

56. При таком дизайне высока вероятность возникновения искажения эффектов при приеме различных доз и с течением времени, поэтому с его помощью особенно сложно определить вид зависимости «доза — эффект» для нежелательных реакций. Подобно дизайну с принудительным подбором доз его используют для изучения широкого диапазона доз, а при включении группы плацебо он позволяет четко подтвердить наличие эффективности. Выборочный подбор доз, представляет ценность в качестве раннего исследования для выявления доз, которые будут впоследствии изучаться в параллельном дизайне исследования зависимости «доза — эффект».

Открыть полный текст документа

плацебо или лекарство • Статьи на сайте издательства БОМБОРА

Журналист Хари Йоханн много лет лечился от депрессии с помощью антидепрессантов, но душевная боль уходила лишь ненадолго, требуя многократного увеличения дозы препаратов. Убедившись в неэффективности исключительно медикаментозного лечения, он проделал собственный путь к счастью, опираясь на изучение влияния внешних факторов. В своей книге «Пункт назначения: счастье» он описал свой взгляд на борьбу с депрессией, а также причину отказа от антидепрессантов.

Волшебная полочка

Доктор Джон Хейгарт был озадачен. По всему английскому городу Бат и в нескольких других творилось что-то невероятное. Люди, годами страдавшие от боли, покидали свои постели и снова ходили. Не имело значения, искалечены ли они ревматизмом или тяжелой физической работой. Никто никогда не видел ничего подобного.

Причиной этому была компания, которая объявила, что нашла средство от любой боли — толстую металлическую штангу под названием «трактор». Штанга обладала особыми свойствами. Она вытягивала болезнь и выпускала ее в воздух, как громоотвод притягивает молнию. Достаточно лишь провести «трактором» над вашим телом.

Многие, измученные болью, реально вставали на ноги. Агония отступала. Явно безнадежные случаи имели положительный результат. Как именно это работало, доктор Джон Хейгарт никак не мог понять. Исходя из его медицинской практики и многих лет обучения он точно знал, что заявление «боль — бестелесная энергия, которую можно просто выпустить в воздух» — чистый нонсенс.

Поэтому 7 января 1799 года Джон решил провести эксперимент в центральной больнице города Бат. Он взял длинную, простую деревянную палку и спрятал внутри штангу из старого металла. Он создал поддельный «трактор», без секретных свойств оригинала. Как он писал позже: «…четверо пациентов поверили в облегчение, вызванное ложным «трактором», сразу же, трое в значительной степени». Например, один мужчина, чье колено нестерпимо болело, с ликованием показывал врачам, как он свободно ходит. Джон написал своему другу, известному врачу в Бристоле, с просьбой попробовать тот же эксперимент. Результат был такой же

Врачи задавались вопросом: возможно ли существование особого свойства в палке, о котором они не знали прежде? Они попытались разнообразить эксперимент, спрятав в металл старую кость. Затем — старую табачную трубку. Все работало точно так же. Что же с ними происходило?

Эффект плацебо

В 1990-х Ирвинг Кёрш сидел в своем кабинете, уставленном книгами, и говорил пациентам, что им следует принимать антидепрессанты. Это был высокий седовласый мужчина с мягким голосом. Профессор замечал, что иногда лекарства работают, а иногда нет. Но он не сомневался в главном: депрессия вызвана низким уровнем серотонина, а эти лекарства повышают его.

Ирвинг доверял огромным научным исследованиям и видел собственными глазами положительное влияние антидепрессантов на своих пациентов. Но он был также одним из ведущих международных экспертов в области науки, зародившейся еще в Бате, когда Джон Хейгарт впервые взмахнул своей фальшивой палочкой. Доктор понимал, что, назначая пациенту медицинское лечение, в действительности он делает две вещи. Дает лекарство, в некотором роде оказывающее влияние на организм, и предоставляет историю о том, как лечение повлияет на него. И эта история часто так же важна, как и лекарство. Теперь это явление известно как эффект плацебо, и за два века у него появилось много научных доказательств. Например, плацебо может устранить воспалительные процессы в челюсти. Плацебо может исцелять язву желудка. Если вы ждете, что оно поможет, так и будет.

К середине 1990-х Ирвинг стал крупнейшим специалистом в этой сфере. Однако он знал, что новые медикаментозные антидепрессанты работают лучше, чем плацебо, так как оказывают настоящее химическое влияние. Он был уверен в этом по простой причине. Чтобы продавать лекарство населению, необходимо пройти через строгую процедуру. Оно должно быть протестировано на двух группах: в одной дают настоящий препарат, а в другой — сахарные пилюли (или другое плацебо). Затем ученые сравнивают эти группы. Если только оно действует намного лучше плацебо, его позволят продавать населению.

Эксперимент

Один из аспирантов Ирвинга — молодой израильтянин по имени Гай Сапирштейн — обратился к нему с предложением. Всякий раз, когда вы принимаете лекарство, всегда присутствует некий эффект плацебо. Но каков он? В сильных препаратах плацебо всегда считается второстепенным элементом. Гай подумал, что новые антидепрессанты — интересное поле, чтобы попытаться понять это. Он хотел увидеть, какой процент эффекта плацебо снижает процент веры в само лекарство.

Итак, они начали с довольно простого плана. Существует легкий способ отделить влияние на пациента эффекта плацебо от собственно эффекта самого лекарства. Для этого нужно провести одно конкретное научное исследование. Участники эксперимента

делятся на три группы. Первой группе говорят, что им дают химический антидепрессант, но в действительности дают плацебо — сахарную пилюлю. Участники второй группы действительно получают антидепрессант. Третьей группе не дают ничего: ни лекарств, ни сахарных пилюль. За ней просто наблюдают во время эксперимента.

Третья группа, по словам Ирвинга, действительно важна, хотя почти все исследования проводятся без нее.

— Представьте, — объясняет он, — что вы исследуете новое средство от простуды. Людям дают либо плацебо, либо лекарство. Со временем всем становится лучше. Показатель успеха кажется удивительным. Но потом вдруг вспоминают: через несколько дней многие люди с простудой выздоравливают сами по себе. Если не учитывать это, то можно получить обманчивое впечатление о том, насколько хорошо работает средство от простуды. Кажется, что препарат лечит людей, которые поправились бы естественным путем. Третья группа нужна, чтобы выявить показатель выздоравливающих людей естественным путем, без всякой помощи.

Так Ирвинг и Гай начали сравнивать результаты по антидепрессантам из трех групп с результатами каждого исследования, которое когда-либо было опубликовано. Чтобы выявить химическое действие препарата, они делали две вещи. Во-первых, вычли всех людей, которым бы все равно стало лучше. Затем они вычли тех, которым стало лучше после сахарных пилюль. Оставшиеся указывали на реальный эффект препарата.

Когда они сложили цифры из всех общедоступных научных исследований антидепрессантов, то, что они получили, сбило их с толку. Цифры показали, что 25% эффективного действия антидепрессантов объяснялось естественным ходом восстановления, 50% приходились на историю, которую вы о них рассказывали. И только 25% были вызваны действующими химическими веществами.

Они подумали, что получили неправильные цифры и произошла ошибка в расчетах. Эксперименты проводили снова и снова в течение нескольких месяцев. Но ошибок не находилась. Поэтому они решили опубликовать данные своих исследований, чтобы узнать, что другие ученые скажут об этом.


Предвзятость публикаций

В результате в один прекрасный день Ирвинг получил по электронной почте письмо. В нем предполагалось, что он, возможно, затронул гораздо более скандальную тему. Ученый по имени Томас Дж. Мур говорил, что поражен открытием Ирвинга и видит необходимость продолжать исследование, чтобы докопаться до сути происходящего.

Далее в письме объяснялось, что почти все научные исследования, к которым Ирвинг до сих пор обращался, имели подвох. Подавляющее большинство исследований финансируется крупными фармацевтическими компаниями. Проводятся эти исследования по определенной причине: компании хотят иметь возможность продавать свои препараты и получать прибыль. Вот почему все эти научные исследования держатся в тайне, а потом публикуются только те результаты, которые выгодно помогают продвижению их лекарств и порочат продукцию конкурентов. Это называется «предвзятостью публикаций». Из всех исследований, проводимых фармацевтическими компаниями, 40% никогда не раскрываются перед общественностью. Еще больший процент доходит в усеченном варианте с утаиванием любых отрицательных открытий.

Добыча информации

Письмо Томаса Дж. Мура объяснило Ирвингу, что ему попадались только угодные, фармацевтическим компаниям научные исследования. Но ученый писал, что можно найти больше. Он объяснил Ирвингу, что есть способ получить доступ ко всем данным, независимо оттого, хотят ли того фармацевтические компании или нет. Если вы хотите выпустить лекарство на рынок США, то должны обратиться с заявлением в официальный регулирующий орган — Управление по контролю за продуктами и лекарствами. В заявлении вы должны предоставить в полном объеме все результаты исследований. Если подать запрос об этих сведениях (согласно «Закону о свободе информации», вы имеете на это право), то все можно узнать реальные результаты.

Заинтригованный Ирвинг присоединился к Томасу в запросе информации, представленной фармацевтическими компаниями. Их интересовали шесть наиболее широко используемых на тот момент антидепрессантов в США: прозак, паксил, золофт, эффексор, дуронин и селекса. Несколько месяцев спустя им были предоставлены эти данные, и Ирвинг начал их изучать.

Результаты исследований

Он сразу узнал, что фармацевтические компании уже в течение многих лет выборочно публиковали исследования. Они скрывали еще больше, чем он предполагал. Например, в одном испытании препарата прозак лекарство давалось 245 пациентам, но компания опубликовала результаты только по 27 из них. И это были те, на кого, казалось, подействовал препарат.

Ирвинг и Гай поняли, что, используя настоящие цифры, они могли бы подсчитать, насколько лучше становилось людям на антидепрессантах, чем людям на сахарных таблетках. Ученые измеряют глубину депрессии с использованием так называемой шкалы Гамильтона, которая была изобретена ученым Максом Гамильтоном в 1959 году. Она колеблется от 0 (где вы весело подпрыгиваете) до 51 (где вы бросаетесь под поезд). Но вы можете получить шестиочковый прыжок по шкале Гамильтона, если станете лучше спать.

Ирвинг обнаружил, что в реальных данных антидепрессанты вызывают улучшение оценки по шкале Гамильтона. Но всего на 1,8 пункта. Показатель на треть меньше, чем улучшение сна. Если это правда, то можно предположить, что лекарства не имеют почти никакого значимого эффекта, по крайней мере для среднего пациента. Все это напоминало историю Джона Хейгарта в Бате.

Данные показывали кое-что еще. Побочные эффекты лекарств, напротив, были очень реальны. Многие люди набирали вес. Из-за препаратов развивалась сексуальная дисфункция или начиналось сильное потоотделение. Это и был их реальный эффект.

Разоблачение

Когда Ирвинг опубликовал эти цифры в одном научном журнале, он ожидал получить сильный отпор от ученых, которые их предоставили. Но в последующие месяцы ничего подобного не произошло. Если какие-то ответы и были, то в них сквозило чувство стыдливого облегчения. Одна группа исследователей признала, что воздействие этих препаратов на депрессию было незначительным, а также написала, что это был «маленький грязный секрет». Собираясь опубликовать свои данные, Ирвинг думал, что  в его руках сенсация. На деле оказалось, что многие соратники по цеху давно об этом знали и молчали. 

Расскажите всем, какую интересную статью вы нашли!

Эффект плацебо в терапии астенических расстройств у больных шизофренией в стадии ремиссии | Зозуля

Рекомендуемое оформление библиографической ссылки:

Зозуля С.А., Якимец А.В., Олейчик И.В., Клюшник Т.П. Эффект плацебо в терапии астенических расстройств у больных шизофренией в стадии ремиссии // Российский психиатрический журнал. 2019. №1. С. 38-46.

Аннотация

В оригинальном исследовании получены клинико-иммунологические показатели эффективности применения плацебо у больных шизофренией в стадии ремиссии с различными вариантами астенического симптомокомплекса. В ходе проведенного исследования выявлено значительно большее (хотя и временное) влияние плацебо-эффекта на аффективные расстройства. Показано также, что данный эффект не проявляется в отношении пациентов, в клинической картине которых доминируют негативно-астенические расстройства, что свидетельствует о необратимом характере данных расстройств. Воспалительные маркеры сыворотки крови лейкоцитарная эластаза и острофазный белок а1-протеиназный ингибитор отражают клинико-биологические особенности астенического симптомокомплекса в рамках эндогенного процесса и взаимосвязаны с изменением клинического состояния пациентов с аффективно-астенической симптоматикой в ходе плацебо-терапии.

Ключевые слова шизофрения; эндогенная астения; плацебо-эффект; лейкоцитарная эластаза; а1-протеиназный ингибитор

Литература

1. Smulevich AB, Dubnitskaya EB. Asteniya i komorbidnye psikhicheskie rasstroistva. Psikhiatriya i psikhofarmakoterapiya. 2009; 04:4-7. Russian. 2. Drobizhev MYu, Fedotova AV., Kikta SV. Lechenie astenii. Mozhno li predlozhit’ chto-to novoe? Rossiiskii psikhiatricheskii zhurnal [Russian Journal of Psychiatry]. 2017;(9):671-6. Russian. 3. Tyaglova IA. Astenicheskii sindrom v klinike endogennykh zabolevanii. Psikhiatriya. Nauchno-prakticheskii zhurnal. 2010;1(43):43-7. Russian. 4. Lvova OA, Orlova EA. Astenicheskie sostoyaniya: slvremennye podkhody k diagnostike i lecheniyu (obzor literatury). Vestnik Ural’skoi meditsinskoi akademicheskoi nauki, 2010;3(31):23-8. Russian. 5. Colagiuri B, Schenk LA, Kessler MD, Dorsey SG, Colloca L. Neuroscience. Author manuscript; available in PMC 2017 Mar 27. Published in final edited form as: Neuroscience. 2015;307:171–190. DOI:10.1016/j.neuroscience.2015.08.017. 6. Hauser W, Hansen E, Enck P. Nocebo phenomena in medicine: Their relevance in everyday clinical practice. Dtsch Arztebl Int. 2012;109:459–65. DOI:10.3238/arztebl.2012.0459 7. Hall K.T., Loscalzo J., Kaptchuk T.J. Genetics and the placebo effect: the placebome. Trends in Molecular Medicine. 2015;21(5):285–94. DOI:10.1016/j.molmed.2015.02.009 8. Benedetti F, Carlino E, Pollo A. How Placebos Change the Patient’s Brain. Neuropsychopharmacology. 2011; 36:339–54. DOI: 10.1038/npp.2010.81 9. Vits S, Cesko E, Enck P, Hillen U, Schadendorf D, Schedlowski M. Behavioural conditioning as the mediator of placebo responses in the immune system. Philos Trans R Soc Lond B Biol Sci. 2011; 366(1572):1799–807. DOI:10.1098/rstb.2010.0392 10. Avedisova AS, Chakhava VO, Lyupaeva NV. Platsebo-effekt v psikhiatrii (obzor literatury). Psikhiatriya i psikhofarmakoterapiya. 2004;06(2):48. Russian. 11. Ablahatov Yu.I, Lapin IP. Nestabil’nost’ i stabil’nost’ vybora tsveta i platsebo-reaktivnost’ psikhicheski bol’nykh. Obozrenie psikhiatrii i meditsinskoi psikhologii im. V.M. Bekhtereva. 1994;4:80-3. Russian. 12. Lapin IP. Placebo and therapy. SPb.: Lan, 2000. 224 p. Russian. 13. Bergink V, Gibney SM, Drexhage HA. Autoimmunity, inflammation, and psychosis: a search for peripheral markers. Biological Psychiatry. 2014;75(4):324-331 DOI:10.1016/j.biopsych.2013.09.037. 14. Tomasik J, Rahmoune H, Guest P.C. Bahn S. Neuroimmune biomarkers in schizophrenia. Schizophrenia Research. 2016;176:3-13. DOI:10.1016/j.schres.2014.07.025 15. Watkins CC, Andrews SR. Clinical studies of neuroinflammatory mechanisms in schizophrenia. Schizophrenia Research. 2016;176:14–22. DOI:10.1016/j.schres.2015.07.018 16. Zozulya SA, Oleichik IV, Androsova LV, Otman IN, Sarmanova ZV, Stolyarov S.A., Bizyaeva A.S., Yunilainen O.A., Klyushnik T.P. Monitoring techeniya endogennykh psikhozov po immunologicheskim pokazatelyam. Psikhicheskoe zdorov’e. 2017;1:11-8. Russian. 17. Klyushnik TP, ZozulyaтSA, Oleichik IV. Biologicheskie markery shizofrenii: poisk i klinicheskoe primenenie. Novosibirsk: Izdatel’stvo IEOPP SO RAN, 2017:34-46. Russian. 18. Yakimets AV, Zozulya SA, Oleichik IV, Klyushnik TP. Dynamics of clinical and biological indices of the asthenic symptom-complex during immunotropic therapy of patients with schizophrenia // Zhurnal nevrologii i psikhiatrii im. S.S. Korsakova. 2018; 3:76-70. Russian. DOI:10.17116/jnevro20181183170-76 19. Addington D, Addington J, Maticka-Tyndale E, Joyce J. Reliability and validity of a depression rating scale for schizophrenics. Schizophr Res. 1992 Mar; 6(3):201-8. DOI:10.1016 /0920-9964(92)90003-n. 20. Smets EM, Garssen B, Bonke B, De Haes JC. The Multidimensional Fatigue Inventory (MFI) psychometric qualities of an instrument to assess fatigue. J Psychosom Res. 1995; 39(3):315-25. DOI:10.1016/0022-3999(94)00125-o. 21. Klyushnik TP, Zozulya SA, Androsova LV, Sarmanova ZV, Otman IN, Panteleeva GP, Oleichik IV, Kopeyko GI, Borisova OA, Abramova LI, Bologov PV, Stolyarov SA. Laboratornaya diagnostika v monitoringe patsientov s endogennymi psikhozami («Neiro-immuno-test»): Meditsinskaya tekhnologiya. Moscow: OOO Izdatel’stvo «Meditsinskoe informatsionnoe agentstvo», 2016. Russian. 22. Dotsenko VL, Neshkova EA, Yarovaya GA. Vyyavlenie leikotsitarnoi elastazy cheloveka iz kompleksa s plazmennym α1-proteinaznym ingibitorom po ee enzimaticheskoi aktivnosti s sinteticheskim substratom. Voprosy meditsinskoi khimii. 1994;40(3):20-5. Russian. 23. Nartikova VF, Paskhina TS. Unifitsirovannyi metod opredeleniya aktivnosti α1-antitripsina i α2-makroglobulina aktivnosti v syvorotke krovi cheloveka (plazmy). Voprosy meditsinskoi khimii. 1979;25(4):494-9. Russian. 24. Оsadshii YuYu, Archakov DS, Tarakanova EA, Voblenko RA. Randomizirovannoe prostoe slepoe platsebo-kontroliruemoe issledovanie memantina kak dopolnitel’nogo sredstva dlya lecheniya negativnykh simptomov pri paranoidnoi shizofrenii // Sovremennaya terapiya psikhicheskikh rasstroistv. 2015;3:7-2. Russian. 25. Sofronov AG., Spikina AA., Ryl’skaya OV.. Effektivnost’ Val’doksana v kompleksnoi terapii bol’nykh shizofreniei s soputstvuyushchei depressivnoi simptomatikoi // Psikhiatriya i psikhofarmakoterapiya im. P.B. Gannushkina. 2016; 05: 24-18. Russian. 26. Alphs L, Benedetti F, Fleischhacker WW, Kane JM. Placebo-related effects in clinical trials in schizophrenia: what is driving this phenomenon and what can be done to minimize it? // Int J Neuropsychopharmacol. 2012 Aug; 15(7): 1014–1003. doi: 10.1017/S1461145711001738 PMID: 22217384 27. Kinon BJ, Potts AJ, Watson SB. Placebo response in clinical trials with schizophrenia patients // Curr Opin Psychiatry. 2011 Mar; 24(2):107-13. doi: 10.1097/YCO.0b013e32834381b0. PMID: 21285702 28. Pancheri L, Kotzalidis GD. Placebo effectiveness in psychiatric disorders: Is it in part a dopamine-mediated effect? A hypothesis // New Trends in Experimental & Clinical Psychiatry. 1991; 7 (4): 211-205. 29. Mikhailova VV, Solomatina AS, Yurin KI, Mikhailin VV. Mekhanizm effekta platsebo // Byulleten’ meditsinskikh internet-konferentsii. 2016; 6 (5):570. Russian. 30. Karashchuk LN, Ponomareva SA. Psikhologicheskie mekhanizmy effekta platsebo i perspektiva ego primeneniya // Lichnost’ v menyayushchemsya mire: zdorov’e, adaptatsiya, razvitie. 2018;6,3(22): 562-553. Russian. 31. Kelley JM, Kaptchuk TJ, Cusin C, Lipkin S, Fava M. Open-label placebo for major depressive disorder: A pilot randomized controlled trial // Psychotherapy and Psychosomatics. 2012;81: 314-312. PMID: 22854752 DOI: 10.1159/000337053 32. Brown WA. Placebo as a treatment for depression // Neuropsychopharmacology. 1994;10: 269-265. PMID: 7945737 DOI: 10.1038/npp.1994.5 33. Dubnitskaya EB, Mazaeva NA. Vklad A.V. Snezhnevskogo v razvitie ucheniya o shizofrenii. V sb. Shizofreniya i rasstroistva shizofrenicheskogo spektra. M.: NTsPZ RAMN, 1999: 24-4. Russian.

Исследование показывает, что

Плацебо снижает усталость, связанную с раком, у выживших после рака, даже если они знают, что принимают неактивные таблетки — Институт рака Дана-Фарбер

  • Последнее исследование, показывающее преимущества открытого или «честного» плацебо
  • Подчеркивает роль связи между разумом и телом в лечении

Пациенты, которые принимали плацебо от усталости, связанной с раком, испытывали улучшение своего состояния, даже когда им заранее говорили, что таблетка инертна и не содержит активных фармакологических ингредиентов, сообщают исследователи из Института рака Дана-Фарбер в новом исследовании.

Статья, опубликованная в журнале Supportive Care in Cancer , является последней в серии исследований, показавших потенциальные преимущества открытых или «честных» плацебо у пациентов с различными заболеваниями. Результаты этих исследований показывают, что, вопреки традиционному представлению о том, что польза от плацебо является чисто психологическим феноменом, эффект плацебо может корениться в сложной связи между психическими и телесными процессами.

«Усталость, связанная с раком, является одним из наиболее распространенных побочных эффектов лечения, которым страдают до 75 процентов пациентов в какой-то момент во время лечения или выживания», — сказал первый автор исследования, Эрик Чжоу, доктор философии, Dana-Farber.«Существующие методы лечения этой усталости имеют ограничения и могут иметь собственные побочные эффекты. Было показано, что открытые плацебо эффективны у пациентов с тошнотой, болью, воспалительным синдромом кишечника и мигренью. Прелесть таких плацебо в том, что у них нет побочных эффектов — только преимущества по очень низкой цене».

Использование плацебо в медицинских исследованиях обычно означало держать участников клинических испытаний в неведении относительно лечения, которое они получают. Как правило, участников случайным образом назначают либо исследуемому лекарству, либо плацебо, при этом ни участники, ни исследователи не знают, кто какое из них получил, до закрытия исследования и анализа результатов.Чтобы определить, действительно ли исследуемое лекарство действительно эффективно, исследователи смотрят, было ли лучше у пациентов, принимавших его, чем у тех, кто принимал плацебо.

В новом исследовании 40 человек, перенесших рак, были случайным образом разделены на группы для получения плацебо — и им прямо сказали, что это плацебо — или для контрольной группы, которая ничего не получала. Через восемь и 22 дня после начала исследования участники заполнили анкеты, предназначенные для оценки их уровня усталости, связанной с раком.

«Мы обнаружили, что как на 8-й, так и на 22-й день группа, получавшая плацебо, сообщила о значительном снижении утомляемости, связанной с раком, в то время как утомляемость контрольной группы оставалась постоянной», — сказал Чжоу.

Исследователи также изучили, влияют ли на реакцию на плацебо определенные личностные характеристики или генетическая вариация в механизме расщепления дофамина. Они обнаружили такую ​​связь с генетической изменчивостью, но не с типом личности.

Обнаружение связи между реакцией на плацебо и определенной генетической вариацией предполагает, что эффект плацебо «не полностью находится в голове, как его часто изображают, а имеет реальный, физический компонент.Исследования боли показали, что наши тела реагируют на плацебо физиологическими изменениями, которые имитируют действие опиатов (обезболивающих препаратов). Мы еще не понимаем, как плацебо снижает утомляемость пациентов, но эти генетические результаты предполагают, что здесь задействованы некоторые физиологические изменения», — сказал старший автор исследования Кристофер Реклитис, доктор философии, магистр здравоохранения из Dana-Farber.

Непонятно, почему пациенты часто положительно реагируют на плацебо, даже если знают, что оно не оказывает биологического действия.Некоторые предполагают, что это связано с приобретенной физиологической реакцией на физический акт проглатывания таблетки. «Если кто-то в анамнезе принимал лекарства и получил от них помощь, тело и разум могут понять, что сам процесс важен», — сказал Реклитис. Он сравнивает это с опытом приема аспирина от боли и ощущения улучшения в течение нескольких минут, хотя человек знает, что для того, чтобы аспирин подействовал, требуется гораздо больше времени.

Результаты исследования подтверждают представления о способности разума изменять восприятие телесных недугов.«Недооценивать связь между разумом и телом и ее потенциальную роль в лечении — значит упускать возможность помочь пациенту», — заметил Реклитис.

Соавторами исследования являются Алексис Мишо, Джейми Блэкман, RN, BSN OCN, и Энн Партридж, MD, MPH, Dana-Farber, и Кэтрин Холл, PhD, MPH, Brigham and Women’s Hospital.

Финансирование исследования было предоставлено Фондом науки о терапевтических контактах.

Эффект плацебо можно использовать для улучшения результатов лечения

Врач, который проявляет личный интерес к пациентам, излучая при этом компетентность и оптимизм в отношении их курса лечения, может сделать больше, чем успокоить пациентов во время медицинских встреч.Растущий объем исследований показывает, как отношение пациента к получаемой ей помощи, а также к врачу или другому медицинскому работнику, оказывающему ее, может иметь измеримое влияние, выходящее за рамки субъективного восприятия качества и реально влияющее на объективные результаты в отношении здоровья.

Так заключает Алия Крам, доктор философии, доцент психологии Стэнфордского университета и главный исследователь университетской лаборатории Mind & Body Lab. Крам рассказала о своих исследованиях психосоциальных факторов, влияющих на результаты лечения пациентов, на недавнем мероприятии AMA «Вдохновение в медицине», проведенном в Чикаго в партнерстве с TEDMED.

Исследования Крама сосредоточены на эффекте плацебо. В своем выступлении под названием «Что, если наше мышление определяет результаты нашего здоровья?», она утверждала, что врачи могут предоставлять пациентам определенные преимущества в дополнение к любому диагнозу, лечению или совету, который они предлагают.

Преимущества — атмосфера компетентности и ощущение тепла — оказывают заметное положительное влияние на пациентов в отношении многих их биологических систем и скорости их выздоровления. По ее словам, биохимические изменения, которые они испытывают, и скорость, с которой они выздоравливают, могут быть напрямую связаны с вербальными и невербальными сигналами, которые они получили от своих врачей.

«Слова, которые мы выбираем, и связи, которые мы выбираем для создания [с нашими пациентами], могут вселить в них веру в то, что это лечение сработает, потому что пациент находится в надежных руках», — сказала она во время своего выступления. «Эффекты плацебо не волшебны. Их можно определить количественно, и… они наши союзники в лечении».

Связанное покрытие
3 способа смягчить скрытую предвзятость в экзаменационной комнате

Во время своего выступления, а также в интервью AMA Wire ® и статьях, опубликованных в BMJ , JAMA и Психология здоровья , Крам подробно рассказала о том, как пациенты воспринимают компетентность и теплоту и позитивность врачей. обмен сообщениями, работая согласованно друг с другом, дают оптимальные результаты.

Крам конкретно сослалась на свое лонгитюдное исследование 164 субъектов, участвовавших в эксперименте, в котором аллергическая реакция была вызвана кожным уколом гистамина. У всех участников развился волдырь, но размер красного бугорка был значительно меньше у тех, кто считал своего врача очень компетентным и сострадательным, и кто получил заверения от врача, что крем, который им давали для уменьшения волдыря, не обладал лечебными свойствами. — уменьшит проблему.

На другом конце спектра — пациенты с самыми крупными волдырями — находились те, кто получал такое же лечение от врачей, которых они считали компетентными, но которые не предлагали теплых и обнадеживающих сообщений о положительных результатах.

«Это исследование показывает, что, если у врачей есть причина иметь положительные ожидания в отношении конкретного лечения… [они] могут усилить силу положительных ожиданий, демонстрируя теплоту (симпатичность) и компетентность (доверие) в своем взаимодействии со своими пациентами». она и ее коллеги из Стэнфорда написали в статье Health Psychology за март 2017 года.

Крам сказал, что тон голоса врачей, жесты, зрительный контакт и светская беседа могут существенно повлиять на время выздоровления пациентов.

Но в то время как головные боли, простуда, сыпь и субфебрильная температура являются состояниями, от которых почти все ваши пациенты гарантированно выздоравливают, как насчет пациентов с более серьезными состояниями, такими как ишемическая болезнь сердца, эмфизема и рак? Компетентность и сострадание должны быть предложены всем пациентам, но как передать послание надежды пациентам с хроническими или ограничивающими жизнь заболеваниями? И изменит ли это их жизнь?

«По сравнению с количеством времени, которое мы тратим на разработку новых лекарств и методов лечения, мы практически не тратим время на ответы на эти вопросы», — сказал Крам в интервью AMA Wire ®.«Мы все еще находимся в зачаточном состоянии, чтобы понять» роли, которые играет мышление пациентов, когда они справляются с серьезными состояниями.

Такие исследования не за горами, сказал Крам.

Подробнее об этом

Может ли приложение воспроизвести эффект плацебо?

Дэниел Джейкобс верит в эффект плацебо, хорошо задокументированный, но недостаточно понятный феномен, при котором больные пациенты иногда ощущают тот же лечебный эффект от проглатывания сахарной пилюли, что и от настоящей.Он верит в это так сильно, что не верит, что людям даже нужно принимать таблетки, чтобы произвести положительный эффект плацебо; подойдет приложение с изображением таблетки.

Это основа его стартапа Placebo Effect, который собирает 50 000 долларов через краудфандинговый сайт Indiegogo для создания своего прототипа в приложении для iPhone, которое, по его словам, может использовать эффект плацебо, чтобы помочь людям добиться положительных изменений в своей жизни, таких как: почувствовать себя счастливее или бросить курить.


Новое исследование показывает, что обман может не быть необходимым для эффекта плацебо

Приложение предлагает различные «плацебо», в том числе изображения пилюли, волшебной палочки, облатки для причастия и другие варианты . «На самом деле таблетки плацебо выбирают часто. Около 12 процентов людей, участвовавших в нашем тестировании, выбирают таблетки», — сказал он. «Причина этого, вероятно, в том, что в нашем обществе мы считаем, что таблетки работают очень хорошо».

По его словам, он провел ограниченное тестирование с хорошими результатами и планирует сделать больше. На данный момент 39 человек сообщили о том, что эффект, который они пытались создать в своей жизни, например, радость, энергия, физическое исцеление или любовь, увеличился в среднем на 31 процент после одного использования. Семь пользователей сообщили об отсутствии изменений, а один человек сообщил об отрицательных изменениях и не завершил испытание.

Идея

Джейкобса может показаться немного фальшивой, тем более что широко распространено мнение, что эффект плацебо работает только в том случае, если пациент верит, что он или она принимает настоящее лечение. Эта предполагаемая потребность в обмане является одной из причин, по которой врачи не назначают плацебо, несмотря на то, что иногда они могут работать так же хорошо, как одобренные FDA методы лечения некоторых заболеваний.

Однако новое исследование предполагает, что обман может и не быть необходимым для получения эффекта плацебо.В 2010 году исследователи из Гарвардской медицинской школы и других учреждений провели исследование пациентов с синдромом раздраженного кишечника (СРК). Одна группа не получала лечения, в то время как другим пациентам сказали, что они будут принимать неактивные лекарства, и сказали, что плацебо может иметь лечебный эффект. Чтобы донести мысль, поддельные лекарства были помещены в бутылки с надписью «таблетки плацебо».

Пациенты, которые знали, что принимают таблетки плацебо, сообщали о вдвое большем облегчении, чем в контрольной группе. Плацебо имело лечебные эффекты, сравнимые с некоторыми из лучших реальных лекарств от СРК.«Наши результаты бросают вызов «расхожему мнению» о том, что эффекты плацебо требуют «преднамеренного игнорирования», — пишут исследователи.

Плацебо используются для тестирования лечения, но в будущем они могут стать лечением

Если бы можно было эффективно назначать плацебо без необходимости лгать пациентам, это было бы революционно. Плацебо дешевле и безопаснее, чем многие виды лечения. Исследования показали, что плацебо на 75% эффективнее антидепрессантов. Было показано, что фальшивые операции так же эффективны, как и настоящие операции при лечении болезни Паркинсона.Сегодня плацебо используются для тестирования лечения, но в будущем они могут стать лечением. Некоторые врачи уже назначают таким образом плацебо. «Мы должны использовать все инструменты из коробки», — сказал Harvard Magazine Тед Капчук, профессор Гарварда, ведущий исследователь эффекта плацебо и эксперт по альтернативной медицине.

Капчук работал над исследованием СРК, которое показало эффект плацебо, даже когда пациенты знали, что принимают плацебо. Сейчас он руководит Программой исследований плацебо и терапевтических встреч (PiPS) в Медицинском центре Бет Исраэль Диаконисс, группой, занимающейся исследованиями плацебо.Эффект плацебо варьируется от человека к человеку, и некоторые могут быть генетически предрасположены к нему. Тип плацебо и состояние также имеют значение: таблетки лучше справляются с бессонницей, как показали исследования, а инъекции лучше справляются с болью.

Также важно не вызвать эффект ноцебо, при котором пациенты страдают от тех же вредных побочных эффектов, что и при приеме настоящего лекарства, например, даже при приеме поддельной версии. Он работает как эффект плацебо, но вызывает негативные реакции вместо позитивных.«Плацебо» переводится с латыни как «буду радовать». «Ноцебо» переводится как «я причиню вред».

Капчук и его коллеги имеют множество критиков в FDA, фармацевтической промышленности и научных кругах. Группа датских исследователей провела метаанализ в 2001 и 2004 годах, придя к выводу, что «в целом мало доказательств того, что плацебо имело мощные клинические эффекты».

Также неясно, какая часть измеренных эффектов обусловлена ​​эффектом плацебо, а какая может быть связана с другими факторами.Было высказано предположение, что у пациентов, испытывающих улучшение, может быть предвзятость в отчетах, например, которая искажается в пользу результата, который, по их мнению, понравится их врачам.

«Это чрезвычайно эффективно.»

Что касается того, можно ли смоделировать эффект плацебо с помощью приложения, здесь также необходимы дополнительные исследования. (Из-за отсутствия эмпирических данных Капчук отказался через своего руководителя программы комментировать, может ли приложение вызывать эффект плацебо.)

«Чего мы здесь не говорим, так это «прекратите принимать антидепрессанты и вместо этого сделайте это», — сказал Джейкобс.«Мы говорим о том, что литература показывает, и наши собственные внутренние исследования, а позже и клинические испытания, которые мы обязательно проведем, что это чрезвычайно эффективно. Было бы замечательно, если бы вы могли дополнить это чем-то еще, что вы делать в жизни».

Исследование переопределяет эффект плацебо как часть эффективного лечения

Роберт Адер, доктор философии, доктор медицинских наук (hc)

Исследователи использовали эффект плацебо для успешного лечения пациентов с псориазом с помощью от четверти до половины их обычной дозы широко используемого стероидные препараты, согласно раннему исследованию, опубликованному сегодня в Интернете в журнале Psychosomatic Medicine .Ранние результаты у пациентов-людей позволяют предположить, что новый метод может улучшить лечение нескольких хронических заболеваний, связанных с психическим состоянием или иммунной системой, включая астму, рассеянный склероз и хроническую боль.

Разрабатывая схемы лечения, сочетающие активное лекарство и плацебо, исследователи из Медицинского центра Университета Рочестера надеются максимизировать преимущества лекарств, уменьшить побочные эффекты, увеличить число пациентов, принимающих лекарства, и расширить использование лекарств, в противном случае ограниченное зависимостью. риск или токсичность.По мнению авторов, использование части обычной дозы лекарства для получения того же эффекта также может позволить резко и своевременно сократить расходы на здравоохранение.

Публикация является результатом десятилетий исследований в развивающейся области «психонейроиммунологии», в которой утверждается, что способность иммунной системы человека бороться с болезнью тесно связана с сознанием человека. Мысли и настроения улавливаются нейрохимическими веществами, вызывающими выброс гормонов, которые взаимодействуют с клетками, борющимися с болезнями.

Нынешняя исследовательская группа выбрала псориаз для своих первых экспериментов на людях, потому что он является хроническим, ухудшается, когда пациенты испытывают стресс и затрагивает иммунную систему. Это состояние вызывает боль и инвалидность у четырех миллионов американцев, поскольку унаследованные черты и раздражители заставляют иммунную систему запускать слишком быстрое производство клеток кожи, что приводит к появлению красных чешуйчатых пятен омертвевшей кожи.

«Наше исследование предоставляет доказательства того, что эффект плацебо может сделать возможным лечение псориаза с помощью количества препарата, которое должно быть слишком маленьким, чтобы работать», — сказал Роберт Адер, доктор философии.D., MD (hc), , выдающийся профессор университета Рочестерской школы медицины и стоматологии. «Хотя эти результаты являются предварительными, мы считаем, что медицинский истеблишмент должен признать реакцию разума на лекарство как важную часть многих лекарственных эффектов и начать использовать его в своих интересах», — сказал Адер, профессор психиатрии и главный исследователь исследования. Эффект плацебо, очевидно, не может помочь пациентам, находящимся в бессознательном состоянии, или заменить вещества, которые сам организм не в состоянии производить, добавил он.Например, при отсутствии функционирующих островковых клеток плацебо не может стимулировать высвобождение инсулина у диабетиков I типа.

Детали исследования

Описание текущих результатов требует расширения определения эффектов плацебо, чтобы включить явления, которые не до конца изучены современной медициной, сказал Адер. Хотя сегодня многие врачи прописывают плацебо, «таблетки-пустышки», которые сами по себе не обладают терапевтическим эффектом, их использование по-прежнему вызывает клеймо.Как будто действие таблетки, не содержащей лекарства, не является «настоящим», отчасти магией, отчасти обманом.

Чтобы точно определить и изучить эффект плацебо, Адер и его коллеги решили представить его как пример хорошо известного психологического феномена: условной реакции. Русский физиолог девятнадцатого века Иван Павлов первым изучил феномен обусловленности. Звоня в колокольчик (условный раздражитель) каждый день перед тем, как дать своим собакам еду (безусловный раздражитель), Павлов обнаружил, что у собак в конечном итоге будет выделяться слюна (условный рефлекс) только на звук колокольчика.

В текущем исследовании Адер и его коллеги стремились определить, может ли терапевтический эффект лекарства быть вызван свойствами, связанными с лекарством, такими как его форма, цвет, запах и упаковка, а также его введением авторитетной фигурой в белый лабораторный халат. Эти повторяющиеся ассоциации, утверждает Адер, создают условные реакции, подобные лекарствам терапевтические эффекты лечения, вызванные не только ингредиентами лекарства, но и стимулами, связанными с эффектами активного лечения наркотиками.Полученные результаты являются первым свидетельством того, что условные реакции могут быть использованы для влияния на разработку схем приема лекарств у людей.

Исследовательские группы Медицинского центра Университета Рочестера и Стэнфордского университета провели двойное слепое рандомизированное клиническое исследование продолжительностью от 11 до 14 недель с участием 46 пациентов с псориазом легкой и средней степени тяжести. Пациенты не принимали никаких других лекарств во время исследования и подписывали формы согласия после того, как были проинформированы о том, что они могут получить уменьшенную дозу местного стероида.

В начале исследования исследователи случайным образом выбрали два «целевых» псориатических поражения или язвы у каждого пациента. Дважды в день в течение трехнедельного исходного периода все пациенты наносили лосьон, содержащий полную дозу стероидного препарата (0,1% аристокорта А, триамцинолона ацетонид), на одно из двух исследуемых поражений. Второе поражение было покрыто увлажняющим кремом. Лекарственные и нелечебные кремы раздавались в кодированных шприцах, чтобы их было невозможно различить.

Почти все прошлые исследования препаратов делили пациентов только на две группы.Человек будет получать полную дозу препарата все время (схема 100-процентного подкрепления). Другой будет получать нулевое количество наркотиков все время (ноль процентов подкрепления). В текущем исследовании впервые ставится вопрос: что, если мы будем лечить пациентов чем-то средним между лекарством и плацебо? После трехнедельного исходного периода пациенты были случайным образом распределены в одну из трех групп.

Первый продолжал получать 100 процентов лечебного препарата при каждом введении до конца исследования его или ее изучаемого поражения.Вторая группа, группа частичного подкрепления, также продолжала получать полную дозу, но только в 25 или 50 процентах случаев, а в остальное время не содержащие стероидов смягчающие средства. Исследование было разработано таким образом, чтобы эта вторая группа могла получить пользу от воздействия сигналов, которые они ранее ассоциировали с активным лекарственным лечением (условный терапевтический эффект). Третья группа, «группа контроля дозы», получала активный препарат при каждом приеме, но в количестве 25 или 50 процентов от полной дозы, использованной в первой и второй группах.Таким образом, группы частичного подкрепления и «контроль дозы» получали одинаковое общее количество активного лекарства, но по разным схемам.

Результаты измерялись двумя способами. Во-первых, «слепой» дерматолог еженедельно измерял тяжесть псориатических поражений пациента, используя шкалу тяжести псориаза (PSS), стандартный инструмент, используемый для отслеживания покраснения, уплотнения и уплотнения кожи. Второй критерий заключался в том, испытывал ли пациент «рецидив» тяжести поражения, определяемый произвольно как возвращение к баллу PSS в пределах двух единиц от исходного балла пациента.

С точки зрения общей оценки тяжести PSS результаты были неоднозначными. Исследовательский центр в Стэнфорде не обнаружил групповых различий в баллах PSS, которые можно было бы отнести к разным схемам лечения. Адер считает, что повышенные исходные баллы PSS у случайно выбранных субъектов с контролем дозы в Стэнфорде могли скрыть различия между группами с контролем дозы и частичным подкреплением. Например, на результаты могли повлиять различия в количестве солнечных лучей, которым подвергались пациенты в северной части штата Нью-Йорк и в Калифорнии (ультрафиолетовый свет является признанным методом лечения псориаза).

В Рочестере не было различий между значениями PSS в группах частичного подкрепления и контроля дозы на момент начала исследования, когда началось экспериментальное лечение. В этом случае частичное подкрепление привело к большему снижению тяжести поражения в течение экспериментального периода, чем непрерывное подкрепление (контроль дозы) с тем же кумулятивным количеством препарата.

Результаты рецидива были более четкими. У четырех из 18 пациентов (22,2 процента) в группе 100-процентного подкрепления (полная доза все время) возник рецидив в течение восьминедельного экспериментального периода.Среди пациентов, получавших полную дозу препарата, но в половине или четверти случаев (схема подкрепления 50 или 25 процентов), у четырех из 15 пациентов (26,7 процента) возник рецидив. Таким образом, частота рецидивов существенно не отличалась между пациентами, постоянно получающими полную дозу препарата, и теми, кто лечился по схемам частичного подкрепления, говорят исследователи. Напротив, у восьми из 13 пациентов (61,5%) в группе контроля дозы, которые получали активное лекарство каждый раз, но не полностью, в тот же период времени возник рецидив.

Таким образом, частота рецидивов в группе частичного подкрепления (26,7%) была значительно меньше, чем у пациентов с контрольной дозой (61,5%), получавших такое же кумулятивное количество препарата. Ведутся дальнейшие исследования, и запланированы другие, чтобы подтвердить эффект, ответить на поставленные вопросы и изучить эффект при других аутоиммунных заболеваниях.

Исследование проводилось совместно кафедрами психиатрии и дерматологии Школы медицины и стоматологии Рочестерского университета и Медицинской школы Стэнфордского университета.Вместе с Адером исследование было проведено в Рочестере Мэри Гейл Меркурио, , Джеймсом Уолтоном и Деборрой Джеймс . Ведущими усилиями в Стэнфорде были Дэвид Фиорентино, Алекса Кимбалл, Майкл Дэвис и Валери Оджа . Исследование финансировалось за счет гранта Национального института артрита, заболеваний опорно-двигательного аппарата и кожи (NIAMS), входящего в состав Национального института здоровья (NIH).

«Фармацевтическая промышленность может предпочесть игнорировать кондиционирующий компонент схем лечения», — сказал Адер.«В качестве альтернативы теперь они могут рассмотреть возможность использования обусловливания при разработке протоколов лечения от наркотиков, особенно при хронических состояниях, когда пациенты приобретают условные реакции с течением времени. Я считаю, что промышленность в конечном итоге поддержит этот подход, потому что он обещает повысить безопасность и снизить производственные затраты».

«Консенсус в отношении эффектов плацебо и ноцебо связывает науку с практикой»: ответ на «Подвергание сомнению консенсуса в отношении эффектов плацебо и ноцебо» — Полный текст — Психотерапия и психосоматика 2021, Vol.90, № 3

Эверс А.В.М. a,b · Colloca L. c · Blease C. d · Gaab J. e · Jensen K.B. f · Атлас Л.Ю. г · Beedie C.J. h · Benedetti F. i · Bingel U. j · Büchel C. k · Bussemaker J. l · Colagiuri B. m 9020.J. n · Finniss D.G. o · Geers A.L. p · Howick J. q · Klinger R. r · Meeuwis S.H. a · Мейснер К. s · Нападов В. t · Петри К.Дж. U · REEF W. V · Смайверы I. W · Parter T.D. x · Wanigasekera v. Y · Ваза Л. Z · Kelley J.m. A · Kirsch I. A · от имени Консорциума экспертов по плацебо

Принадлежности авторов

a Отделение здоровья, медицины и нейропсихологии, Институт психологии, Лейденский университет, Лейден, Нидерланды
Программа по изучению плацебо, Медицинский центр Бет Исраэль Диаконисс, Гарвардская медицинская школа, Бостон, Массачусетс, США
b Университет Эразма Роттердамский и Технологический университет Делфта, Роттердам/Делфт, Нидерланды
c Кафедра трансляционной симптоматики боли и анестезиологии, Школа медсестер и медицины, Мэрилендский университет Балтимор, Балтимор, Мэриленд, США
d Общие Медицина и первичная помощь, Медицинский центр Бет Исраэль Диаконисс, Бостон, Массачусетс, США
e Факультет психологии Базельского университета, Базель, Швейцария
f Кафедра клинической неврологии, Каролинский институт, Стокгольм, Швеция
g Национальный центр комплементарного и интегративного здоровья, Национальный институт психического здоровья и Национальный институт лекарственных препаратов использование, Национальный институт здоровья, Бетесда, Мэриленд, США
h Школа психологии, Кентский университет, Кентербери, Соединенное Королевство
i Физиология и неврология, Медицинская школа Туринского университета, Турин, Италия
j Кафедра Неврологии, Университетская клиника Эссена, Эссен, Германия
k Отделение системной неврологии, Университетский медицинский центр Гамбург-Эппендорф, Гамбург, Германия
l Общественное здравоохранение и первичная помощь, Медицинский центр Лейденского университета, Лейден, Нидерланды
m Школа психологии Сиднейского университета, Сидней, Новый Южный Уэльс, Австралия
n Факультет психологии Стэнфордского университета, Стэнфорд, Калифорния, США
o Королевская больница Норт-Шор, Сидней, Новый Южный Уэльс, Австралия
p Департамент психологии, Университет Толедо, Толедо, Огайо, США
q Наффилд Департамент медицинских наук первичной медико-санитарной помощи, Оксфордский университет, Оксфорд, подразделение ed Kingdom
r Центр анестезиологии и интенсивной терапии, университетский медицинский центр Гамбург-Эппендорф, Гамбург, Германия
s Отдел укрепления здоровья, Университет прикладных наук, Кобург, Германия
t Athinoula A.Центр биомедицинской визуализации Мартиноса, Чарлстаун, Массачусетс, США
u Кафедра психологической медицины Оклендского университета, Окленд, Новая Зеландия
v Кафедра клинической психологии и психотерапии Марбургского университета им. Филиппа, Марбург, Германия
w Научная коммуникация и общество, Институт биологии, Лейденский университет, Лейден, Нидерланды
x Факультет психологии и наук о мозге, Дартмутский колледж, Ганновер, Нью-Хэмпшир, США
y Наффилд, кафедра клинических нейронаук, Оксфордский университет, Оксфорд, Соединенное Королевство
z Факультет психологии и поведенческих наук, Орхусский университет, Орхус, Дания

Соответствующий автор

Андреа В.M. Evers

Отделение здоровья, медицины и нейропсихологии, Институт психологии

Лейденский университет

Wassenaarseweg 52, PO Box 9555, NL–2300 RB Leiden (Нидерланды)

[email protected]

Что правда об эффектах плацебо?

Это один из серии блогов, заказанных для Силы плацебо – национальной программы мероприятий, сопровождавших наше выступление  Placebo .«Реакция на плацебо» описывает эффект, который возникает, когда человек получает «фиктивное» или «неактивное» лечение, но несмотря на это испытывает улучшение здоровья. Научные исследования также показали, что такие факторы, как цвет или размер таблеток, могут влиять на их эффективность. Эта программа мероприятий собрала вместе ведущих ученых, культурных мыслителей, художников и медиков, чтобы изучить, как наши убеждения, отношения и окружающая среда могут влиять на наше здоровье в лучшую или худшую сторону.

Как часть Силы Плацебо, Dr.Джереми Хоуик провел семинар под названием «Доктор Ты» и выступил в рамках панельной дискуссии «Сила эффекта плацебо», обе из которых прошли в The Lowry в Солфорде в субботу, 13 октября 2018 года.

«Что правда об эффектах плацебо?»

доктора Джереми Ховика, старшего научного сотрудника и директора Оксфордской программы эмпатии в Оксфордском университете.

Этот блог воспроизводится с разрешения Джереми Ховика и первоначально был опубликован в The Huffington Post.

Некоторые говорят, что плацебо настолько сильнодействующее, что лечит почти все, в то время как другие говорят, что они почти не работают. Для скептиков верить в плацебо так же иррационально, как наполнять бензобак своего автомобиля чаем Эрл Грей и думать, что он заработает. Несмотря на это противоречие, многие врачи дают своим пациентам плацебо. Поэтому важно знать правду: если плацебо работает, мы могли бы использовать их чаще, иначе давайте перестанем себя обманывать.

Выпускник Гарварда по имени Генри Бичер положил начало полемике об эффекте плацебо, когда он был врачом во время Второй мировой войны.Ходят слухи, что когда морфина не хватало, он сделал некоторым солдатам инъекции плацебо (содержащие соленую воду, но не морфин) и сказал им, что это настоящий морфин. Во многих случаях боль у этих солдат проходила, как будто они принимали настоящий морфий. После войны он сделал систематический обзор (мегаисследование, объединяющее результаты многих отдельных исследований). Обзор сравнил настоящую медицину с плацебо и показал, что треть пациентов, получавших плацебо, поправились. Он опубликовал свои результаты в статье под названием «Мощное плацебо», которая до сих пор широко цитируется как доказательство того, что плацебо действует на треть лучше, чем реальное лечение.

Однако с исследованием Бичера возникла проблема. Мы не знаем, сделали ли людей лучше плацебо или пациенты выздоровели бы, если бы не принимали плацебо. Все мы знаем, что многие распространенные заболевания, такие как простуда и грипп, исчезают независимо от того, что мы делаем. Медицинский термин для обозначения того, что проходит само по себе, — «естественная история».

Несколько лет назад датские исследователи Петер Гётше и Асбьорн Хробьяртссон проверили, лучше ли плацебо естественной истории.Они провели систематический обзор исследований, состоящих из трех групп:
1. некоторые пациенты вообще не лечились (часто их ставили в листы ожидания)
2. некоторым пациентам давали плацебо
3. некоторым пациентам давали «настоящее лечение
Они обнаружили, что плацебо были немногим лучше естественной истории.

Было приятно узнать, лучше ли плацебо естественной истории. Но Хробьяртссон и Гётше исправили проблему с исследованием Бичера только для того, чтобы представить свое собственное.Объединение очень разных исследований вместе привело к тому, что средний эффект ввел в заблуждение. Средний цвет яблок и апельсинов коричневый, но если они не гнилые, ни апельсины, ни яблоки не коричневые. Их обзор включал лечение простуды, злоупотребления алкоголем, курения, герпеса, семейных разногласий, болезни Альцгеймера, «недиагностированных заболеваний» и многих других. Плацебо были столь же неоднородны. Помимо сахарных таблеток, «плацебо» в их исследовании включали релаксацию (классифицированную как лечение в одних исследованиях и как плацебо в других), чтение в свободное время, ответы на вопросы о хобби, чтение газет, любимую еду, разговоры о повседневных событиях, футбол, отдых, книги, фильмы и телешоу.Даже если средний эффект плацебо для (любого плацебо для любой болезни) довольно мал, некоторые плацебо для некоторых вещей могут быть весьма эффективными.

Чтобы осветить проблему сочетания яблок и апельсинов, мы с коллегами применили к лечению метод Хробьяртссона и Гётше. В то время как они проверяли, насколько плацебо (любое плацебо для любого заболевания) лучше, чем ничего, мы проверяли, было ли лечение (любое лечение любого заболевания) лучше, чем плацебо. Мы обнаружили, что лечение также имело небольшой средний эффект и в среднем почти ничего не добавляло к эффекту плацебо.Но это не может быть правильным, потому что мы знаем, что некоторые методы лечения очень эффективны при некоторых заболеваниях: антибиотики лечат менингит, адреналин лечит анафилактический шок, а морфин уменьшает сильную боль. Небольшие средние лечебные эффекты скрывают довольно большие лечебные эффекты для некоторых вещей.

Точно так же небольшие средние эффекты плацебо скрывают тот факт, что некоторые плацебо весьма хороши для лечения умеренной боли, депрессии и некоторых других заболеваний. Эти эффекты плацебо не столь драматичны, но почти так же сильны, как и «настоящие» методы лечения.Мы даже многое знаем о том, как работают плацебо. Когда они верят, что произойдет что-то хорошее, тела пациентов вырабатывают собственные лекарства, такие как дофамин и эндорфины, которые могут уменьшить боль и сделать нас счастливее.

Так что истина об эффектах плацебо лежит посередине. Плацебо — не чудо-лекарство, и ваша машина не заведется на Эрл Грее, что бы вы ни думали. Но люди — не машины, и скептики ошибаются, говоря, что плацебо почти не работают, потому что они весьма эффективны при некоторых заболеваниях.К сожалению, вы не можете официально получить рецепт на плацебо из-за этических проблем. До тех пор, пока это не изменится, вы можете купить их онлайн в различных формах, размерах и ценах, в зависимости от того, что, по вашему мнению, работает лучше всего.

 

Этот блог воспроизводится с разрешения Джереми Ховика и первоначально был опубликован в The Huffington Post.


Используются ли плацебо в клинической практике?

Некоторые профессиональные общества не одобряют их использование.Многие специалисты по медицинской этике осуждают их. Но терапевты постоянно используют их в повседневном лечении, как показывают недавние исследования.

Плацебо и эффект плацебо обсуждались в медицинском исследовательском сообществе. на протяжении десятилетий, благодаря ряду исследований, которые предполагают, что они могут иметь реальные и измеримые воздействия на определенные условия. Тем не менее, это было другое исследование, которое обнаружило использование плацебо среди врачей довольно распространено, что недавно подняло вопрос лаборатории в кабинет врача.

То, как вы маркируете плацебо, имеет свой собственный эффект. Считается, что дорогие лекарства обладают более сильным обезболивающим эффектом, чем так называемые «дженерики».

Исследование BMJ , проведенное 23 октября 2008 г., показало, что из 679 опрошенных терапевтов и ревматологов около половины сообщили о регулярном использовании плацебо, причем 62% заявили, что это допустимо с этической точки зрения. сделать это.Анальгетики и витамины, отпускаемые без рецепта, были наиболее часто используемыми плацебо. хотя 13% врачей сообщили об использовании седативных средств и антибиотиков в качестве плацебо. Всего 2%-3% сказали, что они использовали сахарные таблетки или физиологический раствор.

Подавляющее большинство этих терапевтов не описали лекарство своим пациентам как плацебо. Это противоречит этической политике Американской медицинской ассоциации. который запрещает использование плацебо без ведома пациента на том основании, что это подрывает доверять и может нанести вред пациенту.(См. врезку: «Этичны ли плацебо?»)

«Из исследования ясно, что существует разрыв между текущим официальные стандарты того, что является законным и незаконным с точки зрения плацебо, и что делают те, кто в окопах», — сказал Тед Капчук, доцент Гарвардская медицинская школа со степенью доктора восточной медицины, соавтор опрос.«Нам необходимо серьезно изучить вопрос о том, можно ли и как использовать плацебо. во всем медицинском и терпеливом сообществе».

Определение плацебо

Говоря о плацебо, нужно сначала определить термины. В исследовательском сообществе, слово «плацебо» относится не только к таблеткам сахара и физиологическому раствору — инертным агенты с неизвестными биохимическими эффектами, а также активные агенты, такие как витамины или антибиотики, которые назначают в первую очередь для поощрения положительных ожиданий. Таким образом, определение имеет больше общего с намерением или верой врача в отношении лечение, чем сам механизм лечения.

Исследователи BMJ знали, что их испытуемые-врачи могут отказаться от использования слово «плацебо», поэтому они структурировали свой опрос таким образом, чтобы в первую очередь вопросы о предписывающем поведении и закончили вопросами, ответы на которые включали очевидное определение лечения плацебо.

«Люди привносят столько багажа в термин «плацебо», что почему мы структурировали наш опрос именно так», — сказал Джон Тилбурт, член ACP, ведущий автор исследования и доцент кафедры медицины и биомедицинской этики в Медицинском колледже Майо. «Существует скрытое течение людей в медицине которые рассматривают инертные вещества только как плацебо.Они вызовут витамины или иглоукалывание «лекарство от сидения в штанах» или «эмпирическая импровизация» но они будут категорически отрицать, что дают плацебо».

Действительно, из 28 читателей, принявших участие в неофициальном ненаучном опросе на веб-сайте ACP Internist , 82% заявили, что никогда не употребляют плацебо, по сравнению с 45% в опросе BMJ . Разница в ответах может частично заключаться в том, что опрос начал с того, что спросил читателей, использовали ли они плацебо, вместо того, чтобы задавать им дополнительные вопросы. косвенно об их привычках выписывать рецепты, д-р.— сказал Тилберт.

«Плацебо ставит перед врачами огромные моральные дилеммы, — сказал Дэн Ариели, Доктор философии, профессор поведенческой экономики Массачусетского технологического института. и автор книги «Предсказуемая иррациональность ». «Врачи не хотят видеть себя практикующими медицину вуду».

Как используются плацебо

Тем не менее исследования показывают, что плацебо действительно может работать так же хорошо, как и традиционная медицина. для определенных условий.В частности, иногда кажется, что они помогают при многих хронических заболеваниях. состояния, такие как хроническая боль, хроническая усталость, артрит, головная боль, бессонница, хроническая расстройства пищеварения, астма, депрессия и тревога, отметил доктор Капчук в июньском 2002 Анналы внутренней медицины статья.

Иными словами, плацебо помогает при заболеваниях, имеющих сильный психосоциальный компонент, Др.— сказал Капчук.

«Все болезни в той или иной степени имеют этот компонент, но (плацебо) более вероятен изменить результаты болезни, которая в первую очередь связана с опытом пациента». — сказал доктор Капчук. «Если вы посмотрите на рандомизированные контролируемые испытания, места где вы видите работу эффекта плацебо в болезнях с самоотчетными результатами, как фибромиалгия или хроническая боль.”

Эти состояния также больше всего расстраивают пациента, сказала Шэрон. Дескинс, член ACP, врач первичной медико-санитарной помощи в Сент-Джозефе, штат Мичиган.

«Эти пациенты просто больно большую часть времени, и они хотели бы немного немного меньше. В частности, пожилые пациенты просто хотят небольшого улучшения», — говорит доктор. — сказал Дескинс.

Использование плацебо на практике

Помимо исследований, врачи часто испытывают давление со стороны настойчивых пациентов. в назначении плацебо. (Если пациент уступает, плацебо используется врачом в его самом основном смысле: латинское слово буквально означает «я буду пожалуйста».) В частности, врачи сообщают о том, что на них оказывают давление не реже больными простудой, которым нужны антибиотики.

«(Инфекции верхних дыхательных путей) вероятно, единственная область, которую я назначаю лекарства, хотя я на самом деле не верю, что они полезны», — сказала Фейт Процман, Доктор медицины, терапевт-одиночка из Гилроя, Калифорния. «Если пациент примет мое объяснение вирусного заболевания и готов принимать безрецептурные и поддерживающие меры, Я оставляю это на этом.Если пациент действительно нуждается в лекарстве, я часто использую курс амоксициллина. Я могу оправдать это тем, что вторичные бактериальные инфекции могут возникнуть после вирусные инфекции.»

Р. Скотт Хэнсон, член АШП, главный терапевт в Мариане, штат Флорида, поощряет его простуженным пациентам использовать солевой раствор для носа и подождать несколько дней, но он также дает им рецепт на случай непредвиденных обстоятельств для антибиотика в случае ухудшения симптомов или нет Уходите.Чтобы отговорить пациентов от немедленного получения рецептов, он говорит с ними о недостатках антибиотиков — от таких побочных эффектов, как диарея и дрожжевые инфекции, к бактериальной резистентности в обществе.

«Подавляющее большинство пациентов следуют моим инструкциям; они не просто бегают и заполните рецепт», — сказал доктор Хэнсон. «Я думаю, что имея сценарий в их руках может иметь эффект плацебо, поскольку они знают, действительно ли все хуже, они покрыты.”

В идеале не следует назначать антибиотики без четких показаний. сделано из-за риска распространения резистентности, сказал Франклин Миллер, доктор философии, член старшего преподавателя кафедры биоэтики Национального института Здоровье. Учитывая очень реальное и постоянное давление, с которым сталкиваются терапевты со стороны своих пациентов, однако, Др.По словам доктора Миллера, решение Хэнсона кажется хорошим компромиссом.

«Если только небольшой процент его пациентов действительно выписывают рецепт, это лучшее решение, чем просто раздавать рецепты, чтобы с ним покончить». — сказал доктор Миллер.

Больше, чем таблетки

Согласно обзорной статье 2007 года в Pain Practice , плацебо «представляет собой психосоциальный аспект любого лечения… психологический контекст, окружающий пациента.По этому определению плацебо касается не только самого лечения, но и всех слоев контекста, которые окружают лечение, от поведения врача до цвета бутылочек с таблетками.

Даже стоимость таблеток может повлиять на их эффективность. Исследование от 5 марта 2008 г., опубликованное в журнале Американской медицинской ассоциации , показало, что пациенты испытали более резкое уменьшение боли от ударов электрическим током. если бы они принимали болеутоляющие плацебо, стоимость которых была описана как полная, по сравнению с группа, принимавшая плацебо-болеутоляющие, описана как цена со скидкой.

Врачи должны использовать силу этого эффекта плацебо и проявлять осторожность при прописывая дженерики пациентам, говорит доктор Ариэли, соавтор исследования.

«Когда врачи прописывают дженерики, они должны демонстрировать волнение. Они не должны продавать это так: «Я даю вам самую дешевую вещь; это пять долларов меньше.Это должно быть больше похоже на: «Я даю вам проверенную, проверенную лекарства, — сказал доктор Ариэли. «Никто не хочет брать то, что помечен как «общий»; это предполагает неполноценность».

Отношения между врачом и пациентом — еще один важный аспект контекста, поддерживающий отношения могут усилить реакцию пациента на лечение, согласно исследованию, проведенному в мае 2008 г. артикул BMJ .В исследовании 262 пациента с синдромом раздраженного кишечника были распределены по клиническим только оценка или наблюдение; группа, получившая фиктивную акупунктуру; или группа, которая получил фиктивную акупунктуру плюс теплые, внимательные отношения между врачом и пациентом. В то время как пациенты во всех группах сообщили об облегчении боли, «группа отношений» лучше всего, при этом 37% сообщают об умеренном или существенном улучшении по сравнению с 20% в группа фиктивной акупунктуры и 3% в группе наблюдения.

Результаты не только подтверждают идею о том, что плацебо в смысле «ложного лечение», может работать, но его можно усилить другими средствами, в данном случае отношение или поведение врача. Действительно, такое поведение можно рассматривать как форму плацебо само по себе и может оказывать влияние на активные методы лечения, как а также неактивные, отмечает редакция исследования.

В своей практике д-р Хэнсон пытается наладить позитивные отношения, объясняя состояние больных им подробно; он считает, что это помогает им чувствовать себя лучше, он сказал.

«Многие из них просто тратят время на то, чтобы помочь пациенту лучше понять того, почему их тело делает то, что делает», — сказал доктор Хэнсон. «Его эффект плацебо в том смысле, что вы как бы перенаправляете их мысли об их здоровье.”

Пациенты с фибромиалгией, в частности, получают пользу от позитивного взаимодействия с врачом и много поддержки, сказал доктор Дескинс.

«Это неприятное состояние, потому что у нас нет лекарства, и не все методы лечения работать для людей», — сказал доктор Дескинс. «Подход к больному с положительное отношение, говоря, что, возможно, мы не можем это вылечить, но мы, безусловно, можем сделать вы чувствуете себя лучше, является ключевым.Хорошие терапевтические отношения помогают людям сами по себе».

Некоторые терапевты могут чувствовать, что во время визитов к пациенту у них нет времени для развития вид взаимодействия, который может вызвать положительный эффект плацебо. Но доктор Процман сказала, что считает, что дополнительное время того стоит.

«Если пациенты чувствуют, что врач слушает и беспокоится об их состоянии, они с большей вероятностью будут доверять плану лечения и следовать ему», — говорит доктор.Процман сказал. «Поэтому я не тороплюсь, чтобы выслушать пациента, а это значит, что я вижу меньше пациентов в день, но у меня крепкие отношения с каждым пациентом. И иногда, просто то, что я слушаю их, может помочь им почувствовать себя лучше».

Кроме того, можно оказывать поддержку, не тратя намного больше времени, чем обычно, — сказал доктор Капчук. В его исследовании IBS, например, врачи в успешных группа «отношения» на самом деле провела всего на 25 минут больше — всего — с пациентов, чем в группе фиктивной акупунктуры.

«Это больше связано с возможностью связаться с пациентом», — сказал доктор Капчук. «Я думаю, что эту связь можно развивать искусно и поэтично, и не требует много времени».

Серые зоны

Если врач прописывает обезболивающее при хронической боли, зная, что таблетка не действует. вылечить боль, но это может снять остроту, считается ли это плацебо? Если врач видел, как лечение, такое как иглоукалывание или добавки, работает для других пациенты, хотя он и не знает почему, использует ли он эффект плацебо, если прописывает Это?

Неясно, сказал д-р.Миллер. Как уже упоминалось, стандартное определение по существу в намерениях врача — прописывает ли он что-то, потому что верит это может сработать, или потому что он считает, что это изменит ожидания пациента. И эти две крайности часто пересекаются.

«Допустим, у вас есть больной артритом, и врач рекомендует Тайленол.Данные довольно неоднозначны относительно того, лучше ли Тайленол, чем плацебо. для артрита, но врач считает, что есть шанс, что это поможет вылечить состоянии, а также есть шанс, что это поможет пациенту в психологическом основания», — сказал доктор Миллер. «Это темная область смешанных мотивов, и я думаю, что в этой области много практики».

Тогда подумайте, как практикующие специалисты справляются с такими серыми зонами в своих офисах:

  • Др.Хэнсон сказал, что иногда прописывает глюкозамин/хондроитин пациентам с боль в суставах, хотя он знает, что существуют неоднозначные научные данные о его пользе. Он делает это, потому что думает, что добавки могут сработать, а он не видит вред в попытке их. «Однако я не считаю уместным давать кто-то что-то, что вы знаете, является полностью инертным. Я вроде чувствую, как предписывающий должна быть какая-то вера в то, что это работает.”
  • Кит Михл, FACP, частный терапевт в центре Манчестера, штат Вирджиния, сказал, что чувствует себя то же самое можно сказать о назначении безрецептурных лекарств от кашля пациентам с простудой. «Иногда я немного скептически отношусь к ценности средств от кашля для инфекции верхних дыхательных путей, но я сам их использую, и они, кажется, немного немного иногда.”
  • Жаклин Финчер, FACP, главный терапевт в Томсоне, штат Джорджия, сказала, что иногда она прописывает безрецептурное отхаркивающее средство своим простудным пациентам, потому что оно облегчит некоторые симптомы, а также заверить пациентов, что она серьезно относится к их здоровью. «Если пациент приходит с простудой, и вы говорите ему не волноваться, просто подождите. три дня, и вы будете в порядке — тогда они не чувствуют, что получили свои 30 долларов стоимость доплаты.Я прописываю муцинекс, потому что он разжижает слизь, вызывает ощущение жжения. немного лучше и успокаивает их, а это все, чего они хотят и в чем нуждаются большую часть времени».
  • Фарр Керлин, доктор медицины, доцент медицины Чикагского университета, сказал он может посоветовать пациенту с хронической болью в животе попробовать витамины или лекарство от газов. лекарство или особая диета.«Я не думаю, что что-то из этого является ключевым в и сами по себе, но пациенты могут найти это полезным. я не собираюсь слишком много работать выяснить, полезны ли они из-за эффекта плацебо или физиологического эффекта».

Часто, сказал доктор Тилбурт, назначение безвредных лекарств, таких как витамины, становится своего рода сокращение для заботливых, поддерживающих отношений, которые известны большинству врачей помогает своим пациентам.

«Наша система здравоохранения на самом деле не приспособлена для компенсации эмпатии; это возмещает для виджетов, — сказал доктор Тилбурт. «Поэтому раздача чего-то становится своего рода скромного жеста, направленного на взаимную надежду на то, что пациенту станет лучше».

.

Написать ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.