Понятие и функции эмоций в психологии: Эмоции: функции и основные разновидности

Содержание

Эмоции: функции и основные разновидности

Эмоции в жизни человека играют огромную роль. Они побуждают к деятельности, формируют цели, определяют мотивы поведения. При помощи эмоций человек способен выразить свое отношение к ситуации, явлению, предмету. В психологии выделяется несколько функций эмоций.

Основные функции эмоций

Отражательно-оценочная функция. Значимость предметов и ситуаций, которые необходимы для достижения целей и удовлетворения потребностей человека оценивается при помощи эмоций. Эмоции — система сигналов, дающая возможность понять значимость событий.

Побудительная функция. Оценивая происходящее, человек побуждает себя к какому-либо действию. С.Л.Рубинштейн утверждал, что эмоция заключает влечение, желание, стремление, направленное к предмету или от него.

Активирующая функция имеет тесную связь с побудительной. Эмоции обеспечивают необходимый уровень деятельности центральной нервной системы человека. На динамику, темп, ритм деятельности влияют различные эмоциональные состояния. Положительные эмоции, такие как радость, уверенность, придают динамику процессам деятельности, побуждают человека к активным, интенсивным действиям. Ученым Д Хеббом доказана зависимость эффективности деятельности человека от уровня его эмоционального состояния. Хебб называет такую зависимость криволинейной, «колоколообразной». Чтобы достичь высокого результата деятельности, нужно иметь оптимальный уровень эмоционального возбуждения. Нежелательны слишком слабые и очень сильные эмоциональные состояния. Оптимальный уровень обеспечивает максимум эффективности в процессе деятельности. Он зависит от условий выполняемой деятельности, индивидуальных свойств человека, вовлеченного в деятельность.

Замечание 1

Если эмоции слабые, значит человек имеет недостаточную мотивацию. Если эмоции слишком сильные, человек становится неорганизованным, неуправляемым, что разрушает деятельность.

Регулирующая функция. Эмоции регулируют, направляют деятельность человека, ограничивая или, напротив, расширяя ее. Когда возникает эмоциональное отношение к объекту, это оказывает влияние на мотивацию деятельности на всех ее этапах. При помощи эмоций дается субъективная оценка происходящего. Это означает, что одно и то же событие может быть по-разному эмоционально воспринято.

Синтезирующая функция. Отдельные события и факты выстраиваются в одно целое при помощи эмоций. Ученый А.Р.Лурия доказал, что множество образов, которые напрямую или косвенно связаны с объектом, породившим сильное эмрциональное переживание, в сознании человека объединяются в устойчивый комплекс. Если актуализируется один элемент, воспроизводятся в сознании другие составляющие этого комплекса, иногда даже против желания человека.

Смыслообразовательная функция. Действия человека обретают смысл благодаря эмоциям. А.Н.Леонтьев утверждал, что успешные действия, совершаемые за день, могут не удовлетворить человека и даже испортить ему настроение. Отрицательный осадок будет едва прослеживаться на фоне забот в течение дня. Но когда человек начинает мысленно анализировать прожитый день, в памяти возникает определенное событие. Настроение приобретает предметную соотнесенность, возникает сигнал, указывающий на событие, которое оставило неприятные ощущения. Это может быть негативная реакция на чей-то поступок, более успешный. Человек думал и действовал правильно, как ему казалось, и это было главным мотивом его деятельности, но на деле вышло не совсем так.

Защитная функция. Сильные эмоциональные переживания, такие как страх, посылают сигнал человеку об опасности и способствуют тому, чтобы он тщательно продумал свои действия. То есть страх — защита человека от неприятных последствий.

Экспрессивная функция. Все эмоции содержат экспрессивный компонент. За счет него человек устанавливает отношения с другими людьми.

Вопрос функций эмоций разрабатывался многими учеными, существует несколько классификаций, в том числе Симонова, Леонтьева, Вундта.

Значимость эмоций огромна в жизни человека. Ученые психологи сочли необходимым четко дифференцировать их. Немецкий философ И.Кант выделил два вида эмоциональных состояний по степени активации: стенические и астенические эмоции.

Стенические эмоции вызывают повышение активности человека, астенические, напротив, снижают ее. Эмоции могут быть положительного и отрицательного характера, интенсивными, длительными, осознанными и неосознанными.

Замечание 2

Человеческие эмоции можно различать по модальности, качеству переживаний.

Психолог К.Изард выделяет десять главных эмоций, три из них положительные, семь — отрицательные.

Фундаментальные эмоции человека

Интерес-возбуждение. Эмоция, которую испытывает человек чаще других. Следует подчеркнуть важность этой эмоции для мотивации в развитии навыков, приобретении знаний. Интерес открывает дорогу любопытству, исследованию, расширению опыта. Если интерес интенсивен, человек находится в состоянии воодушевления, оживления.

Радость может быть охарактеризована чувством уверенности, значительности, наслаждения и удовлетворения. Человек доволен собой, окружающим его миром, он ощущает силы и энергетический подъем. Радость — чувство, которое возникает при достижении чего-то, при реализации своих способностей, удовлетворении желаний.

Удивление. Особенность этой эмоции в том, что она быстро возникает и так же быстро проходит. Это эмоция переходящего характера. Удивление не может быть мотивом для поведения на протяжении длительного периода. Функция этого состояния заключается в подготовке человека к последующим действиям, к новым событиям.

Страдание. Одна из наиболее распространенных отрицательных эмоций. Является доминирующей при горе, депрессии. Причин для страдания много. Это и проблемы повседневной жизни, потребностные состояния. Описывая страдание отмечают упадок духа, одиночество, изоляцию, уныние.Эмоция сигнализирует человеку и его окружению, что ему плохо. Эмоция побуждает человека к действиям, облегчающим это состояние, устраняющим причину страдания. Наиболее тяжелой формой страдания является горе. Источник горя — утрата. Состояние горя очень тяжело переживается человеком.

Гнев. Очень сильная отрицательная эмоция. Гнев возникает вследствие неосуществления, недостижения страстно желаемого. Причинами гнева могут быть: личное оскорбление, обман, принуждение. Когда человек испытывает гнев, он ощущает свою силу, испытывает желание сокрушить источник гнева. Чем больше сила гнева, тем сильнее субъект и тем больше его желание физически действовать. Ярость — наивысшее проявление данной эмоции. Здесь мобилизация энергии настолько велика, что человек вынужден выплеснуть эту энергию. Это проявляется различными способами.

Отвращение. Эта эмоция возникает, когда человек стремится устранить объект или изменить его. В сознании человека происходит рассогласование ценностно-значимого и уродливо-несовершенного. Отвращение могут вызывать предметы, действия, поступки. Как и гнев, данная эмоция может быть направлена на себя, тогда снижается самооценка, возникает чувство самоосуждения.

Презрение. Если человек испытывает данную эмоцию, то он должен чувствовать себя умнее, сильнее, увереннее, чем презираемое лицо. Человек испытывает чувство превосходства и обесценивает качества других. Это враждебное чувство. Человек враждебно относится к тому, кого презирает.

Нужна помощь преподавателя?

Опиши задание — и наши эксперты тебе помогут!

Описать задание

Страх. Сильная и опасная эмоция. Причиной страха может стать событие, условие, которое сигнализирует об опасности. Эта эмоция управляет сознанием и поведением человека. Он может переживать состояние страха как предчувствия беды, неуверенности, незащищенности, угрозы своему существованию. Видов страха множество: от неприятного предчувствия до ужаса.

Стыд. Испытывая чувство стыда, человек представляется себе маленьким, скованным, расстроенным, никчемным. Эмоция парализует мыслительную деятельность, человек лишается возможности на какое-то время мыслить логично. Стыд может вызвать чувство презрения к самому себе.

Вина. Эмоциональное состояние, возникающее вследствие неправильных действий. Человек чувствует вину, когда понимает, что им нарушены правила, что он переступил границы чего-либо. Вина может возникать в связи с осуждением своего поступка. Реакциями на чувство вины являются раскаяние, осуждение себя, понижение самооценки. Когда человек лично ответственен за что-то, возникает чувство вины. Эта эмоция длительная и мучительная.

Формы проявления эмоций

Рассмотрим следующую классификацию форм проявления эмоций.

Аффект. Эмоциональное состояние, продолжающееся недолгое время, связанное с изменение жизненно важных обстоятельств для человека. Сопровождается сильно выраженными двигательными проявлениями. Человек теряет сознательный контроль за своими действиями. Аффект может развиться, когда человек не способен найти выход из создавшейся ситуации. При повторении ситуаций, вызывающих отрицательные эмоции аффект аккумулируется. Наивысшая форма — бурный неуправляемый аффективный взрыв. Сильный аффект способен захватить личность полностью. Существуют положительные аффективные проявления: восторг, воодушевление, безудержное веселье и отрицательные — ярость, гнев, ужас, отчаяние. После аффективного состояния часто наблюдается упадок сил, равнодушие ко всему или раскаяние в содеянном.

Эмоции менее интенсивны в сравнении с аффективными состояниями. Они ситуативны, то есть выражают отношение человека к конкретному объекту, действию, событию. Многими учеными рассмотрены функции эмоций, психология дает определение чувства.

Чувство — основная форма переживания человеком своего отношения к явлениям окружающего мира. Достаточно устойчивая и постоянная форма. Чувства человека — обобщенные эмоции. Человек испытывает чувства к явлениям, имеющим постоянную мотивационную значимость. Если ситуативное и устойчивое эмоциональные переживания не совпадают, возникает амбивалентность чувств. Чувства — привязанность , направленность на явление или предмет. Чувства играют роль эмоционально-смысловых образований личности. Когда формируется личность, чувства выстраиваются в иерархическую систему. Доминируют мировоззренческие установки, то есть главные характеристики личности.

Классификация чувств

Чувства классифицируются в психологии, выделяются подвиды, исходя из их связи с конкретными видами деятельности и сферами социальных явлений. Выделяют нравственные, эстетические и интеллектуальные чувства. Это высшие чувства, в них заключается все отношение человека к окружающему миру.

Нравственные чувства — отношение человека к окружающим, к Родине, к семье, к себе. К нравственным чувствам относятся: любовь, патриотизм, справедливость, достоинство, мужество. Нравственные чувства разнообразны, это подчеркивает многоплановость человеческих отношений. Этические чувства призваны регулировать поведение человека. Главный нравственный регулятор — совесть. Человек, идущий на сделку с собственной совестью, испытывает чувства вины и стыда. Стыд — инфантильное чувство, вина — более объемное, цельное, предполагающее осознание человеком ответственности за содеянное.

Интеллектуальные чувства возникают при желании человека познавать мир. Процесс приобретения знаний, его результат являются предметами познавательных чувств. К данного рода чувствам можно отнести: интерес, любознательность, таинственность, удивление. Любовь к истине — это вершина интеллектуальных чувств, именно она становится движущей силой науки.

Эстетические чувства помогают воспринимать явления окружающего мира с точки зрения прекрасного, красивого. Эстетические чувства проявляются в художественных оценках и вкусах. Человек, который наделен эстетическим вкусом при восприятии произведений искусства, природы, других людей испытывает положительные или отрицательные эмоции широкого диапазона: от наслаждения до отвращения.

Чувства человека не возникают сами по себе, они связаны со взаимодействием человека с другими людьми, регулируются правилами, нравами общества.

Эмоциональные состояния человека

Настроение — одно из слабо выраженных устойчивых эмоциональных состояний. Это эмоциональная окраска поведения. Когда человек пребывает в хорошем настроении, он воспринимает что-либо положительно. Настроение зависит от того, как протекает взаимодействие между людьми, как человек воспринимает себя, окружающую его обстановку. Настроение бывает положительным: веселое, приподнятое, жизнерадостное, эйфория и отрицательным: грустное, подавленное, пониженное, дисфория, депрессия.

Страсть — сильное, глубокое состояние. Характеризуется сосредоточенностью, собранностью, концентрацией на единую цель. Страсть способна захватить всего человека. Бывают пагубные страсти и страсти, ведущие к великим свершениям.

Стресс — состояние, которое возникает при экстремальной ситуации. От человека требуется мобилизация нервно-психических сил. Изначально термин «стресс» возник в физиологии, как неспецифическая биологическая реакция организма в ответ на неблагоприятное воздействие среды. Позднее был выделен психологический стресс, который подразделяется на эмоциональный (угроза, обида, опасность) и информационный (перегрузки информационного плана).

К стрессу приводят только сильные воздействия. Влияние стрессора должно превосходить приспособительные возможности человека. Г.Селье разработал теорию о стрессе и выделил три стадии его развития:

  • мобилизация защитных сил организма;
  • адаптация к стрессу;
  • истощение.
Определение 1

Стресс — это не просто напряжение нервной системы, это комплексная приспособительная реакция всего организма.

Неважно приятна или неприятна ситуация, вызывающая стресс. Выделяют понятия стресса и дистресса.

Определение 2

Дистресс — результат объемного стресса, когда исчерпаны адаптационные резервы.

Тяжелейшими стрессорами являются войны, стихийные бедствия, катастрофы, несчастные случаи, пожары. Раздражители стресса не обязательно должны существовать в реальности. Стресс могут вызвать напоминания или угроза. Есть раздражители, которые существуют в реальности, но не несут опасности и все же имеют стрессогенное значение, так как им приписываются угрожающие свойства.

Близко к стрессу состояние фрустрации, когда на пути к цели у человека возникают трудности. Данное состояние сопровождают множество эмоций: озлобленность, подавленность, агрессия. Данные эмоции способны дезорганизовать сознание и поведение человека.

Понятие об эмоциях. Основные функции эмоций, квалификация

Чувства или эмоция — переживание человеком сво­его отношения к тому, что он познает или делает, к другим людям и самому себе.

Эмоции не могут возникнуть сами собой, без причины. Источ­ник эмоций — объективнаядействительность в ее соотнесении с потребностями человека. То, что связано с прямым или косвен­ным удовлетворением потребностей человека — как простейших, органических, так и потребностей, обусловленных его обществен­ным бытием,— вызывает у него положительные эмоции (удоволь­ствие, радость, любовь). То, что препятствует удовлетворению этих потребностей, вызывает отрицательные эмоции (неудоволь­ствие, горе, печаль, ненависть).

Значение эмоций и чувств в жизни и деятельности человека чрезвычайно велико. Οʜᴎ побуждают человека к деятельности, помогают преодолевать трудности в учении, работе, творчестве. Эмоции и чувства часто определяют поведение человека, поста­новку им тех или иных жизненных целœей.

По классификации эмоциональных явлений А.Н. Леонтьева выделяется три вида эмоциональных процессов: аффекты, собственно эмоции и чувства:

1. Аффекты — это сильные и относительно кратковременные эмоциональные переживания, сопровождающиеся резко выраженными двигательными и висцеральными проявлениями.

2. Собственно эмоции в отличие — более длительно текущее состояние, иногда лишь слабо проявляются во внешнем поведении.

3. Предметные чувства — возникают как специфическое обобщение эмоций и связаны с представлением или идеей о некотором объекте, конкретном или отвлеченном (к примеру, чувство любви к человеку, к родинœе, чувство ненависти к врагу и т.д.). Предметные

4. Общие ощущения. Так, П. Милнер считает, что, хотя и принято отличать эмоции (гнев, страх, радость и т.п.) от так называемых общих ощущений (голод, жажда и т.д.), тем не менее в них обнаруживается много общего и их разделœение достаточно условно. Одна из причин, по которой их различают, — разная степень связи субъективных переживаний с возбуждением рецепторов.

Функции эмоций:

1. Отражательная (оценочная) — выражается в обобщенной оценке событий.

2. Побуждающая — крайне важно наличие мотивационного возбуждения.

3. Подкрепляющая — воздействие фактора, способного удовлетворить существующую потребность.

4. Переключательная — побуждают человека к изменению своего поведения, ярко обнаруживается в экстремальных ситуациях.

5. Коммуникативная (мимика, жесты, позы, выразительные вздохи, изменение интонации) — являются ʼʼязыком человеческих чувствʼʼ и позволяют человеку передавать свои переживания другим людям, информировать их о своем отношении к явлениям, объектам и т.д.

Эмоции (понятие, виды, функции эмоций)

 

Экономический факультет

 

Контрольная работа

по дисциплине «Психология  и педагогика»

 

Тема: Эмоции (понятие, виды, функции эмоций).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ЭМОЦИИ

 

Эмоции — субъективные реакции  человека на воздействия внешних  и внутренних раздражителей, отражающие в форме переживаний их личную значимость для субъекта и проявляющиеся  в виде удовольствия или неудовольствия.

Все эмоции и их оттенки  можно расположить по шкале тонкости-грубости. К грубым эмоциям относятся, прежде всего, все проявления гнева (от ярости — до раздражённости, ревности и эмоции осуждения), также страх (от ужаса — до тревоги). Тонкие же и тончайшие эмоции — это все оттенки любви, но особенно нежность.

Все эмоции, которые испытывает человек, излучаются за пределы его  тела, создавая энергетическую среду  для окружающих людей и других существ. Живущие в грубых эмоциональных состояниях люди продуцируют разрушающую, болезнетворную среду обитания для окружающих, общение с ними может вызывать тяжёлые энергопоражения и болезни, особенно у детей. Живущие же в состояниях утончённой любви — оздоровляют, одухотворяют, облагораживают всё вокруг своих тел, исцеляют только лишь своим присутствием.

 

Функции эмоций.

 

  1. Функция оценки.

Эмоция дает возможность  мгновенно оценить смысл изолированного раздражителя или ситуации для человека. Эмоциональная оценка предшествует развернутой сознательной переработке  информации и поэтому как бы «направляет» ее в определенное русло. Все знают, как важно первое впечатление, которое  мы производим на нового знакомого. Если первое впечатление от человека благоприятное, то в дальнейшем достаточно сложно разрушить возникшую позитивную настройку восприятия («Все, что делает этот приятный человек, – хорошо!»). И, наоборот, «реабилитировать» в своих глазах человека, который почему-то показался нам неприятным, удается с трудом.

  1. Функция мобилизации.

Мобилизующая функция  эмоций проявляется, в первую очередь, на физиологическом уровне: выброс в кровь адреналина при эмоции страха повышает способность к бегству (правда, чрезмерная доза адреналина может  привести и к обратному эффекту  – ступору), а понижение порога ощущения, как составляющая эмоции тревоги, помогает распознать угрожающие стимулы. Кроме того, феномен «сужения сознания», который наблюдается  при интенсивных эмоциональных  состояниях, заставляет организм сосредоточить  все усилия на преодолении негативной ситуации.

  1. Функция следообразования.

Эмоция часто возникает  уже после того, как то или иное событие завершилось, т.е. тогда, когда  действовать уже поздно.

  1. Функция компенсации информационного дефицита.

Описанная выше оценочная  функция эмоций особенно полезна  в том случае, когда нам не хватает  информации для рационального принятия решения. Эмоции обладают совершенно экстраординарным значением в функционировании живых  организмов и вовсе не заслуживают  того, чтобы их противопоставляли  «интеллекту». Эмоции, скорее всего, сами представляют высший порядок интеллекта. Другими словами, эмоция является своеобразным «запасным» ресурсом для решения  задач. Когда человек оказывается  в ситуации информационного дефицита и не в состоянии сделать какой-либо прогноз, он может «опереться» на эмоцию – получить «эмоциональный аванс».

  1. Функция коммуникации.

Экспрессивный (выразительный) компонент эмоций делает их «прозрачными»  для социального окружения. Выражение  некоторых эмоций, например боли, вызывает пробуждение альтруистической мотивации у других людей. Например, матери легко отличают плач детей, вызванный болью, от плача по другим причинам и быстрее спешат на помощь. Известно, что эмоции обладают «заразительностью». «Заражение» эмоциональным состоянием происходит именно потому, что люди могут понять и примерить на себя переживания другого человека.

  1. Функция дезорганизации.

Интенсивные эмоции способны нарушить эффективное протекание деятельности. Даже аффект оказывается полезен, когда  человеку необходимо полностью мобилизовать свои физические силы. Однако длительное действие интенсивной эмоции обусловливает  развитие состояния дистресса, который, в свою очередь, действительно приводит к расстройству поведения и здоровья.

 

Виды эмоций.

 

Альтруистические — переживания, возникающие на основе потребностей в содействии, помощи другим людям: желание принести другим людям радость и счастья, чувство тревоги за свою судьбу, сопереживания, чувство надежности, преданности, сочувствия.  
      Коммуникативные — возникают на основании потребности в общении: желание общаться, делиться мыслями и переживаниями, чувство симпатии, привязанность, чувство уважения к кому-то, чувство признательности, желание заслужить одобрение от близких и уважаемых людей.  
      Глоричные — связаны с потребностью в самоутверждения, славе: стремление завоевать признание, уважение, чувство самовлюбленности и желание взять реванш, чувство гордости, преимущества, удовлетворение тем, что произошел рост, повышенная ценность своей личности. Практические — определяются успешностью или не успешности деятельности, трудностями ее осуществления и завершения: желание достичь успеха в работе, чувство напряжения, увлеченность работой, приятная усталость, приятное удовольствие от результатов своего труда.  
      Романтические — проявляются в стремлении ко всему необычному, тайного: ожидание чего-то необычного и очень хорошего, светлого; волнующе чувства восприятия измененного окружающей среды: все кажется другим, необычным, наполненным особой значимости, таинственности.  
      Гностичные — связаны с потребностью в познавательной и духовной гармонии: стремление познать суть явлений, чувство удивления или непонимания, колебания; чувство ясности или неясности мысли; безудержное стремление преодолеть противоречия в своих суждениях и все систематизировать; чувство близости решения проблемы; радость открытия истины.  
        Эстетические — связанные с лирическими переживаниями: потребность в красоте, чувство изящного, возвышенного и величественного; наслаждение звуками, чувство волнующих драматизма, светлого сумму, поэтическо наблюдательного состояния; чувство духовного роста; чувство родного, близкого, угодная воспоминаний о прошлом, горько-приятное чувство одиночества.  
        Гедоничные — связанные с удовлетворением потребности в телесном и духовном комфорте: наслаждение приятными духовными и физическими ощущениями от знаний, вкусной пищи, тепла, солнца и т.п.; чувство беззаботности, покоя, изнеможения чувство веселья; приятное бездумное возбуждение.   
        Акизитивные — возникают в связи с интересом к накоплению, коллекционирование: стремление накопления, радость в связи с увеличением накоплений; приятное чувство от созерцания своих собраний.  
       Мобилизационные — происходят от потребности в преодолении опасности, интереса к борьбе: потребность в острых ощущениях, увлечение риском, чувство спортивного азарта, решительность, спортивная злость, чувство сильного волевого и эмоционального напряжения, мобилизация своих физических и умственных способностей.


§ 3.2.3. Функции эмоций — Txtb.ru

Перечень всех учебных материалов

Государство и право

Демография
История
Международные отношения
Педагогика
Политические науки
Психология
Религиоведение
Социология


§ 3.2.3. Функции эмоций

  Говоря о функциях эмоций, прежде всего, следует отметить функции отражения и регулирования, которые свойственны всем психическим процессам. Эмоции преимущественно выполняют регулирующую функцию. Эмоции выполняют функцию оценки какого-либо события в жизни индивида и придают побудительность его действиям. В случае сильных эмоций, прежде всего аффектов, они могут дезорганизовать деятельность. Также им свойственна синтезирующая функция, когда при сильном эмоциональном переживании актуализация одного из элементов комплекса вызывает другой элемент комплекса.
  Более подробно проблематика функций эмоциональных процессов анализируется в статье В. К. Вилюнаса «Основные проблемы психологической теории эмоций» и в статье П. В. Симонова «Информационная теория эмоций»(хрестоматия).
  Рассмотрим взгляды В. К. Вилюнаса. Автор в своей статье отмечает, что задачу изучения функционального значения эмоций отчетливо поставил Э. Клапаред, показавший в результате ее реализации односторонность как классической, так и «периферической» интерпретации условий возникновения эмоционального процесса и предложивший примиряющую их схему. Однако внимание, уделяемое вопросу о функциях эмоций в более ранних концепциях, свидетельствует о том, что Клапаред зафиксировал в виде методологического принципа тенденцию, проявляющуюся в психологии эмоций фактически с момента ее зарождения. Вопрос о функциях является ключевым и пронизывающим всю психологию эмоций, поэтому основные и самые общие функциональные характеристики эмоций не могли не выявиться при обсуждении предыдущих вопросов. В пределах данного раздела эти общие функции эмоций мы обозначим с небольшими дополнительными комментариями, сосредотачивая основное внимание на более специфических проявлениях эмоций.
  В. К. Вилюнас пишет, что скрупулезный анализ взглядов на природу эмоций, проведенный Н.Гротом, равно как и положения современных концепций позволяют заключить, что эмоции достаточно единодушно признаются выполняющими функцию оценки. Однако, принимая данное положение в качестве обобщенной точки зрения, нельзя упускать из виду, что при его конкретизации — при уточнении того, что именно, как именно, на какой основе и т.д. оценивают эмоции — высказываются различные мнения. Следует отметить, что способность эмоций производить оценку хорошо согласуется с тем, что они возникают в значимых ситуациях, характеризуются предметностью, зависят от потребностей. Эмоциями, таким образом, непосредственно оценивается и выражается значимость какой-либо ситуации для субъекта, они сигнализируют о ней субъекту. Иначе говоря, эмоции являются тем языком, той системой сигналов, посредством которой субъект узнает о потребностной значимости происходящего.
  Продолжаются споры и вокруг вопроса о мотивирующей роли эмоций — о выполняемой ими функции побуждения. В. К. Вилюнас замечает, что полное отстранение эмоций от функции побуждения в значительной мере обессмысливает и производимую ими функцию оценки. Разве из оценки происходящего может следовать, с биологической точки зрения, что-либо более целесообразное, чем немедленное побуждение присвоить, овладеть полезным и избавиться от вредного?
  О способности эмоций побуждать действия говорят другие, более специфические их функции. Так, в критических условиях, при неспособности субъекта найти адекватный выход из опасных, травмирующих, чаще всего неожиданно сложившихся ситуаций, развивается особый вид эмоциональных процессов — так называемые аффекты. Одно из функциональных проявлений аффекта заключается в том, что он навязывает субъекту стереотипные действия, представляющие собой определенный закрепившийся в эволюции способ «аварийного» разрешения ситуаций: бегство, оцепенение, агрессию и т.п. Известно, что и другие ситуативные эмоции, такие как возмущение, гордость, обида, ревность, тоже способны «навязать» человеку определенные поступки, причем даже когда они для него нежелательны. Это позволяет утверждать, что к эмоциональному разрешению ситуаций приводят не только аффекты и что данная функция свойственна более широкому классу эмоциональных явлений.
  Однако одни и те же стереотипные действия не могут быть одинаково пригодными для всех ситуаций, поэтому аффективные реакции, сложившиеся в эволюции для разрешения наиболее часто встречающихся затруднений, оправдывают себя лишь в типичных биологических условиях. Именно этим объясняется часто наблюдаемая бессмысленность или даже вредность действий, управляемых аффектом. Так, бессмысленными являются усилия птицы, бьющейся в помещении об оконное стекло, но в естественных условиях именно свет означал бы для нее свободу. Подобно этому и оператор, покидающий во время аварии ничем ему не угрожающий пульт управления, мог, очевидно, избрать более правильный путь действий, если охвативший его аффект не вынудил бы его поступить по сложившемуся на протяжении миллионов лет правилу: немедленно удаляться от того, что вызывает страх.
  Способность эмоций нарушать целенаправленную деятельность легла в основу теорий, подчеркивающих дезорганизационную функцию эмоций, которую, прежде всего подчеркивал Э. Клапаред. Однако данная характеристика эмоций может быть принята лишь с определенными оговорками. Как показывают приведенные примеры, эмоции прежде всего организуют некоторую деятельность, отвлекая на нее силы и внимание, что, естественно, может помешать нормальному протеканию проводимой в тот же момент другой деятельности. Сама по себе эмоция дезорганизующей функции не несет, все зависит от условий, в которых она проявляется. Даже такая грубая биологическая реакция, как аффект, обычно дезорганизующая деятельность человека, при определенных условиях может оказаться полезной, например, когда от серьезной опасности ему приходится спасаться, полагаясь исключительно на физическую силу и выносливость. Это значит, что нарушение деятельности является не прямым, а побочным проявлением эмоций, иначе говоря, что в положении о дезорганизующей функции эмоций столько же правды, сколько, например, в утверждении, что праздничная демонстрация выполняет функцию задержки автотранспорта. На этом же основании не может быть оправдано и зародившееся еще в дискуссиях стоиков и эпикурейцев альтернативное противопоставление полезности и вредности эмоций.
  При обсуждении отношений эмоций к процессам познания невозможно не обратить внимание на общее регулирующее влияние эмоций, которое заключается в сосредоточении этих процессов на предметном содержании, имеющем эмоциональную окраску. В литературе особо выделяются две взаимодополняющие функции, выполняемые эмоциями по отношению к определенным психическим процессам, т.е. представляющие собой частные случаи общего регулирующего их влияния. Речь идет о влиянии эмоций на накопление и актуализацию индивидуального опыта. Первая функция, обсуждаемая под разными названиями: закрепления — торможения (П.К.Анохин), следообразования (А. Н. Леонтьев), подкрепления (П.В.Симонов), указывает на способность эмоций оставлять следы в опыте индивида, закрепляя в нем те воздействия и удавшиеся-неудавшиеся действия, которые их возбудили. Особенно ярко следообразующая функция проявляется в случаях экстремальных эмоциональных состояний.
  Но сам по себе след не имел бы смысла, если не было бы возможности использовать его в будущем. В актуализации закрепленного опыта эмоции тоже играют значительную роль, и это подчеркивает вторая из выделяемых функций. Поскольку актуализация следов обычно опережает развитие событий и возникающие при этом эмоции сигнализируют возможном приятном или неприятном их исходе, выделяют предвосхищающую функцию эмоций. Поскольку предвосхищение событий существенно сокращает поиск правильного выхода из ситуации, выделяют эвристическую функцию. В отношении этих функций эмоций, впрочем как и в отношении других, важно подчеркнуть, что, констатируя определенное проявление эмоций, они остро ставят задачу выяснения того, как именно эмоции это делают, выяснения психологического механизма, лежащего в основе этих проявлений.
  Большой теоретический интерес представляет функция эмоций, отчетливо намеченная в работах В. Вундта и выявляющая роль эмоциональных переживаний в становлении и организации субъективного образа. Согласно Вундту, эмоциональный тон ощущений, воспринимаемых одновременно или непосредственно друг за другом, сливается по определенным законам во все более и более общие равнодействующие переживания, соответственно организуя в восприятии сами эти «единицы» (ощущения, представления и т.п.). Только в силу такого слияния чувств мы воспринимаем не набор пятен или звуков, а пейзаж и мелодию, не множество впечатлений от своего тела, а свое тело. Таким образом, эмоциональные переживания выступают синтезирующей основой образа, обеспечивающей возможность целостного и структурированного отражения мозаичного разнообразия фактических раздражений.
  Ярким примером эмоциональных синтезов, проявляющихся на уровне более сложных когнитивных образований, служат так называемые аффективные комплексы, экспериментальное исследование которых, начато К. Г. Юнгом, в советской психологии было развито А. Р. Лурия. (Мы рассмотрим это подробнее несколько ниже). Эти исследования показали, что совокупность образов, прямо или случайно связанных с ситуацией, породившей сильное эмоциональное переживание, образует в памяти прочный комплекс, актуализация одного из элементов которого влечет, даже против воли субъекта, немедленное «введение» в сознание других его элементов. Существуют также и определенные теоретические выводы, позволяющие говорить об оправданности поисков синтезирующей основы образа именно в сфере эмоционального.
  Современная психология рассматривает чувственную ткань отражения как образование прежде всего когнитивной природы. Это вызывает существенные затруднения при попытке понять слияние в психическом образе воздействий разных модальностей. Представление же о синтезирующей роли эмоций позволяет оснастить образ как бы общим фундаментом, на который могут проецироваться и вступать во взаимодействие познавательные образования разных уровней и модальностей. Однако, говоря о преимуществах учения об эмоциональном «фундаменте» образа, следует отметить, что оно требует допущения, большинством современных авторов не принимаемого, а именно — принятия принципа панэмоциональности, согласно которому целостный акт отражения, по словам С. Л. Рубинштейна, всегда в той или иной мере включает единство двух противоположных компонентов — знания и отношения, интеллектуального и «аффективного», из которых то один, то другой выступает в качестве преобладающего.
  Эмоции являются событием не только психологическим, и их функциональное назначение не исчерпывается разносторонними влияниям на уровне субъективного отражения. Как утверждал Р.Декарт, главное действие всех людских страстей заключается в том, что они побуждают настраивают душу человека желать того, к чему эти страсти подготовляют его тело. Поскольку эмоции сигнализируют о значимости происходящего, подготовка в эмоциональном состоянии тела к лучшему восприятию и возможным действиям настолько целесообразна, что было бы удивительно, если она не закрепилась бы в эволюции и не стала бы одно из характерных особенностей эмоциональных процессов. Разностороннее влияние эмоций на тело тоже получило отражение в выделении ряда и функциональных характеристик.
  Многими авторами подчеркивается происходящая в эмоциональном состоянии активация нервных центров, а в конечно итоге — и всего организма, осуществляемая неспецифическим структурами ствола мозга. Согласно активационным теориям, эмоции обеспечивают оптимальный уровень возбуждения центральной нервной системы и отдельных ее подструктур (и, соответственно, уровень бодрствования системы психического отражения), который может колебаться от коматозного состояния и глубокого сна до предельного напряжения в состоянии экстаза.
  Активация нервной системы, и прежде всего вегетативного ее отдела, приводит к многочисленным изменениям в состоянии внутренних органов и организма в целом. Характер этих изменений показывает, что эмоциональные состояния вызывают либо мобилизацию органов действия, энергетических ресурсов и защитных процессов организма, либо, в благоприятных ситуациях, его демобилизацию, настройку на внутренние процессы и накопление энергии. Очевидно, что функции активации и мобилизации-демобилизации тесно связаны и последнюю можно рассматривать как одно из результативных проявлений.
  Наряду с общей подготовкой организма к действию отдельные эмоциональные состояния сопровождаются специфическими изменениями в пантомимике, мимике, звуковыми реакциями. Каково бы ни было изначальное происхождение и назначение этих реакций, в эволюции они развивались и закреплялись и как средства оповещения об эмоциональном состоянии индивида во внутривидовом и межвидовом общении. С повышением роли общения у высших животных выразительные движения становятся тонко дифференцированным языком, с помощью которого индивиды обмениваются информацией как о своем состоянии, так и о том, что происходит в среде (сигналы опасности, пищи и т.п.). Экспрессивная функция эмоций не потеряла своего значения и после того, как в историческом развитии человека сформировалась более совершенная форма обмена информацией — членораздельная речь. Эмоциональная экспрессия осталась одним из главных факторов, обеспечивающих так называемую невербальную коммуникацию.
  Для более полного ознакомления с функциональным назначением эмоций следовало бы наряду со сравнительно общими их проявлениями познакомиться еще со специфическими функциональными характеристиками отдельных эмоциональных состояний, что значительно расширило бы наше обсуждение этой проблемы. Специфические особенности таких эмоциональных состояний, как смех, страх действия, печаль, горе, освещены в работах А. Бергсона, П.Жане, З. Фрейда. Однако это не входит в наши задачи.
  Что касается взглядов П.В.Симонова на функции эмоций, то его подход к проблеме эмоций, как он сам отмечает, целиком принадлежит павловскому направлению в изучении высшей нервной (психической) деятельности мозга. Это и определяет выделение им функций эмоциональных процессов. Автор выделяет отражательно-оценочную, переключающую, подкрепляющую, компенсаторную (замещающую) функции эмоций. Рассмотрим подробнее каждую функцию.
  Отражательно-оценочная функция эмоций. В рамках разрабатываемой автором теории данная функция выступает как основная функция эмоций. Эмоции понимаются П. В. Симоновым как отражение мозгом человека и животных какой-либо актуальной потребности (ее качества и величины) и вероятности (возможности) ее удовлетворения, которую мозг оценивает на основе генетического и ранее приобретенного индивидуального опыта.
  До сих пор мы говорили об отражательной функции эмоций, которая совпадает с их оценочной функцией. Обратите внимание, что цена в самом общем смысле этого понятия всегда есть функция двух факторов: спроса (потребности) и предложения (возможности эту потребность удовлетворить). Но категория ценности и функция оценивания становятся ненужными, если отсутствует необходимость сравнения, обмена, т.е. необходимость сопоставления ценностей. Вот почему функция эмоций не сводится к простому сигнализированию воздействий полезных или вредных для организма, как полагают сторонники «биологической теории эмоций. Иными словами, эмоции выступают в роли своеобразной «валюты мозга» — универсальной меры ценностей, а не простого эквивалента, функционирующего по принципу; вредно — неприятно, полезно — приятно.
  Переключающая функция эмоций. С физиологической точки зрения эмоция есть активное состояние системы специализированных мозговых структур, побуждающее изменить поведение в направлении минимизации или максимизации этого состояния. Поскольку положительная эмоция свидетельствует о приближении удовлетворения потребности, а отрицательная эмоция — об удалении от него, субъект стремится максимизировать (усилить, продлить, повторить) первое состояние и минимизировать (ослабить, прервать, предотвратить) второе. Этот гедонистический принцип максимизации—минимизации, равно применимый к человеку и животным, позволит преодолеть кажущуюся недоступность эмоций животных для непосредственного экспериментального изучения. Переключающая функция эмоций обнаруживается как в сфере врожденных форм поведения, так и при осуществлении условно-рефлекторной деятельности, включая ее наиболее сложные проявления. Надо лишь помнить, что оценка вероятности удовлетворения потребности может происходить у человека не только на осознаваемом, но и на неосознаваемом уровне. Ярким примером неосознаваемого прогнозирования служит интуиция, где оценка приближения к цели или удаления от нее первоначально реализуется в виде эмоционального «предчувствия решения», побуждающего к логическому анализу ситуации, породившей эту эмоцию.
  Переключающая функция эмоций особенно ярко обнаруживается в процессе конкуренции мотивов, при выделении доминирующей потребности, которая становится вектором целенаправленного поведения. Так, в боевой обстановке борьба между естественным для человека инстинктом самосохранения и социальной потребностью следовать определенной этической норме переживается субъектом в форме борьбы между страхом и чувством долга, между страхом и стыдом. Зависимость эмоций не только от величины потребности, но и от вероятности ее удовлетворения чрезвычайно усложняет конкуренцию сосуществующих мотивов, в результате чего поведение нередко оказывается переориентированным на менее важную, но легко достижимую цель: «синица в руках» побеждает «журавля в небе».
  Подкрепляющая функция эмоций. Феномен подкрепления занимает центральное положение в системе понятий науки о высшей нервной деятельности, поскольку именно от факта подкрепления зависят образование, существование, угашение и особенности любого условного рефлекса. Под подкреплением Павлов подразумевал действие биологически значимого раздражителя (пищи, вредоносного раздражителя и т.п.), которое придает сигнальное значение другому, связанному с ним несущественному в биологическом отношении раздражителю. Необходимость вовлечения мозговых механизмов эмоций в процесс выработки условного рефлекса становится особенно демонстративной в случае инструментальных условных рефлексов, где подкрепление зависит от реакции субъекта на условный сигнал. Всесторонне проанализировав природу выработки инструментальных рефлексов, исследователи пришли к выводу о том, что непосредственным подкреплением в этом случае является не удовлетворение какой-либо потребности, но получение желательных (приятных, эмоционально положительных) или устранение нежелательных (неприятных) стимулов. В зависимости от их интенсивности, функционального состояния организма и характеристик внешней среды приятными могут оказаться самые разнообразные «индифферентные» раздражители — световые, звуковые, тактильные и т.п. С другой стороны, животные нередко отказываются от жизненно необходимых компонентов пищи, если пища при этом невкусная. У крыс не удалось выработать инструментальный условный рефлекс при введении пищи через канюлю в желудок (т.е. минуя вкусовые рецепторы), хотя такой рефлекс вырабатывается при введении в желудок морфина, который очень быстро вызывает у животного положительное эмоциональное состояние. Тот же морфин благодаря его горькому вкусу перестает быть подкреплением, если его вводить через рот.
  Компенсаторная (замещающая) функция эмоций. Будучи активным состоянием системы специализированных мозговых структур, эмоции оказывают влияние на другие церебральные системы, регулирующие поведение, процессы восприятия внешних сигналов и извлечения энграмм этих сигналов из памяти, вегетативные функции организма. Именно в последнем случае особенно наглядно обнаруживается компенсаторное значение эмоций. Дело в том, что при возникновении эмоционального напряжения объем вегетативных сдвигов (учащение сердцебиений, подъем кровяного давления, выброс в кровяное русло гормонов и т.д.), как правило, превышает реальные нужды организма. По-видимому, процесс естественного отбора закрепил целесообразность этой избыточной мобилизации ресурсов. В ситуации прагматической неопределенности (а именно она так характерна для возникновения эмоций), когда неизвестно, сколько и чего потребуется в ближайшие минуты, лучше пойти на излишние энергетические траты, чем в разгар напряженной деятельности — борьбы или бегства — остаться достаточного обеспечения кислородом и метаболическим «сырьем».
  Но компенсаторная функция эмоций этим не ограничивается. Возникновение эмоционального напряжения сопровождается переходом к иным, чем в спокойном состоянии, формам поведения, принципам оценки внешних сигналов и реагирования на них. Физиологически суть этого перехода можно определить как возврат от тонко специализированных условных реакций к реагированию по принципу доминанты А.А.Ухтомского. Наиболее важная черта доминанты заключается в способности отвечать одной и той же реакцией на самый широкий круг внешних стимулов в том числе на раздражители, впервые встретившиеся в жизни субъекта. Чем сильнее становится потребность, отмечал Нюттен, тем менее специфичен объект, вызывающий соответствующую реакцию. Нарастание эмоционального напряжения, с одной стороны, расширяет диапазон извлекаемых из памяти энграмм, а, с другой стороны, снижает критерии «принятия решения» при сопоставлении этих энграмм с наличными стимулами. Так, голодный человек начинает воспринимать неопределенные стимулы в качестве ассоциирующихся с пищей. Подчеркнем, что эмоция сама по себе не несет информации об окружающем мире, недостающая информация пополняется путем поискового поведения, совершенствования навыков, мобилизации хранящихся в памяти энграмм. Компенсаторное значение эмоций заключается в их замещающей роли.
  Что касается положительных эмоций, то их компенсаторная функция реализуется через влияние на потребность, инициирующую поведение. В трудной ситуации с низкой вероятностью достижения цели даже небольшой успех (возрастание вероятности) порождает положительную эмоцию воодушевления, которая усиливает потребность достижения цели. В иных ситуациях положительные эмоции побуждают живые существа нарушать достигнутое «уравновешивание с окружающей средой». Стремясь к повторному переживанию положительных эмоций, живые системы вынуждены активно искать неудовлетворенные потребности и ситуацию неопределенности, где полученная информация могла бы превысить ранее имевшийся прогноз. Тем самым положительные эмоции компенсируют недостаток неудовлетворенных потребностей и прагматической неопределенности, способных привести к застою, к деградации, к остановке процесса самодвижения и саморазвития.
  Итак, мы рассмотрели основные функции эмоций, выделенные и проанализированные в статье В. К. Вилюнаса «Основные проблемы психологической теории эмоций» и в статье П. В. Симонова «Информационная теория эмоций».


Психология эмоциональных явлений. — Функции эмоций.

Страница 6 из 21

Функции эмоций.

Выделяются следующие функции эмоций:

? оценка;

? побуждение;

? регуляция деятельности;

? следообразование;

? предвосхищение;

? синтезирующая функция;

? активация;

? экспрессивная функция;

? символизирующая;

? переключающая;

? подкрепляющая;

? компенсаторная (замещающая).

Рассмотрим детально каждую из перечисленных функций.

Эмоции многими исследователями признаются выполняющими функцию оценки. Эмоции являются тем языком, той системой сигналов, посредством которой субъект узнает о значимости происходящего.

Существуют продолжительные и продолжающиеся споры вокруг вопроса о мотивирующей роли эмоций ? о выполняемой ими функции побуждения. Побуждение как функция эмоций – одно из функциональных проявлений особого эмоционального состояния – аффекта, заключающегося в навязывании субъекту стереотипных действий для адекватного “аварийного” разрешения опасных, травмирующих, чаще всего неожиданно сложившихся наиболее часто встречающихся биологических затруднений. О способности эмоций побуждать действия говорят другие, более специфические их функции. Так, в критических условиях, при неспособности субъекта найти адекватный выход из опасных, травмирующих, чаще всего неожиданно сложившихся ситуаций, развивается особый вид эмоциональных процессов — так называемые аффекты. Одно из функциональных проявлений аффекта заключается в том, что он навязывает субъекту стереотипные действия, представляющие собой определенный закрепившийся в эволюции способ «аварийного» разрешения ситуации: бегство, оцепенение, агрессию и т.п. Известно, что и другие ситуативные эмоции, такие, как возмущение, гордость, обида, ревность, тоже способны «навязать» человеку определенные поступки, причем даже когда они для него нежелательны.

Однако одни и те же стереотипные действия не могут быть одинаково пригодными для всех ситуаций, поэтому аффективные реакции, сложившиеся в эволюции для разрешения наиболее часто встречающихся затруднений, оправдывают себя лишь в типичных биологических условиях. Именно этим объясняется часто наблюдаемая бессмысленность или даже вредность действий, управляемых аффектом. Так, бессмысленными являются усилия птицы, бьющейся в помещении об оконное стекло, но в естественных условиях именно свет означал бы для нее свободу.

Способность эмоций нарушать целенаправленную деятельность легла в основу теорий, подчеркивающих дезорганизационную функцию эмоций (Э.Клапаред, Пьерон, 1928). Однако данная характеристика эмоций может быть принята лишь с определенными оговорками. Эмоции прежде всего выполняют организующую функцию, создавая некоторую деятельность, отвлекая на нее силы и внимание, что, естественно, может помешать нормальному протеканию проводимой в тот же момент другой деятельности. Организация как функция эмоций – способность эмоций переориентировать основные силы, ресурсы и внимание организма на организацию некоторой деятельности сосредоточивать эти процессы на предметном содержании. Сама по себе эмоция дезорганизующей функции не несет, все зависит от условий, в которых она проявляется. Даже такая грубая биологическая реакция, как аффект, обычно дезорганизующая деятельность человека, при определенных условиях может оказаться полезной, например, когда от серьезной опасности ему приходится спасаться, полагаясь исключительно на физическую силу и выносливость. Это значит, что нарушение деятельности является не прямым, а побочным проявлением эмоций, иначе говоря, что в положении о дезорганизующей функции эмоций столько же правды, сколько, например, в утверждении, что праздничная демонстрация выполняет функцию задержки автотранспорта. Таким образом, дезорганизация как функция эмоций – способность эмоций нарушать нормальное протекание целенаправленной деятельности вследствие отвлечения основных сил и внимания на организацию другой деятельности.

Выше, при обсуждении отношений эмоций к процессам познания, мы познакомились с общим регулирующим влиянием эмоций, заключающимся в сосредоточении этих процессов на предметном содержании, имеющем эмоциональную окраску. Регуляция как функция эмоций – способность эмоций регулировать действительность. В литературе особо выделяются две взаимодополняющие функции, выполняемые эмоциями по отношению к определенным психическим процессам, т.е. представляющие собой частные случаи общего регулирующего их влияния. Речь идет о влиянии эмоций на накопление и актуализацию индивидуального опыта. Первая функция, обсуждаемая под разными названиями: закрепления ? торможения (П.К.Анохин), аффективного следообразования (А.Н.Леонтьев), подкрепления (П.В.Симонов), указывает на способность эмоций оставлять следы в опыте индивида, закрепляя в нем и удавшиеся-неудавшиеся действия и те воздействия, которые их возбудили.

На самом деле процессы следообразования не имели бы смысла, если не было бы возможности использовать их в будущем. В актуализации закрепленного опыта эмоции тоже играют значительную роль, и это подчеркивает следующая из выделяемых функций, поскольку актуализация следов обычно опережает развитие событий, а возникающие при этом эмоции сигнализируют о возможном приятном или неприятном их исходе. Это функция — предвосхищающая (Запорожец, Неверович, 1974). Предвосхищение как функция эмоций – способность эмоций актуализировать закрепленный опыт в будущем, опережая развитие событий сигналом о возможном приятном или неприятном исходе. Поскольку предвосхищение событий существенно сокращает поиск правильного выхода из ситуации, выделяют эвристическую функцию (О.К. Тихомиров, 1969). Эта функция позволяет субъекту неожиданно найти решение в трудной ситуации.

Большой теоретический интерес представляет функция эмоций, отчетливо намеченная в работах В.Вундта и выявляющая роль эмоциональных переживаний в становлении и организации субъективного образа. Согласно Вундту, эмоциональный тон ощущений, воспринимаемых одновременно или непосредственно друг за другом, сливается по определенным законам во все более и более общие равнодействующие переживания. Только в силу такого слияния чувств мы воспринимаем не набор пятен или звуков, а пейзаж и мелодию, не множество интроцептивных впечатлений, а свое тело. Таким образом, эмоциональные переживания выступают синтезирующей основой образа, обеспечивающей возможность целостного и структурированного отражения мозаичного разнообразия отдельно действующих раздражителей.

Ярким примером синтеза эмоций, проявляющихся на уровне более сложных когнитивных образований, служат так называемые аффективные комплексы. Экспериментальное исследование которых, начатое К.Г.Юнгом, в отечественной психологии было развито А.Р.Лурия. Эти исследования показали, что совокупность образов, прямо или случайно связанных с ситуацией, породившей сильное эмоциональное переживание, образует в памяти прочный комплекс. Актуализация одного или нескольких элементов данного комплекса влечет, даже против воли человека, немедленное «введение» в сознание других его элементов.

Разностороннее влияние эмоций на тело тоже получило отражение в выделении ряда их функциональных характеристик. Эмоциональные состояния вызывают либо мобилизацию органов действия, энергетических ресурсов и защитных процессов организма, либо, в благоприятных ситуациях, его демобилизацию, настройку на внутренние процессы и накопление энергии (Кэннон, 1927).

Наряду с общей подготовкой организма к действию, отдельные эмоциональные состояния сопровождаются изменениями в пантомимике, мимике звуковыми реакциями. Каково бы ни было изначальное происхождение и назначение этих реакций (см. Ч. Дарвин, 1953), в эволюции они развивались и закреплялись и как средства оповещения об эмоциональном состоянии индивида во внутривидовом и межвидовом общении. С повышением роли общения у высших животных выразительные движения становятся тонко дифференцированным языком, с помощью которого индивиды обмениваются информацией как о своем состоянии, так и о том, что происходит в среде (сигналы опасности, пищи и т. п.). Экспрессивная функция эмоции не потеряла своего значения и после того, как в историческом развитии человека сформировалась более совершенная форма обмена информацией — членораздельная речь. Эмоциональная экспрессия усовершенствовалась благодаря тому, что грубые врожденные формы выражения стали дополняться более тонкими нормами, усваиваемыми в онтогенезе. Экспрессия как функция эмоций – способность эмоций выступать в качестве тонко дифференцированного языка по обмену информацией во внутри- и межвидовом общении через пантомимику, мимику, звуковые реакции.



Открытое образование — Психология

Курс «Психология» ориентирован на обучающихся образовательных учреждений высшего образования по основным образовательным программам непсихологического профиля. А также на широкий круг слушателей, заинтересованных в получении знаний о психологии человека, психических процессах, свойствах и состояниях, психологических закономерностях его развития и деятельности.

Курс ориентирован на обучающихся на обучающихся образовательных учреждений высшего образования по основным образовательным программам непсихологического профиля уровня бакалавриата и специалитета. А также на широкий круг слушателей, заинтересованных в получении знаний о психологии человека.

Курс позволяет составить целостное представление о психологии как науке и практике в историческом и современном контекстах. Авторы и ведущие курса – известные преподаватели СПбГУ, психологи с богатым опытом научной и практической профессиональной деятельности – раскрывают основные закономерности психологии человека, определяя понятия психических процессов, свойств и состояний; личности и деятельности; функции эмоций и чувств, а также ключевые подходы к психологической  профилактике и психологической помощи (консультированию, психокоррекции и психотерапии). Слушатели познакомятся также с возрастными особенностями развития психики, психологическими феноменами поведения человека в социальных группах, способами самоорганизации и саморегуляции. Научатся использовать психологические знания в решении задач саморазвития и эффективного взаимодействия с другими людьми. Актуализируют навыки рефлексии и управления своими психическими процессами и состояниями.  

Форма обучения заочная (дистанционная). Еженедельные занятия будут включать просмотр тематических видеолекций,  изучение дополнительных материалов и выполнение тестовых заданий с автоматизированной проверкой результатов, тестирование по пройденному материалу. Для получения сертификата необходимо выполнить все задания, тесты и написать финальный экзамен.

В результате изучения дисциплины обучающиеся будут


Знать:

  • определения основных понятий психологии;
  • место психологии в системе наук;
  • основные направления современной психологии;
  • основное содержание психических процессов, состояний и свойств личности человека;
  • функции эмоций и чувств в жизнедеятельности человека;
  • психологическую структуру личности;

Уметь:

  • анализировать внешние проявления психической активности человека и относить их к определённым сферам психики;
  • интерпретировать значение переживаемых человеком эмоций и чувств;
  • использовать психологические знания в решении задач саморазвития и эффективного социального взаимодействия;

Владеть:

  • навыками рефлексии и управления своими психическими процессами и состояниями;
  • представлениями об эффективной организации своей целенаправленной деятельности.

 

УК-1 Способен осуществлять поиск, критический анализ и синтез информации, применять системный подход для решения поставленных задач 

УК-5 Способен воспринимать межкультурное разнообразие общества в социально-историческом, этическом и философском контекстах

УК-6 Способен управлять своим временем, выстраивать и реализовывать траекторию саморазвития на основе принципов образования в течение всей жизни 

37.03.01 Психология
37.06.01 Психологические науки
Для обучающиеся образовательных учреждений высшего образования по основным образовательным программам непсихологического профиля уровня бакалавриата и специалитета. Курс рассчитан на широкий круг слушателей, заинтересованных в получении знаний о психологии человека.

Эмоциональное и рациональное в жизни человека. Класификации эмоциональных состояний

Эмоциональное и рациональное в жизни человека
       Класификации эмоциональных состояний. Положительные, отрицательные, чувственно-нейтральные эмоциональные состояния. Внутренняя и внешняя обусловленность эмоций. Направленность: на себя и на других. Социальные чувства. Эстетические чувства. Три уровня эмоциональных переживаний: уровень беспредметной эмоционально-аффективной чувствительности; предметные чувства; обобщенные чувства. Аффекты, эмоции, чувства, страсти и настроения.

          Противопоставление сознания  и чувств, логического и эмоционального, ума и сердца, рационального и иррационального вошло в употребление давно и прочно. Нам всем время от времени приходится делать выбор между «голосом сердца» и «голосом разума». Часто эти два «голоса» подсказывают нам разные решения, разные выборы. Для человека современной западной цивилизации характерно доминирование рациональной сферы над миром чувств, решение этого спора в пользу разума. С помощью разума мы планируем свою карьеру, решаем финансовые вопросы, оцениваем шансы, запасаемся знаниями, судим о чем-либо. Мы повторяем вслед за Декартом «Я мыслю, следовательно я существую». Разум, логика, интеллект нужны для успешности в современном технократическом,  компьютеризированном мире. И, приспосабливаясь к этому миру,  стремясь к успеху в нем, мы развиваем логику, интеллект, и часто мало заботимся о развитии эмоционально-чувственной сферы, обедняя свой внутренний мир, ибо богатство внутренней жизни во многом определяется качеством и глубиной переживаний. Восприятие человеком своей жизни как счастливой или несчастливой является отражением его эмоционального состояния. А вот восприятие своей жизни как успешной или нет зависит от качества сознания как инструмента и степени владения им.


          Противопоставление эмоций интеллекту не всегда обоснованно. Еще в 13 столетии Роджер Бэкон отмечал, что существуют два вида знания, одно – получаемое через аргументы, другое – через переживание (2, с.129). 
         «Ни одна эмоция не сводима к чистой, абстрактной эмоциональности. Всякая эмоция включает в себя единство переживания и познания, интеллектуального и аффективного» — писал С.Л.Рубинштейн (1, с.156)..

          «Человек как субъект, который познает и изменяет мир, … переживает то,что с ним происходит и им совершается; он относится определенным образом к тому, что его окружает. Переживание этого отношения человека к окружающему и составляет сферу чувств или эмоций. Чувство человека – это его отношение к миру, к тому, что он испытывает и делает в форме непосредственного переживания» (С.Л.Рубинштейн, 1, с.152 ).

          Слово эмоции происходит от  латинского  «emovere» – волновать, возбуждать. 

          Немецкий философ и психолог Ф.Крюгер в работе «Сущность эмоционального переживания» (1, с.108) писал: 


           “То, что радует человека, что его интересует, повергает в уныние, волнует, представляется ему смешным, более всего характеризует его «сущность», его характер и индивидуальность… В определенной мере «эмоциональное» дает нам знание о строении душевного, «внутреннего мира в целом».


Классификации эмоций.

          Проявления эмоционального мира человека чрезвычайно разнообразны. К ним относятся такие различные явления  как боль и ирония, красота и уверенность, прикосновение и справедливость. Эмоции различаются по качеству, интенсивности, продолжительности, глубине, осознанности, сложности, условиям возникновения, выполняемым функциям, воздействию на организм, потребностям, предметному содержанию и направленности (на себя или других), на прошлое или будущее, по особенностям их выражения и так далее. Любое из этих измерений может стать основой для классификации. 
          Мы можем оценивать испытываемые чувства, эмоции как глубокие, серьезные или как поверхностные, легкомысленные, как сильные или слабые, сложные или простые, скрытые или ярко выраженные.

          Наиболее часто употребляемым является деление эмоций на положительные и отрицательные


 

Положительные эмоции

 Отрицательные эмоции

Радость, симпатия, восхищение, благодарность, привязанность, уважение, доверие,  гордость, восторг, уверенность, ликование и др.

Грусть, ярость, боязнь, досада, безнадежность, сожаление, зависть,  разочарование, уныние,  скука, вина, растерянность, обида,  негодование и др.

          Но не все эмоциональные проявления можно отнести к одной из этих групп. Существуют также чувственно-нейтральные эмоциональные состояния: удивление, любопытство, безразличие, волнение, задумчивость, чувство ответственности.

          Деление эмоций на положительные и отрицательные отражает прежде всего субъективную оценку переживаемых ощущений. Во внешнем же плане как положительные, так  и отрицательные эмоции могут приводить и к позитивным, и к негативным последствиям. Так, хотя переживаемые гнев или страх часто имеют негативные последствия для организма и даже для общества, в некоторых случаях они могут нести позитивную функцию защиты, выживания. Такие положительные эмоциональные проявления, как радость и оптимизм могут в некоторых случаях превращаться в «воинствующий энтузиазм», который может привести и к негативным последствиям. Таким образом, в зависимости от конкретной ситуации одна и та же эмоция может служить адаптации или же дезадаптации, вести  к деструкции или облегчать конструктивное поведение (2). 

          Другая характеристика эмоций имеет отношение к их обусловленности: внутренней или внешней. Известно, что эмоции обычно возникают в тех случаях, когда происходит что-то значимое для человека. Они могут быть связаны как с отражением внешнего, ситуативного воздействия (это так называемая внешняя обусловленность), так и с актуализацией  потребностей — при этом эмоции сигнализирут субъекту об изменении внутренних факторов (внутренняя обусловленность). 

           Эмоции, чувства могут быть направлены на себя (раскаяние, самодовольство) и на другого (благодарность, зависть).

           В отдельные группы эмоциональных явлений выделяют социальные чувства (чувства чести, долга, ответственности, справедливости, патриотизма) и эстетические чувства (чувства прекрасного, возвышенного, комического, трагического).

          Согласно С.Л.Рубинштейну (1, с.158-159) существуют три уровня эмоциональных переживаний:



  1. уровень беспредметной эмоционально-аффективной чувствительности, связанный преимущественно с органическими потребностями: ощущение удовольствия – неудовольствия, беспредметной тоски. На этом уровне связь чувства с предметом не осознается.

  2. предметные чувства, связанные с предметным  восприятием, предметным действием -так, например, страх испытывается перед чем-то. На этом уровне чувство является выражением в осознанном переживании отношения человека к миру. Предметные чувства дифференцируются в зависимости от сферы – эстетические, моральные, интеллектуальные.

  3. обобщенные чувства, возвышающиеся над предметными, – чувство юмора, иронии, возвышенного, трагического. Они выражают мировоззренческие установки личности.

          Среди различных проявлений эмоционального мира человека принято выделять аффекты, собственно эмоции, чувства, страсти и настроения.

          Аффектом  называют стремительно и бурно протекающий эмоциональный процесс взрывного характера, сопровождающийся органическими изменениями и действиями, зачастую неподчиненными сознательному волевому контролю.  В состоянии аффекта человек как бы «теряет голову». 


          Регулирующая функция аффектов состоит в образования специфического опыта – аффективных следов, определяющих избирательность последующего поведения по отношению к ситуациям и их элементам, которые прежде вызывали аффект (1, с. 169). 
          Эмоциональная напряженность аффектов нередко ведет к последующим 
чувствам  усталости, подавленности. 

          Собственно эмоции – это более длительные состояния по сравнению с аффектами, иногда лишь слабо проявляющиеся во внешнем поведении. Эмоции  имеют отчетливо выраженный ситуационный характер. Они выражают оценочное отношение человека к складывающимся или возможным ситуациям, к своей деятельности и к своим проявлениям в ней. Эмоции отражают отношения, складывающиеся между мотивами и непосредственной  деятельностью по реализации этих мотивов (регулирующая роль эмоций описана в лекции  «Функции эмоций»).

          Чувства имеют четко выраженный предметный характер, они связаны с представлением о некотором объекте – конкретном (любовь к человеку) или обобщенном  (любовь к родине). 
          Объектами чувств могут быть образы и понятия, образующие содержание нравственного сознания человека (Н.А. Леонтьев, 1, с.170-171). Высшие чувства относятся к духовным ценностям и идеалам. Они играют важную роль в формировании личности. Чувства регулируют поведение человека, могут мотивировать его поступки.
          Эмоции и чувства могут не совпадать – так, можно сердиться на человека, которого любишь. 

        Страсть – сильное, стойкое,  длительное чувство. Страсть  выражается в сосредоточенности, собранности помыслов и сил, направленных на единую цель.  В страсти ярко выражен волевой момент. Страсть означает порыв, увлечение, ориентацию всех устремлений и сил личности в едином направлении, сосредоточение их на единой цели. 

          Настроением называют общее эмоциональное состояние личности. Настроение не предметно, не приурочено к какому-то событию. Это – бессознательная эмоциональная оценка личностью того, как на данный момент складываются для нее обстоятельства. 

          Л.И.Петражицкий (1, с.20) сравнивал эмоции, аффекты, настроения, страсти со следующим рядом образов: «1) просто вода; 2) внезапный и сильный напор воды; 3) слабое и спокойное течение воды; 4) сильное и постоянное течение воды по одному глубокому руслу». 

Десять фундаментальных эмоций: интерес, радость, удивление, горе, гнев, отвращение, презрение, страх, стыд, вина.

           К. Изард в своей монографии «Эмоции человека» (2) выделяет десять эмоций, которые он считает фундаментальными, — это эмоции интереса, радости, удивления, горя-страдания, гнева, отвращения, презрения, страха, стыда и вины. Каждая из этих эмоций специфическим образом влияет на процессы восприятия и на поведение людей. 


           Из различных сочетаний фундаментальных эмоций образуются более сложные эмоциональные образования. Если такие комплексы эмоций испытываются  человеком относительно стабильно и часто, то их определяют как эмоциональную черту. Ее развитие определяется как генетической предрасположенностью человека, так и особенностями его жизни.

         Рассмотрим коротко каждую из из фундаментальных эмоций.

      Интерес – наиболее распространенная положительная эмоция. Интерес обеспечивает поддержание определенного уровня активации организма. Состояние, противоположное интересу – скука.
           Основные причины интереса – новизна, сложность, отличие от обычного. Они могут быть связаны как с происходящим вовне, так и с тем, что происходит во внутреннем мире человека — в его мышлении, воображении. Интерес фокусирует внимание, управляет восприятием и мышлением. Мышление всегда определено каким-либо интересом.
           Интерес является доминирующим мотивационным состоянием в повседневной деятельности нормального человека, это единственная мотивация, которая может поддерживать повседневную работу нормальным образом. Интерес обуславливает исследовательское поведение, творчество и приобретение навыков и умений при отсутствии внешнего побуждения к этому, он играет важную роль в развитиии артистических и эстетических форм деятельности.
          Исследуя процесс творчества, Маслоу (2, с.209) говорит о 2-х его фазах: первая фаза характеризуется импровизаций и воодушевлением. Вторая — разработка или развитие первичных идей — требует дисциплины и тяжелой работы, и  здесь мотивационная сила интереса имеет решающее значение для преодоления препятствий.
          Проявленность (сила и частота возникновения) эмоции интереса у конкретного человека зависит от таких факторов, как социально-экономические условия, объем и разнообразие информации, получаемой в ближайшем окружении, от отношения семьи к занятиям, увлечениям и другим формам активности ее членов. Любопытные, склонные к приключениям родители более способны воспитать основанные на интересе познавательные ориентации у своих детей, чем те родители, которые предпочитают жить на основании устоявшися взглядов и догм. Устремленность интереса человека на определенные объекты, на определенные виды деятельности во многом определяется его системой ценностей. 

      Радость — основная положительная эмоция человека. Однако это переживание  не человек может вызвать произвольным усилием. Радость может следовать за достижением или творческим успехом личности, но они сами по себе не гарантируют радости. 


          Большинство ученых соглашаются с тем, что радость является побочным продуктом усилий, направленных на другие цели.
        Радость может также возникать при узнавании чего-то знакомого, особенно после длительного отсутствия или изоляции от знакомого человека или объекта. В отличие от интереса, который держит человека в постоянном возбуждении, радость может успокаивать. 
          Радость дает человеку ощущение способности справиться с трудностями и наслаждаться жизнью, облегчает повседневную жизнь, помогает справляться с болью, достигать трудных целей. Более счастливые люди более уверены в себе, более оптимистичны и более успешны в жизни, имеют более тесные и взаимообогащающие контакты с другими людьми. Их работа более последовательна, целенаправлена и результативна. Они обладают чувством собственной значимости, владеют навыками и достижениями, необходимыми для достижения своих целей,получают огромное удовлетворение от самого процесса этого достижения. Счастливые люди, по-видимому, часто переживали радость успеха в детстве, что сформировало у них чувство компетентности (Вессман и Рикс, по 2, с. 234-235). 
          Экспрессивное выражение радости, в том числе смех, увеличивает силу субъективного переживания этого чувства. 
          Испытывая радость, люди более склонны наслаждаться объектом, чем критически анализировать его. Они воспринимают объект как он есть, а не пытаются изменить его. Они скорее чувствуют близость к объекту, чем желание отстраниться и и объективно рассмотреть его. Радость позволяет почувствовать, что существуют разнообразные связи между человеком и миром, острое чувство торжества или сопричастности с объектами радости и с миром в целом. Часто радость сопровождается с чувством силы и энергетического подъема, ощущением свободы, того, что человек больше, чем он есть в обычном состоянии. Радостный человек более склонен видеть красоту и добро к природе и в человеческой жизни (Мидоус, по 2, с.238).
          Чувство радости связано с реализацией человеком своих возможностей. Радость является нормальным состоянием жизни здорового человека. 
          Препятствия к самореализации одновременно являются и препятствиями для появления радости. К ним относятся:

  1. Некоторые особенности социальной жизни человека, когда правила и инструкции подавляют творческую активность, устанавливают всепроникающий контроль или предписывают заурядность и посредственность.

  2. Безличные и слишком строго иерархизированные отношения между людьми.

  3. Догматизм в отношении воспитания детей, секса и религии, которые затрудняют человеку познание самого себя, любовь и доверие к себе, что мешает испытывать радость.

  4. Неопределенность женских и мужских ролей.

  5. Слишком  большое значение, которое придается в нашем обществе материальным успехам и достижениям.  (Шутц, по 2, с.238-239).

          Следующая эмоция, выделенная Изардом, – это удивление
           Внешней причиной удивления обычно является внезапное и неожиданное событие, которое оценивается как менее приятное по сравнению с теми, что ведут к радости. Удивление характеризуется высоким уровнем импульсивности и расположенности к объекту. Удивление – быстро проходящее чувство. Оно выполняет функцию приспособления к внезапным изменениям во внешнем мире, побуждения к изменению, переключения внимания. Удивление приостанавливает текущую деятельность, нередко в момент удивления у человека «выключается» мышление.
В зависимости от обстоятельств эмоция удивление может оцениваться человеком как приятнаяили неприятная, хотя само по себе удивление просто тормозит текущую деятельность, переключает внимание на произошедшие изменения. 
          Если человек часто испытывает удивление, которое он оценивает как неприятное, и при этом он не может удовлетворительно справиться с возникшей ситуацией, то у человека может развиться боязливость и неэффективность в присутствии  нового и необычного, даже если оно не является неожиданным. Если же человек часто испытывает приятное удивление, то он обычно оценивает его как позитивную эмоцию.

      Горе – обычно реакция на потерю, утрату – временную или постоянную, реальную или воображаемую, физическую или психологическую (это может быть утрата каких-либо привлекательных качеств в себе, позитивных установок на себя). Утрата источника привязанности (человека, предмета, идеи) означает утрату чего-либо ценного и любимого, источника радости и возбуждения, любви, уверенности, чувства благополучия.


           Внутренняя работа, которую выполняет переживание горя, помогает человеку отдать дань потерянному, приспособиться к утрате, восстановить личностную автономию.
           Как и другие эмоции, горе заразительно, вызывает у окружающих людей сочувствие, способствует усилению групповой сплоченности. 
           Страдание возникает как результат продолжительного воздействия чрезмерного уровня стимуляции – боли, шума, холода, жары, неудачи, разочарования, потери. Причиной страдания может также быть неудача, как реальная, так и воображаемая. 
          Страдание – наиболее распространенная отрицательная эмоция, доминирующая при горе и депрессии. Оно мотивирует активную деятельность, направленную на избегание или уменьшение страдания..
          Страдающий человек чувствует уныние, упадок духа, разочарование в себе, неадекватность, одиночество, отверженность,  причем последнее может быть как реальным, так и вымышленным. Часто страдающему человеку кажется, что вся жизнь плоха.
           Cтрадание часто, особенно в детском возрасте, сопровождается плачем.
         Страдание несет несколько функций.

  1. Оно сообщает о том, что человеку плохо.

  2. Побуждает человека предпринять определенные действия для уменьшения страдания, устранить его причину или изменить отношение к объекту, ставшему причиной страдания.

  3. Страдание обеспечивает умеренную «негативную мотивацию», стратегию избегания.

  4. Избегание страдания от разлуки способствует сплочению людей.

          Чувства гнева, отвращения, презрения образуют так называемую триаду враждебности.
          Причиной гнева обычно является чувство физического или психологического препятствия чему-то, что человек очень хочет сделать. Это могут быть также правила, законы или собственная неспособность сделать то, что хочется. Другими причинами гнева могут быть личное оскорбление, прерывание ситуаций интереса или радости, принуждение сделать что-то против собственного желания. 
          Разгневанный человек испытывает сильное напряжение, его мышцы напрягаются, кровь «кипит». Иногда разгневанному человеку может казаться, что он взорвется, если не проявит свой гнев вовне. Эмоция гнева характеризуется импульсивностью выражения и высоким уровнем уверенности человека в себе. Состояние гнева мешает ясному мышлению.
          Эволюционная функция гнева заключалась в мобилизации энергии индивида для активной самозащиты. С развитием цивилизации эта функция гнева почти исчезла, во многом превратилась в помеху — большинство случаев выражения гнева являются нарушением юридического или этического кодексов. 

          Когда человек испытывает отвращение, он стремится устранить объект, вызвавший это чувство или отстраниться от него самому. Объект отвращения меньше захватывает внимание человека, чем объект гнева. Гнев вызывает желание напасть, а отвращение — желание отделаться от объекта, вызвавшего эту эмоцию. 


          Отвращение способствует переключению внимания. Как и гнев, отвращение может быть направлено на себя, вызывая самоосуждение и понижая самооценку.

      Презрение – чувство превосходства над каким-либо человеком, группой людей или предметом. Презирающий человек чувствует себя сильнее, умнее, лучше в каком-либо отношении, чем презираемое лицо, смотрит на него «сверху вниз», создает преграду между собой и другим. 


          Презрение часто связано с ситуациями проявления ревности, жадности, соперничества. Оно может проявляться как сарказм, ненависть. жестокость к другим.   Презрение питает различные виды человеческих предрассудков.
          Ситуации, вызывающие презрение, реже приводят к агрессии, чем те, которые вызывают гнев и отвращение. Презрение считается наиболее холодной эмоцией из триады враждебности.
          Возможно, презрение эволюционно возникло как форма подготовки к встрече с противником, как демонстрация своей силы и непобедимости, стремление воодушевить себя и испугать соперника.

          Страх является наиболее опасной из всех эмоций. Ощущение страха варьирует от неприятного предчувствия до ужаса. Сильный страх может стать даже причиной смерти. 


          Причиной страха обычно являются события, условия или ситуации, сигнализирующие об  опасности, причем угроза может быть как физической, так и психологической. Причиной страха может быть как присутствие чего-то угрожающего, так и отсутствие того, что обеспечивает безопасность. 
           Природными стимулами страха являются одиночество, незнакомость, внезапное изменение стимула, боль и др. Стимулы страха, производные от природных, включают в себя темноту, животных, незнакомые предметы и незнакомых людей. Причины страха могут иметь культурную обусловленность, быть  результатом научения: страх, возникающий при звуке сирены воздушной тревоги, боязнь привидений, воров и др. 
          Страх переживается как незащищенность, неуверенность, чувство опасности и надвигающегося несчастья, как угроза своему существованию, своему психологическому «Я». Неуверенность может испытываться как в отношении истинной природы опасности, так и того, как действовать с этой опасностью
           Страх уменьшает число степеней свободы в поведении,  ограничивает восприятие, мышление человека замедляется, становится более узким по объему и ригидным по форме.
          Боулби (2, с. 317) так описывает внешнее проявление страха – «осторожное всматривание, подавление движений, испуганное выражение лица, которое может сопровождаться дрожанием и слезами, съеживание, убегание, поиск контакта с кем-либо», наиболее общей чертой переживаний страха является напряжение, «застывание» тела.
          Эволюционно-биологическая функция страха состоит в усилении социальных связей, в «бегстве за помощью». 
          Страх служит предупреждающим сигналом и изменяет направление мысли и поведения человека. Он занимает промежуточное положение между удивлением и последующим адаптивным поведением человека.  
          Индивидуальные различия в проявлении эмоции страха у конкретного человека зависят как от биологических предпосылок, так и от его индивидуального опыта, от общего  социокультурного контекста. Существуют способы снижения и контроля чувства страха.

          Стыд и вина иногда считаются аспектами одной и той же эмоции, иногда рассматриваются как совершенно различные эмоции, не связанные друг с другом. Дарвин считал, что стыд принадлежит к большой группе родственных эмоций, в которую входят стыд, застенчивость, вина, ревность, зависть, жадность, мстительность, лживость, подозрительность, самонадеянность, тщеславие, амбиция, гордость, унижение.

          Когда человек чувствует стыд, он, как правило, отводит взгляд, отворачивает лицо в сторону, опускает голову. Движениеми тела и головы он старается показаться как можно меньше. Глаза опускаются вниз или бегают из стороны в сторону.  Иногда люди высоко поднимают голову, заменяя таким образом стыдливый взгляд на презрительный. Стыд может сопровождаться покраснением открытых частей тела, в частности лица.
          При стыде все сознание человека заполняется им самим. Он сознает только себя или только те черты, которые ему кажется сейчас неадекватными, неприличными. Как будто что-то, что он скрывал от посторонних глаз, неожиданно оказалось выставленным на всеобщее обозрение. В то же время чувствуется общая несостоятельность, некомпетентность. Люди забывают слова, делают неверные движения. Присутствует ощущение беспомощности, неадекватности и даже остановки потока сознания.  Взрослый человек чувствует себя ребенком, слабость которого выставлена на всеобщее обозрение. «Другой» представляется могучим существом, здоровым и способным. Стыд нередко сопровождается ощущением неудачи, поражения.
          Стыд и застенчивость тесно связаны с самосознанием, целостностью образа «Я». Стыд указывает человеку, что его «Я» слишком обнажено  и открыто. В некоторых случаях стыд играет защитную роль, заставляя субъекта прятать и маскировать какие-то черты перед более серьезной опасностью, вызывающей эмоцию страха.
          Так же как и  другими эмоциями, для различных людей ситуации, вызывающие стыд, различны. То, что вызывает у одного стыд, у другого может вызвать азарт, третий в такой же ситуации начинает сердиться, становися агрессивным. 
           Стыд делает человека сенситивным к чувствам и оценкам окружающих, к критике. Избегание стыда является мощным стимулом поведения. Сила его определяется тем, насколько высоко человек ценит свои достоинство и честь. Стыду принадлежит важная роль в формировании морально-этических качеств человека. Как сказал Б.Шоу: «Мужества нет – есть стыд». Угроза стыда заставляла многих молодых людей идти на боль и смерть в войнах, даже в таких, смысла которых они не понимали и не чувствовали.
          Стыд – очень болезненная эмоция, его трудно переносить, трудно замаскировать или скрыть. Усилия по восстановлению и укреплению своего «Я» после пережитого чувства стыда иногда продолжаются несколько недель.

          У эмоции стыда есть следующие психосоциальные функции:



  1. Стыд фокусирует внимание на определенных аспектах личности, делает их объектом оценки.

  2. Стыд способствует мысленному проигрыванию трудных ситуаций.

  3. Стыд увеличивает проницаемость границ «Я» – человек может испытывать стыд за другого.

  4. Стыд гарантирует сенситивность в отношении чувств значимых (близких) других.

  5. Стыд усиливает самокритику, способствует формированию более адекватной Я-концепции.

  6. Успешное притивоборство переживанию стыда может способствовать развитию личностной автономии.

          Для формирования чувства вины необходимы три психологические условия: 1) — принятие моральных ценностей; 2) — усвоение чувства моральной обязанности и верности этим ценностям, 3) — достаточная способность к самокритике для восприятия противоречий между реальным поведением и принятыми ценностями.
           Вина обычно возникает при неправильных действиях. Поведение, которое вызывает чувство вины, нарушает моральный, этический или религиозный кодексы. Обычно люди чувствуют вину, когда осознают, что нарушили правило или преступили границу своих собственных убеждений. Они могут также чувствовать вину за отказ от принятия на себя ответственности. Некоторые люди могут чувствовать вину, когда они работают недостаточно много по сравнению с их собственными мерками, с мерками их родителей или их референтной группы (социальной группы, ценности которой они разделяют). 
          Если человек чувствует стыд, нарушив нормы, то, вероятнее всего, потому, что это стало известно другим. Ощущение стыда связано с ожиданием негативной оценки наших действий другими или с ожиданием наказания за наши поступки. Вина же связана с прежде всего с осуждением своего поступка самим человеком, независимо от того, как к этому отнеслись или могут отнестись окружающие. Вина возникает в ситуациях, в которых человек чувствует личную ответственность. 
          Как и стыд, вина заставляет человека опускать ниже голову, отводить глаза. 
          Вина стимулирует множество мыслей, говорящих об озабоченности человека совершенной ошибкой. Ситуация, вызвавшая чувство вины, может вновь и вновь повторяться в памяти и в воображении, человек ищет способ искупления своей вины.
          Эмоция вины обычно развивается в контексте эмоционального взаимоотношения. Магер (2, с. 383) описывает вину как частный случай тревоги, возникающий из ожидания уменьшения любви из-за своего поведения.
          Вина имеет особое влияние на развитие личной и социальной ответственности.

Поделитесь с Вашими друзьями:

Каковы функции эмоций? Роль четырех основных человеческих чувств | by Lifespark

4 минуты чтения

Эта статья о функциях эмоций, посвященная четырем основным человеческим чувствам, была написана Рагини Рао и первоначально опубликована на InfinumGrowth и предлагает короткометражные фильмы, рецензии по широкому кругу тем, связанных с развитием бизнеса и личностным ростом .

Природа развивала наши эмоции в течение миллионов лет эволюции, чтобы действовать как направляющая система.

Эмоции составляют значительную часть нашей жизни. Они проявляются через четыре основных чувства:

Радость, Печаль, Гнев и Страх

У каждой эмоции есть функция — цель и смысл, помогающие нам справляться с разными жизненными ситуациями. Эмоции помогают нам шестью способами:

Эмоции предупреждают нас, когда наши естественные человеческие потребности не удовлетворяются.Когда мы чувствуем страх, наши эмоции говорят нам, что мы можем быть в опасности. Например, страх быть сбитым автомобилем при переходе дороги побуждает нас быть осторожными и заботиться о своей безопасности.

Точно так же, когда нам грустно из-за того, что нас отвергли, это свидетельствует о том, что наша потребность в общении с другими не удовлетворена. Когда мы чувствуем гнев из-за унижения, мы знаем, что наша потребность в уважении нарушена.

Наши эмоции — ценный источник информации.Они помогают нам принимать решения. Исследования показывают, что когда эмоциональные связи человека разорваны в мозгу, он не может принимать даже простые решения. Почему? Потому что они не знают, как они будут относиться к своему выбору.

Наши чувства удовольствия, разочарования, гнева или страха заставляют нас принимать соответствующие решения.

ЧИТАЙТЕ, СВЯЗАННЫЕ С: Назовите мне причину, почему я должен внести изменения! Как разъяснение ценностей может помочь принять решение

Эмоции — отличный ключ к тому, что мы чувствуем в отношениях.Все мы в любое время испытываем разные чувства к разным людям. В нашей жизни есть люди, с которыми нам действительно комфортно, и нам нравится быть с ними.

Есть и другие, с которыми мы чувствуем дискомфорт и небезопасность. Этот дискомфорт не только на физическом уровне, но и на эмоциональном уровне. Осознание чувств помогает нам установить границы с людьми, которым мы можем доверять, и с теми, кому нельзя.

Наши эмоции помогают нам общаться с другими.Исследования показывают, что 90% нашего общения происходит невербально. Наши выражения лица, например, могут передавать широкий спектр эмоций.

Если мы выглядим грустными или обиженными, мы сигнализируем другим, что нуждаемся в их помощи. Если у нас есть словесные навыки, мы сможем выразить больше своих эмоциональных потребностей и, таким образом, у нас будет больше шансов быть понятыми другими. Если мы эффективно выслушиваем эмоциональные проблемы других, мы можем помочь им почувствовать себя понятыми, важными и заботливыми.

ЧИТАЙТЕ, СВЯЗАННЫЕ С: Настройка вашего «третьего уха»: секреты, которые кроются за недосказанным

Единственный реальный способ узнать, что мы счастливы, — это когда мы чувствуем себя счастливыми. Счастье заставляет нас чувствовать себя довольными и наполненными. Это чувство возникает из-за удовлетворения наших потребностей, особенно наших эмоциональных потребностей.

Мы можем быть теплыми, сухими и сытыми, но все равно несчастными. Наши эмоции и наши чувства дают нам знать, когда мы несчастны, когда чего-то не хватает или что-то нужно. Чем лучше мы сможем идентифицировать свои эмоции, тем легче будет определить, что необходимо для счастья.

ЧИТАЙТЕ ПО ТЕМЕ: Что лучше: жизнь, полная счастья или жизнь, полная смысла

Наши различные национальные, расовые, религиозные, культурные и политические убеждения на самом деле не объединяли нас. На самом деле слишком часто они трагически и даже фатально разделяли нас, вызывая эмоции страха или гнева. Однако при правильном обращении наши эмоции, возможно, являются величайшим потенциальным источником объединения всех представителей человеческого рода.

Эмоции сочувствия, сострадания, сотрудничества и прощения, например, могут объединить нас как биологический вид.Кажется справедливым сказать, что, вообще говоря, нас разделяют ограничивающие убеждения. Нас объединяют положительные эмоции.

ЧИТАЙТЕ ПО ТЕМЕ: Как найти хорошее в плохом: как справиться с негативным влиянием политики и фальшивых новостей происходит с нами, страх помогает нам искать безопасность, а радость позволяет нам наслаждаться и праздновать жизнь!

Эмоции, когда им разрешено выражаться на законных основаниях, позволяют нам вести сбалансированную жизнь и строить здоровые организации и общества.

О приглашенном авторе, Рагини Рао

Выпускник факультета психологии Университета Дели, Рагини является преподавателем и супервизором трансактного аналитика (TSTA), сертифицирован Международной ассоциацией трансактного анализа (ITAA). Она имеет более чем 22-летний опыт работы в качестве консультанта, тренера и терапевта.

Рагини ведет группы повышения квалификации по транзакционному анализу, чтобы обучать людей, чтобы они стали сертифицированными транзакционными аналитиками. Она проводила программы, основанные на трансактном анализе, в Индии, а также в Сингапуре и Бангладеш.

Ее программы корпоративного обучения сосредоточены на личностном преобразовании личности, обеспечении сильного чувства самосознания и развитии уверенного и позитивного подхода в профессиональных и личных отношениях.

Рагини также имеет квалификацию лицензированного руководителя семинаров «Исцели свою жизнь», основанных на философии самоисцеления международного автора и учителя метафизики Луизы Л. Хэй. Она отработала более 5000 часов в качестве психотерапевта-консультанта для индивидуальных клиентов в Калькутте и Бангалоре.

Lifespark хочет знать: как вы думаете, повлияет ли эта статья на ваше мнение или поведение?

Границы | От редакции: Социальная природа эмоций

Эмоции являются определяющим аспектом человеческого состояния. Они пронизывают нашу социальную и профессиональную жизнь, влияют на наше мышление и поведение и глубоко формируют наши отношения и социальные взаимодействия. Традиционно эмоции концептуализировались и изучались в первую очередь как отдельные явления, при этом исследования были сосредоточены на когнитивных и экспрессивных компонентах, а также на физиологических и неврологических процессах, лежащих в основе эмоциональных реакций.Однако за последние два десятилетия ученые стали все больше осознавать, что эмоции по своей природе социальные , то есть они, как правило, вызываются другими людьми, выражаются по отношению к другим людям и регулируются, чтобы влиять на других людей или подчиняться социальным нормам. норм (Parkinson, 1996; Van Kleef, 2009; Fischer and Manstead, в печати). Несмотря на это растущее осознание, включение социального измерения в качестве фундаментального элемента в исследование эмоций все еще находится в зачаточном состоянии (Fischer and Van Kleef, 2010).Чтобы стимулировать дальнейшее теоретизирование и исследования в этой области, текущая тема исследования объединяет последние передовые исследования социальной природы эмоций.

Все больше литературы поддерживает идею о том, что эмоции тесно вплетены в ткань нашей социальной жизни (всесторонний обзор см. в Van Kleef, 2016). Например, исследования показали, что социально-контекстные влияния (например, нормы, членство в группе) систематически формируют опыт, регулирование и выражение эмоций (например,г., Доосье и др., 1998; Кларк и др., 2004 г.; Фишер и Эверс, 2011). Другие исследования начали раскрывать, как социальные факторы, такие как неравенство власти и культура, влияют на распознавание и интерпретацию эмоциональных выражений (например, Elfenbein and Ambady, 2003; Mesquita and Markus, 2004; Stamkou et al., 2016). Еще в одной работе задокументировано, как (поведенческие) реакции на эмоциональное выражение других людей формируются социальным контекстом, например, в близких отношениях (например, Clark and Taraban, 1991; Guerrero et al., 2008), групповые настройки (например, Barsade, 2002; Cheshin et al., 2011; Heerdink et al., 2013), конфликты и переговоры (Van Kleef et al., 2008; Adam et al., 2010), обслуживание клиентов (Staw et al., 1994; Grandey et al., 2010) и лидерство (Sy et al., 2005; Van Kleef et al., 2010b).

Социальную природу эмоций можно осмысленно проанализировать на четырех различных уровнях анализа: индивидуальном, диадическом, групповом и культурном (Keltner and Haidt, 1999). Несмотря на то, что эти уровни анализа не всегда исключают друг друга, а некоторые исследования могут располагаться на нескольких уровнях, эта типология дает полезный организующий принцип для обсуждения вклада в текущую тему исследования, который проливает новый свет на социальную природу эмоций на каждом этапе. этих уровней.

Индивидуальный уровень

На индивидуальном уровне анализа важными исследовательскими вопросами являются то, как социальный контекст влияет на переживание, регулирование и выражение эмоций. Даже при анализе на индивидуальном уровне анализа очевидна глубоко социальная природа многих эмоций. Примером такой эмоции является благодарность, которая, как правило, возникает в контексте социальных взаимодействий с доброжелательными другими и, как было установлено, приносит пользу психическому здоровью (Emmons and McCullough, 2003), а также качеству межличностных отношений (Algoe et al., 2008; Ламберт и др., 2010). В рамках текущей темы исследования Fox et al. провел одно из первых исследований нейронных основ этой глубоко социальной эмоции. Они обнаружили, что оценки благодарности коррелируют с активностью головного мозга в передней поясной коре и медиальной префронтальной коре, таким образом освещая нейронные сети, которые активируются, когда люди сталкиваются с доброжелательностью других.

В то время как переживание благодарности подразумевает положительное отношение к другому человеку, переживание отрицательных эмоций, таких как злорадство (при наблюдении за несчастьем другого человека) и злорадство (при причинении чужого несчастья) подразумевают отрицательное отношение.Несмотря на то, что злорадство и злорадство связаны с невзгодами других, Лич и др. утверждают, что эти две эмоции могут иметь очень разные последствия. В двух исследованиях они продемонстрировали, что злорадство и злорадство различаются с точки зрения связанных с ними ситуационных особенностей, оценок, опыта и выражения. Эти открытия добавляют нюансов к литературе о (злонамеренном) удовольствии и начинают раскрывать различные социальные роли, которые играют злорадство и злорадство.

Другая по своей сути социальная эмоция, ностальгия, связана с приятным воспоминанием о людях и событиях в прошлом. Растущее количество данных указывает на то, что ностальгия усиливает позитивный аффект и снижает негативный аффект (Sedikides et al., 2008). Опираясь на социальное измерение ностальгии, Cavanagh et al. утверждал и продемонстрировал, что облегчающий эффект ностальгии на чувство грусти зависит от социальной связанности человека. В частности, они обнаружили, что воспоминания о ностальгических событиях по сравнению с обычными событиями влияли на восстановление после грустного настроения в зависимости от ненадежности привязанности, так что участники с низким уровнем неуверенности получали пользу от ностальгии, тогда как люди с высоким уровнем неуверенности — нет.Эти результаты показывают, что преимущества ностальгии зависят от уверенности в качестве своих социальных отношений, что еще раз свидетельствует о внутренне социальной конституции эмоции.

В то время как некоторые эмоции (например, описанные выше) почти обязательно являются социальными, другие эмоциональные реакции могут быть вызваны как социальными, так и несоциальными событиями. Например, такие эмоции, как гордость или счастье, могут возникать при достижении несоциальных целей (например, успешной сдачи экзамена), но они также могут быть вызваны социальными оценками других людей (например,г., похвала). Виггерт и др. утверждал, что эмоциональные реакции на социальные оценки других людей модулируются полом. Они обнаружили, что положительные оценки, выраженные мужчинами, вызывали более сильные реакции электромиографии лица у обоих полов, тогда как возбуждение было выше, когда положительные оценки были выражены противоположным полом. Эти результаты свидетельствуют о том, что эмоционально-восстановительные процессы разворачиваются по-разному в зависимости от пола партнеров по взаимодействию.

Несмотря на то, что исследования социальной природы эмоций процветают, исследований в области развития относительно мало.Расширяя классическую работу Fridlund (1991) о потенцирующем влиянии (неявного) присутствия аудитории на улыбку, Visser et al. исследовали влияние совместного присутствия сверстника на выражение счастья детьми после выигрыша крупного первого приза или небольшого утешительного приза в соревновательной игре. Они обнаружили, что совместное присутствие положительно влияло на счастье детей только при получении первого приза. Дети, получившие первый приз, воспринимались как более счастливые в присутствии сверстника, получившего утешительный приз, чем в одиночестве.И наоборот, дети, получившие утешительный приз, были оценены как одинаково (не)счастливые, когда они были одни или в присутствии сверстников. Это указывает на то, что улыбка детей, как и улыбка взрослых, зависит от социального контекста.

Диадический Уровень

На диадном уровне анализа доминирующие темы исследований вращаются вокруг того, как люди воспринимают, интерпретируют и реагируют на эмоциональные выражения партнеров по взаимодействию, и как такие эффекты формируются социальным контекстом.Один из способов, с помощью которого эмоциональные выражения влияют на наблюдателей, заключается в подтверждении информации об интерпретации ситуации лицом, выражающим эмоции (Manstead and Fischer, 2001; Van Kleef, 2009). Интегрируя теоретическое обоснование атрибуции, процессов оценки и использования эмоций в качестве социальной информации (EASI), вклад Van Doorn et al. исследовали, как эмоциональные выражения влияют на атрибуцию свободы действий и ответственности в условиях неопределенности. В трех исследованиях они обнаружили, что выражение сожаления подпитывало выводы о том, что лицо, выражающее его, несет ответственность за неблагоприятную ситуацию, тогда как выражение гнева сигнализировало, что виноват кто-то другой.Эти результаты показывают, что эмоциональные выражения могут помочь людям понять неоднозначные социальные ситуации, информируя атрибуции, которые соответствуют структурам оценки, связанным с отдельными эмоциями.

В более прикладном ключе Cheshin et al. изучали, как люди используют выражение эмоций профессиональных бейсбольных питчеров, чтобы делать прогнозы относительно предстоящих бросков. Участники их исследования ожидали, что питчеры со счастливым выражением лица будут бросать более точные мячи, питчеры с сердитым выражением лица будут бросать более быстрые и сложные мячи, а питчеры с обеспокоенным выражением лица будут бросать более медленные и менее точные мячи.Участники также ожидали, что отбивающие с большей вероятностью будут замахиваться на мячи, брошенные питчерами, демонстрирующими счастливое выражение лица, и эти прогнозы были незначительно связаны с фактическим замахом отбивающих. Эти результаты впервые свидетельствуют о том, что информация, передаваемая эмоциональными выражениями, потенциально может быть использована для повышения результативности в профессиональном спорте.

Значительный объем исследований показывает, что на принятие социальных решений сильное влияние оказывает эмоциональное выражение партнеров по взаимодействию (Van Kleef et al., 2010а). Однако большая часть этой работы была проведена со здоровыми участниками. де ла Асунсьон и др. исследовали реакции на эмоциональные выражения партнеров по взаимодействию в контексте выбора справедливых и несправедливых решений у здоровых людей и больных шизофренией. Они обнаружили, что на поведенческие реакции здоровых участников на несправедливые решения их партнеров по взаимодействию влияли эмоциональные выражения партнеров, тогда как на решения пациентов с шизофренией не влияли эмоции предлагающих.Это открытие указывает на то, что у пациентов с шизофренией есть определенные проблемы с обработкой и интеграцией эмоциональной информации, что ставит под угрозу качество их социальных отношений.

Когда социальным отношениям угрожает проступок, извинение обидчика может помочь восстановить отношения, вызвав прощение. Например, было обнаружено, что извинения за вспышку гнева смягчают негативные последствия выражения гнева для впечатлений и желания будущего взаимодействия (Van Kleef and De Dreu, 2010).Расширяя литературу о социальных последствиях извинений, Beyens et al. обнаружили, что участники, которые были наказаны партнером по взаимодействию после неудачи, реагировали менее агрессивно, когда партнер впоследствии извинялся, чем когда партнер не извинялся. Кроме того, они обнаружили, что участники женского пола (но не мужчины) демонстрировали усиленное имплицитное отношение к извиняющемуся противнику. Эти результаты подтверждают, что извинения могут ослабить реактивную агрессию после проступка.

Изменение временной перспективы, Niven et al.исследовал роль эмоций в процессе построения новых отношений, изучая, могут ли попытки улучшить чувства других людей помочь людям установить связи в социальных сетях. В двух исследованиях они обнаружили, что использование стратегий регуляции межличностных эмоций предсказывало рост популярности в рабочих и нерабочих взаимодействиях, хотя разные стратегии регуляции межличностных эмоций имели разные эффекты. Поведенческие стратегии (например, обеспечение комфорта или уверенности) были положительно связаны с популярностью, в то время как когнитивные стратегии (например,г., изменение оценок человека по поводу ситуации) отрицательно ассоциировались с популярностью. Эти открытия проливают новый свет на роль эмоций в формировании новых отношений.

Социальная сигнальная функция эмоций может быть особенно важной в условиях, когда люди сталкиваются с потенциально опасными или вредными стимулами. В таких обстоятельствах выражение страха или боли может выполнять важную предупредительную функцию (Williams, 2002). Соответственно, было обнаружено, что сознательное наблюдение за болезненными выражениями лица других людей усиливает восприятие боли у наблюдателей и способствует тенденциям поведенческих реакций.Продолжая эту линию исследований, Khatibi et al. заметили, что оценки болезненности аверсивной стимуляции были выше после подсознательного представления болезненных, а не счастливых выражений. Кроме того, они обнаружили, что тенденция участников быстрее реагировать на цели в компьютерной задаче, которым предшествовала аверсивная стимуляция, была особенно выражена, когда участникам предъявлялись подсознательные болезненные выражения. Это исследование показывает, что даже подсознательное воздействие болезненных выражений может усилить восприятие боли и усилить поведенческие реакции.

Аналогичным образом, Khatibi et al. изучали, как люди реагируют на неоднозначные болезненные выражения лица в зависимости от того, как они думают о боли, а точнее, имеют ли люди тенденцию «катастрофизировать» болевые переживания. Авторы создали неоднозначные выражения боли, трансформировав выражение лица боли в выражение лица счастья. В задаче на случайное обучение пациенты с высоким (но не низким) уровнем боли быстрее реагировали на цели, появляющиеся в месте, предсказанном болезненными выражениями, чем на цели в месте, предсказанном счастливыми выражениями, что позволяет предположить, что люди с высоким уровнем катастрофизации боли с большей вероятностью интерпретируют неоднозначные выражения лица. боли в негативной, связанной с болью манере.Эта предвзятость интерпретации была смягчена, когда были предоставлены явные сигналы угрозы по сравнению с безопасностью, подтверждая представление о том, что эмоциональные выражения особенно информативны в отсутствие более прямых источников информации (Van Kleef, 2016).

Уровень группы

На групповом уровне анализа исследователи изучают, как эмоциональные паттерны в группах формируют эволюцию групповых норм и целей, групповую сплоченность, отличие от других групп и поведение отдельных членов группы, среди прочего.В рамках текущей темы исследования Delvaux et al. исследовали в трех исследованиях, как эмоциональное соответствие членов группы своей группе связано с их уровнем идентификации с группой. Поперечное исследование и два лонгитюдных исследования указывают на положительную и двунаправленную связь между групповой идентификацией и эмоциональным соответствием, так что групповая идентификация и эмоциональное соответствие либо взаимно усиливают, либо взаимно ослабляют друг друга с течением времени. Это открытие проливает новый свет на временную эмоциональную динамику групповой идентификации.

Групповая идентификация имеет тенденцию развиваться быстрее в группах физически находящихся рядом людей, чем в группах людей, которые находятся в разных местах и ​​общаются с помощью компьютерных технологий. Ярвеля и др. исследовали, как общение с помощью таких технологий влияет на синхронизацию физиологической активности между людьми, что было предложено в качестве основного механизма эмоционального заражения и возникающих в результате чувств сходства и идентификации (Hatfield et al., 1993; Гесс и Фишер, 2016). Опция текстового чата предоставляла группе периодические коммуникативные эмоциональные выражения, в то время как визуализация частоты сердечных сокращений показывала непрерывную информацию о физиологическом состоянии каждого члена группы и их диадической связи с другими членами группы. Возможность текстового чата увеличила синхронность сердечного ритма независимо от физического присутствия, тогда как визуализация сердечного ритма только увеличила синхронность в пределах несовместных диад. Ярвеля и его коллеги предположили, что эмоциональное заражение является более естественным путем к межличностной синхронности в физически расположенных группах, что снижает воспринимаемую информационную ценность физиологической информации о других членах группы.

Когда дело доходит до использования эмоциональной информации от других членов группы для понимания ситуаций, уместным вопросом является то, как сочетаются эмоциональные выражения членов группы. Один тип информации, которую можно извлечь из эмоциональных выражений в группах, заключается в том, считается ли поведение человека приемлемым, когда выражение счастья сигнализирует о принятии, а выражение гнева — о неприятии (Heerdink et al., 2013). Хердинк и др. исследовали, сколько членов группы должны выразить свой гнев, чтобы повлиять на девиантного члена группы.В двух исследованиях они обнаружили, что каждая дополнительная реакция гнева линейно увеличивала степень, в которой девиантный человек чувствовал себя отвергнутым. Было обнаружено, что это ощущаемое неприятие способствует соответствию групповой норме, когда девиант был мотивирован искать повторного принятия в группе, и группа могла наблюдать сдвиг в сторону соответствия. Эти результаты показывают, как эмоциональные выражения могут действовать в интересах групповых целей, информируя членов о желательности их поведения.

Используя межгрупповой подход, Furley et al.исследовали реакцию на эмоциональные выражения товарищей по команде по сравнению с противниками. Опираясь на теорию EASI (Van Kleef, 2009, 2016), Ферли и его коллеги утверждали и продемонстрировали, что эмоциональные выражения принимают разные значения и вызывают разные реакции в зависимости от того, испускаются ли они членами собственной группы или конкурирующей внешней группы. В частности, они обнаружили, что выражение гордости у противников вызывало негативные эмоции, познания и пессимистические ожидания в отношении результатов своей команды, тогда как выражение гордости товарищами по команде вызывало больше положительных эмоций, познаний и ожиданий от результатов.Эти результаты подчеркивают важность социального контекста в формировании интерпретации эмоциональных выражений.

Уровень культуры

На культурном уровне анализа задача состоит в том, чтобы понять эмоциональный интерфейс между человеком и его или ее культурным окружением, который включает культурные влияния на эмоциональный процесс, а также влияние культурного соответствия на эмоциональное функционирование. Культурно-специфические паттерны эмоций отражают культурные ценности и приоритеты (Mesquita, 2003).Соответственно, люди в данной культуре склонны испытывать схожие модели эмоций при столкновении с похожими ситуациями. Таким образом, степень, в которой эмоции человека подобны среднему эмоциональному образцу культуры в ситуации, отражает его или ее принятие культурных ценностей и приоритетов. В своем вкладе в текущую тему исследования De Leersnyder et al. исследовали, связано ли такое «эмоциональное соответствие культуре» с психологическим благополучием. Они измеряли эмоциональное соответствие культуре, сравнивая эмоциональные паттерны респондентов со средним культурным паттерном для того же типа ситуации, сравнивая людей из Кореи, Бельгии и США.Результаты показали, что психологическое благополучие предсказывалось эмоциональным соответствием культуре в ситуациях, способствующих автономии на работе в Соединенных Штатах, в ситуациях, способствующих установлению родства дома в Корее, а также в ситуациях, способствующих автономии, и в ситуациях, способствующих установлению родства в Бельгии. . Эти данные свидетельствуют о том, что опыт культурно приемлемых паттернов эмоций способствует психологическому благополучию.

Способность демонстрировать эмоциональные или поведенческие реакции, соответствующие культуре, требует знания преобладающих культурных норм и ценностей.Всякий раз, когда такие нормы не очевидны, люди могут сделать вывод о них на основе эмоциональных выражений других (Hareli et al., 2013; Van Kleef, 2016). Харели и др. исследовали межкультурные различия в том, как люди используют выражение эмоций членов группы для изучения групповых норм. В соответствии с исследованиями на групповом уровне анализа (Heerdink et al., 2013; Heerdink et al.), в разных культурах выражения гнева воспринимались как более сильный сигнал о нарушении норм, чем грустные или нейтральные выражения.Однако, в то время как люди в Германии и Израиле лучше усвоили норму, основанную на выражениях гнева, жители Греции лучше усвоили норму, основанную на выражениях печали. Эти результаты показывают, что межличностные эффекты эмоциональных выражений различаются в разных культурах, возможно, в результате различной уместности определенных эмоциональных выражений в разных культурных контекстах (см. Van Kleef, 2016).

Заключение

В научных кругах растет осознание того, что эмоции по своей сути социальны в том смысле, что они обычно вызываются, выражаются, регулируются, воспринимаются, интерпретируются и реагируют на них в социальных условиях.Из статей по этой теме исследования видно, что изучение социальной природы эмоций переживает расцвет. Вклады охватывают широкий спектр новых интересных вопросов, которые охватывают индивидуальный, диадический, групповой и культурный уровни анализа. Однако исследования на групповом и культурном уровнях анализа сравнительно мало представлены. Это, несомненно, связано с тем, что такие исследования часто сложны и требуют много времени для проведения. Несмотря на эти трудности, исследования на групповом и культурном уровнях анализа имеют решающее значение для нашего понимания социальной природы эмоций, и мы призываем к дальнейшим исследованиям в этих областях.

Примечательно, что вклады в эту тему исследования использовали большое разнообразие методологий, включая корреляционные, лонгитюдные и экспериментальные планы, включающие поведенческие, самоотчетные, сердечно-сосудистые и неврологические измерения. Чтобы достичь следующего рубежа в изучении социальной природы эмоций, будет важно включить в наши исследовательские проекты несколько показателей, чтобы облегчить перекрестную проверку и интерпретацию результатов. Такая интеграция обещает еще больше улучшить понимание того, как люди обрабатывают свои собственные и чужие эмоции и как они реагируют на эти эмоции в зависимости от отношения, группы или культурного контекста.

Вклад авторов

ГвК написал статью; AC, AF и IS представили комментарии к проекту.

Финансирование

Подготовка этой статьи была поддержана грантом Нидерландской организации научных исследований (NWO 452-09-010), предоставленным первому автору.

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Каталожные номера

Barsade, SG (2002). Волновой эффект: эмоциональное заражение и его влияние на групповое поведение. Админ. Q. 47, 644–675. дои: 10.2307/3094912

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Чешин А., Рафаэли А. и Бос Н. (2011). Гнев и счастье в виртуальных командах: эмоциональное влияние текста и поведения на аффект других при отсутствии невербальных сигналов. Орган. Поведение Гум. Реш. Процесс. 116, 2–16.doi: 10.1016/j.obhdp.2011.06.002

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Кларк, М.С., Фитнес, Дж., и Бриссет, И. (2004). «Понимание того, как люди воспринимают отношения, имеет решающее значение для понимания их эмоциональной жизни», в Emotion and Motivation , eds MB Brewer and M. Hewstone (Malden, MA: Blackwell), 21–47.

Кларк М.С. и Тарабан С.Б. (1991). Реакции и готовность выражать эмоции в двух типах отношений. Дж.Эксп. соц. Психол. 27, 324–336. дои: 10.1016/0022-1031(91)-6

Полнотекстовая перекрестная ссылка

Doosje, B., Branscombe, N.R., Spears, R., and Manstead, A.S.R. (1998). Виноват по ассоциации. Когда у группы негативная история. Дж. Перс. соц. Психол. 75, 872–886. дои: 10.1037/0022-3514.75.4.872

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Эльфенбейн, Х., и Амбади, Н. (2003). Когда знакомство порождает точность: знакомство с культурой и распознавание эмоций по лицу. Дж. Перс. соц. Психол. 85, 276–290. дои: 10.1037/0022-3514.85.2.276

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Эммонс, Р., и Маккалоу, М. (2003). Подсчет благословений и бремени: экспериментальное исследование благодарности и субъективного благополучия в повседневной жизни. Дж. Перс. соц. Психол. 84, 377–389. дои: 10.1037/0022-3514.84.2.377

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Фишер, А.Х. и Эверс, К. (2011). Социальные издержки и преимущества гнева в зависимости от пола и контекста отношений. Половые роли 65, 23–34. doi: 10.1007/s11199-011-9956-x

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Фишер, А. Х., и Манстед, А. С. Р. (в печати). «Социальные функции регуляции эмоций», в Handbook of Emotion, 4th Edn . редакторы М. Льюис, Дж. Хэвиленд и Л. Фельдман Барретт (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Гилфорд).

Фишер, А. Х.и Ван Клиф, Джорджия (2010). Куда пропали все люди? Призыв к включению социального взаимодействия в исследование эмоций. Эмоция. Ред. 2, 208–212. дои: 10.1177/1754073910361980

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Фридлунд, А. Дж. (1991). Социальность одинокой улыбки: потенцирование имплицитной аудиторией. Дж. Перс. соц. Психол. 60, 229–240. дои: 10.1037/0022-3514.60.2.229

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Гранди, А.А., Рафаэли А., Равид С., Виртц Дж. и Штайнер Д.Д. (2010). Правила проявления эмоций в глобальной экономике услуг: частный случай клиента. Дж. Серв. Управление 21, 388–412. дои: 10.1108/09564231011050805

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Герреро, Л.К., Ла Вэлли, А.Г., и Фаринелли, Л. (2008). Переживание и выражение гнева, вины и печали в браке: объяснение теории справедливости. J. Soc. Перс. Относ. 25, 699–724.дои: 10.1177/0265407508093786

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Хэтфилд, Э., Качиоппо, Дж. Т., и Рэпсон, Р. Л. (1993). Эмоциональное заражение. Курс. Реж. Психол. науч. 2, 96–100. дои: 10.1111/1467-8721.ep10770953

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки

Heerdink, M.W., Van Kleef, G.A., Homan, A.C., and Fischer, A.H. (2013). О социальном влиянии эмоций в группах: межличностные эффекты гнева и счастья на конформность и девиантность. Дж. Перс. соц. Психол. 105, 262–284. дои: 10.1037/a0033362

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Гесс, У., и Фишер, А. Х. (ред.) (2016). Эмоциональная мимикрия в социальном контексте . Кембридж, Великобритания: Издательство Кембриджского университета.

Академия Google

Келтнер, Д., и Хайдт, Дж. (1999). Социальные функции эмоций на четырех уровнях анализа. Когни. Эмот. 13, 505–521. дои: 10.1080/026999399379168

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Ламберт, Н., Кларк М., Дурчи Дж., Финчем Ф. и Грэм С. (2010). Преимущества выражения благодарности. Психолог. науч. 21, 574–580. дои: 10.1177/0956797610364003

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Манстед, А. С. Р., и Фишер, А. Х. (2001). «Социальная оценка: социальный мир как объект и влияние на процессы оценки», в Процессы оценки эмоций: теория, методы, исследования , под редакцией К. Р. Шерера, А. Шорра и Т. Джонстона (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Оксфорд). Университетское издательство), 221–232.

Мескита, Б. (2003). «Эмоции как динамические культурные явления», в Справочник по аффективным наукам , ред. Р. Дэвидсон, Х. Голдсмит и К. Р. Шерер (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: издательство Оксфордского университета), 871–890.

Мескита, Б., и Маркус, Х.Р. (2004). «Культура и эмоции: модели действия как источники культурных различий в эмоциях», в «Чувства и эмоции: Амстердамский симпозиум », под ред. –358.

Седикидес, К., Вильдшут, Т., Арндт, Дж., и Рутледж, К. (2008). Ностальгия: прошлое, настоящее и будущее. Курс. Реж. Психол. науч. 17, 304–307. doi: 10.1111/j.1467-8721.2008.00595.x

Полнотекстовая перекрестная ссылка

Стамкоу, Э., Ван Клиф, Г. А., Фишер, А. Х., и Крет, М. Э. (2016). Действительно ли сильные люди слепы к чувствам других? Как иерархическая озабоченность формирует внимание к эмоциям. чел. соц. Психол. Бык. 42, 755–768. дои: 10.1177/0146167216636632

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Став, Б.М., Саттон, Р.И., и Пеллед, Л.Х. (1994). Положительные эмоции сотрудников и благоприятные результаты на рабочем месте. Орган. науч. 5, 51–71. doi: 10.1287/orsc.5.1.51

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Си, Т., Коте, С., и Сааведра, Р. (2005). Заразительный лидер: влияние настроения лидера на настроение членов группы, групповой аффективный тонус и групповые процессы. J. Appl. Психол. 90, 295–305. дои: 10.1037/0021-9010.90.2.295

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Ван Клиф, Джорджия (2009). Как эмоции регулируют социальную жизнь: модель эмоций как социальной информации (EASI). Курс. Реж. Психол. науч. 18, 184–188. doi: 10.1111/j.1467-8721.2009.01633.x

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Ван Клиф, Джорджия (2016). Межличностная динамика эмоций: к интегративной теории эмоций как социальной информации .Кембридж, Великобритания: Издательство Кембриджского университета.

Академия Google

Ван Клиф, Г. А., и Де Дреу, С. К. (2010). Долгосрочные последствия выражения гнева на переговорах: возмездие или распространение? Дж. Экспл. соц. Психол. 46, 753–760. doi: 10.1016/j.jesp.2010.03.013

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Ван Клиф, Г. А., Де Дреу, С. К. В., и Манстед, А. С. Р. (2010a). Межличностный подход к эмоциям в принятии социальных решений: эмоции как модель социальной информации. Доп. Эксп. соц. Психол. 42, 45–96. doi: 10.1016/S0065-2601(10)42002-X

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Ван Клиф, Г. А., Хоман, А. С., Беерсма, Б., и ван Книппенберг, Д. (2010b). О злых лидерах и приятных последователях: как эмоции лидеров и личности последователей формируют мотивацию и эффективность команды. Психолог. науч. 21, 1827–1834 гг. дои: 10.1177/0956797610387438

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Ван Клиф, Г.А., Ван Дейк, Э., Штайнель, В., Харинк, Ф., и Ван Бист, И. (2008). Гнев в социальном конфликте: кросс-ситуативные сравнения и предложения на будущее. Групповое решение. Негот. 17, 13–30. doi: 10.1007/s10726-007-9092-8

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Уильямс, AC (2002). Выражение боли на лице: эволюционный счет. Поведение. наук о мозге. 25, 439–455. doi: 10.1017/s0140525x02000080

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки

Исполнительные функции: Эмоциональное развитие | Энциклопедия раннего развития детей

Введение

Эмоциональное развитие включает в себя повышенную способность чувствовать, понимать и дифференцировать все более сложные эмоции, а также способность к саморегуляции их для адаптации к социальной среде или для достижения настоящих или будущих целей.Часто дети сталкиваются с ситуациями, когда они должны выбирать между конкурирующими вариантами, например, закончить домашнее задание, прежде чем играть, или перекусить сейчас, а не оставить место для более здоровой еды. Принимая такие решения, им необходимо урегулировать конфликт между конкурирующими вариантами выбора, доступными в контексте, с определенным набором ожиданий и правил, а также регулировать импульсы к немедленному удовлетворению в пользу выбора, который является менее немедленным и автоматическим. Этот вид поведенческого и когнитивного контроля связан с концепцией управляющих функций.Исполнительная функция относится к многомерным процессам когнитивного контроля, которые характеризуются произвольностью и требуют больших усилий. Они включают в себя способность оценивать, организовывать и достигать целей, а также способность гибко адаптировать поведение при столкновении с новыми проблемами и ситуациями. Данные когнитивного развития и когнитивной нейробиологии развития показали, что развитие регуляции эмоций в значительной степени поддерживается несколькими основными исполнительными функциями, такими как контроль внимания, подавление неадекватного поведения, принятие решений и другие высокие когнитивные процессы, которые происходят в эмоционально сложных контекстах. 1,2

Субъект

Поскольку люди преимущественно общительны, понимание эмоций в себе и других является важным навыком, и значительная часть мозга посвящена этому усилию. 3 Базовые эмоции, такие как счастье или страх, отличаются от так называемых моральных эмоций (например, стыда, вины, гордости и т. д.), возникающих в социальных взаимодействиях, где явно или неявно устанавливается нормативное или идеальное поведение . Понимание и управление моральными эмоциями требует усвоения норм и моральных принципов, разделяемых сообществом.Также необходимо воспринимать и понимать эмоции других людей (эмпатия) и делать атрибуции их психических состояний (теория разума), включая понимание их убеждений и взглядов. Таким образом, эмоциональное и социальное развитие тесно связаны друг с другом. Другой ключевой компонент эмоционального развития, а именно регуляция эмоций, не менее важен для социализации. В социальной деятельности (например, в школе) часто необходимо контролировать эмоциональные реакции, как положительные (например,например, волнение) или негативное (например, разочарование), чтобы приспособиться к нормам и целям. Следовательно, развитие исполнительного контроля занимает центральное место в регуляции эмоций.

Проблемы

Исполнительную функцию часто считают общей областью когнитивной функции. Это означает, что он участвует в регуляции всех видов поведения, таких как речь, память, мышление и т. д. Однако некоторые авторы предполагают, что эмоциональное, социальное и мотивированное поведение (например,например, решение съесть ли кусок пирога или обнять кого-то, кого мы любим) может быть труднее контролировать и может даже потребовать другого типа механизма по сравнению с эмоционально-нейтральными условиями (например, решение о том, является ли число пять четным или нечетным). количество). Некоторые авторы установили различие между «холодными» (чисто когнитивными) и «горячими» (аффективными) аспектами исполнительной функции. 4 Таким образом, при целенаправленном решении задач исполнительная функция и регуляция эмоций находятся во взаимной связи.Однако конкретные требования к регуляции эмоций будут зависеть от мотивационной значимости проблемы и от того, является ли сама проблема горячей или прохладной. 1

Контекст исследования

Многомерный характер конструкта исполнительной функции контрастирует с отсутствием специального соглашения по золотому стандарту теста исполнительных функций, несмотря на строго структурированный характер задач, обычно используемых для изучения различных функций по отдельности.Таким образом, для измерения различных исполнительных функций используются различные лабораторные задачи, некоторые из которых были адаптированы из задач, используемых у взрослых. Можно провести общее различие между задачами холодной исполнительной функции и горячей исполнительной функции, в зависимости от того, включает ли задача работу с эмоционально значимой информацией или нет. 5 В рамках этой общей классификации задачи также можно разделить в соответствии с конкретной функцией, на которую они нацелены, например, на рабочую память, тормозной контроль или умственную гибкость.Однако, учитывая длительное развитие исполнительной функции на протяжении всего детства, доступен широкий спектр заданий, подходящих для детей определенного возраста или уровня способностей. 6

Ключевые вопросы исследования

  1. Поддерживается ли эмоциональное развитие созреванием навыков исполнительной функции? Как происходит развитие ключевых аспектов эмоционального развития (например, эмпатии, теории разума, усвоения моральных принципов и т.) связанные с созреванием префронтальной коры ?
  2. Какие факторы определяют развитие навыков исполнительной функции?
  3. Определяются ли индивидуальные различия в развитии исполнительной функции и регуляции эмоций генами или они скорее связаны с опытом?
  4. Можно ли способствовать развитию исполнительной функции с помощью образовательных мероприятий? Если да, то приведет ли улучшение исполнительной функции к лучшему развитию эмоций?

Последние результаты исследований

Данные многочисленных исследований указывают на то, что созревание аспектов исполнительного функционирования, таких как тормозной контроль и исполнительное внимание, тесно связано с усилением эмоционального понимания (в себе и других) и регуляции.Выполнение детьми дошкольного возраста лабораторных заданий, измеряющих тормозной контроль, достоверно коррелирует с их способностью регулировать свои эмоции. 7,8 Кроме того, дети с более высокими способностями к контролю внимания склонны справляться с гневом, используя не враждебные вербальные методы, а не открытые агрессивные методы. 9 Высокий уровень контроля, требующий усилий, также положительно коррелирует с эмпатией. 10 Для проявления эмпатии к другим требуется интерпретация их сигналов бедствия или удовольствия.На самом деле, способность различать психические состояния себя и других (Теория разума, ToM), которая является еще одним центральным когнитивным компонентом эмпатии, 11 , тесно связана с индивидуальными различиями в силовом и тормозящем контроле. 12 Тем не менее, вопрос о том, связана ли ToM напрямую с более общими навыками регуляции эмоций во время раннего развития, все еще обсуждается. 13 Кроме того, индивидуальные различия в исполнительном контроле связаны с развитием совести, которая включает взаимодействие между переживанием моральных эмоций и поведением, совместимым с правилами и социальными нормами. 14 В этом контексте интернализированный контроль над поведением выше у детей с высоким уровнем контроля, требующего усилий. 15 Общепринятая интерпретация состоит в том, что контроль, требующий усилий, обеспечивает гибкость внимания, необходимую для связи моральных принципов, чувств и действий.

В дополнение к этим исследованиям текущие направления исследований изучают факторы, как образовательные, так и конституциональные, которые влияют на развитие исполнительной функции. Тренировочные исследования различных управляющих функций у детей дошкольного и школьного возраста показали прямое влияние на тренируемые способности, включая исполнительное внимание, 16,17 подвижное мышление, 18,19,20 рабочую память 21,22,23 и когнитивный контроль. 24

Пробелы в исследованиях

Будущие направления исследований могут пролить дополнительный свет на исполнительные функции и эмоциональное развитие. Хотя поперечные исследования могут быть очень информативными, необходимы лонгитюдные исследования, чтобы исключить возможные эффекты, связанные с индивидуальными различиями в возрастных группах. Таким образом, лонгитюдные исследования могут дать важную информацию о типичном и атипичном когнитивном и эмоциональном развитии. 25 Другой важный, но до сих пор нерешенный вопрос заключается в том, в какой степени образовательные вмешательства, направленные на стимулирование управляющей функции, могут производить устойчивые изменения в эффективности этой системы как на структурном, так и на функциональном уровнях на протяжении всего развития.Некоторые исследования показали преимущества тренировки управляющих функций на уровне функций мозга во время развития, 16,17,22,23 которые все еще наблюдаются через несколько месяцев без дополнительной подготовки. 16 Тем не менее, необходимы дополнительные исследования, чтобы более подробно охарактеризовать преимущества обучения с течением времени и выяснить, передаются ли преимущества обучения управляющим функциям навыкам регулирования эмоций.

Выводы

Эмоциональное развитие включает в себя более глубокое понимание эмоций в себе и других, а также повышенную способность регулировать эмоции на основе текущих целей и социальных правил.Признано, что изменения эмоциональной функции играют решающую роль в социальной адаптации и школьной успеваемости. 26,27 Адаптивное развитие эмоций связано с благополучием ребенка, тогда как трудности с регуляцией эмоций связаны с нарушениями настроения и поведенческими проблемами. 27,28 Эмоциональное развитие строится на множестве когнитивных навыков, в том числе на способности гибко регулировать поведение в произвольном, требующем усилий режиме (исполнительная функция), что сильно зависит от созревания лобных долей. 29 Когнитивная и эмоциональная регуляция, по-видимому, развиваются согласованно, демонстрируя сильное развитие в дошкольном периоде и более длительный курс развития в позднем детстве и подростковом возрасте. 30

Последствия для родителей, услуги и политика

Все больше данных свидетельствует о том, что исполнительную функцию можно улучшить с помощью когнитивных тренировок и что такие вмешательства могут повысить эффективность систем мозга, лежащих в основе навыков регулирования поведения и эмоций у детей 16 , а также у взрослых. 23,31,32 Недавние исследования также показывают, что на развитие исполнительного контроля влияют факторы окружающей среды, такие как воспитание детей и образование. Качество взаимодействия родителей и детей в раннем детстве, по-видимому, способствует развитию исполнительной функции в дальнейшем. Родительское отношение, такое как теплота, отзывчивость и мягкая дисциплина, которые связаны с надежной привязанностью родителей к ребенку и позитивной взаимностью, связаны с продвинутыми навыками исполнительной функции у ребенка. 33 Аналогичным образом, школьные программы, направленные на обучение навыкам регуляции обучения, значительно способствуют развитию исполнительного контроля в дошкольном возрасте. 24 Пластичность нейрокогнитивной системы, лежащей в основе когнитивной и эмоциональной регуляции, может быть связана с ее длительным созреванием в течение первых двух десятилетий жизни. Важно отметить, что восприимчивость этой нейрокогнитивной системы к влиянию широкого спектра переживаний предоставляет множество возможностей для развития социальной и эмоциональной компетентности детей.Данные, основанные на исследованиях, которые обобщены в этой статье, должны побудить политиков содействовать использованию образовательных программ, которые включают учебные планы, непосредственно направленные на социально-эмоциональную компетентность.

Каталожные номера

  1. Zelazo, PD, & Cunningham, WA (2007). Исполнительная функция: механизмы, лежащие в основе регуляции эмоций Справочник по регуляции эмоций (стр. 135-158). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Guilford Press.
  2. Тоттенхэм, Н., Хэйр, Т.А. и Кейси, Би Джей (2011). Поведенческая оценка различения эмоций, регуляции эмоций и когнитивного контроля в детстве, подростковом и взрослом возрасте. Границы психологии , 2, 39.
  3. Олссон, А., и Окснер, К. Н. (2008). Роль социального познания в эмоциях. Тенденции когнитивных наук , 12(2), 65-71.
  4. Зелазо, П. Д., и Мюллер, У. (2002). Исполнительная функция в типичном и атипичном развитии. В У. Госвами (ред.), Справочник по когнитивному развитию детей (стр.445-469). Оксфорд: Блэквелл.
  5. Хонгванишкул, Д., Хаппани, К.Р., Ли, В.С., и Зелазо, П.Д. (2005). Оценка горячей и холодной исполнительной функции у детей раннего возраста: возрастные изменения и индивидуальные различия. Нейропсихология развития , 28(2), 617-644.
  6. Карлсон, С. М. (2005). Чувствительные к развитию показатели управляющей функции у детей дошкольного возраста. Нейропсихология развития , 28(2), 595-616.
  7. Карлсон, С. М., и Ван, Т.С. (2007). Тормозной контроль и регуляция эмоций у детей дошкольного возраста. Когнитивное развитие , 22(4), 489-510.
  8. Саймондс, Дж., Кирас, Дж. Э., Руэда, М., и Ротбарт, М. К. (2007). Энергичный контроль, исполнительное внимание и эмоциональная регуляция у детей 7-10 лет. Когнитивное развитие , 22(4), 474-488.
  9. Айзенберг, Н., Фабес, Р. А., Найман, М., Бернцвейг, Дж., и Пинуэлас, А. (1994). Отношения эмоциональности и регуляции к реакциям детского гнева. Развитие ребенка , 65(1), 109-128.
  10. Ротбарт, М.К., Ахади, С.А., и Херши, К.Л. (1994). Темперамент и социальное поведение в детстве. Merrill-Palmer Quarterly , 40, 21–39.
  11. Десити, Дж., и Джексон, П.Л. (2004). Функциональная архитектура человеческого сочувствия. Behavioral and Cognitive Neuroscience Review , 3, 71-100.
  12. Карлсон, С.М., Мозес, Л.Дж., и Клэкстон, Л.Дж. (2004). Индивидуальные различия в исполнительном функционировании и теории разума: исследование тормозящего контроля и способности к планированию. Журнал экспериментальной детской психологии , 87(4), 299-319.
  13. Либерманн, Д., Гисбрехт, Г. Ф., и Мюллер, У. (2007). Когнитивные и эмоциональные аспекты саморегуляции у дошкольников. Когнитивное развитие , 22(4), 511-529.
  14. Кочанска Г. и Аксан Н. (2006). Детская совесть и саморегуляция. Журнал личности , 74(6), 1587-1617.
  15. Кочанска Г., Мюррей К. Т. и Харлан Э. Т. (2000). Энергичный контроль в раннем детстве: преемственность и изменения, предпосылки и последствия для социального развития. Психология развития , 36(2), 220-232.
  16. Руэда, М. Р., Чека, П., и Комбита, Л. М. (2011). Повышение эффективности исполнительной сети внимания после обучения детей дошкольного возраста: немедленный и двухмесячный эффект. [doi: 10.1016/j.dcn.2011.09.004]. Когнитивная неврология развития .
  17. Руэда М.Р., Ротбарт М.К., МакКэндлисс Б.Д., Саккоманно Л. и Познер М.И. (2005). Обучение, созревание и генетическое влияние на развитие исполнительного внимания. Труды Национальной академии наук США , 102(41), 14931-14936.
  18. Джегги, С. М., Бушкуль, М., Джонидес, Дж., и Шах, П. (2011). Краткосрочные и долгосрочные преимущества когнитивного обучения. Труды Национальной академии наук , 108(25), 10081-10086.
  19. Макки, А. П., Хилл, С. С., Стоун, С. И., и Бунге, С. А. (2011). Дифференциальные эффекты мышления и тренировки скорости у детей. Наука о развитии , 14(3), 582-590.
  20. Натли, С. Б., Содерквист, С., Брайд, С., Торелл, Л. Б., Хамфрис, К., и Клингберг, Т. (2011). Улучшение подвижного интеллекта после тренировки невербального мышления у 4-летних детей: контролируемое рандомизированное исследование. Наука о развитии , 14(3), 591-601.
  21. Далин, Э., Найберг, Л., Бекман, Л., и Нили, А.С. (2008). Пластичность исполнительного функционирования у молодых и пожилых людей: немедленный прогресс в обучении, перенос и долгосрочное поддержание. Психология и старение , 23, 720–730.
  22. Джоллес, Д. Д., Грол, М. Дж., Ван Бухем, Массачусетс, Ромбаутс, С. А. Р. Б., и Кроун, Э. А. (2010). Влияние практики на мозг: изменения в активации мозга после тренировки рабочей памяти зависят от требований задачи. НейроИзображение , 52, 658-668.
  23. Олесен, П.Дж., Вестерберг, Х., и Клингберг, Т. (2004). Повышение префронтальной и теменной активности после тренировки рабочей памяти. Nature Neuroscience , 7(1), 75-79.
  24. Даймонд, А., Барнетт, В.С., Томас Дж. и Манро С. (2007). Дошкольная программа улучшает когнитивный контроль. Наука , 318(5855), 1387-1388.
  25. Reichenberg, A., Caspi, A., Harrington, H., Houts, R., Keefe, R.S., Murray, R.M. et al. (2010). Статические и динамические когнитивные нарушения в детстве, предшествующие взрослой шизофрении: 30-летнее исследование. Американский журнал психиатрии , 167, 160-169.
  26. Блэр, К. (2002). Готовность к школе: интеграция познания и эмоций в нейробиологической концептуализации функционирования детей при поступлении в школу. Американский психолог , 57(2), 111-127.
  27. Айзенберг, Н., Смит, К.Л., и Спинрад, Т.Л. (2011). Усиленный контроль: отношения с регулированием эмоций, приспособлением и социализацией в детстве. В KD Vohs & RF Baumeister (Eds.), Справочник по саморегулированию. Исследования, теория и приложения (2-е изд., стр. 263-283). Нью-Йорк: Гилфорд Пресс.
  28. Коул, П.М., Мартин, С.Е., и Деннис, Т.А. (2004). Регуляция эмоций как научная конструкция: методологические проблемы и направления исследований детского развития. Развитие ребенка , 75, 317-333.
  29. Уэлч, MC (2001). Префронтальная кора и развитие исполнительной функции в детстве. В AF Kalverboer & A. Gramsbergen (Eds.), Справочник по мозгу и поведению в развитии человека (стр. 767-790). Дордрехт, Нидерланды: Kluwer Academic.
  30. Карлсон, С. М. (2003). Исполнительная функция в контексте: развитие, измерение, теория и опыт. Монографии Общества исследований детского развития , 68(3), 138-151.
  31. Тан, Ю.Ю., Ма, Ю., Ван, Дж., Фан, Ю., Фэн, С., Лу, К., и др. (2007). Краткосрочные занятия медитацией улучшают внимание и саморегуляцию. Труды Национальной академии наук США , 104(43), 17152-17156.
  32. Тан, Ю.Ю., Лу, К., Гэн, X., Штейн, Э.А., Ян, Ю., и Познер, М.И. (2010). Кратковременная медитация вызывает изменения белого вещества в передней части поясной извилины. Труды Национальной академии наук США , 107(35), 15649-15652.
  33. Бернье, А., Карлсон, С.М., и Уиппл, Н. (2010). От внешней регуляции к саморегуляции: раннее воспитание предшественников исполнительного функционирования детей младшего возраста. Развитие ребенка , 81(1), 326-339.

Психологическая функция – обзор

1 Введение и исторический обзор

Исследования эмоций в развитии и старении взрослых в этом столетии до недавнего времени были довольно ограниченными и долгое время не имели существенного теоретического руководства.Это невнимание к эмоциям в человеческом развитии было вызвано главным образом двумя явлениями: (а) присущей эмоциям сложностью, которая препятствовала ясности определений; и (б) давнее западное предубеждение против эмоций, когда эмоции рассматриваются как препятствие для разума и рациональности, а не как самостоятельная психологическая функция.

В 1960-х и начале 1970-х годов Сильван Томкинс, Кэрролл Изард, Пол Экман и Роберт Плутчик сделали ряд важных теоретических открытий, опираясь на более ранние работы Чарльза Дарвина и Уильяма Джеймса.Последние, теоретики «дискретных эмоций», постулировали ограниченное число базовых эмоций — грусти, гнева, страха, стыда, радости, интереса, презрения, отвращения и удивления, — каждая из которых обладает отличительными нейрофизиологическими, физиогномическими, мотивационными и феноменологическими свойствами. Например, с каждой эмоцией связаны уникальные мотивационные свойства: страх побуждает к бегству, гнев — к агрессии, стыд — к отстранению и так далее. Следует также отметить, что эмоции также концептуализируются как имеющие пространственные характеристики в рамках дискретных эмоций; то есть эмоции могут различаться по частоте, интенсивности, гедонистическому тону и уровню возбуждения.Эти дискретные теории эмоций сыграли важную роль в привнесении концептуальной ясности в изучение эмоций; они также служили для того, чтобы бросить вызов и подорвать представление о том, что эмоции были просто разрушительными и неадекватными силами в человеческой жизни.

В конце 1970-х годов была проведена важная эмпирическая работа. В это время Экман и Изард не согласились с более ранними теориями, которые предполагали, что эмоции недифференцированы. Используя кросс-культурные данные, они были одними из первых, кто задокументировал универсальность человеческих эмоций, а также дифференциальные паттерны лица основных эмоций.Позже Роберт Левенсон и его коллеги смогли продемонстрировать дифференциальное физиологическое формирование паттернов.

Хотя эти исследования проложили путь, настоящий подъем эмпирических исследований эмоций произошел только в конце 1970-х и начале 1980-х годов. Первые набеги были сделаны в области детского развития, социальной психологии и психологии личности. Вскоре появился быстрорастущий штат детских, клинических и социальных психологов, занимающихся новаторскими исследованиями эмоций, но в целом исследования развития были ограничены периодом младенчества, который руководствовался последовательной теорией. .Напротив, было мало теоретических указаний для исследователей, интересующихся взрослыми годами. Например, из четырех упомянутых выше теоретиков только Изард занял позицию развития; однако почти все его собственные эмпирические исследования были посвящены изучению эмоционального развития в младенчестве и раннем детстве.

Несколько разрозненных исследований развития взрослых, появившихся в 1970-х и 1980-х годах, по-видимому, предполагают, что курс развития во взрослом возрасте был упадком, включая противоречивые тенденции, указывающие на аффективное притупление, с одной стороны, и усиление негативизма, с другой.Однако это исследование не было основано на теории и основывалось в основном на институциональных выборках пожилых людей. Исследования эмоций во взрослом развитии и старении с участием неинституционализированных людей начали набирать критическую массу только в 1990-х годах — в основном благодаря теоретическим вкладам, которые помещали эмоциональное развитие в рамки продолжительности жизни, включая теорию дифференциальных эмоций Изарда (недавно расширенную, чтобы активно затрагивать вопросы взрослое развитие и старение), теория социально-эмоциональной избирательности Лауры Карстенсен и регуляторные модели Гизелы Лабувье-Виф и Пауэлла Лоутона.Изард предположил, что, несмотря на изменения в экспрессивном поведении в ходе развития, существует основное эмоциональное состояние, связанное с каждой отдельной эмоцией, которое остается постоянным на протяжении всей жизни. Теория Карстенсена связывает эмоции с социальными процессами и предлагает, чтобы люди выбирали и поддерживали социальные взаимодействия, чтобы регулировать аффекты и поддерживать самоидентичность. Кроме того, модель Лоутона предполагает, что взрослые ведут себя так, чтобы поддерживать оптимальный уровень возбуждения, и что пожилые люди становятся более опытными в регулировании аффектов.Наконец, когнитивно-аффективная модель Лабуви-Вифа предполагает, что регуляция эмоций связана с уровнем когнитивного развития человека. Недавние эмпирические исследования в целом подтверждают эти предположения. Далее мы рассматриваем эту литературу в рамках более общего вопроса о том, изменяются ли эмоции и связанные с ними социально-эмоциональные процессы на протяжении жизни.

Прежде всего важно отметить, что существуют два фундаментальных аспекта эмоций, один из которых связан с их мотивационным значением, а другой — с социальным процессом.То есть эмоции дают мотивационные сигналы для самости, направляя самость к бегству, нападению, приближению и т. д.; поскольку они также указывают на готовность реагировать определенным образом, они подают социальные сигналы другим, приглашая потенциальных социальных партнеров приблизиться, отступить, избежать, защитить себя и так далее. Большинство основных эмоций, являющихся частью предустановленного набора поведенческих склонностей, зависят просто от созревания для их развития, и большинство из них появляются в поведенческом репертуаре ко второму году жизни.Однако в детстве они претерпевают изменения в соответствии с «правилами демонстрации» — набором запретов, касающихся того, кто может показывать какие эмоции, при каких обстоятельствах, кому и в какой форме. Эти правила отображения различаются в зависимости от культуры, исторической эпохи и семейных моделей. Дети учатся модулировать и регулировать свое экспрессивное поведение, чтобы соответствовать своей культуре и семье, изменяя интенсивность и прямоту выражения эмоций. Можно задаться вопросом, есть ли что-нибудь в эмоциональных процессах, которые претерпевают изменения в течение взрослой жизни после того, как устоялись базовые паттерны.Поскольку эмоции включают лежащие в их основе нейрофизиологические паттерны, а также поведенческие паттерны и эмоциональные состояния, исследователей интересовало определение физиологических изменений эмоций с возрастом, изменений экспрессивности и изменений субъективности во взрослом возрасте; они также исследовали, меняется ли способность людей регулировать свои эмоции во взрослом и пожилом возрасте.

%PDF-1.4 % 1 0 объект > эндообъект 5 0 объект /Заголовок /Тема /Автор /Режиссер /Ключевые слова /CreationDate (D:20220326234811-00’00’) /ModDate (D:20161214101743Z00’00’) /AAPL#3AКлючевые слова [()] >> эндообъект 2 0 объект > эндообъект 3 0 объект > эндообъект 4 0 объект > эндообъект 6 0 объект > эндообъект 7 0 объект > эндообъект 8 0 объект > эндообъект 9 0 объект > эндообъект 10 0 объект > эндообъект 11 0 объект > эндообъект 12 0 объект > эндообъект 13 0 объект > эндообъект 14 0 объект > эндообъект 15 0 объект > эндообъект 16 0 объект > эндообъект 17 0 объект > эндообъект 18 0 объект > эндообъект 19 0 объект > эндообъект 20 0 объект > эндообъект 21 0 объект > эндообъект 22 0 объект > эндообъект 23 0 объект > эндообъект 24 0 объект > эндообъект 25 0 объект > эндообъект 26 0 объект > эндообъект 27 0 объект > эндообъект 28 0 объект > эндообъект 29 0 объект > эндообъект 30 0 объект > эндообъект 31 0 объект > эндообъект 32 0 объект > эндообъект 33 0 объект > эндообъект 34 0 объект > эндообъект 35 0 объект > эндообъект 36 0 объект > эндообъект 37 0 объект > эндообъект 38 0 объект > эндообъект 39 0 объект > эндообъект 40 0 объект > эндообъект 41 0 объект > эндообъект 42 0 объект > эндообъект 43 0 объект > эндообъект 44 0 объект > эндообъект 45 0 объект > /ProcSet [/PDF /Text /ImageC /ImageB /ImageI] >> эндообъект 46 0 объект > поток xڝXɎ6+֐0t ҷ =%`N»)L7TX㫢)bs., ˘X)}fIvZ oY*/(P-V>&O VI>?2 конечный поток эндообъект 47 0 объект > эндообъект 48 0 объект > эндообъект 49 0 объект > эндообъект 50 0 объект > эндообъект 51 0 объект > поток х\Isqǽ/\dI8N\fKIoFza n:Sf4KT]i׍9`1̼͛~cR5,iӵ&k}V’ 3J̧f]۟n10bVubfz2`yoX&TbWӁ7O,.s[ ev[y2-ۿRk#KiRX e.[j7YX%`__k`c ~gn_=?+䆒;n+Nkv{eό#) 8!Ie[G{7W

Какую роль играют эмоции в работе нашего мозга?

Современная нейробиология и психология, напротив, учат, что древняя дихотомия между «холодной» логикой и «горячей» страстью так же обманчива, как и идея гендерных различий.У Дирака явно никогда не было недостатка в чувствах, и мужчины руководствуются ими не меньше, чем женщины. Нематериальные, свободные от эмоций умы — плод воображения. «Нет тела, неважно», — писал нейробиолог Антонио Дамасио. Поскольку разум, мозг и тело едины, невозможно отделить нашу хваленую рациональность от эмоций.

Интересно наблюдать, как этот аргумент развивается писателем, который начал свою карьеру как физик-теоретик. Млодинов написал предыдущие книги со своим покойным другом Стивеном Хокингом и о нем, а также другие книги, в которых объяснялось, как случайность пронизывает нашу жизнь.С «Emotional» он погружается в область, которая явно не его собственная. В результате получается довольно интеллектуализированная версия эмоций без всех их телесных проявлений и долгой эволюционной истории. Чарльз Дарвин упоминается должным образом, но мы не читаем о некоторых великих людях, таких как психолог Пол Экман или нейробиолог Яак Панксепп, которые помещали выражения лица и эмоциональные схемы мозга в эволюционный контекст. Это не фокус Млодинова.

Тех, кто хочет понять, как чувства бессознательно управляют мышлением, ждет увлекательное чтение.Млодинов проницательно подходит к этой теме с убедительными примерами и вниманием к последним исследованиям, которые весьма впечатляющи. Он пишет в живом, дружелюбном стиле, который легко увлекает вас и заставляет задуматься как о рассказанных анекдотах, так и о вашем собственном способе справляться с подобными ситуациями. В этом плане я счел плюсом то, что автор пришел в эту область со стороны. Он тратит мало времени на академические споры того времени, например, о том, обусловлены ли чувства культурой или нет, и вместо этого обращается к основам, таким как мотивация, решимость и нечеткое понятие «эмоционального интеллекта».

Поскольку оба его родителя пережили немецкие концлагеря во время Второй мировой войны, некоторые примеры Млодинова относятся к этому периоду потрясений и ужасов. Он рассказывает, например, как его истощенный отец был освобожден в Бухенвальде армией США в 1945 году. Американские солдаты щедро раздавали голодающим заключенным свежую воду, сигареты, шоколад и еду. В то время как друг его отца Моше не мог перестать есть и в итоге съел целую салями, отцу Млодинова удалось совладать с собой.Через пару часов у Моше начались сильные кишечные расстройства. Он умер на следующий день. Отец автора выжил благодаря своей сдержанности.

Swiss Medical Weekly – Влияние эмоций на восприятие, внимание, память и принятие решений

Тобиас Брош, Клаус Шерер, Дидье Гранжан, Дэвид Сандер

Пожалуйста, найдите принадлежность к этой статье в формате PDF.

Резюме

Разум и эмоции долгое время считались противоборствующими силами.Однако недавние психологические и нейробиологические исследования показали, что эмоции и познание тесно переплетены. Когнитивная обработка необходима, чтобы вызвать эмоциональные реакции. В то же время эмоциональные реакции модулируют и направляют познание, чтобы обеспечить адаптивные реакции на окружающую среду. Эмоции определяют, как мы воспринимаем наш мир, организуем нашу память и принимаем важные решения. В этом обзоре мы представляем обзор текущих теорий и исследований в области аффективных наук .Мы описываем, как психологические теории эмоций концептуализируют взаимодействие когнитивных и эмоциональных процессов. Затем мы рассмотрим недавние исследования, изучающие, как эмоции влияют на наше восприятие, внимание, память и принятие решений. Опираясь на исследования как здоровых участников, так и клинических популяций, мы иллюстрируем механизмы и нейронные субстраты, лежащие в основе взаимодействия познания и эмоций.

Ключевые слова: эмоции, оценка, познание, восприятие, внимание, память, принятие решений, миндалевидное тело, фМРТ

Вступление

Функционирование человеческого разума часто характеризовалось как битва между противоборствующими силами: разумом, рациональным и преднамеренным, против эмоций, импульсивных и иррациональных.Этот способ мышления восходит к Платону, который описал человеческую душу как разделенную на познание (то, что мы знаем), эмоцию (то, что мы чувствуем) и мотивацию (чего мы хотим), и получил дальнейшее развитие у таких философов, как Рене Декарт (« Страсти души» ) и Давид Юм (« Трактат о человеческой природе» ). В течение долгого времени понятие оппозиции познания и эмоции направляло многие исследования в психологии. Когнитивные функции, такие как восприятие, внимание, память или принятие решений, исследовались без учета эмоций, которые рассматривались как вмешательство, контрпродуктивное для правильного функционирования когнитивной системы.

После долгого забвения в последние два десятилетия наблюдается огромный рост исследований эмоций, подчеркивающих важность эмоциональных процессов для успешного функционирования человеческого разума. Например, нейропсихологические исследования показали, что у пациентов с эмоциональными дисфункциями, вызванными поражением головного мозга, могут быть сильно нарушены повседневное принятие решений и социальные взаимодействия. Нейровизуализационные исследования продемонстрировали, что области мозга, ранее считавшиеся исключительно «эмоциональными» (т.например, миндалевидное тело) или «когнитивные» (например, лобная кора) тесно взаимодействуют, чтобы сделать возможным сложное поведение. Психологические эксперименты показали, как эмоции могут изменить наше восприятие, внимание и память, сосредоточив их на важных аспектах окружающей среды. Это исследование показало, в какой степени эмоции и познание связаны или даже неразделимы.

В этом обзоре мы представляем обзор текущих теорий и исследований в области аффективных наук .Мы начнем с описания того, как современные психологические теории эмоций концептуализируют переплетение когнитивных и эмоциональных процессов. Затем мы рассмотрим недавние исследования о том, как эмоции влияют на наше восприятие, внимание и память, а также о роли эмоций в принятии решений. Опираясь на исследования как здоровых участников, так и клинических популяций, мы иллюстрируем психологические механизмы и нейронные субстраты, лежащие в основе взаимодействия познания и эмоций.

Что такое эмоция?

Дональд Хебб писал, что человек является самым эмоциональным из всех животных , имея в виду тот факт, что степень эмоциональности возрастает у разных видов по мере развития более сложной нервной системы [1].Это наблюдение предполагает, что эмоции могут выполнять адаптивную функцию, которая требует определенной степени сложности обработки. Ранее мы предполагали, что функция эмоций состоит в том, чтобы разделить стимул и поведенческую реакцию, что позволяет гибко адаптироваться к непредвиденным обстоятельствам окружающей среды [2]. Рефлекс или фиксированный паттерн действия негибко связывают определенный стимул с реакцией, тогда как эмоциональная реакция создает латентный период, в течение которого могут быть инициированы физиологические реакции и подготовлено несколько соответствующих тенденций действия, в то время как ситуация подвергается дальнейшему анализу.Таким образом, организм получает выгоду от более тщательной оценки ситуации, но не теряет времени, так как потенциальные реакции уже подготовлены и могут быть выполнены быстро.

полноэкранный режим

Рисунок 1

Подробная иллюстрация модели процесса компонентов. Модель предполагает, что процесс оценки организован в виде последовательности четырех целей оценки. Каждый результат оценки приводит к изменениям в других компонентах эмоций (физиология, склонность к действию, моторное выражение и субъективное ощущение, как показано нисходящими стрелками).Кроме того, непрерывный процесс оценки взаимодействует с другими когнитивными функциями. Например, для начала оценки необходимо уделить минимальное внимание, но результат релевантности немедленно привлечет дополнительное внимание к стимулу. Таким образом, модель позволяет детально рассмотреть влияние эмоциональных процессов на внимание, память и другие когнитивные процессы (как показано стрелками в верхней части рисунка). Наконец, изменения в других эмоциональных компонентах также могут влиять на когнитивные функции (как показано красными восходящими стрелками), например, за счет повышения консолидации памяти за счет повышения физиологического возбуждения, что, в свою очередь, может влиять на обработку критериев оценки.

Мы определяем эмоцию как сфокусированный на событии процесс, состоящий из (а) специфических механизмов извлечения информации, основанных на уместности стимула, которые (б) мгновенно формируют эмоциональную реакцию в нескольких подсистемах организма, включая мотивационные изменения (изменения в склонности к действию, такие как приближение к по сравнению с абстиненцией), физиологические изменения (например, частота сердечных сокращений, проводимость кожи), изменения двигательной экспрессии (лица, голоса и тела) и изменения субъективных ощущений [3, 4].Эмоции возникают, когда человек постоянно оценивает объекты, события и ситуации с точки зрения их значимости для его / ее потребностей, целей, ценностей и общего благополучия ( оценка ). Обнаружение релевантного события вызывает адаптивную эмоциональную реакцию, которая мобилизует ресурсы, позволяющие человеку справиться с ситуацией.

Психологические теории оценки эмоций более конкретно описывают процесс оценки, который лежит в основе выявления эмоций.Например, Component Process Model of Emotion [4–7] организует оценку по четырем последовательным целям, которые касаются основных типов информации, необходимой для адаптивной реакции на значимое событие (рис. 1): (1) Релевантность: Насколько уместно это для меня? Влияет ли это непосредственно на меня или мою социальную референтную группу? (2) Последствия: Каковы последствия или последствия этого события и как они влияют на мое благополучие и мои ближайшие или долгосрочные цели? (3) Потенциал преодоления: насколько хорошо я могу справиться с этими последствиями или приспособиться к ним? (4) Нормативное значение: Каково значение этого события по отношению к моей самооценке и социальным нормам и ценностям? Результат оценки, организованный в соответствии с этими критериями, определяет модель реакции, состоящую из физиологических реакций, двигательных выражений и подготовки к действию.Важно отметить, что оценка того или иного события может быть весьма субъективной и зависеть от индивидуальных особенностей и конкретной ситуации, что объясняет, что разные люди могут реагировать на одну и ту же ситуацию с разными эмоциями, и один и тот же человек может каждый раз реагировать с разными эмоциями. при попадании в подобные ситуации [8, 9].

Эта модель иллюстрирует богатое взаимодействие эмоций и познания, поскольку вычисление различных критериев оценки требует вклада многих когнитивных процессов для сравнения характеристик стимула с сохраненными аффективными схемами, представлениями памяти, ожиданиями и мотивационными побуждениями.В то же время результат оценочных вычислений модулирует когнитивные функции. Например, оценка стимула как «релевантного» вызывает быстрое выделение внимания на этот стимул [10]. Точно так же эмоционально значимая информация имеет приоритет в памяти, возможно, за счет увеличения вегетативной физиологии (возбуждения) в результате оценки стимула [11]. Таким образом, эмоциональный эпизод характеризуется высокой взаимозависимостью между подсистемами организма, формирующими эмоциональную реакцию, и важными когнитивными функциями с лежащими в их основе нейронными цепями [12, 13].Теперь мы более подробно проиллюстрируем, как когнитивные функции, такие как восприятие, внимание, память и принятие решений, модулируются в ходе эмоциональной реакции.

Влияние эмоций на восприятие и внимание

В нашей повседневной среде мы постоянно сталкиваемся с большими объемами поступающей сенсорной информации. Поскольку возможности нашего мозга ограничены, мы не можем полностью обработать всю информацию, поступающую в наши органы чувств, и должны выбрать подмножество, чтобы отдать приоритет ее обработке за счет другой информации.Конкуренция за ресурсы нейронной обработки, углубленный анализ и предпочтительный доступ к сознательному осознанию организуется системами выделенного внимания [14]. Были выдвинуты различные функциональные подпроцессы внимания, и их соответствующие свойства были выделены с использованием как поведенческих методов, так и методов визуализации мозга. Свойства низкого уровня, такие как физическая интенсивность стимула, могут запускать автоматическую, рефлекторную ориентацию, называемую экзогенным вниманием .Напротив, стимулы, которые важны для текущего поведения организма (например, при поиске ключей или попытке найти друга в толпе), выбираются путем произвольного развертывания эндогенного внимания сверху вниз , управляемого неявные или явные ожидания в отношении конкретного объекта или места. Согласно недавней нейрокогнитивной модели внимания, как эндогенное, так и экзогенное внимание в первую очередь задействуют лобно-теменные сети областей коры [15], при этом эндогенный контроль внимания осуществляется взаимодействием дорсальных областей, таких как внутритеменная борозда и лобные поля глаза, и экзогенный контроль внимания. переориентация фокуса внимания, опосредованная вентральными областями правого полушария, такими как правая вентральная лобная кора и височно-теменное соединение.

полноэкранный режим

Рисунок 2

Схематическое изображение областей мозга, участвующих в отдельных когнитивно-эмоциональных взаимодействиях. Миндалевидное тело (AMY) имеет широко распространенные реципрокные связи со многими областями коры, включая перцептивные пути (первичная зрительная кора, V1, нижняя височная кора, TE), области, связанные с памятью (гиппокамп, HIP), и префронтальные области (орбитофронтальная кора, OFC). префронтальная кора, префронтальная кора). Эта связь позволяет миндалевидному телу получать богатую сенсорную информацию и усиливать нейронную репрезентацию эмоциональных стимулов посредством обратной связи с сенсорными путями, областями, связанными с вниманием (ПФК и теменная доля, PAR), и областями памяти.Кроме того, множественные связи с префронтальными областями передают вход миндалевидного тела в области, участвующие в более обдуманных формах принятия решений, и позволяют модулировать активность миндалины на основе более сложных мотивационных непредвиденных обстоятельств. Таким образом, после активации миндалевидного тела несколько систем мозга могут динамически реорганизоваться, чтобы соответствующим образом реагировать на текущую среду.

В дополнение к эндогенным и экзогенным механизмам внимания эмоциональная релевантность стимула представляет собой еще одну важную характеристику, влияющую на выбор внимания и расстановку приоритетов [, эмоциональное внимание , см. 16].Поведенческие данные во многих различных задачах и парадигмах показывают, что восприятие облегчается, а внимание отдается приоритету эмоциональной информации. Эмоциональные стимулы могут быстрее привлекать внимание и препятствовать его отключению в течение более длительного времени, чем нейтральные стимулы. Например, в задачах зрительного поиска обнаружение цели среди дистракторов происходит быстрее, когда цель эмоциональна, а не нейтральна [17]. После того, как внимание было привлечено и задействовано эмоциональными стимулами, оно может дольше задерживаться в их местоположении и облегчать обработку последующих неэмоциональных целевых стимулов, появляющихся в том же месте.Такие эмоциональные ориентировочные эффекты были продемонстрированы с помощью задачи -точечного зонда , в которой участники реагируют на целевой стимул, который заменяет один из двух одновременно предъявляемых сигналов — один эмоционально значимый (например, испуганное лицо), а другой нейтральный. Типичные результаты показывают более быструю реакцию на цели, заменяющую эмоциональный, а не нейтральный сигнал [18]. Эмоциональные сигналы могут не только привести к более быстрому обнаружению, но и напрямую увеличить нашу способность восприятия за счет повышения контрастной чувствительности для последующей цели [19].Таким образом, обработка эмоций не только обогащает наши переживания аффективным привкусом, но и может напрямую формировать содержание наших восприятий и осознания [20]. Эти эффекты действуют не только в зрительной, но и в слуховой модальности [21] и даже в сенсорной модальности, предполагая, что приоритизация эмоционально значимых стимулов организована надмодально по множеству сенсорных каналов [22]. Предубеждения внимания могут дисфункционально преувеличиваться в клинической популяции, например, у пациентов с тревожными расстройствами, которые демонстрируют особенно сильный захват внимания угрожающей информацией [23].

Визуализирующие исследования головного мозга с использованием фМРТ последовательно выявляли повышенные нейронные реакции на многие различные эмоциональные стимулы, как в ранних сенсорных областях [24], так и в областях более высокого уровня, связанных с распознаванием тела [25], лица [26] или голоса [21]. Таким образом, эмоциональные стимулы представлены более надежными нейронными сигнатурами, чем нейтральные, и, следовательно, могут извлечь выгоду из предпочтительного доступа к дальнейшей когнитивной обработке, контролю поведения и осознанию. Было высказано предположение, что приоритизация эмоциональной информации управляется специальными нейронными цепями, сосредоточенными в миндалевидном теле и частично отделенными от лобно-теменных сетей, участвующих в эндогенном и экзогенном распределении внимания [16, 27].Миндалевидное тело — это лимбическая область, участвующая в обработке эмоциональной информации. В то время как миндалевидное тело долгое время считалось модулем, специализирующимся на обработке угроз [28], более поздние предположения предполагают, что миндалевидное тело служит быстрому обнаружению релевантности стимула потребностям, целям и ценностям организмов. [29, 30]. Как только миндалевидное тело определило актуальность поступающих сенсорных стимулов, оно может затем модулировать обработку этих стимулов посредством прямых проекций обратной связи в сенсорную кору и смещения сигналов в лобно-теменные области внимания [27, 31].

В соответствии с этим предположением, несколько исследований визуализации мозга показали, что увеличение коры головного мозга на эмоциональные стимулы в значительной степени коррелирует с ответами миндалевидного тела; т. е. чем больше миндалевидное тело было сенсибилизировано к эмоциональному смыслу, тем больше модуляция наблюдалась в сенсорных областях [24]. У пациентов со склерозом медиальной височной доли, приводящим к повреждению миндалины, не наблюдается коркового увеличения эмоциональной информации, что подтверждает причинную роль миндалевидного тела в усилении нейронной репрезентации эмоциональной информации [32].Миндалевидное тело может не только оказывать прямое влияние на сенсорную кору, тем самым усиливая нейронную репрезентацию эмоционального стимула, но также может задействовать лобно-теменные сети внимания в направлении местоположения стимула, так что последующая информация, возникающая в том же месте, что и эмоциональные сигналы выиграют от расширенных ресурсов обработки. Таким образом, эмоции модулируют наше восприятие и внимание, отдавая предпочтение стимулам, которые особенно эмоционально значимы [10]. Этот механизм может помочь нам организовать восприятие нашего окружения в зависимости от наших текущих потребностей, целей и ценностей.Автоматическое обнаружение эмоционально значимых событий позволяет легко замечать неожиданные, но эмоционально значимые события и, будучи обнаруженными, становиться центром внимания, оценки и действий.

Влияние эмоций на память

Воспоминания об эмоциональных событиях обладают постоянством и яркостью, которых, кажется, не хватает другим воспоминаниям. Обильные примеры этому можно найти в литературе, например, в «Воспоминаниях о прошлом» Марселя Пруста, где он описывает, как поедание мадлен вызывает сильные воспоминания о его детстве: «Не успела теплая жидкость, смешанная с крошками, коснуться мое небо, чем дрожь пробежала по мне, и я остановился, сосредоточившись на необычайной вещи, которая происходила со мной.…И вдруг воспоминание открылось. Вкус был как у кусочка мадлен, который воскресным утром в Комбре, когда я приходил поздороваться с ней в ее спальню, тетя Леони давала мне, макая сначала в свою чашку с чаем или тизаном. Точно так же у всех нас есть интенсивные и подробные воспоминания о таких событиях, как рождение ребенка или смерть любимого человека. Психолог Уильям Джеймс писал, что «впечатление может быть настолько волнующим в эмоциональном плане, что почти оставляет шрам на коже». ткани головного мозга» [33].

полноэкранный режим

Рисунок 3

Схематическое изображение влияния эмоций на три различных этапа обработки памяти: (1) Приоритет восприятия эмоционально значимой информации позволяет усилить кодирование этой информации. (2) Модулируя процесс консолидации эмоциональной информации посредством увеличения возбуждения, эмоциональная информация может формировать более устойчивые следы памяти. (3) Усиливая субъективное воспоминание об эмоциональной информации, эмоциональные воспоминания могут стать более важными для планирования текущего поведения (см. текст для более подробной информации).

Одной из наиболее важных нейронных областей, лежащих в основе процессов памяти, является гиппокамп, расположенный в медиальной части височной доли. Больные с поражением гиппокампа страдают амнезией, им трудно вспомнить старые воспоминания или сформировать новые [34]. Гиппокамп расположен рядом с миндалевидным телом, которое, подобно своей роли во внимании и восприятии, может модулировать нейронные схемы, лежащие в основе процессов памяти во время эмоциональных ситуаций. Таким образом, в дополнение к своей важной роли в приобретении и выражении имплицитного страха [35], миндалевидное тело играет центральную роль в обработке явных эмоциональных воспоминаний через его взаимодействие с формированием памяти гиппокампом.

Обработку памяти можно разделить на три этапа: кодирование (обработка информации в момент восприятия), консолидация (хранение информации в мозгу) и извлечение (момент запоминания). Эмоция может оказывать модулирующее действие на каждом из этих этапов [36–39]. Как указывалось в предыдущем разделе, восприятие и внимание сосредоточены на эмоционально значимой информации, что может привести к предпочтительному кодированию эмоциональной информации [37].Как следствие, меньше внимания уделяется периферийной информации, так что во время кодирования основные эмоциональные аспекты сцены хорошо запоминаются, тогда как деталями окружающего контекста можно пренебречь. Одним из примеров этого является «фокус на оружии»; присутствие оружия в сцене приводит к хорошей памяти на детали оружия и другие стимулы в непосредственной близости, но плохой памяти на другие детали сцены, такие как лицо агрессора [40].

Хранение информации в памяти не прекращается сразу после кодирования. Для стабилизации следов памяти требуется некоторое время в процессе консолидации, который во многом зависит от гиппокампа [11]. Во время фазы консолидации воспоминания хрупки и подвержены разрушению и модификации. След памяти, представляющий событие, может быть усилен (в этом случае воспоминание будет вспоминаться позже) или ослаблен (в этом случае воспоминание забыто или искажено).Эмоции могут модулировать этот процесс консолидации: сильная эмоциональная реакция вызывает физиологическое возбуждение, с помощью которого миндалевидное тело может модулировать активацию гиппокампа, что приводит к увеличению специфических следов памяти [36]. С помощью этого механизма эмоционально значимые события могут извлечь выгоду из более сильной консолидации, что увеличивает вероятность того, что событие вспомнят позже. Эта усиленная консолидация может произойти через некоторое время после закодированного события, что делает возможным ретроспективное подкрепление содержания эмоциональной памяти.Таким образом, события, которые содержат важную информацию для благополучия организма, могут быть привилегированы в памяти и, как следствие, извлекаться и использоваться для планирования поведения в будущем [41].

Наконец, эмоции могут усилить субъективное чувство воспоминания (независимо от правильности воспоминаний), что может повысить нашу уверенность в своих воспоминаниях. Яркость воспоминаний об эмоционально значимых событиях часто принимается за показатель точности воспоминаний.Например, у многих из нас очень яркие воспоминания об обстоятельствах, при которых мы узнали о терактах во Всемирном торговом центре на Манхэттене в 2001 году. Однако когда группу участников попросили записать точные обстоятельства на следующий день после нападения, а через несколько месяцев их попросили вспомнить ситуацию, было обнаружено, что их память ухудшилась в той же степени, что и на нейтральные события. Однако, в отличие от нейтральных воспоминаний, участники были убеждены, что их эмоциональные воспоминания были правильными, что отражало повышенное чувство памяти [42].На нейронном уровне усиление памяти для нейтральных сцен связано с более высокой активацией парагиппокампа (что действительно отражает лучшую производительность памяти в отношении деталей ситуации), тогда как для эмоциональных сцен чувство большей памяти (но не обязательно лучшей). производительность памяти) связано с усилением активации миндалевидного тела [39]. Интересно, что усиление субъективных воспоминаний эмоциями является более устойчивым и последовательным, чем повышение точности объективных деталей.Хотя на первый взгляд это кажется не очень адаптивным, на самом деле это может помочь нам более эффективно реагировать в критических по времени ситуациях. В новых или неопределенных ситуациях мы используем информацию из памяти о подобных предыдущих ситуациях, чтобы направлять свои мысли и действия. В ситуациях, требующих быстрого реагирования, например, при столкновении с непосредственной угрозой, нерешительность в использовании воспоминаний, в которых мы не уверены, может дорого обойтись. Повышенная уверенность в воспоминаниях из эмоционально заряженных ситуаций может привести к более быстрым действиям в критических ситуациях, даже если детали воспоминаний не совсем точны [38].

Влияние эмоций на принятие решений

Согласно рациональному мировоззрению, мы основываем свои решения на логике: всякий раз, когда мы сталкиваемся с выбором, мы оцениваем варианты, взвешиваем возможные последствия и их вероятности, а затем выбираем вариант с наибольшей полезностью. Однако недавние исследования показали, что эмоции играют центральную роль в процессе принятия решений как на входе, так и на выходе [43].Решения и их последствия вызывают эмоции (такие как радость, облегчение, сожаление или разочарование), и многие из наших решений руководствуются переживанием этих эмоций или ожиданием эмоций, которые могут быть вызваны [интересно, однако, что мы не очень хорошо предсказывает, какие эмоции мы будем испытывать в будущем, см. 44].

полноэкранный режим

Рисунок 4

Схематическое изображение стадий принятия решений и влияния эмоций.Столкнувшись с выбором, мы оцениваем варианты, взвешиваем возможные последствия и их вероятности, выбираем вариант и сталкиваемся с последствиями. Ожидаемые эмоции могут повлиять на нашу оценку поведенческих вариантов (например, я могу ожидать, что буду очень счастлив, когда куплю новую роскошную машину, или у меня может быть внутреннее ощущение, что лучше избегать определенного автосалона) и, таким образом, информировать о выборе. под рукой. Как только решение принято, непосредственные последствия также вызовут такие эмоции, как радость, облегчение, сожаление или разочарование, которые могут повлиять на будущий выбор или заставить нас изменить наш текущий выбор.

Недавние нейробиологические исследования показывают, что эмоции могут помочь нам сделать очень «рациональный» выбор, особенно в сложных условиях, когда результаты неопределенны. Больные с поражением головного мозга с поражением вентромедиальной префронтальной коры часто проявляют действия, наносящие ущерб их благополучию, приводящие к финансовым потерям, утрате социального положения, конфликтам с семьей и друзьями. Эти пациенты демонстрируют плоский аффект, т. е. сниженную эмоциональную реактивность на многие типы событий, сниженную физиологическую реактивность и очень ограниченную интероцепцию своих телесных реакций, тогда как их интеллект и способность решать проблемы остаются в основном нетронутыми [45].В совокупности эти наблюдения привели к гипотезе о том, что эмоции могут играть важную роль в принятии нами решений. Конгруэнтные доказательства были получены с помощью азартной игры в Айове [46]. В этой карточной игре участники выбирают карты из четырех разных колод (A, B, C и D). С каждой картой они могут выиграть или проиграть определенную сумму денег. Критически и неизвестно участникам, две колоды карт более выгодны, чем другие: в колодах A и B («плохие колоды») есть карты, которые приводят к существенному выигрышу (100 долларов США), но есть также карты, которые приводят к огромным потерям (минус 1250 долларов США).Колоды C и D («хорошие колоды») содержат карты, которые приводят к меньшим выигрышам (50 долларов США), но также и к менее серьезным потерям (минус 250 долларов США). Таким образом, даже если поначалу выбор колод A и B может привести к более быстрой финансовой выгоде, в долгосрочной перспективе хорошей стратегией будет выбор карт только из колод C и D. Здоровые участники быстро отдают предпочтение хорошим колодам, демонстрируя более сильные упреждающие реакции проводимости кожи при выборе плохой колоды. Напротив, участники с поражением вентромедиальной префронтальной коры обычно не могут «читать» игру: они продолжают выбирать карты из плохих колод до конца игры и не проявляют повышенной реакции кожной проводимости [47].Согласно гипотезе соматических маркеров [48], наш выбор и решения определяются телесными реакциями, запускаемыми эмоциями. Эти так называемые соматические маркеры представляют собой состояния тела, которые были вызваны наградами или наказаниями в прошлом и связаны с определенными ситуациями или выбором. Когда человек обдумывает несколько вариантов поведения, физиологические реакции, связанные с предыдущим выбором, воспроизводятся или ожидаются в вентромедиальной префронтальной коре и могут влиять на текущее решение, например.г., помогая нам отказаться от менее выгодных вариантов. В то время как гипотеза соматических маркеров очень влиятельна и вдохновила большое количество исследований, она, тем не менее, подверглась критике на том основании, что причинная роль периферической обратной связи для решений в игровой задаче еще не была убедительно продемонстрирована [49].

В функциональном нейровизуализирующем исследовании, изучающем влияние эмоций на принятие решений мозгом, мы недавно попросили наших участников распределить денежную сумму между собой и благотворительной организацией (они могли выбирать между Greenpeace, Amnesty International или Красным Крестом). .В каждом из 100 испытаний участники выбирали между альтруистическим поведением (отдача денег на благотворительность) и эгоистическим поведением (оставление денег себе). Эгоистичные участники, т. е. участники, которые пожертвовали мало денег или вообще не пожертвовали их на благотворительность, показали повышенный ЖИРНЫЙ сигнал в миндалевидном теле и вентральном стриатуме, двух нейронных областях, которые представляют ценность вознаграждения стимула, когда они решили оставить деньги для себя. Эти аффективные реакции могут сместить выбор участников в сторону более эгоистичного поведения за счет благотворительных организаций [50, 51].

Однако эмоции могут также помочь нам обеспечить долгосрочные интересы общества, контролируя людей, которые ведут себя слишком эгоистично. В игре «Ультиматум», игре, широко используемой в нейроэкономических экспериментах, один игрок (предлагающий) получает от экспериментатора сумму (например, 20 швейцарских франков) и должен предложить способ разделения денег между собой и вторым игроком (ответчиком). ). Предлагающий может сделать отвечающему любое предложение, от дележа поровну (10:10) до сохранения всего для себя (20:0).Однако на следующем этапе ответчик может либо принять, либо отклонить предложение. Если ответчик отклоняет предложение, ни предлагающий, ни отвечающий ничего не получат. Ответчик, который действует на строго экономической и рациональной основе, примет любое предложение, превышающее 0 (даже соотношение 19:1), потому что получить 1 швейцарский франк лучше, чем ничего не получить. Однако это не то, что наблюдается в исследованиях по всему миру [52]: очень часто респонденты отвергают предложения в размере 5 швейцарских франков или меньше, так как считают эти предложения несправедливыми.Таким образом, личная финансовая выгода приносится в жертву наказанию недобросовестного предлагающего. Восприятие несправедливых предложений сопровождается повышенной активацией передней доли, области мозга, участвующей в репрезентации телесных изменений и эмоций, таких как отвращение [53]. На самом деле, чем больше островок респондента активируется несправедливым предложением, тем больше вероятность того, что респондент отклонит это предложение. Экономисты назвали вышеизложенное индивидуальной выгодой в интересах группы альтруистическим наказанием .Было показано, что группы, которые применяют альтруистические наказания, чтобы держать безбилетников под контролем, в долгосрочной перспективе функционируют намного лучше [54]. Кроме того, было показано, что альтруистическое наказание сопровождается активацией полосатого тела, которое участвует в репрезентации субъективного вознаграждения в мозгу [55]. Таким образом, хотя альтруистическое наказание связано с финансовыми затратами, оно тем не менее воспринимается как вознаграждение и, таким образом, может обеспечить долгосрочное сотрудничество на групповом уровне.Эти «эмоциональные» ответы могут быть более «рациональными», чем решения, основанные исключительно на (экономических) причинах.

Выводы

Наш обзор недавних исследований из Affective Sciences показывает, что двойственность разума и эмоций, которая распространялась в течение длительного времени, не отражается на архитектуре мозга и функционировании разума. Эмоции и познание тесно переплетены, сложное человеческое поведение возникает в результате динамического взаимодействия между несколькими процессами и сетями мозга.Эмоции определяют, как мы воспринимаем наш мир, как мы его запоминаем и какие решения принимаем. Как и любая другая сложная система, эмоция может дать сбой, о чем свидетельствует, например, преувеличенное смещение внимания к угрозе при тревоге [23] или предпочтительная память на негативные события при депрессии [56]. Однако при нормальном функционировании эмоции следует рассматривать как полезное руководство, далеко не иррациональное, которое помогает нам ориентироваться в нашей сложной среде.

Финансирование / потенциальные конкурирующие интересы: Национальный центр компетенций в области исследований (NCCR) Affective Sciences, финансируемый Швейцарским национальным научным фондом.

Переписка

Адрес для переписки: Тобиас Брош, доктор философии, кафедра психологии, Женевский университет, 40, Boulevard du Pont d’Arve, CH-1205 Женева, Швейцария, tobias.brosch[at]unige.ch

Рекомендации

1 Хебб Д. Организация поведения. 1949, Нью-Йорк: Уайли.

2 Шерер КР. Эмоции служат для разделения стимула и реакции в «Природе эмоций: фундаментальные вопросы», П.Экман и Р.Дж. Дэвидсон, редакторы. 1994, издательство Оксфордского университета: Нью-Йорк/Оксфорд. п. 127–130.

3 Сандер Д. Модели эмоций: подход аффективной нейронауки, в Handbook of Human Affective Neuroscience, J.L. Armony and P. Vuilleumier, Editors. в печати, издательство Кембриджского университета: Кембридж.

4 Шерер КР. Оценка как процесс многоуровневой последовательной проверки // Оценочные процессы в эмоциях: Теория, методы, исследования, К.Р. Шерер, А. Шорр и Т. Джонстон, редакторы. 2001, издательство Оксфордского университета: Нью-Йорк. п. 92–120.

5 Шерер КР. К динамической теории эмоций: модель компонентного процесса аффективных состояний. Женевские исследования эмоций и коммуникации, 1987; 1(1):1–98.

6 Шерер КР. Динамическая архитектура эмоций: доказательства для модели компонентного процесса. Познание и эмоции. 2009;23(7):1307–51.

7 Шерер КР.О природе и функции эмоций: компонентный процессный подход, в книге «Подходы к эмоциям», К.Р. Шерер и П. Экман, редакторы. 1984, Эрлбаум: Хиллсдейл. п. 293–317.

8 Зимер М., Мосс И., Гросс Дж.Дж. Одна и та же ситуация — разные эмоции: как оценки формируют наши эмоции. Эмоция, 2007;7(3):592–600.

9 Шерер К.Р., Брош Т. Предубеждения, связанные с культурой, способствуют эмоциональному расположению. Евро J Перс. 2009; 23: 265–88.

10 Брош Т., Сандер Д., Пуртуа Г., Шерер К.Р.За пределами страха: быстрая пространственная ориентация на положительные эмоциональные стимулы. Психологическая наука. 2008; 19: 362–70.

11 Макго Дж.Л. Память – век консолидации. Наука. 2000;287(5451):248–51.

12 Гранжан Д., Сандер Д., Шерер К.Р. Сознательный эмоциональный опыт возникает как функция многоуровневой, управляемой оценкой синхронизации ответов. Сознательное Познание. 2008;17(2):484–95.

13 Брош Т., Сандер Д.Оценивающий мозг: к нейрокогнитивной модели оценочных процессов в эмоциях. Обзор эмоций. 2013;5:163–8.

14 Драйвер Дж. Выборочный обзор исследований избирательного внимания прошлого века. Бр Дж Психол. 2001;92(1):53–78.

15 Корбетта М., Шульман Г.Л. Контроль целенаправленного и стимулированного внимания в головном мозге. Нат Рев Нейроски. 2002;3(3):201–15.

16 Брош Т., Пуртуа Г., Сандер Д., Вийомье П.Аддитивные эффекты эмоционального, эндогенного и экзогенного внимания: поведенческие и электрофизиологические данные. Нейропсихология. 2011;49(7):1779–87.

17 Оман А., Лундквист Д., Эстевес Ф. Еще раз о лице в толпе: преимущество угрозы с помощью схематических стимулов. J Pers Soc Psychol. 2001;80(3):381–96.

18 Брош Т., Ван Бавел Дж.Дж. Гибкость эмоционального внимания: доступные социальные идентичности обеспечивают быструю ориентацию внимания.Познание. 2012;125(2):309–16.

19 Фелпс Э.А., Линг С., Карраско М. Эмоции облегчают восприятие и усиливают перцептивные преимущества внимания. Психологические науки. 2006;17(4):292–9.

20 Брош Т., Пуртуа Г., Сандер Д. Восприятие и категоризация эмоциональных стимулов: обзор. Познание эмоций. 2010; 24: 377–400.

21 Гранжан Д., Сандер Д., Пуртуа Г., Шварц С., Сегье М.Л., Шерер К.Р. и др. Голоса гнева: Мозг реагирует на гневную просодию в бессмысленной речи.Нат Нейроски. 2005;8(2):145–6.

22 Брош Т., Гранжан Д., Сандер Д., Шерер К.Р. Кросс-модальное эмоциональное внимание: эмоциональные голоса модулируют ранние этапы визуальной обработки. J Cogn Neurosci. 2009;21:1670–9.

23 Бар-Хаим Ю., Лами Д., Пергамин Л., Бейкерманс-Краненбург М.Дж., ван Айзендорн М.Х. Предвзятость внимания, связанная с угрозой, у тревожных и нетревожных людей: метааналитическое исследование. Психологический бык. 2007;133(1):1–24.

24 Сабатинелли Д., Брэдли М.М., Фитцсиммонс Дж.Р., Ланг П.Дж.Параллельная активация миндалевидного тела и нижневисочная активация отражают эмоциональную интенсивность и актуальность страха. Нейроизображение. 2005;24(4):1265–70.

25 Пилен М., Аткинсон А., Андерссон Ф., Вийемье П. Эмоциональная модуляция телесно-селективных зрительных областей. Soc Cogn влияет на нейроны. 2007; 2: 274–83.

26 Вийомье П., Армони Дж. Л., Драйвер Дж., Долан Р. Дж. Влияние внимания и эмоций на обработку лица в человеческом мозгу: исследование фМРТ, связанное с событием. Нейрон.2001;30(3):829–41.

27 Вийомье П. Как остерегается мозг: Нейронные механизмы эмоционального внимания. Тенденции Cogn Sci. 2005;9(12):585–94.

28 Оман А., Минека С. Страхи, фобии и готовность: к усовершенствованному модулю страха и обучения страху. Психологический обзор. 2001;108(3):483–522.

29 Каннингем В. А., Брош Т. Мотивационная значимость: настройка миндалевидного тела на основе черт, потребностей, ценностей и целей. Curr Dir Psychol Sci.2012; 21:54–9.

30 Сандер Д., Графман Дж., Залла Т. Миндалевидное тело человека: развитая система обнаружения релевантности. Преподобный Нейроски. 2003;14(4):303–16.

31 Вийомье П., Брош Т. Взаимодействие эмоций и внимания, в книге «Когнитивные нейронауки IV», М.С. Газзанига, редактор. 2009, MIT Press: Кембридж. п. 925–34.

32 Вийомье П., Ричардсон М.П., ​​Армони Дж.Л., Драйвер Дж., Долан Р.Дж. Дистанционное влияние поражения миндалины на активацию зрительной коры во время эмоциональной обработки лица.Нат Нейроски. 2004;7(11):1271–8.

33 Джеймс В. Принципы психологии. 1890, Нью-Йорк: Дувр.

34 Зола-Морган С., Сквайр Л.Р., Амарал Д.Г. Амнезия человека и медиальная височная область: стойкие нарушения памяти после двустороннего поражения, ограниченного полем СА1 гиппокампа. Дж. Нейроски. 1986;6(10):2950–67.

35 Фелпс Э.А. Эмоции и познание: выводы из исследований миндалевидного тела человека. Анну Рев Психол.2006; 57: 27–53.

36 Долкос Ф., Лабар К.С., Кабеса Р. Взаимодействие между миндалевидным телом и системой памяти медиальной височной доли предсказывает лучшую память на эмоциональные события. Нейрон. 2004;42(5):855–63.

37 Фелпс Э.А. Человеческие эмоции и память: взаимодействие миндалевидного тела и комплекса гиппокампа. Курр Опин Нейробиол. 2004;14(2):198–202.

38 Фелпс Э.А., Шарот Т. Как (и почему) эмоции усиливают субъективное чувство воспоминаний.Curr Dir Psychol Sci. 2008;17(2):147–52.

39 Шарот Т., Дельгадо М.Р., Фелпс Э.А. Как эмоции усиливают ощущение памяти. Нат Нейроски. 2004;7(12):1376–80.

40 Лофтус Э.Ф., Лофтус Г.Р., Мессо Дж. Некоторые факты об оружейной направленности. Закон Хам Бихав. 1987; 11: 55–62.

41 Монтагрин А., Брош Т., Сандер Д. Способность к достижению цели как ключевой фактор улучшения памяти. Эмоции, в прессе.

42 Таларико Дж. М., Рубин Д. С.Уверенность, а не последовательность, характеризует вспышки воспоминаний. Психологические науки. 2003;14(5):455–61.

43 Хан С., Лернер Дж. С. Принятие решений в «Оксфордском компаньоне аффективных наук» Д. Сандера и К.Р. Шерер, редакторы. 2009, издательство Оксфордского университета: Нью-Йорк.

44 Уилсон ТД, Гилберт ДТ. Аффективное прогнозирование – знать, чего хотеть. Curr Dir Psychol Sci. 2005;14(3):131–4.

45 Дамасио АР. Ошибка Декарта: эмоции, разум и человеческий мозг.1994, Нью-Йорк: Издательство Патнэм.

46 Бечара А., Дамасио Х., Транел Д., Дамасио А.Р. Игровая задача Айовы и гипотеза соматических маркеров: некоторые вопросы и ответы. Тенденции Cogn Sci. 2005;9(4):159–62.

47 Бечара А., Дамасио Х., Транел Д., Дамасио А.Р. Выгодное решение до того, как будет известна выгодная стратегия. Наука. 1997;275(5304):1293–5.

48 Дамасио АР. Гипотеза соматических маркеров и возможные функции префронтальной коры.Философские труды Лондонского королевского общества. Серия Б, Биологические науки. 1996; 351 (1346): 1413–20.

49 Данн Б.Д., Далглиш Т., Лоуренс А.Д. Гипотеза соматических маркеров: критическая оценка. Neurosci Biobehav Rev. 2006;30(2):239–71.

50 Брош Т., Коппин Г., Шерер К.Р., Шварц С., Сандер Д. Генерация ценностей: Иерархии психологических ценностей отражают контекстно-зависимую чувствительность системы вознаграждения. Соц Неврологии.2011;6:198–208.

51 Брош Т., Коппин Г., Шварц С., Сандер Д. Важность действий и ценность объекта: диссоциируемые нейронные системы, представляющие основную ценность и экономическую ценность. Soc Cogn влияет на нейроны. 2012;7:497–505.

52 Генрих Дж., Бойд Р., Боулз С., Камерер С., Фер Э., Гинтис Х. и др. «Экономический человек» в кросс-культурной перспективе: поведенческие эксперименты в 15 малых обществах. Behav Brain Sci. 2005;28(6):795–815.

53 Санфей А.Г., Риллинг Дж.К., Аронсон Дж.А., Нистром Л.Е., Коэн Дж.Д. Нейронная основа принятия экономических решений в игре «Ультиматум». Наука. 2003; 300 (5626): 1755–8.

54 Фер Э., Гахтер С. Альтруистическое наказание у людей. Природа. 2002; 415 (6868): 137–40.

55 де Кервен Д.Дж., Фишбахер У., Трейер В., Шеллхаммер М., Шнайдер У., Бак А. и др. Нейронная основа альтруистического наказания. Наука. 2004; 305 (5688): 1254–8.

56 Далглиш Т., Уоттс Ф.Н. Нарушения внимания и памяти при расстройствах тревоги и депрессии. Clin Psychol Rev. 1990; 10 (5): 589–604.

Авторское право


Опубликовано в соответствии с лицензией на авторское право CC BY-NC-SA: эта лицензия позволяет повторным пользователям распространять, микшировать, адаптировать и использовать материал на любом носителе или в любом формате только в некоммерческих целях и только при условии указания авторства создатель. Если вы микшируете, адаптируете или развиваете материал, вы должны лицензировать измененный материал на тех же условиях.
См.: smw.ch/разрешения

.

Написать ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.