Стереотипы людей: 10 вредных стереотипов об отношениях женщин и мужчин — Wonderzine

Содержание

Я не смогу. Как стереотипы мешают делать карьеру

Все мы родом из детства, и в первое время (а иногда и всю жизнь) мы используем те ролевые модели, которые были приняты в семье, ближайшем окружении и обществе в целом.

Зачастую женщина не предпринимает действий, которые помогли бы ей построить счастливую жизнь, так как сразу говорит «нет» возможностям. По факту женщине мешают не стереотипы, а она сама. Большого успеха достигает тот, кто не боится трудностей, кто ломает рамки и выходит за границы условностей. Поэтому я бы посоветовала каждой женщине, занимающейся карьерой или бизнесом, помнить, что все, перечисленное ниже, — стереотипы.

Есть «мужские» и «женские» профессии

На самом деле нет. Конечно, есть разные исследования о гендерном балансе в профессиях, что в IT мужчин больше, а в HR меньше. Но давайте будем честны: сегодня женщину можно встретить почти на любой должности в любой сфере. Одна моя знакомая — директор трубопрокатного завода, другая руководит строительными проектами, третья оперирует больных с онкозаболеваниями.

Реклама на Forbes

Кем вы хотели стать в детстве? Я — воспитателем в детском саду, и очень интересно, что в итоге я нашла свое призвание в работе с людьми и менторстве. Всегда забавно сравнивать, как подростковые мечты связаны с будущей профессией. Например, одно американское исследование выяснило, что 80% девочек разных возрастов хотят быть врачами. В действительности в США среди врачей 65% мужчин и 35% женщин. Конечно, взгляды на профессию с возрастом сильно меняются, но разница в процентах все равно очень характерная.

Что происходит за несколько лет между мечтой и реальностью? Ты понимаешь, что это не твое? Становится слишком сложно? Родители навязывают выбор? Думаю, истина где-то посередине. Когда-то мы работали с кандидатом-женщиной на топовую должность в компании-авиаперевозчике, и она объясняла свою мотивацию так: «Вы знаете, меня в детстве воспитывал дедушка — летчик и ветеран войны. Я знала наизусть все модели истребителей и гражданских самолетов и представляла, что сама когда-то буду сидеть за штурвалом, а мой дедушка будет мной гордиться. Но родители даже запретили думать об этом. В итоге я просто поступила в МАИ на инженера, а потом начались 1990-е. Так что получив работу исполнительного директора в этой компании, я хоть как-то приближусь к своей мечте».

Другой пример — когда женщина не выдерживает нагрузок на «мужских» работах: например, если говорить о хирургии, то многие девушки предпочитают ей другие врачебные специализации, потому что это невероятная ноша, и не все готовы жертвовать личной жизнью ради карьеры именно в этом направлении. Но я не слышала, чтобы женщины уходили оттуда только потому, что им мешают мужчины.

Все успеть до 30 лет

30 лет — магическая цифра в общественном сознании. На женщину постоянно давят: ты должна сделать карьеру до 30 лет, потому что работодателю нужны молодые и активные. Ты должна родить до 30 лет, иначе потом будет поздно. Как все это совместить за такой короткий срок — непонятно.

Не ограничивайте себя искусственно. Я знаю много успешных женщин, и у всех них совершенно разный путь «обретения» гармонии. Например, одна родила двух детей уже в 18-20 лет и поначалу была уверена, что ее ждет тихая жизнь домохозяйки. Сегодня вместе с сестрой она управляет пищевым холдингом, а недавно открыла медицинский бизнес. В то же время я знакома с несколькими женщинами, которые решились на ребенка к 40 годам и ничуть не жалеют о том, что не сделали этого раньше. Есть те, кто совершил кардинальные перемены в профессии ближе к 35: кто-то отказался от корпоративной карьеры в пользу блогерства, кто-то открыл свое дело. Есть бывший PR-директор крупной корпорации, которая работает стилистом. Есть бывший директор большого предприятия, которая открыла маленькую турфирму. Недавно общалась с женщиной-кандидатом в возрасте 60 лет, которая совсем недавно в третий раз вышла замуж, а свадебное путешествие превратила в сплав на байдарках.

Нет единого рецепта счастья, и глупо думать, что в 30 лет все должно быть сделано.

Успешная в карьере женщина несчастлива в личной жизни

Вы обращали внимание, сколько стереотипов связано с успешной в карьере женщиной? Если она замужем, то «бедный муж, она его задавила». Если нет детей, то «все понятно, у нее просто много времени на карьеру». Если дети есть, «бедные дети, воспитываются без матери, ну и что, что денег много, за деньги любовь детей не купишь». Преподаватель Гарвардского университета Оливия Фокс Кэбейн отмечает, что женщин часто останавливает уверенность в том, что влиятельные женщины пугают мужчин и должны жертвовать личной жизнью. Даже на тех, кто пока (или вообще) не заинтересован в браке, ставится клеймо. Если мужчина — это холостяк, то женщина — старая дева. Когда Джанет Наполитано, бывший министр внутренней безопасности США, была назначена на должность, критики говорили, что ее одиночество поможет ей «проводить больше времени на работе».

Давайте учиться не принимать во внимание мнение неважных для вас людей: удерживайте и находите тех, кто будет поддерживать вас в трудностях и разделять ваши ценности. Кроме того, мы никогда не знаем, в какую сторону вырулит наша карьера. Одна моя приятельница познакомилась с будущим мужем, когда работала маркетологом, семейный бюджет пополнял главным образом супруг. Сейчас она возглавляет крупную компанию, а муж занимается тремя детьми.

Мужчина — враг

Здоровый феминизм — это хорошо, но у провозглашенного diversity есть обратная сторона: нередко ситуацию воспринимают как «все друг друга притесняют». Согласно исследованию Kontakt InterSearch Russia, 30% женщин-руководителей сталкивались с гендерной дискриминацией на работе или при трудоустройстве. Это безусловно большая цифра, с которой нужно что-то делать, но все-таки большинство женщин признаются, что мужчины помогали и поддерживали их в карьере. Успех достигается не только благодаря профессиональным знаниям, но и личностным компетенциям и эмоциональному интеллекту. Позиция «все против меня» или «они меня не понимают» не приведет ни к чему хорошему: потратьте время, чтобы познакомиться с коллегами и начальством поближе, работайте на взаимное доверие. Общайтесь с сослуживцами, не бойтесь рассказывать о своих успехах, предлагайте помощь, будьте «своей»: это один из самых эффективных способов бороться со стереотипами в головах людей.

Еще один совет: когда вы достигнете какого-то статуса, постарайтесь стать примером для других женщин. Не бойтесь взять на себя роль наставника. Ваш опыт и обмен лучшими практиками обязательно вдохновит других женщин и сломает их предрассудки. Точно так же действуйте в начале профессионального пути: выберите себе правильного ментора и убедитесь, что вам все под силу, стоит только захотеть.

Какие стереотипы мешают крупному бизнесу работать с молодыми предпринимателями

У бизнесменов постарше, как правило, есть набор устойчивых стереотипов по отношению к молодым предпринимателям. Сформировались эти стереотипы уже давно, но работают они по сей день, несмотря на то что портрет современного молодого предпринимателя за годы кардинально изменился. Такое несоответствие в ожиданиях и реалиях зачастую негативно сказывается на деловых коммуникациях между молодежью и остальным бизнесом, может завести в тупик переговоры или сорвать выгодные сделки. Со старыми мерками подходить к взаимодействию уже неправильно и неэффективно. Что же сегодня представляют собой молодые предприниматели? Какие стереотипы в их отношении уже морально устарели и могут только помешать их партнерам по бизнесу?

1. Не такие уж и молодые. В 1990-е бизнесменом вполне мог стать выпускник школы или студент. Практически каждый считал себя специалистом в операциях «купил дешевле – продал дороже», когда речь шла о популярном тогда ширпотребе.

Сегодня бизнес занятие гораздо более серьезное. Высокая конкуренция, внешние вызовы, развитие технологий – все это требует знаний, и как раньше – с наскока – прибыльный бизнес построить практически невозможно. В бизнес входят люди уже чуть более старшего возраста, получившие как минимум специальное или высшее образование. По статистике Российского центра содействия молодежному предпринимательству, сегодня средний возраст молодого бизнесмена составляет 27 лет.

Потенциальные же партнеры продолжают воспринимать молодых предпринимателей как студентов, у которых недостаточно знаний для успешного бизнеса, как трудных и ненадежных партнеров. И это ошибка. А в определенных новых и быстро развивающихся сферах, таких как IT, дизайн и др., молодость – это не недостаток, а преимущество.

На заре 90-х вчерашние школьники влились в бизнес вполне бодро и органично, в то время как старшее поколение с трудом перестраивалось на новые рельсы. Молодые предприниматели энергично брались за любую инициативу, особенно торговлю. Сейчас молодой предприниматель постарел и стал более осмотрительным. По нашему опыту, никто не начинает бизнес с наскока, это делают осознанно и обдуманно. Если в 90-х бизнесом занимались люди без специального образования, то сейчас мы наблюдаем возврат к фундаментальным областям знаний. Опять популярны технические специальности, а сильные вузы и факультеты, где их преподают, вновь переживают наплыв абитуриентов.

2. Иные сферы бизнеса. В 1990-е основу бизнеса составляли операции купли-продажи. Новой экономике требовались компьютеры, факсы и прочая оргтехника, а также различные финансовые институты – банки, обменные кассы, инвестиционные компании.

Сегодня, по данным Российского центра содействия молодежному предпринимательству, в число самых популярных направлений деятельности у молодежи входит сфера услуг (спортивные клубы, кафе, караоке), а также интернет-предпринимательство (разработка ПО, дизайн, маркетинг). Но при этом наблюдается снижение популярности бизнеса у молодежи в целом. Более того, все больше молодежи смотрит в сторону госслужбы, которая в 90-е вообще мало кого прельщала.

Но, как и прежде, для потенциальных клиентов или поставщиков молодых предпринимателей очень важно происхождение стартовых инвестиций. Некоторые области требуют немалых стартовых вложений, такой бизнес зачастую покупают своим детям их состоятельные родители. И если бизнес молодой человек не создал сам, а получил в подарок, есть опасность, что он может не справиться с трудностями и не выполнить свои обязательства. Кроме того, и банки достаточно настороженно смотрят на директоров компаний в возрасте моложе 25 лет, поскольку есть риск, что слишком молодой руководитель может быть поставлен формальным главой фирмы, а реально бизнес ведут другие люди.

3. Образование. 30 лет назад зарабатывать можно было без специальных знаний, да и вузы не готовили специалистов для управления бизнесом.

Сейчас успешный бизнесмен должен хорошо знать свою отрасль, разбираться в финансах, налогах, юриспруденции. Он должен быть образованным. И если у начинающего 25-летнего бизнесмена нет диплома, это должно настораживать контрагентов и потенциальных партнеров.

4. Молодежное предпринимательство и поддержка государства. В отличие от того, что было в 1990-х, сейчас бизнес может получить от государства поддержку разного рода: существуют программы льготного кредитования, разнообразные субсидии, гранты, льготы, программы акселерации и консультационные услуги. Немало таких программ адресовано именно молодым предпринимателям. Контрагентам следует иметь это в виду, договариваясь о сотрудничестве с молодым бизнесменом, – возможно, это обстоятельство позволит и им как партнерам или контрагентам получить более выгодные условия.

Фестиваль Open Art: бесстрашное поколение отвергает стереотипы

Дрэг-шоу, пластический перформанс, лекции о бодипозитиве и месте трансгендерных людей в медиа… В Москве прошел четвертый международный фестиваль Open Art. Каждый год организаторы выбирают новую тему. В этом году она звучала как X Y Z Q Generation. «Тут заложены два смысла: во-первых, наука сейчас шагает вперед, и мы можем больше узнать о себе, и по-разному самовыражаемся. Во-вторых, это про новое поколение, которое всегда бывает не понято большинством», – рассказывает директор фестиваля Ольга Баранова.

Организаторам хотелось с разных сторон посмотреть на современное общество и поднять проблемы, связанные с самоопределением молодежи, гендерным насилием и принятием ЛГБТК-персон. Каждому из этих аспектов и были посвящены работы или представления, показанные в рамках фестиваля.

Одна из работ, представленных на фестивале. Фото: Карина Меркурьева

Одна из частей выставки рассказывает о женской оптике в искусстве. Ее курирует Олежа Урзик, одна из организаторов правозащитного фестиваля Dignity Fest. Пространство выставки обклеено прокладками. По словам Олежи, таким образом она хотела снять стигму с обсуждения менструации, а также обозначить тему работ. Это размышления о проблемах, связанных с принятием своего тела, себя, и борьба с угнетением со стороны общества.

Одна из фоторабот Олежи посвящена саморепрезентации женщины: за вроде бы обычными позами моделей скрывается ряд гендерных установок о том, как должна выглядеть женщина – должна ли она быть привлекательной, любое ли тело может быть сексуальным и как сочетать в себе естественность и желание выделяться.

На другой работе изображен чемодан с женскими частями тела, словно пропущенными сквозь мясорубку. «Тут говорится о чувствах, связанных с переездом. Когда тебе нужно уехать откуда-то, потому что тебя не принимает общество. В итоге ты вынужден собрать все свои вещи и искать новый дом, хотя и в нем нет уверенности, что ты будешь чувствовать себя комфортно», – рассказывает Олежа.

Сейчас важна не сексуальная ориентация, а твой взгляд на мир

В углу, на выходе из выставочного пространства, стоят три стакана с красной жидкостью. В них Олежа налила краску. Таким образом она хотела сделать отсылку к перформансу 2017 года, когда московская активистка Полина Музыка на своей выставке «УК 148. Искусство как преступление» поставила посетителям стаканчики с вином, смешанные или не смешанные, как потом объяснила активистка, с генитальными выделениями. Под каждым стаканчиком было предупреждение, однако посетители выпили все вино, проигнорировав записки. «Люди стали просто пить и потом уже прочитали, что было написано под стаканчиками. Кому-то сразу стало плохо, кто-то хотел даже подать на активистку в суд», – вспоминает куратор.

Лекция в рамках фестиваля Open Art. Фото: Карина Меркурьева

Молодые люди сейчас отказываются следовать гендерным стереотипам

Бесстрашие, жажда экспериментов и желание открыто говорить о своей физиологии – это то, что отличает прогрессивную молодежь. «Молодые люди сейчас отказываются следовать гендерным стереотипам, независимо от своей сексуальной ориентации, они говорят, что не хотят идентифицировать себя каким-то определенным образом, относить к какой-то группе. Границы стали подвижнее. Никто ведь не знает, что будет завтра. Сейчас важна не сексуальная ориентация, а твой взгляд на мир, насколько ты открыт новому», – считает директор Open Art фестиваля

Ольга Баранова.

По ее словам, задача фестиваля – показать, как смотреть открыто на различные явления и принимать новое поколение с его установками. «В каждом новом поколении может быть что-то такое, что сначала кажется сильно экстравагантным, даже эпатажным. Но со временем все меняется. Остается только то, что нужно обществу. Так было, например, с хиппи: все ходили, не выпуская сигарету из рук и не вынимая травку из кармана. Все, что не нужно обществу, само отвалится. Вот и от хиппи осталось только принятие мира и более свободное отношение к сексу».

Одной из ярких тенденций современного искусства Баранова считает попытку достичь равноправия, предоставить каждому, кого раньше ущемляли, такие же возможности и площадку для высказывания. В этом и состоит цель фестиваля: дать возможность представить свои работы тем, чье искусство раньше не принималось.

Одна из работ, представленных на фестивале. Фото: Карина Меркурьева

«Мы стараемся выбирать авторов, у которых не самые однозначные работы, чтобы каждый мог по-своему их интерпретировать. Например, есть работы фотографа, который сделал серию снимков людей с несколько нестандартной внешностью. У одного человека пятно на лице, у другой девушки – акне. И на лице у них написано, с какими фразами [в свой адрес] они сталкивались на протяжении своей жизни. У девушки, например, написано, что ей нужно больше секса, и тогда все пройдет. Люди часто говорят такие вот фразы, не думая, какую рану это может человеку нанести», – объясняет Баранова.

Всего на фестивале были представлены работы более двадцати художников из разных стран. Посмотреть некоторые из них можно в виртуальной галерее, которую создали организаторы.

Работа и возраст: стереотипы и реальность

Сначала мы опросили 11 тысяч соискателей, ищущих работу. Мы спрашивали как о фактах, так и о мнениях.

Первое, что нас интересовало: как долго они находились в поиске работы. Распределение ответов по возрастным группам участников опроса показало, что длительный период поиска (свыше полугода) наиболее характерен для возрастных групп старше 45 лет.

Что касается субъективных ощущений опрошенных о том, насколько трудно сейчас искать работу, то ощущение трудностей есть сейчас у представителей всех возрастных групп, однако чаще всего его отмечали представители возрастной группы старше 45 лет.

Причем соискатели, которые на момент опроса не работали, охарактеризовали поиск работы более пессимистично, чем те, кто искал новую работу, находясь на текущем месте. Это традиционная картина.

Мы попросили участников опроса отметить, в чем, по их мнению, выражаются сложности с поиском работы, предложив им выбрать по три наиболее критичных показателя. Оказалось, что основная проблема с трудоустройством у людей пенсионного возраста — это трудоустройство по специальности. Эта же проблема лидирует у молодежи. У остальных возрастных групп эта проблема на втором месте, а на первом — сложности с поиском работы, соответствующей зарплатным ожиданиям.

Мы спросили участников опроса, с какими причинами отказов им приходилось сталкиваться. Здесь необходимо учитывать, что респонденты часто отвечают на такие вопросы согласно своим внутренним ощущениям, то есть называют не формальную причину отказа, а ту, которую считают истинной. В то же время не факт, что истинная причина действительно была такой. Участники опроса старше 45 считают основной причиной отказов в работе возрастную.

Большинство работающих участников опроса пенсионного возраста (57%) ответили, что устроились на текущее место после выхода на пенсию.

Мы спросили их, каково им было искать эту работу, и вот какие ответы получили:

  • Очень сложно — 32%;
  • Скорее сложно — 25%;
  • Скорее несложно — 18%;
  • Совсем несложно — 14%;
  • Затрудняюсь ответить — 11%.

На вопрос о причинах решения работать после выхода на пенсию мы получили такие ответы:

  • Желание чувствовать себя материально уверенно, независимо — 27%;
  • Любовь к своей работе, удовольствие от любимого дела — 22%;
  • Острая необходимость в деньгах — 18%;
  • Привычка быть при деле — 10%;
  • Желание сохранять свою продуктивность, гибкость ума — 8%;
  • Желание чувствовать свою значимость, нужность другим людям — 8%;
  • Другое — 6%.

Таким образом, материальные причины составляют в общей сложности 45% ответов, нематериальные — 48%.

Мы попросили участников опроса оценить, считают они возраст преимуществом или, наоборот, препятствием при устройстве на работу. Люди старшего возраста чаще полагают, что возраст мешает им при устройстве на работу.

При этом люди старшего возраста видят у себя немало преимуществ по сравнению с более молодыми соискателями. В основном это более ответственный подход к работе, а также ценный багаж знаний и опыта. Но при этом они признают, что и у молодых есть перед ними преимущества: в основном техническая продвинутость и более креативный подход к работе. Интересно, что у представителей старшего поколения доля тех, кто не видит преимуществ у своего поколения перед молодежью, составляет всего 4%, тогда как доля тех, кто не видит преимуществ у молодежи, гораздо выше — 30%.

Мы попросили всех работающих участников опроса оценить свои отношения с коллегами по шкале от 1 до 5, где 1 — очень плохие отношения с коллективом, а 5 — очень хорошие отношения с коллективом. Ответы показали, что средняя оценка — 4,3, и в рамках разных возрастных групп средние оценки почти не отличаются, заметных колебаний в лучшую или худшую сторону нет.

Мы также задали вопрос работающим пенсионерам, сталкиваетесь ли они с какими-либо трудностям в процессе работы, связанными с их возрастом. Подавляющее большинство (86%) ответили, что никаких сложностей у них нет.

Сталкиваетесь ли вы с какими-либо трудностям в процессе работы, связанными с вашим возрастом?

  • Нет, никаких сложностей нет — 86%;
  • Да, в коллективе я стою особняком, нет подходящей компании, нет близких в общении коллег — 8%;
  • Да, потому что я плохо ориентируюсь в современных технологиях — 6%;
  • Да, мне сложно донести какие-то важные вещи в работе до более молодых сотрудников (ко мне не прислушиваются) — 2%;
  • Да, мне не дают расти по карьерной лестнице — 2%.

Представителей более молодого возраста мы спросили про их отношения к коллегам пенсионного возраста. Оказалось, что лишь очень незначительная доля опрошенных считает таких коллег неэффективными.

Ваши коллеги пенсионного возраста — хорошие работники?

  • Да, они так же эффективны, как и все остальные, — 38%;
  • Да, они даже более эффективны, чем все остальные, — 13%;
  • Нет, они менее эффективны, чем все остальные, — 14%;
  • Бывает по-разному — 28%;
  • Затрудняюсь ответить — 7%.

Очевидно, что отношения с коллегами пенсионного возраста ничем не отличаются от взаимоотношений с сотрудниками другой возрастной группы.

Большинство опрошенных соискателей, независимо от возраста, считают, что право на рабочие места имеют все, независимо от возраста. Радикальной точки зрения, что «пенсионеры уже свое отработали, нужно дать работать молодым», придерживается всего 6% опрошенных.

Мы попросили участников опроса дать оценку от 1 до 10 своему чувству уверенности на текущем месте работы. Под чувством уверенности имеется в виду отсутствие страха увольнения или сокращения, ощущение, что работодатель ценит ваш опыт и знания и рассчитывает на долгосрочное сотрудничество с вами. Оценка 1 означает «совсем не уверен», оценка 10 — «полностью уверен».

Распределение средних оценок, данных представителям разных возрастных групп, показало, что люди старшей возрастной группы чувствуют себя наиболее уверенно:

  • До 25 лет — 6,8;
  • От 25 до 44 лет — 6,8;
  • Предпенсионеры — 6,6;
  • Пенсионеры — 8,1.

Прежде всего мы попросили их отметить значимость разных параметров резюме, на которые они обращают внимание при оценке соискателей. Мы предложили им оценить несколько ключевых параметров по оценке от 1 до 5, где 1 — совершенно незначимо, 5 — очень значимо, 0 — затрудняюсь ответить. Мы просили поставить высокую оценку для параметров, на которые работодатели обращают внимание в первую очередь вне зависимости от позиции, на которую претендует кандидат, и меньшую значимость — менее существенным параметрам, а также тем, которые сильно зависят от конкретной позиции. Вопреки расхожим представлениям соискателей, такой параметр, как возраст кандидата, не оказался в числе самых значимых.

Также мы задали вопрос, из-за чего работодателям чаще всего приходилось отказывать кандидатам, и предложили несколько вариантов ответа на выбор. Вот как распределились ответы:

  • Несоответствие зарплатных предложений и ожиданий — 57%;
  • Личные качества (несоответствие корпоративной культуре компании) — 54%;
  • Отсутствие опыта работы по профилю компании — 49%;
  • Недостаточный общий опыт работы у кандидата — 46%;
  • Возраст кандидата — 41%;
  • Внешний вид кандидата — 41%;
  • Невыполнение тестового задания — 38%;
  • Отсутствие профильного образования — 32%.

Как мы видим, возраст играет роль и довольно часто становится причиной отказа кандидату. Однако это отнюдь не лидирующая причина. Если вам больше 45 лет, не стоит автоматически списывать сложности с поиском работы на возраст (а такой соблазн возникает очень часто) — стоит сначала исключить другие возможные причины. В частности, проанализировать соответствие своих зарплатных ожиданий условиям, которые предлагает рынок труда, своего опыта — современным запросам работодателей, а содержание своего резюме — правилам привлекательного резюме. Для этого на hh.ru есть в том числе возможность бесплатного запроса в проекте карьерных консультантов.

Тех участников опроса, которые отметили, что им приходилось отказывать кандидатам из-за возраста, мы спросили о причинах этого явления. Ответ можно было дать в свободной форме. Вот некоторые ответы:

«Молодой возраст — мало опыта по специальности. Если вакантная должность подразумевала обязательное наличие достаточного опыта, приходилось отказывать. Возрастным чаще приходится отказывать, так как уже не владеют современными технологиями, не в состоянии понять и обучиться. Если вакантная должность не требует квалификации, навыков владения техникой, но требует физической выносливости, то возрастные кандидаты сами не готовы работать физически. Также у большинства возрастных есть такие качества, как неготовность менять мышление»;

«1. Молодой коллектив, молодые руководители и, соответственно, сложности в коммуникациях. 2. С возрастом хуже обучаемость, ригидность мышления»;

«1. Слишком молодые специалисты (студенты). 2. Тяжелые физические условия работы для людей 50+»;

«1. Средний возраст коллектива в нашей компании 19–32 года, не приживаются как-то сотрудники более старшего поколения, вероятно, это связано с тем, что вся корпоративная культура компании построена на теории поколений для Х и Y. 2. У нас очень прогрессивная компания в плане автоматизации и внедрения новых проектов, людям за 50 сложно успевать в таком темпе»;

«Внутренний заказчик делает заявку на поиск, в которой указывает возрастные пожелания»;

«Молодой коллектив, пожелание руководства»;

«Кандидаты более старшего возраста не справляются с необходимым объемом информации и многозадачностью, также возможны затруднения с коммуникациями»;

«Мы неоднократно пробовали нанимать соискателей возраста 35+, но они, попадая в коллектив от 20 до 30 лет, чувствовали себя некомфортно и не задерживались дольше двух недель. В итоге мы перестали экспериментировать с возрастными сотрудниками»;

«Потому что кандидат в предпенсионном возрасте, как правило, не может адаптироваться под новые условия динамичной компании»;

«Руководитель подразделения настаивал, чтобы кандидаты были определенной возрастной вилки (для «постарше» аргумент — наличие опыта и знаний, для «помоложе» — «чтобы влился в коллектив», «чтобы был поэнергичнее», «чтобы надеялся на рост»)»;

«Требования руководителей отделов, потому что возрастные кандидаты менее гибкие (полагают, что много знают, опираясь на старые знания), менее обучаемые (нет желания быть опять студентом), менее подконтрольные руководителю младше себя (у нас средний возраст руководителя 35 лет), менее оперативные (нам нужно всё быстро, здесь и сейчас)».

По ответам очевидно, что иногда причины основаны всего лишь на стереотипных представлениях о «возрастных» сотрудниках, иногда — на реальном неудачном опыте найма сотрудника старшего возраста, который не очень хорошо проявил себя в работе или не смог адаптироваться в коллективе, что было приписано именно возрасту сотрудника. Нередко пожелания к возрасту кандидата исходят от нанимающего менеджера (будущего начальника), а вовсе не от рекрутера, как часто думают соискатели.

Мы задали всем участникам опроса прямой вопрос, рассматривают ли они резюме кандидатов пенсионного возраста. 30% ответили, что не рассматривают в принципе, 53% — что рассматривают в числе прочих. И 17% ответили, что не рассматривают, потому что соискатели пенсионного возраста не откликаются на их вакансии.

На вопрос о готовности нанимать кандидатов пенсионного возраста были получены следующие ответы:

  • Да, мы готовы и принимаем таких кандидатов — 38%;
  • Да, мы готовы, но пока ни разу не наняли — 28%;
  • Нет, мы не готовы — 34%.

Работодателей, выбравших вариант «не готовы», мы спросили о причинах. Вот их ответы:

  • Такие сотрудники менее гибкие в работе, более стереотипны в мышлении, излишне привержены своему опыту, который мешает обучаемости новому — 44%;
  • У нас молодой коллектив, работники пенсионного возраста не впишутся в нашу корпоративную культуру — 33%;
  • Такие сотрудники не обладают психологической гибкостью для адаптации к новому, а в нашей работе это очень важно — 33%;
  • Такие сотрудники слабо ориентируются в современных технологиях, а в нашей работе это очень важно — 31%;
  • В основном ведем наём на позиции, требующие физической выносливости и физической силы, для которой пенсионеры объективно не подходят — 25%;
  • Такие сотрудники не обладают современными знаниями в своей области (имеют неактуальные знания, устаревающие знания) — 25%;
  • Такие специалисты не умеют принимать быстрых взвешенных решений, не умеют быстро справляться с поставленными задачами — 19%;
  • Такие сотрудники имеют высокие зарплатные ожидания в силу накопленного опыта — 15%;
  • Такие специалисты недостаточно активны и инициативны — 10%;
  • Такие сотрудники часто уходят на больничный в связи со слабым здоровьем — 8%;
  • Такие сотрудники не готовы работать сверхурочно — 6%;
  • Такие сотрудники подвержены профессиональному выгоранию — 2%;
  • Другое — 17%;
  • Затрудняюсь ответить — 10%.

Подчеркнем еще раз: это мнение тех, кто принципиально не нанимает сотрудников пенсионного возраста (независимо от их реального опыта работы с ними). Однако работодатели замечают и сильные стороны сотрудников пенсионного возраста. Мы спросили представителей тех работодателей, у которых работают такие сотрудники, в чем они видят их преимущества. И вот как распределились ответы:

  • Они заинтересованы в долгосрочном сотрудничестве (невысокая текучесть кадров среди работников в возрасте 45+) — 69%;
  • Они имеют ценный багаж знаний и опыта — 67%;
  • У них широкий круг профессиональных связей, контактов, полезных компании, — 47%;
  • У них невысокие зарплатные притязания — 44%;
  • Они готовы передавать опыт молодым, они хорошие наставники — 38%;
  • Они знают, чего хотят в работе, и умеют этого добиваться — 29%;
  • Они — авторитет в компании, к ним прислушиваются партнеры и клиенты — 9%;
  • Другое — 2%;
  • Затрудняюсь ответить — 2%.

Как повысить свои шансы обращения к тому работодателю, свободному от возрастных предрассудков? Можно посоветовать рассматривать предложения о работе, где указано, что требуется опыт от 6 лет и выше.

Кстати, сейчас такие специалисты востребованы на рынке. Так, с января по август 2020 года количество вакансий на hh.ru с требуемым стажем от 6 лет составило почти 80 тысяч, что на 4% выше, чем за аналогичный период прошлого года.

Используйте в расширенном поиске фильтр «Требуемый опыт работы»:

Из тех компаний, представители которых приняли участие в нашем опросе, сотрудники пенсионного возраста есть у 59%, предпенсионного возраста — у 57%. Нет таких сотрудников у 20% опрошенных работодателей.

В среднем работники пенсионного возраста составляют всего 7% от общего количества сотрудников опрошенных компаний, работники предпенсионного возраста — 11%.

В основном сотрудники старшего возраста занимают позиции рядовых специалистов.

Чаще всего работники пенсионного возраста выполняют административно-обслуживающие функции, задействованы в сфере производства или бухгалтерии.

Мы поинтересовались у работодателей размерами зарплат сотрудников пенсионного возраста в сравнении с зарплатами других сотрудников.

Отличается ли размер заработной платы у пенсионеров и остальных сотрудников на одинаковых должностях?

  • Да, отличается — 11%;
  • Отличается иногда — 20%;
  • Нет, не отличается — 69%.

В какую сторону отличаются зарплаты сотрудников пенсионного возраста от зарплат сотрудников других возрастов на схожих должностях?

  • Сотрудники пенсионного возраста получают больше, чем сотрудники других возрастных групп, — 11%;
  • Сотрудники пенсионного возраста получают меньше, чем сотрудники других возрастных групп, — 43%;
  • Бывает и так, и так — 36%.

У большинства опрошенных существуют программы наставничества и передачи опыта (такие программы есть у 74% опрошенных компаний, в которых работают сотрудники пенсионного возраста, и у 75% опрошенных компаний, в которых таких сотрудников нет).

Если в компании есть сотрудники пенсионного возраста и действуют такие программы, то они, как правило, участвуют в них (у 76% опрошенных работодателей, соответствующих этим условиям).

Образование, социальный статус и гендерные стереотипы в Швейцарии

Молодые люди в Швейцарии чаще всего хотят быть пилотами. Keystone / Ennio Leanza

Мальчики должны быть космонавтами и десантниками, а девочки должны стоять у плиты? А как в Швейцарии?

Этот контент был опубликован 23 октября 2020 года — 07:00
Изобель Лейбольд-Джонсон
Доступно на 2 других языках

Русскоязычную версию материала подготовил Игорь Петров.

Молодые мужчины в Швейцарии более активно стремятся занять более высокий социальный статус, чем молодые женщины. Таковы итоги недавно проведенного исследования. Это значит, что системного сексизма в Швейцарии может и не быть, хотя очевидно: какой бы путь вы в Швейцарии ни выбрали, будь то путь профтехобразования или академическую стезю, этот выбор окажет заметное влияние на ваши карьерные цели и результаты их достижения. Но ваш ли это будет выбор?

Эксперты Цюрихского университета Ирэн Кризи (Irene Kriesi) и Ариане Базлер (Ariane Basler) использовали в своих выкладках данные швейцарского кроссплатформенного опроса детей и юношества (Swiss Longitudinal Survey on Children and YouthВнешняя ссылка), участие в котором приняли 1 000 молодых людей в возрасте от 15 до 21 года. Цель состояла в том, чтобы выяснить корреляцию между выбранным ими образовательным форматом и их профессиональными амбициями. 

Результаты были опубликованы в последнем выпуске журнала Journal Social Change in Switzerland под заголовком

Die Entwicklung der Berufswünsche von jungen Frauen und Männern in der SchweizВнешняя ссылка («Развитие и эволюция характера карьерных устремлений молодых женщин и мужчин в Швейцарии»). Гендерные различия в этой области становятся очевидны уже примерно к 15-летнему возрасту, когда в Швейцарии заканчивается обязательное начальное школьное образование и настает пора ответа на старый вопрос «Где работать мне тогда, чем заниматься?». 

Как оказалось, здесь существуют твердые гендерные стереотипы и паттерны: мальчики хотят быть, нет, не военными, а ИТ-специалистами, профессиональными спортсменами или автомеханиками, девочки же делали выбор в пользу коммерции, медицины или работы в детских садах. Напомним, что в Швейцарии после у словного «девятого класса» можно выбрать обучение профессии на производстве или путь через гимназию в университет. Две трети молодых людей в Швейцарии выбирают на данный момент первый путь, и лишь около 20% молодых людей поступают в гимназии, которые готовят учащихся к поступлению в университет.

И вот возникает вопрос: а есть ли тут какие-то гендерные различия? Исследование показало, что если девушки в возрасте 15 лет, обучающиеся в гимназии, мечтают о профессии врача, ветеринара, юриста или учителя начальной школы, то их подруги, пошедшие условно в ПТУ, хотят работать продавцом, воспитательницей детского сада, флористом или ассистентом врача.

Статусные профессии

А вот юношей в возрасте до 18 лет, все равно будь то ученики ПТУ или студенты гимназии, по-другому: они, согласно исследованию, стремились получить профессию, гарантирующую им более высокий социальный статус, заметно превосходя в своих амбициях своих сверстниц. По мнению Ирэн Кризи, профессора Швейцарского федерального института проблем профессионального образования и обучения (Eidgenössisches Hochschulinstitut für Berufsbildung EHBВнешняя ссылка), причиной такой ситуации являются «традиционные гендерные ролевые модели».

Внешний контент

«Молодые мужчин изначально готовятся к роли кормильцев семьи, и они склонны стремиться к хорошо оплачиваемым статусным профессиям с хорошими возможностями карьерного роста. Молодые же женщины часто заранее программируются на роль воспитателей детей, что заметно сдерживает их карьерные устремления. Кроме того, в Швейцарии по-прежнему нормой является гендерно отформатированный характер процесса выбора будущей профессии», — говорит Ирэн Кризи.

Внешний контент

«Многие профессии, в которых традиционно заняты женщины, предлагают более низкую заработную плату, более низкий социальный статус и меньше возможностей карьерного роста, чем профессии, в которых заняты мужчины, или же более нейтральные в гендерном отношении профессии. Поэтому в итоге молодые женщины получают более низкий социальный статус, притом что, по данным многих исследований, они показывают куда лучшие результаты по итогам обучения в школе.

Важным фактором, формирующим карьерные устремления и амбиции молодых людей, является уровень образования родителей: молодые люди с родителями, имеющими высшее образование, как правило, имеют более высокие статусные устремления, нежели те, у чьих  родителей более низкое образование, даже если молодые люди имеют одинаковые оценки в аттестате зрелости или даже если они проходят один и тот же образовательный путь.

Международное сравнение

Такая «сегрегация» по гендерному признаку в профессиональной сфере особенно заметна в таких странах, как Швейцария и Германия, где создана и работает так называемая дуальная система образования. «В Швейцарии большинство молодых людей должны уже в относительно раннем возрасте 14 или 15 лет принимать решение о том, как они хотели бы получить свое дальнейшее образование: на производстве и в ПТУ / колледже или в гимназии и потом в Университете? 

При этом молодые люди часто ориентируются на встроенные им социальными конвенциями гендерные фильтры, которые предписывают им одни профессии рассматривать как мужские, а другие — как женские. Кроме того, молодые люди бывают особенно восприимчивы к гендерно-типичным предложениям родителей, учителей и консультантов в области профориентации, а также к групповому давлению со стороны сверстников, требующих соблюдения гендерных «норм», — уточняет Ирэн Кризи.

В самом деле, в США, например, у многих молодых людей в школах возникают и развиваются очень высокие и порой нереалистичные устремления и амбиции, которые они начинают корректировать только после окончания школы. То же самое происходит и на постсоветском пространствеВнешняя ссылка. Анализ среднего балла ЕГЭ, использованного абитуриентами для поступления на конечную специальность, показал, что результаты женщин в большинстве случаев выше, в том числе на «мужских» специальностях. 

Однако женщины, имея, таким образом, более широкие возможности для выбора, не пользуются ими в полной мере — лишь на немногих «мужских» специальностях в последние годы стабильно повышается доля женщин. Что делают для слома этой системы в Швейцарии? Здесь начали развивать систему университетов и высших школ прикладных наук, которые позволяют молодым людям со средним специальным профессиональным образованием продолжать обучение на университетском уровне. 

Долгосрочное планирование 

«Это повысило проницаемость швейцарской системы образования, но количество молодых людей, пошедших таким путем, все еще остается небольшим», — отмечает И. Кризи. Особенно тяжело совершить этот скачок молодым людям, получившим профессионально-техническое образование на низком или среднем уровне академических требований к успеваемости и компетенциям. Переподготовка и переориентация на иную область трудовых и карьерных интересов также обходится недешево в плане как моральных, так и материальных ресурсов. 

«Следовательно, очень важно — особенно для молодых женщин — изначально продумывать свою долгосрочную карьерную перспективу, думая о том, предоставляет ли им их будущая предполагаемая профессия те долгосрочные возможности (с точки зрения дохода, статуса, возможностей карьерного роста), к которым стремятся их сверстники иного пола», — резюмирует И. Кризи.

Статья в этом материале

Ключевые слова:

В соответствии со стандартами JTI

Показать больше: Сертификат по нормам JTI для портала SWI swissinfo.ch

#LetsTalkAboutYes. Как развенчивать мифы и разрушать стереотипы о согласии в сексе

В основе так называемой «культуры изнасилования», нормализующей и даже оправдывающей сексуальное насилие (в том числе изнасилования) в обществе, лежат вредные мифы и гендерные стереотипы, способствующие её формированию.

Обстоятельства изнасилования могут быть самыми разными. Добровольное согласие обоих партнёров – единственный способ отличить изнасилование от не изнасилования. Манера одеваться, прошлое или брак не подразумевают согласия.

Важно, чтобы наши действия и слова способствовали развенчанию мифов об изнасиловании, а не питали их.

Помните, что «разрушители мифов» могут невольно упрочить их, сами того не желая. Привлечение повышенного внимания к «мифам» может способствовать распространению таковых. Всегда остаётся риск того, что люди запомнят сам миф, а не аргументы, нацеленные на его «разрушение».

В случае создания публичного контента следует тщательно взвешивать, не будут ли публикуемые художественные произведения, мнения или комментарии невольно восприниматься как содержащие или упрочивающие неверные суждения или стереотипы, касающиеся гендера, пола, согласия и прочих аналогичных вопросов. В случае сомнений перед публикацией лучше посоветоваться с другими людьми.

Ниже приводятся факты, отвечающие на самые частые «мифы об изнасиловании» и стереотипы:

  • То, как человек одевается, сколько спиртного выпил, с кем встречается, как себя ведёт и какой жизнью живёт не делает его виновным в том, что его изнасиловали. В изнасиловании виноват исключительно насильник.
  • Изнасилование – нарушение физической неприкосновенности и сексуальной автономии другого, а значит уголовное преступление, обусловленное действиями насильника, а НЕ жертвы (ответ на такие высказывания, как «она сама напросилась из-за того, как была одета», «они заигрывали», «даже если это и изнасилование, жертва сама виновата», «изнасилование того, кто работает в секс-индустрии, не изнасилование» и т.п.).
  • Убедиться в согласии другого партнёра – обязанность обоих. Отсутствие «нет» ещё не значит «да». Только выраженное «да» можно считать согласием. Есть множество причин, по которым человек не может сказать «нет». Кроме того, разные люди по-разному реагируют на сексуальное насилие (ответ на такие высказывания, как «они не говорили нет», «они не были против» и «не было никакого насилия»).
  • Несмотря на то, что чаще всего жертвами изнасилований становятся женщины и девушки, изнасилованию может подвергнуться любой человек, независимо от гендера (ответ на высказывание «мужчин не насилуют»).
  • Свидание, приглашение домой и предыдущие сексуальные отношения не могут быть истолкованы как согласие на секс в этот конкретный раз (ответ на высказывание «они же согласились на секс на прошлой неделе, значит и сегодня не против»).
  • Чаще всего насильники – сексуальные партнёры, бывшие партнёры или знакомые жертвы (ответ на высказывание «чаще всего насильники – незнакомцы, люди, которых пострадавшие не знают, явные и абсолютные ”злодеи”», «невозможно изнасиловать сексуального партнера или того, с кем состоишь в браке»).
  • Чаще всего жертвы подвергаются изнасилованию у себя дома, недалеко от дома или дома у того, кого хорошо знают (ответ на высказывание «многие считают, что сексуальное насилие и изнасилования происходят только по ночам в общественных местах и на улицах под покровом темноты, например в закоулках, лесах, парках»).
  • Изнасилование – уголовное преступление, которое может повлечь тяжёлый вред. Нередко считается, что изнасилование – не «настоящее преступление» или что жертвы заявляют в полицию об изнасиловании только потому, что пожалели, что вступили в сексуальные отношения. НА САМОМ ДЕЛЕ изнасилование – уголовное преступление из-за вреда физическому и психическому здоровью жертвы, а также посягательства на физическую неприкосновенность и сексуальную автономность (ответ на высказывание «это всего лишь нежелательный секс»).
  • Для того чтобы заявить о насилии в полицию, пострадавшим приходится проявить недюжинную смелость и силу духа. Жертвы заслуживают того, чтобы им поверили. Их нужно поддержать и провести тщательное расследование по факту заявления (ответ на такие высказывания, как «многие пострадавшие врут о том, что подверглись изнасилованию/ преследованию, и заявляют в полицию только из мести или потому что не хотят признавать добровольную связь», «женщины – мстительны»).
  • Многие пострадавшие не заявляют в полицию об изнасиловании. Те, кто решил заявить или рассказать о том, что произошло, часто делают это лишь спустя несколько недель, месяцев, а то и лет. Несмотря на это, то, что им пришлось пережить, по-прежнему актуально и важно (ответ на высказывание «о “настоящем” сексуальном насилии заявляют сразу», см. #WhyIDidntReport в Twitter).
  • Изнасилования случаются гораздо чаще, чем кажется, причём чаще всего пострадавшими становятся женщины. В ЕС жертвой изнасилования становится 1 из 20 женщин в возрасте от 15 лет и старше. А это порядка 9 миллионов женщин. При этом 1 из 10 женщин в странах ЕС сталкивается с сексуальным насилием в той или иной форме (ответ на высказывание «изнасилования случаются нечасто»).
  • Важно обеспечить признание того факта, что изнасилование носит гендерный характер, и начать применять подход, учитывающий гендерные особенности, уделяя при этом должное внимание конкретным потребностям различных групп пострадавших от сексуального насилия. Меры, разработанные в помощь женщинам и девушкам, можно использовать и для защиты мужчин, небинарных людей, представителей любого гендера, переживших сексуальное насилие (ответ на высказывание «почему речь идёт только о женщинах? Мужчин тоже насилуют»).
  • У работников сексуальной индустрии тоже есть право соглашаться или не соглашаться на секс, следовательно, они могут стать жертвами изнасилований, как и любой другой человек. Предложение секса за деньги подразумевает согласие, а не изнасилование или насилие (ответ на высказывание «изнасилование того, кто работает в секс-индустрии, не сексуальное насилие»).

Теперь вы знаете, как говорить о согласии и готовить контент, который, по вашему мнению, может обогатить дискуссию в контексте ведения семинаров – самостоятельно или в группе. В другом нашем блоге мы рассказываем о принципах «мультиплицирования», то есть о том, как мотивировать дискуссию о согласии в сексе и сделать её креативной.

Белоруска с инвалидностью по зрению разрушает стереотипы и делает онлайн-среду доступной для незрячих людей во время COVID-19

Ольга Полошовец – директор некоммерческой организации, которая реализует проекты помощи уязвимым группам населения. Ольга полностью утратила зрение 16 лет назад, но это никак не повлияло на её активность. Сегодня она мать троих детей, имеет педагогическое и юридическое образование, у нее за плечами – несколько бизнес-проектов. В 2018 году Ольга приняла участие в программе профессионально-культурного обмена USAID Community Connections и очень активна как ее выпускница.

После участия в программе Community Connections и знакомства с лучшими американскими практиками Ольга пересмотрела свой подход к работе с людьми с инвалидностью. «Раньше у нас не было такого широкого понимания инклюзии, смешанных групп, мы боялись смешивать вместе в группах зрячих и незрячих. Мы создавали для незрячих людей более тепличные условия, чтобы им было комфортно, а это неправильно». Вернувшись из Америки, Ольга в сотрудничестве с выпускницами программы Community Connections Светланой Сенько, Еленой Ветровой и Ириной Новиковой изменили свою деятельность с учетом более широкого понимания инклюзии, которое подразумевает взаимодействие незрячих люди со со зрячими. 

В 2020 году Ольга и выпускницы программы Community Connections поддержали людей с нарушениями зрения, оказавшихся особенно уязвимыми во время пандемии COVID-19, и помогли им в освоении Интернет-пространства. Эта инициатива была реализована при поддержке USAID и в партнерстве с Минской и Гродненской областными организациями Белорусского товарищества инвалидов по зрению.

Идея Ольги и её команды поддержать незрячих людей оказалась очень актуальной в 2020. Пандемия COVID-19 принесла с собой новые вызовы для незрячих людей. Когда началась пандемия коронавирусной инфекции, люди оказались в полнейшей изоляции и их надо было как-то вовлечь в активную жизнь. Так и родилась инициатива включения незрячих людей посредством онлайн мероприятий. Волонтеры обучили участников азам пользования Интернетом, научили пользоваться приложениями, голосовыми программами, чтобы люди с инвалидностью по зрению могли принимать участие в мероприятиях. 

В рамках инициативы были организованы онлайн мастер-классы по ораторскому искусству, психологии, правовым вопросам, соцсетям и другим актуальным темам. Как пример вебинара: совершенно незрячий блогер Андрей Ляпустин проводил кулинарный онлайн мастер-класс по приготовлению блюд вслепую. Также была запущена горячая линия по приему заявок от людей с инвалидностью, нуждающихся в помощи волонтеров в осуществлении повседневных дел и сопровождении при посещении медучреждений. В дополнение, стартовала и горячая линия для незрячих людей, нуждающихся в помощи психолога и юриста.

Инициатива открыла для незрячих людей новые горизонты: умение обучаться, организовывать свой досуг; показала, что онлайн-пространство предоставляет огромные возможности незрячим людям. У них также появился новый канал коммуникации —  они открыли для себя соцсети. 

Ольга и ее команда не остановились на достигнутом и в январе 2021 запустили новый проект «Невидимый мир». Это первый и единственный в Беларуси проект, где применяется новая концепция проведения тренингов и других мероприятий в полной темноте. Темнота является стрессовой ситуацией, в которой у человека открывается скрытый потенциал и возможности. Проект работает в нескольких направлениях, в том числе,  для детей, и включает тренинги на командообразование, проведение консультаций, романтические свидания, программы для открытия периферийных человеческих возможностей. Он ценен еще и тем, что даёт возможность зрячим людям оказаться в состоянии, котором постоянно пребывают незрячие люди, и понять, как они себя ощущают и как сложно им ориентироваться.

Благодаря участию в программе Community Connections, Ольга получила новое видение инклюзивных программ, после чего открыла новые горизонты для незрячих и зрячих людей. Подобные проекты вносят огромный вклад в развитие инклюзии в Беларуси. С момента старта программы обмена USAID в 2006 году более 700 белорусских специалистов приняли участие в поездках и получили шанс обучиться лучшим американским практикам, а также познакомиться с культурой США в многочисленных сообществах страны. USAID Community Connections ежегодно дает возможность 60 участникам развивать навыки лидерства и предпринимательства и вносит вклад в социальное и экономическое развитие Беларуси.

Роль негативных расовых стереотипов лиц африканского происхождения в увековечивании расовой несправедливости – доклад

Роль негативных расовых стереотипов лиц африканского происхождения в увековечивании расовой несправедливости – доклад

Полное название: Роль негативных расовых стереотипов и стереотипное представление о лицах африканского происхождения в увековечивании принятия решений с расовой предвзятостью, расового неравенства и расовой несправедливости


Автор:

Рабочая группа экспертов по лицам африканского происхождения

Представлено:

Генеральная Ассамблея, 74 -я сессия

Наследие расовых стереотипов и негативных характеристик лиц африканского происхождения, созданных для оправдания порабощения африканцев, сохраняется и сегодня.Расовые стереотипы эволюционировали, трансформируя общество, и продолжают наносить вред лицам африканского происхождения и нарушать их права человека.

В условиях глобализации возникла необходимость в разработке надежной системы прав человека, включая механизмы, специально предназначенные для борьбы с расизмом. Юридически распознаваемые утверждения о расовой несправедливости часто вызывали открытое осуждение. Однако недостаточно внимания уделяется решению проблемы расовых предубеждений и стереотипов, которые являются коренными причинами дискриминации.Они очевидны во многих областях, включая систему уголовного правосудия, здравоохранение, образование, занятость и жилье, и поддаются измерению с точки зрения укоренившихся расовых различий.

В настоящем докладе Рабочая группа экспертов по проблеме лиц африканского происхождения рассматривает роль негативных расовых стереотипов и стереотипного представления о лицах африканского происхождения в увековечивании процесса принятия решений, основанного на расовой предвзятости, расового неравенства и расовой несправедливости. Рабочая группа рассматривает историческое использование и продолжающееся распространение расовых стереотипов и расовых стереотипов в повседневной жизни, в том числе в рекламе, средствах массовой информации, социальных сетях, системе уголовного правосудия и в других местах.Во многих областях общества мы продолжаем наблюдать очернение лиц африканского происхождения, а также стремление контролировать черные тела, которое подтверждается образами, которые мы видим и терпим. Отчет завершается рекомендациями по устранению расовых предубеждений и стереотипов в отношении лиц африканского происхождения.

границ | Культурные стереотипы как привратники: повышение интереса девочек к компьютерным наукам и технике за счет диверсификации стереотипов

В 2010 году компания Mattel позволила девочкам голосовать онлайн за то, какую карьеру они хотят, чтобы Барби сделала следующей.Они предоставили девочкам выбор одной из пяти профессий: ведущая новостей, архитектор, хирург, эколог и компьютерный инженер. Компьютерный инженер Барби в конечном итоге одержала убедительную победу после того, как женщины-инженеры и другие специалисты в области технологий запустили онлайн-кампании в технологических сообществах, чтобы получить право голоса. Они надеялись, что будущие поколения девочек будут играть с компьютерным инженером Барби и вдохновятся на карьеру в области компьютерных наук и инженерии (Мартинчич и Бхатнагар, 2012). После закрытия голосования Mattel объявила об одновременном выпуске двух Барби: компьютерного инженера и ведущего новостей.Хотя Барби-компьютерщик выиграла «народное голосование», эмпирическое исследование Mattel показало, что «голос девочек» достался ведущей новостей Барби (Zimmerman, 2010). Этот анекдот символизирует более широкую тенденцию в нашем обществе: несмотря на усилия людей в сфере образования, технологий, правительства и некоммерческих организаций, направленных на то, чтобы заинтересовать девочек будущим в области компьютерных наук и инженерии, девочки выбирают другие области.

В настоящее время женщины составляют 48% выпускников медицинских вузов и 47% выпускников юридических вузов (Jolliff et al., 2012; Американская ассоциация юристов, 2014 г.). Даже в сфере STEM (наука, технологии, инженерия и математика) женщины получают большинство степеней бакалавра США (59%) по биологии и почти половину по химии и математике (Национальный научный фонд, 2013). Однако в области компьютерных наук и инженерии женщины получают менее 20% степеней бакалавра (Национальный научный фонд, 2013 г.). Гендерное неравенство в компьютерных науках и технике проблематично по крайней мере по трем причинам. Во-первых, рабочие места в этих областях часто высокостатусные, прибыльные и гибкие (Kalwarski et al., 2007), и, таким образом, женщины упускают работу, которая потенциально выгодна для них. Во-вторых, компьютерщики и инженеры разрабатывают инструменты, которые формируют современное общество, и диверсификация области может помочь гарантировать, что эти области создают проекты, подходящие для широких слоев населения (Margolis and Fisher, 2002). В-третьих, в настоящее время США не готовят достаточно компьютерных ученых и инженеров, чтобы удовлетворить спрос (Soper, 2014). Эффективным способом сокращения этого разрыва было бы привлечение большего числа женщин и цветных людей.

Женщины занялись многими другими областями, ранее в которых доминировали мужчины, в том числе другими областями STEM, но не информатикой и инженерией. Почему дифференциал? По словам Гелернтера (1999), профессора компьютерных наук Йельского университета, объяснение недопредставленности женщин очевидно: «Женщины… должно быть, предпочитают не поступать, предположительно потому, что не хотят; предположительно потому, что им (по большому счету) не нравятся эти поля». Его заявление предполагает, что выбор женщин делается свободно и не ограничивается.Если женщины добровольно решают не заниматься информатикой, возможно, с этим ничего нельзя и не следует делать — в конце концов, это их выбор. Однако из большого количества научных исследований становится ясно, что существуют значительные социальные барьеры для входа женщин в компьютерные науки и инженерное дело, которые мешают женщинам сделать действительно «свободный» выбор (Ceci et al., 2009). Здесь мы анализируем эти барьеры и то, что можно с ними сделать.

Каким образом ограничивается выбор девочками образования? Во-первых, родители, учителя и другие лица, считающие, что эти профессии больше подходят мальчикам, могут оттолкнуть девочек от компьютерных наук и инженерии (Eccles et al., 1990; Садкер и Садкер, 1994). Во-вторых, сам факт недопредставленности может увековечить недопредставленность в будущем (Murphy et al., 2007). Если девушки не считают ученых-компьютерщиков и инженеров людьми, с которыми они чувствуют себя похожими, они могут более неохотно заниматься этими областями (Dasgupta, 2011; Meltzoff, 2013). В-третьих, девушки систематически недооценивают свои успехи в этих областях, и это предсказывает их меньший интерес к поступлению в них (Correll, 2001; Ehrlinger and Dunning, 2003).В-четвертых, девочки могут предвидеть более серьезные конфликты между работой и семьей в этих областях (Ceci et al., 2009). В-пятых, в этих областях существует дискриминация, которая не позволяет квалифицированным женщинам пользоваться теми же возможностями, что и их коллегам-мужчинам (Moss-Racusin et al., 2012). В-шестых, женщины, вступающие в традиционно мужские сферы деятельности, могут подвергаться социальному и профессиональному наказанию за проявление компетентности и лидерских качеств (Rudman, 1998). Все эти барьеры способствуют тому, что некоторые женщины предпочитают не вступать и упорствуют в таких областях, как информатика и инженерия.Обратите внимание, однако, что эти барьеры ранее существовали (и продолжают существовать) в других областях, где доминируют мужчины, в которые вошли женщины. Ключевой вопрос остается: что позволило другим областям принять больше женщин, в то время как информатика и инженерия продолжают отставать?

В этой статье мы представляем доказательства нового и мощного социального фактора, увековечивающего недопредставленность женщин и девочек: стереотипы о культуре этих областей. Мы начнем с выделения стереотипов о культуре из большого объема полезной работы по угрозе стереотипов .Затем мы описываем содержание студенческих стереотипов о культуре информатики и техники и документируем их распространенность в сознании американских студентов. В-третьих, мы описываем три способа передачи этих стереотипов о культуре: через окружающую среду, средства массовой информации и людей в полях, и почему эти стереотипы являются более сильным сдерживающим фактором для девочек, чем для мальчиков. В-четвертых, мы представляем эмпирические доказательства того, что эти стереотипы вызывают гендерное неравенство в интересе к компьютерным наукам и инженерии не только в колледже, но и на более ранних этапах, в том числе среди старшеклассников.Наконец, мы показываем, что эти стереотипы, хотя они и сильны, тем не менее очень податливы и что их изменение побуждает девочек и женщин работать в этих областях (не отговаривая мальчиков и мужчин). Обратите внимание, что исследования разных групп населения в разном возрасте и задавание разных вопросов (например, почему женщины недостаточно представлены в рабочей силе STEM?) могут выявить различные ответственные факторы (например, Eagly and Carli, 2007; Hewlett et al., 2008; Ceci). и др., 2009, 2014). Наш аргумент состоит в том, что стереотипы поля действуют как образовательные привратники, ограничивая тех, кто входит в эти поля, и что вмешательства, направленные на расширение культурного представительства этих полей, могут помочь привлечь в них больше разнообразия.

Двойные стереотипы и гендерное неравенство

К начальной школе, даже во втором классе, девочки уже придерживаются стереотипов, связывающих мальчиков с математикой (Cvencek et al., 2011). В большом количестве исследований угрозы стереотипов изучались последствия беспокойства о том, что о вас будут судить через призму негативного стереотипа (Steele, 1997). Это исследование показало, что негативные стереотипы о математических способностях девочек мешают их успеваемости по математике (Huguet and Regner, 2007; см. также Spencer et al., 1999; Мастер и др., 2014). Представленная здесь работа отличается от общепринятой работы по угрозе стереотипов тремя способами. Во-первых, работа над угрозой стереотипам сосредоточена на стереотипах о девушках и женщинах, тогда как наше внимание сосредоточено на стереотипах студентов о культуре полей. Оба набора стереотипов — стереотипы о самих девочках и стереотипы девочек о культуре — могут действовать одновременно, заставляя девочек чувствовать, что они не принадлежат компьютерным наукам и инженерии (см. рис. 1).

РИСУНОК 1. Студенты имеют стереотипы о культуре компьютерных наук и техники, а девочки сталкиваются с негативными стереотипами о своих способностях. Оба типа стереотипов сигнализируют девушкам, что информатика и инженерия не подходят для них.

Во-вторых, в то время как стереотипы о математических способностях девочек («девочки плохо разбираются в математике») негативны, мы исследуем стереотипы, которые не всегда негативны (Cheryan et al., 2009).Действительно, стереотипы компьютерных ученых и инженеров могут быть источником гордости, идентификации и принадлежности для некоторых в этой области (например, организации Geek Girl Dinners). Это отсутствие объективной негативности может затруднить разнообразие способов изображения полей, потому что эти стереотипы могут не рассматриваться как проблематичные, даже несмотря на доказательства того, что многие студенты находят их несовместимыми с тем, как они видят себя. В-третьих, эффекты угрозы стереотипов наиболее заметны среди женщин, которые уже хорошо идентифицируют себя и вовлечены в STEM, например, изучающих STEM (Schmader et al., 2008). Напротив, мы предполагаем, что стереотипы о культуре мешают многим девочкам даже рассматривать области в первую очередь и, таким образом, удерживают большее количество девочек от STEM.

Роль стереотипов на ранних стадиях разработки

На каком этапе подготовки девушки и женщины отказываются от компьютерных наук и инженерии? Хотя многие высококвалифицированные женщины покидают эти области (Hewlett et al., 2008), гораздо больший вклад в гендерный разрыв вносит то, что девочки гораздо реже, чем мальчики, выбирают их в первую очередь (de Cohen and Deterding , 2009).Среди старшеклассников девочки значительно реже посещают уроки компьютерного программирования, чем мальчики (Shashaani, 1994; Schumacher and Morahan-Martin, 2001), реже сдают тест на углубленное изучение информатики (AP), чем мальчики (College Board, 2013) и проявляют меньший интерес к карьере в области компьютерных наук и инженерии, чем мальчики (Weisgram and Bigler, 2006). К тому времени, когда они поступают в колледж, мужчины уже более чем в четыре раза чаще хотят специализироваться в области компьютерных наук и инженерии, чем женщины (Национальный научный фонд, 2012).Даже если бы каждая женщина, которая собиралась специализироваться в области компьютерных наук и инженерии при поступлении в колледж, осталась бы в этих областях, у мужчин все равно было бы значительно больше шансов получить степень в области компьютерных наук и инженерии, чем у женщин (см. рис. 2).

РИСУНОК 2. Процент первокурсников, женщин и мужчин, которые намереваются специализироваться в области компьютерных наук и инженерии, и процент студентов, получивших дипломы в области компьютерных наук и инженерии. Данные о первокурсниках взяты из U.S. высшие учебные заведения, в то время как данные о степенях взяты из учреждений США, присуждающих ученые степени, имеющих право участвовать в программах финансовой помощи Раздела IV. Были использованы последние доступные данные (2010 г. для первокурсников и 2012 г. для присвоенных степеней). Источник: Национальный научный фонд.

Несмотря на то, что ведутся споры о том, играют ли биологические факторы роль в недопредставленности женщин в STEM (Benbow and Stanley, 1982; Spelke, 2005), различия в интересе к компьютерным наукам и технике между мальчиками и девочками очевидны даже среди учащихся с самыми высокими математическими способностями. способности.Среди набравших наибольшее количество баллов по стандартизированному тесту по математике, проводимому в 10-м классе, девочки по сравнению с мальчиками чаще выбирали в колледже специальности, связанные с общественными науками и здоровьем, а не специальности по информатике, инженерии, физическим наукам и математике (Perez-Felkner). и др., 2012). Информатика и инженерия упускают из виду целую группу талантливых девушек, которые изначально не работают в этих областях.

Вмешательство на ранних стадиях разработки (т. е. до поступления в колледж) важно для устранения несоответствий в компьютерных науках и технике.Изменения в обществе будут происходить только в той мере, в какой студенты, изначально вовлеченные в эту область, смогут в ней остаться, поэтому исследования удержания, безусловно, важны и полезны. Однако для преодоления гендерного разрыва в компьютерных науках и инженерии сначала потребуется убедить больше девочек присоединиться к этим областям. Как мы покажем, культурные стереотипы влияют на выбор и интересы девочек, и делают это на ранних стадиях разработки.

Каково содержание компьютерных наук и инженерных стереотипов?

Когда студенты думают об ученых-компьютерщиках, они часто представляют себе «гиков», социально неуклюжих и увлеченных технологиями (Mercier et al., 2006; Роммес и др., 2007). Работа в области информатики и инженерии рассматривается как изолирующая и относительно не связанная с общими целями, такими как помощь обществу и работа с другими (Hoh, 2009; Diekman et al., 2010). Ученые-компьютерщики и инженеры также воспринимаются как обладающие мужскими интересами (например, видеоигры; Cheryan et al., 2011b), и их преподаватели чаще, чем преподаватели других областей (например, биологии, психологии), считают, что врожденная гениальность или для успеха требуется гениальность (Leslie et al., 2015). Конечно, многие ученые-компьютерщики не соответствуют этим стереотипам (Борг, 1999). Но убеждения людей обладают огромной силой определять их отношение, поведение и выбор, даже если эти представления совершенно не связаны с реальностью (Hasdorf and Cantril, 1954; Ross and Nisbett, 1991). По словам одной женщины, специализирующейся на компьютерных науках в Университете Карнеги-Меллона: «О, черт возьми, это не для меня»… Я не мечтаю в коде, как они» (Марголис и др., 2000, стр. 17). .

Стереотипы в области информатики и инженерии широко распространены в современном американском обществе, и даже молодые студенты часто поддерживают их.Когда старшеклассники описывали ученых-компьютерщиков, большинство (84%) упомянули по крайней мере один поддающийся измерению стереотип, в том числе техническую ориентацию, исключительную сосредоточенность на технологиях, социально неуклюжие, мужественные, умные или обладающие определенными физическими чертами, такими как очки или бледная кожа. (Мастер и др., неопубликовано). Студенты колледжей сообщили о схожих стереотипах, причем 67% упомянули хотя бы один из этих стереотипов в отношении ученых-компьютерщиков (Cheryan et al., 2013b). Студенты колледжей также менее склонны верить в то, что информатика и инженерия могут быть использованы для помощи людям или совместной работы, чем такие области, как медицина и юриспруденция (Hoh, 2009; Diekman et al., 2010).

В современном обществе стереотипы в области информатики и инженерии воспринимаются как несовместимые с качествами, которые ценятся в женщинах, такими как женственность, ориентированность на людей и скромность в отношении своих способностей (Diekman et al., 2011; Cheryan, 2012; Leslie et al. др., 2015). В результате, когда эти стереотипы широко распространены, девочки и женщины, но не мальчики и мужчины, считают, что они отличаются от тех, кто работает в поле, и сообщают о более низком «чувстве принадлежности» или чувстве соответствия культуре поля. (Черян и др., 2009; Мастер и др., на рассмотрении). Чем меньше учащиеся чувствуют свою принадлежность к какой-либо области, тем меньше вероятность того, что они будут заниматься этой областью (Good et al., 2012; Smith et al., 2013; Master et al., в стадии рассмотрения). Изменение этих стереотипов может позволить большему количеству девушек и женщин поверить в то, что им нужны компьютерные науки и инженерия.

Каналы передачи стереотипов о компьютерных науках и технике

Ниже мы рассмотрим три способа, с помощью которых учащиеся могут столкнуться со стереотипами в области информатики и инженерии — через средства массовой информации, людей в полях и окружающую среду.Поскольку информатика и инженерия не являются обязательными и часто даже не предлагаются в средних школах США (Stephenson et al., 2005), многие учащиеся не имеют непосредственного опыта в этих областях. В результате студенты часто полагаются на культурные стереотипы о компьютерных ученых и инженерах для получения знаний об этих областях. Однако у этих каналов передачи стереотипов есть и положительная сторона: они являются особенно подходящими механизмами культурных изменений, если вмешательства разработаны соответствующим образом.

Стереотипы, передаваемые через СМИ

В популярных фильмах и телешоу, таких как Real Genius , Теория большого взрыва и Силиконовая долина , ученые-компьютерщики и инженеры изображаются в основном белыми (а в последнее время и азиатскими) мужчинами, социально неквалифицированными и исключительно одержимыми технологиями. Точно так же изображения технологических компаний в популярных газетах и ​​книгах часто изображают «культуру стартапов», которая пронизывает некоторые технологические и инженерные профессии (например,г., Го, 2014; Миллер, 2014). Это прискорбно, потому что на самом деле такие изображения отражают в лучшем случае лишь небольшой процент рабочих мест в области компьютерных наук и техники (Бюро статистики труда, 2014). Тем не менее, старшеклассники сообщают, что на их представления о том, на что похожи ученые, больше влияют средства массовой информации, чем какой-либо другой источник (Steinke et al., 2007). Даже краткое знакомство с телевизионными изображениями может повлиять на отношение к изображаемой группе (Weisbuch et al., 2009).

Чтобы изучить, в какой степени воздействие стереотипных и нестереотипных представлений в СМИ влияет на интерес женщин к компьютерным наукам, студентки-студентки прочитали одну из двух сфабрикованных газетных статей.В одной статье утверждалось, что ученые-компьютерщики соответствуют текущим стереотипам, а в другой утверждалось, что ученые-компьютерщики диверсифицируются и больше не соответствуют стереотипам. Женщины, прочитавшие стереотипную статью, выразили меньший интерес к компьютерным наукам, чем женщины, прочитавшие нестереотипную статью. Кроме того, женщины, прочитавшие нестереотипную статью, значительно больше интересовались информатикой, чем женщины, не читавшие статьи (Cheryan et al., 2013b). Изменение представлений о компьютерных науках и технике в средствах массовой информации может повысить интерес женщин к этим областям.

Стереотипы, передаваемые узкими характеристиками людей в полях

Преподаватели, студенты и специалисты отрасли обладают определенными характеристиками, привычками и системами убеждений, которые могут сигнализировать о том, что является нормативным и ценным в данной области. Например, на веб-сайте engineeringyourlife.org Национальной инженерной академии изображена женщина-компьютерщик, которая, похоже, соответствует определению образца для подражания для девочек: она успешна, компетентна и разделяет их пол (Marx et al., 2005; Стаут и др., 2011). Однако в ее профиле также описано, как она воплощает стереотипы компьютерных ученых и инженеров: она начала программировать в 11 лет и работает дизайнером видеоигр по «Звездным войнам». Ученые-компьютерщики и инженеры, воплощающие эти стереотипы, могут препятствовать тому, чтобы женщины занимались этими областями.

Чтобы выяснить, может ли встреча со стереотипным студентом-информатиком отпугнуть женщин, студенток-студенток пригласили в комнату для беседы с участником, который на самом деле был актером.Были задействованы три актера мужского пола и три актера женского пола. Беседа была короткой — в среднем менее 2 минут — и заключалась в том, что участник и актер обменивались базовой информацией о себе (например, год обучения, специальность, хобби, любимый фильм). Актер всегда заявлял, что он или она является младшим специалистом по информатике, но половина участников случайным образом была назначена для взаимодействия с актером, который соответствовал текущим стереотипам во внешности и предпочтениях (например, очки, футболка с надписью «Я код, следовательно, я есть», увлечения, включающие видеоигры) или тот, кто не соответствует этим стереотипам (например,г., однотонная футболка, хобби, включая тусовки с друзьями). После того, как взаимодействие было завершено, участников спросили об их интересе к специальности их партнера, а затем снова задали те же вопросы через 2 недели.

Результаты показали, что женщины, которые взаимодействовали со стереотипным студентом, были значительно менее заинтересованы в изучении компьютерных наук, чем те, кто взаимодействовал с нестереотипным студентом, и этот эффект был одинаково сильным независимо от того, был ли актер мужчиной или женщиной.При этом негативное влияние стереотипов сохранялось в течение 2 недель после взаимодействия (Черян и др., 2013а). Пол специалиста по компьютерным наукам имел меньшее значение для влияния на интерес женщин к информатике, чем степень, в которой он или она соответствовали современным стереотипам в области компьютерных наук.

Последующие эксперименты (а) выявили аналогичное влияние стереотипов о сверстниках на ожидаемый успех в компьютерных науках (Cheryan et al., 2011b), а также (б) исследовали, почему люди в этой области, воплощающие стереотипы в области компьютерных наук, могут уводить женщин от поле.Взаимодействие со стереотипной специализацией в области компьютерных наук снизило ожидаемый успех женщин в области компьютерных наук, но не повлияло на ожидаемый успех мужчин (Cheryan et al., 2011b). Почему? Женщины чувствовали себя менее похожими на стереотипного студента, чем на нестереотипного студента, что позволяет предположить, что студенты могут учитывать другие характеристики, помимо пола, при определении того, с кем они чувствуют себя похожими (см. также Cheryan et al., 2011b; Meltzoff, 2013). Когда люди, занимающиеся информатикой, изображают себя в соответствии со стереотипами, это может показать другим учащимся, что для достижения успеха в этих областях необходимо соответствовать стереотипам.

Ученые-компьютерщики и инженеры, которые изображают работу в своей области как весьма независимую, также могут препятствовать тому, чтобы женщины занимались их сферой деятельности. Студентки колледжа, которые читали об ученом начального уровня, который проводил обычный день, выполняя независимые задачи, сообщали о менее положительном отношении к научной карьере, чем студентки колледжа, которые читали об ученом начального уровня, который проводил обычный день, выполняя совместные задачи (Diekman et al., 2011). Более того, меньше студенток работают в областях, преподаватели которых считают, что успех в их области требует врожденной гениальности, убеждение, которое заметно в компьютерных науках и технике (Leslie et al., 2015). Изменение стереотипов о том, что работа является изолированной и требует врожденного таланта, может привлечь больше женщин к компьютерным наукам и инженерии.

Стереотипы, передаваемые через окружающую среду

90 004 Объекты и среда имеют большое значение, потому что они рассматриваются как источник информации о доминирующей культуре в этой среде, включая информацию о ценностях, убеждениях, нормах и практиках (Whiting, 1980; Cialdini et al., 1990; Markus and Kitayama, 1991). ). Окружающая среда, в которой информатика и инженерия изображаются как более совместимые с характеристиками, интересами и ценностями, присущими мужчинам и мальчикам, скорее всего, привлечет к ним меньше девочек, чем мальчиков.Однако знакомство учащихся с информатикой и инженерными средами, которые не соответствуют нынешним стереотипам, ориентированным на мужчин, может уменьшить гендерное неравенство в интересе к этим областям.

Студенты колледжей, не специализирующиеся в области компьютерных наук (чтобы сосредоточиться на найме), вошли в классную комнату факультета компьютерных наук Стэнфордского университета, которая была оформлена одним из двух способов (Cheryan et al., 2009). Для половины участников в комнате были предметы, которые другие студенты тесно ассоциировали со специальностями в области компьютерных наук — плакаты «Звездного пути», книги научной фантастики и сложенные друг на друга банки из-под газировки.Для другой половины участников в комнате были предметы, которые другие студенты не ассоциировали со специальностями в области компьютерных наук, — плакаты с изображением природы, нейтральные книги и бутылки с водой. Женщины в комнате, где не было стереотипных предметов, проявляли значительно больший интерес к компьютерным наукам, чем женщины в комнате, которая соответствовала стереотипам. У мужчин окружающая среда не повлияла на их интерес к информатике (Cheryan et al., 2009).

Образовательные онлайн-среды становятся все более важными в жизни студентов, поскольку университеты используют их в качестве инструментов для обучения.Чтобы проверить, влияет ли дизайн виртуальных классов на результаты обучения, студенты виртуально вошли в два класса в Second Life, интерактивную виртуальную трехмерную онлайн-среду. Оба были вводными классами информатики, но один содержал стереотипные объекты, а другой содержал нестереотипные объекты. В то время как только 18% женщин предпочли пройти курс в стереотипном классе, более половины мужчин (60%) выбрали этот класс. Кроме того, женщины ожидали худших результатов в классе со стереотипными объектами, чем мужчины, но в нестереотипном классе ожидания женщин выросли, так что женщины и мужчины ожидали одинаково хороших результатов (Cheryan et al., 2011а).

Почему стереотипное окружение отпугивало женщин больше, чем мужчин? Женщины сообщили о более низком чувстве принадлежности к окружающей среде в стереотипном окружении или о чувстве соответствия материальным компонентам и людям, которые, как предполагается, населяют окружающую среду. Напротив, мужчины сообщали о равном, а иногда и о большем чувстве принадлежности к окружающей среде в стереотипной среде, чем в нестереотипной среде (Cheryan et al., 2009, 2011a). Женщины реже, чем мужчины, ассоциировали себя со стереотипными объектами, и чем больше женщины воспринимали стереотипное окружение как мужское, тем меньший интерес они проявляли к нахождению в этом окружении (Cheryan et al., 2009).

На более ранних стадиях разработки ученики старших классов также демонстрируют аналогичное влияние на их интерес к вводным курсам информатики в классе, который соответствует или не соответствует современным стереотипам информатики (Master et al., находится на рассмотрении). Девочки чаще выбирали нестереотипный класс (68% девочек), чем стереотипный, в то время как мальчики не отдавали предпочтение нестереотипному классу (48%). Кроме того, исходный интерес девочек к курсу информатики, в котором классная комната не была описана, не отличался от их интереса к стереотипному курсу (и оба были ниже, чем к нестереотипному курсу), предполагая, что стереотипный класс соответствовал интересам девочек. ‘ предположения по умолчанию о вводных курсах информатики.Однако нестереотипная среда создала новый образ информатики и повысила их интерес по сравнению с исходным уровнем. Как и их коллеги из колледжа, старшеклассницы чувствовали себя хуже, чем мальчики, в соответствии с текущими стереотипами в области компьютерных наук. Чем меньше девочки сообщали о том, что они соответствуют текущим стереотипам, тем больше вероятность того, что они будут сдерживаться от стереотипной (но не нестереотипной) компьютерной среды (Master et al., пересматривается). Наблюдаемая изменчивость между девочками поразительна и предполагает, что существующие стереотипы следует диверсифицировать, а не устранять, что мы более подробно обсудим в следующем разделе.

Таким образом, женщины и девочки могут выбирать области, отличные от информатики и инженерии, отчасти из-за сдерживающей силы нынешних стереотипов, которые изображают культуру области таким образом, который несовместим с тем, как женщины видят себя. Когда ограничение снимается путем представления нестереотипного образа, чувство принадлежности и интерес девочек к сфере деятельности может возрасти, не уменьшая интерес мальчиков.

Важность изменчивости и диверсификации изображений компьютерных наук и техники

Во всех исследованиях, изучающих влияние стереотипов, есть значительная часть студентов, которые могут быть привлечены к этим областям из-за этих стереотипов.В исследованиях окружающей среды некоторые женщины (обычно 20–25% женщин) предпочитали стереотипную среду нестереотипной среде. Вместо того, чтобы пытаться пересмотреть существующие стереотипы, которые могут отпугнуть некоторых мужчин и женщин, более эффективной стратегией может быть диверсификация образа этих областей, чтобы учащиеся, интересующиеся этими областями, не думали, что они должны соответствовать определенному образцу, чтобы быть успешным. ученый-компьютерщик или инженер.

Диверсификация имиджа компьютерных ученых и инженеров может не только привлечь больше женщин в эту область, но и заставить некоторых мужчин чувствовать себя более желанными в этих областях.Действительно, в исследованиях окружающей среды некоторые мужчины (обычно 25–30% мужчин) предпочитали нестереотипную среду стереотипной среде. Кроме того, многие мужчины также высоко ценят возможность работать с другими и помогать другим (Diekman et al., 2011). Привлечение большего количества нестереотипных мужчин в сферу деятельности — это способ еще больше расширить стереотипы и разнообразить сферу деятельности (Drury et al., 2011).

Вопрос, который может возникнуть у наших читателей, заключается в том, справедливо ли представлять девушкам нестереотипный образ областей компьютерных наук и инженерии, если они затем войдут в эти области и будут не готовы к ориентированной на мужчин культуре, с которой они там сталкиваются. .Мы считаем необходимым и полезным подготовить девушек и женщин к препятствиям, с которыми они могут столкнуться в областях, где доминируют мужчины, и к тому, как их преодолеть. Мы также считаем, что культура этих областей должна быть изменена, чтобы быть более гостеприимной для разных людей. Однако наша точка зрения состоит в том, что девочки в настоящее время подвержены нереалистичному представлению об этих областях, в котором вся компьютерная наука и инженерная культура изображаются как соответствующие узкому профилю. Более широкое изображение, которое показывает много разных типов людей и рабочих сред в компьютерных науках и технике, на самом деле представляет собой более реалистичное изображение.Кроме того, как только мы начнем процесс привлечения большего числа женщин и девочек в эти области, процесс изменения культуры, скорее всего, будет развиваться сам по себе и будет способствовать дальнейшему улучшению фактической и предполагаемой культуры этих сфер для женщин.

Факультеты компьютерных наук в Карнеги-Меллон и Харви Мадд приводят два реальных примера того, как изменение культурных стереотипов может уменьшить гендерное неравенство в участии. В обоих случаях доля женщин, специализирующихся в области компьютерных наук, увеличилась с ~10 до 40% за 5 лет (Margolis and Fisher, 2002; Hafner, 2012).В дополнение к структурным изменениям (например, изменениям в процедурах найма) обе программы изменили стереотипы компьютерных наук, используя различные ролевые модели, знакомя студентов с широким спектром приложений компьютерных наук и обновляя их вводный курс, чтобы он больше не был рассматривается как поле деятельности только для «компактных всезнайок» (Margolis and Fisher, 2002; Hafner, 2012). Эти примеры показывают, что усилия по сокращению гендерного неравенства в компьютерных науках и инженерии выигрывают от активной работы по изменению культуры этих областей, чтобы они воспринимались как места, где всех студентов ценятся и имеют потенциал для достижения успеха.

Заключение: вклад в теорию и практику

Почему девочки, даже те, которые выросли с технологиями в своих домах и посещали уроки математики в старшей школе, реже, чем мальчики, занимаются компьютерными науками и инженерией? Наш главный тезис заключается в том, что недостаточное представительство девочек в этих областях не связано с их упорным отсутствием интереса к выбору этих областей. Вместо этого мы утверждаем, что выбор женщин ограничивается социальными факторами, особенно их стереотипами о людях, работах, и ценностях в этих областях (см. рис. 1).Эти представления, даже если они неточны, формируют академический выбор, который делают девочки, сообщая им, где они должны быть.

Мы также утверждаем, что можем изменить стереотипы студентов о культуре, используя относительно простые вмешательства в окружающую среду, средства массовой информации и разнообразив тип людей, представляющих эти области. Более успешный подход заключается не в «де-гиковании» областей, а в создании инклюзивных культур, чтобы тем, кто рассматривает эти области, не обязательно воплощать стереотипы, чтобы поверить, что они им подходят.Одним из конкретных способов создания инклюзивной культуры является рассмотрение того, кто выбран для представления области (например, кто преподает вводные курсы) и какие сообщения он или она сигнализирует о типе студента, который принадлежит к этой области. Если все представители похожи друг на друга, это может сигнализировать о том, что нужно соответствовать этой модели, чтобы добиться успеха в этой среде. Если есть разнообразие в том, кто представлен, это посылает сообщение о том, что разные люди могут быть успешными. Физические пространства — еще один эффективный способ показать, кто принадлежит.Мы показали, что возможно и осуществимо создавать физические пространства в более крупной среде, которые позволяют и мужчинам, и женщинам чувствовать себя там желанными. Наконец, также важно изменить истории, рассказываемые в СМИ об этих полях и о том, кто в них находится.

Основная идея этого исследования заключается в том, что ключевым фактором является изменчивость. Вместо того, чтобы изображать компьютерную науку и инженерию как узкие области, которые легко стереотипны и, следовательно, отталкивают большое количество студентов, потому что они «не принадлежат им», мы можем изменить то, как культура этих областей представлена ​​в сознании молодежи.Расширяя представление о том, что значит быть специалистом по информатике или инженером, мы можем не только привлечь больше женщин в эти области, но и точнее понять, что такое информатика и инженерия и кем они могут стать.

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Благодарности

Эта работа была поддержана грантами Национального научного фонда, DRL-1420351 для SC и SMA-0835854 для ANM.

Ссылки

Benbow, C.P., and Stanley, J.C. (1982). Последствия половых различий в способности к математическому мышлению в старшей школе и колледже: продольная перспектива. утра. Образовательный Рез. J. 19, 598–622. дои: 10.3102/000283120198

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Сеси, С.Дж., Гинтер, Д.К., Кан, С., и Уильямс, В.М. (2014). Женщины в академической науке: меняющийся ландшафт. Психология. науч. Общественные интересы 15, 75–141.дои: 10.1177/1529100614541236

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Черян С. (2012). Понимание парадокса в областях, связанных с математикой: почему одни гендерные разрывы сохраняются, а другие нет? Половые роли 66, 184–190. doi: 10.1007/s11199-011-0060-z

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Чериан С., Друри Б. и Вичаяпаи М. (2013a). Устойчивое влияние стереотипных моделей для подражания в области информатики на академические устремления женщин. Психология. Женщины Q. 37, 72–79. дои: 10.1177/0361684312459328

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Чериан, С., Плаут, В. К., Хэндрон, К., и Хадсон, Л. (2013b). Стереотипный ученый-компьютерщик: гендерные представления в СМИ как барьер для включения женщин. Половые роли 69, 58–71. doi: 10.1007/s11199-013-0296-x

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Чериан, С., Мельцофф, А. Н., и Ким, С. (2011a). Классы имеют значение: дизайн виртуальных классов влияет на гендерное неравенство на уроках информатики. Вычисл. Образовательный 57, 1825–1835 гг. doi: 10.1016/j.compedu.2011.02.004

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Чериан С., Сий Дж. О., Вичаяпаи М., Друри Б. и Ким С. (2011b). Мешают ли женские и мужские образцы для подражания, воплощающие стереотипы STEM, ожидаемому успеху женщин в STEM? Соц. Психол. Перс. науч. 2, 656–664. дои: 10.1177/1948550611405218

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Чалдини, Р. Б., Рено, Р. Р., и Каллгрен, К.А. (1990). Фокусная теория нормативного поведения: переработка концепции норм для сокращения количества мусора в общественных местах. Дж. Перс. соц. Психол. 58, 1015–1026. дои: 10.1037/0022-3514.58.6.1015

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Коррелл, SJ (2001). Пол и процесс выбора карьеры: роль предвзятой самооценки. утра. Дж. Соц. 106, 1691–1730. дои: 10.1086/321299

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Дасгупта, Н.(2011). Эксперты внутри группы и сверстники как социальные вакцины, которые прививают самооценку: модель прививки стереотипов. Психология. Инк. 22, 231–246. дои: 10.1080/1047840X.2011.607313

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

де Коэн, К.С., и Детердинг, Н. (2009). Расширение сети: национальные оценки гендерного неравенства в инженерии. Дж. Инж. Образовательный 98, 211–226. doi: 10.1002/j.2168-9830.2009.tb01020.x

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Дикман, А.Б., Кларк, Э.К., Джонстон, А.М., Браун, Э.Р., и Стейнберг, М. (2011). Гибкость в общих целях и убеждениях влияет на привлекательность карьеры STEM: свидетельство перспективы соответствия цели. Дж. Перс. соц. Психол. 101, 902–918. дои: 10.1037/a0025199

Опубликовано Резюме | Опубликован полный текст | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Друри, Б.Дж., Сий, Дж.О., и Чериан, С. (2011). Когда женские образцы для подражания приносят пользу женщинам? Важность отличия найма от удержания в STEM. Психология. Инк. 22, 265–269. дои: 10.1080/1047840X.2011.620935

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Игли, А. Х., и Карли, Л. Л. (2007). Сквозь лабиринт: правда о том, как женщины становятся лидерами . Бостон, Массачусетс: Harvard Business Press.

Академия Google

Экклс, Дж. С., Джейкобс, Дж. Э., и Гарольд, Р. Д. (1990). Стереотипы гендерных ролей, эффекты ожидания и социализация гендерных различий родителями. Дж.соц. Выпуски 46, 183–201. doi: 10.1111/j.1540-4560.1990.tb01929.x

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Хьюлетт С.А., Люс С.Б., Сервон Л.Дж., Щербин Л., Шиллер П., Соснович Э. и др. (2008). Фактор Афины: остановить утечку мозгов в области науки, техники и технологий . Отчет об исследовании Harvard Business Review. Бостон, Массачусетс.

Академия Google

Хох, Ю. (2009). Использование известных женщин в области инженерии-эколога, чтобы развеять заблуждения инженеров. Междунар. Дж. Окружающая среда. науч. Образовательный 4, 117–131.

Академия Google

Хьюге, П., и Регнер, И. (2007). Угроза стереотипов среди школьниц в квазиобычных школьных условиях. J. Образование. Психол. 99, 545–560. дои: 10.1037/0022-0663.99.3.545

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Марголис, Дж., и Фишер, А. (2002). Открытие клуба: женщины в компьютерной сфере. Психология. Женщины Q. 26, 381–382.

Академия Google

Марголис, Дж., Фишер А. и Миллер Ф. (2000). Анатомия интересов: женщины на бакалавриате по информатике. Женский шпилька. В. Спец. Выпуск Women Sci. 28, 104–126.

Академия Google

Маркус, Х. Р., и Китаяма, С. (1991). Культура и я: последствия для познания, эмоций и мотивации. Психология. Ред. 98, 224–253. doi: 10.1037/0033-295X.98.2.224

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Мартинчич, С. Дж., и Бхатнагар, Н. (2012).Повлияет ли компьютерный инженер Барби® на выбор профессии молодыми женщинами? Информ. Сист. Образовательный Дж. 10, 4–14.

Академия Google

Мастер А., Черян С. и Мельцофф А. Н. (2014). Снижение беспокойства девочек-подростков по поводу стереотипов STEM: когда учителя-женщины имеют значение? Междунар. Преподобный Соц. Психол. 27, 79–102.

Академия Google

Мельцов, А. Н. (2013). «Истоки социального познания: двунаправленное отображение себя-другого и гипотеза «как я», в Навигация по социальному миру: чему могут научить нас младенцы, дети и другие виды, под редакцией М.Банаджи и С. Гельман (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: издательство Оксфордского университета).

Академия Google

Мерсье, Э. М., Бэррон, Б., и О’Коннор, К. М. (2006). Образы себя и других как пользователей компьютеров: роль пола и опыта. Дж. Вычисл. Ассистент Учить. 22, 335–348. doi: 10.1111/j.1365-2729.2006.00182.x

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Мосс-Ракузин, К.А., Довидио, Дж.Ф., Бресколл, В.Л., Грэм, М.Дж., и Хандельсман, Дж. (2012). Тонкие гендерные предубеждения факультета естественных наук благоприятствуют студентам-мужчинам. Проц. Натл. акад. науч. США 109, 16464–16479. doi: 10.1073/pnas.1211286109

Опубликовано Резюме | Опубликован полный текст | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Перес-Фелкнер Л., Макдональд С., Шайдер Б. и Гроган Э. (2012). Субъективные ориентации подростков женского и мужского пола на математику и влияние этих ориентаций на получение высшего образования. Дев. Психол. 48, 1658–1673. дои: 10.1037/a0027020

Опубликовано Резюме | Опубликован полный текст | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Роммес, Э., Овербик Г., Шольте Р., Энгельс Р. и Де Кемп Р. (2007). «Меня не интересуют компьютеры»: гендерный выбор профессии подростками. Информ. коммун. соц. 10, 299–319. дои: 10.1080/13691180701409838

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Росс, Л., и Нисбетт, Р. Э. (1991). Человек и ситуация: взгляды социальной психологии . Филадельфия, Пенсильвания: Издательство Университета Темпл.

Академия Google

Садкер, М.и Садкер, Д. (1994). Несправедливость: как американские школы обманывают девочек . Нью-Йорк: Скрибнер.

Академия Google

Шумахер, П., и Морахан-Мартин, Дж. (2001). Пол, Интернет и компьютерные отношения и опыт. Вычисл. Гум. Поведение 17, 95–110. doi: 10.1016/S0747-5632(00)00032-7

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Шашаани, Л. (1994). Гендерные различия в опыте работы с компьютером и его влияние на отношение к компьютеру. J. Образование. вычисл. Рез. 11, 347–367. DOI: 10.2190/64MD-HTKW-PDXV-RD62

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Смит, Дж. Л., Льюис, К. Л., Хоторн, Л., и Ходжес, С. Д. (2013). Когда усердно стараться неестественно: принадлежность и мотивация женщин к областям STEM, в которых доминируют мужчины, в зависимости от затрат усилий. чел. соц. Психол. Бык. 39, 131–143. дои: 10.1177/0146167212468332

Опубликовано Резюме | Опубликован полный текст | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Спенсер, С.Дж., Стил, К.М., и Куинн, Д.М. (1999). Угроза стереотипов и женская успеваемость по математике. Дж. Экспл. соц. Психол. 35, 4–28. doi: 10.1006/jesp.1998.1373

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Steinke, J., Lapinski, M.K., Crocker, N., Zietsman-Thomas, A., Williams, Y., Evergreen, S.H., et al. (2007). Оценка влияния средств массовой информации на восприятие женщин в науке детьми среднего школьного возраста с использованием теста «Нарисуй ученого» (DAST). Науч. коммун. 29, 35–64.дои: 10.1177/1075547007306508

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Стивенсон, К., Гал-Эзер, Дж., Хаберман, Б., и Верно, А. (2005). Новый образовательный императив: улучшение компьютерного образования в средней школе . Заключительный отчет Ассоциации учителей информатики, Целевая группа по улучшению учебной программы. Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Ассоциация учителей информатики.

Академия Google

Стаут, Дж. Г., Дасгупта, Н., Хансингер, М., и Макманус, М.(2011). STEM в тренде: использование групповых экспертов для прививки женской самооценки в области науки, технологий, инженерии и математики (STEM). Дж. Перс. соц. Психол. 100, 255–270. дои: 10.1037/a0021385

Опубликовано Резюме | Опубликован полный текст | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Вейсграм, Э.С., и Биглер, Р.С. (2006). Девушки и научная карьера: роль альтруистических ценностей и отношения к научным задачам. J. Appl. Дев. Психол. 27, 326–348.doi: 10.1016/j.appdev.2006.04.004

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Уайтинг, BB (1980). Культура и социальное поведение: модель развития социального поведения. Этос 8, 95–116. doi: 10.1525/eth.1980.8.2.02a00010

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Тема: Стереотипы

Исследователь DO-IT недавно задал следующий вопрос на нашем дискуссионном форуме в Интернете. Я поделюсь с вами некоторыми ответами, чтобы вы могли получить представление о многочисленных содержательных дискуссиях онлайн-сообщества DO-IT.

Просто из любопытства, какие типичные стереотипы вы слышите о людях с ограниченными возможностями?

Посол DO-IT : Стереотип № 1, с которым я столкнулся лицом к лицу, это то, что люди думают, что я умственно отсталый только потому, что я физически неполноценен. Иногда они говорят со мной свысока. Я ненавижу это, но если я больше не увижу их или не увижу каждый день, я спокойно пропущу это. Этот стереотип очень унизителен. Когда я учился в средней и старшей школе, меня это очень расстраивало.Инвалидам часто приходится доказывать, что они достойны уважения, а это несправедливо. Мы должны усерднее работать над всем остальным — почему мы должны усерднее работать, чтобы получить уважение, в котором мы нуждаемся и которого заслуживаем? Часто этот стереотип приводит к отчуждению и изоляции; тогда это может вызвать депрессию…

DO-IT Scholar : Мне также пришлось столкнуться со стереотипом об умственно отсталых из-за моей физической инвалидности. Но мне также приходилось терпеть, когда люди называли меня «притворщиком», потому что я могу ходить на короткие расстояния.Мне пришлось терпеть это на протяжении большей части старшей школы.

Амбассадор DO-IT : Да, я постоянно получаю ярлык «Отклонение развития», и я к этому привык. Все, что я могу сделать, это продолжать возвращаться в ту кофейню, продуктовый магазин или куда-то еще, и люди быстро понимают, что я не стереотип. Если люди говорят мне больше двух слов, они это понимают, но если я больше никогда их не увижу, зачем беспокоиться, если только это не настолько вопиюще, что я должен обратиться к нему.

Я также считаю полезным красиво одеваться в профессиональную одежду.Это заставляет людей думать, прежде чем говорить. Если я бегаю в дырявых джинсах, меня чаще воспринимают как безработного, живущего за счет системы. Две мои любимые неосведомленные вещи, которые люди говорят мне: «Они тебя выпустили?» и «Где твой опекун?»

Больше всего меня раздражает стереотип, который я испытываю, когда еду в автобусе. Когда я сажусь в автобус, поскольку я в инвалидном кресле, люди, как правило, закатывают глаза и бросаются в конец автобуса, думая, что я задержу автобус и столкнусь с ними.К их удивлению, я вхожу и нахожусь за 90 секунд или меньше, не сталкиваясь ни с чем и ни с кем. Были времена, когда я видел, как люди в инвалидных колясках тратили 20 минут, чтобы сесть в автобус, врезались во все подряд и не платили за проезд в автобусе, поэтому в определенной степени я понимаю реакцию людей.

Можно привести еще много примеров, но самое полезное в борьбе со стереотипами — это не позволять им беспокоить вас и продолжать быть настойчивым. Чем больше людей видят, как вы живете, тем менее стереотипным вы становитесь.

DO-IT Scholar : Несмотря на то, что у меня церебральный паралич, мое сообщество очень хорошо ко мне относится.

Посол DO-IT : Просто из любопытства, вы жили какое-то время в своем сообществе? По моему личному опыту, я предполагаю, что когда нахожусь в новом месте, у меня возникают стереотипы. Например, в Сан-Диего людям потребовалось 3 месяца, чтобы стать менее очевидными со своими стереотипами, и примерно месяц в маленьком городке Мичиган. Я не уверен, правда ли это, но мой опыт показывает, что в маленьких городах легче преодолевать стереотипы, возможно, потому, что каждый день видишь одни и те же лица.

Посол DO-IT : Как человек с церебральным параличом, я часто получаю стереотипы. Люди будут думать, что я умственно отсталый или наркоман! Ко мне чаще относятся стереотипно, если я ношу футболку и джинсы, чем если я ношу классическую рубашку и брюки. Иногда это может быть очень тонко, а иногда совершенно очевидно. Однажды в Калифорнии я шла на автобус в футболке, шортах и ​​сандалиях. Я заметил отца и сына, идущих ко мне по тротуару.Сын шел по обочине, а отец приближался к магазинам. Отец увидел меня и быстро поменялся с сыном позициями. Я просто прошел мимо него и продолжил свои дела, не обращая внимания на проблему.

Ученый DO-IT (который первоначально задал вопрос) : Кто-нибудь когда-нибудь сталкивался с людьми, говорящими что-то вроде «Поскольку вы слепы, вы проливаете вещи и режете себя больше» или «Слепые люди все чувствуют»?

Посол DO-IT : Я думаю, что я сталкиваюсь со многими стереотипами как слабовидящий человек.Во-первых, люди, кажется, думают, что я не слышу только потому, что у меня слабое зрение. Они начнут трогать меня, пока я хожу. Я предполагаю, что они думают, что я не буду в состоянии услышать их, когда они дают мне инструкции. Другие предполагают, что я не могу правильно переходить дорогу только потому, что не вижу. Они скажут мне, когда поменяется свет и что настала моя очередь идти. Иногда они даже не знают, планирую ли я перейти дорогу. Есть немало людей, которые автоматически предполагают, что я приму их помощь.Настоящая правда в том, что я обычно не доверяю незнакомым людям. Если мне вообще нужна какая-либо помощь, я бы предпочел, чтобы она исходила от кого-то, например, от государственной комиссии по делам слепых, преподавателя колледжа или консультанта, работника предприятия, например, ресторана или гостиницы, транзитного офиса или водитель автобуса или такси.

DO-IT Scholar : Я сталкивался со стереотипами со стороны детей и даже учителей. Они думают, что только из-за того, что я физически неполноценен, я не могу многое сделать самостоятельно.Они также думают, что из-за того, что я иногда борюсь со своими школьными заданиями, я умственно отсталый, несмотря на то, что у меня почти 3,0 среднего балла.

Посол DO-IT : Наиболее интересным мне кажется стереотип, когда у вас нет физических недостатков, вы кажетесь совершенно «нормальным» и пытаетесь рассказать людям, что у вас проблемы с обучаемостью. Большинство людей смеются над вами и просят прекратить ныть или сделать какое-нибудь саркастическое замечание. Я также нахожу интересным, что если люди когда-либо увидят депрессию или перепады настроения при биполярном расстройстве, они скажут вам, чтобы вы преодолели это, что вы притворяетесь, чтобы привлечь внимание, или что вы сумасшедший и вам нужна помощь.Меня не перестает удивлять непонимание людей и необразованность в вопросах инвалидности.

Посол DO-IT : У меня было много подобного опыта; хорошо сказано.

Посол DO-IT : Для меня люди склонны считать мою жену опекуном, сестрой или просто другом. Они относятся ко мне по-другому, когда узнают, что она моя жена! Прошлым летом мы пошли в зоопарк, и моя жена высадила меня с нашим 9-летним племянником, чтобы купить билеты, пока она припарковалась.Помните, я в инвалидном кресле и у меня нечеткая речь. Кассир имел наглость сказать нам, что нам нужен взрослый с нами… Мне 32! Он даже вызвал охрану, чтобы узнать, что делать. В конце концов он впустил нас, но моя жена отругала его, когда добралась туда и узнала, что произошло. Даже если вы больше никогда не увидите этого человека, скажите что-нибудь, если это уместно. Вы можете помешать другому человеку относиться к вам так же.

DO-IT Наставник : Когда мне было 15 (и я все еще ходил), я тусовался со своей сестрой (которая передвигается в инвалидной коляске) и ее ребенком.Несмотря на то, что моя сестра была старше меня, у нее было обручальное кольцо (что не обязательно, но могло быть подсказкой) и она действительно носила ребенка, люди всегда спрашивали МЕНЯ о МОЕМ ребенке. Я всегда думал: «Боже милостивый! Мне всего 15, а я даже золотую рыбку не могу оставить в живых! Почему люди думают, что я мог бы добиться большего успеха с ребенком?» Я полагаю, что есть много молодых матерей, но я не знаю, почему люди решили, что только потому, что я ходила, а моя сестра нет, я была мамой, а не она!

DO-IT Scholar (который первоначально задал вопрос) : Спасибо за это.Я забыл о людях, которые думают, что ты не можешь позаботиться о детях. Слепые люди тоже иногда получают это. Не имеет никакого смысла.

DO-IT Ambassador : Это просто забавно (в грустном смысле), как далеки люди, даже если правда смотрит им в лицо!

Негативные стереотипы, страх и социальная дистанция: систематический обзор изображений деменции в популярной культуре в контексте стигмы | BMC Geriatrics

Характеристики включенных статей

Поиск выявил 37 022 статьи, было получено 95 полных текстов, 59 статей были признаны подходящими, а дополнительная статья была идентифицирована на основе ручного поиска (см.1). Основная причина исключения во время проверки названия и реферата заключалась в том, что документы не были посвящены представлению о деменции. Причины исключения из полнотекстовых результатов показаны на рис. 1.

Культурный материал, изученный во включенных статьях (см. Таблицу 1), включал телевидение и кино (9 статей), газеты и телевидение (6 статей), литературу (5 статей). ), язык (2 статьи) и смесь (3 статьи). Два документа включали материалы, подготовленные людьми с деменцией и партнерами по уходу [38].

Методы анализа включали количественное кодирование изображения деменции, чаще используемое в средствах массовой информации [40, 60, 66, 67, 70], анализ фреймов [26, 32, 63, 69, 76], анализ дискурса [71] и анализ Фуко [75]. Количественные исследования с большей вероятностью описывали свои методы, тогда как статьи по искусству и медиа-дисциплинам с меньшей вероятностью явно описывали методологию. Следовательно, в некоторых документах были представлены критерии включения или обоснование и контекст для материала, который был выбран для анализа, однако во многих документах не объяснялось, как и почему был выбран материал.Большинство статей были опубликованы в журналах о старении или психическом здоровье, а некоторые — в социологических и гуманитарных журналах.

Описательные темы

Описательные темы заключались в том, что старение и старость изображались одновременно с деменцией, деменция часто отождествлялась с болезнью Альцгеймера, люди с деменцией изображались с проблемами памяти, дезориентированными, переживающими упадок и смерть, лечение или лечение обычно не показывалось, и положительные изображения деменции встречались редко.

Старение и старость изображаются одновременно с деменцией

Людей с деменцией почти всегда изображали старыми или стареющими. Например, проведенный Кесслером в 2012 году количественный анализ 2604 фотографий в немецких еженедельных новостных журналах показал, что судьи (клинические психологи) оценили 46% персонажей с деменцией как «старше 80 лет», 43% как «от 60 до 80 лет» и 2,9% как «моложе 60 лет» [67].

Характеристики старения, изображаемые по отношению к людям с деменцией, были физическими (морщины, седые волосы, возрастные пятна, ослабленное, хрупкое и уязвимое тело, физическая недееспособность), социальными (пенсионеры, неактивные, меньший вклад в жизнь общества, меньше друзей) , так и психологические (жизнь прошлым, пассивность).Например, в своих описаниях газетных изображений, сопровождающих газетные статьи о деменции, Brookes et al. написал: «Руки… обнаруживают не только заметные черты, такие как синяки и печеночные пятна, но также складки и морщины на коже и даже кости и суставы под ними. Это образы уязвимости» [71].

В книгах и фильмах угасание с возрастом людей с деменцией часто подчеркивалось путем сопоставления с более позитивными изображениями молодых людей, иногда их самих в более молодом возрасте.

Деменцию часто отождествляют с болезнью Альцгеймера

В документах показано, что болезнь Альцгеймера была наиболее часто изображаемым типом деменции [27, 34], а в средствах массовой информации термины деменция и болезнь Альцгеймера часто использовались взаимозаменяемо или вместе ([26, 64], Brookes и др., 2018).

Взаимозаменяемость терминов «деменция» и «болезнь Альцгеймера» очевидна и в самих исследовательских работах. Названия 21 статьи свидетельствовали о том, что они сосредоточены на описании болезни Альцгеймера [26, 27, 29, 32, 35, 38, 39, 42, 43, 46, 53, 63, 64, 65, 68, 69, 70, 72, 77, 80, 83].Однако в некоторых из них термины деменция и болезнь Альцгеймера использовались взаимозаменяемо (например, [24, 32, 43, 69, 70]). В статью «Болезнь Альцгеймера в кино» в качестве иллюстрации был включен фильм о Маргарет Тэтчер, страдающей сосудистой деменцией, без упоминания этого факта [42].

Другие виды деменции редко упоминались в рецензируемых статьях. Из 60 включенных статей сосудистая деменция упоминалась в двух статьях [51, 59], деменция с тельцами Леви в двух статьях [51, 66] и лобно-височная деменция в одной статье [59].

Изображение людей с деменцией

Проблемы с памятью сообщались во всех газетах как характеристика людей с деменцией, часто представленная как ранний симптом, предвещающий будущие трудности. В романе «Ирис» [25] это показано как забвение произнести нужные слова: «Ей вдруг становится трудно перед большой аудиторией произнести слова, чтобы ответить на вопросы, то, чем она раньше был совершенно спокоен» ([25], с. 441). Герритсен и др.[49] Анализ 23 художественных фильмов на тему деменции показал, что в 18 фильмах были проблемы с памятью, а в 10 — трудности с подбором слов.

Дезориентация во времени, месте или человеке также часто отмечалась как характеристика людей с деменцией. Их изображали сбитыми с толку, думая, что настоящее — это прошлое. Следовательно, они не могли найти выход из знакомых мест, не узнавая знакомых людей и теряясь. Герритсен и др. [49] сообщается, что 20 из 23 фильмов демонстрировали дезориентацию во времени, месте или людях.

Люди с деменцией также изображались как действующие вне социальных норм или девиантные [64]. Примеры: «вошел в ее кабинет в розовой пижаме и бежевых туфлях на высоких каблуках» [63], «он не может найти свои ключи, берет молоток и отвертку и открывает входную дверь» [25] и «Сигезо ест еду своей жены». пепел посреди ночи» [41]. Было показано, что в ответ на такое поведение другие реагируют безразличием, шоком, гневом, агрессией и стыдом. «Когда бабушка мочится на ковер в гостиной его матери, Мурат, его тетя и дядя отвечают безудержным смехом» [43].

Книги и фильмы о деменции почти все рассказывают историю прогрессирующего упадка и смерти, заканчивающейся помещением в лечебное учреждение [25, 51, 52, 83], или смертью человека с деменцией [28, 29, 34, 35, 41, 43, 44, 51, 53, 54, 58, 80]. Во многих книгах и фильмах показано прогрессирование снижения способности понимать мир и заботиться о себе. Воспоминания обычно использовались, чтобы показать человека в начале его жизни, подчеркивая потери и упадок.

Было показано, что люди с деменцией хотят умереть: «Как мать, я просто хочу умереть, пока еще помню своего сына.[41]; или пытаются покончить с собой [31]. Соответственно партнеры по уходу проявляли постоянную скорбь [73]. Там, где персонаж с деменцией был жив в конце истории, предполагается, что это все еще конец жизненного повествования этого человека: «У смерти есть единственный код двери из Whernside Ward» [55].

Лечение или лечение

За 25 лет телевизионных новостей США лечение было главной темой, составив 19,2% всего освещения [65]. Тем не менее, людей с деменцией обычно не показывали получающими лечение.В обзоре 23 фильмов только три персонажа изображены принимающими лекарства от деменции, хотя и не точно [40].

Положительные изображения слабоумия

Были сообщения о положительных изображениях слабоумия, хотя они были в меньшинстве с точки зрения количества научных публикаций и упоминаний в этих публикациях.

Людей с деменцией изображали не страдающими, а счастливыми [46, 50], иногда забывшими все плохие воспоминания или жизненные обязанности [31, 59].Наиболее частый эмоциональный тон, закодированный в фотографиях, связанных с деменцией, из новостных журналов German Weekly в 2012 году, был положительным (32%), за ним следовали нейтральный (27%) и отрицательный (15%) [67].

Люди с деменцией показаны как тренирующиеся. В 12 из 23 фильмов показано, что человек с деменцией может внести свой вклад в общество [49]. Вымышленные персонажи раскрывали уголовные дела [51], совершали спланированные кражи со взломом [52], завязывали новые романтические отношения [44, 45], режиссировали и играли в спектакле [44].Было показано, что люди с деменцией, в том числе на поздних стадиях деменции, выражают любовь словами, объятиями, поцелуями и другими физическими проявлениями привязанности [24, 36, 47, 49]. Документальные фильмы показали известного политика с деменцией, создающего исследовательский фонд для изучения деменции, и людей с деменцией, выступающих в хоре [50]. Люди с деменцией рассказывали свои собственные истории и, описывая свой собственный опыт, активно участвовали в дискурсе о деменции, а также демонстрировали свою личную свободу действий и идентичность [38, 81].

Людей с деменцией также изображали личностно растущими в том смысле, что они развиваются социально, эмоционально или духовно [43]. Например, они имели дело с горем по поводу потери супруга [59], преодолением предрассудков [52] и принятием ранее отвергнутого культурного наследия [39]. Письма людей с деменцией включают описания их личных путешествий и изменений во взглядах на себя и деменцию [38].

Рамки для деменции

Рамки для деменции, как правило, были отрицательными, включая биомедицинские, стихийные бедствия и эпидемии, военные и боевые действия, живых мертвецов и бремя ухода.Деменция также была оформлена более нейтрально с альтернативной структурой разума и тела.

Биомедицинская рама

Деменция обычно объяснялась биомедицинским заболеванием, сопровождающимся повреждением мозга. Этот биомедицинский кадр часто сопровождался цифровыми иллюстрациями распадающихся голов или мозга или сканами нейровизуализации, которые служат для деперсонализации болезни и подчеркивают редукционистскую биологическую точку зрения [71]. Болезнь деменция была представлена ​​как сложная научная головоломка, решить которую можно только с помощью исследований.Van Gorp и Vercruysse [76] описывают этот фрейм в соответствии с общественной ценностью «веры в науку», когда мы доверяем науке и выделяем средства на исследования, которые обещают излечение.

Биомедицинский фрейм широко освещался в новостях, и ученые или врачи часто фигурировали в качестве экспертов [63, 74]. Обзор 1393 новостных сообщений показал, что врачи и исследователи были наиболее опрошенными источниками (39,8%), за ними следовали пациенты/семьи (29,6%), политики (12,4%) и другие сторонники (8.7%) [65].

Кадры стихийных бедствий и эпидемий

Кадры стихийных бедствий и эпидемий также были обычным явлением в новостях о деменции. Рост глобальной распространенности деменции болезнь была описана как сила природы, которая сокрушит человечество. Используемая терминология включает «прилив», «цунами деменции» и «тихую эпидемию» [68, 76, 77, 79]. Катастрофа деменции является обширной «одной из величайших угроз человечеству» [33] и «болезнью века» [77]. В этих рамках люди с деменцией были обозначены как страдающие невыразимым ужасом, пассивные жертвы апокалиптической демографии.«Эпидемия» предполагает, что деменция заразна [51]. Рамка стихийного бедствия часто представлялась в сочетании с биомедицинской рамкой с наукой о спасении от стихийного бедствия.

Армейские и боевые кадры

Деменция персонифицируется как убийца — «смертельный», «требующий жизни», «виновный в смертях», «наносящий смертельный урон», «убивает медленно»; «нападает на речь и память», «вторгается в мозг», «поражает жертв» [71, 77]. Публичные кампании, связанные с деменцией, описывались в таких же милитаристских терминах: «Война Обамы с болезнью Альцгеймера», «Общество болезни Альцгеймера: лидерство в борьбе с болезнью Альцгеймера» и «Борьба с деменцией, спасите Австралию» [49, 54, 78, 79].В личных историях людей с деменцией иногда изображали борющимися со своим состоянием. Например, в испанском документальном фильме « Bicicleta, cullera, poma » бывший политик Марагалл изображен как экстраординарный герой, который борется с деменцией [50].

Хотя формулировка предполагала, что мир ведет войну против слабоумия, болезни, во включенных документах не было приведено ни одного примера побед в этой войне. Лейн и др. [78] предположили, что военная метафора может быть бесполезной в том смысле, что кто-то, кто не выигрывал свою индивидуальную битву с деменцией, может быть воспринят как недостаточно упорный или потерпевший неудачу.

Кадр «живой мертвец»

Люди с деменцией изображались как живые мертвецы в соответствии с тем, что эта болезнь является убийцей в развлекательных и новостных СМИ. Описания деменции включали «смерть перед смертью», «похороны, которые никогда не заканчиваются», «социальная смерть», «психологическая смерть», «уже мертвый», «смерть, которая оставляет тело позади», «овощ», «там никого нет». , и «засохшие раковины» [24, 34, 63, 64, 73]. Названия книг включали «Болезнь Альцгеймера: борьба с живой смертью» и «Любопытный вид вдовы: любовь к мужчине с прогрессирующей болезнью Альцгеймера» [26].Интересно, что письмо людей с деменцией также включало живой мертвый кадр [38]. Исходя из представления о том, что они мертвы, людей с деменцией также описывали как недочеловеков — «самость, которая не подходит», «неличность», «нечеловек» [35, 77].

Она была просто животным. Животное с наполненным желудком, чтобы продолжать жить, которому нужно было выпивать не менее одного литра воды в день, которое испражнялось и мочилось… (Barba 2004: 256–257, цит. по [55].

Живой мертвый фрейм был связан с западным картезианским гиперкогнитивным взглядом на себя. Западная философия утверждает, что разум и тело были разделены, а разум был местом идентичности. Когда мозг/ум деградировали, тогда деградировало и «я». Воспоминания были источником идентичности, поэтому, когда воспоминания были утеряны, исчезла и личность.

«Без памяти нет переживаний… нет ничего, кроме пустоты… пустоты, которая есть смерть» ( [84] , с.96, цитируется в [34].

Когда люди с деменцией теряли рассудок, они сходили с ума или сходили с ума. Даже в культурах, где дуализм разума и тела не был доминирующим мировоззрением, деменция все еще рассматривалась как форма безумия, например, в азиатских и ближневосточных культурах. « Chi Dai Zheng» — это термин для обозначения слабоумия, используемый в Китае, Гонконге и Сингапуре, который имеет негативные коннотации безумия и идиотизма [74]. Junun ‘atah был арабским термином для обозначения слабоумия, что означало бы потерю рассудка и безумное поведение [34].

Последствием того, что их видели живыми мертвецами, было то, что точка зрения человека с деменцией обычно не изображалась. Анализ 25 статей о болезни Альцгеймера из высокотиражных канадских печатных журналов показал, что почти ничего не было представлено с точки зрения или о потребностях человека с деменцией [63].

В соответствии с тем, что люди с деменцией изображались не совсем людьми, они также были показаны как не обладающие самоопределением. Анализ 50 статей из британских журналов показал, что в статьях предполагалось, что люди с деменцией не являются автономными агентами, способными принимать решения без внешнего влияния [60].В фильмах «Черные ромашки» и «Мама» участники не давали информированного согласия на свое участие [47, 55]. Под сомнение поставлена ​​этика выпуска фильма «Железная леди» (Маргарет Тэтчер) и романа «Айрис» (Айрис Мердок), когда их главные герои были еще живы, но не могли дать согласие или комментарий [47, 48]. .

Сокращение прав человека в изображениях людей с деменцией включало их право на жизнь. Эта герменевтическая несправедливость была очевидна в стандартных текстах по деменции [51].Было показано, что люди с деменцией были убиты своими близкими в акте «благотворной эвтаназии», потому что им было бы «лучше умереть» [77]. В романе Андреса Барбы « Ahora tocad música de baile » Инес Фонсека персонаж с более поздней стадией слабоумия был убит своим сыном. Читателю оставалось судить, была ли она убита, помогла достойно умереть или была принесена в жертву [35].

Рамка бремени ухода

Истории в большинстве фильмов и книг были о влиянии деменции на отношения между человеком с деменцией и его семьей, причем партнер по уходу иногда изображался в качестве главного героя [33, 47, 80].Обзор фильмов показал, что большинство персонажей с деменцией не могут выполнять повседневную деятельность без посторонней помощи, при этом бремя заботы ложится на партнеров по уходу [40]. Было показано, что партнеры по уходу выполняют работу по дому, оказывают физическую помощь при купании, еде и туалете, а также постоянно «дежурят» [32, 75]. Партнеры по уходу изображались в состоянии постоянной тоски по человеку, который уже потерян для них [73].

Наряду с личными историями ухода, в новостях были описания экономических и социальных затрат на уход [80].В статьях в СМИ высказывалось мнение о моральном долге обеспечивать хороший уход и о том, что хорошие партнеры по уходу должны быть смелыми, самоотверженными и героическими [60, 75, 79].

Альтернативные фреймы

В нескольких статьях обсуждались репрезентации слабоумия в контрфрейме единства тела и разума. В этой структуре люди с деменцией взаимодействуют с миром посредством сенсорных и физических взаимодействий и выражают себя через свое тело — воплощение опыта. Таким образом, вместо того, чтобы утратить самоидентификацию и свободу действий, их идентичность, эмоциональные связи и влияние на других происходили благодаря силе их тел [59, 75].Например, в книжке с картинками La abuela necesita besitos (2011) Аны Бергуа бабушка с болезнью Альцгеймера целовала и обнимала своих внучек и эмоционально связана с ними [32]. Интересно, что этот кадр был показан на материале индийской, японской и испанской культур.

«В Японии считается, что самость формируется в результате взаимодействия с другими, что является примером так называемой реляционной или социоцентрической самости. Более того, в Японии самость понимается как определяемая не столько чьей-либо когнитивной остротой, сколько воплощенными привычками, которые позволяют изящно проявлять социализированную самость » [59].

Чувства, вызванные изображениями деменции

То, как деменция изображалась и обрамлялась, вызывало негативные эмоции и чувство социальной дистанции между людьми с деменцией и аудиторией.

Отрицательные эмоции

Обычные рамки деменции были изображены в связи с отрицательными эмоциями. Страх (ужас, ужас, боязнь) был наиболее распространенной эмоцией, связанной с деменцией, например, в отношении живого мертвого тела [26].В новостях описывалось или подразумевалось, что общественность должна опасаться деменции, болезни, иногда с «подтекстом истерии» [79]. В книгах и фильмах людей с деменцией и партнеров по уходу изображали напуганными болезнью — они боятся потери способностей, независимости, воспоминаний, себя, отношений и неизвестности.

«Ночью, когда сплошная тьма, приходят эти абсурдные страхи. Утешительные воспоминания недоступны», Дэвис, 1989, цитируется в [24].

Стыд был еще одной эмоцией, обычно проявляемой в связи с деменцией. Люди с деменцией были представлены как стыдящиеся своей деменции [28, 34, 48, 50, 51, 77], хотя моральные предпосылки, лежащие в основе стыда, не были ясны.

«Он умирает не от болезни Альцгеймера, он умирает от стыда» (Reiter 1997, цитируется в ( [77] , стр. 27).

Вина, жалость и сострадание были другими чувствами, связанными с деменцией.Партнеров по уходу иногда изображали испытывающими чувство вины в связи с уходом, который они оказывали или должны были оказывать [25, 35, 60]. Было высказано предположение, что жалость и сострадание вызываются в связи с деменцией [31, 71].

Социальная дистанция

Академики писали, что способ изображения деменции увеличивает аффективную и нормативную социальную дистанцию. Аффективная социальная дистанция была выше, когда мы чувствовали меньше сочувственного понимания по отношению к другому, нормативная социальная дистанция была выше, когда сильнее ощущались различия между нами (моей своей группой) и ими (их чужой группой) [85].В биомедицинских и живых мертвых структурах для деменции проводится различие между здоровым и больным мозгом, а также человеческим и недочеловеческим, подчеркивая инаковость людей с деменцией. Эта разница была увеличена другими способами. Например, на стоковых фотографиях людей с деменцией, обычно используемых в прессе, были выбраны изображения, на которых люди с деменцией смотрели в сторону от зрителя, или изображались в виде набора бестелесных рук, что уменьшало возможность эмоциональной связи [71].Изображения деменции, подчеркивающие странности их социального поведения (то есть не позволяющие зрителю понять причины такого поведения), также создают ощущение дистанции [79]. Истории не были рассказаны с точки зрения человека с деменцией [63], что также уменьшило способность зрителя относиться к людям с деменцией.

Посмотрите, как 50 человек объясняют самые популярные стереотипы своего штата | Говоря культурно

Почему зубная щетка была изобретена в Западной Вирджинии?

А потом вы спросите: Почему?

И они бы сказали,

О, потому что, если бы это было изобретено где-то еще,

они назвали бы это зубной щеткой.

(легкая оптимистичная джазовая музыка)

Самый распространенный стереотип штата Юта

, вероятно, состоит в том, что все являются мормонами.

Нас высмеивают за то, что в нашем штате куча стариков

, и это правда.

Это партийное государство.

Это немного правда.

Там все любят кантри,

знает о кантри все,

умеет играть кантри.

Я могу притворяться, что хорошо знаю хулу, но я не умею серфить.

Самый распространенный стереотип жителей штата Мэн — нам нравится быть холодными.

То, что ты с Аляски

, не означает, что ты не простужаешься, неправда.

Слои, слои это ключ.

Стереотипно есть униформа Коннектикута.

Почти опрятный вид.

Я бы сказал, что это много виноградников.

Виноградники.

Рубашки поло.

Много шорт.

Они думают о людях, одетых во фланель

и похожих на хипстеров.

Накуренные курильщики Patagonia, которые также работают в Microsoft.

Например, бородатый парень, похожий на хипстера-дровосека.

Я.

Я самый распространенный стереотип Вермонта.

Люди считают, что мы все ходим босиком

и в комбинезоне.

Много спецодежды.

Мы не все в комбинезоне, во-первых,

хотя комбинезоны сейчас очень в моде,

так что я не против носить их прямо сейчас.

Распространенный стереотип, возможно, об Индиане

— это фермеры и сельские жители.

Мы все ездим на лошадях в школу.

Небольшие города с одним или двумя светофорами.

Приятные люди со Среднего Запада,

может быть, немного попроще.

Очень медленно и немного скучно.

Думаю, люди думают, что мы скучные. (смеется)

Думаю, люди считают Делавэр скучным.

Либо ты рыбак, либо фермер.

Охотник за рулем пикапа

с холодильником, полным пива.

Самый распространенный стереотип жителей Миссисипи — невежественный и фанатичный.

Назад.

Захолустье.

Бэквудси.

Кровосмесительный.

Люди, которые женятся на своих двоюродных сестрах

, потому что их города такие маленькие.

Все думают, что мы…

[Все] Хикс.

Или… Реднеки.

Или… Деревенщины.

Я знаю, что в моей семье есть такие.

Вы знаете, мы на самом деле не такие

экстремалы, как люди могут подумать.

Большинство людей на самом деле очень любят одеваться как—

[Оба] Ковбои.

Что отличается от Хика, поверь мне.

Большая часть Канзаса до сих пор пьет

то, что люди здесь, вероятно, назвали бы водяным пивом.

Самый распространенный стереотип штата Орегон

состоит в том, что у всех нас есть аллергия на глютен.

На барбекю в Сан-Франциско всегда есть вегетарианский вариант

.

Не все из нас любят морепродукты.

Думаю, все в Висконсине любят сыр.

Сыр в значительной степени является одной из групп продуктов питания в штате.

Картофель, куда бы я ни пошел.

Много мяса потребляется,

так что, знаете ли, люди немного (пауза) толще.

Люди не понимают, когда вы говорите Нью-Мексико

, что вы на самом деле имеете в виду штат, а не страну Мексика.

Люди думают, что у всех нас есть оружие,

что мы все просто носим оружие повсюду.

Это правда; люди любят свое оружие в Техасе.

Они хотят знать сразу, напали на вас или нет.

Если вы погуглите, чувак из Флориды,

, вы получите кучу различных отчетов об арестах людей, занимающихся сумасшедшими вещами.

Они спрашивают о Фарго, телешоу и фильме.

Сегодня это случилось дважды.

Мы говорим: «Спорим,

», что на самом деле говорит мой отец. (смеется)

Все говорят: «Все», это настоящий стереотип.

Мы часто этим занимаемся.

Мы много разговариваем руками и походкой;

у нас есть немного отношения, я думаю.

Я бы сказал, что мы просто очень прямолинейны.

А если не можешь взять, то убирайся на кухню.

(смеется)

Противостояние азиатско-американским стереотипам — The New York Times

Американцы азиатского происхождения также отстают в доходах. Азиатские мужчины с высшим образованием, родившиеся в США, зарабатывают на 8 процентов меньше, чем белые мужчины. Хотя американки азиатского происхождения, скорее всего, зарабатывают столько же, сколько белые женщины, они с меньшей вероятностью будут занимать руководящие должности.

Что поддерживает эти стереотипы? Что можно сделать, чтобы изменить мышление?

KR: Часть решения состоит в том, чтобы дать американцам азиатского происхождения больше возможностей проявить себя как лидеры.Таким образом, вместо того, чтобы просто рассматривать сотрудника как технически компетентного человека, менеджеры могут дать ему больше шансов руководить проектами и спокойно брать на себя небольшой риск, предоставляя ему эти первоначальные возможности.

В то же время азиатско-американские сотрудники также могут сделать больше, чтобы показать, что они являются «материалом для руководства». Они могут создать портфолио возможностей для лидерства вне работы посредством благотворительной и филантропической деятельности, а также они могут сделать больше, чтобы начать бросать вызов стереотипу об азиатах как о тихих, больше подвергая сомнению решения и предлагая конструктивную критику управленческих и управленческих решений.

ДЛ: Мы с Картиком немного по-разному думаем по этому вопросу. Я согласен с тем, что менеджеры должны предоставлять американцам азиатского происхождения больше возможностей для демонстрации своих лидерских качеств, но я также считаю, что нам нужно более широко и критически относиться к качествам, которые делают хорошего лидера. Мы склонны считать, что лидеры должны быть смелыми, дерзкими и красноречивыми, но это предположение отдает предпочтение мужчинам, и в особенности белым мужчинам, которые с большей вероятностью будут культивировать и проявлять эти качества.

Но, взглянув на некоторых высших руководителей страны, мы обнаружим, что они в первую очередь описываются как слушатели. Их также описывают как командных игроков, чутких, вдумчивых, устойчивых и взвешенных, а не смелых и дерзких.

Более широкое осмысление качеств, которые делают хорошего лидера, и признание того, что различные модели лидерства могут быть столь же эффективными (если не более), чем традиционные, расширит возможности лидерства не только для американцев азиатского происхождения, но также для женщин и других меньшинства.Это также пойдет на пользу членам организации, которые могут более позитивно реагировать и работать более эффективно, видя у руля более разнообразных лидеров.

И как эти стереотипы влияют на американских кандидатов азиатского происхождения в политику? Кажется, что это было бы высоким препятствием для любого кандидата.

Представительство: Культура и восприятие | Институт восприятия

Средства массовой информации, развлечения и другие формы популярной культуры играют важную роль в формировании нашего восприятия других.Для многих из нас популярная культура — это основной способ узнать о людях, которые отличаются от нас. Проблема, однако, в том, что многие представления основаны на культурных стереотипах, которые имеют тенденцию маргинализировать и карикатурно изображать членов недоминирующих групп. Благодаря этим представлениям мы видим ограниченный и искаженный взгляд на других.

И развлечения, и средства массовой информации являются мощной силой в создании и сохранении негативных культурных стереотипов, особенно в отношении расовых и этнических групп.На телевидении и в кино персонажи из недоминирующих расовых и этнических групп часто попадают в шаблонные образы, а их сюжетные линии легко следуют избитым повествованиям. Последовательность этих репрезентаций укрепляет стереотипы и делает их более доступными для нашего сознания.

Например, чернокожие мужчины и мальчики систематически изображаются в негативном свете как в новостях, так и в развлекательных программах. Многие изображения чернокожих мужчин в СМИ связаны с преступностью или бедностью, а положительные изображения часто ограничиваются спортом и музыкой.Одно исследование освещения местных новостей показало, что чернокожих непропорционально часто изображают преступниками, а белых чаще изображают жертвами преступлений. Несмотря на тот факт, что большинство преступлений совершается между членами одной и той же расовой группы, средства массовой информации преувеличивают распространенность преступлений чернокожих против белых. Хотя эти представления фактически неточны, их часто не подвергают сомнению, поскольку они соответствуют преобладающим культурным стереотипам.

Чтобы изменить восприятие, мы должны преобразовать наш культурный ландшафт в такой, который выдвигает цветных людей во всей их сложной человечности, а не опирается на избитые стереотипы.Популярная культура является важным средством в этой работе, поскольку ее можно использовать для продвижения более тонких и разнообразных представлений. Perception Institute признает этот потенциал — мы используем исследования в области социальных наук о силе нарративов для изменения восприятия и используем эту доказательную базу, чтобы перевернуть с ног на голову и расширить существующие представления. В то же время Институт восприятия занимается эмпирической оценкой культурных продуктов, чтобы определить их влияние на скрытую предвзятость, расовую тревогу и, в конечном счете, на поведение.

Узнайте больше, ознакомившись с некоторыми из наших мероприятий и продуктов, связанных с изменением повествования и культуры:

.

Написать ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.