Структура деятельности человека в психологии: Понятие и структура деятельности человека. Деятельностный подход в психологии.

Содержание

18. СТРУКТУРА ДЕЯТЕЛЬНОСТИ. Шпаргалка по общей психологии

18. СТРУКТУРА ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

В структуре деятельности прежде всего выделяют цели и мотивы.

Под целью понимается то, ради чего действует человек, в тоже время под мотивом понимается то, почему действует человек.

У каждого человека есть на это какие-то свои собственные побудительные причины, мотивы.

Обычно деятельность человека обусловливается не каким-нибудь одним мотивом и одной целью, в целом системой целей и мотивов – ближайших, более отделенных и общих. Важно, чтобы человек видел не только ближайшие, но и отдаленные перспективы, цели, это придает силы для преодоления препятствий.

Деятельность оценивается по уровню мотивации и по ее направленности (общественные или узколичные мотивы). Лучше всего, когда общественные мотивы приобретают личностный смысл.

Любой вид деятельности неразрывно связан с движениями, независимо от того, будет ли это мускуль-но-мышечное движения руки при письме, труде или движение речевого аппарата при произнесении слов. Принято различать действие и движение.

Действие – элемент деятельности, направленный на выполнение одной простой текущей задачи. Движение – составная часть действия.

Несмотря на внешнее многообразие, все движения человека складываются, как правило, из трех простых элементов – «взять», «переместить», «отпустить» – в сочетании со вспомогательными движениями корпуса, ног, головы. В разных видах движений эти элементы отличаются своей траекторией, длительностью, силой, скоростью, темпом и тем, какими частями тела они выполняются.

С точки зрения качества движения характеризуются точностью, меткостью, ловкостью и коорди-нированностью.

Кроме предметных движений, в деятельности человека участвуют движения, обеспечивающие установку тела и сохранение позы, перемещение и коммуникацию. К средствам коммуникации относят выразительные движения (мимика и пантомимика), смысловые жесты, наконец, речевые движения.

С точки зрения физиологии все движения человека могут быть разделены на две группы:

– врожденные (безусловно-рефлекторные) движения;

– приобретенные (условно-рефлекторные) движения.

Подавляющее количество движений человек осваивает с жизненным опытом. Лишь очень немногие движения (крик, моргание) являются врожденными. Например, новорожденный не может говорить, читать, писать – это именно те движения, которые он получает с опытом.

Двигательные способности у людей различны. Они тесно связаны с двигательными задатками. У артистов балета, спортсменов, певцов, актеров двигательные способности доводятся до такой степени совершенства, что они становятся объектом эстетического восприятия.

Таким образом, в любой деятельности можно выделить следующие компоненты (составные части, этапы):

– постановка цели (осознание конкретной задачи), планирование работы; выполнение, осуществление деятельности;

– проверка результатов, исправление ошибок, сопоставление полученных результатов с запланированными;

– подведение итогов деятельности и ее оценка.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Общая характеристика и структура деятельности человека

Общая характеристика. Деятельность — специфически человеческая, регулируемая сознанием активность, порождаемая потребностями и направленная на познание и преобразование внешнего мира и самого человека, носящая общественный характер, в значительной степени определяющаяся целями и требованиями общества. Это активный и сознательно регулируемый процесс взаимодействия человека с окружающим миром. Человек в любой деятельности осознает цель своих действий, воображает ожидаемый результат, обдумывает последовательность операций и наблюдает за ходом деятельности и результатом.


Структура деятельности человека. В любом виде деятельности можно выделить общие структурные компоненты — цели, мотивы и действия. Цель выступает в качестве образа конечного результата деятельности. Мотив побуждает человека к деятельности и придает его деятельности осмысленность. Действие — относительно завершенный элемент деятельности, направленный на достижение определенной промежуточной осознаваемой цели.

В процессе развития человека деятельность становится более сложной, самостоятельная деятельность может превращаться в действие, а отдельные действия могут превращаться в самостоятельную деятельность.

П. К. Анохин, Н. А. Бернштейн, Э. А. Асратяп, Б. Г. Ананьев и др., исследуя механизмы планирования, контроля и регулирования действий, установили, что цель всякого действия представлена в сознании в виде психического образа, базирующегося на своеобразной нейропсихической модели. Обратная связь — информация о результатах совершаемого действия н сравнения их с заданной моделью — обеспечивает корректировку действия по ходу его выполнения. Этот механизм назвали акцептором действия.

Способы выполнения действий, составляющих данный вид деятельности, принято называть приемами действий. Каждое действие состоит, как правило, из системы движений, или операций, подчиненных задаче решаемой в тех или иных конкретных условиях.

Действия, направленные на изменение состояния или свойств предметов внешнего мира, называются предметными. Они складываются из определенных движений, в большинстве случаев — из грех относительно простых: взять (поднять), переместить, опустить. Выделяются и другие виды движений: речевые, соматические, выразительные, локомоторные и т. д. Во всех случаях необходимы координация и согласованность движений.

Разнообразные действия человека выполняемые во внутреннем плане сознания, называются умственными. Экспериментально установлено, что умственные действия обязательно включают в себя моторные двигательные компоненты.

Существуют четыре вида умственной деятельности: перцептивная, мнемическая. мыслительная и имажитивная.

Всякая деятельность включает в себя внутренний и внешний компоненты. По своему происхождению внутренняя (умственная, психическая) деятельность производив от внешней (предметной). По мере накопления опыта приобретается способность совершать те же действия в уме (интериоризация, благодаря которой психика человека способна совершать операции с образами предметов, находящимися вне поля зрения). Затем действия в уме, направленные па преобразование предметной деятельности, сами подвергаются обратному преобразованию (зкетериоризация. реализующаяся в форме движений, воздействий па предметы, манипулирование с ними).

Структура деятельности человека. Цель, мотив деятельности

Любая человеческая осмысленная деятельность целесообразна и мотивирована внутренними либо внешними причинами. Она трансформирует окружающую действительность, и поэтому важно понимать цели и движущие мотивы личности через указанные критерии. Для чего это важно? Для прогнозирования причинно-следственных связей и результатов деятельности индивида. Как сам субъект активности, так и окружающее его общество будут использовать эти критерии в своих целях.

Деятельность

Это осознанная активность человека, направленная на удовлетворение личных и общественных потребностей, имеющая определенную цель и мотив. Вся деятельность людей формирует процесс развития общества. Деятельность – это форма реализации целей людей в обществе. В ее процессе преобразуется и внешний мир в качестве объекта осознанного воздействия, и сам человек. Это происходит в результате совершенствования знаний о мире и своих возможностях. Поэтому так важно знать и учитывать побуждающие мотивы активности и направленность действий людей в обществе, поскольку в конечном итоге они формируют систему социальной жизнедеятельности общества, и от мотивации зависит их эффективность.

Деятельности человека уделяют внимание разные дисциплины. Социология рассматривает ее с точки зрения социальной значимости. Философия – для анализа смыслов и ценностей в действиях людей, для психологии важны структура и виды деятельности человека с точки зрения психической направленности личности, для менеджмента она служит инструментарием мотивации сотрудников.

В процессе изучения разными областями гуманитарного знания была выделена единая основа, характеризующая процесс деятельности. Эта структура и ее элементы составляют принцип целесообразной деятельности, который сохраняется во всех ее видах.

Структура явления

Любая деятельность имеет общую природу и направленность. Достаточно лаконично выглядит структура деятельности человека, схема которой может быть представлена следующим образом: цель → мотив → результат. Но данная цепочка содержит не все звенья. Более того, она характеризуется цикличным характером повторения процесса. И начало подобной цепочки имеет основанием результат предшествующей деятельности. Это, скорее, спираль, которая устремляется к совершенству человека и общества.

Прежде чем поставить цель, человек должен почувствовать потребность и возникающий на ее основе мотив к деятельности. Причем результат не является завершением цепочки, а служит основанием нового этапа активного развития личности от постановки цели (задачи) на основании определенного мотива и до процесса достижения результата с помощью выбранных приемов и средств его достижения. Такова логическая структура и ее этапы. Это звенья одной цепи, и они выступают как структура деятельности человека:

  1. Потребность.
  2. Мотив.
  3. Цель.
  4. Процесс.
  5. Метод (способ) осуществления.
  6. Результат.

Каждый из элементов выполняет определенную функцию, он важен для всего процесса. Без выявленной потребности невозможно определить авторство цели. Такая форма активности не имеет результата либо он отчужден от субъекта деятельности, ему не принадлежит и не служит своему назначению, поскольку обессмысливает весь процесс.

Если процесс подменяет собой результат, у людей теряется интерес к этой сфере активности. Если результат не соответствует ожиданиям, индивид утрачивает смысл и может деградировать ввиду отсутствия важнейшего качества человеческой деятельности – осознанности ее цели.

Анализ и синтез

Формы активности изучаются комплексом наук социально-гуманитарной направленности. Одной из их задач является раскрытие природы целеполагания в деятельности человека с тем, чтобы мотивировать каждого члена общества на социально-значимую активность и предупреждать антиобщественные мотивы и асоциальную направленность в действиях людей.

Анализ всех элементов цепочки позволяет открыть причинно-следственные закономерности взаимодействия мотивов и результатов деятельности, цели и формы процесса, тем самым помогая понять движущие силы общества.

Сама структура не имеет линейной направленности. Она повторяется, пересекается с другими формами и способами действий человека и группы, поглощается, бывает, что и прерывается, не завершившись достижением цели.

Анализ структуры деятельности завершенного цикла дает представление о силе мотивации, о способах приложения энергии для решения задач, о других социально-психологических факторах активности. Он может послужить качественным инструментом для создания мотивационных программ и методов организации трудового процесса.

Знания о причинах и условиях формирования мотивов могут служить эффективным инструментом для создания программ побуждения в процессе трудовой деятельности и профессиональной самореализации людей.

Цель деятельности – ведущий мотиватор

Уровень заявленной человеком цели зависит от его культуры, возможностей, среды, социальных условий. Не всегда он может точно сформулировать цель. Чаще происходит подмена личных целей внешней атрибутикой успешности и ценностями, характерными для определенной нравственной среды общества. Умение сформулировать личную цель деятельности – показатель персонального развития человека.

Цель деятельности – это осмысление ее результата. Эта идея материальная, имеющая пространственно-временную локализацию. Цели могут быть внутренними, имманентными (внутренне присущими) природе человека и внешними, определяющими деятельность индивида. Внешняя и внутренняя цели могут совпадать. Это лучший вариант во благо общества и личности, поскольку он не провоцирует конфликт интересов.

Если внешняя цель не соответствует интересам личности, то деятельность может достичь результата, но говорить об эффективности допустимо в том случае, если имеется сильный мотив для достижения результата. Если же цель решает важные для личности задачи, она сама по себе может выступить мощным побуждающим фактором. Итак, что такое мотив деятельности? Какую роль он играет?

Мотивационные потребности

Это понятие является настолько важным с точки зрения психических процессов, что существуют многочисленные теории мотивации человека. Одна из самых известных – теория иерархии потребностей Абрахама Маслоу. Согласно этой системе, именно потребности являются внутренним двигателем индивида, они побуждают его к созиданию и творчеству, на них базируется структура деятельности человека. Схема Маслоу состоит из нескольких уровней:

  • Стремление удовлетворить физиологическую потребность в еде, доме, тепле.
  • Экзистенциональные потребности: безопасность жизни, неприкосновенность жилья, наличие предсказуемого будущего.
  • Социальная защищенность: потребность в любви, необходимость людям, принадлежность к социальной группе.
  • Духовные потребности в творчестве.
  • Познавательные потребности.
  • Эстетические. Это стремление к гармонизации внутреннего и внешнего мира, к красоте.
  • Потребность в самоактуализации (человек хочет иметь статус, признание, стремится к полному самовыражению).

Все потребности, которые имеют целью личное благополучие индивида, являются базовыми, первичными. Уровень потребности человека в признании обществом, стремление к ведению социальной жизни – все это вторично. Подобные потребности формируются при удовлетворении базовых.

Мотив

Мотив формирует цель, как показывает структура деятельности. Схема ясно демонстрирует важность этого элемента. Следует добавить, что все потребности присущи человеческой природе. Но ведущим мотиватором будет та из них, которая решает самые актуальные задачи по достижению персональных целей.

Мотив, если характеризовать его коротко, – это смысл активности человека, его деятельности. Для того чтобы понять, что такое мотив деятельности, обратимся к примеру.

Если человек стремится стать руководителем, цель его – приобрести статус начальника, мотив – удовлетворить потребность в признании, результат – высокая должность. В реальной жизни все не так схематично и примитивно, конечно. Мотивы чаще бывают многоуровневыми, как и цели.

Методы и способы деятельности

Анализ структуры деятельности логически заставляет выйти на целый ряд вопросов.

Как взаимосвязаны цель и результат, каким образом влияют эти моменты друг на друга? Что такое мотив деятельности? Каким способом он проявляет себя в процессе достижения цели?

Действительно, если мотив – это внутренний двигатель, то способ или метод достижения цели – это внешняя форма реализации деятельности. И она должна быть адекватна цели. Соответствие способов и методов полученному результату является качественной характеристикой процесса. Несовпадение форм и содержания деятельности с поставленной целью может иметь негативные последствия как для личности, так и для ближнего окружения.

Если человек стремится стать образованным, и его внутренним мотивом является потребность в познании, то покупка диплома никогда не станет адекватной формой реализации цели. Характеристика структуры деятельности всегда дает представление об адекватности цели, способах и результатах процесса.

Процесс – это всегда действия. Характеристика структуры деятельности разных вариантов дает представление о возможных путях развития событий. Действия могут вести к результату, тогда они формируют целесообразный процесс. Действия на уровне аффектов, привычки, ложных убеждений, заблуждений в отношении цели носят нецелесообразный характер и приводят к непрогнозируемым результатам.

Виды деятельности

Деятельность разнообразна. Выбранный путь зависит от разных параметров – возраста, профессии, статуса, сферы деятельности. Рассмотрим некоторые виды, чтобы проследить, как изменяется психологическая структура деятельности человека.

Этот процесс не начинается с совершеннолетием, когда человек становится способен делать свободный и самостоятельный выбор со всей степенью ответственности. Деятельность осуществляется с самых первых дней жизни. Изменяется лишь степень ее осознанности и мотивация.

Младенец, как и сформировавшаяся личность, имеет цель, но ее пока нельзя назвать осознанной. Но им движет сильный мотив – удовлетворение физиологических потребностей. Он уже осуществляет активность на подсознательном уровне рефлексов.

Далее добавляется игровая деятельность. В детском возрасте она является ведущей. На этом этапе уже проявляет себя общая структура деятельности. В ней отражена вся иерархия потребностей Маслоу в свернутом виде.

Следующий закономерный этап – учебная деятельность человека. Цель её – обретение новых знаний, умений, навыков. Это очень значимый вид деятельности. Она присутствует на всех этапах жизни человека. Можно сказать иначе: любой вид деятельности выполняет учебную функцию.

Как правило, в процессе труда реализуется в полной степени целесообразная деятельность личности. В конечном итоге производится продукт, удовлетворяющий актуальные запросы общества.

Результатом творческого процесса становится произведение искусства. Стремление к самовыражению содержит структура деятельности. Схема демонстрирует тесную связь этого мотива и цели: мотив самовыражения ↔ способ ↔ цель. Но она имеет место не обязательно только в творческой среде. Элемент создания чего-то нового присутствует во всех формах человеческой деятельности, но в разной степени, конечно.

Результат

Финальный этап, ради которого осуществляется любая деятельность, – это запланированный результат. Если он не соответствует ожиданию, человек может испытать фрустрацию – психическое состояние, характеризующее внутреннее опустошение, разочарование. Естественно, такого рода явление не способствует успешности и дальнейшей постановке целей. Поэтому так важно, чтобы результат принес радость. Последнюю нужно отличать от удовольствия. Радость человек испытывает в том случае, если вкладывает в процесс усилия для получения результата. В этом случае сам результат является логичным мотиватором дальнейшей деятельности, потому что людям свойственно стремление к положительным эмоциям.

Результат – это конечный продукт деятельности человека. Одновременно он должен отвечать поставленной цели. Структура деятельности человека совпадает в этой фазе. Достигнув цели и получив результат, индивид выходит на новый уровень потребности, которую нужно удовлетворить.

Результат часто выступает в форме продукта, но он не всегда имеет материальную оболочку. Результатом может стать цель, приносящая радость от процесса труда. Если результат деятельности соответствует цели, значит, человек достиг положительного результата. Если нет, то формируется отрицательный опыт, который также должен быть учтен при составлении планов на будущее.

Рациональная деятельность и личность

Особого внимания заслуживает деятельность человека, цель которой – самосовершенствование. В ходе реализации этого процесса структура деятельности человека своим предметом и основой имеет личностный потенциал. У каждого из людей есть такая возможность. Но не каждый человек готов работать над собой. Только высокоразвитый индивид понимает, что он сам является лучшим предметом собственного развития. Какие особенности имеются у данного процесса?

  • Способность полностью отвечать за результаты своего развития.
  • Умение достигать успеха в той деятельности, в которой человек себя реализует полностью.
  • Цель имеет глубокий жизненный смысл, как правило, значимый для общества, выходящий за личные потребности отдельного индивида.
  • Высокий уровень организации личного пространства, подчинение способа жизни поставленной цели.

Следует заметить, что любая деятельность человека, цель которой его удовлетворяет, является элементом самосовершенствования. Дело в том, что радость – это всегда открытие собственных границ и возможностей. Кроме того, она еще и обеспечивает и позитивный настрой, который побуждает окружающих к совместной деятельности и способствует увеличению энергии этого процесса.

Еще Аристотель – отец «Логики» – называл целесообразную деятельность великим благом для общества и человека. Все подлинные ценности жизни с течением времени обретают еще большую значимость. Слова Аристотеля, несомненно, актуальны до настоящего времени.

Содержание и структура деятельности в психологии

Каждое живое существо каким-то образом взаимодействует с окружающим миром. В процессе взаимодействия появляется два элемента: субъект, который целенаправленно влияет на окружающую среду, и объект, который становится предметом удовлетворения потребностей субъекта. Если говорить о деятельности людей, то ее можно определить как сознательно направленную активность на достижение поставленной одной цели или многих целей. Как обычно, цель, с одной стороны, связана с интересами и потребностями, которые требуют удовлетворения, а с другой – с требованиями общества к человеку.

Общее понятие деятельности

Человеческая деятельность имеет ряд собственных характеристик. Во-первых, как уже упоминалось, для деятельности людей свойственна сознательность (люди осознают цели, методы и средства, чтобы их достичь, и прогнозируют результаты). Научная психология заявляет, что без осознания человеком цели нельзя говорить о деятельности, ведь это просто будет активность. Импульсивное поведение подвержено эмоциям и потребностям и характерно для животных. Во-вторых, сложно представить себе деятельность человека без изготовления, использования и последующего хранения орудия труда. В-третьих, вопросы психологии деятельности касаются и общественного характера, ведь именно общество или группа воспитывает, показывает человеку, что и как нужно делать. Благодаря такому виду взаимодействия человек налаживает связи с другими людьми, имеет с ними разного типа отношения.

Изучение психологии деятельности в рамках исследований советских психологов (А. Н. Леонтьева, С. Л. Рубинштейна, А. А. Смирнова, Б. М. Теплова и др.) показало, что характер протекания и развития разных процессов в психике зависит от особенностей деятельности носителя сознания, его мотивационной сферы. Также результаты экспериментов А. Н. Леонтьева и П. Я. Гальперина говорят о том, что внутреннее идеальное действие формируется на базе внешнего материального через последовательные изменения последнего. Этот процесс был назван интериоризацией.

Отличия между активностью и деятельностью

Активность – это общая характеристика для всех живых существ независимо от уровня организации и развития. Ведь именно она помогает поддерживать жизненно значимые связи всех существ с окружающей средой. Стоит отметить, что источник такой активности – это потребности, которые стимулируют живой организм действовать, чтобы их удовлетворить. Человеческие потребности и потребности животных имеют и сходство, и различие. Базовые физические потребности свойственны обоим, а вот другие высшие – характерны только для человека, ведь они проявляются под действием общественного воспитания.

Вопросы психологии рассматривают и отличия между активностью и деятельностью. Основная отличительная черта заключается в том, что деятельность обусловлена потребностью в предмете, а активность – потребностью в самой деятельности. Также активность первоначальна по отношению к деятельности. Ведь первая проявляется и в наших мыслях, планах, фантазиях, а вот вторая связана с предметами, средствами. Следует обратить внимание на то, что активность является сопроводительным элементом в течение всего процесса деятельности. Активность обеспечивает расчет сил, времени, возможностей, мобилизацию способностей, преодоление инерции, активирует все, что поможет достичь результата. Деятельность — очень важное и значимое в жизни человека понятие. Психология выделяет некую структурную организацию этого феномена.

Деятельность и ее компонентная структура

Структура деятельности в психологии имеет существенное обоснование в результате многих теоретических и эмпирических исследований. Главная детерминанта человеческой деятельности – это потребность. Отечественная психология выделяет группу элементов, которые будут описаны ниже.

Первый элемент этой схемы – потребность. Ее определяют как состояние жгучей неудовлетворенности, которое стимулирует активность, направленную на поиск объекта, что утолит это состояние. Потребности человека подвержены влиянию не только природы и физиологии, но и социализации и воспитания. Исходя из этих данных, литература по психологии предоставляет две классификации:

  • Виды потребностей зависимо от предмета – материальные и духовные.
  • Виды потребностей зависимо от происхождения – природные и культурные.

Ученые отмечают, что потребность – это как толчок, чтобы человек мог проявить свою активность. Но не только этим феноменом руководствуется человек. Важное место занимает понятие мотива.

Если у человека есть потребность в новых знаниях, то посетить занятие по психологии он может в силу растущего мотива. Психологи интерпретируют это понятие в терминах побуждения к деятельности, что связано с желанием удовлетворить потребность, и которое имеет четкое направление. У потребности нет четкого видения, нет предмета, а вот мотив – конкретное ее выражение. Мотивы, их совокупности и виды рассматривает психология. Кратко она делит мотивы на осознанные и неосознанные. Первые можно выразить с помощью слов, вторые – нет, ведь они являются вытесненными. Следует отметить, что не стоит отождествлять мотив с целью, потому что часто бывает, что различные мотивы объединены одной целью, и различные цели объединены одним мотивом.

Цель научная психология определяет как конечный результат деятельности, который существует в воображении человека и которого он хочет добиться. Выражение цели можно наблюдать как в материальной, так и в психической плоскости. Цель, в свою очередь, делится на конкретные задачи, которые помогают достигнуть желаемого результата.

Итак, минимальный компонент деятельности, который выполняет конкретную задачу – это действие.

Вот из таких элементов состоит структура деятельности в психологии. Схема, изображенная ниже, поможет визуально воспринять информацию:

Потребность – Мотив – Цель – Действие – Результат.

Типы деятельности

Ученные обсуждают деятельность как внешнее физическое и внутреннее психическое понятие. Психология в связи с этим выделяет следующие действия, которые обеспечивают внутренне-психическую деятельность: перцептивный процесс (восприятие), мыслительный процесс, мнемический процесс (память), имажитивный процесс (воображение). Вот такая внутренняя деятельность готовит внешние действия. Благодаря им можно создать план, продумать все аспекты достижения цели и вообразить конечный результат. Плюс ко всему с помощью памяти человек не будет повторять совершенных ранее ошибок.

Структура деятельности в психологии, а именно внутренней, имеет две главные черты. Во-первых, по строению она такая же, как внешняя, отличия в форме протекания: операции и действия происходят с воображаемыми объектами, а не с реальными, соответственно, результат деятельности тоже мысленный. Во-вторых, внутренняя деятельность сформировалась от внешней в процессе интериоризации. Например, сначала дети читают вслух и лишь через некоторое время происходит переход во внутреннюю речь.

А вот внешняя деятельность продуцирует внешние предметные действия, а именно моторные (позы, перемещения в пространстве), движения выразительности (мимика и пантомимика), жесты, движения, связанные с речью (голосовые связки).

Противоположным процессом интериоризации считается процесс экстериоризации. Он заключается в том, что внешние действия порождаются в результате трансформации внутренних структур, которые сформировались на базе интериоризации.

Операция, контроль, оценка: что это такое

Структура деятельности в психологии содержит в себе несколько компонентов, а самый конкретный, который осуществляется в окружающей среде – это операция. Ученые-теоретики определили операцию как способ выполнять те или иные действия в зависимости от ситуации. Операция обеспечивает технический аспект действия, ведь его можно выполнить разными операциями или с помощью разных способов.

Результат деятельности, когда он достигнут, проходит этапы оценки и контроля. Контроль сопоставляет полученный результат с первоначальным образом и целью. Оценка выявляет степень совпадения результата и цели. Оценка – это как бы последний этап контроля. Положительная оценка говорит об удовлетворенности и положительности деятельности в целом, а негативная — наоборот. Если результат не нравится, то с помощью контроля можно отправить его на доработку по возможности.

Деятельность: формы

Отечественная психология разработала классификацию форм деятельности. Сюда принадлежит игра, учебная деятельность и трудовая деятельность. Рассмотрим все по порядку.

Игра – это ведущая деятельность для детей, ведь благодаря ей они имитируют жизнь взрослых, свой воображаемый мир, учатся и развиваются. Игра не даст ребенку каких-то материальных ценностей, и продуктом ее не станут материальные блага, но она отвечает всем параметрам потребностей детей. Для игры характерна свобода, обособленность, непродуктивность. Она обеспечивает социализацию ребенка, развивает его коммуникативность, гедонистичность, познавательность и креативность. Также имеет компенсаторные функции. Игра имеет свои подвиды. Это предметная игра, сюжетно-ролевая, игра с правилами. Ребенок, проходя определенный этап развития, начинает играть в другие игры. В такой форме деятельности дитя может выражать свои эмоции, чувства, родителям это служит огромнейшей подсказкой. Также если у ребенка есть травматический опыт, лучше все разрешить его с помощью игры.

Следующая форма деятельности, которую осваивает человек по мере взросления – это учебная деятельность. С ее помощью люди получают обобщенные теоретические знания, овладевают предметными и познавательными действиями. Учение обеспечивает социальную функцию, процесс включения молодого индивида в систему общественных ценностей и общества как такового. В процессе учебной деятельности можно развить свои способности, кристаллизировать свои знания. Ребенок учится дисциплине, формирует волю.

Ученые считают, что наивысшим проявлением деятельности является труд. Трудовая деятельность предусматривает воздействие на природу с помощью орудий труда и использование ее в собственных потребительских целях. Труд характеризуется осознанностью, энергозатратностью, общепризнанностью и целесообразностью. После окончания университета или другого заведения или, вообще, сразу после школы человек начинает свой профессиональный путь. Психологическая структура профессиональной деятельности имеет следующие компоненты:

Сознательная Цель – Предмет труда – Средство Труда – Используемая Технология – Трудовая Операция.

Теории психологии деятельности

Теория деятельности выступает одной из главных методологических основ для проведения исследований психики и сознания. В ее рамках деятельность изучается как феномен, который опосредствует все психические явления и процессы. Такой научный взгляд встретил критику у зарубежных психологов. Литература по психологии деятельности относится к 20-м годам ХХ века и продолжает развиваться сейчас.

В этом направлении есть две интерпретации. Первая описана С. Л. Рубинштейном, который стал разработчиком принципа единства сознания и деятельности. Вторую сотворил известный ученый А. Н. Леонтьев, который обозначил вопрос об общности структуры внешней и внутренней психической деятельности.

Теория деятельности С. Л. Рубинштейна

Этот ученый изучает психику путем раскрытия ее значимых и объективных отношений через деятельность. Рубинштейн утверждает, что не стоит воспринимать внутреннюю деятельность психики как такую, что формируется через трансформацию внешней. Детерминизм заключается в том, что внутренние условия становятся опосредствованным элементом внешних причин. Сознание и деятельность – это не две формы выражения единства, а две инстанции, что создают неделимое единство.

Теория деятельности А. Н. Леонтьева

Психолог-исследователь считает психику одной из форм предметной деятельности. Леонтьев является сторонником теории интериоризации и утверждает, что внутренняя деятельность формируется в результате перехода внешних действий во внутренние психические. Ученый разделяет деятельность и сознание по типу процесса формирования образа и самого образа. Сформулировав такую теорию, как структура деятельности в психологии, Леонтьев выдал свои собрания сочинений еще в 1920-х годах. Работал исследователь под началом Л. С. Выготского, изучая мнемические процессы, которые трактовал в русле предметной деятельности. В 30-х годах ХХ века возглавил Харьковскую школу деятельности и продолжил свои теоретические и экспериментальные разработки в этой проблеме. В течение семи лет с 1956 по 1963 год Леонтьев проводил эксперименты. Результатами стало то, что он доказал возможность формирования звуковысотного слуха у людей с не очень хорошим слухом в музыке на основе адекватного действия. Его предложение о рассмотрении деятельности как совокупности действий и операций было принято положительно в научном психологическом мире. Также Леонтьев изучал, как возникла и развивалась психика в процессе эволюционного периода, как возникало сознание в процессе развития человека, соотношение деятельности и сознания, возрастное развитие психики и сознания, мотивационную и смысловую сферу, методологию и историю психологии.

Теория деятельности Л. С. Выготского

Использовал теорию деятельности, чтобы объяснить особенности психики людей и Лев Семенович. Он разработал теорию высших психических функций и был приверженцем теории интериоризации.

Высшими психическими функциями ученый называл познавательные процессы, которые активированы в нашей психике. Он считал, что раньше, когда общество было примитивным, высшими психическими функциями были отношения между людьми. Но в процессе эволюции происходила интериоризация этих отношений, они трансформировались в психические явления. Главная характеристика ВПФ – это опосредствованность с помощью определенных символов и знаков. Еще до возникновения речи люди общались, передавали знания и информацию с помощью знаков. Это означает, что наши психические процессы работали на знаковой системе. Но если начать расшифровывать слово, то можно обнаружить, что оно тоже определенный знак.

Высшие психические функции расположены в лобных долях коры головного мозга. Можно выделить несколько этапов генезиса ВПФ:

  • Форма отношений между людьми – интерпсихический процесс.
  • Интериоризация.
  • И собственно, высшая психическая функция – интрапсихический процесс.

Теории деятельности уже стали и еще станут фундаментом для многих психологических исследований на отечественном пространстве.

Общая структура деятельности и поведения

Основной закон развития сознания и психики человека заключается в том, что человек развивается в деятельности. С.Л. Рубинштейн сформулировал принцип единства сознания и деятельности.

Определим понятие деятельности. Деятельность – это активность субъекта, направленная на изменение мира, на производство определенного продукта материальной или духовной культуры. Деятельность человека выступает сначала как практическая, материальная, а затем из нее выделяется деятельность теоретическая.

В структуре деятельности вычленяются собственно деятельность и входящие в ее состав отдельные действия и операции. Структурные элементы деятельности соотносятся с ее предметным содержанием – мотивами, целями и условиями. Деятельность всегда подчинена мотиву – предмету потребности. Она состоит из отдельных действий, направленных на сознательно поставленную цель. Цель, как правило, не совпадает с предметом потребности (мотивом), но предполагает осмысленное соотнесение с ним. В силу такого установления отношений цели к мотиву она приобретает определенное значение для личности, личностный смысл. Действие как процесс достижения цели может быть осуществлено различными способами – операциями – в зависимости от конкретных условий и средств деятельности. Операция всегда подчинена логика используемого орудия (средства) деятельности. В исследованиях отечественных психологов (А.Н. Леонтьев, А.В. Запорожец, Д.Б. Эльконин) выявлена зависимость эффективности деятельности, успешности решения задач испытуемыми от структуры и предметного содержания деятельности.

В психологии выделяют различные виды деятельности: предметно-манипулятивную, игровую, учебную, трудовую и др. На различных этапах онтогенетического развития определенные виды деятельности приобретают ведущее значение для формирования психики, сознания и личности в целом. Такие виды деятельности получили название ведущих.

В каждом периоде человеческого развития выделяют определенный ведущий вид деятельности. Для младенчества – это непосредственно-эмоциональное общение, для раннего детства – предметно-манипулятивная деятельность, для дошкольного возраста – игра, для младшего и среднего школьного – учение, для подросткового периода – интимно-личностное общение, для ранней юности – учебно-профессиональная деятельность, для периода взрослости – профессиональная деятельность.

Деятельность возникает, когда невозможно автоматически удовлетворить потребность в силу социального и/или предметного сопротивления. Деятельность характеризуется осознанностью, хотя отдельные действия могут осуществляться автоматически.

Основными элементами деятельности выступают отдельные действия, т.е. деятельность существует как действие или как цепь действий. Действия могут осуществляться различными способами, которые называются операциями. Операции определяются условиями осуществления действий.

Деятельность является одним из элементов проявлений поведения. Следовательно, поведение – это более широкое понятие. Поведение – это сложный комплекс реакций живого организма на воздействия внешней среды. Живые существа в зависимости от уровня психического развития обладают поведением различной сложности.

Животные обладают поведением, но не деятельностью, которая им недоступна. Не любое поведение человека можно назвать деятельностью. Хотя любая деятельность – это определенное поведение. Критерий для различения – степень прилагаемых сознательных усилий.

Таким образом, человеческая деятельность служит и движущей силой общественно-исторического прогресса, и средством психического развития человека.

Вопросы для обсуждения и размышления

1. Расскажите о взаимосвязи между психологией и другими современными науками.

2. Дайте определение психологии как науки.

3. В чем состоят различия между научной и житейской психологией?

4. Что относится к фундаментальным отраслям современной психологии?

5. Какие методы психологических исследований Вы знаете?

6. Какие психические процессы Вы знаете?

7. Расскажите о роли и месте методов самонаблюдения и наблюдения в современной психологии.

8. Охарактеризуйте основные этапы развития психики человека.

9. Дайте общую характеристику неосознаваемых психических процессов.

10. Приведите примеры неосознаваемых автоматизмов. Существуют ли методы изучения неосознаваемых психических процессов?

11. Что вы знаете о надсознательных процессах?

12. Что такое деятельность?

13. Охарактеризуйте труд как вид человеческой деятельности.

14. Что вы знаете об игре как деятельности ребенка? Какие виды игры Вы знаете?

15. Охарактеризуйте структуру деятельности.

16. В чем состоит значение потребностей для живых организмов?

17. Расскажите о роли рефлексии в регуляции поведения человека.

 

 

Словарь терминов

Бессознательное –психические процессы и механизмы, в функционировании и влиянии которых человек не отдает себе отчета.

Валидность теста –показатель, в какой мере он измеряет то качество (свойство, способность, характеристику), для оценки которого он предназначен.

Деятельность – активное взаимодействие человека с окружающей средой по удовлетворению своих потребностей.

Душа –нематериальное, глубоко личностное начало в человеке, его внутренний мир как уникальное целое, остающееся относительно равным себе на протяжении всей жизни человека.

Интроспекция – метод в психологии – самонаблюдение и анализ своих умственных процессов, чувств, переживаний, мыслей в попытке понять, как они работают.

Психолог–человек с психологическим образованием, выполняющий профессиональную деятельность в области психологии как науки, психологической помощи или прикладных исследований.

Психика – свойство высокоорганизованный материи (головного мозга) отражать явления объективного мира в чувственных образах и образах логического мышления.

Рефлексия – процесс самопознания человеком своих внутренних психических актов и состояний.

Сознание – высшая форма психического отражения объективной действительности, присущая только человеку, обдумывание и запоминание своего внутреннего психического опыта, оценивание его значения для своей жизни.

Литература

1. Климов, Е. А. Общая психология. Общеобразовательный курс : учеб. пособие / Е. А. Климов. – Москва : ЮНИТИ-ДАНА, 1999.

2. Общая психология : курс лекций / сост. Е. И. Рогов. – Москва, 1999.

3. Психология : учебник / под общ. ред. В. Н. Дружинина. – Санкт-Петербург, 2000.

4. Реан, А. А., Психология и педагогика / А. А. Реан, Н. В. Бордовская, С. И. Розум. – Санкт-Петербург, 2000.

5. Столяренко, Л. Д. Педагогическая психология : учеб. пособие /
Л. Д. Столяренко. – Ростов-на-Дону, 2000.

6. Чеховских, М. И. Основы психологии : учеб. пособие / М. И. Чеховских. – Минск, 2002.

7. Ительсон, Л. Б. Лекции по общей психологии : учеб. пособие /
Л. Б. Ительсон. – Москва, 2002.

8. Годфруа, Ж. Что такое психология. В 2 т. / Ж. Годфруа. – Москва, 1996.

9. Гиппенрейтер, Ю. Б. Введению в общую психологию / Ю. Б. Гиппенрейтер. – Москва, 1998.

10. Немов, Р. С. Психология : учебник для высших пед. уч. заведений. Кн.1. Общие основы психологии / Р. С. Немов. – Москва, 1998.

11. Общая психология / под ред. В. В. Богословского [и др.]. – Москва, 1981.

12. Столяренко, Л. Д. Психология и педагогика в вопросах и ответах / Л. Д. Столяренко. – Ростов-на-Дону, 1999.

 

Раздел 2. ПСИХОЛОГИЯ ПОЗНАВАТЕЛЬНОЙ
ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

 

2.1. Ощущение. Виды ощущений.

2.2. Восприятие. Общая характеристика восприятия.

2.3. Внимание. Виды и основные свойства внимания.

2.4. Память как психический процесс.

2.5. Мышление как процесс.

2.6. Воображение и его виды.

 

Ключевые слова:психический процесс, ощущение, восприятие, внимание, память, мышление, воображение, классификация.

 


О нормативной структуре индивидуальной деятельности человека – Гуманитарный портал

Мой опыт применения известной в психологии схемы «деятельность-действие-операция» (как при описании деятельности человека в автоматизированных системах, так и при описании деятельности спортсмена) показал, что многие существенные моменты деятельности человека лежат за пределами этой схемы. Это побудило меня предпринять попытку развёртывания схемы в части «действие-операция», чтобы увеличить её «разрешающую способность». Оказалось, что такое развёртывание потребовало принципиального переосмысления содержания этой схемы; в результате следовало бы сказать, что была, скорее, получена новая схема, нежели развёрнута старая. Поскольку цель настоящей статьи — изложить не столько ход работы, сколько её результаты, я здесь не буду обосновывать положения и понятия, к которым пришёл в процессе работы, но которые в изложении результатов должны быть положены как исходные, а ограничусь лишь их формулировкой, чтобы избежать многосмысленности и облегчить понимание.

Введение

Я буду полагать, что каждое единичное явление, в том числе явление индивидуальной деятельности, принадлежит одновременно трём сферам действительности, для каждой из которых характерен свой особый тип детерминации: сфера личности, её тип детерминации — самодетерминация; сфера природы, её тип детерминации — внутренняя детерминация; сфера деятельности, её тип детерминации — внешняя детерминация.

Мир явлений един, каждая же сфера действительности обособляется в мышлении благодаря различным, исторически сложившимся типам исследовательских отношений, различным методам исследования.

В сфере личности явления интерпретируются как переживания; их не объясняют, их следует понять. Реальный процесс, являющийся содержанием переживания, есть жизнь. Человек как организованность процессов переживания — субъект жизни. Если он рефлексивно переживает себя в качестве субъекта жизни и соответствующим образом поступает, он есть личность.

В сфере природы явление объясняется с помощью демонстрации его внутреннего основания (механизма, причины, начала и так далее). Последним основанием в этой сфере действительности выступает взаимодействие объектов — логических атомов.

В сфере деятельности явление объясняется демонстрацией внешнего основания (норм, образцов, культурных значений, и тому подобного) при познавательном отношении исследователя к явлению и демонстрацией преимуществ данного описания как предписания — при проектном отношении. Последним основанием в этой сфере является история универсума деятельности — социума, который существует благодаря воспроизводству. В сфере деятельности, то есть в воспроизводстве социума, человек выступает как индивид, то есть несубъектно. Индивид — это особое средство, орудие, посредством которого деятельность самовоспроизводится. Для деятельности безразлично, посредством кого персонально она осуществляется, лишь бы она осуществлялась и осуществлялась правильно.

Происхождения социума и личности взаимообусловлены и имеют один источник — природу. Их развитие также взаимообусловлено и идёт параллельно. Для каждого исторического типа социума характерен свой исторический тип личности.

Осмыслить явление, с моей точки зрения, означает понять его и объяснить. Но для осмысления оно должно быть ещё специально расчленено — «измерено» мыслью. Принципы же выделения единиц в мире явлений различны для разных сфер действительности. Для деятельности — это воспроизводящиеся фрагменты мира явлений; для субъективности — это единицы, переживаемые как целостные; для природы — это единицы, целостные относительно закона. Очевидно, что для разных сфер действительности выделяемые фрагменты мира будут разными.

Явления индивидуальной деятельности выделяются следующим образом: это такие фрагменты мира единичных явлений, которые соответствуют как единицам деятельности, то есть являются осуществлением некоторого фрагмента воспроизводства социума (и в этом смысле являются деятельностью), так и событиям в жизни субъекта (и в этом смысле являются индивидуальными). Иными словами, хотя человек, осуществляющий деятельность как детерминированную извне, выступает как индивид, его личность так или иначе проявляется в процессе деятельности — в форме индивидуальных особенностей. Личность, выступающая в деятельности в роли индивида, и есть индивидуальность.

Итак, процесс индивидуальной деятельности целостен и как фрагмент воспроизводства и как событие в жизни личности. Организованностью, соответствующей процессам индивидуальной деятельности, является индивидуальность. Учитывая сделанные выше замечания относительно происхождения социума и личности из природы, можно сказать, что возможность индивидуальной деятельности предполагает некоторое целостное явление природы, которое я и назову психическим. Иными словами, под психическими процессами я понимаю природные процессы, которые одновременно реализуют исторически сформировавшиеся нормы деятельности и которые целостно переживаются субъектом как события его жизни.

Одна из основных задач психологии состоит, на мой взгляд, в исследовании закономерностей и механизмов психических процессов, понимаемых как природные, реализующие меру деятельности. Но для этого необходимо предварительно описать саму нормативную структуру процесса индивидуальной деятельности.

Прежде чем перейти к этому описанию, сделаю ещё два замечания.

Принятые в психологии единицы деятельности — «действие» и «операция» — рассматриваются мной не как вытекающие из природы психики, а как определяемые воспроизводством и ситуациями осуществления деятельности. Другими словами, это составляющие нормативной структуры индивидуальной деятельности.

В противоположность принятому в психологии деятельности положению я исхожу из того, что общение не может быть сведено к деятельности и является генетически первичным по отношению к ней. Суть общения — сопереживание, которое относится к сфере субъективности. Его реализация предполагает содействие или противодействие; будучи ритуализированными, нормированными, они относятся к действительности деятельности. На содействие и противодействие затем надстраиваются различного рода социальные образования типа власти-подчинения, дружбы, вражды и так далее, которые служат основой для кооперации, конкуренции и так далее, то есть «естественной» основой существования социальных систем деятельности.

1. Способ деятельности и ситуация

1.1. Понятие способа деятельности 

1

Простейшей формой существования способов деятельности являются образцы деятельности, демонстрируемые мастерами-учителями, которые при этом выступают в функции элементов культуры. Мастер, демонстрирующий образец деятельности много раз, демонстрирует каждый раз один и тот же способ деятельности, который является, таким образом, инвариантом всех актов образцовой деятельности. Акты той же деятельности могут осуществляться разными людьми, и если они соответствуют образцу, то это значит, что каждый раз реализуется один и тот же способ. Отклонение от способа обычно квалифицируется как ошибка. Таким образом, способ деятельности ещё и вменяется ученику. Если мастер умирает, никого не обучив, мы говорим, что способ деятельности утерян. Наоборот, обучив ученика, он обучил его способу деятельности, передал ему способ деятельности. В процессе освоения способа у ученика формируются соответствующие способности.

Способ деятельности может существовать не только в форме образца, то есть «неявно», но и «явно», как совокупность норм: требований, методик, инструкций, различного рода описаний, и тому подобного. Однако как бы ни был развит, осознан и описан способ деятельности, всегда существует «остаток» в форме живых образцов деятельности.

Способы деятельности формируются и развиваются исторически за счёт трёх относительно автономных и вместе с тем связанных друг с другом процессов: естественного изменения и трансформации актов деятельности в процессе реализации норм и образцов; сознательного оформления и возникших таким образом новообразований в виде новых форм деятельности; искусственного развития систем норм через проектирование и организацию систем деятельности.

Иначе говоря, я называю способом деятельности такую определённость процесса деятельности, в которой она воспроизводится и которая передаётся, транслируется из поколения в поколение, формируется и трансформируется в культурно-историческом процессе и, следовательно, является его организованностью. С нормативной стороны реальный, протекающий во времени, процесс деятельности может рассматриваться как последовательная смена состояний актуализации единиц — составляющих способа деятельности. При этом каждая единица в определённый момент времени может находиться в трёх состояниях: «выполненная», «невыполненная», «выполняющаяся». Состояние всего процесса может характеризоваться положением «границы», отделяющей выполненные способы деятельности от невыполненных. Реализация норм деятельности означает, таким образом, актуализацию способа деятельности.

1.2. Понятие ситуации деятельности

Очевидно, процесс деятельности не протекает в предметном вакууме, а «захватывает», «включает» и «затрагивает» целую область материальных и идеальных предметов: людей, вещей, знаков, знаний и так далее, которую назовём ареалом этой деятельности. Ареал деятельности, рассмотренный как организованность относительно процесса и способа деятельности, есть ситуация. В ситуации единицы ареала выполняют функцию средств самовоспроизводства деятельности, а также функции различных (обуславливающих деятельность) факторов.

Элементы ситуации, как и различные типы их функциональных объединений — оперативные системы, системы понятий, машинные комплексы и так далее, также культурно нормированы и в процессе воспроизводства социума транслируются либо непосредственно, либо в виде образцов-эталонов с последующим их производством, либо в виде различных норм — описаний, стандартов и так далее. Таким образом, процесс деятельности, как правило, протекает в условиях «второй природы» в ситуации, соорганизованной предыдущими деятельностями.

Здесь мы имеем дело с проявлениями общего закона: в генетическом плане изменение процесса детерминирует изменение организованности, тогда как в плане функционирования организованность детерминирует процесс. В нашем случае наличная ситуация определяет способ деятельности, и в то же время сама ситуация с её элементами формировалась в процессе генезиса данного способа деятельности.

«Нормальность», нормированность ситуации вовсе не означает, что деятельность всегда осуществляется в строго определённой, соответствующей конкретному способу ситуации, и лишь благодаря этому способ деятельности может реализоваться. Хотя в системах деятельности её ситуации специально организуются и поддерживаются в соответствии с нормами, выполнение одной и той же деятельности в разное время и в разных местах происходит в силу ряда факторов, как правило, в различных ситуациях. Такими факторами могут быть и взаимовлияния деятельностей на пересекающихся ареалах, и искусственное изменение ситуации, и стихийные природные процессы, и нарушение норм и так далее. «Нормальность» ситуации (в данном контексте) означает, что каждый способ деятельности осуществляется в соответствующей ситуации. Смена ситуаций предполагает смену способа деятельностей. Иными словами, способ деятельности и ситуация, процесс и организованность должны соответствовать друг другу. Но это же означает, что нормативный план деятельности включает две взаимосоответствующие нормативные структуры: способ и ситуацию деятельности.

Рассмотрение способа и ситуации в их взаимном соответствии позволит нам провести дополнительные расчленения и способа, и ситуации.

1.3. Взаимосвязь способа и ситуации

Реальный процесс деятельности (помимо указанного выше представления) как последовательной смены состояний выполненности, составляющих способ, может быть представлен как последовательность смены состояний ситуаций. Если в качестве примера рассмотреть продуктивную деятельность, то такой элемент ситуации как материал деятельности в процессе деятельности переходит из состояния исходного материала в состояние продукта, в то время как другие элементы ситуации переходят из одного функционального состояния в другое. Например, орудия из функционального состояния «не задействовано» через состояние «задействуется» переходят в состояние «задействовано». Это означает, что в процессе выполнения деятельности ситуация меняется, то есть она текуча. Реализация каждой следующей составляющей способа происходит как бы в новой ситуации. Поэтому можно говорить не только о нормативной структуре ситуации (как об организованности способа), но и о нормальном течении ситуации или о ситуативных отклонениях. Это означает, что в случае таких отклонений процесс деятельности должен корректироваться, а её способ — изменяться. Иными словами, способ деятельности ситуативен.

Вместе с тем, как я уже говорил, ситуация как организованность допускает или не допускает осуществление данного способа деятельности. Если ситуация соответствует данному способу деятельности (то есть допускает его), то можно сказать, что относительно этой деятельности ситуация способна.

Представление о ситуативности способа и способности ситуации позволяет сделать следующий шаг и рассмотреть их взаимосвязь, которая реализуется в процессах перехода способа в ситуацию и ситуации в способ.

Факт перехода способа в ситуацию зафиксирован в выражении об «умирании», «свёртывании», «опредмечивании» процесса деятельности в результате. Но результат — лишь один, пусть и главный элемент конечной ситуации. Деятельность может иметь и побочные результаты (топор затупился) и случайные (палец порезал). Все они образуют структуру конечной ситуации. Поэтому процесс деятельности может быть изображён и как последовательная смена состояний ситуации из исходного в конечное.

Не следует думать, что между способом и ситуацией существует своего рода изоморфизм. Например, в осуществлении одной составляющей способа может участвовать более одного орудия, и одно орудие может участвовать в осуществлении многих составляющих способа. Неизоморфность способа и ситуации позволяет представить себе, что одна и та же ситуация способна по отношению к разным деятельностям, и реализация именно данного способа может быть осмысленна как обратный переход ситуации в способ деятельности.

Такая трактовка связи способа и ситуации поможет в дальнейшем при анализе нормативной структуры деятельности. В этом рассуждении я фактически рассматривал ситуацию как функциональную организованность (функциональную структуру) относительно процессуальной структуры деятельности — способа.

2. Устойчивость способа деятельности и принятие решений

2.1. Понятие устойчивости способа деятельности относительно ситуации

В процессе своего существования человек осваивает хотя и большое, но ограниченное число способов деятельности. Ситуаций же, в которых деятельность приходится осуществлять, бесчисленное множество. Немыслимо поэтому, чтобы для каждой ситуации существовала своя деятельность, свой способ деятельности. Кроме того, в своей деятельности человек, как правило, сталкивается с новыми, непредвиденными ситуациями или с резкими изменениями ситуации (стихийное изменение среды, изобретение новых орудий, смена характеристик результатов, правил соревнований и так далее). И если бы не был возможен перенос способа из ситуации в ситуацию, и если бы человек не мог в новой ситуации использовать имеющиеся у него способности, то он был бы просто беспомощен. Оставалась бы непонятной и трансформация, и модификация, и развитие деятельности. Поэтому согласно нашему обыденному пониманию одна и та же деятельность, один и тот же способ деятельности реализуется в разных ситуациях.

Но (с другой стороны) мы хорошо понимаем, что всякое изменение ситуации как организованности относительно способа должно вести к его изменению. И с этой точки зрения правильнее было бы говорить не об одной деятельности в разных ситуациях, а о разных деятельностях, о разных способах деятельности.

Выходом из этого противоречия может служить представление о том, что способ деятельности в определённых пределах может варьировать, оставаясь самим собой. Ведь мы не сомневаемся в том, что даже учитель, многократно демонстрируя одну и ту же деятельность, каждый раз её исполняет в чём-то иначе, хотя мы говорим, что это образец (!) одной и той же деятельности. Мы говорим об индивидуальном стиле выполнения одной и той же деятельности, одного и того же способа, но по-разному в разных ситуациях, когда факторами ситуации деятельности становятся индивидуальные особенности человека. Иными словами, мы полагаем, что нормативная структура деятельности (способ) в своих существенных чертах остаётся инвариантной по отношению к целому спектру ситуаций, благодаря чему мы говорим, что во всех этих ситуациях реализуется одна и та же деятельность. Мы полагаем, таким образом, что способ обладает некоторой устойчивостью по отношению к изменению ситуации.

Возникает вопрос: каков характер и границы этой устойчивости, внутри которых способ остаётся одним и тем же и вне которых он должен рассматриваться как другой, а также какие особенности структуры способа деятельности обеспечивают его устойчивость относительно ситуации?

Этот же вопрос можно рассмотреть и более дифференцированно. Можно представить себе, что ситуация в одних своих моментах меняется, тогда как в других остаётся неизменной в разных случаях осуществления деятельности. При этом как инварианты, так и варианты могут быть различными. Очевидно, что и способ деятельности в каких-то своих моментах будет варьировать соответственно вариации ситуации, тогда как другие моменты останутся инвариантами.

Если уточнить это соображение категориально, то следовало бы сказать, что если мы рассматриваем способ как структуру, часто понимаемую как инвариант, то вариация одного или более элементов должна компенсироваться вариацией других элементов так, чтобы способ в целом оставался неизменным либо варьировал незначительно.

Компенсаторные механизмы могут быть и более сложными, выходящими за пределы изменения отдельных элементов. Например, может идти речь о замене элементов, их дублировании, резервировании, о перестройке фрагмента взаимосвязи элементов или всей взаимосвязи в целом и так далее. Иными словами, компенсаторные механизмы могут быть самого разного уровня, затрагивать разные «глубины» структуры способов. Таким образом, компенсаторные механизмы, перестраивающие способ деятельности применительно к ситуации, позволяют говорить об иерархии моментов способа относительно степени их устойчивости к факторам ситуации. Переход от одного способа к другому, связанный с изменением инварианта высшего порядка, означал бы смену способа одной деятельности на способ другой деятельности, что означало бы, что данная деятельность не была бы осуществлена. Внутри этих границ можно говорить о различных вариантах способа одной и той же деятельности. Механизм компенсации может быть квалифицирован как обеспечивающий устойчивость способа деятельности с помощью гибкости.

Можно помыслить и противоположный тип обеспечения устойчивости способа через жёсткость. Например, пусть некоторый результат всегда достигается за счёт одного конкретного процесса, невзирая на ситуацию (такое положение характерно для деятельности в автоматизированных системах). Очевидно, что если ситуация отличается от предписываемой, то деятельность осуществлена быть не может. Единственный выход — это преобразование ситуации к предписанной норме. Но это предполагает вспомогательную деятельность (ремонт, отладка и так далее). Здесь также можно говорить о компенсации, но компенсации иного рода — компенсации ситуации по отношению к рассматриваемому способу деятельности. Если же представить себе постоянство связи вспомогательной деятельности с рассматриваемой (привязку её к основной) либо если рассмотреть вспомогательную и основную в более широком контексте — в качестве составляющих более сложной деятельности, то мы вновь придём к гибкому варианту. С другой стороны, это рассуждение позволяет искать и в гибком варианте компенсации возможные разделения структуры способа на основные и вспомогательные фрагменты. Фактически мы получили сложное сочетание типов механизмов устойчивости способа по отношению к ситуации через взаимную трансформацию способа и ситуации. Эмпирические случаи могут располагаться между этими двумя идеальными типами.

2.2. Понятие принятия решений

Я предположил, что в каждой конкретной ситуации при осуществлении деятельности должен реализоваться конкретный вариант способа деятельности. Далее можно предположить, что сам процесс определения этого варианта в соответствии с наличной ситуацией мог бы выступить механизмом, обеспечивающим устойчивость способа. Естественно также, что для реализации деятельности недостаточно определить вариант способа — требуется ещё его исполнить. Таким образом, определение конкретного способа в соответствии с ситуацией — как принятие решения — функционально соотносится с реализацией этого способа — как с исполнением решения.

Принятие решений не всегда состоит в определении варианта способа деятельности. Оно может иметь и другое содержание. С другой стороны, определение способа деятельности в соответствии с ситуацией необязательно играет роль принятия решения. Например, оно может быть учебной задачей, и тогда исполнение решений не обязательно. Однако если определение варианта способа играет роль принятия решения, оно — именно как принятие решения — всегда связано с исполнением решения. Это означает, что в связке принятие решения и его исполнение образуют целостность. Другими словами, в этом случае определение способа деятельности входит в состав самого способа, причём входит именно как составляющая, которая осуществляет компенсацию изменения ситуации и тем самым обеспечивает устойчивость способа деятельности. Отсюда следует, что факт принятия решения означает реализацию части способа деятельности.

Учитывая определённые выше границы вариации способа, при которых он ещё остаётся самим собой, и тот факт, что принятие решений само входит в структуру способа, я могу сделать вывод, что определение конкретного варианта способа по функции всегда есть его конкретизирующее доопределение. Однако то, как оно фактически осуществляется — как доопределение или как-то иначе, зависит от используемых в принятии решений мыслительных средств.

Действительно, поскольку определение конкретного способа предполагает соотнесение способа и ситуации до «реального соотнесения» их в процессе осуществления деятельности, то в процессе принятия решений соотносятся не способы и ситуации, а их представления. Для нас это означает, что принятие решений — мыслительный процесс. Если представление о способе ситуации подобно нашему, то доопределение способов осуществлялось бы именно как доопределение. Однако если в представлении связи способа и ситуации каждой ситуации поставлен в соответствие определённый вариант способа, то доопределение способа сводится к установлению ситуации, однозначно указывающей вариант способа. Если же ситуация полностью не определена и в этой неопределённости ей соответствуют несколько представлений о вариантах способа, то доопределение реализуется как выбор из альтернатив. Иначе можно сказать, что принятие решений есть доопределение способа по понятию, тогда как по существованию принятие решений может принимать различные формы.

Тот факт что принятие решений входит в структуру способа, обуславливает необходимость отображать им самого себя, ибо реализация способа предполагает реализацию его составляющей — принятия решений. Это означает, в частности, что ситуация должна включать и факторы самого принятия решения. При принятии решений необходимо учитывать время, требующееся на само принятие решения. Иными словами, принятие решений является рефлексивной единицей способа деятельности, предполагающей отображение в себе всего способа деятельности в целом. Но это же означает, что принятие решений рефлексивно определяет целостность способа деятельности и его фактическую структуру.

Из этого проистекает несколько следствий. Первое: необходимо уточнить сделанное выше утверждение относительно доопределения. Я теперь должен сказать, что в сфере деятельности доопределение «по понятию» означает наиболее эффективным способом.

Другим следствием из факта рефлексивности принятия решения является то, что реальные границы вариации способа определяются представлением способа, используемым в принятии решений. Если, например (согласно этому представлению) два варианта одного способа являются — с моей точки зрения — способами разных деятельностей, то их и следует рассматривать как разные, ибо процессы реализации деятельности будут соответствовать именно этому представлению.

Принятие решений оказывается, таким образом, наиболее устойчивым компонентом способа деятельности. Если в данной ситуации принятие решений неосуществимо, то не может осуществиться и сама деятельность.

Итак, принятие решений определено мной как составляющая способа деятельности. Её роль — обеспечить устойчивость способа деятельности относительно ситуации. Эта роль функционально связана с исполнением решений она реализуется как конкретизирующее доопределение способа через соотнесение с представлением о наличной ситуации, то есть как рефлексивная составляющая способа, определяющая его структуру в целом (рис. 1а).

Введённые выше представления о механизмах устойчивости способа деятельности неявно задают и структуру ситуации. Действительно, элементами структуры ситуации являются те морфологические фрагменты ареала деятельности, изменение которых влечёт за собой смену варианта способа. Целостность её характеризуется границами изменений, за пределами которой принятие решений невозможно. Взаимосвязь элементов определяется способом принятия решений.

Наконец, следует отметить, что соотнесение принятия решения и его осуществления функционально (то есть относительно). Это означает, что над самим принятием решений может рефлексивно надстраиваться принятие решений более высокого порядка (принятие решений относительно самого способа принятия решений), увеличивая степень устойчивости способа деятельности. Например, если в данной ситуации не срабатывает принятое решение, то это может быть связано не с «безвыходностью» ситуации, а с неэффективностью способа принятия решения. Если при этом можно принять другое решение — заменить прежний способ (принятия решения) на более эффективный, то положение может быть спасено. В этом случае реализация нового способа принятия решений выступает одновременно в двух функциях — функции принятия решений по отношению к доопределяемому способу деятельностей и функции исполнения решения по отношению к принятию решения более высокого порядка (рис. 1б).

3. Составляющие нормативной структуры акта деятельности

В соответствии с введёнными выше понятиями, выделяя составляющие компоненты или единицы нормативной структуры деятельности, я должен руководствоваться двумя признаками. Первый: каждая выделенная единица нормативной структуры должна обладать относительно самостоятельным существованием в контексте воспроизводства, то есть транслироваться из поколения в поколение по особому каналу и быть обособленным предметом усвоения в процессе обучения индивидов. Второй наиболее важный признак: каждая единица способа должна быть связана с единицей ситуации. Именно связка взаимно зависимых единиц способа и ситуации образует единицу нормативной структуры деятельности.

Напомню, что способом существования сферы действительности, которую мы называем деятельностью, является самовоспроизводство. Все предметные (материальные и идеальные) образования, вовлечённые в процесс воспроизводства, выступают как средства деятельности. Однако в процессе осуществления целостной единицы деятельности эти средства могут играть различную роль. Принято выделять следующие типы средств воспроизводства (в зависимости от их роли в процессе деятельности): главное и интегральное средство — индивид; определяющее целостность процесса деятельности — результат; орудие и материал. Все эти детерминанты определяют нормативную структуру процесса деятельности. Каждый из них — функциональный элемент ситуации — придаёт способу часть его определённости, а все они в совокупности — всю определённость.

Рассмотрим те моменты определённости способа, которые связаны с каждым из детерминантов, и возможные вариации в рамках этой определённости.

3.1. Результат — акт

Деятельность воспроизводится благодаря осуществлению актов деятельности, направленных на получение определённого предзаданного результата двух категориальных типов: предметного и процессуального. Предметный результат принято называть продуктом, он может быть задан в виде образца-эталона, описания-требования, стандарта и так далее. Процессуальный или исполнительский результат также задаётся образцами или требованиями к параметрам процесса деятельности. Соответственно я (вслед за Р. И. Спектром) выделяю два типа деятельности: продуктивную и исполнительскую. Результат является наиболее важным и главным детерминантом акта деятельности, определяющим целостность акта. Именно в силу предзаданности, предсуществования результата процессу деятельности сам процесс (который, как принято говорить, «умирает», «воплощается», «свёртывается» в результате) в определённых своих моментах также предопределён, предзадан. Благодаря этому развёртывающийся, актуализирующийся во времени процесс деятельности может мыслиться весь целиком, актуально, как целостный, как замкнутый, в начале — задание результата, в конце — реализованный результат. Именно благодаря этому процесс деятельности, направленный на получение результата, может быть квалифицирован как дискретная единица процесса, как акт. Замечу, что здесь речь идёт о культурно-нормированном, транслирующемся результате, а его реализация есть воспроизводство определённой организованности деятельности. Исключением может служить реализация проекта. В этом случае речь идёт о «расширенном воспроизводстве».

Итак, мельчайшей единицей процесса воспроизводства деятельностей является акт деятельности, связанный с результатом деятельности. Способ акта деятельности как нормативная структура процесса деятельности, определяется результатом не во всей своей полноте, а только в одном своём моменте — целостности его структуры, которую я назову акцией. Она как бы центрирована на результате. В терминах ситуации акция может быть охарактеризована как переход результата из состояния «заданности» в состояние «выполненности». Ниже будут рассмотрены возможные вариации акции, направленной на получение определённого результата. Здесь же я ограничусь указанием той определённости акции, которую задаёт результат той границы, в рамках которой возможна вариация, а именно: всякий вариант акции должен выполнять заданный результат (рис. 2).

3.2. Орудие — орудование

Ту определённость (момент) способа деятельности, которая связана с орудием как составляющим ситуации, назовём орудованием. Способ орудования культурно-нормирован, транслируется и воспроизводится. Выражаясь словами А. Н. Леонтьева, можно сказать, что способ орудования «прикреплен» к орудию и транслируется вместе с ним. Этот способ является также обособленным содержанием обучения: как правило, прежде чем обучать употреблению орудия, обучают владению им по принципам исполнительской деятельности.

Хотя по определению единицы деятельности (как отдельно нормированной и воспроизводящейся сущности, включающей способ, и соотнесённой с ситуацией или её фрагментом) акция и орудование являются единицами воспроизводящейся деятельности; внутри акта деятельности они уже имеют различный статус. В то время как акция является целостностью структуры способа, орудование лишь конституирует его элемент. По отношению же к ситуации акта эти составляющие связываются с разными типами средств: с результатом и орудием.

Существует два типа вариаций орудования. Первый связан с тем, что к каждому орудию может «прикрепляться» более одного способа орудования (рис. 3а). Например, мечом рубят, колют и отбивают меч противника и так далее.

Другой тип — вариация одного из способов, прикреплённых к орудию. Например, кулак (рука) — одно из основных орудий в боксе, удар — один из основных способов орудования, однако в зависимости от ситуации в боксе пользуются целым набором приёмов удара. Набор приёмов и характеризует вариацию способов орудования (рис. 3б). Именно приёмами овладевает индивид в процессе обучения. Владеть орудием — это владеть приёмами орудования.

Однако следует отметить, что само орудие сообщает определённость орудованию лишь с точностью до области вариации орудования — так же, как результат определяет акцию с точностью до области вариации.

3.3. Материал — преобразование

Продукт не получается в процессе акта из ничего — он производится из исходного материала, который, прежде чем сделаться продуктом, претерпевает целый ряд преобразований. Средство воспроизводства деятельности, называемое мной материалом акта деятельности, нормируется так же, как и другие средства, рассмотренные выше, и точно так же конституирует способность ситуации. Как тип средства, как составляющая ситуации материал придаёт определённость способу деятельности в том его моменте, который выше был назван преобразованием. Материал (как и орудие) конституирует элемент способа деятельности, и в этом — его категориальная определённость как составляющей ситуации. Предмет, входящий в ареал акта деятельности и играющий роль материала, во-первых, может преобразовываться в различных типах преобразований: в перемещении, в качественном преобразовании, расчленении, сочленении, формировании и так далее. Это — первый тип вариации преобразования материала (рис. 4а). Второй тип вариации — это многообразие траекторий перехода материала из исходного состояния в конечное в процессе преобразования (рис. 4б).

Преобразования, как и орудование, нормируются, транслируются, воспроизводятся. Им обучаются. В школе ученик узнает о том, что можно сделать из дерева, нефти и так далее, какие типы преобразований следует при этом произвести.

3.4. О процессе функционирования

Говоря о средствах воспроизводящейся деятельности, я фактически указываю на роли или на функции различного типа предметов и их организованностей в воспроизводстве. Говоря о результате, орудии, материале или индивиде, я говорю о роли или функциях предмета — элемента ареала деятельности в структуре ситуации как организованности способа акта деятельности. И роль, и функция связываются с относительными характеристиками предмета: роль — с его целостностью, функция — с какой-либо из составляющих. Более точно можно было бы сказать, что единица как составляющая целостности имеет в качестве формы роль и характеризуется по отношению к целостности; роли же соответствует одна или более функций как содержание единицы, характеризующейся по отношению к другим единицам этой целостности.

Сеть функциональных отношений единиц и ролевых отношений единиц к целостности и образует то, что я называю организацией целостности структуры, где целостность есть «сложное» включающее простые единицы, объединённые организацией. Таким образом, единицы — это результат анализа целого через выделение ролей путём отнесения гипотетических единиц к сложному и соотнесение каждой роли с «пучком» функций по отношению к другим единицам (рис. 5а).

Таким образом, целостность суть организованность относительно процессов анализа сложного объекта. Напротив, связь суть организованность относительно другой составляющей процесса структурирования — синтеза. Связка образуется из элементов за счёт взаимосвязи или (в бинарном случае) сети связей. Элементы характеризуются «местом» элемента во взаимосвязи и наполнением — простым предметом, играющим роль элемента в структуре как типа представления сложного объекта. Место может быть также охарактеризовано набором свойств-функций. Каждое свойство-функция соответствует связи в случаях бинарных связей. В случае небинарной взаимосвязи свойства функций приобретают более сложный характер. Структура есть единство целостности и связки. С другой стороны, структура есть организованность относительно единого мыслительного процесса, особого рода анализа-синтеза — структурирования.

В настоящее время понятие процесса, состояния параметра и времени разработаны только для простых случаев. Вопрос о понятии сложного процесса только ставится.

Очевидно, акт деятельности — это сложная система, а процесс акта — сложный процесс. Для рассмотрения структуры процесса акта деятельности нам необходимы хотя бы общие предварительные понятия о сложном процессе. Я буду вводить эти понятия по мере надобности, избегая обоснований. Процесс акта деятельности — это один из типов сложных процессов, которые я назову функционированием. Все простые процессы обычно описываются по образцу пространственного движения — как перемещения точки, символизирующей состояние предмета в параметрическом пространстве его изменений. При этом все параметры, в том числе и время, изображаются в виде координатных осей. Однако такое изображение соответствует только одному типу характеристик (параметров) — атрибутивным характеристикам. Это касается и времени, о котором в этом случае говорят, что оно — параметрическое, координатное, внешнее, абсолютное.

Выше отмечалось, что все функциональные характеристики — роли, функции, свойства функций — суть характеристики относительные. Это же касается и времени функционирования. Я буду рассматривать процесс функционирования как последовательную во времени актуализацию единиц структуры функционирования. Иными словами, я рассматриваю процесс функционирования как «развёртывание во времени» структуры функционирования. При этом значение функционального параметра определяется актуализированным фрагментом структуры функционирования. Что же касается времени, то оно рассматривается мной как собственное время процесса, и в случае функционирования оно дискретно. Можно говорить о длительностях (неделимых) актуализации элементов (элементарных длительностях) — мгновениях, которые разделяются элементарными моментами времени, а также о единичных длительностях, включающих целое число мгновений, и длительностях актуальных.

Время и изменяющийся параметр — актуализированный фрагмент структуры процесса — определяют состояние процесса функционирования. При этом каждый фрагмент процесса может находиться в трёх состояниях: актуализированности, неактуализированности и актуализации. Соответственно составляющие организованности функционирования — функциональной структуры (в нашем случае ей является ситуация) — могут находиться в трёх состояниях (или всякий простой функциональный параметр может иметь три значения): «не работал», «сработал», «работает» (за пределами нормы — «не сработал») — по отношению к каждой единице способа. Если средство связано с осуществлением нескольких единиц способа — программой, то его состояние может характеризоваться реализованной (или, что то же самое, нереализованной) частью программ.

Следующий шаг в рассмотрении нормативной структуры деятельности — соотнесение выделенных мной единиц этой структуры с её абстрактной схемой. Следует пояснить, что значит, что результат определяет целостность способа, а орудие и материал конструируит элемент, и что в деятельности соответствует единицам, организации, месту, наполнению. Иными словами, речь идёт о рассмотрении различных моментов определённости нормативной структуры акта деятельности (в совокупности) с целью придания ему полной определённости. Для этого, очевидно, целесообразно рассмотреть взаимозависимости этих моментов.

Общий характер этой взаимозависимости может быть определён следующим образом. Каждый тип средств — детерминант момента определённости, причём по отношению к этому моменту определена не только некоторая «точка закрепления», но и область вариации. Однако в процессе реального акта деятельности реализуется один из вариантов. Спрашивается, чем это обусловлено? Естественно предположить, что образующие одной структуры выступают главными кондиционантами (обуславливающими факторами) по отношению к друг другу. Именно такое взаимообуславливание и следует рассмотреть. При этом очевидно, что непосредственное соотнесение орудия и результата неосмысленно. А вот соотнести материал и продукт, материал и орудие можно непосредственно.

3.5. Материал — орудие — операция

Орудие применяют всегда по отношению к другому предмету, будь таким орудием «голая» человеческая рука или рука, «вооружённая» собственно орудием. Именно это отношение, порождаемое воздействием одного предмета на другой, делает один предмет орудием, а другой — материалом. Ведь при изготовлении данного предмета-орудия он выступал в иной функции — материала. Точно так же преобразование не осуществляется само по себе, а производится под воздействием орудия. При этом предмет-орудие и предмет-материал натурально взаимодействуют.

Рассмотрим орудие и материал совместно как моменты, детерминирующие орудование и преобразование и обуславливающие их в обратном соответствии. В наших терминах это обуславливание может выражаться только во взаимном сужении областей вариации орудования и преобразования. При этом процессы преобразования и орудования объединяются как стороны одного процесса — оперирования. Взаимоограничение областей вариации может означать, что для осуществления данной операции следует осуществить вариант орудования — приём определённого способа орудования по отношению к определённому материалу, а это повлечёт за собой определённый вариант преобразования — переход материала из исходного состояния в конечное по определённой траектории, в определённом направлении. Действительно, пилой не рубят. Орудие-пила определяет и способ орудования, и направление преобразования материала — расчленение. Однако в зависимости от соотношения определённых параметров пилы и материала используют разные способы пиления (быстро, коротко и часто; медленно, длинно и редко; с различным нажимом и так далее), которым будет соответствовать процесс расчленения (быстрее, медленнее, сначала с одной стороны, затем с другой и так далее).

Замечу, что здесь варианты преобразования и варианты орудования взаимозависимы, однако конкретные параметры преобразования, естественно, определяются параметрами приёма, так как по отношению к операции понятие результата неприменимо, а конечное состояние данного материала может быть любым (и будет тем или иным в зависимости от приёма). Иными словами, операция — нерезальтатосообразна.

3.6. Материал — результат — метод

Результатосообразность преобразования может быть установлена через соотнесение материала и результата. Ведь реализованный результат может быть рассмотрен как конечное состояние определённого преобразования. С этой точки зрения результат как состояние материала может рассматриваться в «поле преобразований», а это прямо противоположно тому, как мы действовали в случае, когда исходный материал рассматривался как «центр», из которого исходили направления траекторий преобразования (рис. 4). Наоборот, в случае материала-результата нас интересуют направления и траектории, сходящиеся к результату (рис. 6а). Имея определённый результат или задание результата, мы смотрим, из каких исходных материалов его можно получить. Эту процедуру можно продолжить, предположив, что исходные материалы, из которых получается наш результат, сами нормированы и являются результатами (промежуточными). При этом мы будем получать всё расширяющуюся область получения данного результата (рис. 6б).

Если теперь соотнести получение результата, понимаемого как схему возможных преобразований материала, направленных к данному результату, с подобной схемой возможных преобразований материала, направленных от данного исходного материала, то (если из данного исходного материала можно получить заданный результат) мы получим область пересечения, представляющую одну или более траекторий преобразований материала.

Отмечу, что процесс перехода исходного материала в продукт не есть акция, ибо акция — это процесс перехода в результат не исходного материала, а задания результата.

Если, однако, промежуточные результаты нормируются и должны воспроизводиться, то их последовательности соответствуют не только состояния преобразуемого материала, но и порядковая схема (в порядковой схеме события могут происходить как последовательно, так и одновременно) акций (по определению акции). Получается, что если результат как элемент ситуации определял целостность способа, то порядковая схема промежуточных результатов определяет единицы способа — акции и их организацию в рамках целостности. Схему порядка акций назовём методом. Он может быть выражен и в терминах ситуации как порядковая схема результатов. Таким образом, метод и есть область вариации акции, соответствующей акту деятельности в целом. Один и тот же заданный результат может быть получен разными методами.

Методом определяется направленность, результатосообразность преобразований материала. Преобразования материала, с другой стороны, хотя и в ином отношении, обуславливались и орудованием, а точнее оперированием. Поэтому дальше необходимо соотнести метод с операциями.

3.7. Метод — операция — технология

Соотнесение набора вариантов метода с операциями, возможными при данном наборе орудий, может существенно урезать этот набор. Такое соотнесение возможно, если преобразование материала рассматривать как сквозной процесс, к состояниям которого могут быть отнесены промежуточные результаты метода, а к каждой связи преобразования из одного состояния в другое — операция. При этом вовсе не обязательно, чтобы конечному состоянию каждой операции соответствовал промежуточный результат, а каждое орудие было задействовано только в одной операции. Точно так же не обязательно, чтобы одно преобразование осуществлялось всегда только одним орудием; здесь возможны самые разные соответствия.

Таким образом, реально осуществлённый акт деятельности может быть описан одновременно в нескольких своих определённостях (заданных материалом, набором орудий) и в соответствии с методом, то есть как схема последовательностей операций — технология. Замечу, что при этом операция как элемент технологии становится результатосообразной.

3.8. Индивид и индивидуальная деятельность

Чтобы упростить рассмотрение функционирования индивида в структуре акта деятельности, предположим, во-первых, что ареал акта деятельности включает только одного человека, играющего в ситуации роль индивида; во-вторых, что орудия не машинизированные; и в-третьих, что материал не обладает внутренним механизмом самоизменения, то есть не изменяется сам вне операции. Хотя эти ограничения существенны для ряда конкретных моментов деятельности, на данном этапе рассмотрения акта деятельности, на данном уровне абстрактности нашего рассмотрения они не носят принципиального характера.

3.8.1.

Индивид — неотъемлемая составляющая акта деятельности, причём её интегральная составляющая. Выполняя роль индивида по отношению к акту деятельности, человек осуществляет индивидуальную деятельность. Иными словами, индивидуальная деятельность — это процесс функционирования индивида в системе акта деятельности. Норма этого процесса, очевидно, входит в качестве составляющей в способ деятельности. Тогда индивид (как элемент организованности ситуации) придаёт способу акта деятельности определённость в моменте, называемом индивидуальной деятельностью. Наша ближайшая задача — соотнести процесс индивидуальной деятельности с другими процессами, конституирующими способ акта деятельности, исходя из интегральной роли этого процесса в способе.

Выше я ввёл две группы моментов определённости способа акта. Первая конституирована целостностью акта деятельности и набором единиц-акций, объединённых схемой метода. Вторая конституировала связку способа деятельности, названную технологией. Однако мы ещё не ответили на вопрос о соотнесении акций и технологии. Это соотнесение реально осуществляется индивидом, роль которого реализуется за счёт выполнения двух функций: по отношению к акциям он реализует функцию актора, по отношению к технологии — оператора.

3.8.2.

Задание результата не переходит в результат само собой, мистическим образом. Это происходит благодаря индивиду в процессе индивидуальной деятельности, причём каждой акции можно поставить в соответствие единицу процесса индивидуальной деятельности — действие. Если акции объединяются методом, то соответствующие действия — планом. Осуществление каждого действия связывается с определённой способностью индивида, называемой умением. На этом уровне интегрирующая роль индивида выражается в том, что все действия осуществляются одним и тем же индивидом, который как организованность относительно совокупности действий выступает как совокупность умений.

3.8.3.

Как преобразование не может осуществляться без орудия, так и операция не может осуществляться без индивида. С точки зрения самовоспроизводящейся деятельности то, что мы называем орудием, может быть так названо лишь весьма условно. Топор становится собственно топором только в руках человека. Орудует не топор, орудует индивид топором (или индивид с топором). Таким образом, с точки зрения воспроизводства орудием является связка того, что мы обычно называем орудием, и другого средства, называемого нами индивидом. С этой точки зрения и говорится часто, что орудие есть «продолжение» органов человека. Иными словами, в процессе оперирования и орудования, направленного на материал и преобразующего его, индивид и орудие выступают в единстве как одно целое.

Это означает, что операция конституируется не только процессами орудования и преобразования, но и фрагментами индивидуальной деятельности, реализующими связь индивида с орудием и материалом. Осваивая орудие, обучаясь орудованию, индивид обучается применению орудия к материалу, преобразованию материала. Именно в зависимости от специфики материала и требуемого преобразования он осваивает те или иные приёмы. При этом у него вырабатываются определённые способности, называемые навыками. Актуализация навыка и есть то, что индивид, оперируя, осуществляет, то есть приём. Можно сказать, что способность ситуации осуществить операцию означает способность осуществить операцию у фрагмента ситуации, включающего индивида, орудия и материал. Причём сама способность конституируется навыком как способностью индивида, плюс наличие определённого орудия при этой способности (то есть приспособление) и плюс материал, который выступает как объект оперирования.

Таким образом, фрагмент процесса акта деятельности, названный выше операцией, конституируется тремя процессами: преобразованием материала, орудованием и приёмом.

Раздельное рассмотрение и отдельное самостоятельное существование в деятельности индивида и орудия связано с разными механизмами их воспроизводства, разными каналами и механизмами их трансляции и производства (собственно производство орудий и обучения индивидов). Это — во-первых. Во-вторых, их отдельная мыслимость целесообразна в связи с полифункциональностью индивида. Он владеет (оперирует) многими орудиями. В терминах ситуации можно сказать, что он прикреплён ко многим орудиям одновременно. Но это же заставляет нас мысленно перецентрироватся, сказав, что многие орудия прикреплены к индивиду, связаны с ним в процессе оперирования. В этом, в частности, и проявляется интегральная роль индивидав, который выступает здесь как совокупность навыков. Реализуя их в процессе индивидуальной деятельности, индивид выполняет совокупность приёмов; при этом реализуется не только совокупность операций, но и (одновременно) технология — определённая связка операций. Это означает, что процесс индивидуальной деятельности на уровне оперирования является чем-то большим, чем просто совокупность приёмов, выполняемых в случайном порядке; он является определённой связкой приёмов — процедурой.

Интегральная роль индивида в акте деятельности проявляется не только в том, что он как совокупность умений соотнесён со всеми промежуточными результатами, а как совокупность навыков — во всеми орудиями и состояниями материала, но ещё в том, что обе эти совокупности умений и навыков являются способностями одного индивида и едины в нём; следовательно, опосредованно оказываются объединёнными все элементы ситуации.

Но это ещё не всё. Главная функция, в которой реализуется интегральная роль индивида, состоит в том, что он осуществляет принятие решений. Иными словами, главная особенность индивида как интегрального элемента ситуации состоит в том, что он является её рефлексивным элементом.

3.9. Принятие решений в акте деятельности

Мы рассмотрели различные составляющие ситуации и те моменты определённости способа деятельности, которые они задают. Мы рассмотрели области вариации каждого из этих моментов с их взаимообуславливанием. Однако мы все ещё не имеем целостности способа деятельности, его структуры (во всей полноте её моментов определённости), так как не включили в её состав рефлексивную единицу способа, рефлексивно определяющую структуру способа в целом — принятие решений (см. п. 2). Все составляющие способа, рассмотренные выше, могут быть отнесены к исполнению решения.

Я исходил из того, что каждый элемент ситуации (как функциональной организованности относительно способа деятельности) задаёт момент определённости способа деятельности, а вся ситуация — его конкретную определённость. С другой стороны, мы пришли (в п. 2) к выводу, что взаимосвязь элементов ситуации определяется принятием решений. Здесь нет противоречия, ведь (как мы видели выше) элементы ситуации задают моменты способа с точностью до определённой области вариаций, и хотя эти моменты взаимообусловлены, один из них (и обуславливаемых и обуславливающих) находится в ведении индивида для всех относительно обособленных групп моментов в структуре способа. Для акта деятельности таким моментом является план, для акции — действие, для технологии — процедура, для операции — приём.

3.9.1:

Именно эти моменты определяют границы вариации, в рамках которых должны лежать принимаемые индивидом решения. Именно эти моменты и их детерминанты могут стать содержанием мыслительной деятельности принятия решений. Рассмотрим их подробнее.

3.9.1.1:

Акт деятельности (его целостность) определяется (как было выше установлено) его результатом и методом. Это означает, что задана последовательная схема акций и/или, соответствующая ей схема промежуточных результатов. В методе (схеме метода) порядок отдельных акций может оказаться произвольным. Конкретный же порядок акций, а тем самым и действий индивида определяется либо заранее весь целиком, либо поэтапно. Такое определение порядка действий (плана), а следовательно, и акций, являющееся доопределением метода, назовём планированием. Планирование осуществляется с учётом технологии. Может оказаться, что метод и технология однозначно определяют план. Если в методе порядок акций не вариативенн, то планирование не имеет смысла, за исключением случая, когда принимается решение относительно дополнительного (вспомогательного) действия, в результате которого ситуация была бы приведена в соответствие с методом.

Особым случаем является принятие решения относительно метода — методическое планирование. Как правило, этот вид планирования обособлен и не осуществляется самим актом. Иначе говоря, методическое планирование является особым типом деятельности и реализуется в особых актах деятельности. Как исключение можно назвать случай, когда получение результатов возможно несколькими методами, а индивид может выбирать один из них. Набор методов — самая широкая граница вариации способа акта деятельности, за пределами которой можно говорить лишь о другом способе, о другой деятельности.

В заключение этого пункта отмечу, что планирование может быть как предварительным (то есть полностью определяться до начала исполнительских действий), так и оперативным, крайним случаем которого является определение каждый раз только очередного действия. Предварительное планирование может сочетаться с коррективным оперативным планированием в текущей ситуации. В разных ситуациях целесообразны разные виды планирования.

3.9.1.2:

Если учесть результатосообразность операций в технологии, то станет очевидным тот факт, что операции можно разнести по разным акциям. При этом может оказаться, что одной акции соответствует более одной операции, то есть целый фрагмент технологии. Это означает, что методу соответствует некоторое (возможно с вариацией) разбиения технологии на фрагменты, а плану — строго определённый вариант разбиения технологий, и, следовательно, процедуры.

Если технологическая схема операций, отнесённых к определённой акции, допускает вариации, то конкретный вариант должен быть специально доопределен: должно быть осуществлено программирование — установление конкретного результатосообразного порядка операций, или, что то же самое, порядка приёмов в процедуре. Программирование (как и планирование) может быть предварительным, может предполагать корректировку, а может сводиться к определению каждой очередной операции в зависимости от текущей ситуации. Если схема фрагмента технологии однозначна, то программирование лишено смысла. В этом случае, можно сказать, что индивид запрограммирован, а умение выполнять действие предполагает не просто набор соответствующих навыков, но и усвоение программы навыков — целостной процедуры как сложного навыка.

Очевидно, что программа строится с учётом не только границ, задаваемых схемой соответствующего действию фрагмента технологии, но и совокупности релевантных навыков, которыми индивид обладает, и возможностей 2, имеющихся у индивида или в ситуации.

3.9.1.3:

В зависимости от оперативной ситуации (орудий, состояния материала, возможностей и навыков) индивид должен реализовать простой или сложный навык, применив простой или сложный прием — связку, или осуществив запрограммированную процедуру — комбинацию. В процессе осуществления навыка в текущей ситуации индивид может регулировать исполнение приёма. Эта регулировка, которую назовём простой ориентировкой и которая «вплетена в ткань» выполнения приёма, входит в состав навыка и, очевидно, отдельно не нормируется. Таким образом, оказывается, что функция принятия решений в акте деятельности может иметь своим предметом как план действий, процедуру, приём, так и всех их вместе взятых. Все эти составляющие индивидуальной деятельности определяются в соответствии друг с другом и другими составляющими (методом, технологией, операциями).

3.9.2:

Очевидно, что принятие решений как составляющая способа акта деятельности, может иметь разный статус. Оно может быть особой акцией, предусмотренной методом, операцией или фрагментом технологии. Возникает вопрос: имеется ли соответствие между предметом принятия решений и статусом его способа в структуре акта деятельности? Другими словами, всегда ли в акте деятельности планирование есть акция, программирование — операция, а регулирование приёма — простая ориентировка, или возможны, например, операции планирования и акции программирования?

Помочь прояснить этот вопрос может соображение, согласно которому принятие решения в акте деятельности осуществляется в процессе деятельности (то есть в реальном масштабе времени деятельности). Отсюда следует, например, что регулирование протекания приёма не может происходить даже на уровне примема — это всегда простая ориентировка, когда регулирование приёма есть лишь функциональная сторона самого этого приёма, и, следовательно, навык ориентировки (если можно так сказать) растворен в самом навыке осуществления приёма, связки или комбинации.

На уровне операции или процедуры принятие решения относительно того, какой приём применять (или какие приёмы и в какой последовательности, то есть программирование), может осуществляться на уровне операции, то есть входить в процедуру оперирования. Можно требовать от индивида навыка программирования, говорить о приёмах программирования, и также естественно, что их осуществление требует простой ориентировки.

А может ли программирование быть акцией? При определённых условиях может. Формально они могут определяться через собственное время процесса деятельности. В этом случае акция программирования в качестве результата будет иметь программу, но её исполнение будет уже не процедурой, а, по крайней мере, действием. Другое соображение в этой связи возникает, если исходить из генеза приёма. Как известно, приём, в онтогенезе происходит из действия в процессе его усвоения и «автоматизации»; точнее, в процессе «автоматизации» действия умение становится навыком. Это соображение заставляет нас признать, что в норме программирование — это операция.

В случае отклонений она может превратиться в акцию, но тогда меняется и статус процессов исполнения программы; они будут уже не операциями, а акциями. Но это означает также, что программирование превратится в планирование.

Разумно после этого предположить, что планирование — всегда акция, которой соответствует свой результат — план, своя технология и так далее. Можно говорить об умении планировать. Планирование может быть сложной акцией, включающей ряд более простых, — но лишь для тех актов деятельности, которые сами состоят из сложных исполнительских акций.

Вывод, к которому мы пришли, — а именно, что статус процесса, играющего роль принятия решений, относительно фрагмента способа акта деятельности имеет статус единицы этого фрагмента, то есть тот же, что и фрагмент в целом, — следует также из рефлексивности принятия решений относительно способа деятельности, если этот принцип распространить на все единицы деятельности.

Но это означает, что каждая единица деятельности (а следовательно, и акт, и акция, и операция) имеет рефлексивную надстройку в виде принятия решений. Иначе можно сказать, что процесс принятия решений имеет своё представительство на всех уровнях расчленения способа деятельности, пронизывает все уровни, приобретая статус соответственно каждому уровню.

Более того, если вспомнить, что принятие решений рефлексивно определяет способ деятельности, то следует сказать, что статус процесса принятия решений определяет статус соответствующего способа деятельности, так как исполнение должно иметь тот же статус.

3.9.3:

Принятие решений является мыслительной деятельностью со своими специфическими средствами: понятиями, знаками, моделями и так далее. Оно требует от индивида особых мыслительных навыков и умений, которые здесь не рассматриваются.

Напомню, что содержанием этой деятельности является доопределение способа в соответствии с наличной ситуацией через соотнесение представлений ситуации и способа, которое может осуществляться самым различным способом.

4. Нормативная структура акта деятельности

Настало время подвести некоторые итоги. Мы рассмотрели отдельные составляющие структуры акта деятельности и основные фрагменты этой структуры. Таким образом, мы вплотную подошли к тому, чтобы «собрать» эти фрагменты воедино. В качестве метода такой сборки используем отнесение выявленных составляющих нормативной структуры акта к абстрактной схеме структуры. В результате мы получим категориальные характеристики каждой составляющей — при взаимном категориальном соответствии всех составляющих. Это позволит схематизировать содержание понятия акта деятельности в соответствии с категориальной схемой структуры.

Не приводя обоснования категориальной схемы структуры, для удобства схематизируем соответствующие категории в виде категориальной таблицы структуры (рис. 7).

4.1. Структура способа акта деятельности

В начале рассмотрим структуру способа акта деятельности, а затем соответствующую структуру ситуации.

Из выше изложенного представляется достаточно очевидным, что процесс акта деятельности, определяемый как получение воспроизводящегося результата, может быть охарактеризован как целостность, акция — как единица, операция — как элемент, программа — как связка операций. Что же касается таких характеристик, как содержание и форма, то при их «навешивании» на составляющие способа я исходил из следующих соображений. Те составляющие, которые определяются преимущественно контекстом воспроизводства, следует охарактеризовать как содержание акта деятельности, его единицы: метод — как цельность структуры акта; принятие решений и исполнение решений — как роли акций, технологию — как взаимосвязь; преобразование — как наполнение операции.

К форме же следует относить те составляющие, которые (в основном) определяются контекстом самого акта деятельности, в частности, в процессе принятия решений: план — как организацию действий, действия — как форму акции, процедуру — как форму осуществления операций, прием — как место операции в процедуре (см. Pис. 7.1).

4.2. Структура ситуации акта деятельности

Прежде всего следует отметить, что процесс деятельности является комплексным в том смысле, что и каждая единица его, и каждый его элемент захватывают не один, а целый набор предметов. Это приводит к необходимости рассмотреть в качестве функциональных составляющих — единиц и элементов — не отдельные предметы, а их фрагментарные организованности — функциональные органы, единичные — актомы и элементарные — оператомы.

Оператома включает навык индивида, орудие и материал. Актома (помимо одной или более оператом) включает ещё и задание продукта, умение индивида. При этом умение предполагает (включает в себя) один или более навыков. Помимо этого индивид должен обладать средствами принятия решений — планированием и программированием. В простейшем случае он должен обладать хотя бы интериоризованными средствами — знаниями (представлениями о ситуации, её фрагментах, о способе и его фрагментах, которые он употребляет при принятии решений). Знаниям соответствуют мыслительные приёмы и навыки. Можно предположить, что всякое умение включает в себя (помимо навыков) ещё и знания, и мыслительные навыки. В простой ориентировке при регулировании приёма функционируют и представления, однако они не являются знаниями, с ними не связываются особые умения и навыки.

В связи с рефлексивностью принятия решений можно предположить, что в норме структура ситуации, имеющаяся у индивида как содержание знания, определяет её реальную структуру. Актомы фактически определяются умениями, а оператомы — навыками.

Вопрос о том, каким образом навыки и знания входят в умения, является уже вопросом чисто психологическим, ибо ответ на него должен даваться в терминах представлений, в терминах процессов реализации нормативной структуры деятельности.

4.3. Место индивидуальной деятельности в акте деятельности

Принятые ограничения очертили лишь один тип реализации деятельности, предполагающий участие лишь одного индивида и немашинизированных орудий. Можно говорить о других типах: коллективном осуществлении деятельности и осуществлении деятельности с помощью машинизированных орудий. Все это разные формы деятельности. И мы рассматривали индивидуальную деятельность и её фрагменты как формы по отношению к воспроизводящимся содержаниям деятельности.

Таким образом, нормативная структура индивидуальной деятельности может быть категориально охарактеризована как форма воспроизводства акта деятельности, его нормативной структуры, как связки «форма — содержание». В индивидуальной деятельности соответствующие воспроизводящиеся содержания отображены как содержания представлений индивида 3.

Статус, понятие и структура деятельности в социальной психологии

Обратная связь

 

Место феномена деятельности в ряду других категорий со­циальной психологии. Социальная психология деятельности рас­сматривается здесь с разных сторон — как феномен социальной психики человека и как понятие в ряду других категорий на­уки, как фактор социальной жизнедеятельности и как пробле­ма. Деятельность как социально-психологическое явление занимает особое место в науке. С одной стороны, наряду с ка­тегориями личность, общность и общение она имеет фундамен­тальный характер в структуре социально-психологического знания. Понятие деятельности характеризует активное начало в человеческой психике, во многом определяющее состояние и развитие как личности, так и общества [1]—[10].

С другой стороны, эта категория до сих пор не заняла подобающего ей места в системе социально-психологическо­го знания. Пока ни в одном учебнике по социальной психоло­гии нет раздела, который был бы посвящен феномену социальной психологии человеческой деятельности. Тем самым мы до сих пор имеем дело с социальной психологией недей­ствующего человека.

Такая ситуация не только не адекватна реальной роли и значимости феномена деятельности в социальной психологии, но и совершенно парадоксальна, поскольку одним из основных и приоритетных направлений и достижений отечественной психологической науки считается концепция культурно-историчес­кой обусловленности психической деятельности человека [11].

Вместе с тем такая ситуация, сложившаяся со статусом феномена деятельности, в социальной психологии не представ­ляется случайной. Она, на наш взгляд, отражает специфику традиций тоталитарной психологии, в силу которых предпоч­тение отдается скорее практике и концепции воздействия, вли­яния на человека, регуляции и контроля его поведения, нежели психологии его собственной деятельности, саморегуляции, са­моопределения и самоуправления.



Вследствие этого, в свою очередь, и в системе воспита­ния и обучения преобладали методы дидактики и вертикально­го, административного, а не горизонтального, партнерского общения. Активные же методы обучения, нацеленные прежде всего на развитие собственной психической деятельности лич­ности, на ее максимальное включение в деятельность и иници­ативу, получили развитие лишь в последнее десятилетие.

Понятие деятельности. Для того чтобы определить поня­тие деятельности, необходимо прежде всего сопоставить его с рядом других наиболее близких по смыслу понятий: поведение, действие, жизнедеятельность и др. Начнем с понятия действие, поскольку именно от него производна и категория психической деятельности.

В динамической структуре личности есть основание раз­личать две основные составляющие: ее психическое состояние и проявление последнего вовне (см. схему 8).

Действие есть активная форма поведения субъекта. Дей­ствие, в свою очередь, может быть как спонтанным, бессозна­тельно реактивным ответом на стимулирующее влияние внешних условий и обстоятельств, так и в высокой степени осознанным, целеустремленным, глубоко мотивированным и целесообразным проявлением активности.

Под деятельностью подразумевается характеристика це­ленаправленной и определенным образом мотивированной ак­тивности субъекта в различные интервалы времени.

Этим понятие деятельности отличается от слова действие, если оно означает реактивную, а не внутриличностно обуслов­ленную активность субъекта в ответ на стимулирующее влия­ние среды или складывающейся ситуации. Действие — это одноактная активность в данном, текущем интервале» времени (настоящем) в отличие от деятельности, которая включает так­же прошлое и будущее.

В свою очередь, как психическое состояние, так и поведение личности может рассматриваться не только с точки зрения их обыч­ности, нормативности или стандартности (стереотипности), но и, наоборот, со стороны своей необычности. В таком случае модель динамической структуры личности может быть дополнена соот­ветствующими альтернативными характеристиками состояния и поведения индивида. При этом как состояние, так и поведение личности может вылиться в три следующие основные формы от­клонения от их обычных проявлений: 1. Асоциальное (антисоци­альное). 2. Психически неадекватное, нездоровое, аномальное. 3. Инновационное (творческое). См. схему 8.

Схема 8

Этим понятие действие сближается с термином поведе­ние с тем лишь различием, что последнее, во-первых, характе­ризует более широкий диапазон реакций человека на заданную извне ситуацию, чем действие, и допускает вариант бездей­ствия, т. е. пассивной реакции, а во-вторых, больше относится к ситуации взаимодействия между людьми, чем понятие дей­ствие. Последнее же применимо к более широкому кругу явле­ний и включает в себя не только отношение к другим людям, но также к предметной среде и природе (см. схему 9).

 

Схема 9

Социально-психологическая структура деятельности. При употреблении понятия деятельности в рамках общей психоло­гии речь идет о «динамической системе взаимодействий субъек­та с миром, в процессе которых происходит возникновение и воплощение в объекте психического образа и реализация опос­редованных им отношений субъекта в предметной деятельнос­ти» [12, с. 84]. Реализация деятельности осуществляется, с этой точки зрения, на основе психофизиологических механизмов. При этом учитывается и то, что в своей развитой форме предмет­ность свойственна исключительно человеческой деятельности, что проявляется в ее социальной обусловленности. Субъектность же деятельности выражается в активности субъекта, в обусловленности психического образа прошлым опытом, потребностями, установками, эмоциями, целями и мотивами, оп­ределяющими направленность и избирательность деятельнос­ти в ее личностном смысле [12, с. 86].

Если в рамках общей психологии человеческая деятельность рассматривается как некий целостный процесс «взаимодействия субъекта с миром», где субъективность и предметность еще не отделены друг от друга, то в социальной психологии механизм, тенденции и логика личностной активности в ходе деятельности могут не совпадать и, как правило, не совпадают с логикой раз­вития самой деятельности как объективного процесса.

Это объясняется более сложной социально-психологичес­кой структурой деятельности, где ее субъект может не исчер­пываться отдельным индивидом, но может быть представлен общностью самого различного масштаба — от малой группы до социума.

Субъектами управленческой деятельности, например, на уровне крупного города являются исполнительные, законода­тельные и судебные органы, а также средства массовой инфор­мации («четвертая власть»), оказывающие существенное влияние на климат и стиль территориального самоуправления.

Предметность деятельности далее здесь не исчерпывает­ся предметно-вещной реальностью и может предстать в виде целой сферы социальных отношений (экономических, правовых, политических, духовных и т. д.).

Эта многопредметность деятельности становится особенно очевидной в условиях социальной реформации общества.

Предметная деятельность при этом способна «навязать» свою психологию, логику и последовательность действия, от­личную от ее видения субъектом.

Наконец, наряду с непосредственным субъектом актив­ного действия на логику и успех последнего оказывают влия­ние-содействие или противодействие и субъекты соучастия в этом действии. Даже пассивная позиция тех или иных групп населения, их мотивы безучастного отношения к происходяще­му, их социальные ожидания и чаяния не остаются без влияния на конечный результат той или иной деятельности.

Таким образом, структура психологии деятельности пре­дусматривает при самом общем подходе такие составляющие, как: субъект деятельности; предмет, на который направлено действие; мотив и цель деятельности; способ и последователь­ность действия. При рассмотрении социально-психологической структуры деятельности эти же составляющие приобретают иной характер.

Вместо индивида как субъекта таковым становится мно­гокачественный и могущий быть весьма дифференцированным интегральный субъект. Еще более расчлененным и разнокаче­ственным становится и предмет деятельности (например, в си­туации реформационной деятельности он распространяется на все сферы социальных отношений). В связи с многокачественностью субъекта столь же многообразными становятся как мо­тивы, так и цели деятельности. То же происходит и с последовательностью действий.

К этому добавляются такие значимые составляющие в структуре социальной психологии деятельности, как готовность к эффективному действию, различия логики и психологии субъектной и предметной деятельности и, наконец, различие психологии (мотивации, притязаний и ожиданий) субъекта не­посредственного действия и субъекта соучастия в нем.

 




Иерархия человеческой деятельности [Теория деятельности]

Теория деятельности или «Культурно-историческая теория деятельности (ЧАТ)» представляет собой междисциплинарную философскую основу для изучения как индивидуальных, так и социальных аспектов человеческого поведения. С точки зрения теории деятельности человеческая деятельность или «то, что люди делают» представляет собой основную единицу анализа при изучении человеческого поведения. Наиболее важным аспектом теории деятельности является понимание как индивидуальных, так и коллективных аспектов человеческой деятельности с культурной и исторической точки зрения.

в 2012 году, Kaptelinin и Nardi Суммированы пять основных принципов теории активности Леунтиева:

  • объектно-ориентировано
  • Mediation
  • Интернализация и экстернализация
  • Разработка

Иерархическая структура деятельности первоначально была сформулирована А. Н. Леонтьевым (1978). Следует отметить, что целью Леонтьева была разработка психологической теории на индивидуальном уровне с понятием Деятельности.Таким образом, мы увидим, что три уровня деятельности соответствуют трем уровням психологических представлений.

Давайте сначала посмотрим на схему. Я нашел следующую диаграмму из книги Виктора Каптелинина и Бонни А. Нарди Действуя с помощью технологий (2006, стр. 64). Три уровня деятельности: активность, действия и операции. Три уровня психологических понятий: мотив, цели и условия.

Источник: Виктор Каптелинин и Бонни А. Нарди (Действуя с помощью технологий, 2006, с.64)

По Леонтьеву, «Отдельные конкретные виды деятельности могут различаться между собой по различным признакам: по форме, по способам их осуществления, по эмоциональной напряженности, по требованиям времени и пространства, по своим физиологическим механизмам и т. д. Главное, что отличает одну деятельность от другой, однако, это различие их объектов .Именно предмет деятельности придает ей определенное направление». (1978, с.98)

Итак, что является объектом деятельности?

Ответ Леонтьева — мотив деятельности. Леонтьев утверждал: «По предложенной мною терминологии предмет деятельности есть ее истинный мотив. Подразумевается, что мотив может быть как материальным, так и идеальным, либо присутствовать в восприятии, либо исключительно в воображении или в мысли.Главное, чтобы за деятельностью всегда стояла потребность, чтобы она всегда отвечала той или иной потребности». Он также добавил примечание о термине мотив: «Такое ограниченное понимание мотива как того объекта (материального или идеального), который вызывает и направляет активность на себя, отличается от общепринятого понимания» (1978, с. 98)

После определения уровень «деятельность — мотив» Леонтьев перешел на его подуровень: уровень «действие — цель». Он говорил: «Мы называем процесс действием, если он подчинен представлению о результате, который должен быть достигнут, т. е. если он подчинен сознательной цели.Точно так же, как понятие мотива связано с понятием деятельности, понятие цели связано с понятием действия». (1978, стр. 99)

Леонтьев также взаимозаменяемо использовал термины «целенаправленные процессы» и «действия». Например, он говорил: «Мы называем процесс действием, если он подчинен представлению о результате, который должен быть достигнут, т. е. если он подчинен сознательной цели. Точно так же, как понятие мотива связано с понятием деятельности, понятие цели связано с понятием действия.”(1978, p.99)

Грегори З. Бедни и Стивен Р. Харрис утверждали, что существуют проблемы перевода терминов, связанных с теорией деятельности. Например, они указывали: «Точного эквивалента английскому слову «цель» в русском языке не существует, а понятия цель и цель несут в деятельностно-теоретической психологии четко дифференцированные значения… Слово «цель» может быть переведено как цель и намерение как намерение или цель. Советские теоретики деятельности приложили большие усилия для выяснения различий и сходств между этими представлениями, в частности для разграничения целеобразность , — целеустремленность, целенаправленное поведение — от целенаправленность , «намерение достичь осознанной цели… вследствие этих различных соображений мы считаем понятие «цель» открытым для неправильного толкования и, таким образом, не можем одобрить его использование в качестве основного понятия в рамках AT-HCI.(2008)

Думаю, поэтому на диаграмме для среднего уровня показано «действие — цель», а не «действие — цель».

Третий уровень относится к «эксплуатация — состояние». По Леонтьеву, «всякая цель, даже такая, как «достижение точки N », объективно достигается в определенной объективной ситуации. Конечно, для сознания субъекта цель может выступать в абстракции от этой ситуации, но его действие не может быть абстрагировано от нее.По этой причине несмотря на свой интенциональный аспект (что должно быть достигнуто), действие также имеет свой операциональный аспект (как, какими средствами это может быть достигнуто), который определяется не цель сама по себе, а предметно-предметные условия ее достижения. Другими словами, выполняемое действие адекватно поставленной задаче; тогда задача представляет собой цель, поставленную в конкретных обстоятельствах.По этой причине действие имеет специфическое качество, специфически «формулирующее» его и особенно способы, которыми оно совершается. Я называю способы совершения действий операциями» (1978, с. 102).

Леонтьев не дал схемы этой трехуровневой структуры деятельности. Приведенная выше диаграмма была разработана другими. Проблема диаграммы — это стрелка с одним направлением, которая указывает на одностороннее отношение между тремя уровнями. Однако теоретики деятельности так не понимают.Леонтьев (1978), Каптелинин и Нарди (2006) и другие четко указали, что это двусторонние отношения.

Ниже приведена более точная диаграмма, которую я нашел в книге 2013 года Лаборатория изменений: инструмент для совместного развития работы и образования (Вирккунен, Дж. (2013, с.37)

По Леонтьеву, «Деятельность человека не существует иначе как в форме действия или цепочки действий. Например, трудовая деятельность существует в трудовых действиях, учебная деятельность — в школьных действиях, социальная активность — в действиях (актах) общества и т. д.Если из нее мысленно вычесть действия, составляющие деятельность, то от деятельности не останется ровно ничего. Это можно выразить и иначе: когда перед нами происходит конкретный процесс, внешний или внутренний, то с точки зрения его отношения к мотиву он выступает как человеческая деятельность, но когда он подчинен цели, затем оно предстает как действие или совокупность цепочки действий… Кроме того, действие и действие представляют собой подлинную и несовпадающую реальность.Одно и то же действие может совершать различные виды деятельности и может переходить из одной деятельности в другую, проявляя таким образом свою относительную самостоятельность. Очевидно и обратное, а именно, что тот или иной мотив может получить конкретное выражение в различных целях и, соответственно, вызвать различные действия». (1978, с.100)

Каптелинин и Нарди (2006) указывали на трансформацию между действиями и операциями: «Уровни деятельности могут переходить один в другой. Автоматизация является примером преобразований между действиями и операциями.В ходе практики действия могут стать автоматическими операциями. Противоположный процесс — «деавтоматизация», превращение рутинных операций в осознанные действия. Такое преобразование может иметь место, например, когда автоматизированная операция не дает желаемого результата, и человек размышляет о причинах неудачи и о том, как можно «исправить» операцию. которое сначала осуществляется как сознательное действие, а затем становится операцией.(2006, стр. 63–64)

Хотя целью Леонтьева является разработка новой психологической теории, многие исследователи приняли эту трехслойную модель в качестве аналитического инструмента для эмпирических исследовательских проектов.

1. Введение

Основе философии техники всегда мешала тенденция использовать самые «продвинутые» современные машины в качестве парадигмы человеческого познания. Когда-то это был паровой двигатель, но за последние несколько десятилетий компьютер стал примером машины, которая, по-видимому, способна выполнять умственные задачи, в отличие от предшествующих «полностью ручных» машин.Она даже породила отрасль психологии, известную как когнитивная наука. Эта концепция машины как модели человеческого познания представляет собой довольно любопытное переворачивание истинной роли любой машины как помощника или посредника в повседневной деятельности. Нет никаких оснований рассматривать компьютер как нечто большее, чем машина, созданная из длинного ряда инструментов, используемых для помощи человеческой деятельности.

Фон

Взрывной рост использования информационных технологий оказывает глубокое влияние на методы работы людей.Чтобы увеличить преимущества информационных технологий, компьютерные системы и их интерфейсы должны быть разработаны как инструменты, совместимые с возможностями их пользователей-людей. Много исследований было направлено на то, чтобы предоставить техническим специалистам и программистам правильное представление о пользователе с указанием психологических особенностей, которые следует учитывать при разработке интерфейса. Однако до сих пор нет единого мнения об оптимальном психологическом подходе к этой сложной области.До недавнего времени западная когнитивная психология оказывала основное влияние на разработку интерфейсов информационных технологий , но попытки применить ее к взаимодействию человека с компьютером имели ограниченный успех из-за узкой направленности этой дисциплины. Он больше интересовался когнитивным процессом и спроецировал его на философию взаимодействия человека с компьютером, основанную на компьютерной аналогии ввода-обработки-вывода для описания функционирования человеческого разума.Причиной этого является кажущееся единодушие между этой отраслью психологии и архитектурой компьютера как в концепции, так и в лексике. Существует легко идентифицируемая совместимость между «компонентами» человека и компьютера, когда компьютерные устройства, такие как клавиатура, память и дисплей, сравниваются с бестелесными человеческими устройствами, такими как глаза, мозг и пальцы. Эта заманчивая аналогия привела к концепции взаимодействия человека с компьютером (HCI), которая рассматривает компьютер и человека-оператора как равных.Логическим продолжением этой линии рассуждений является то, что в конечном итоге станет возможным построить компьютер, способный превзойти человеческий разум. Это привело к появлению областей, посвященных поиску «кибернавтов», таких как изучение искусственного интеллекта и систем, основанных на знаниях. В основном они имели ограниченный успех, хотя в последнее время восприятие их способностей было преувеличено из-за разработки машины, способной унизить мирового шахматного гроссмейстера. С философской точки зрения мечта технофила была реализована в этом шахматном состязании: роль машины была изменена с роли инструмента для улучшения жизни на роль машины, которая стремится доминировать над ней.Практическим результатом этого общего подхода является то, что любой эксперимент по изучению совместимости компьютера с человеком ограничивается взаимодействием только между этими двумя компонентами, исключая контекст реального взаимодействия рабочей деятельности человека. Это видно на классической экспериментальной модели HCI, показанной на рисунке 1.

Рис. 1. Экспериментальная модель HCI

Есть ли альтернативная модель?

Этот общий когнитивный подход привел к тому, что экспериментаторы с человеко-компьютерным взаимодействием столкнулись с досадной нехваткой инструментов проектирования, пригодных для прогнозирования реакции человека на информационные технологии.Крайне важно исследовать процессы, в которых информационные технологии вмешиваются в практику работы людей. Раздел психологии, развиваемый Львом Выготским в начале нашего века, предлагает иной философский подход и открывает новые перспективы для построения экспериментального исследования этой проблемы. Выготская психология и теория деятельности гораздо шире рассматривают человеческую психику как продукт культурных и социальных сил (Выготский, 1978). С ее точки зрения человек представляет собой не совокупность познавательных процессов, а находится в сложном взаимодействии с миром, направленном на процесс жизнедеятельности.

При таком подходе главной особенностью психики является активная позиция человека по отношению к миру, в котором он живет. Этот мир и его социальный контекст называются «объективной реальностью» и состоят из всех вещей (объектов), которые способствуют человеческому существованию, таких как события, происшествия, взаимодействия и т. д. Люди постоянно меняют объекты и создают артефакты — инструменты. Это сложное взаимодействие индивидов с их окружением было названо деятельностью и рассматривалось как фундаментальная единица анализа человеческой психики (А.Леонтьев, 1978, К.Толман, 1988). Активность мотивируется объектами, подлежащими изменению. Предметная направленность и опосредованность орудиями — одна из наиболее отличительных характеристик деятельности. Инструменты рассматриваются как расширяющие возможности человека для достижения целей деятельности, то есть для изменения объектов в мире. Эта теория рассматривает орудия как средство удовлетворения реальных потребностей и достижения соответствующих целей. Это приводит нас к другой экспериментальной схеме, содержащей гораздо больше элементов, подчеркивающих роль компьютера как инструмента, встроенного в человеческую деятельность, как умственную, так и физическую.

Рисунок 2 Структура теории деятельности

2. Когнитивная психология как философская основа технологии компьютер — автоматизация работы мозга по сравнению с автоматизацией ручной работы.Можно увидеть, что многие проблемы, связанные с моделью обработки информации в когнитивной науке, проявляющиеся в таких областях, как экспертные системы и искусственный интеллект, связаны с неполнотой и узкой основой этого когнитивного подхода. Компьютеризированная автоматизация, при которой операционные аспекты умственной работы человека удаляются из «человеческой сферы» и переносятся в технологию, является частью переноса физической работы человека в технологию, которая происходила на протяжении тысячелетий, и существенно не отличалась от нее. годы.Когда операции осуществляются с помощью техники, она все равно реализует желания субъекта, а значит, задействует психику человека.

Первая реальная возможность построить нервную систему, вычислительно эквивалентную человеческому разуму, была поднята из области научной фантастики с созданием электронно-вычислительных машин в конце 1940-х годов. Взгляд на компьютер как на «думающую» машину был основан на концепции Тьюринга о мышлении как алгоритмическом процессе с убедительной аналогией между человеком и машиной ввода, обработки и вывода.Однако эта точка зрения, которой придерживаются многие теоретики искусственного интеллекта, рассматривающие компьютеры как замену людям с идентичными возможностями, чревата проблемами. Как объясняет Карпачоф (1992): «Бессмысленно ожидать полного соответствия между человеком и машиной. Мало того, что машине не хватает наиболее важных человеческих качеств, машина также обладает многими качествами, которых мы не находим в человеке. Это на самом деле причина для его создания в первую очередь ». Дрейфус и Дрейфус (1986) также разделяют схожие убеждения, когда говорят, что «компьютеры как логические машины не могут сравниться с человеческой интуицией и опытом, поэтому при определении того, что должны делать компьютеры, мы должны сопоставить их возможности с более щедрыми способностями, которыми обладают люди». человеческий разум.Несмотря на подобные комментарии, за последние десятилетия в область искусственного интеллекта было вложено много усилий, и, кажется, никогда не обращались к различным ветвям психологии как к исходной модели «человеческого интеллекта», т. именно то, что они пытались воспроизвести искусственно.

Когнитивные науки

Когнитивная наука возникла в середине 1970-х годов в результате осознания того, что для понимания высших психических процессов и структур необходим междисциплинарный подход.Он пытается объединить то, что известно о разуме из многих академических дисциплин: психологии, лингвистики, антропологии, философии и информатики. Предполагается, что все важные человеческие идеи могут быть сведены к принципам и правилам — что машины могут думать (McCorduck, 1979). Когнитивная наука спрашивает о мысли и мышлении, о сознании и вычислениях.

В соответствии с когнитивной наукой концепция когнитивной психологии возникла в США и Великобритании как результат компьютерных технологий, предполагая, что компьютер может обеспечить новую парадигму для психологии.Таким образом, когнитивная психология анализирует психические процессы человека с целью понимания человеческого поведения. Разработаны информационные теории восприятия, внимания, памяти, эмоций и личности. Человек рассматривается как «активный информационный процесс, вечно стремящийся обобщать и интерпретировать поступающие данные, а также интерпретировать и воспроизводить информацию, хранящуюся в его памяти, с помощью разнообразных алгоритмов и стратегий» (Тихомиров, 1988). В этом направлении психология в целом была объявлена ​​наукой об обработке информации.Хотя искусственный интеллект, когнитивная наука и когнитивная психология имеют разные цели и методы исследования, в основном все они разделяют понимание человеческого мышления как обработки информации. Кроме того, они интерпретируют познание или интеллект как наиболее важное составляющее свойство психических процессов. При использовании концепции когнитивных подходов в дальнейшем мы не различаем три из них.

Искусственный интеллект

Искусственный интеллект (ИИ) направлен на создание компьютерного программного и аппаратного обеспечения, имитирующего человеческий разум или функции человеческого мозга.Роль компьютера состоит в том, чтобы заменить человека в интеллектуальных сферах, таких как математические расчеты, манипуляции с числами и буквами, принятие решений, решение проблем и так далее. Согласно Фейгенбауму (1977), некоторые работы направлены на создание интеллектуальных артефактов, таких как экспертные системы, которые претендуют на то, чтобы быть моделями решения проблем экспертов и экспертных знаний, автоматизированных в информационных программах. Другие рассматривают искусственный интеллект как «теоретическую психологию», ищущую модели обработки информации человеческих мыслей, что приводит нас к взгляду на ИИ как на исследование «когнитивных» явлений внутри машины.

Появились два взаимосвязанных пункта критики. Один аргумент противоречит очень рациональной концепции человека, встроенной в когнитивные подходы, возникшие с метатеоретической точки зрения (например, Дрейфус и Дрейфус, 1986). Кроме того, некоторые эмпирические исследования показывают, что процесс проектирования характеризуется интуицией и воображением как движущей силой процесса, а не рациональной стратегией решения проблем (Aboulafia et al, 1993). В большинстве случаев проектировщики полагались на свое интуитивное понимание системы, полученное из предыдущего опыта.Другое исследование дизайна показало аналогичные результаты. Банслер и Боедкер (1993) обнаружили разрыв между тем, как развитие систем представлено в структурном анализе Юрдона и ДеМарко, и тем, как оно проводилось. Конструкторы не следовали предписанным процедурам проектирования, но в целом относились к их использованию весьма прагматично.

Помимо возражений против ограниченного понимания решения проблем как рационального процесса мышления, основанного на правилах, исследования показывают, что способ использования методов связан с контекстом применения.Общее мнение дизайнеров в одном из исследований заключалось в том, что основным препятствием в методах моделирования было то, что эти методы не принимали во внимание социальные аспекты, такие как командная работа и организационные вопросы (Aboulafia et al 1993). Они предположили, что «мешок инструментов», из которого они могли бы выбирать, был бы полезен, чтобы они могли адаптировать различные методы к своим собственным целям и интегрировать их в свои собственные процессы проектирования.

Другая критика связана с попыткой использовать одни и те же понятия и методы в качестве свойств как систем, так и человека.Исследование Bansler и Boedker (1993) выявило возможное ограничение методов моделирования, «присущее» самим методам. Основная идея структурного анализа заключается в моделировании организаций и рабочих процессов как систем обработки информации с целью создания подробных функциональных описаний задач и операций. Не существует различия между тем, как действуют люди, и тем, как работают машины. Следовательно, метод имеет ряд «дефектов», таких как сведение решения проблем и суждений к простому следованию правилам, игнорирование неформального общения, недооценка ошибок, отсутствие помощи в анализе организации работы и т. д.И, как подчеркивают Bansler и Boedker (1993), хотя имеет смысл понимать компьютерную систему с точки зрения процессов обработки данных, сомнительно, что имеет смысл понимать работу в тех же терминах.

Даже для стойких сторонников ИИ становится все более очевидным, что блоки обработки информации у людей и компьютеров действительно различаются. Таким образом, возникло много критики этого понимания когнитивной наукой человеческого познания, и вопрос заключается в том, возможно ли преодолеть проблему в рамках когнитивной науки.

3. Ограничения когнитивно-научного подхода

Виноград и Флорес (1986) утверждают, что «вопреки широко распространенному мнению невозможно построить машины, которые демонстрируют или успешно моделируют разумное поведение». Далее они говорят, что «сущность интеллекта состоит в том, чтобы действовать надлежащим образом, когда нет простого предварительного определения проблемы или пространства состояний, в котором можно искать решение.Рациональный поиск в проблемном пространстве невозможен до тех пор, пока само пространство не создано, и полезен только в той мере, в какой формальная структура эффективно соответствует ситуации». Их анализ сформулирован на основе философии Хайдеггера, который предлагает в качестве основы для понимания познание строить вокруг нашего «бытия-в-мире», что бросает вызов господствующему взгляду на познание, основанному на систематическом манипулировании представлениями.

Брукс (1991) утверждает, что «из бульона идей о том, как построить интеллектуальные машины, бестелесный и не ситуативный подход поисковых систем для решения проблем стал доминирующим, по крайней мере, в сообществе ИИ».Поиск был расширен, чтобы использовать эвристику для сокращения пространства поиска, и вскоре основное внимание стало уделяться управлению поиском. Без сомнения, популярность поиска была обусловлена ​​легкостью, с которой его базовая древовидная структура может быть запрограммирована на цифровом компьютере, но именно этот оппортунизм еще больше увел его от того, что он намеревался имитировать, усиливая абстракцию. от связи с миром. Он критикует отрасль ИИ, известную как инженерия знаний, за то, что она концентрирует большую часть своей энергии на аномалиях в формальных системах, которые никогда не используются для каких-либо практических задач.Далее он говорит, что существует неявное предположение, что когда-нибудь входы и выходы будут связаны с чем-то, что их будет использовать. Эвристический подход к решению проблем исследовали Дрейфус и Дрейфус (1986), которые обнаружили, что этот подход используют только новички. По мере того, как люди становятся более опытными в своей области до уровня экспертов, они интуитивно переходят от использования абстрактных правил к способности распознавать тысячи частных случаев. Брукс (1991) также критикует представление о том, что знания хранятся таким образом, который не зависит от обстоятельств, в которых они были получены.Сравнивая человеческое и искусственное мышление, он говорит:

«Биологические системы работают на массивно-параллельных, низкоскоростных вычислениях в сети с фиксированной топологией и ограниченной глубиной. Почти все исследования в области искусственного интеллекта, да и почти все современные вычисления, основаны на архитектуре фон Неймана с большой неактивной памятью, которая может реагировать с очень высокой скоростью по чрезвычайно узкому каналу на очень быстродействующий центральный процессор, который содержит очень маленькое государство.Когда также учитываются соединения с датчиками и исполнительными механизмами, разрыв между биологическими системами и нашими искусственными системами увеличивается».

Эти чувства вторит Сачман (1987), когда она говорит, что «вопрос о теоретических и практических критериях адекватности для машинного интеллекта становится спорным из-за проблем, связанных с созданием устройства, которое, даже кажется, ведет себя целенаправленно или разумно». ‘. Дрейфус (1992) указывает, что вера в то, что и люди, и компьютеры являются единицами обработки информации, предполагает, что механизмы, лежащие в их основе, по существу одинаковы.Компьютеры, по его словам, имеют дело с фактами, но люди являются источником фактов в мире фактов, созданном ими в процессе жизни. Далее он говорит: «Этот человеческий мир с его узнаваемыми объектами организован людьми, использующими свои воплощенные способности для удовлетворения своих воплощенных потребностей. Нет причин предполагать, что мир, организованный с точки зрения этих фундаментальных человеческих способностей, должен быть доступен каким-либо другим способом». Когнитивисты рассматривали эту концепцию воплощения или ситуативности как возможное решение проблемы ИИ.Учитывая эту критику и озабоченность по поводу использования когнитивной науки в качестве философской основы информационных технологий, в следующем разделе рассматривается альтернативный подход.

4. Психология Выготского и теория деятельности

Введение

Теория деятельности — это психологическая теория, берущая начало в немецкой философии Канта и Гегеля и позже развитая русскими психологами Л.С. Выготский, А.Н. Леонтьев и другие в первой половине нашего века. Это теория, которая рассматривает индивида как результат социальных сил, а не как автономное существо.

90–123 Имеются свидетельства влияния многих других философов, таких как Джане, Валлон, Пиаже, Вертгеймер, Толмен с его необихевиоризмом и особенно Джон Дьюи с его работами о прагматизме. Другие включают Джеймса с его работой о субстанциализме и Спинозу, фаворита Выготского, с его верой в то, что ментальные и нейропсихологические явления были двумя атрибутами одной субстанции.Хотя Выготский и его последователи привыкли часто цитировать Маркса, трудно судить, оказали ли его идеи большое влияние на развитие теории, в силу того, что в то время было общепризнано, что марксистско-ленинская философия должна была
может использоваться в качестве основы для всех направлений научных исследований, независимо от того, имеет ли он какое-либо отношение к изучаемой теме. Эта теория стала известна западным психологам благодаря работам Коула и Мальцмана, 1969, Верча, 1981, 1994, Райтеля, 1990, Куутти, 1990, 1992, Энгестрома, 1990, Каптеллинина, 1992, 1994, и Зинченко, 1992.

Обзор

Выгосткианская психология (Выготский, 1978, 1981) утверждала, что человеческое сознание строится через взаимодействие субъекта с миром и является атрибутом отношений между субъектом и объектом. Сознание не сводится к поведению и не отделено от него, а является атрибутом организации практической деятельности. Это процесс, который организует поведение. Выготский также утверждал, что сознание не является атрибутом какого-либо конкретного состояния или процесса, но является атрибутом того, как состояния и процессы, такие как внимание и память, организованы и функционально связаны как с поведением, так и друг с другом.Именно сознание установило связь между различными процессами, оно их и создает, и преобразует. В частности, характер целенаправленной деятельности трансформирует ее пользователя. Таким образом, он ввел идею внешне опосредованной деятельности, действий, предполагающих использование внешних средств для достижения цели. Это привело к идее, что психические процессы можно понять только в том случае, если мы понимаем инструменты и знаки, которые их опосредуют.

Посредничество инструментов

Основным положением теории Выготского было то, что орудия играют опосредующую роль, они опосредуют реакцию человека на мир.Следовательно, орудия являются социальными предметами с определенными способами действия, вырабатываемыми общественно в процессе труда, и возможны только потому, что они соответствуют целям практического действия. Инструменты могут быть как внешними (физическими, техническими), такими как артефакты, инструменты и машины, так и внутренними (психологическими), такими как законы, знаки, процедуры, методы и язык. Физические инструменты предназначены для манипулирования физическими объектами (например, молоток), в то время как психологические инструменты используются людьми для воздействия на других людей или на самих себя (например, молоток).грамм. концепции, реклама, календари). Поскольку психологические средства включаются в процесс поведения, они изменяют весь ход и структуру психических функций. Точно так же физический инструмент (в том числе компьютеры) изменяет процесс естественной адаптации, определяя форму трудовых операций. Физическое орудие можно рассматривать как орудие труда, вещь, вставленную между человеком и предметом его труда и «служащую проводником» его деятельности. Хотя инструменты расширяют наши возможности манипулировать и преобразовывать различные объекты, они также имеют ограничивающий эффект, поскольку объектом можно манипулировать только в рамках ограничений инструмента.

Его основной идеей была исторически сложившаяся предметно-практическая деятельность человека, определяющая генезис, структуру и содержание человеческого разума. Свои оригинальные идеи Выготский выводил из анализа особенностей специфически человеческой деятельности — трудовой деятельности, производительной деятельности, осуществляемой с помощью орудий, деятельности изначально социальной, т. е. развивающейся в условиях сотрудничества и участия людей. Он выделил две основные взаимосвязанные черты, лежащие в основе психологии.Это были «орудийная» (орудийно-опосредованная) структура человеческой деятельности и ее включенность в систему взаимоотношений с другими людьми. Это означает, что высшие психические функции у человека зарождаются только при взаимодействии людей с людьми. Выготский не сделал полного анализа специфического понятия деятельности, но его теоретический подход предполагал это понятие как один из основных ее строительных блоков. Теоретиком, который продолжил работу Выготского и наиболее тесно связан с развитием теории согласованной деятельности, был А.Н. Леонтьев.

Структура теории деятельности

Деятельность, по Леонтьеву (1978, 1981), есть не реакция и не совокупность реакций, а система, имеющая структуру, свои внутренние переходы и превращения, свое развитие. Деятельность объединяет в одной единице анализа как внутренние, психологические явления, так и внешний, объективный мир. Леонтьев выступал против разделения того, что происходит в нашем сознании, от того, что происходит вокруг нас, и стремился рассмотреть глубоко своеобразную природу психических явлений, отличающую их от других «объективных явлений действительности» (реального мира).Он резюмирует это так: «…наша деятельность как бы происходит на двух изначально различных (и) противоположных планах:

  • на субъективно-идеальном плане (т.е. деятельность нашего сознания и мышления) и
  • на предметном плане — плане явлений материального мира, т. е. нашей внешней материальной деятельности, движений нашего тела и тех внутренних процессов, которые составляют их физиологическую основу».

Исходной и основной формой человеческой деятельности является внешняя, практическая деятельность.В процессе интериоризации формируется внутренний план деятельности, внутренние психические операции и действия. Интериоризация — это переход, при котором внешние процессы с внешними, материальными объектами трансформируются в процессы, происходящие на ментальном уровне, уровне сознания. При этом переходе эти процессы претерпевают особые изменения — они обобщаются, вербализуются, сокращаются; и самое главное, они становятся средством дальнейшего развития, превосходящего возможности внешней деятельности.

Деятельность здесь имеет общий собирательный смысл, речь идет о конкретных видах деятельности, каждая из которых отвечает определенной потребности субъекта, направлена ​​на предмет этой потребности, угасает в результате ее удовлетворения и вновь возникает. в других, совсем других условиях. Типы деятельности могут различаться между собой в зависимости от различия их объектов. Предмет деятельности Леонтьев называет ее истинным мотивом, который может быть как реальным, так и воображаемым, поэтому без мотива деятельность не существует.Он называл процесс действием, если он подчинен представлению о результате, который должен быть достигнут, т. е. подчинен сознательной цели. Далее он говорит, что точно так же, как понятие деятельности связано с понятием мотива, так и понятие цели связано с понятием действия. Человеческая деятельность, как он объясняет, не существует иначе как в форме действия или цепи действий, когда одно и то же действие выполняет различные действия и может переходить от одного действия к другому.Это означает, что деятельность обычно осуществляется определенным комплексом действий, подчиненных частным целям, которые могут быть изолированы от общей цели. Иными словами, эти действия рассматриваются как целенаправленные процессы, но в обществе эти процессы редко связаны непосредственно с целью, где даже самое простое разделение труда приводит к «целеобособлению». Потребности человека, работающего на конвейере, удовлетворяются не непосредственными результатами производства чего-либо, а долей результатов коллективной деятельности в виде заработной платы.Действия, осуществляющие деятельность, вызываются ее мотивом, но направлены на цель. Способ совершения действий Леонтьев называл операциями. Точно так же, как деятельность связана с целями, операции он считал связанными с условиями. В случае, когда цель остается той же, а условия меняются, меняется только операциональное содержание действия. Действия и операции он рассматривал как «единицы» деятельности.

Таким образом, Леонтьев ввел трехуровневую структуру деятельности.С каждым уровнем связан определенный тип единиц, первой из которых является единица деятельности (детятельность). Здесь «деятельность» означает реальную деятельность в отличие от человеческой деятельности вообще и включает в себя такие вещи, как труд, формальное образование и игра. Оно не определяется физическим контекстом, в котором функционируют люди, а является социокультурным творением, навязанным контексту участниками. Следующим уровнем анализа является действие (деяние), которое хотя и относится к деятельности в данное время, но может изменяться независимо от нее и переносимо на другие виды деятельности.Конкретное действие может быть выполнено, когда человек участвует в различных мероприятиях, таких как работа, игра или образование. Третий уровень анализа — операция (операция) — относится к конкретным условиям, в которых осуществляется действие, и включает в себя ресурсы для достижения цели. Цель, заложенная в определенный набор условий, составляет задачу деятельности. Это можно резюмировать схематически:

Motive Действия Действия 3
Почты
Операции Условия ( Задачи )

Однако эта структура может быть разделена таким образом, который зависит от характеристик каждого компонента и от их взаимосвязей, которые, в свою очередь, подвижны и изменчивы.В интегрированной деятельности внутриуровневая и межуровневая организации реализуются путем интеграции и унификации функционально определенных процессов.

5. Человеко-компьютерное взаимодействие и теория деятельности

Разнообразие многих современных когнитивных методов, используемых при проектировании и оценке человеко-компьютерного взаимодействия, затрудняет их классификацию и идентификацию как моделей, методов или архитектур.За последние пятнадцать лет было предложено большое количество инструментов и методов проектирования HCI. Howes (1994) определил двадцать три различных подхода, каждый из которых ориентирован на небольшую и управляемую часть общего вопроса о том, как люди взаимодействуют с компьютерами.

Психологическая теория, изложенная Выготским и развитая такими последователями, как Леонтьев и другие, была открыта международным сообществом исследователей взаимодействия человека с компьютером и совместной работы с компьютером за последние десять лет.Например, см. Bannon & Bødker, 1991; Бодкер, 1991; Дрейпер, 1993; Энгестром. 1990 г.; Гулд и Вереникина, 1995; Каптелинин, 1992; Куутти, 1992; Nardi, 1992, 1997. Его в целом хорошо разработанные рамки могут оказаться более полезными, чем традиционная когнитивная психология, при анализе реакции между людьми и машинами.

Каптелинин (1992) выделил четыре пункта, которые имеют центральное значение для теории деятельности, и особую роль, которую инструменты в целом играют в этой структуре.

  • определение специфических психологических функций компьютерных средств и их отличий от других видов артефактов,
  • рассмотрение психологической природы задействованных функционально эквивалентных процессов, в частности, являются ли они действиями, действиями или операциями, поскольку это может повлиять на разработку и стратегии обучения,
  • анализ развития пользователей от новичка до эксперта по мере того, как они развивают новые навыки и способности с опытом,
  • взаимосвязь между компьютерными инструментами и культурными влияниями, которая может сделать успешные системы в одной социальной среде неэффективными в другой

В нем подчеркивается вертикальная интеграция психологического анализа и подчеркиваются следующие моменты, которые обычно упускаются из виду при когнитивном подходе:

  • цель, определяемая характером действий человека, их структурой и исполнением,
  • роль механизмов, лежащих в основе интеграции компьютерного средства в структуру деятельности,
  • важность аспектов развития взаимодействия человека с компьютером,
  • значимость социальных взаимодействий, связанных с использованием компьютера (Каптелинин, 1992).

Теория деятельности обеспечивает парадигму для описания и понимания того, как люди взаимодействуют с компьютерами в контексте пользовательской среды. Недавно исследователи HCI пришли к пониманию важности контекста, в котором происходит компьютерная деятельность, в основном благодаря работе Люси Сучман (1987). Однако контекстуальные факторы довольно неуловимы, и их трудно идентифицировать (Nardi, 1997; Pennel et al, 1997). Именно здесь теория деятельности помогает, предоставляя теоретическую основу для описания контекста человеческой деятельности посредством структурного анализа деятельности, в частности — ее высшего уровня — мотивации.Определение мотива как объекта преобразования в деятельности объединяет психологические факторы (влечение, мотив, смысл деятельности) и контекстуальные факторы (предметы как артефакты, принадлежащие к определенному социокультурно-историческому контексту). В этом отношении подход теории деятельности не является теорией, которая заменяет другие подходы, но предлагает более широкий, целостный, интегративный философский взгляд на использование информационных технологий людьми.

Следует также отметить, что теория деятельности имеет несколько общих идей с современным развитым анализом задач, который представляет собой подробное описание отдельных действий и операций.Теория деятельности основывается на гораздо более широком наборе структур, относящихся к высшим уровням деятельности и обращающих внимание на интегративные отношения между действиями деятельности.

6. Проектирование индивидуального интерфейса исполнительных информационных систем

В последнее время для разработки интерфейсов исполнительных информационных систем применяется теория деятельности (Hasan, Gould and Hyland, 1998, Verenikina, Gould, 1997).Это особенно перспективная область для приложений, поскольку разработка исполнительных информационных систем (ИСС) представляет особые проблемы для проектировщика. Мало того, что клиенты, для которых разрабатывается система, неизвестны, но они принадлежат к разрозненной группе с разными способами ведения бизнеса, принятия решений, использования данных, получения выводов и т. д. Для руководителя, чтобы использовать информацию Для повышения эффективности управления необходим интерфейс, совместимый с индивидуальным стилем управления.

Разработчики программного обеспечения в течение многих лет создавали системы, претендующие на роль исполнительных информационных систем. К сожалению, очень немногие из этих систем оказались успешными. Проблема, упоминавшаяся в прошлом, всегда заключалась в том, что программное обеспечение для работы с электронными таблицами, на котором обычно основывались системы, было недостаточно сложным для решения этой проблемы. Однако это уже не так. Очень сложные многомерные базы данных теперь способны извлекать сложные комбинации самых малоизвестных данных и представлять их всеми мыслимыми способами со значительной скоростью.Проблема превратилась из проблемы разработки программного обеспечения в проблему, связанную с психологией исполнительных пользователей. Давно известно, что руководители управляют в своем особом стиле. Также хорошо известно, что эти разные стили требуют разных типов информации, представленной по-разному. Вопрос в том, как найти наилучшее сочетание информации и стиля управления бизнесом, чтобы EIS была полезна отдельному руководителю.

Существующие исследования, изучавшие личности и пытавшиеся применить их к дизайну интерфейсов, не увенчались успехом из-за сложности применения психологических исследований личности к данному конкретному случаю — они были слишком далеки от проблемы.Один из возможных подходов основан на изучении личного профиля руководителя. Этот профиль будет состоять из набора бизнес-деятельностей руководителя, связанных с использованием EIS в качестве инструмента, встроенного в деятельность. Это позволит информационной системе функционировать как инструмент для выполнения действий и позволит разработчикам разработать способы разработки интерфейса для извлечения, объединения и представления информации таким образом, который соответствует стилю управления бизнесом руководителя.Каптелинин и Нарди (1997) недавно создали «Контрольный список деятельности» для анализа структуры деятельности. Это хороший пример операционализации концепций теории деятельности для практического использования.

Пример влияния идентификации различных уровней деятельности показан в проекте информационно-поисковой системы (Hyland, 1998). Теория деятельности используется, чтобы представить более целостное представление о процессе поиска информации и предложить, как эти проблемы и их решения сочетаются друг с другом.Хайланд показывает, что во многих исследованиях по поиску информации имплицитно подразумевается, что человек занят деятельностью по поиску данных из визуализации некоторого набора данных, который используется для навигации и обнаружения требуемого подмножества. Однако, используя конкретное значение «деятельности» в применении к теории деятельности, это предположение неверно. В таких случаях поиск данных будет действием, которое выполняется для завершения деятельности по написанию отчета или другого более широкого мероприятия.Хайленд продолжает:

«Фактический процесс поиска, используемые нажатия клавиш и т. д. являются используемыми операциями, и они зависят от условий, с которыми сталкивается пользователь. Это различие между действием и действием не является тривиальным. Предположение о том, что большинство пользователей участвуют в поиске данных, привело ко многим проблемам, которые были подняты в литературе.Для пользователей, которые имеют четко определенный поиск и знакомы с используемой системой, главная проблема заключается в том, что система обеспечивает соответствующий уровень памяти и точности как можно быстрее.Для таких пользователей можно разумно предположить, что большая часть процесса поиска будет выполняться на операционном уровне. Для пользователя с плохим знанием системы нельзя предположить, что это так. Такой пользователь может сместить фокус своей деятельности на использование информационно-поисковых систем, временно приостановив первоначальную деятельность. Если системы должны использоваться не на операционном уровне, а как самостоятельная деятельность, то разработчикам систем необходимо сделать другой акцент при проектировании своих систем.Одним из примеров этого может быть изменение помощи, которую система должна предоставлять такому пользователю».

Важно проводить различие между различными уровнями взаимодействия. компьютеры для помощи в выполнении повседневных задач, но у которых есть альтернативные средства их выполнения.Если информационно-поисковые системы построены на предположении, что все пользователи работают на операционном уровне, то дискреционные пользователи, для которых использование системы само по себе является важной деятельностью , отклонит систему

7.Выводы

Психологии предстоит пройти долгий путь, прежде чем разработчики технологий с готовностью примут ее в качестве основы для своего дизайна. Возможно, что часть проблемы была связана с неполной моделью, присущей когнитивной психологии, хотя есть веские доказательства того, что большинство разработчиков уделяют мало внимания какой-либо форме психологии при разработке новых систем. В теории действий Выготского у дизайнеров есть модель, которая является более полной и, безусловно, может обеспечить некоторые преимущества для интерфейсов, ориентированных на человека.Философская основа для включения технологий в нашу жизнь должна ставить человеческие соображения на первое место — это возможно только в том случае, если здравая человеческая психология доступна создателям технологий.

 

 

ССЫЛКИ

Абулафия, А., Нильсен, Дж., Йоргенсен, А.Х. (1993) Неоднозначная реальность и формальные методы в дизайне пользовательского интерфейса, Interchi’901 Research Symposium, Amsterdam, Interchi’901 Research Symposium, 9018.Апрель 1993 г.

Бэннон,.Л. (1991) От человеческого фактора к человеческим актерам, в Гринбауме и Кинге, (редакторы), Design at Work , Эрлбаум, Нью-Джерси.

Бэннон, Л. и Бодкер, С. (1991) За пределами интерфейса: обнаружение артефактов в использовании, в Кэрролле Дж. (ред.), Проектирование взаимодействия, психология в человеко-компьютерном интерфейсе , Cambridge University Press.

Bansler, JP и Boedker, K. (1993) Переоценка структурного анализа: проектирование в организационном контексте, ACM Transactions on Information Systems , Vol.11, № 2, апрель 1993 г.

Бодкер, С. (1997) Компьютеры в опосредованной человеческой деятельности, Разум, культура и деятельность , 4 (3), стр. 149-158.

Бодкер, С. (1991) Через интерфейс: подход человеческой деятельности к дизайну пользовательского интерфейса , Лоуренс Эрлбаум, Хиллсдейл, Нью-Джерси.

Брукс, Р.А. (1991) Интеллект без причины, Труды 12-й Международной объединенной конференции по искусственному интеллекту , Том 1, Сидней

Браун, Д.Э. и Уайт, К.С. (1990) Исследование операций и искусственный интеллект , Kluwer Academic Press, Массачусетс, США

Коул, М. и Мальцман, И., (редакторы) (1969) Справочник по современной советской психологии , Basic, NY.

Дрейпер, С. (1993), Теория деятельности: новое направление для человеко-машинного взаимодействия?, Международный журнал исследований человека и машины , том 24.

Дрейфус Х.Л. и Дрейфус С.Е. (1986) Mind Over Machine , Free Press (Macmillan), NY

Дрейфус, Х.L. (1992) Чего еще не могут сделать компьютеры, Критика искусственного мышления , Массачусетский технологический институт, Кембридж, Массачусетс,

Энгестром, Ю. (1990) Обучение, работа и воображение — Двенадцать исследований по теории деятельности, Orientakonsultit Oy, Хельсинки

Фейгенбаум, Э.А. (1977) Искусство искусственного интеллекта: темы и тематические исследования инженерии знаний. 5-я Международная конференция по искусственному интеллекту AI-77 , стр. 1014-1024.

Гулд, Э.и Вереникина И. (1995) Дизайн моделирования населения на основе теории деятельности, 6-й Конгресс по теории деятельности , Москва, стр. 134-138.

Hasan H, Gould E. and Hyland P. (Eds.) (1998) Информационные системы и теория деятельности: инструменты в контексте, University of Wollongong Press, Wollongong, Australia

Howes, A. (1994) Learning to Use An Interface: Articulation the Space of Models, Proceedings of CHI’94 Research Symposium , Boston Mass.

Hyland, P. (1998) Изучение некоторых проблем информационного поиска: подход теории деятельности в Hasan, H., Gould, E и Hyland, P. (Eds), Информационные системы и теория деятельности: инструменты в контексте , University of Wollongong Press, Вуллонгонг, Австралия, стр. 93–108.

Каптелинин, В. (1992) Взаимодействие человека и компьютера в контексте: позиция теории деятельности, Proceedings East-West Intl. Конференция по взаимодействию человека и компьютера , Санкт-Петербург, Россия.

Каптелинин, В. (1994), Теория деятельности: последствия для взаимодействия человека с компьютером, В Брауэр-Джансе, М.Д. и Харрингтон, Т.Л., (редакторы), Взаимодействие человека и машины для проектирования образовательных систем, Серия НАТО ASI. Серия F: Компьютерные и системные науки, т. 129, Springer-Verlag, Берлин, стр. 5–16.

Каптелинин В. и Нарди Б. (1997) Контрольный список действий: инструмент для представления «пространства» контекста, личное общение с авторами.

Карпачоф, Б.(1992) Управление технологиями и технология управления, Междисциплинарный информационный бюллетень по теории деятельности, 11/12, Международная постоянная конференция по исследованиям в области теории деятельности (ISCRAT), Берлин.

Куутти, К. (1990) Теория деятельности и ее применение в исследованиях и разработках информационных систем. В: ISRA-90 Proceedions — Vol. I , ИФИП ТК 8 РГ 8.2. Рабочая конференция по исследованию информационных систем 90-х годов, Копенгаген.

Kuutti, K (1992) HCI Research and Activity Theory Position, Proceedings East-West Intl.Конференция по взаимодействию человека и компьютера , Санкт-Петербург, Россия.

Леонтьев А.Н. (1978) Деятельность, сознание и личность , Prentice-Hall, Engelwood Cliff, NJ.

Леонтьев А.Н. (1981) Проблемы развития психики , Издательство «Прогресс», Москва.

МакКордак, П. (1979) Машины, которые думают , Фриман и компания, Сан-Франциско

Нарди, Б. (1992) Изучение контекста: сравнение теории деятельности, ситуативных моделей действия и распределенного познания, Proceedings East-West Intl.Конференция по взаимодействию человека и компьютера , Санкт-Петербург, Россия.

Nardi, B (1997), Контекст и сознание: теория деятельности и взаимодействие человека с компьютером , MIT Press, Boston, Mass

Пеннел, Р., Дарем, М., Конрад, О. и Спарк, Т. (1997) Письмо в контексте: локальное обучение в Интернете, Труды ASCILITE ’97 , Перт, Вашингтон.

Raeithel, A (1990) Производство реальности и конструирование возможностей: ответы теории деятельности на вызов радикального конструктивизма, Междисциплинарный информационный бюллетень по теории деятельности, Том 5/6, Международная постоянная конференция по исследованиям в области теории деятельности (ISCRAT), Берлин.

Сучман, Лос-Анджелес (1987) Планы и действия: проблема взаимодействия человека и машины, Издательство Кембриджского университета.

Тихомиров О.К. (1988) Психология мышления , Издательство Прогресс

Толман, К. В. (1988) Базовый словарь теории деятельности, Междисциплинарный информационный бюллетень по теории деятельности, Том 1 , Международная постоянная конференция по исследованиям в области теории деятельности (ISCRAT), Берлин

Вереникина И.и Гулд, Э. (1997) Теория деятельности как основа для проектирования интерфейса, ASCILITE’97 , Перт, Вашингтон, стр. 611-615.

Выготский Л.С. (1981) Инструментальный метод в психологии. In Wertsch, JV, (Ed), 1981, Концепция деятельности в советской психологии , Армонк, Нью-Йорк: Шарп.

Выготский Л.С. T (1978) Разум в обществе: развитие высших психологических процессов, Издательство Гарвардского университета.

Уоррен, К.(1992) HCI — Где практика?, Int. J. Человеко-машинные исследования , том 37, стр. 811-812.

Wertsch, JW (1981) Концепция деятельности в советской психологии, введение. in Wertsch, JV (редактор), Концепция деятельности в советской психологии , ME Sharpe, Inc., Армонк, Нью-Йорк.

Верч, Дж. В. (1994) Приоритет опосредованного действия в социокультурных исследованиях, в уме, Культура и деятельность: международный журнал , Том 1 № 4, осень, Лаборатория сравнительного человеческого познания, Калифорнийский университет, Калифорния.

Виноград, Т. и Флорес, Ф. (1986) Понимание компьютеров и познания: новая основа для дизайна, Аблекс, Нью-Джерси.

Зинченко В.П.1(992) Теория деятельности: ретроспектива и перспективы, Труды Международной конференции Восток-Запад по взаимодействию человека и компьютера , Санкт-Петербург, Россия.

Стэнфордский ученый использует философский подход к человеческому поведению

Стэнфордский отчет, 14 июля 2014 г.

Анализируя то, как люди сотрудничают и строят планы, профессор философии Майкл Братман создает основу для понимания человеческой социальности, которая имеет значение в самых разных областях, от психологии до искусственного интеллекта.

Маргарита Ригольозо
Гуманитарные науки в Стэнфорде

В чем разница между прогулкой по Пятой авеню вместе с незнакомцами и целенаправленной прогулкой по Пятой авеню с кем-то?

Это своего рода философский вопрос, который лежит в основе того, что может отделить человека от обезьяны, но никто не дал адекватного ответа.

Учитывая важность совместной деятельности для выживания человеческого организма, любой научный способ мышления о разуме и человеческом действии или «действии» должен быть связан с этим.Поэтому может показаться удивительным, что до относительно недавнего времени на эту тему в таких областях, как когнитивная наука, психология и философия, было написано очень мало.

Таким образом, новое исследование философа Майкла Брэтмана, профессора Стэнфордского университета и профессора Стэнфордского университета Эбби Берч Дарфи, должно внести важный вклад во многие области, предложив новую модель для понимания основных форм человеческого социального взаимодействия.

Эксперт в области философии действия, Брэтман подробно описывает свои выводы в своей последней публикации Совместная деятельность: теория планирования совместных действий (Oxford University Press, 2014).

Итак, с концептуальной точки зрения, что отличает прогулку рядом с кем-то от прогулки вместе ?

Основное утверждение Брэтмана состоит в том, что ключевыми составляющими человеческой совместной деятельности являются намерение сделать что-то вместе в сочетании с взаимосвязанным и предполагаемым объединением планов — мои планы, что мы вместе идем по Пятой авеню, связаны и связаны с вашими планы, что мы делаем так.

«Совместная преднамеренная деятельность — это сложная структура взаимосвязанных планирующих людей», — утверждает Братман, который также много писал о практическом разуме, свободе воли и моральной ответственности.Основная часть его нового исследования посвящена описанию этой структуры — межличностных связей, взаимодействия и реакции, которые происходят во взаимодействиях в малых группах.

Глубоко размышляя о том, как люди взаимодействуют друг с другом, Братман выявляет тот факт, что люди обладают естественной способностью создавать «единство среди разнообразия», что имеет важные последствия в сфере политики и гражданской деятельности.

«Люди часто объединяют усилия, не соглашаясь до конца.Это то, с чем наша нынешняя политическая система могла бы работать более умело, — сказал он. — Причины могут быть не такими важными, как намерения и соглашение работать вместе над каким-то делом или вопросом».

Как показывает его теория, у людей может быть общее намерение — например, покрасить дом вместе — даже если их причины совершенно разные. «Вы можете захотеть покрасить, потому что вам не нравится первоначальный цвет, а я хочу это сделать, потому что не выношу плесень», — сказал он. «Ни один из нас не очень заботится о причинах другого, но мы по-прежнему разделяем намерение рисовать, и таким образом мы организуем и объединяем нашу деятельность ниже по течению.»

Теория Брэтмана применима и к другим областям, связанным с повышением эффективности групповой деятельности, включая деловое и организационное поведение, а его работа по совместному действию оказала влияние на психологию. Его теоретическая работа, утверждающая важность совместных действий как фундаментальной черты социальной психологии человека, распространяется даже на область приматологии.

«Почему люди создают оперы и строят здания, а человекообразные обезьяны — нет, хотя они очень близки нам генетически?» — спрашивает Братман, опираясь на работу психолога развития Майкла Томаселло.

Томаселло, содиректор Института эволюционной антропологии Макса Планка в Лейпциге, Германия, обнаружил, что человекообразные обезьяны обладают способностью к планированию, о чем свидетельствует их способность охотиться группами. Но, как отмечает Братман, «согласно Томаселло, они действуют стратегически, но не вместе — вроде как люди идут по Пятой авеню рядом друг с другом, но не вместе ». Работа Брэтмана дает возможность сформулировать поразительную гипотезу Томаселло о том, что обезьянам не хватает способности к совместной интенциональности.

Общая основа общих обязательств

Хотя новая книга стэнфордского теоретика посвящена «дуэтам и квартетам», то есть взаимодействиям меньшего масштаба, он говорит, что она также может быть полезна в больших дебатах о возложении ответственности на организации.

Предоставлено Майклом Братманом

Профессор философии Майкл Братман станет научным сотрудником Стэнфордского гуманитарного центра в следующем учебном году.

«Часть этих дебатов заключается в том, могут ли организации иметь намерения так же, как люди», — сказал он.

В качестве научного сотрудника Стэнфордского гуманитарного центра в следующем учебном году один из проектов Брэтмана будет заключаться в изучении того, как его идеи могут быть применены к другим более масштабным социальным явлениям, таким как правовая и политическая системы.

В одной из глав его книги, например, рассматривается, как общее намерение связано с процессом «совместного обсуждения» — переговоров и дискуссий о таких вещах, как то, что стартап должен сделать, чтобы активизировать свою деловую активность, кого следует нанять. на работу и так далее.

«Совместное обсуждение отличается от того, что социологи называют «торгом» или подходом «я сделаю это, если ты сделаешь это» к совместной деятельности», — сказал Брэтман. В обычных переговорах каждая сторона выносит на обсуждение свои собственные проблемы, не предполагая, что их проблемы важны для других.

Как сформулировал Брэтман, при совместном обсуждении люди рассуждают вместе таким образом, который включает в себя общую основу из разделяемых приверженностей определенным ценностям или стандартам при принятии решений.

Рассмотрим, например, приемную комиссию колледжа. Некоторые школы могут придавать большее значение потенциальным учащимся, родители которых ходили в школу, а другие — нет. Индивиды, работающие вместе в комитете, могут высказать свое личное мнение относительно важности или справедливости одной политики по сравнению с другой в служении групповому стандарту, что тем самым способствует более тесному сотрудничеству и эффективности.

Другие примеры включают обсуждения в компании, основанные на общей приверженности безопасности продукции, или общие обязательства законодательного органа уделять внимание религиозной терпимости в своих обсуждениях.И гипотеза Брэтмана состоит в том, что теория планирования может помочь пролить свет на эти важные явления.

Основы искусственного интеллекта

Братман начал изучать человеческую деятельность более 27 лет назад. «Я был молодым преподавателем, молодым мужем и молодым отцом. Мои дни были посвящены поиску способов сбалансировать эти различные элементы последовательным и последовательным образом. Это требовало большого планирования.

«И меня поразило — отчасти из-за размышлений о важной работе Гилберта Хармана — что такое планомерное мышление является всепроникающим аспектом нашего разума и наших действий.»

Первая книга Братмана « Намерение, планы и практическое обоснование » (1987) привлекла внимание философов к той сложной роли, которую планирование играет в человеческой деятельности. Его размышления о человеческой деятельности на индивидуальном уровне вылились в то, что он называет «теорией планирования».

«Моя теория сосредоточена на том, как люди могут достигать поразительных результатов, потому что мы можем координировать свою деятельность во времени», — сказал он. «Когда вы сажаете сад, вы должны сначала выкопать сорняки, удобрить, посадить семена.Это работает только благодаря нашей способности организовывать действия во времени.

«Это здравая идея, но феномен человеческой способности планировать не был должным образом теоретизирован.»

Сформулировав структуру человеческой способности к планированию, работа Брэтмана вызвала большой интерес у сообщества искусственного интеллекта.

Подробная пошаговая схема процесса планирования человеком, разработанная Братманом, дала программистам искусственного интеллекта основу для построения.

В знак признания этого в 2008 году Международный фонд автономных агентов и мультиагентных систем присудил высшую награду одной из научных работ Братмана, написанной в соавторстве 20 лет назад.

«В искусственном интеллекте существует старая проблема, связанная с тем, как сделать так, чтобы роботы сначала не покрасили комнату, а затем оказались загнанными в угол. Это нарушение планирования», — сказал он. «Вы хотите убедиться, что если у нас есть такие системы, как компьютеры и роботы, которые взаимодействуют с другими системами, включая людей, то организация совместной деятельности идет в правильной последовательности.»

Контакты для СМИ

Корри Голдман, директор отдела гуманитарных наук: (650) 724-8156, [email protected]

Дэн Стобер, Служба новостей Стэнфорда: (650) 721-6965, [email protected]

Может ли структура социальной сети раскрыть поведение человека?

«Человек по природе общественное животное; индивидуум, асоциальный по своей природе, а не случайно, либо недостоин нашего внимания, либо более чем человек. Общество есть то, что предшествует личности.Тот, кто либо не может вести общую жизнь, либо настолько самодостаточен, что не нуждается в ней, и поэтому не участвует в обществе, тот либо зверь, либо бог».

Аристотель, Политика

Изображение от morhamedufmg с Pixabay

Другими словами, человеческое поведение нельзя интерпретировать независимо от структуры социальной сети, в которую оно естественным образом встроено.

Общество состоит из индивидуумов и их взаимосвязей. На математическом языке это может быть представлено графом или сетью, в которой люди являются узлами, а отношения — ссылками или связями.Каждая связь, будь то дружба или другой тип социальных отношений, является результатом человеческого процесса принятия решений, в котором люди выбирают, с кем они хотят взаимодействовать. В этом процессе принятия решений акторы могут действовать полностью или частично рационально, но ими движет ряд социологических и психологических факторов, которые зависят от личности: некоторые могут быть более заинтересованы в получении влияния в социальных сетях, некоторые другие могут предпочесть укреплять дружеские отношения. в определенных сообществах некоторые могут захотеть использовать сетевые связи для продвижения по карьерной лестнице.

Структура социальной сети как совокупность индивидуумов и их взаимосвязей является результатом процесса связывания человеческих решений. В то же время человеческое поведение также частично определяется структурой общества, в которое погружены люди. Следовательно, социальные сети представляют собой очень сложные системы из-за их размера, представления взаимодействий между их компонентами (людьми), а также как взаимозависимость между индивидуальным поведением и развивающейся сетевой структурой.

В то время как социологи и психологи могут помочь в понимании поведения отдельного человека, а физики и статистики предлагают методы, позволяющие работать со сложными системами, такими как стаи птиц или координация роботов, очень мало известно о взаимозависимости между структурой социальной сети и человеческим поведением. .

Изображение Пита Линфорта с сайта Pixabay

Когда я впервые встретил своего научного руководителя, профессора Флориана Дёрфлера, я искал совершенно новую задачу.Имея смешанный опыт в области прикладной математики и информатики, я сосредоточился на трехмерном моделировании гидродинамических систем. С другой стороны, основные исследовательские интересы Флориана были сосредоточены вокруг распределенного управления и оптимизации в сложных, киберфизических и сетевых системах с приложениями для интеллектуальных энергосистем и координации роботов. Тем не менее, он сказал мне, что ему интересно начать новое приключение, работая над социальными сетями. Это был вызов, который я искал! Работа над математическим моделированием социальных сетей позволила мне открыть для себя совершенно новый набор дисциплин, не теряя при этом своего глубокого аналитического подхода.

С самого начала защиты диссертации меня интересовала проблема формирования социальных сетей. Изучив основы теории графов и игр, я использовал в качестве ориентира книгу М. Джексона «Социальные и экономические сети». Следуя подходу экономической литературы, мы с Флорианом начали строить собственную модель формирования стратегической сети и постоянно подвергали ее критике со стороны социологов. В этом отношении мы особенно благодарны профессору Кристофу Штадтфельду (Лаборатория социальных сетей в ETH Zürich) за все полезные идеи и предложения, но мы также должны признать все полезные комментарии, полученные от сообщества Network Science на различных международных конференциях, например, .г., NetSci ’18, Комплексные сети ’18.

Несмотря на всю борьбу со строгими математическими доказательствами, мы, наконец, пришли к модели, которая могла бы описать появление определенных сетевых конфигураций как функцию лежащих в их основе индивидуальных стимулов. Например, мы знали, что демократия (полная сеть) возможна, когда люди ищут социальную поддержку (группирование) у своих соседей. И наоборот, диктатура (звездная сеть) более вероятна, когда акторы стремятся к структурным дырам, в которых отсутствуют связи между определенной парой агентов, то есть возможности посредничества.В этом отношении мы могли бы объяснить несколько известных результатов с помощью единой чрезвычайно гибкой параметрической модели. К сожалению, на тот момент у нас не было возможности работать с реальными сетями.

Летом 18-го у нас была еще одна встреча с Кристофом, который помог нам сделать следующий фундаментальный шаг: мы могли использовать эмпирические сетевые данные, чтобы изучить индивидуальные стимулы актеров. Наша первая попытка касалась сети взаимоотношений внутри австралийского банка, и анализ показал, как индивидуальное поведение в конечном счете тесно коррелирует с иерархической структурой.Этот недостающий элемент позволил нам замкнуть петлю между индивидуальным поведением и структурой сети, сделав модель готовой к использованию для анализа сетей реального мира, а также синтетических сетей, таких как знаменитая модель предпочтительной привязанности или модель сети маленького мира. В этом отношении мы также должны поблагодарить рецензентов Nature Communications, которые внесли ряд вкладов, направленных на повышение наглядности и применимости наших результатов. Особенно после их предложений мы сосредоточились на усовершенствовании нашего «метода оценки поведения», чтобы он соответствовал стандартным статистическим тестам.Благодаря сотрудничеству с Марко Галланой, математиком, в настоящее время работающим количественным аналитиком, его окончательная статистическая формулировка теперь может рассматриваться как решаемая задача оптимизации. В частности, наши усилия были направлены на предоставление метода на абстрактном уровне, чтобы его можно было использовать в качестве общего инструмента для соединения теоретико-игрового анализа со статистическим выводом.

Последней задачей было проверить наши предсказания на модели, основанной на реальных фактах. Это сопровождалось отдельной проблемой поиска достоверного набора данных об индивидуальном поведении человека и социальной сети.В конце концов мы выбрали хорошо изученный исторический пример, который использовался для понимания прихода к власти семьи Медичи во Флоренции эпохи Возрождения. Среди прочих результатов наш анализ подтвердил, что Медичи постепенно, но верно использовали структурные бреши в сети олигархических браков и способствовали структурной изоляции сторонников Медичи, удерживая их от брака или ведения бизнеса с олигархами.

Таким образом, наша статья «Теоретико-игровой вывод о поведении человека в социальных сетях» является результатом долгого путешествия по социологии, психологии и экономике, которое закончилось междисциплинарной математической структурой формирования социальных сетей.Один из основных вкладов нашей работы заключается в ее способности объединять результаты, полученные от разных сообществ, с использованием количественного подхода, который является социологически обоснованным, статистически надежным и гибким для различных спецификаций. Более того, он позволяет реконструировать поведение человека на основе легкодоступных данных о структуре сети. В эпоху больших данных это потенциально может оказать огромное влияние на такие сектора, как маркетинг в социальных сетях. Таким образом, мы надеемся, что наша работа может способствовать синергии между научными сообществами и проложить путь к дальнейшему исследованию взаимодействия между человеческим поведением и структурой социальной сети.

Страница не найдена | НСИ

Метаданные публикации
Метаданные публикацииВыбрать категориюВсе публикации  (920)   Аудиофайл  (358)   Биография  (434)   Брифинг  (422)   Отредактированный том  (71)   Отчет об интеграции  (4)   Новости  (12)     Журнал NSI 1 6)   Список публикаций  (1)   Quick Look  (8)   SMA Publication  (434)   SMA Reachback Cell  (109)   SMA Speaker Series  (438)   SMA Videos  (6)   Технический отчет  (100)   ViTTa Transcript (20)   Белая книга  (17)   Вклад (33)АВТОР  (487)   Акерман, Г.(9)   Адельман, Дж.  (2)   Арана, А.  (1)   Асторино-Куртуа, А.  (66)   Авилес, В.  (31)   Бейкер, Т.  (3)   Барраза, Дж.  (1)   Бартлз, К. .  (1)   Bienenstock, E.  (1)   Bragg, B.  (51)   Braniff_B  (2)   Brickman, D.  (3)   Briggs, R.  (1)   Buckley, C.  (2)   Cabayan, H.  (10) Кэмпбелл, А.  (1)   Канна, С.  (71)   Кэпс, Р.  (2)   Кейсбир, В.  (2)   Чессер, Н.  (4)   Клем, Р.  (1)   Клиффорд, Д.  (2)   Коллисон , J.  (1)   Colon, X.  (1)   Conley, H.  (1)   Cooley, A.  (5)   Cooley, S.  (11)   Cragin, K.(1) Дэвис, З. (1) Дэй, Дж. (2) ДеДженнаро, П. (6) Дания, А. (2) Деррик, Д. (1) Дежарден, А. 6)   Додд, К.  (1)   Донахью, Дж.  (1)   Дорондо, Д.  (9)   Эчеваррия, А.  (1)   Эльшлегер, К.  (5)   Элдер, Р.  (16)   Эллис, Д. (7) )   Фэй, Т.  (2)   Фенстермахер, Л.  (3)   Финкель, Э.  (1)   Форрест, К.  (1)   Фридман, Л.  (2)   Габриэль, Р.  (2)   Гева, Н.  (1) Гибсон К. (1) Джордано Дж. (12) Гончарова А. (3) Грюнерт Л. (1) Гарольд С. (2) Хартман А.(2)   Хит, Н.  (1)   Хендрикс, Р.  (1)   Херрон, Э.  (2)   Хинк, Р.  (20)   Хоффман, М.  (2)   Холлидей, Р.  (1)   Хант, К.  ( 3)   Хантер-Честер, Д.  (1)   Ингрэм, Х.  (2)   Джафри, А.  (7)   Цзян, М.  (3)   Джоб, Н.  (1)   Джонс, М. (1)   Джонс, Р. (1) Кальтенхалер К. (1) Ки К. (1) Хархурин А. (1) Кирнан К. (2) Киркпатрик Д. (2) Китч С. (4) Клипштейн М. ( 1)   Клувер, Р.  (4)   Ковен, Б. (8)   Кракар, Дж.  (3)   Круглански, А.  (1)   Кузнар, Э.  (3)   Кузнар, Л.(50)   Лай, Т.  (2)   Лейн, Д.  (1)   Латурет, Дж.  (1)   Ли, Х.  (1)   Левенталь, Т.  (1)   Левис, А.  (6)   Льюис, Дж. ( 1)   Либль, В.  (2)   Лигон, Г.  (10)   Лин, Д.  (1)   Линдквист, К.  (1)   Линера, Р. ЛТЦ  (1)   Лайл, Д.  (6)   Мэнли, Дж. ( 1)   Мартин, М.  (2)   Мастро, О.  (1)   Мэй, Д.  (1)   Мазарр, М.  (2)   Маккалох, И.  (2)   МакГи, А.  (1)   МакИнтайр, Дж. (1) )   Минтер, А.  (1)   Монро, М.  (1)   Монтгомери, Д.  (1)   Моррисон, Б.  (5)   Мунч, Р.  (2)   Мураускайте, Э.  (1)   Нагата, М.(1)   Норрис, В.  (1)   О’Коннор, Дж.  (1)   Орлина, Э.  (3)   Пагано, С.  (34)   Перес, Э.  (1)   Петерсон, Х.  (1)   Петерсон, Н. .  (20)   Петреус, Д.  (1)   Ферсон, Р.  (1)   Питман, Дж.  (1)   Полански, С.  (1)   Попп, Г.  (57)   Попп, Р.  (15)   Rassler_D||Rassler (1)   Риди, К.  (2)   Рейнольдс, М.  (2)   Рем, С.  (1)   Райс, К.  (1)   Ригер, Т.  (15)   Райли, Б.  (1)   Робинсон, Г. ( 2)   Рубин, Л.  (1)   Садик, А.  (2)   Салвен, М.  (1)   Шуберт, М.  (1)   Сезе, Г. М. Дж.  (1)   Селигман, А.(1)   Шанахан, Дж.  (1)   Сибенс, Дж.  (1)   Сиссон, М.  (1)   Ситтерле, В.  (2)   Слотер, А.  (1)   Сливи, Н.  (2)   Смит, Б. ( 1) Снеговая М. (2) Сотирин Б. (1) Спекхард А. (1) Спиталетта Дж. (5) Сент-Клер К. (4) Стекман Л. (2) Стивенсон Дж. (30)   Стоукс, С.  (1)   Стульберг, А.  (1)   Зюдфельд, П.  (8)   Сатерлин, Г.  (6)   Суэйн, М.  (2)   Свегл, Дж.  (1)   Томан, П. ( 1)   Тайлер, Дж.  (1)   ван ден Торн, К.  (1)   Ветцель, А.  (1)   Уайтсайд, К.  (1)   Вилкенфельд, Дж.(5)   Уильямс, Р.  (1)   Уинтер, К.  (1)   Райт, Н.  (33)   Ягер, М.  (12)   Яндура, М.  (2)   Ян, Ю.  (1)   Ю, К.  ( 4)   Ziemke, J.  (2)DOMAIN  (804)   Искусственный интеллект  (31)   COVID-19  (31)   Кибер  (47)   Демография  (28)   Сдерживание  (82)   Экономика (46)   Глобальная конкуренция (173) (189)   Геополитика Серая зона  (88)   Намерение  (166)   Машинное обучение  (14)   НАТО  (5)   Нейронаука  (41)   Ядерная  (66)   Психология  (35)   Социокультурная  (32)   Космическая (46)   Стабильность (90)   (Терроризм 12) (140)   Транснациональная преступная организация  (9)МЕТОДОЛОГИЯ  (507)   ACH  (2)   Агентное моделирование  (6)   Барьерный анализ  (7)   Байесовское моделирование  (4)   Case Study  (27)   Когнитивная сложность (26)   Коммуникации (67)   20 Сложность )   Вычислительное моделирование  (14)   Концептуальное моделирование  (11)   Контент-анализ (20)   Краудсорсинг (7)   Анализ решений  (16)   Анализ дискурса  (34)   Экспериментирование  (3)   Теория игр (11)   Geos Патологический анализ  (8)   Человеческий фактор  (9)   Анализ интересов  (12)   Анаративный анализ  (33)   Анализ путей (6)   Прогнозное моделирование  (9)   Процессы  (21)   Качественный анализ  (150)   Количественный анализ (26)   Reach back   (17) (3)   SEEK  (1)   Моделирование  (24)   Выявление малого и среднего бизнеса (157)   Анализ социальных сетей  (31)   Анализ социальных сетей  (23)   Анализ стабильности / StaM   (16)   Статистический анализ  (17)   Структурированная аргументация  (4)   Методы опроса  (19) Системная динамика  (11)   Анализ текста  (22)   Временные сети влияния  (10)   ViTTa  (148) Петерсон, Х.(1) Регион (647) Африка (61) Алжир (3) Египет (8) Ливия (4) Нигерия (4) Северная Африка (3) Судан (1) Тунис (3) Арктика (22) Азия (361) Афганистан ( 44) Бангладеш (5) Китай (159) Индия (10) Индонезия (6) Япония (5) Мьянма (1) Северная Корея (43) Пакистан (23) Филиппины (6) Россия (143) Сингапур (3) Южная Корея 7) Украина (21) Вьетнам (1) Йемен (6) Австралия (20) Новая Зеландия (2) Европа (99) Кипр (2) Франция (1) Германия (5) Греция (2) Люксембург (2) Нидерланды (3 ) Польша (1) Турция (11) Великобритания (11) Ближний Восток (240) Бахрейн (3) Иран (66) Ирак (83) Израиль (17) Иордан (3) Кувейт (3) Ливан (3) Оман (2 )      Палестина  (8)      Катар  (5)      Саудовская Аравия  (21)      Сирия  (75)      Объединенные Арабские Эмираты  (1)   СЕВЕРНОЕ УТРО Erica (227) Канада (5) США (196) Южная Америка (39) Бразилия (4) Колумбия (6) Венесуэла (1) Speaker Series (418) Afrue (5) Centcom (61) DHS CAEOE (6) DHS / NCTC /START  (15)   EUCOM  (35)   Fake News  (1)   Future Global Comp  (7)   Grey Rhinos/COVID-19  (24)   IIJO  (19)   Innovation Series  (6)   INSS/PRISM  (22)   Minerva  (5)   PACOM ( 30)   SMA (общий)  (107)   Космос  (10)   STRATCOM  (8)   STRATCOM Academics  (31)   Стратегическое преимущество  (2)Без категории  (4)ГОД  (905)   2007  (4)   2008  (5) (  2009  2 (03) ) 2011 (9) 2012 (8) 2013 (9) 2014 (9) 2015 (21) 2014 (78) 2015 (21) 2016 (78) 2017 (99) 2018 (160) 2019 (207) 2018 (160) 2019 (207) 2020 (137) 2021 (120) 2022 (32)

Как экономика изучает действия и поведение человека?

Во многих отношениях экономика является социальной наукой, наряду с психологией и социологией, чем «естественными» науками, такими как химия и биология.Экономика (особенно микроэкономика) в конечном счете занимается тем, почему, когда и как люди торгуют друг с другом. Различные школы мысли взяли курс на повышение уровня математической сложности и регрессионного прогнозирования на основе моделей, но строительными блоками по-прежнему являются люди и их поведение.

Ключевые выводы

  • Экономическая теория пытается понять человеческую деятельность, связанную с ценами, рынками, производством и потреблением.
  • Основная экономическая теория опирается на «законы», такие как спрос и предложение, и предположения, включающие рациональных действующих лиц и эффективные рынки.
  • Поведенческая экономика и другие направления понимают эмоциональные и когнитивные основы экономического поведения.

Спрос и предложение

Рассмотрим законы спроса и предложения в экономике. На микроэкономической диаграмме кажется, что цена определяется посредством механической корректировки, основанной на количестве продукта и количестве покупателей на рынке.На самом деле цена — это согласованный уровень, при котором продавец готов расстаться с товаром, а покупатель готов принять его. Потребители должны конкурировать с другими потребителями, делая ставки на товар. Производители должны конкурировать с другими производителями за этих потребителей. Именно действия отдельных субъектов определяют экономическую реальность, а не наоборот.

Область экономики пытается понять закономерности индивидуальных решений в контексте мира с ограниченными ресурсами.

Человеческая деятельность и определяющая ценность

Экономические субъекты будут регулярно участвовать в сделках, которые, как они ожидают, улучшат их положение. Если потребитель покупает буханку хлеба за три доллара, он косвенно заявляет, что ценит хлеб больше, чем три доллара. Продавец, предлагая буханку за три доллара, косвенно заявляет, что три доллара более ценны, чем хлеб.

Предположительно, общий рынок хлеба в этом районе предполагает, что три доллара — приемлемая цена, чтобы побудить предприятия стать продавцами хлеба и взять на себя связанные с этим риски.Это также означает, что фермеры, выращивающие пшеницу, получают достаточную компенсацию, транспортировка экономически оправдана, а сотни (если не тысячи) других человеческих действий могут быть скоординированы устойчивым образом.

Каждый участник цепочки финансирования, производства и потребления получает достаточную ценность, чтобы побудить их к сотрудничеству. Чтобы сэкономить время, экономика изучает цену, а не анализирует каждую сделку, транзакцию и мотивацию. Корень — это огромная серия человеческих оценочных суждений и моделей поведения.Цена, в некотором смысле, экономит на информации.

Анализ и понимание человеческого поведения

Экономика поверхностно занимается такими абстракциями, как кривые спроса, границы производственных возможностей или процентные ставки. Ни один из этих входов на самом деле не существует в осязаемом смысле. Однако корнем всегда является индивидуальное человеческое действие. Каждый действующий субъект одновременно координирует свою деятельность осмысленным, ценностно-ориентированным образом. Эти ценности и действия динамически фиксируются с помощью широких экономических показателей и впоследствии анализируются.

Действия человека нельзя предсказать с какой-либо уверенностью. Например, ни один экономист не знает, сколько отдельный потребитель будет готов заплатить за 50-дюймовый телевизор в 2024 году. Однако базовое понимание человеческой деятельности может помочь экономистам определить значимые тенденции в распределении ресурсов.

Поведенческая экономика

Вместо этого поведенческая экономика опирается на психологию и экономику, чтобы исследовать, почему люди иногда принимают иррациональные решения и почему и как их поведение не соответствует предсказаниям экономических моделей.Такие решения, как сколько платить за чашку кофе, поступать ли в аспирантуру, вести ли здоровый образ жизни, сколько откладывать на пенсию и т. д. – это решения, которые большинство людей принимают в какой-то момент своей жизни. Поведенческая экономика пытается объяснить, почему человек решил выбрать вариант А, а не вариант Б.

Поскольку люди эмоциональны и легко отвлекаются, они принимают решения, которые не отвечают их личным интересам. Например, согласно теории рационального выбора, если Чарльз хочет похудеть и располагает информацией о количестве калорий, содержащихся в каждом съедобном продукте, он выберет только продукты с минимальной калорийностью.Поведенческая экономика утверждает, что даже если Чарльз хочет похудеть и в будущем намерен есть здоровую пищу, его конечное поведение будет подвержено когнитивным искажениям, эмоциям и социальным влияниям. Если телевизионная реклама рекламирует марку мороженого по привлекательной цене и цитирует, что всем людям требуется 2000 калорий в день, чтобы эффективно функционировать, аппетитное изображение мороженого, цена и, казалось бы, достоверные статистические данные могут привести Чарльза к поддаться сладкому искушению и выпасть из гонок похудания, демонстрируя отсутствие самоконтроля.

Теория культурно-исторической активности — просто психология

  • 89
    1. Теория активности

    от Charlotte Nickerson, опубликована 14 января, 2022

    98
    Ключевые пункты
    • Теория культурно-исторической деятельности деятельность может быть описана и проанализирована с учетом динамики мотивации, социальных структур и правил, а также средств выполнения деятельности.
    • Теория деятельности в своей первоначальной форме имеет три ключевых принципа: субъект, или лицо, осуществляющее деятельность; объект или цель; и артефакты или инструменты, используемые для достижения цели.Более поздние теоретики добавили в эту модель множество новых факторов.
    • Теория деятельности развивалась в 1920-х годах в первую очередь как способ описания развития ребенка, но до 1970-х годов оставалась ограниченной рамками Советского Союза, после чего она распространилась на такие разные области, как образование и взаимодействие человека с компьютером.

    История и обзор

    Теория деятельности, также известная как культурно-историческая теория деятельности, утверждает, что любая человеческая деятельность может быть описана и проанализирована, и что все виды деятельности имеют структуру, происходят при определенных условиях и могут осуществляться с помощью определенных инструментов, инструменты или артефакты и выполняются для достижения цели.

    В теории деятельности человеческая деятельность является единицей анализа (Kaptelinin and Nardi, 2006), а преднамеренное использование людьми инструментов или артефактов для выполнения задач находится в центре внимания исследования. Теория деятельности связана с пониманием взаимосвязи между сознанием и деятельностью (Нарди, 1996).

    Это означает, что сознание и деятельность не независимы друг от друга, а взаимозависимы. Деятельность имеет намерение, а сознание — это осуществление деятельности в социальном контексте (McAvinia, 2016).

    По словам Нарди (1996), «вы — это то, что вы делаете». Артефакты — это инструменты, которые люди используют для выполнения задач, и они могут улучшить культурно-специфические инструменты, такие как язык.

    Поскольку люди — это то, что они делают, а инструменты опосредуют то, что люди делают, согласно теории деятельности, такие артефакты, как компьютеры, являются «важнейшими посредниками человеческого опыта» (McAvinia, 2016).

    Целью теории деятельности является описание отношений между индивидуумом, инструментами или артефактами, другими индивидуумами, а также условий, при которых целенаправленная деятельность может быть предпринята для достижения намеченного или желаемого результата.

    Теория деятельности возникла в марксистской философии (Wertsch, 1981), а также в работах советских психологов в 1920-х и 1930-х годах. Создатели теории, такие как А. Н. Леонтьев и Лев Выготский, считали бихевиоризм и психоанализ неадекватными подходами к психологии и опирались на критику социальной теории Марксом.

    Лурия и Леонтьев предложили концепцию артефактно-опосредованного и объектно-ориентированного действия (CRADLE, 2011), отвергнув бихевиористскую идею о том, что деятельность является реакцией на стимул (McAvinia, 2016).

    По мнению Выготского, обучение носит социальный характер, и младенцы учатся понимать мир, взаимодействуя с ним и создавая артефакты.

    Основываясь на уравнении действия и сознания, Выготский (1978) предположил, что использование, создание и артефакты являются частью человеческого развития и что посредством деятельности можно развивать разум.

    Теория деятельности первого поколения

    Теория деятельности, сформулированная Выготским, имеет три ключевых принципа, которые можно смоделировать в виде трех узлов: человеческие субъекты используют инструменты для достижения цели.

    Объект является мотивом деятельности, а деятельность опосредована одним или несколькими артефактами, которые также можно назвать инструментами, инструментами или технологиями.

    Процесс работы субъекта над объектом с использованием артефакта создает результат. Этот результат может быть таким же или отличным от объекта и даже непреднамеренным или нежелательным.

    Теория деятельности второго поколения

    Леонтьев расширил модель теории деятельности Выготского, приняв во внимание социально опосредованный характер деятельности и роли других индивидов в деятельности.

    Леонтьев предположил, что деятельность зависит и от разделения труда между людьми. В то время как Выготский определял деятельность как предметно-ориентированное действие, опосредованное культурными орудиями и знаками (Engestrom, Miettinen, 1999; McAvinia, 2016), Леонтьев расширил это определение, чтобы рассмотреть, как эта деятельность связана с ролью индивида в группе. Таким образом, леонтьевская итерация теории деятельности имела несколько различных узлов: индивид, опосредующий артефакт, объект, общность, правила и разделение труда.

    Кроме того, Леонтьев учитывал автоматические или бессознательные аспекты деятельности, теоретизируя, что деятельность состоит из действий и операций.

    Это означает, что теория деятельности Леонтьева состоит из деятельности, движимой предметным мотивом, действий целенаправленных, способствующих деятельности в целом, и, наконец, операций, автоматических и определяемых условиями, при которых деятельность ведется (McAvinia, 2016).

    Хотя теория деятельности Леонтьева была первоначально разработана в 1920-х годах, большая часть работ советской школы теории деятельности была неизвестна за пределами Советского Союза до тех пор, пока не была переведена и популяризирована в 1970-х годах.

    Энгестром и Миеттинен (1999), которые проследили развитие теории деятельности после Второй мировой войны, говорят, что она использовалась в детской психологии и исследованиях овладения языком, а также при изучении обучения.

    Однако с 1980-х годов теория деятельности стала оказывать влияние на такие не связанные между собой сферы, как образование, взаимодействие человека и компьютера и обсуждение ситуативного обучения (McAvinia, 2016).

    Теория деятельности третьего поколения

    В 1980-х годах Юрьо Энгестром представил графическое представление теории деятельности.В то время Энгестром и его коллеги провели обширные исследования по теории деятельности в Хельсинкском университете.

    Визуальное представление Энгестром теории деятельности включает в себя раннюю модель Выготского с расширениями, сделанными Леонтьевым. В этой модели человек, субъект, преследует объект, используя артефакты-посредники, которые также можно назвать инструментами или инструментами.

    Деятельность также может быть опосредована сообществом, правилами сообщества (такими как законы, соглашения или негласные правила) и разделением труда, которое описывает, как члены сообщества разделяют деятельность.

    Понятие деятельности не фиксировано и постоянно изменяется, а это означает, что то, что вначале кажется объектом, вскоре может превратиться в результат, затем превратиться в инструмент, а еще позже в правило (CRADLE, 2011; McAvinia, 2016). ).

    Если объект действия либо не ставится, либо не может быть выполнен, то в системе происходит разрыв или противоречие. Когда возникает противоречие, объект отделен от результата.

    Эти противоречия могут быть одной из причин, по которой результат не является ожидаемым или желаемым (McAvinia, 2016).

    Энгестром также считал, что деятельность всегда (McAvinia, 2016):

    • целенаправленна;
    • многоголосый;
    • исторические и изменяющиеся с течением времени;
    • подвержены противоречиям, являющимся источниками изменений и развития;
    • с возможностью так называемой «экспансивной трансформации».

    Расширение, как упоминалось выше, является важным аспектом работы Энгестрома (McAvinia, 2016). Согласно Энгстрому, деятельность — это обширный процесс, необходимый для обучения, но не обязательно ограниченный формальной обстановкой, такой как школа.

    Теория деятельности третьего поколения определяет связи между различными системами деятельности, и Энгестром утверждает, что разные системы деятельности могут иметь как общие, так и неразделенные объекты (McAvinia, 2016).

    Ключевые принципы

    Сознание, контекст и деятельность одинаковы

    Теория деятельности утверждает, что сознание, контекст и деятельность одинаковы. Вместо того, чтобы быть контекстом для деятельности, деятельность является контекстом, и участники действуют сознательно.

    В приложении это означало бы, что, например, теоретик деятельности сказал бы, что кто-то не может разработать компьютерное приложение с фиксированным представлением о пользователе, поскольку намерения и сознание проектировщика будут влиять на систему.

    Для теоретиков деятельности разум является продуктом конкретных действий и их отношений между субъектом и объектом (McAvinia, 2016).

    Интернализация и экстернализация

    В теории деятельности человеческий разум не отделен, не объективен и не удален от деятельности.Вместо этого субъекты или люди договариваются о том, как они будут действовать и какие действия они будут выполнять.

    Поскольку люди приходят к пониманию мира через свою деятельность, как считает Выготский, люди усваивают это понимание. Позже человек может экстернализировать это понимание, чтобы выполнять новую деятельность.

    Когда люди используют артефакты-посредники, они начинают понимать, как эти артефакты-посредники работают в действии. В свою очередь, человек может создавать новые артефакты (онлайн-обучение и его применение).

    Энгестром и Миеттинен описывают интернализацию как связанную с воспроизводством культуры, а экстернализация как создание новых артефактов, делающих возможной трансформацию культуры.

    Таким образом, по мнению Энгестрома и Миеттинена, эти процессы неразделимы (1999).

    Действия объектно-ориентированы и ведут к результату

    Согласно теории деятельности, у людей есть намерения, которые осознанно рассматриваются посредством познания.Действия отличаются от других действий, потому что у них есть объект (Issroff and Scanlon, 2002).

    Этот объект мотивирует деятельность, а деятельность направлена ​​на превращение объекта в результат. Короче говоря, когда люди проектируют, изучают или продают, они не только что-то проектируют, изучают или продают, но их «мечты, эмоции и чувства также направлены на что-то в мире» (Каптелинин, Нарди, 2006).

    Это превращение объекта в результат, по Давыдову (1999), есть внутреннее изменение, «выявляющее его сущность и изменяющее его.По Давыдову, есть два вида трансформации. При первом, формальном преобразовании, люди преобразуют вещи, классифицируя их по категориям.

    Например, люди могут отнести помидор к категории овощей, и хотя сам помидор физически не изменится, изменится его организация и классификация.

    При второй форме трансформации, диалектической, «люди находят ресурсы и создают условия» (Давыдов, 1999). Например, фермер может найти и посадить семена для производства продуктов питания.

    В этом случае семена физически изменяются в другом объекте по мере роста. Короче говоря, преобразования могут быть как когнитивными, так и физическими (McAvinia, 2016).

    Действия опосредованы и существуют артефакты опосредования

    Энгестром (1987) считает фундаментальным изменением от людей к животным способность людей изготавливать инструменты и использовать их с намерением. Это ознаменовало, по мнению Энгестрома, начало социального порядка и разделения труда у людей.

    Использование инструментов позволяет людям реализовать свои намерения, но использование инструментов также влияет на них (McAvinia, 2016).

    Например, как обсуждает Коул (1999), артефакты эволюционируют, включая модификации людей, которые использовали их на протяжении всей истории. Артефакты также могут ограничивать действия, которые могут выполнять люди, поскольку инструменты могут ограничивать взаимодействие субъекта с объектом.

    Например, кто-то с губкой и ведром вынужден приближаться к цели «убрать дом», чем кто-то с мойкой высокого давления (McAvinia, 2016).

    Действия имеют правила и разделение труда

    Правила сообщества, а также разделение труда также влияют на деятельность. Однако это не ограничивающая структура теории деятельности, поскольку все узлы в системе деятельности связаны и, таким образом, могут влиять друг на друга (McAvinia, 2016).

    Правила Деятельность человека опосредована сообществом, членом которого он является, а также правилами этого сообщества. Правила могут быть как озвученными, так и негласными.

    Например, хотя правила, связанные с работой врачом, записаны в клятве Гиппократа, правила приемлемого поведения на званом обеде могут быть неявными (McAvinia, 2016).

    Разделение труда

    Деятельность также может быть опосредована разделением труда в сообществе.

    Это разделение труда может различаться в зависимости от контекста: в то время как разделение труда на рабочем месте будет соответствовать ролям отдельных лиц, в классе может наблюдаться разделение труда между всеми (McAvinia, 2016).

    Операции и действия, способствующие действиям

    Система действий имеет три уровня: действие, действие и операция.

    Деятельность – это более крупная система, в которой целью человека является преобразование объекта в результат; действие целенаправленно и способствует общей деятельности; а операция — это автоматический процесс, вносящий вклад в действия, связанные с деятельностью.

    Изменение условий на любом из этих уровней может прервать работу или привести к сбою в системе.Действия также могут стать действиями, если они теряют свою конкретную мотивацию, объект.

    Согласно Kuuttii (1996), хотя действия предпринимаются сознательно и имеют цели, их цели не совпадают с объектом деятельности. Одно и то же действие может способствовать разным видам деятельности (McAvinia, 2016).

    Противоречия в системах деятельности

    Противоречия — это термин, используемый в теории деятельности для описания несоответствий внутри элементов, между ними, между различными видами деятельности или между различными фазами развития одной деятельности (Kuuttii, 1996).

    Согласно Энгестрому (1987), существует четыре типа противоречий:

    1. Первичные противоречия: противоречия, возникающие, когда субъект имеет более одной системы ценностей; например, врач, который одновременно хочет лечить пациентов и должен вести свою практику как бизнес (McAvinia, 2016).
    2. Вторичные противоречия: противоречия, возникающие, когда в деятельность вводится что-то новое, и адаптация к этому изменению вызывает конфликт.
    3. Третичные противоречия: когда принятие нового метода достижения Цели вызывает проблемы с другими частями деятельности.
    4. Четвертичные противоречия: изменения в деятельности, приводящие к конфликтам с другими видами деятельности.

    Действия постоянно меняются

    Наконец, теоретики деятельности склонны подчеркивать, что, хотя исследователи могут пытаться моделировать действия для их анализа, это не обязательно означает, что действия фиксированы и неизменны.

    По мере развития деятельности некоторые старые аспекты деятельности могут остаться. Таким образом, знание истории деятельности может быть важно для ее понимания.Теория деятельности — это «линза» для понимания деятельности в разное время (Russell, 2002).

    Например, у студентов в университете могут быть разные цели в разное время; для одной концепции они могут работать только для получения хороших результатов на экзаменах, чтобы продолжить обучение в университете, в то время как в других случаях они могут пытаться добиться мастерства и понимания (McAvinia, 2016).

    Примеры

    Взаимодействие человека с компьютером

    Теория деятельности была основополагающей точкой зрения в области взаимодействия человека с компьютером с середины 1980-х годов.В Скандинавии в 1970-е годы был проведен ряд исследовательских проектов, которые пересмотрели внедрение компьютеров на рабочем месте. В этих исследовательских проектах использовался подход «действия-исследования», в котором ценилось активное сотрудничество между исследователями и участниками, что подразумевало, что исследователям необходимо активно сотрудничать с рабочими, чтобы помочь улучшить их положение (Carroll, 2003). Появление персонального компьютера вызвало необходимость изучить, как работать с материалами и объектами с помощью компьютера.Те, кто разрабатывал компьютерные приложения, обратились к тогда еще молодой традиции исследования взаимодействия человека с компьютером, зародившейся в Соединенных Штатах, чтобы решить эту проблему, но, по мнению Нормана (1980), не учитывалось, как люди взаимодействуют с другими людьми. люди, окружающая среда и влияние исторических и культурных факторов на поведение. В частности, ранние когнитивные научные теории взаимодействия человека с компьютером, как правило, имели следующие проблемы (Bannon and Bodker, 1991): кто их проектировал.

  • Исследователи не понимали роли артефакта и того, как он связан с пользователем и его материалами, объектами и результатами.

  • Особое внимание было уделено начинающим пользователям, а не опытным пользователям, которые использовали программное обеспечение каждый день.

  • Хотя анализ задач рассматривался в качестве отправной точки для проектирования большинства пользовательских интерфейсов (Carroll, 2003), исследователи в Скандинавии отметили, что подробные описания задач являются плохим средством фиксации реальных действий и условий тех, кто использует компьютер, и не удалось уловить сложность и случайность действий в реальной жизни (Эн и Кинг, 1984).

  • Ранние взгляды на компьютеры рассматривались как автоматизация рутинных операций, и это было перенесено во взаимодействие человека с компьютером. Между тем, исследователи взаимодействия человека с компьютером, такие как Эн и Кинг (1984), рассматривали свой взгляд на компьютеры как аналог того, как мастер использует инструменты и материалы с опытом, который он имеет как мастер, как практическую основу для использования этих инструментов. Однако эта точка зрения не имела теоретического обоснования.

  • Взаимодействие человека с компьютером, как правило, фокусировалось на том, как отдельный пользователь использует один компьютер, а не на сотрудничестве и координации нескольких людей и компьютеров в реальных рабочих ситуациях.

  • Наконец, взаимодействие человека с компьютером имело тенденцию рассматривать людей в основном как объекты изучения, а не как источники вдохновения в дизайне.

  • В ответ на эти вопросы Бодкер (1991), Груйдин (1990) и Каптелинин связали раннее развитие теории деятельности в России с взаимодействием человека с компьютером. Это теоретико-деятельностное взаимодействие человека с компьютером имеет следующие направления:

    • Анализ и проектирование для людей на работе, которые имеют различную рабочую среду, разделение работы, квалификацию работы и так далее.

    • Анализ и проектирование с акцентом на фактическое использование и сложность многопользовательской деятельности, а также на идею о том, что артефакт является посредником в человеческой деятельности.

    • Сосредоточьтесь на развитии знаний и использовании в целом.

    • Активное участие пользователей в разработке и акцент на использование как часть этой разработки.

    Об авторе

    Шарлотта Никерсон — выпускница 2024 года Гарвардского университета.Имея опыт исследований в области биологии и археологии, Шарлотта в настоящее время изучает, как цифровое и физическое пространство формирует человеческие убеждения, нормы и поведение и как это можно использовать для создания бизнеса с большим социальным воздействием.

    Как сделать ссылку на эту статью:
    Как сделать ссылку на эту статью:

    Nickerson, C. (2022, 17 января). Теория культурно-исторической деятельности . Просто психология. www.simplypsychology.org/культурно-историческая-деятельность-теория.html

    Ссылки

    Bannon, L., & Bødker, S. (1991). За пределами интерфейса: обнаружение артефактов при использовании. Проектирование взаимодействия: Психология интерфейса человек-компьютер, 227-253.

    Бёдкер С. (1991). Через интерфейс: подход человеческой деятельности к дизайну пользовательского интерфейса. Хиллсдейл, Нью-Джерси: Эрлбаум.

    Кэрролл, Дж. М. (ред.). (2003). Модели, теории и структуры человеко-компьютерного взаимодействия: на пути к междисциплинарной науке. Эльзевир.

    Коул, М. (1999).Культурная психология: некоторые общие принципы и конкретный пример. В Ю. Энгестрём, Р. Миеттинен и Р.-Л. Пунамяки (ред.), Взгляды на теорию деятельности (стр. 87–106). Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

    ЛЮЛЬКА. (2011). Веб-сайт CRADLE (Центр исследований деятельности, развития и обучения). Получено с: http://www.helsinki.fi/cradle/index.htm

    Давыдов В.В. (1999). Содержание и нерешенные проблемы теории деятельности. Взгляды на теорию деятельности, 1, 39-52.

    Энгестрём, Ю. (1987). Обучение путем расширения: теоретико-деятельностный подход к развивающей работе. Хельсинки: Ориента Консультит.

    Энгестрём, Ю., и Миеттинен, Р. (1999). Теория деятельности: тщательно охраняемый секрет.

    Эн П. и Кинг М. (1984). Инструментальный взгляд на проектирование интерактивной компьютерной поддержки квалифицированных рабочих. В М. Сааксъярви (ред.), Материалы Седьмого скандинавского исследовательского семинара по системоведению (стр. 211–242). Хельсинки: Хельсинкская школа бизнеса.

    Грудин, Дж. (1990). Компьютер протягивает руку: историческая преемственность дизайна интерфейса. Эволюция и практика разработки пользовательского интерфейса, Материалы конференции ACM CHI’90 по человеческому фактору в вычислительных системах (стр. 261–268). Нью-Йорк: ACM Press.

    Иссрофф, К., и Скэнлон, Э. (2002). Образовательные технологии: Влияние теории. Журнал интерактивных медиа в образовании, 6. Каптелинин В. и Нарди Б. А. (2006). Действие с технологией: теория деятельности и дизайн взаимодействия.Пресс МТИ.

    Куутти, К. (1996). Теория деятельности как потенциальная основа для взаимодействия человека с компьютером исследование. В Б. А. Нарди (ред.), Контекст и сознание: теория деятельности и взаимодействие человека и компьютера (стр. 17–44). Кембридж, Массачусетс: MIT Press.

    МакАвиния, К. (2016). Онлайн-обучение и его пользователи: уроки для высшей школы. Издательство Чандос.

    Нарди, Б. А. (ред.). (1996). Контекст и сознание: теория деятельности и взаимодействие человека с компьютером. мит Пресс.

    Норман, Д. (1980). Двенадцать вопросов для когнитивной науки. Когнитивная наука, 4, 1–32.

    Рассел, Д. (2002). Взгляд за пределы интерфейса: теория деятельности и распределенное обучение. В М. Ли и К. Николл (ред.), Распределенное обучение: социальные и культурные подходы к практике. Лондон: Рутледж Фалмер.

    Выготский, Л. (1978). Взаимодействие между обучением и развитием. Чтения по развитию детей, 23(3), 34-41.

    Wertsch, JV (1981). Тенденции советской когнитивной психологии.История и критика психологии.

    Главная | О нас | Политика конфиденциальности | Рекламировать | Свяжитесь с нами

    Контент Simply Psychology предназначен только для информационных и образовательных целей. Наш веб-сайт не предназначен для замены профессиональной медицинской консультации, диагностики или лечения.

    Написать ответ

    Ваш адрес email не будет опубликован.