Управление агрессией в психологии: Управление гневом — советы психолога

Содержание

Управление агрессией

Существует точка зрения, согласно которой считается, что, когда рассерженный человек «выпускает пар» посредством энергичных, но не причиняющих никому вреда действий, происходит следующее: во-первых, снижается уровень напряжения или возбуждения, а во-вторых—уменьшается склонность прибегать к открытой агрессии против провоцирующих (или других) лиц.

Эти предположения восходят еще к трудам Аристотеля (384-322 до н. э.), считавшего, что созерцание постановки, заставляющей зрителей сопереживать происходящему, косвенно может способствовать «очищению» чувств. Несмотря на то, что сам Аристотель не предлагал конкретно этот способ для разрядки агрессивности, логическое продолжение его теории было предложено многими другими, в частности Фрейдом, полагавшим, что интенсивность агрессивного поведения может быть ослаблена либо посредством выражения эмоций, имеющих отношение к агрессии, либо путем наблюдения за агрессивными действиями других. Признавая реальность такого «очищения», Фрейд тем не менее был весьма пессимистично настроен относительно его эффективности для предотвращения открытой агрессии. Похоже, он считал, что его влияние малоэффективно и недолговечно.

Согласно этим авторам, «результатом любого акта агрессии является катарсис, который уменьшает вероятность проявления других агрессивных действий». Осуществление одного агрессивного акта — независимо от того, что его породило — снижает желание агрессора прибегать к другим формам насилия. Основываясь главным образом на этом и подобном ему предположениях, целые поколения родителей побуждали своих детей играть в активные игры, тысячи психотерапевтов призывали пациентов освобождаться от враждебных чувств, а сообразительные предприниматели получили весьма солидные доходы от продажи резиновых плеток и подобных средств, предназначенных для достижения эмоционального катарсиса. Оправдывает ли себя эта вера в лечебные свойства катарсиса и деятельности, приводящей к нему?

Гипотеза о существовании катарсиса предполагает, что если приведенному в ярость индивиду дать возможность «спустить пары» в социально приемлемой форме, то это приведет к ослаблению переживаемых им негативных эмоций и тем самым снизит вероятность того, что в дальнейшем он прибегнет к социально опасным формам агрессии. Существующие данные исследований подтверждают первое из этих предположений: участие в различных формах агрессивных взаимодействий, включая сравнительно безобидные, может приводить к резкой разрядке эмоционального напряжения. Однако это не единственный способ достижения подобного эффекта: к снижению уровня эмоционального напряжения может привести совершение индивидом практически любого действия, ослабляющего момент аверсивности в обращении с ним (индивидом) других индивидов. Данные, подтверждающие вторую часть «

катарсической» гипотезы—то есть положение о том, что если индивид, испытывающий в настоящий момент гнев или злобу, своевременно даст выход своей агрессии, то это снизит вероятность совершения им в будущем серьезного правонарушения — менее убедительны. Подобный эффект может давать только совершение индивидом нападения непосредственно на того, кто послужил источником его гнева или раздражения. Кроме того, достигнутое таким образом снижение агрессивности может быть весьма непродолжительным. Итак, следует признать, что действенность катарсиса как средства редуцирования снижения агрессии в прошлом сильно переоценивалась.

Довольно эффективным способом предотвращения агрессии является также индукция несовместимых реакций, т. е. реакций, несовместимых с гневом или открытой агрессией. Подобные реакции и последующее ослабление открытой агрессии могут возникнуть при виде боли и страданий жертвы агрессии, в результате просмотра юмористических материалов и при умеренной эротической стимуляции. Результаты новейших исследований показывают, что индукция несовместимых реакций способна существенно ослабить конфликт в производственных условиях. В такой ситуации эффективным средством индукции несовместимых реакций может послужить скромный, но неожиданный подарок, ненавязчивая похвала и показ юмористических материалов.

Одна из причин того, что многие люди с удивительным постоянством попадают в конфликтные ситуации, заключается в отсутствии у них элементарных навыков общения. Существуют специально разработанные программы по развитию навыков общения у такого рода «конфликтных» личностей, которые нередко позволяют добиться весьма ощутимых результатов.

Управление гневом: как обратить ярость себе на пользу

Датская писательница и психотерапевт Илсе Санд в книге «Компас эмоций: как разобраться в своих чувствах» разложила по полочкам настоящие истоки агрессии и дала рекомендации, как направить бурлящие эмоции в продуктивное русло вместо разрушительного.

Илсе Санд

Психотерапевт, автор книги «Компас эмоций: как разобраться в своих чувствах».

У каждого из нас бывают моменты, когда мы злимся на других людей. И вроде бы для гнева действительно есть повод. Кто-то толкнул вас и не извинился. Кто-то опоздал на важную встречу, заставив сдвинуть планы. Кто-то лезет со своими нежностями и дурацкими СМС, когда на работе завал! Вы даёте волю объективному, на первый взгляд, негодованию, отчитываете «обидчика» — и на выходе получаете конфликт, испорченное настроение, натянутые отношения с окружающими и прочие прелести выплеснувшейся злости.

В такие моменты многих утешает мысль: «Он первый начал, я только ответил». Но это не так. Крайне редко гнев — это просто гнев. Гораздо чаще мы злимся на других людей не по их вине — причины ярости скрыты в нас самих. Гнев — типичное вторичное чувство, которое возникает лишь как ответ на другие, более глубокие эмоции, которые мы испытываем в связи с ситуацией.

Эти эмоции, становящиеся спусковым крючком для ярости, в большинстве случаев основаны на одной из четырёх причин.

  1. Кто-то словом или делом намеренно или случайно ранил ваше самолюбие, унизил вас, продемонстрировал вашу незначительность. Это одна из наиболее частых причин гнева. Тщеславие — болевая точка всего человечества.
  2. Кто-то предлагает вам внимание, близость, заботу, которые вы сейчас не готовы принимать. Возникающее при этом раздражение — это самозащита, она срабатывает почти автоматически.
  3. Кто-то совершает действия, которые категорически противоречат вашим ценностям и идеалам.
  4. Кто-то своими действиями нарушает ваши планы и усложняет достижение целей.

Если определить, какая из этих причин вызвала гнев, со злостью будет справиться проще. Рассмотрим эти четыре группы подробнее.

1. Управление гневом, когда задето самолюбие

Гнев, который возникает в ответ на критику или унижение, психологи называют нарциссическим. Реакция на него у большинства предсказуема: люди превращаются в детей, которые отталкивают обидчика и кричат ему: «Сам такой!» У более сдержанных и рациональных возникает другое желание — попробовать объясниться, указать визави, что тот ошибся в своей критике, добиться, чтобы он изменил своё мнение.

К сожалению, эти тактики чаще всего не срабатывают. Если вы вспылите, дело перерастёт в конфликт, в котором ваш обидчик вряд ли признает вашу правоту. Если начнёте объясняться, вас, скорее всего, сочтут занудой и вряд ли выслушают.

Как это выглядит в жизни

Представим мужа и отца (ну, положим, Колю), который возвращается домой после рабочего дня, видит разрисованные детьми обои, уставшую жену Настю, да вдобавок ещё обнаруживает на кухне гору грязной посуды. «Ты же весь день просидела дома, неужели нельзя было хотя бы тарелки помыть?!» — вспыхивает он.

Настя предсказуемо вскипает в ответ. Ей хочется крикнуть: «Нельзя! Попробуй сам «дома посидеть», я посмотрю, как ты справишься с двумя детьми, сбегаешь с ними за покупками, всех накормишь, книжку с ними почитаешь, стирку развесишь!» Настя готова в запале перечислить Коле всю ту домашнюю работу, которую она выполняет, а он не замечает.

И, на первый взгляд, Настя права. Но если она даст волю своему негодованию, это лишь усугубит конфликт.

Что делать

Понять, что гнев в данном случае — чувство вторичное. Вероятнее всего, за Настиным негодованием скрывается вовсе не злость на мужа, а два других чувства.

1. Печаль

Печаль из-за того, что близкий человек видит Настю не такой, какой ей хотелось бы выглядеть в его глазах. Не женой, которая вкладывает уйму сил в то, чтобы создать мужу «надёжный тыл», быть хорошей мамой для общих детей, а лентяйкой и неряхой.

Если это так, то лучшим выходом будет озвучить свою настоящую эмоцию. Сказать Коле: «Я очень расстроена тем, что ты меня ругаешь». Скорее всего, он ответит: «И в чём, по-твоему, я не прав?!» И только теперь настаёт момент, когда Насте есть смысл пускаться в объяснения, потому что Коля выразил готовность её выслушать.

2. Страх

Это чувство также нередко прячется за нарциссическим гневом. Настя переживает: если Коля действительно считает её неряхой, вдруг он не захочет больше с ней жить? Вдруг он начнёт искать другую женщину?

Если Настя действительно боится расставания, ей нужно опять-таки озвучить свои переживания. Например, поинтересоваться: «Ты так говоришь… Это значит, ты меня меньше любишь?»

На это Коля может ответить: «Я тебя люблю, но я так устал после работы. Мне просто хочется приходить в чистый дом, где меня встречают ужином». Из агрессора в глазах Насти Коля превратится в того, кем и является, — в усталого мужчину, который тем не менее любит её и детей. Страх развеется, а вместе с ним уйдёт и гнев. И жизненную задачку можно будет решить без повышения голоса друг на друга.

Сдерживать чувства не всегда полезно — это может привести к другим проблемам. Однако неплохо знать, что у вас всё-таки есть выбор, как реагировать.

Илсе Санд

2. Управление гневом, когда мы защищаемся

Это тоже распространённая ситуация: бывают моменты, когда нам необходимо побыть в одиночестве. Так случается, когда внутренние ресурсы истощены, и человеку требуется передышка, чтобы снова собраться с силами. Предложения заботы или помощи в такие моменты не всегда кстати. Неосознанно защищаясь от «вторжения», мы отталкиваем близких людей.

Как это выглядит в жизни

Последние три месяца Нина отчаянно вкалывала на работе, рассчитывая на повышение. Но по каким-то причинам начальство сделало выбор в пользу другого сотрудника. Нина возвращается домой. Она чувствует себя истощённой и опустошённой, не совсем понимает, что делать дальше.

Домой приходит и муж Нины Сергей. Он улыбается, заносит на кухню продукты, но у Нины нет ни желания, ни сил с ним общаться. Она молча принимается готовить ужин.

В эту минуту Сергей пытается игриво её обнять и Нина чувствует, как в ней вспыхивает раздражение. Она резко стряхивает его руку и хочет сказать: «Не трогай меня! Иди лучше картошку почисть!»

Скорее всего, эти слова Сергея обидят со всеми вытекающими для семейных отношений последствиями. Утром Нина проснётся с тоскливой мыслью о том, что её ни на работе не ценят, ни дома не понимают.

Что делать

Опять-таки понять, что гнев, который испытывает Нина в ответ на прикосновение, — вторичен. Её раздражение вызывает не Сергей: оно связано с вполне нормальным желанием побыть некоторое время в одиночестве.

И разумнее всего будет сказать об этом вслух. Например, так: «Мне сейчас не хочется разговаривать, разреши мне побыть одной». Или иначе: «Прости, ты тут ни при чём. Мне нужно чуть подумать, хорошо? Когда отпустит, я скажу тебе об этом».

Да, в подобных случаях бывает сложно взять себя в руки и сформулировать свои переживания так, чтобы не обидеть близкого человека. Если вы замечаете, что не справляетесь с гневом и отталкиваете от себя близких, в помощи которых всё-таки нуждаетесь, стоит обсудить эту ситуацию с психотерапевтом.

Нельзя тратить свою жизнь впустую, страдая от того, что мы отталкиваем тех, в ком так нуждаемся.

Илсе Санд

3. Управление гневом, когда кто-то отрицает наши ценности

Все мы разные, и неудивительно, что привычки, поведение, представления о «правильном» и «неправильном» у нас отличаются. Иногда отличия столь велики, что вызывают гнев.

Как это выглядит в жизни

Маша любит свою работу, но не любит коллегу Инну Павловну, которая ловит её в коридоре и принимается долго-долго рассказывать о том, что Маше совершенно неинтересно: о даче, рассаде, внуке Кеше и ветрянке.

Иногда Маша готова вспылить: «Инна Павловна, что вы ко мне пристали! У меня тоже полно проблем, я же не вываливаю их на вас! Я ценю ваше личное пространство, вот и вы научитесь ценить моё!»

Но это деструктивный вариант: он как минимум испортит отношения. А как максимум Инна Павловна вспомнит, что она тут главный бухгалтер, и ничем хорошим для Маши, занимающей позицию ниже, это не закончится.

Что делать

Осознать: вся вина Инны Павловны заключается в том, что она ведёт себя так, как никогда бы не повела себя Маша. И здесь есть два варианта действий.

Во-первых, можно попытаться уговорить «обидчика» изменить поведение, чтобы оно больше не противоречило жизненным принципам Маши. Это можно сделать, сославшись, например, на обилие работы. «Простите, Инна Павловна, я очень-очень занята прямо сейчас, отчёт горит!» — и повторять эту мантру при каждой встрече.

Во-вторых, можно задуматься о собственных принципах и, возможно, пересмотреть некоторые из них. Вот почему Маша старается никому не рассказывать о своих проблемах? Может, она боится напрячь ими окружающих? Или считает их мелкими и никому не интересными? Но ведь это проявление комплексов! Вполне может быть, что коллеги, если Маша научится делиться с ними своими переживаниями, смогут дать дельный совет. Разрешить и окружающим, и себе рассказывать о том, что «болит», — неплохое решение.

Если вы предъявляете к самому себе чересчур высокие требования, то нередко раздражаетесь на тех, кто позволяет себе расслабиться.

Илсе Санд

Правда, если речь идёт о ценностях и идеях, придётся применить другой подход. Если, положим, вы заботитесь об окружающей среде, то наверняка разозлитесь, увидев, как кто-то её загрязняет. И в данном случае ваше негодование будет оправданным. Отстаивая свои ценности, вы почувствуете себя намного лучше. Ну а чтобы чувствовать себя увереннее, имеет смысл вступить в организацию, в которой система ценностей схожа с вашей.

4. Управление гневом, когда кто-то нарушает наши планы

В этих ситуациях мы не получаем желаемого, и при этом они не входят ни в одну из трёх прочих категорий. Вот несколько примеров.

  1. Вам кажется, будто кто-то мешает вам достичь цели (вставляет вам палки в колёса).
  2. Вы не получаете желаемого (испытываете разочарование).
  3. Другие нарушают ваши границы: прикасаются к вашим вещам или танцуют с вашим партнёром, слишком тесно прижимаясь к нему. Последнее провоцирует гнев, похожий на злость животных, когда чужак вторгается на их территорию.

Как это выглядит в жизни

Предположим, ваш сосед припарковался прямо перед вашим гаражом. Выехать можно, но вам придётся потратить на это больше времени и сил, чем обычно, а вы ведь уже опаздываете! Первое желание — пнуть машину обидчика по колесу, а когда тот выйдет, выложить ему всё, что вы о нём думаете.

Выплеснуть гнев в данном случае кажется хорошим решением. Но, к сожалению, ни к чему хорошему это не приведёт. Скорее всего, вы услышите от соседа что-то вроде: «На две минуты машину оставил, а вы тут истерику устроили!» или «Кто вам дал право разговаривать со мной таким тоном?!» В результате на одного недоброжелателя у вас станет больше.

Когда вы сердитесь, у вас есть невыполненное желание. Если вы осознаете, чего именно хотите, и донесёте это до оппонента вместо гнева, в конечном итоге вы достигнете гораздо лучших результатов.

Илсе Санд

Что делать

Если вы поняли, что гнев связан с тем, что кто-то нарушает ваши планы, попробуйте выразить эмоции не в виде упрёка, а в виде пожелания. Соседу можно сказать, например, следующее: «Если вам не сложно, отгоните, пожалуйста, машину буквально на пару метров влево. Тогда мне будет проще выехать».

Скорее всего, такая вежливая просьба будет исполнена и не превратится в тлеющий конфликт. Вместо оппонента вы получите человека, который однажды с вами уже сотрудничал — и с большой вероятностью будет сотрудничать и дальше.


Перечисленные советы лишь малая толика секретов управления гневом. В книге «Компас эмоций: как разобраться в своих чувствах» Илсе Санд рассказывает, как распознавать свои истинные чувства и тактично, но чётко разъяснять их окружающим. Это поможет вам справляться не только с гневом, но и с другими негативными эмоциями: завистью, обидой, стыдом — и выжимать из них позитивные возможности.

Купить книгу

Читайте также 🧐

Саморегуляция как способ управления агрессией у подростков

В современном обществе одной из самых острых социальных проблем является рост агрессивных тенденций у детей подросткового возраста.

По данным научных исследований в последнее десятилетие резко возросла преступность [1], увеличилась частота случаев насилия среди подростков. Большую обеспокоенность вызывает тот факт, что увеличивается число преступлений против личности, которые влекут за собой нанесение тяжких телесных повреждений. В подростковой среде часто наблюдаются групповые драки, которые также характеризуются жестокостью.

 Анализируя проявления агрессивных тенденций подростков, возникает вопрос о возможности контроля агрессии. Мы считаем, что по вопросам регуляции и контроля агрессивных проявлений у подростков в настоящее время посвящено недостаточно исследований. Поэтому актуальность данной тематики обусловлена необходимостью регуляции агрессивного поведения у подростков, изучением влияния системы осознанной саморегуляции на агрессивное поведение.

В отечественной психологии исследованиями по проблеме саморегуляции занимались Л. С. Выготский, С. Л. Рубинштейн, А. Н.  Леонтьев, А. Г. Асмолов, Б. С. Братусь, В. П. Бояринцев, Е. Т. Соколова, В. В. Николаева, В. И. Моросанова, А. К. Осницкий, Г. И. Габдреева, О. А. Конопкин и др. За рубежом данную проблему изучали А. Адлер, Г. Олпорт, В. Франкл, Ю. Куль, П. Кароли и др.

О. А. Конопкин, автор теории осознанного саморегулирования произвольной активности человека, утверждает, что личность,  осознающая свои состояния и свои задачи, является субъектом собственной деятельности. То есть личность  осуществляет выбор условий, которые соотносятся с новой задачей, подбирает способы преобразования исходной ситуации, а также оценивает полученные результаты и принимает решение о необходимости  изменений в действиях [2].

В структуре процессов психической саморегуляции О. А. Конопкин выделяет  следующие компоненты (функциональные звенья): принятие субъектом цели его произвольной активности, которая выполняет при построении процесса саморегуляции общую системообразующую функцию; модель значимых условий деятельности, которые учитываются при выборе конкретной исполнительской программы; выработка самой программы собственно исполнительских действий; выбор системы критериев достижения субъективно нужного результата, т. е. критериев достижения исходной цели в ее понимании субъектом; осуществление контроля и оценки реальных результатов относительно принятых критериев успеха; решение о необходимости и характере коррекции самой системы регуляции [3].

В. И. Моросанова определяет осознанную саморегуляцию как  системноорганизованный процесс по инициации, построению, поддержанию и управлению всеми видами и формами внешней и внутренней активности, которая  направлена на достижение принимаемых субъектом целей. Осознанная саморегуляция произвольной активности человека – это целостная система психических средств, при помощи которых человек способен управлять своей целенаправленной активностью [4].

Специфика активности личности подразумевает взаимодействия с окружающими людьми. Агрессия является одной из форм активности человека. В социальных контактах человек ориентируется на свою систему оценок действий. В системе этих взаимодействий определенную позицию занимает система осознанной саморегуляции субъектом произвольной активности.

Теоретической разработкой понятий агрессия и агрессивность в зарубежной психологии занимались А. Бандура,  Дж. Доллард, А. Басс, К. Лоренц, В. Франкл, Р. Бэрон, Р. Уолтер и др. В трудах отечественных психологов данные понятия рассматривались Н. Д. Левитовым, Т.Г. Румянцевой, Л. Ю. Ивановой, С. А. Беличевой, Л. М. Семенюк, В.Г. Петровым, Н. Н. Павловой, В. С. Мухиной, И. А. Фурмановой и др.

Существует множество подходов к понятию «агрессия», рассмотрим один из них. А. Басс определяет агрессию как любое поведение, которое содержит в себе опасность для других либо наносит им ущерб.

А. Басс совместно с А. Дарки выделили следующие 5 видов агрессии: физическая агрессия, раздражение, вербальная агрессия, косвенная агрессия, негативизм. Эти авторы также выделяют враждебные реакции такие как обида и подозрительность. Обида — зависть и ненависть к окружающим за действительные и вымышленные действия. Подозрительность – в диапазоне от недоверия и осторожности по отношению к людям до убеждения в том, что другие люди планируют и приносят вред [5].

С точки зрения контролируемости агрессии, когнитивные теории достаточно оптимистичны, так как, по мнению исследователей,  агрессивным поведением можно управлять с помощью механизмов саморегуляции. Теории Л. Берковиц  и А. Бандуры являются синтезом теорий научения и когнитивных теорий, которые определяют поведение привлекательностью ожидаемых последствий действий (аналогично и агрессивное поведение). Агрессивное поведение можно регулировать внешними поощрениями и наказаниями, викарным подкреплением, механизмами саморегуляции. Таким образом, саморегуляцию можно рассматривать одним из способов управления агрессией.

В подростковом возрасте осуществляется активное становление осознанной личностной саморегуляции. У взрослеющей личности наступает период осознаний своих действий, стоит задача проектирования своего будущего [6]. На этом этапе необходимо развивать саморегуляцию подростка, так как от  развития компонентов саморегуляции  зависит управление личностью своей активностью, в том числе и агрессивным поведением.

В данном исследовании изучалась взаимосвязь компонентов саморегуляции и агрессии у подростков. В исследовании приняли участие 85 подростков в возрасте 14-15 лет. Из них 45 учащихся гимназии г. Кирова и 40 учащихся школ Кировской области.

 Для изучения особенностей саморегуляции применялась методика «Стиль саморегуляции поведения» (ССПМ) В. И. Моросановой (подростковая форма). Статистический анализ показал, что для большинства подростков характеры средние показатели почти по всем шкалам саморегуляции поведения («Планирование», «Моделирование»,  «Программирование», «Оценивание результатов», «Гибкость»). Данные по шкале «Самостоятельность» указывают, что из общего числа подростков 37 % имеют низкий уровень самостоятельности (слабая развитость регуляторной автономности), что характеризует их как зависимых от мнений и оценок окружающих. Они нуждаются в посторонней помощи и без нее не могут составить свои планы и программы действий, могут возникнуть регуляторные сбои. При недостаточном развитии саморегуляции подросток не может в нужной мере управлять своей активностью. Активное становление личностной саморегуляции осуществляется в подростковом возрасте, поэтому этот период наиболее благоприятен для ее развития. В таблице представлены количественные данные всех переменных в соответствии с уровнем выраженности.

Таблица – Соотношение уровней выраженности саморегуляции поведения с индексами агрессии и враждебности (в %)

Уровень выраженности саморегуляции поведения

Показатели агрессивности

Индекс агрессивности

Индекс враждебности

высокий

средний

низкий

высокий

средний

низкий

Пл

высокий

10,6

14

2,5

23,5

7

средний

29,4

17,6

2,4

40

7

1,2

низкий

15,3

8,2

16,5

7

М

высокий

11,8

11,8

1,2

10,6

13

1,2

средний

27

21,2

1,2

43,5

5,9

низкий

16,5

9,4

23,5

2,4

Пр

высокий

8,2

8,2

1,2

14,1

3,5

средний

29,4

24,7

1,2

42,4

11,8

1,2

низкий

17,6

9,4

21,2

5,9

Ор

высокий

13

10,6

1,2

13

11,8

средний

33

24,7

1,2

50,6

7

1,2

низкий

9,4

7

14,1

2,4

Г

 

высокий

6

7

2,2

11,8

3,5

средний

28,2

27

2,4

44,7

15,3

низкий

18,8

8,2

21,2

4,7

1,2

С

высокий

20

5,9

24,7

1,2

средний

24,7

11,8

27

9,4

низкий

10,6

24,7

2,4

26

13

1,2

ОУ

высокий

3,5

8

2,6

8,2

8,2

средний

35,3

21,2

1,2

49,4

8,2

низкий

17,6

9,4

1,2

18,8

8,2

1,2

Обозначения шкал саморегуляции: Пл – «Планирование»,М – «Моделирование»,                     Пр – «Программирование», Ор – «Оценивание результатов», Г – «Гибкость»,С – «Самостоятельность», ОУ – общий уровень саморегуляции поведения.

Для исследования агрессии применялся опросник «Диагностика состояния агрессии» А. Басса – А. Дарки. Более половины участников исследования показали высокие результаты по степени выраженности индексов агрессивности (55,2 %) и враждебности (77,6). То есть большинство подростков имеют, негативную позицию по  отношению к окружающим, не доверяют им, относятся к ним с осторожностью, часто переживают по поводу допущенной по отношению к нему несправедливости. Причиной этому может быть свойственная подростку повышенная тревожность во взаимоотношениях с окружающими, обидчивость, ранимость, избегание критики, стремление к свободе и самостоятельности.

Из таблицы следует, что существует связь между саморегуляцией и агрессией у подростков. Большинство подростков, имеющих средний уровень развития компонентов саморегуляции, имеют высокие уровни по индексам агрессивности и враждебности. Также практически нет подростков, имеющих низкий уровень саморегуляции и низкий уровень по индексам агрессивности и враждебности. Таким образом, для подростков с недостаточно развитой способностью к управлению своей активностью, характерно внешнее, направленное на конкретное лицо выражение агрессии. Также для таких подростков характерна общая негативная позиция по  отношению к окружающим, недоверие к ним.

Следующим этапом исследования стало выявление связи между саморегуляцией и агрессией у подростков с использованием статистической программы SPSS (коэффициент корреляции Спирмена).

Статистическая обработка данных показала, что чем выше способность подростка к осознанному планированию активности, то есть к выдвижению и удержанию целей, тем ниже физическая агрессия (p≤0,01), проявление негативизма (p≤0,05) и уровень агрессивности (p≤0,01). То есть при высокой способности подростка к планированию активности, агрессия с использованием физической силы, сопротивление, активная борьба против установившихся обычаев и законов, любое внешнее выражение агрессии (в том числе и через крик, визг, топанье ногами, угрозы, сплетни) проявляются меньше. Так как подростки, которые активно выдвигают цели, соотносят их  адекватность по отношению к внешним и внутренним субъектным условиям.

Выявлена отрицательная взаимосвязь процесса моделирования с косвенной агрессией (p≤0,05), раздражительностью (p≤0,05), чувством обиды (p≤0,01), враждебностью (p≤0,05) у подростков. То есть косвенная агрессия может планироваться заранее, но происходит выделение значимых внутренних и внешних условий и последующая их оценка. Подросток с высокой способностью к анализу внешних и внутренних условий деятельности, выделения комплекса условий, значимых для достижения цели, адекватно и детализировано оценивает ситуацию, а также прогнозирует возможные последствия. Поэтому подросток будет менее раздражителен при заранее оцененной ситуации и знании последствий. Также при этом условии не будет переживания по поводу допущенной по отношению к подростку несправедливости, негативная позиция по отношению к окружающим смениться на более положительную.

Обнаружена отрицательная взаимосвязь процесса программирования с физической агрессией (p≤0,05) и положительная взаимосвязь с чувством вины (p≤0,01). То есть существует тенденция к тому, что чем выше способность к программированию будущих действий, тем ниже проявление физической агрессии. То есть, если подросток заранее будет строить последовательность своих действий, знать способы, которыми они будут осуществляться, он сможет избежать проявления физической агрессии. При наличии четкой программы действий любая неудача в достижении цели может вызвать у подростка ярко выраженное в переходном возрасте чувство вины.

Также можно отметить, что чем выше гибкость, тем ниже уровень проявления косвенной агрессии (p≤0,05). Подросток с высокой гибкостью процесса регуляции способен корректировать функционирование различных регуляторных компонентов, когда этого требуют условия деятельности. То есть способен изменять свое поведение, тем самым управляя агрессией, направленной на кого-либо в форме сплетен, злобных шуток, либо не направленной (в виде криков в толпе, топанья ногами).

Наблюдается положительная взаимосвязь самостоятельности с физической, вербальной, косвенной агрессией, негативизмом, раздражительностью, подозрительностью, а также со шкалами «индекс агрессивности» и «индекс враждебности» (p≤0,01). То есть для подростков с развитой регуляторной автономностью, с высоким уровнем самостоятельности   характерно внешнее выражение агрессии, проявление ее активно по отношению к конкретным лицам, возможно использование физической силы против другого лица. Также подростки имеют, в общем, негативную позицию по  отношению к окружающим, не доверяют им. Это проявление различных форм агрессии при высоком уровне самостоятельности можно объяснить тем, что в подростковом возрасте формируется чувство взрослости, которое является основным и главным свойством его поведения. Такое чувство проявляется в стремлении показать себя взрослым, продемонстрировать свою самостоятельность, которая зачастую имеет лишь внешний характер. Подросток становится критичным по отношению к правилам, порядкам, законам, духовным ценностям,  появляется желание быть свободным и бороться за свою самостоятельность. Проявления агрессии в переходном возрасте используются для самоутверждения и самореализации [6]. Причиной этого можно назвать стремление подростка «быть взрослым» и одновременно ограниченность средств, которыми располагает ребенок для преодоления затруднений и самоутверждения. Также агрессивные формы во взаимодействиях с окружающими часто выполняют демонстративную функцию.

Таким образом, исследование показало, что у подростков выявлен высокий уровень агрессии. Саморегуляция – это один из способов управления агрессией. В подростковом возрасте осуществляется активное становление личностной саморегуляции. Подростку необходимо научиться формулировать и обосновывать свои цели, анализировать их значимость,  возможность достижения и значимые условия. Подросток должен действовать на основе выработанных у него программ, а также создавать новые способы осуществления действий в определенных ситуациях. Необходимо развивать самостоятельность, уверенность, гибкость, ответственность личности, умение контролировать свои действия путем выделения разнообразных критериев, показателей контроля и оценки. Развитие компонентов саморегуляции осуществляется с помощью специальных упражнений методов позитивного представления, концентрации на положительных эмоциях и методов аутотренинга. 

(PDF) Социально-психологические факторы, провоцирующие агрессию у подростков

Социально-психологические факторы, провоцирующие агрессию у подростков

7

75

Введение

В настоящее время исследование агрессии как психологического

феномена сосредоточено на определении ее происхождения, изучении

ее форм и/или типов, анализе внутренних составляющих, а также по-

иске связи агрессии с другими психологическими переменными [26;

29]. По словам З. Гася, агрессия — это «совокупность переживаний,

установок и поведенческих актов, целью или эффектом которых (пред-

намеренно или непреднамеренно) является причинение вреда (прямо

или косвенно) другому человеку или самому себе [28]. Синдром агрес-

сии включает как осознанные, так и неосознанные агрессивные тен-

денции, направленные вовне или на самого себя, как проявляемые, так

и только переживаемые» [28, р. 143]. Агрессия характеризуется направ-

ленностью (гетеро- и аутоагрессия), при этом избирательное проявле-

ние или переживание агрессии обусловливают как внутренние, так и

внешние психологические факторы [21; 23].

Существует множество теорий агрессии, в том числе биологиче-

ских, психологических и социологических [27; 29; 30]. Согласно пере-

смотренной теории фрустрации Л. Берковица [6], агрессия является

естественной реакцией человека, которая возникает в ситуации фруст-

рации или неспособности удовлетворить определенные потребности.

Это положение отражено и в других теориях, рассматривающих фено-

мен агрессии, например в теории человеческой деструктивности

Э. Фромма [22], теории аномии Р. Мертона [14], теории напряжения

Р. Агнью [25], теориях В. Франкла [20] и А. Адлера [4]. Э. Фромм счи-

тает, что человек по своей природе не является разрушителем, а его

агрессия — это реакция на нарушение нормальных условий суще-

ствования, когда, по словам К. Божуцкей-Ситкевич, «блокируются су-

щественные экзистенциальные потребности человека (он лишен люб-

ви, понимания и искреннего общения, отсутствует возможность удо-

влетворить потребности в самореализации, при переживании одиноче-

ства)» [27, s. 40].

По данным Детского фонда Организации Объединенных Наций

(ЮНИСЕФ), представленным в 2017 г., агрессивное поведение среди де-

тей и подростков Российской Федерации и на Украине широко рас-

пространено [24]. В возникновении агрессии подростков играют роль

отмечаемые у них адаптационные трудности [11], которые являются

естественными в процессе становления личности. Как отметили М. Пел-

лерен и М. Брес, в подростке «чередуются или сталкиваются ребенок и

взрослый; множество ролей, персонажей, чувств, положений, и все они

противоречивы. Он обнаруживает, что он не знает, кто он такой на са-

мом деле» [16, c. 141].

Управление агрессией, анализ причин этого явления имеют боль-

шое значение для построения здорового общества [27]. Следует отме-

тить, что решение данного вопроса сопряжено с определенными труд-

ностями, в том числе с наличием тенденции в научных публикациях

весьма однобоко рассматривать причины подростковой агрессии с осо-

бым подчеркиванием негативных сторон личности подростка. Напри-

Три психолога о том, как справиться со страхом и агрессией, когда новости выбивают из колеи

123rf.com

Последние недели многие из нас буквально потеряли покой и сон. Шокирующие события, связанные с военным конфликтом в Украине, нарушают наши представления о порядке вещей, сбивают привычные настройки. В первые месяцы пандемии количество депрессий и других психологических расстройств у жителей Британии увеличилось на 50%, а теперь на расшатанное за годы ковида психологическое состояние накладываются новые, еще более острые и болезненные переживания.

Как остаться собой и не потерять контроль над собственной жизнью, когда отовсюду приходят тяжелые новости? Какие практики помогают регулировать уровень тревоги? Как вести диалог с близкими, чье мнение радикально отличается от нашего? «Коммерсантъ UK» собрал комментарии трех психологов разных специализаций, и каждый из них по-своему ответил на эти вопросы.

Виктория Шиманская, доктор психологии, преподаватель МГИМО, эксперт в области развития эмоционального интеллекта, создатель университета диагностики развития универсальных компетенций Skillfolio:

— Начните с планирования каждого дня (по часам) и высыпайтесь (ложитесь до 23:00): хороший сон — залог здоровья. Используйте дыхательные практики, совершайте четкие ритмичные прогулки, при возникновении сильного чувства тревоги можно принять расслабляющую ванну, дополнив ее контрастным душем. При первых признаках тревоги обратитесь за поддержкой к близким, обнимите их, скажите, как сильно вы их любите.

Дыхательные практики помогают контролировать уровень тревожности. Упражнения лучше всего выполнять по утрам. Первая практика — это классический «Квадрат»: делаем вдох за 4 секунды (на четыре счета), задержка дыхания — 4 секунды, выдох — 4 секунды, задержка — 4 секунды. Даже десять таких циклов помогают пройти тревожное состояние и улучшить самоощущение. Вторая практика, которая называется «Пять чувств», возвращает человека в состояние присутствия, здесь и сейчас. Сначала идет концентрация на визуальных образах, затем на аудиальных и обязательно на тактильных. Очень важно при возникновении тревожности найти точку опоры — дома, к примеру, можно упереться в плотную диванную подушку. Если чувство паники или тревоги охватило на улице, то можно подойти и прислониться к дереву. Затем надо сконцентрироваться на визуальных образах, звуках, тактильных ощущениях: сначала спина, потом ощущение ног, которые плотно и уверенно стоят на земле, потом сделайте несколько вдохов и выдохов.

Несмотря на простоту, эти рекомендации эффективно помогут пережить состояние шока, его сейчас нельзя загонять внутрь. Когда эмоциональный поток проходит, нужно проговорить, что вы принимаете чувство страха за свою жизнь, детей, будущее. Можно написать себе письмо в будущее о том, какие обещания вы даете себе и в какой точке окажетесь, когда кризисный период закончится. На работе сформируйте график на ближайшую неделю (более четкое планирование поможет выработать внутреннее состояние адекватности), но ни в коем случае не уходите в трудоголизм. Если есть возможность, возьмите отгулы и проведите эти несколько дней с близкими людьми, восстановите внутреннее эмоциональное состояние, переосмыслите и осознайте ценность жизни. Одной из самых ресурсных эмоций станет чувство благодарности за жизнь, семью и возможность прожить ваш день так, как вы хотите, с полным принятием ответственности за него и без долгосрочного планирования на ближайшие недели. Постепенно, с развитием политической и экономической ситуации, появится понимание, какие ресурсы, в том числе финансовые, необходимы, чтобы пережить сложившиеся обстоятельства.

Когда вас обуревают такие сложные чувства, как вина, страх, агрессия, появляется необходимость их выплеснуть. Одним из каналов для этого становятся и соцсети. Если есть возможность, лучше воздержаться от создания постов на эмоциях, потому что — я в этом уверена — большинство людей, вне зависимости от позиции, внутренне сходится на осознании ценности жизни и необходимости мира. Сейчас никакие споры о политике, выяснения, кто прав и кто виноват, к конструктивному диалогу не приведут.

Подведу итог: сейчас все столкнулись не просто со страхом перед неизвестностью, а фактически с потерей привычной картины мира, мироосознания, с которым жили долгие годы. Это на самом деле и стало ключевой разрушающей силой, и, пока не будет отстроено другое представление, чувство тревоги будет усиливаться, как и число неадекватных поступков и панических атак. Поэтому те простые практики, которые я описала выше, действительно очень важны.

Юлия Морозова, практикующий психолог, руководитель лондонского центра психологической помощи для говорящих на русском языке Clever Psychology, создатель клуба Wonder Woman, директор Института экзистенциального анализа в Великобритании:

— Когда случаются такие непредсказуемые события, люди понимают, что они не контролируют ситуацию. Уровень тревожности растет, а с ним и агрессия, которая выплескивается на других. При этом за каждым ее проявлением стоит некая ценность. Очень важно понять, какую именно ценность человек защищает. К примеру, когда члены семьи до последнего готовы отстаивать свой взгляд на политическую ситуацию и военные действия, в большинстве своем они в этом случае не просто защищают свою позицию — они защищают возможность отношений. У каждого есть свои ценности, и, когда мы их обнаруживаем, нам важно, чтобы наши близкие их разделяли, потому что иначе мы не сможем с ними общаться. То есть когда люди ругаются, на самом деле они пытаются сохранить отношения друг с другом.

И здесь важно остановиться и задать себе вопрос: какую ценность защищаю я, а какую — мой оппонент? Может так оказаться, что вы защищаете одну и ту же ценность, просто она по-разному выглядит. Рассмотрим это на примере цилиндра. Если показать его одному человеку сбоку, а другому сверху, то один человек увидит прямоугольник, а другой — круг. Но в обоих случаях это будет цилиндр. Когда идет война, нам сложно увидеть картину целиком. Нам просто не дают этого сделать. Поэтому обязательно нужно помнить, что мы можем смотреть на одну и ту же ситуацию и видеть при этом разные картинки — в зависимости от жизненного опыта, доступной информации и т. д. Но это не должно стать причиной разрыва. Если мы взрослые люди, то у нас есть способность отделять мнения от личности человека. Если я понимаю, что мне близок этот человек, но его мнение другое, надо найти в себе силы успокоиться, вступить с ним в диалог и постараться понять его позицию, объединив имеющуюся у нас информацию и оценив картину в целом. Тогда это будет предметный разговор без перехода на личности, потому что, когда мы переходим на личности, это уже тупик.

Сейчас все на взводе, как и в пандемию, и ранее пережитое накладывается на происходящее с нами в настоящем. Во-первых, нужно признать, что мы боимся и что это нормально, потому что страх еще больше разгорается, если мы его отрицаем. Во-вторых, об этом лучше с кем-то поговорить — или с терапевтом (если таковой имеется), или с хорошим другом (желательно со схожей позицией): когда вы делитесь своими страхами, вам становится легче. В-третьих, нужно позаботиться о своем физическом состоянии. Не забывать есть, спать, заниматься спортом, разминать плечевую область. Стресс застревает в теле. И нам нужно за этим следить. При общении с близкими старайтесь избегать тем, которые всегда заканчиваются конфликтом. Договоритесь, какие вещи вы не обсуждаете. Если вы поймали себя уже в процессе ссоры, то нужно заготовить какое-нибудь стоп-слово или движение, которое вас переключает.

Сегодняшняя ситуация больше всех триггерит тех, у кого и до нее отношения складывались не самым лучшим образом, обостряет не решенные ранее конфликты. В семьях, где обсуждают проблемы, ссоры происходят реже. Чаще всего ссорятся пары (муж и жена), в которых уже был потерян контакт. Если говорить, к примеру, о родственниках из России, то они живут в отрыве от нашей новостной повестки и понимания ситуации, существующей здесь. Такое расхождение во мнениях показывает, в насколько разных мирах мы живем, и, возможно, объясняет, почему мы сюда и переехали. Поговорите с ними, объясните, что, несмотря на различие во взглядах, вы их любите. Конечно, это трудно. Хотя у меня есть несколько семей, представители которых говорят, что молчать на эту тему еще сложнее, чем ругаться. Ведь когда мы ругаемся, пытаясь понять позицию другого человека, возможно, в какой-то момент мы осознаем, что защищаем одни и те же ценности, просто разными способами.

При ковиде было много неизвестных, и люди пытались как-то интерпретировать ситуацию, а сейчас сразу возникли четкие полярные позиции, которые не подразумевают компромиссов. Затронуты сильные триггеры: война, деньги и стабильность. Тема войны вызывает подсознательный страх, который складывался несколько поколений, что приводит к повышенной агрессии. Что такое агрессия? Это реакция, с помощью которой люди защищают свои ценности. И если говорить о тех, кто поддерживает военные действия, они защищают единство и величие собственного народа, а это очень большая ценность. Если мы с пониманием отнесемся к их позиции, то нам станет ясно, что именно они отстаивают. То есть нужно смотреть, как человек дошел до того или иного мнения — как правило, за ним всегда будет скрыто что-то хорошее. Если мы будем иметь это в виду, конфликтов будет намного меньше.

Я сейчас провожу много консультаций — и знаете, кто больше всего страдает? Подростки. У них свое мнение, у родителей — другое, а у их сверстников — третье. Приведу пример. Мой ребенок рассказал мне, что в школе они смотрели новости, учитель дал происходящему собственную жесткую оценку, напугав вероятностью ядерной войны, и вот уже два дня с ребенком не общаются одноклассники. То, что он живет в Британии с двух лет и, хотя и русский, к России не имеет практически никакого отношения, никто не принимает в расчет. И сейчас в школах свободная интерпретация информации взрослыми и детьми — это большая проблема.

Юлия Овчинникова, кандидат психологических наук, практикующий психолог, юнгианский психоаналитик, специалист в области психологии кризисов личности, психологии эмиграции:

— В эти дни многие люди испытывают стыд, вину, гнев, тревогу и разочарование. Вина связана с действием (или бездействием). Помимо личной вины, есть понятие вины коллективной, которую мы испытываем, если люди из нашего «племени» (семьи, коллектива, народа, страны) совершили какой-то проступок. Вина — это реакция на «поломку», которая требует действия — «починки». Сейчас многие россияне как раз испытывают чувство коллективной вины, и оно побуждает к действию, которое можно начать с вопроса: что могу сделать лично я? Ответы на этот вопрос могут быть совершенно разными: можно оставаться в добрых отношениях с соседом, оказывать финансовую поддержку нуждающимся, подписывать петиции, модерировать агрессивные выпады в соцсетях или повседневном общении, помогать детям справиться с тревогой, потоком негативной информации и буллингом в школе. Главное в этой ситуации — сохранить человечность.

Сейчас у многих из нас есть желание обвинить другого, и оно сопряжено с большим риском. Такое желание рождается по двум причинам. Первая — как раз то самое чувство вины, от которого хочется защититься; один из способов защиты — нападение, обвинение другого. Вторая причина — общая накаленная обстановка. Много агрессии, гнева, фрустрации, боли, страха, беспомощности. Эти чувства очень сложно выдерживать, поэтому люди стремятся от них избавиться, бессознательно выгружают их из себя на других. В психологии такой механизм называется проекцией. Упрощенно эту мысль можно выразить так: «Мне небезопасно и тревожно. Что делать?» Назначив причиной нашего неблагополучия другого человека, мы испытываем облегчение, у нас появляется чувство определенности. В стрессовой ситуации наши психические реакции тяготеют к поляризации и расколу: правое или левое, черное или белое. Психолог-юнгианец помогает удержать напряжение противоположностей, увидеть картину более разносторонней и сложной.

Юнгианские аналитики также уделяют большое внимание переживаниям и эмоциональным состояниям, которые как будто выходят за пределы человеческого измерения, ощущаются как нечто глобальное. Человек, оказываясь в центре такого переживания, может потерять связь с собой и реальностью. Задача психолога — вернуть его на землю. Сейчас это может проявляться следующим образом: одни оказываются захвачены «героем», хотят сделать возможное и невозможное, чтобы повлиять на ход событий более масштабно, чтобы решить исход ситуации; другие полностью идентифицируются с полюсом «беспомощной жертвы»; третьи проживают невероятную волну гнева и агрессии, обуреваемы желанием вступить в спор или конфликт, что-то завершить, выяснить отношения или резко их оборвать. Аналитик помогает человеку понять, что стоит за такими сильными эмоциями, вернуть наше осознающее и наблюдающее «я». Поэтому сейчас очень важно обращаться за психологической поддержкой к профессионалам.

Упражнения по борьбе с агрессией. Как справиться с агрессией, управление агрессией

«Не бойся показать себя слабее, чем ты есть. Бойся казаться сильнее, чем ты есть!!»
«Терпение – есть великая добродетель»

Терпение, раздражительность, вспыльчивость, рассеянность, лень слабоволие, агрессия. Владение собой, самодисциплина, самоконтроль. Управление гневом.

Сейчас очень мало счастливых людей. Мы становимся мелкими, эгоистичными, ленивыми, прожорливыми, злыми и завистливыми. Чем больше мы завидуем, тем больше злимся на весь мир. Посмотрите на себя под микроскопом. В большинстве случаев мы злимся не из-за своих идей, а из-за унижения собственных амбиций! Все это разрушает нашу нервную систему, ведет к стрессу, к различным конфликтам.

Многие люди сегодня не справляются со своими эмоциями, такими как раздражительность, гнев, вспыльчивость, агрессия. Достаточно маленькой искры, чтобы разгорелся пожар скандала, последствия, которого непредсказуемы. Особенно это ощущается в транспорте, где люди не сдерживают себя, свои эмоции, свой гнев и агрессию. Почему мы такие агрессивные? Почему нас все раздражает? Очень много случаев проявления агрессивного состояния. Агрессивные люди встречаются нам в транспорте, магазине, на работе. Так же мы сами можем стать без причины агрессивны. Почему так происходит? Что мы черпаем из агрессии? Почему не можем взять под контроль наши эмоции? Как нам научиться мыслить логично, без эмоций? Как научиться терпению, толерантности, выдержке, дипломатии.

Скандал, конфликт, негатив истощают нашу нервную систему.

К тому же в пылу страстей мы произносим такие слова, о которых потом сожалеем, «рвем волосы на голове». Но, к сожалению, что-то можно исправить, но не все. «Мгновенье на устах. Вечность на сердце»

Так хочется владеть собой, иметь самоконтроль, как спасительную страховку.

Вопрос психологу :

Как же исправить ситуацию? Как справиться со своими эмоциями? Как же научиться управлять своими эмоциями, а именно агрессией, гневом? Как уметь тормозить в нужный момент, чтобы потом не раскаиваться? Как выработать толерантность, терпение и выносливость, самоконтроль над собой?

Совет психолога:

Агрессия – негативное качество, которое может накапливаться в организме, как токсичные отходы. Эти отходы находятся на духовном уровне, но при повышении допустимой нормы, которую организм может без труда ликвидировать, они переходят на физический план в виде гастрита, язвенной болезни, повышенного давления, заболевания сердца.

Человек, как правило, может быть агрессивным по нескольким причинам:

1. Когда его нервная система дала сбой, по определенной причине (жизненные проблемы, горе, обида, стресс, депрессия). В этом случае необходимо устранить причину своего внутреннего расстройства. Агрессия уйдет автоматически.

2.Есть такие люди «крысюки», которые специально пытаются разозлить собеседника. Обычно, это несчастливые люди. Они живут в подлости, несчастье других для них, как манна небесная. Как с ними бороться, чтобы их «яд» не проник к нам в нервную систему.

Вспомним великого французского поэта Жоашена Дю Белле:

«Когда мне портит кровь упрямый кредитор,

Я лишь сложу стихи — и бешенство пропало!

Когда я слышу брань вельможного нахала,

Мне любо желчь, излив стихами дать отпор.

Когда плохой слуга мне лжет и мелет вздор,

Я вновь пишу стихи – злости вмиг не стало;

Когда от всех забот моя душа устала,

Я черпаю в стихах и бодрость и задор!»

От агрессии избавляются при помощи определенных упражнений. Либо используют ее силу в мирных целях. Пример, мы видим в сказках. Когда человек использует силу дракона, чтобы вспахать поле.

Рассмотрим несколько стадий агрессии, гнева.

1.Когда вы просто разозлились, еще есть возможность затормозить слив негативной информации.

Задавайте уточняющие вопросы, просьба повторить или дать комментарий, даст возможность слегка погасить накал страстей.

2. Когда точка кипения достигла критической массы, но все-таки вы еще смогли себя удержать от неправильного шага.

Возьмите паузу, для этого создайте иллюзию, что соглашение может быть достигнуто в любой момент. Создание впечатления готовности сотрудничать. Но соглашение оттягивается.

3. Когда агрессия вышла из-под контроля, необходимо исправлять создавшуюся ситуацию.

Агрессия возникает в большинстве случаев, тогда, когда человек не может доказать свою правоту. Возможно, не хватает достаточных аргументов для спора, так же ваш оппонент может быть энергетически сильнее вас. Лучше не доводить до разрушений, однако если это все-таки произошло. Первое, что должны сделать — это смириться с потерями. Что произошло, то произошло. Потом начать созидать нечто новое.

Вопрос психологу :

Как не выступить в роли «идиота», который переходит на крик, когда не может отстоять свою позицию? Как отстоять свою позицию, не прибегая к агрессивным действиям?

Совет психолога:

Сначала ответьте себе на вопрос, что вы хотите?

1. Вы хотите использовать силу агрессии в мирных целях?

Есть упражнения, которые искусственно вызывают агрессию. Тогда вы можете себе сказать, что вы еще всем докажите, что вы лучший. И разозлившись на весь мир, начинаете упорным трудом добиваться намеченной цели. Изучать последние достижения, учиться и применять свои знания для достижения карьеры. Если вы разозлились на своих коллег.

Заниматься своим внешним видом, если проблема в личной жизни. Вы начинаете действовать, однако не забывайте, что главное- это самодисциплина. В процессе действия, уже некогда обращать внимание на мнение окружающей среды. Важен результат ваших действий.

2. Вы хотите стать достаточно ловким, чтобы избегать конфликтных, агрессивных ситуаций?

В этой ситуации необходимо выработать терпение к окружающей вас среде. Как это делать? Старайтесь обходить острые углы в отношениях между людьми. Уходите от прямого столкновения. Задавайте больше вопросов, тяните время, делайте паузы между словами. Говорите медленно. Это даст возможность подумать перед ответом. Отвлекайте вашего собеседника от основной темы, переключайте его внимание. Вы можете посетить наш тренинг «УПРАВЛЯЕМ АГРЕССИЕЙ», где вы научитесь, как избегать подобных ситуаций.

Смотрите расписание тренингов . Главное знать, чего вы хотите добиться в жизни. Либо вы будете созидателем своей жизни, и будете использовать свои знания для достижения своего благополучия. Либо вы станете разрушителем, используя данную технику для ублажения собственных амбиций. Однако, помните, что, разрушая чью-то жизнь, вы разрушаете свою, так как тратите ее в пустоту.

« Гнев рождает ненависть. Ненависть – залог страданий!!».

Про агрессию мы слышим постоянно. Многие ассоциирует с ней применение физической силы, кто-то – повышение голоса, а кто-то – качество, которое мотивирует и помогает нам достигать целей. Зачем человек (здесь каждый может подумать про себя) проявляет агрессию? Будем обсуждать в этой статье. Осторожно, данный текст заставляет задуматься. Шутка. Так что же такое агрессия? Под агрессией принято понимать мотивированное поведение. Да, именно поведение. В этом разница между агрессией и агрессивностью.

Агрессия – это поведение, агрессивность – устойчивая личностная черта. Поведение, которое причиняет вред объекту и вызывает у него психологический дискомфорт. Да, именно по причинению вреда мы можем судить об агрессии. Подразумевается, что объект агрессии не желает подобного обращения с собой, и подобные действия вызывают у него психологический дискомфорт. Здесь идет речь о распределении власти: тот, кто проявляет агрессию, демонстрирует этим то, что он находится выше. Возможно, поэтому многие “пасуют” и теряются перед агрессией, направленной в их адрес. Так как подобными действиями их ставят в подчиненное положение. Современные авторы рассматривают агрессию как импульс к самоутверждению, способ проявления силы. Продолжим ряд: доказать свое превосходство, продемонстрировать власть. На агрессию можно посмотреть как на способ самовыражения. Да, не всегда удачный.

Таким образом, чтобы его изменить, нужно понять, что мы хотим выразить и как это можно выразить по-другому. Эмоциональной составляющей агрессивного поведения является гнев. Человек злится, и первое, инстинктивное действие, это — … Продолжите это предложение самостоятельно. Скорее всего, вы продолжили его, описав одну из форм агрессии: физической (с помощью физической силы), вербальной (с использованием голоса), а может быть косвенной агрессии (направленной на другой объект), или даже аутоагрессии (направленной на себя). Да, существуют разные формы, но об этом в другой раз. В каких ситуациях мы проявляем агрессию? С точки зрения классика экзистенциальной психотерапии, гнев возникает в следующих ситуациях: когда ожидания человека не оправдываются. Ожидания в отношении того, что действительно важно для человека. когда человеку кажется, что его разочарование несправедливо, он его не заслужил, или оно направлено против него специально. когда человек чувствует, что он не может изменить обстоятельства таким образом, чтобы его ожидания оправдались, или хотя бы уменьшить разочарование. Знакомо? Можно взять паузу, чтобы подумать. Идем дальше.

Как справиться с агрессией? Выражать негативные эмоции. Негативные эмоции выражать надо. Иначе в какой-то момент наступает то, что каждый называет по-своему, а, выражаясь психологическим языком – эмоциональный срыв. Когда эмоции не выдерживают, то подключается психосоматика, появляются непонятные боли, которым врачи не могут найти объяснение. Психосоматика – это тема для отдельной статьи.

Знаете анекдот? Маленький зверек: “Это я, белый и пушистый, а это моя подавленная агрессия”. И тут на горизонте появляется большое темное нечто. Пришли к выводу о том, что негативные эмоции выражать надо. Но в какой форме? В той форме, в которой они не смогут никому и ничему причинить вред. Рекомендую придумать свой список из 10 пунктов. На тренинге справляемся с этим за 10 минут. Понять, какие потребности мы выражаем с помощью агрессии и найти другие способы их удовлетворения. Какие потребности? Это может быть потребность в принятии (группой или конкретным человеком), потребность в уважении, понимании. Продолжить этот список можно самостоятельно. Найти замещающий способ поведения.

Мы уже обсудили, что агрессия это не самый удачный способ выражения, значит нужно найти другой, замещающий. Опять же – завершить список самостоятельно. Итого — 15 минут саморефлексии и никакого мошенничества. Шутка. Конечно, пятнадцати минут не достаточно, хочется продолжить, что порой уходят годы психотерапии. Тема агрессии кажется всеобъемлющей и пугающей, и подступаться к ней часто страшно. И многие другие сложности оказываются прочно вплетены в эту паутину: агрессию, которую проявляет сам человек, которую проявляют в его адрес или проявляли раньше, давным-давно, но почему-то забыть ему об этом не удается. Надеюсь, что после прочтения, и после обдумывания, будет проще начать распутывать этот клубок.

ЕСЛИ ВАМ НЕ УДАЛОСЬ НАЙТИ РЕШЕНИЕ СВОЕЙ СИТУАЦИИ С ПОМОЩЬЮ ЭТОЙ СТАТЬИ, ТО ЗАПИШИТЕСЬ НА КОНСУЛЬТАЦИЮ И МЫ ВМЕСТЕ НАЙДЕМ ВЫХОД

    • ЭТО ОПИСАНИЕ ХАРАКТЕРА «НЕСЧАСТЛИВОГО» ЧЕЛОВЕКА

      Его 2 основные проблемы: 1) хроническое неудовлетворение потребностей,2) невозможность направить свой гнев вовне, сдерживание его, а вместе с ним сдерживание и всех теплых чувств, с каждым годом делают его все более и более отчаивающимся: чтобы он ни предпринимал, лучше не становится, наоборот, только хуже. Причина – он делает много, но не то.Если ничего не предпринять, то, с течением времени, либо человек «сгорит на работе», нагружая себя все больше и больше – до полного истощения; либо его собственное Я будет опустошаться и обедняться, появится невыносимая ненависть к себе, отказ от заботы о себе, в перспективе — даже от самогигиены.Человек становится похож на дом, из которого судебные приставы вынесли мебель.На фоне безнадежности, отчаяния и истощения нет сил, энергии даже на мышление.Полная утрата способности любить. Он хочет жить, но начинает умирать: нарушается сон, обмен веществ…Трудно понять — чего ему не хватает именно потому, что речь не идет о лишенности обладания кем-то или чем-то.

      Наоборот — у него обладание лишенности, и он не в состоянии понять чего лишен. Утраченным оказывается собственное Я. Ему невыносимо тягостно и пусто: а он даже не может оформить это в слова.Это – невротическая депрессия . Все можно предупредить, не доводить до такого результата . Если вы узнали в описании себя, и хотите что-то изменить, вам необходимо срочно научиться двум вещам: 1. Выучить нижеследующий текст наизусть и повторять его все время, пока не научитесь пользоваться результатами этих новых верований:

      • Я имею право на потребности. Я есть, и я — есть я.
      • Я имею право нуждаться и удовлетворять потребности.
      • Я имею право просить об удовлетворении, право добиваться того, в чем нуждаюсь.
      • Я имею право жаждать любви и любить других.
      • Я имею право на достойную организацию жизни.
      • Я имею право выражать недовольство.
      • Я имею право на сожаление и сочувствие.
      • … по праву рождения.
      • Я могу получить отказ. Я могу быть один.
      • Я позабочусь о себе в любом случае.

      Хочу обратить внимание моих читателей на то, что задача «выучить текст» не является самоцелью. Аутотренинг сам по себе не даст никаких устойчивых результатов. Каждую фразу важно прожить, прочувствовать, найти ей подтверждение в жизни. Важно, чтобы человек захотел поверить, что мир может быть устроен как-то иначе, а не только так, как он привык его себе воображать. Что от него самого, от его представлений о мире и о себе в этом мире, зависит то, как он проживет эту жизнь. А эти фразы — лишь повод для раздумий, размышлений и поисков собственных, новых «истин».

      2. Научиться направлять агрессию на того, кому она адресована на самом деле.

      …тогда появится возможность испытывать и выражать людям и теплые чувства. Осознать, что гнев не разрушителен, и может предъявляться.

      ХОТИТЕ УЗНАТЬ ЧЕГО НЕ ХВАТАЕТ ЧЕЛОВЕКУ, ЧТОБЫ СТАТЬ СЧАСТЛИВЫМ?

      ЗАПИСАТЬСЯ НА КОНСУЛЬТАЦИЮ МОЖНО ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ:

      ЗА К АЖДОЙ «НЕГАТИВНОЙ ЭМОЦИЕЙ» ЛЕЖИТ ПОТРЕБНОСТЬ ИЛИ ЖЕЛАНИЕ, УДОВЛЕТВОРЕНИЕ КОТОРЫХ И ЕСТЬ КЛЮЧ К ИЗМЕНЕНИЯМ В ЖИЗНИ…

      ДЛЯ ПОИСКА ЭТИХ КЛАДОВ Я ПРИГЛАШАЮ ВАС НА СВОЮ КОНСУЛЬТАЦИЮ:

      ЗАПИСАТЬСЯ НА КОНСУЛЬТАЦИЮ МОЖНО ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ:

      Психосоматические заболевания (так будет корректней) — это те расстройства в нашем теле, в основе которых лежат психологические причины. психологические причины — это наши реакции на травматические (сложные) жизненные события, наши мысли, чувства, эмоции, которые не находят своевременного, правильного для конкретного человека выражения.

      Психические защиты срабатывают, мы забываем об этом событии через время, а иногда и моментально, а вот тело и неосознанная часть психики все помнят и посылают нам сигналы в виде расстройств и болезней

      Порой призыв может быть отреагировать на какие-то события из прошлого, вывести «захороненные» чувства наружу, или симптом просто символизирует то, что мы себе запрещаем.

      ЗАПИСАТЬСЯ НА КОНСУЛЬТАЦИЮ МОЖНО ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ:

      Негативное влияние стресса на человеческий организм, а особенно дистресса, колоссально. Стресс и вероятность развития болезней тесно взаимосвязаны. Достаточно сказать о том, что стресс способен снижать иммунитет приблизительно на 70%. Очевидно, что такое снижение иммунитета может вылиться во что угодно. И еще хорошо, если это будут просто простудные заболевания, а если онкологические болезни или астма, лечение которых уже крайне затруднительно?

За последние десятилетия ситуация сильно изменилась. Мы все больше включены в сильно и быстро меняющийся мир и не можем оставаться равнодушными не только к дурному поведению соседей или родни, но и к горячим конфликтам мирового массштаба, экологическим и экономическим вопросам, многому другому.

В этих условиях злоба и агрессия может стать частью жизни, если вовремя не научиться отделять важное от несущественного для себя. Погружаясь в сложности всеми мыслями, мы можем не заметить, как сами превращаемся в трамвайных хамов, нервных коллег и неуживчивых родственников. Хотя буквально вчера не уважали и осуждали такое поведение.

Ошибку можно совершить в самом начале, поддавшись убеждению, что, раз мир неспокоен и динамичен, справиться с этим нереально и придется жить так. Есть люди, которые всерьез считают, что подобные качества необходимо даже развивать, чтобы морально выжить. Однако выход как раз в другом направлении — только спокойствие!

Как проверить себя

Терпеливость и толерантность, с одной стороны, пропагандируются в нашем обществе, хотя порой это выглядит больше как слабые попытки примириться с реальностью. Но желание отреагировать на все, что задевает, тут же можно реализовать в соцсетях, где пока еще сложно с контролем за оскорблениями. Но глупо перекладывать ответственность за свои чувства на модераторов интернет-изданий. Вопрос в том, насколько часто вы находите в окружающем мире угрозу для себя и насколько адекватно к этому относитесь.

Протестируйте себя по нескольким пунктам и задумайтесь, имеют ли к вам отношение следующие поводы для злости:

1. Сталкиваясь с ситуациями несправедливости к другим, вы чувствуете собственную обиду и вину за то, что происходит.

2. У вас есть склонность критиковать окружающих и наставлять их на путь истинный. Надо понять, какую цель вы преследуете — изменить человека, сорвать злость или защититься.

3. Вы совершаете поступки и говорите то, о чем потом сожалеете.

4. Ваша раздражительность сказывается на вашем здоровье — головные боли, усталость, бессоница.

5. Ваше настроение меняется от тех ситуаций, которые напрямую не влияют на вашу жизнь.

Все эти признаки могут говорить о том, что в вашей жизни слишком много избыточных негативных эмоций и стоит разобраться с этим подробнее.

Что делать, чтобы снизить уровень агрессии

1. Выражать гнев приемлемыми формами. Чаще всего мы не в силах контролировать именно способ выражения злости, а собственно эмоция имеет полное право на существование. Важно не путать запрет на грубость с запретом на само чувство. Известно, что подавлять уже вспыхнувшую агрессию еще вреднее, чем выпустить ее наружу. Старайтесь формулировать свою претензию и вежливо ее излагать.

2. Не вываливать на оппонента все, о чем вы давно молчали (даже если причина есть и не одна). Обсуждайте только тот повод, который волнует вас в текущий момент. Нередки случаи, когда и мы, и наши близкие, попав под раздачу, получаем не только за себя, но и за страну, правительство и международную ситуацию.

3. Стараться не копать глубоко. Наши фантазии заводят нас в такие дебри ложных причин и следствий, из которых выбираться потом приходится не один год. Толкнувший вас прохожий не хотел вас обидеть — он спешит, не разлюбил, а просто устал. Остановите ход рассуждений на простых выводах, тем более, что скорее всего, так и есть.

4. Определить свою потребность. Наша злоба — показатель. Почему вы ввязываетесь в разговоры о политике? Жаждете общения, хотите привлечь к себе внимание, ищете применения интеллекту? Понимая главный мотив, реализуйте его и получайте удовольствие, не акцентируя на досадных мелочах.

5. Сообщать о своих трудностях. Если проблема повторяется, а вспышки ярости не удается контролировать, просите о помощи. Рассказать близким о своих чувствах и рассчитывать на то, что их учтут — вполне естественно. Так можно убедиться, что вокруг вас — не враги.

6. Сопереживать. Это высший пилотаж, но пробовать можно. То, что раздражает вас, скорее всего, и у другого человека вызвало тревогу. Иногда мы ссоримся просто потому, что находимся в одном эмоциональном поле, а делить нам нечего. Сочувствуя другому, мы можем увидеть, что повод не стоит реакции.

7. Ощутить свою авторитетность. В большинстве случаев мы испытываем ущемленность в момент злости, не осознавая своей значимости. Но на самом деле она никуда не девается и остается только ее показать. Важно вспомнить, что вы — человек уверенный и не впадаете в панику из-за ерунды.

8. Не искать причин и виноватых. В целом злиться и нервничать — нормально, если не начинать вдаваться в разбор полетов, поиск ответственного за все в этом мире и досаду на то, что мир несовершенен. Понервничать и перестать — лучший выбор.

9. Найти смысл жизни. Звучит сказочно, но работает вполне рационально. Держаться на плаву и не тонуть при каждой набегающей волне помогает понимание ценности своего существования. Когда вы спешите навстречу радостному событию (встречу с любимым, домой к детям, на увлекательные курсы языка), будете ли вы тормозить из-за мелкой ссоры или плохой погоды? Вряд ли.

10. Забывать. Этот механизм отказывает, если есть стремление накручивать себя и страдать не по делу. Но согласитесь, что в этом случае плохую память стоит даже потренировать. Негативные сценарии перестанут затягивать вас вглубь переживаний, как вас обидели вчера или полчаса назад.

Бывает, что агрессивным становится близкий человек. Что делать? Смотрим видео!

Приветствую вас, дорогие читатели!

С этой статьи я начинаю цикл публикаций,

посвященных регуляции таких эмоций, как гнев и агрессия.

В них я представлю несколько психологических техник, позволяющих смягчить негативные эффекты

присутствия этих эмоций в нашей жизни.

Борьба с агрессией, гневом, раздражительностью, злостью и прочими отрицательными эмоциями

– это неотъемлемый элемент .

О природе агрессивности и основных причинах враждебного поведения человека я рассказывал в статье:

А об ее проявлениях в отношениях между мужчиной и женщиной вы можете прочитать в заметках о и .

Содержание этой статьи:

Формы проявления агрессии

Регуляция агрессии

Техника «5 шагов»

Для того чтобы враждебность и другие отрицательные эмоции оказались под вашим контролем и даже пошли вам на пользу

(как бы это глупо не звучало, но такое возможно),

следует знать, что они есть мощная эмоциональная энергия.

Она направлена на изменение окружающего мира и адаптацию к нему.

При этом существуют две…

Формы проявления агрессии

Неконструктивная (или примитивная) и конструктивная (или цивилизованная).

Неконструктивная агрессия – это энергия враждебности. Он нацелена на разрушение и уничтожение.

Может быть полезной в качестве защитной реакции при нападении.

Но, как правило, в человеческих взаимоотношениях она лишь разрушает.

Вспомните, например, раздражительного и злого человека, стремящегося во что бы то ни стало отстоять свои интересы или просто досадить окружающим.

Конструктивная агрессия направлена на творческое преобразование мира.

В цивилизованных формах она проявляется в виде инициативности, решительности, предприимчивости, в виде творческих порывов.

К примеру, раздражительный и сердитый человек, вместо того, чтобы выплеснуть свою злость на других людей, направляет ее на создание какого-то социально значимого продукта.

В данном случае, примитивная враждебность преобразуется в конструктивную энергию и начинает служить человеку и окружающим его людям.

Что нужно, для того, чтобы такое происходило как можно чаще? Для этого необходима …

Регуляция агрессии

Она заключается в проработке негативных эмоциональных состояний. Их следует осознать, проговорить и выразить посредством социально приемлемых способов.

Например, это можно сделать, применив так называемые замещающие действия.

Так, злость на человека может быть проработана путем активных физических действий (бой с тенью, с боксерской грушей, занятия подвижными играми и т.п.).

А поскольку гнев и агрессия практически всегда связаны с высоким уровнем стресса, то его снижение, как правило, уменьшает и кипение и этих эмоций.

Об этом можно прочесть в статьях:

Когнитивной проработке враждебности, вербальной разрядке гнева, осознанию конфликтной ситуации и изменению отношения к ней хорошо способствует…

Техника 5 шагов

Она позволяет позитивно переструктурировать проблему, выразить гнев и враждебность, проработать незавершенный конфликт.

Этот способ регуляции гнева походит на технику « ».

Что для этого нужно?

Допустим, в результате конфликта со своим руководителем или коллегой, вы кипите от злости и с трудом справляетесь с агрессией.

Возьмите лист А4. Нарисуйте таблицу, состоящую из 5 колонок. Оформите ее так, как указано в примере ниже.

ЭмоцииМыслиПотребностиНегативная сторона проблемыПозитивная сторона проблемы
Наиболее вероятные действия, направленные на конструктивное решение данной проблемы

Затем приступайте к проработке гнева и враждебности.

Для этого вам необходимо осознать и описать в соответствующих колонках свои внутренние состояния и переживания.

Шаг 1. Осознание эмоций.

Осознайте и выпишите все ваши эмоции и чувства, с которыми вы столкнулись в данной конфликтной ситуации.

«Что я чувствовал?»

«Что со мной происходило?»

«Какими были мои реакции?»

«Как реагировало мое тело?»

и т.п.

Шаг 2. Осознание мыслей.

Осознайте и выпишите все ваши мысли, с которыми вы столкнулись в данной ситуации. Важно найти и прописать мысли по отношению к самому себе, к другим участникам конфликта и к ситуации в целом.

Этому помогают вопросы:

«Какие мысли мелькали в моей голове во время конфликта?»

«О чем я думал?»

«Какие образы были в сознании?»

Шаг 3. Осознание потребностей.

Осознайте и выпишите интересы и потребности, которые оказались затронутыми и ущемленными в результате состоявшегося конфликта.

В процессе осознания задавайте себе вопросы:

«Какую часть моей личности мешает реализовать данная ситуация?»

«Какие мои стремления и интересы были затронуты и ущемлены?»

«Достижению каких моих целей препятствует этот конфликт?»

Шаг 4. Осознание негативной стороны проблемы.

Осознайте и выпишите все негативное, что связано с данной ситуацией.

В особенности ваши неправильные действия, отрицательные мысли и чувства (например, излишние гнев и агрессия), которые привели к ухудшению ситуации (неконструктивные способы поведения).

Шаг 5. Осознание позитивной стороны проблемы.

Осознайте и выпишите все позитивное, что связано с данной ситуацией.

В особенности ваши конструктивные действия, мысли и чувства, которые могли бы исправить ситуацию или, действительно, положительно повлияли на нее и не дали ей ухудшиться (конструктивные способы поведения).

На этом шаге вам помогут психологические методы, представленные в статье

Как можно видеть, данная техника довольно проста. Но проводимая с ее помощью борьба с агрессией очень эффективна.

Она позволяет изменить отношение к ситуации, осознать и вербализовать ищущие выхода злость, раздражение и неудовлетворенность.

При этом гнев, страх и агрессия переводятся в конструктивное русло, направляются на активное преодоление конфликта.

Кроме этого, техника 5 шагов может быть дополнена и методом фрирайтинга. Он представлен в статье « ».

На этом все. Берегите себя!

До встречи в следующей публикации.

В ней я продолжу рассказывать о техниках и методиках борьбы с агрессией и раздражительностью.

Буду очень Вам признателен, если оставите свой

Алевтина Грицышина
психолог

«Прислушивайтесь к собственному раздражению»

— Агрессия присутствует в каждом человеке. Это абсолютно естественная эмоция. Она необходима нам для того, чтобы что-то изменить в жизни. Это и сигнал, который указывает, что есть проблема, и побуждение к действию, и энергия, которая помогает преобразовать ситуацию.

Агрессия, как правило, возникает в двух случаях:

  • нарушаются ваши личные границы;
  • беспокоят неудовлетворенные потребности.

Злость приходит, когда возникает острая необходимость что-то поменять в жизни. Без нее было бы трудно даже в самых, казалось бы, обыденных ситуациях.

Допустим, вам наступили на ногу. Вы разозлились, попросили убрать ногу или сами дистанцировались, то есть благодаря злости изменили ситуацию, чтобы вернуть себе комфорт. А что, если бы вам было все равно? Или не все равно, но вы стеснялись бы сказать о своем дискомфорте тому, кто вам его доставляет, боясь обидеть? Ведь так часто нам неудобно проявлять свою злость. Многие предпочитают молчать и терпеть, что приводит к подавленному состоянию и разного рода проблемам.

Раздражение и злость — прекрасные лакмусовые бумажки внутреннего состояния. Нельзя игнорировать эти чувства. Наоборот, прислушивайтесь. Они не намекают, а дают точно понять, что что-то в вашей жизни идет не так.

«Нас с детства учили заталкивать злость глубоко внутрь себя»

— Сегодня появилось больше подавляющих факторов: разрастающиеся мегаполисы, быстрый ритм жизни, конкуренция и так далее. Однако я не согласна, что люди из-за этого стали более агрессивны. Наоборот, замечаю, что все больше мужчин и женщин начали задумываться над природой своих эмоций. Страх и стыд обратиться к психологу за помощью сильно уменьшился за последние 10 лет, в свободном доступе много литературы и полезных статей, которые помогают разобраться в личных проблемах, понять себя. Сейчас проводится много семинаров, тренингов, лекций на тему повышения уровня эмоциональной осознанности. Навести порядок в своей душе при желании может каждый человек. И, если не справляется сам, то обращается за помощью к квалифицированному специалисту.

Не ищите оправданий, не перебрасывайте ответственность на происходящее вовне. Важно уметь быть в адекватном контакте со своей злостью. Это не значит, что можно вопить на других людей или крушить все вокруг. Необходимо признать то самое чувство, понять, что оно есть, и принять его, а не заталкивать куда поглубже, чтобы, не дай бог, кто-то его не заметил.

В нашем менталитете не принято открыто демонстрировать злость. С детства учили, что злиться плохо, не стоит показывать свои эмоции, необходимо сдерживать себя. Особенно часто это говорят представительницам прекрасного пола: «Ну, ты же девочка! Когда ты злишься, становишься некрасивой. Никто такую злюку замуж не возьмет», — и так далее. Однако в равной степени и мужчины, и женщины должны осознавать легальность этого чувства в себе и не бояться его проявлений.

«Негативные эмоции заразны»

— Чтобы справиться с собственной злостью, мы можем сделать следующее:

  • решить проблему, которая вызывает негативные эмоции;
  • дистанцироваться от тех факторов, которые вызывают у вас сильное раздражение, к примеру — прервать контакт с конфликтным человеком.
  • сублимировать агрессию в творчество, работу, спорт, какую-то активную деятельность. Но это временная мера, так как она не решает саму проблему, а только позволяет «выпустить пар».

— Самое плохое — копить агрессию внутри. Многие психологи вам скажут, что опаснее не тот человек, который всегда резко высказывается, громко доказывает свою точку зрения, активно размахивая руками, а тот, кто способен долго молча глотать обиды.

Если агрессия не находит выхода вовне, она обращается внутрь и точит организм, перевоплощаясь в болезни. Этот механизм называется аутоагрессией. Поверьте, она может быть очень опасной. Но не менее страшно, когда злость перекидывается на тех, кто ни в чем не виноват.

Составим простую цепочку событий. На мужчину постоянно орет начальник на работе. Тот терпит, стиснув зубы, потом приходит домой и орет на жену, ведь за день у него накопилось много раздражения. Допустим, жена не защищается, молчит, боится еще больше разозлить мужа своим ответом. НО! Скорее всего, в итоге сорвется на ребенке. А потом родители с удивлением будут думать, почему их хороший и добрый сын пинает собачку?! Агрессия может передаваться, она заразна. Такая вот неприятная эстафета.

Что делать с данной ситуацией? Мужчина может не орать на жену. Но если он не разберется с рабочей ситуацией (то есть не решит конфликт или не уйдет из компании), ему нужно будет как-то обходиться с постоянно накапливающейся злостью. Самый простой способ у многих — утешаться алкоголем. Но это деструктивный вариант. Есть и другие способы. Можно пойти в спортзал, на охоту, поехать покричать в лес. Все эти методы хороши, но только для того, чтобы разрядиться на время. Если хотите — это подавление симптомов без устранения причины недомогания.

«Не доводите себя до ярости!»

— У наших агрессивных чувств существует определенная градация.

1. Раздражение. Когда человек лишь начинает ощущать дискомфорт. Ему неприятна какая-то ситуация или поведение окружащих. Возможно, даже сам пока не понимает, что что-то ему не нравится. Раздражение — чувство низкой интенсивности.

2. Злость. Тут, как правило, причина уже ясна. Или человек просто отказывается ее признавать. Если злость накрыла, отступать поздно. Нужно слиться с ней, прочувствовать ее, объяснить себе: «Я злюсь, мне неприятно и обидно, меня просто распирает от несправедливости». Не отказывайтесь от этой эмоции. Она дает необходимую энергию для действий. И, если вам понятно, как исправить неприятную ситуацию, то действуйте немедленно, пока есть силы и желание на это. Если вы еще не решили, что делать, либо кажется, что любые действия сейчас будут неправильными, попробуйте успокоиться. Для этого можете прогуляться, пробежаться, помесить грушу, порвать бумагу на клочки и так далее.

Когда станет легче, сядьте и спокойно подумайте, что конкретно вас бесит, в чем корень зла и как можно все исправить. До следующей стадии постарайтесь себя не доводить.

3. Ярость. Самое аффективное состояние. Именно в неконтролируемой ярости мы можем совершать поступки, о которых потом жалеем. Чувства захлестывают, эмоции переполняют, а крик разума не слышен совсем.

Если у вас частые вспышки ярости на протяжении длительного времени — это повод обратиться за помощью к психологу. Скорее всего, на более ранних этапах, когда вы чувствовали просто злость или раздражение, вы никак не меняли ситуацию, а игнорировали свои эмоции. И в какой-то момент этот снежный ком разросся до ярости, где становится сложно себя сдерживать и адекватно действовать.

Переход к ярости может быть внезапным. Человек копит-копит-копит, а потом кто-то рядом обронил неосторожную фразу или упала кружка со стола, и человек взрывается. Остановить эту бурю без потерь очень сложно.

Кроме того, ярость часто возникает у наших партнеров, когда мы не сопротивляемся агрессии с их стороны. Выше приведенный пример с мужем, который приходит с работы и кричит на жену, очень показателен. Скорее всего, так происходило не всегда, а начиналось постепенно. Сначала муж, вероятно, просто раздраженно разговаривал с женой, говорил, что ему не нравится борщ, ее фигура и беспорядок в доме. Она же в ответ молчала, пыталась как-то угодить и тем самым закрепляла в сознании мужа мысль, что с ней так можно обходиться. И чем больше она терпела, тем сильнее муж мог агрессировать на супругу. Через год таких отношений он уже разрешает себе не просто раздраженно критиковать, а орать. Еще через год или раньше может начать ее бить. И в этой ситуации мы видим явный дисбаланс в отношениях — муж не контролирует свою агрессию, а жена, наоборот, подавляет ее в себе.

— Подавленная агрессия порой трансформируется в апатию. Когда ничего не хочется, когда ни на что нет сил, никаких целей и желаний. И застрять в данном состоянии можно надолго. Если ничего не предпринимать, так недалеко и до депрессии. Нужно разбираться, где вы потеряли свою злость, на каком этапе вы стали ее игнорировать. Лучше, конечно, делать это вместе с психологом.

«Агрессия — наш внутренний резерв, наша скрытая сила»

— Правильно взаимодействовать с агрессией нужно учиться с детства. В этом ребенку могут помочь родители, когда они не запрещают злость, а в тот момент, когда малыш топает ножкой и кричит, спокойно говорят: «Да, я вижу, что ты недоволен. Это чувство называется злость. Я понимаю, что тебе неприятно. Но я все равно не могу сейчас купить тебе игрушку». А затем объясните, почему вы не можете приобрести этого плюшевого мишку или робота, получится ли перенести покупку на попозже или что малыш может сделать, чтобы заслужить желанный приз. Запретить ребенку выражать злость проще и удобнее, но не полезнее для его развития.

Еще раз повторю: злость высвобождает резервы энергии. Вы даже представить себе не можете, какие невероятные ресурсы она открывает!

Я знаю случай, когда во время терапии группа выполняла одно психологическое упражнение, в котором воссоздавалась ситуация с травмой насилия. Клиентка — взрослая, но хрупкая невысокая женщина — всю жизнь чувствовала себя «замороженной», не уверенной в себе, незащищенной. Но когда с помощью психолога и группы ей удалость выйти на свою подавленную злость и высвободить ее, наконец, она показала такую физическую и эмоциональную силу, благодаря которой смогла одна противостоять одиннадцати взрослым людям, которые держали ее по условиям упражнения! За каких-то пару секунд женщине удалось соединиться со своей силой и оттолкнуть всех участников, которые фиксировали ее спину, руки и ноги. Этот опыт помог клиентке переписать ситуацию насилия и почувствовать себя победительницей, а не жертвой. Новые ощущения позже благоприятно сказались на всех сферах ее жизни.

Почему бы не подружиться со своей злостью и не научиться использовать эту силу себе на пользу? Из любой ситуации есть выход. Желаю вам всегда выбирать самый эффективный.

Управление агрессией — Portico

Из: Глава 4, «Нормальная» агрессия, в Acting Out (© 2007)

 

столкнуться с агрессивным поведением в какой-то момент. Описанные ниже стратегии помогли снизить интенсивность агрессивного поведения среди детей и молодежи в лечебных учреждениях. Эти стратегии призваны помочь вам разрядить обстановку или успокоить молодого человека; выяснить, что вызвало взрыв, и устранить причину; и построить лучшие отношения с молодыми людьми, чтобы выяснить, нуждаются ли они в особой помощи.

Контролируйте свой язык тела и тон голоса

С помощью наших жестов, поз и выражений лица мы выражаем физические, умственные или эмоциональные состояния и сообщаем их другим невербально. Наш язык тела и тон голоса могут подчеркивать смысл произнесенных нами слов или противоречить этому сообщению.

Если вы столкнулись с молодым человеком, который ведет себя агрессивно или угрожает, обязательно контролируйте язык тела и тон голоса.Определенные типы языка тела и тон голоса могут беспокоить некоторых молодых людей и повышать уровень их агрессии.

Делайте:

  • говорите спокойно и даже
  • сохраняйте выражение лица как можно более нейтральным, чтобы не показывать эмоции связаться с вами 
  • убедитесь, что у человека достаточно физического пространства 
  • если вам нужно, потратьте несколько секунд, чтобы успокоиться, прежде чем взаимодействовать.

Нельзя:

  • трясти пальцами перед лицом молодого человека
  • класть руки на бедра
  • смотреть, ухмыляться, хмуриться или хмуриться
  • подходить слишком близко 90speration

    900

  • хлопать дверью, книгами или другими предметами.

Сохраняйте спокойствие

Когда вы сталкиваетесь с ребенком или подростком, который ведет себя агрессивно, вы можете рассердиться или расстроиться. Эти чувства естественны, но если вы их проявите, вы можете еще больше расстроить молодого человека.Подойдите спокойно и постарайтесь, чтобы молодой человек сосредоточился на своих чувствах. Используйте простые утверждения, например: «Похоже, вам тяжело. Так не должно быть». Помните, что когда вы приближаетесь к молодым людям, которые ведут себя агрессивно, они часто становятся вербально агрессивными по отношению к вам. Они могут кричать или ругаться; игнорируй это. Не принимайте на свой счет негативные заявления, сделанные вам в такое время. Также не пытайтесь решить проблему или конфликт, которые привели к агрессивному поведению, пока молодой человек ведет себя агрессивно по отношению к вам.Сначала сосредоточьтесь на том, чтобы дать человеку понять, что вы заботитесь о нем или о ней, обеспокоены происходящим и готовы помочь.

Предложите выход

Предложите молодому человеку выход из ситуации. Дайте четкий выбор с безопасными ограничениями. Таким образом, вы позволяете молодому человеку сохранять чувство контроля. Вы можете дать человеку возможность сохранить свою самооценку. Например, вы можете спросить: «Хотели бы вы немного посидеть там, чтобы собраться с мыслями?»

Отпугивать наблюдателей

Когда молодой человек капризничает, попросите сверстников, которые могут наблюдать, покинуть помещение и продолжить свою деятельность.Например, если конфликт между учащимися вспыхивает в школьном коридоре, направьте учеников, которые не вежливо, но твердо вовлечены, в следующий класс или уведите спорящих учеников подальше от толпы в пустой класс. Реакция толпы может побудить некоторых молодых людей повысить агрессивность своего поведения.

Не угрожайте

Не предупреждайте о последствиях, к которым вы не готовы. Молодые люди не будут хорошо реагировать на предупреждения, если они узнали из прошлого опыта, что им не обязательно придется столкнуться с ними лицом к лицу.Когда молодой человек демонстрирует очень агрессивное поведение, не поддавайтесь искушению угрожать ему или ей последствиями, которые, как вы знаете, не могут быть выполнены, или последствиями, которые являются неоправданно суровыми.

Не делайте прогнозов

Слова «Ты всегда делаешь это, когда…» подкрепляют негативное поведение.

Дождитесь подходящего момента

Подождите, чтобы поговорить с молодым человеком о неприемлемом поведении, пока не закончится инцидент, связанный с агрессией, и все не успокоятся.

Обеспечение безопасности

Убедитесь, что молодые люди и сотрудники, присутствующие во время инцидента, связанного с агрессией, всегда находятся в безопасности. Если вы не можете контролировать ситуацию, будьте готовы позвать на помощь другого сотрудника, администратора или полицию, в зависимости от ситуации.

Правильно реагировать на угрозы

В большинстве случаев дети или подростки, которые угрожают, не выполняют их. Поэтому вы можете использовать многие из советов, перечисленных в этом разделе, для борьбы с угрозами.Ваша главная цель будет состоять в том, чтобы заставить угрожающего молодого человека сосредоточиться на том, что он или она чувствует, и отвлечься от любого объекта агрессии. Вы можете сделать это, комментируя, например: «Вы, должно быть, очень плохо себя чувствуете, раз говорите что-то подобное. Что происходит?»

Не всегда легко предсказать, осуществит ли молодой человек угрозу, даже если вы успешно справились с кризисом, во время которого была произнесена угроза. Чтобы определить, будет ли угроза осуществлена, подумайте о прошлом поведении того, кто ее высказал.Молодые люди, которые вели себя агрессивно, портили имущество, поджигали, причиняли вред животным или демонстрировали другие проблемы с поведением в прошлом, с большей вероятностью, чем в среднем, реализуют угрозу. В таких случаях вам может потребоваться связаться с поставщиком психиатрических услуг или полицией, в зависимости от ситуации.

Всегда серьезно относитесь к ситуации, если молодой человек угрожает:

  • причинить вред или убить кого-либо
  • причинить вред или убить себя
  • повредить или уничтожить имущество.

После того, как инцидент закончился

После того, как инцидент, связанный с агрессией, закончился и все успокоились, пришло время обсудить ситуацию с молодыми людьми, которые были вовлечены. Затем вы можете помочь им понять, что вызвало инцидент, и придумать способы предотвращения проблем в будущем. Вот несколько советов по работе с молодыми людьми после инцидента:

  • Поговорите с каждым молодым человеком наедине. Быть почтительным. Спросите их, что, по их мнению, произошло и как инцидент мог повлиять на других.Выслушайте все стороны истории.
  • Спросите молодых людей, не хотят ли они услышать о том, что вы видели во время инцидента. Затем дайте каждому из них возможность прокомментировать, считают ли они ваши впечатления правильными или нет.
  • Расскажите о своих опасениях по поводу агрессивного поведения.
  • Завершите действия с последствиями, которые обсуждались ранее, например, с потерей привилегий.
  • Вместе исследуйте стратегии решения проблем. Помогите молодым людям понять, что они могли бы сделать по-другому.Укажите подходы, о которых вы, возможно, уже говорили. Поговорите о том, как они могут использовать эти подходы в будущем.
  • Если молодые люди просят вас выступить посредником в конфликте со сверстником, будьте доступны и нейтральны.

Управление гневом и агрессия | Psychology Services

Общество часто рассматривает гнев как негативное состояние настроения, но гнев может быть и позитивным. Он сообщает вам, когда вам что-то не нравится, и позволяет нам отстаивать несправедливость. Проблема в том, что мы не реагируем на гнев самым полезным образом.В этом случае гнев усиливает конфликт и в конечном итоге причиняет боль тем, кого мы любим больше всего. На самом деле, люди, о которых мы заботимся больше всего, чаще всего задевают нас за живое. Это часто приводит к крику, ругани, проклятиям или ударам человека[1]. Учитывая, что это люди, о которых мы заботимся больше всего, мы хотим научиться лучше справляться со своим гневом.

 

Что лежит в основе гнева?

Как и все эмоции, гнев является эволюционно адаптивной эмоцией. Он предупреждает нас об угрозе и активирует реакцию «бей-беги-замри».Учитывая, что гнев — это эмоция «приближения», мы с большей вероятностью приблизимся к воспринимаемой угрозе, когда злимся, чтобы защитить себя или кого-то, кого мы любим. Проблема возникает, когда мы неправильно идентифицируем угрозу. Мы злимся и направляемся к угрозе. Как правило, это злит другого человека и, таким образом, приводит к драке, словесной или физической. Это повышает вероятность того, что вы видите в другом человеке угрозу, и только увеличивает вероятность того, что вы снова разозлитесь в будущем.

Также, хотя гнев является первичной эмоцией, он также может быть вторичной эмоцией. Гнев часто используется, чтобы защитить себя от обиды. Признание обиды и боли на самом деле может помочь вам получить поддержку, а не отталкивать другого человека в гневе. Медом вы поймаете больше мух, чем уксусом.

 

Лечение

Цель терапии не в том, чтобы устранить гнев, а в том, чтобы научиться относиться к нему иначе. Это поможет вам освоить навыки, чтобы ваш гнев не стал непреодолимым и не заставил вас делать то, о чем вы сожалеете.Мы хотим помочь вам лучше общаться, видеть точку зрения другого человека в данный момент и терпеть, когда кто-то перебивает вас в дороге. Какой бы ни была ситуация, мы хотим дать вам инструменты для управления гневом.

Если это вам подходит, не стесняйтесь обращаться за бесплатной консультацией по телефону.

Источники:

[1] Тафрате, Р. К., Кассинов, Х., и Дандин, Л. (2002). Эпизоды гнева у взрослых с высоким и низким уровнем гнева.Журнал клинической психологии, 58 (12), 1573-1590.

Концептуальный обзор лабораторных парадигм агрессии | Коллабра: Психология

Агрессия часто определяется как поведение, совершаемое с намерением причинить вред человеку, который, как считается, хочет избежать причинения вреда (например, Baron & Richardson, 1994). Соответственно, социологи разработали несколько задач для изучения агрессии в лабораторных условиях; задачи, которые мы называем «лабораторными парадигмами агрессии».«Однако из-за юридических, этических и практических проблем, связанных с провоцированием агрессии в лабораторных условиях, возможно изучать только очень умеренно опасную агрессию. В текущем концептуальном обзоре рассматриваются критерии, необходимые для изучения агрессии в лабораторных условиях, обсуждаются сильные и слабые стороны нескольких новых и/или широко используемых парадигм агрессии в лабораторных условиях, а также предлагаются рекомендации для будущих исследований агрессии в лабораторных условиях. . В совокупности мы надеемся, что текущее обсуждение поможет исследователям описать вклад и ограничения лабораторных исследований агрессии и, в конечном счете, поможет повысить информативность лабораторных исследований агрессии.

Агрессия является общей чертой социальных взаимодействий и, таким образом, является предметом изучения социологов на протяжении десятилетий. Одним из ценных подходов к выявлению и пониманию предполагаемых причин агрессии является лабораторное исследование, которое требует пригодных и надежных методов измерения агрессии в очень искусственных лабораторных условиях. Однако поведение, которое является явно агрессивным, например, когда один человек наносит сильный удар другому человеку оружием, чревато юридическими, этическими соображениями и соображениями безопасности как для участников, так и для исследователей; и было бы логистически трудно допустить, чтобы это произошло в лабораторных условиях.Таким образом, намеренное провоцирование такой крайней агрессии не является жизнеспособным вариантом в рамках лабораторных исследований. По этим причинам исследователи агрессии разработали ряд задач, которые якобы измеряют агрессию, считаются безопасными для участников и исследователей и этически и юридически допустимыми в лабораторных условиях. Все вместе мы называем эти задачи «лабораторными парадигмами агрессии».

Главные цели текущей рукописи состоят из трех частей: (1) определить критерии, которые необходимы для того, чтобы поведение в рамках этих лабораторных парадигм считалось агрессивным, (2) обсудить сильные и слабые стороны нескольких существующих лабораторных исследований. основанные на парадигмах агрессии, и (3) предложить рекомендации по улучшению исследований с использованием лабораторных парадигм агрессии.Мы разделили текущую рукопись на три основных раздела, организованных вокруг этих целей. В первом основном разделе обсуждаются концепции агрессии и их значение для измерения агрессии в лабораторных условиях. Во втором основном разделе обсуждаются несколько существующих парадигм лабораторной агрессии. В заключительном основном разделе излагается ряд рекомендаций, которые, по нашему мнению, максимизируют вклад лабораторных исследований в совокупную и прогрессивную науку об агрессивном поведении.

Общепринятое определение агрессии, и определение, которое мы используем в настоящей рукописи, — это «поведение, совершаемое с намерением причинить вред человеку, который мотивирован избегать такого поведения» (Baron & Richardson, 1994, стр. 7; см. также Anderson & Huesmann, 2003 и Parrot & Giancola, 2007). Если придерживаться этого определения, любое поведение считается агрессивным, когда оно совершается (а) с намерением причинить вред цели и (б) с убеждением, что цель хотела избежать такого поведения.Сильной стороной этого определения является интуитивное разграничение между преднамеренно вредным поведением, которое не является агрессивным (например, стоматолог причиняет пациенту боль в процессе удаления зуба; партнеры, причиняющие боль по обоюдному согласию ради сексуального удовольствия, и т. д.) и преднамеренно вредным поведением. которые являются агрессивными (т. е. бьют кулаками, кричат ​​и т. д.).

Также следует отметить, что степень, в которой поведение действительно причиняет вред, не имеет отношения к тому, считается ли это поведение агрессивным.То есть агрессия, по определению Бэрона и Ричардсона, определяется на основании того, было ли поведение направлено на причинение вреда, а не того, действительно ли причиняется вред как следствие поведения. Например, человек, который бьет другого человека, ведет себя агрессивно, даже если этот человек избегает удара и избегает получения какого-либо вреда. Таким образом, агрессия может или не может причинить вред. И поведение, причиняющее вред, может или не может считаться агрессивным.

В попытке классифицировать широкий спектр форм поведения, к которым может быть применимо определение агрессии, данное Бароном и Ричардсоном (1994), Парротт и Джанкола (2007) предложили классификацию того, как может проявляться такое агрессивное поведение.В рамках своей таксономии агрессивное поведение различается по ортогональным измерениям прямых и косвенных выражений, а также активных и пассивных выражений. Например, физическая драка будет считаться прямой и активной формой физической агрессии, тогда как отсутствие исправления заведомо ложных сплетен будет считаться косвенной и пассивной формой вербальной агрессии (в той мере, в какой человек считает, что его бездействие косвенно приведет к вредное последствие для целевого лица).Поскольку Парротт и Джанкола придерживаются определения агрессии, предложенного Бэроном и Ричардсоном, каждое из этих проявлений агрессии по-прежнему должно соответствовать описанным выше критериям. Примечательно, однако, что таксономия Паррота и Джанколы тонко модифицирует определение Барона и Ричардсона, включив в него преднамеренное отсутствие поведения, которое вследствие бездействия направлено на причинение вреда целевому лицу (которого, как считается, цель мотивирует избегать) .

Другим аспектом агрессии является крайность предполагаемого вреда, причиняемого поведением.Хотя это и не включено в таксономию Parrott and Giancola (2007), агрессивное поведение различается по степени, в которой поведение, если оно будет успешно реализовано до конца, причинит вред реципиенту. Таким вредом может быть интенсивность и продолжительность причиняемой физической боли, степень, в которой поведение вызвало травму или пагубный результат, и т. д. В своей рукописи Парротт и Джанкола приводят примеры поведения, которые находятся в одном и том же концептуальном пространстве в их прямо-косвенная, пассивно-активная таксономия и сильно различаются по степени вредоносности.Например, прямая активная агрессия может варьироваться от поведения, причиняющего относительно серьезный вред, такого как телесные повреждения (например, нанесение ударов кулаком, ударом другого человека оружием и т. негативный психологический опыт (например, создание угрожающего лица, принятие агрессивной позы и т. д.). Точно так же два агрессивных поведения могут быть одинаково вредными и располагаться в разных концептуальных пространствах в их таксономии. Например, выстрел в другого человека из пистолета — это крайне вредное прямо-активное агрессивное поведение, тогда как тайное отравление другого человека — крайне вредное косвенно-активное агрессивное поведение.

Хотя определение Барона и Ричардсона (1994) требует, чтобы агрессивное поведение происходило с намерением и с верой в то, что реципиент хочет избежать такого поведения, не обязательно подразумевается, что «причинение вреда» является скрытым мотивом поведения, а не просто инструментом. для достижения некоторых других целей (например, Buss, 1961). Человек, ведущий себя агрессивно, делает это с намерением причинить вред реципиенту по определению (согласно Бэрону и Ричардсону), но другие мотивы могли в первую очередь заставить человека вести себя агрессивно (см. также Bushman & Anderson, 2001 для аналогичные рассуждения).Короче говоря, агрессия иногда является эффективной стратегией для достижения своих целей.

По этой причине Фергюсон и Бивер (2009) отказались от определения Барона и Ричардсона (1994) и предложили определять агрессию как поведение, «повышающее собственное положение в иерархии доминирования за счет другого» (стр. 287). Точно так же теория социального взаимодействия Тедески и Фелсона (1994; см. также Фелсон и Тедески, 1993) также концептуализирует агрессию как инструментальное поведение, которое люди иногда используют для достижения своих социальных мотивов.Подобно Фергюсону и Биверу, в социально-интеракционистском подходе у людей может быть непосредственная цель или намерение причинить вред другому человеку, но это вредоносное поведение всегда следует рассматривать как стратегию для достижения более отдаленного социального мотива. В то время как Фергюсон и Бивер сосредотачиваются исключительно на мотиве восхождения по иерархии доминирования с эволюционной точки зрения, мотивы агрессивного поведения, описанные в подходе Тедески и Фелсона, по своей природе являются социальными.Например, точка зрения социального интеракционизма утверждает, что агрессия может быть стратегией приобретения ресурсов, сдерживания других от приобретения ваших ресурсов, восстановления своей репутации, защиты себя или других и т. д. Поскольку точка зрения социального взаимодействия не концептуализирует намерение причинить вред. другой человек в качестве конечной цели поведения, понимание отдаленных социальных мотивов, которых люди пытаются достичь, обеспечивает критический контекст для точного понимания того, почему люди ведут себя агрессивно.

Вместо того, чтобы заменить определение агрессии, данное Бэроном и Ричардсоном (1994), точка зрения социального интеракционизма просто подчеркивает другой аспект агрессивного поведения. В частности, в то время как Бэрон и Ричардсон дают определение того, какие качества необходимы для того, чтобы поведение было классифицировано как агрессивное, точка зрения социального интеракционизма фокусируется на том, какие социальные мотивы могут быть достигнуты этим агрессивным поведением, не определяя необходимые критерии для того, чтобы поведение считалось агрессивным. первое место.Таким образом, для целей настоящей рукописи поведение должно соответствовать критериям Бэрона и Ричардсона, чтобы его можно было считать агрессивным. Кроме того, мы используем два измерения агрессивного поведения, описанные Parrott and Giancola (2007; т. е. прямо-косвенное и активно-пассивное измерение), и обсуждаем третье измерение «крайней степени» вредоносности агрессивного поведения. Наконец, в соответствии с точками зрения социальных интеракционистов, мы концептуализируем агрессию как класс поведений (из всего репертуара возможных поведений), которые люди используют для навигации в своей социальной среде и достижения различных социальных мотивов.

Повседневные представления людей об агрессии, вероятно, включают вредоносное физическое поведение, такое как удары руками, ногами, стрельба, нанесение ножевых ранений и т. д., а также грубое словесное поведение, такое как ругань, брань и т. д. Хотя эти действия явно вредны, они также явно недопустимы в лабораторные установки. Для сравнения, примеры «вредного поведения», допустимого в лабораторных условиях, включают такие действия, как воздействие на другого участника неприятного шума и выбор времени, на которое другой участник должен погружать руку в ледяную воду.Хотя эти последние виды поведения могут быть слегка вредными и неприятными, они явно менее экстремальны, чем многие повседневные представления об агрессии.

Примечательно, что крайность вреда мы считаем непрерывным качеством агрессивного поведения. Чем больший вред может быть потенциально причинен, тем агрессивнее поведение по отношению к цели. Тем не менее, это не критерий при принятии бинарного решения о том, имела ли место агрессия: либо поведение может причинить некоторый вред, что дает право считать его агрессивным, либо нет.Если поведение находится в континууме вредоносности, независимо от крайности вредоносности, поведение потенциально может быть агрессивным, если выполняются другие определяющие критерии. Примечательно также, что существует порог для того, чтобы поведение просто считалось «вредным», и порог для поведения, которое считается достаточно вредным, чтобы считаться социально значимым. Теоретически поведение может соответствовать порогу для того, чтобы считаться вредным (и, следовательно, потенциально агрессивным), и не соответствовать порогу для того, чтобы быть социально значимым.

К сожалению, то, что именно подразумевается под «вредом», в исследованиях агрессии плохо определено, что привело к нечеткой границе между тем, какое поведение является «вредным», а какое нет. Например, если вред определяется как требование повреждения тканей или долгосрочных негативных последствий, то поведение в рамках лабораторных парадигм не является вредным (и, таким образом, также не агрессивным), и, вероятно, никакое поведение не допустимо в лабораторных условиях. будет позволено достичь порога для того, чтобы считаться вредным.Мы не хотим подразумевать, что узкое определение вреда обязательно ошибочно. Это может просто отражать интерес исследователя к определенному классу поведения, возможно, более значимому для отдельных людей и общества в целом. Это также достигается ценой невозможности изучить его в безопасности университетской лаборатории (и опять же, мы не хотим предполагать, что все нужно изучать в лабораториях). Хорошо это или плохо, но многие психологи, по-видимому, принимают более мягкие критерии определения вреда.Например, Parrott и Giancola (1997) приводят пример «наступления кому-то на ногу по ошибке» (стр. 282) как пример «вредоносного» поведения, не отвечающего критериям агрессии. Подразумевается, что вред, связанный с наступлением кому-то на ногу, достаточен, чтобы считаться агрессивным (если такое поведение было совершено намеренно). Кроме того, некоторые исследователи принимают поведение в рамках лабораторных парадигм агрессии как примеры агрессии; таким образом, для некоторых вред, по-видимому, требует лишь слегка неприятного опыта или умеренно пагубного результата без долгосрочных негативных последствий.Другими словами, просто потому, что они рассматривают, например, звуковые взрывы как пример агрессии, некоторые исследователи должны предположить, что неприятность, вызванная звуковыми взрывами, достаточно вредна, чтобы потенциально быть агрессивной. Следовательно, однако, исследования, проведенные с использованием этих лабораторных парадигм, могут не распространяться на те более узко определенные виды вреда, которые обсуждались выше.

Наивно очевидное решение, требующее более экстремального поведения в лабораторных условиях, создает Уловку-22.В лабораторных условиях исследователи могли бы измерять чрезвычайно вредное поведение, что позволило бы сделать убедительные выводы о том, что агрессия имела место. Однако нижняя граница вредоносности, при которой поведение становится однозначно агрессивным, вероятно, является верхней границей вредоносности, допустимой в лабораторных условиях. Поэтому исследователи агрессии стремятся к тому, чтобы участники обменивались минимальным количеством вреда, необходимым для проверки их гипотез, что находится в прямом противоречии с мотивацией получения четких показателей агрессии.В качестве альтернативы исследователи агрессии также стремятся к тому, чтобы участники обменивались максимальным количеством вреда, допустимым в пределах лаборатории (чтобы получить четкую меру агрессии), что находится в прямом противоречии с целью не подвергать участников ненужному воздействию. причинения вреда в ходе исследования. Таким образом, лабораторное исследование агрессии становится трудным балансированием между двумя противоречивыми целями: исследователи должны свести к минимуму уровни вреда, которым обмениваются участники, при этом гарантируя, что вредность не станет полностью очищенной от поведения.

Подводя итог, мы считаем, что вред — это непрерывное качество последствий поведения. Некоторые виды поведения, проявляемые в лабораторных условиях, являются умеренно вредными и, таким образом, могут занимать крайнюю нижнюю часть континуума возможной вредоносности. Критически, однако, в силу того, что они просто находятся в континууме вредоносности, эти умеренно вредные пагубные формы поведения могут соответствовать критериям агрессивности до тех пор, пока соблюдаются другие критерии.

Как описано выше, факт причинения фактического вреда в результате поведения не имеет отношения к тому, считается ли такое поведение агрессивным. Скорее, решающим критерием является то, было ли поведение совершено с намерением причинить вред.

Тедески и Куигли (1999) утверждают, что «намерение относится к ближайшей цели действия» (стр.128). Таким образом, в контексте проявленной агрессии намерение причинить вред просто означает, что поведение участников является целенаправленным, и участники верят, что их поведение, если оно будет выполнено до конца, успешно причинит вред получателю. Другими словами, как заявили Андерсон и Бушман (1997), «[в] лабораторной области нужно быть уверенным, что участники понимают зависимую переменную так, как задумал экспериментатор. Если предполагается, что применение электрошока (или любого вредного раздражителя) должно измерять агрессию и только агрессию, то условия должны быть созданы так, чтобы участники верили, что наносимые ими электротоки причинят вред жертве.(с. 36).

Неудивительно, что разногласия по поводу крайней степени фактического вреда поведения в рамках лабораторных исследований также являются предметом разногласий по поводу убеждений участников о вреде их поведения. Например, при обсуждении поведения, демонстрируемого в парадигме, когда участники (якобы) издают друг другу неприятные звуковые сигналы, Фергюсон и Руэда (2009) отмечают, что звуковые сигналы «очевидно (для участника) не вредны, и поэтому участник не имеет реального ожидания причинения реального вреда другому человеку, независимо от того, насколько громкими будут звуки» (с.133). Здесь авторы подразумевают, что «вред» относится только к поведению, приводящему к уровню экстремальности, превышающему допустимый в лабораторных условиях; следовательно, такое поведение не может быть сочтено агрессивным. Действительно, участники, которые воспринимают стимул как слегка неприятный для себя, могут иметь мало оснований полагать, что они могут использовать тот же стимул, например, чтобы вызвать повреждение тканей или мучительную боль. Однако, как и в случае с фактическим вредом поведения, убеждения участников о вреде поведения также находятся в континууме.Участники могут полагать, что звуковые взрывы вызовут у другого человека слегка неприятные ощущения. Таким образом, такое поведение, по-видимому, занимает пространство, в котором поведение может привести к легкому вреду, но также не превышает порога, который сделал бы исследование этически неприемлемым. К сожалению, убеждения участников о потенциальном вреде от стимулов, с которыми они сталкиваются в лабораторных парадигмах (которые можно было бы считать эквивалентными успешной проверке манипуляции), обычно не оцениваются.

Точно так же некоторые поднимали вопрос о том, верят ли участники, что жертва вредоносного поведения действительно мотивирована, чтобы избежать такого поведения (например,г., Фергюсон и Руэда, 2009 г.; Тедески и Куигли, 1996). В конце концов, если участники считают, что вред, который они причиняют, является лишь слегка пагубным, для них кажется разумным также полагать, что получатель будет лишь слегка мотивирован избегать его. Кроме того, жертвой вредоносного поведения обычно является другой участник, который предположительно дал согласие на участие в исследовании и может (с точки зрения участников) подвергаться риску потери стимула к досрочному прекращению исследования.Тем не менее, кажется разумным предположить, что люди мотивированы свести к минимуму неприятные переживания; таким образом, разумно предположить, что участники считают, что получатель вредоносного поведения мотивирован избегать последствий этого поведения, даже если оно лишь слегка вредно.

Таким образом, простой демонстрации вредоносного поведения недостаточно, чтобы утверждать, что человек вел себя агрессивно.Для возникновения агрессии необходимо предположить, что поведение было вызвано когнитивным процессом, включающим намерение причинить вред реципиенту и убеждение, что реципиент хотел избежать последствий поведения. В лабораторных парадигмах агрессии кажется разумным, что участники могут полагать, что их поведение вызовет легкий дискомфорт у получателя, и у получателя будет мотивация минимизировать дискомфорт, который они испытывают. Таким образом, поведение в рамках лабораторных показателей агрессии может быть классифицировано как агрессивное.Естественно, хотя лабораторные парадигмы могут использоваться для оценки агрессивного поведения, их обобщаемость ограничена, среди прочего, уровнем (потенциального) операционального вреда.

Первое измерение таксономии Parrott and Giancola (2007) — это прямой и косвенный характер агрессивного поведения. Описывая различие между прямой и косвенной агрессией, Парротт и Джанкола заявляют, что прямая агрессия включает в себя «взаимодействия лицом к лицу, в которых преступник легко идентифицируется жертвой.Напротив, непрямая агрессия осуществляется более обходным путем, и преступник может оставаться неопознанным и тем самым избежать обвинения, прямой конфронтации и/или контратаки со стороны цели» (с. 287). Как мы обсудим ниже, в большинстве экспериментальных парадигм агрессии отсутствуют черты прямой агрессии. Многие из этих парадигм включают надуманные взаимодействия между участниками и общим «другим участником», а вредоносное поведение, как правило, происходит не лицом к лицу. Кроме того, поведение участников, демонстрируемое в лабораторных парадигмах агрессии, часто не передается «напрямую» получателю этого поведения, а асинхронно с (мнимым) причинением вреда получателю.Последствия поведения участников якобы передаются реципиенту через особенности исследования, в котором они участвуют. Следовательно, в дополнение к вышеупомянутым определяющим характеристикам агрессии участники должны верить, что экспериментатор действительно выполнит вредоносное поведение в более поздний момент времени. В совокупности поведение в лабораторных парадигмах агрессии является довольно косвенным в соответствии с этими определениями.

Второе измерение таксономии Parrott and Giancola (2007) — это активный и пассивный характер поведения.Активная агрессия связана с поведением человека, который причиняет вред реципиенту. Напротив, пассивная агрессия характеризуется бездействием участников, которое, как считается, сознательно приводит к вредным последствиям для получателя. Лабораторные парадигмы агрессии, которые мы обсуждаем ниже, включают поведение, которое считается активным.

Таким образом, в лабораторных парадигмах агрессии вредоносность поведения находится на крайнем нижнем пределе диапазона возможной вредоносности, участники могут полагать, что их поведение причинит лишь незначительный вред, участники могут полагать, что реципиент может быть только умеренно мотивированы избегать поведения, а форма поведения участников может охватывать лишь ограниченное количество концептуального пространства возможных форм агрессии.В совокупности поведение, демонстрируемое в лабораторных парадигмах агрессии, кажется ограниченным и нерепрезентативным для многомерной природы агрессии.

Еще один момент, связанный с поведением, демонстрируемым в лабораторных парадигмах агрессии, заключается в том, какие мотивы участники могут пытаться достичь. Эти мотивы важно учитывать, потому что они могут не совпадать с представлениями исследователей о мотивах участников.Это несоответствие может привести к ошибочной интерпретации поведения участников исследователями.

В лабораторных парадигмах агрессии поведение участников ограничивается ограниченным набором ответов (например, Tedeschi & Quigley, 1996, 1999). Участники нередко «взаимодействуют» с другим участником, и им предоставляется только возможность нанести некоторую (умеренную) степень вреда (иногда включая отсутствие вреда).Это создает бедное и ограниченное представление о социальных взаимодействиях, которые происходят за пределами лаборатории. В лабораторных парадигмах агрессии участникам часто не предоставляется возможность, например, разрядить ситуацию, пойти на компромисс со своим партнером по взаимодействию или предупредить своего партнера о предстоящем испытании вредного стимула; им разрешается только демонстрировать либо отсутствие вреда, либо некоторую степень вреда. Однако все это неагрессивное поведение является тактикой, которая может иметь место в естественных взаимодействиях в «реальном мире».Даже в парадигмах, где якобы происходит какое-то взаимодействие, они обычно взаимодействуют не с другим участником, а на самом деле с неотзывчивой компьютерной программой. Таким образом, поведение участников может быть искусственно навязано континууму вредного поведения, что может сделать неясным, действительно ли участники намеревались нанести вред своему поведению или их поведение было просто вызвано отсутствием альтернативных вариантов ответа. Тем не менее, исследователи могут по-прежнему интерпретировать поведение, происходящее в «исследовании агрессии» с использованием «лабораторной парадигмы агрессии», как «агрессивное».

Например, предположим, что участник получает, казалось бы, неспровоцированное оскорбление от партнера по взаимодействию и хочет заявить, что такие неспровоцированные оскорбления неприемлемы. За пределами лаборатории участник может вступить в беседу с партнером по взаимодействию. Внутри лаборатории, если единственным возможным каналом связи со своим партнером по взаимодействию является, например, отправка серии ядовитых звуков туда и обратно, участники могут попытаться выразить свое неодобрение оскорблением, отправив своему партнеру по взаимодействию ядовитый звуковой взрыв.Участник может не намереваться причинить вред своему партнеру по взаимодействию, и участники могут даже предпочесть альтернативный, но недоступный способ общения. Даже попытки контролировать ситуацию (например, один очень громкий звук в качестве сдерживающего фактора) или разрядить ситуацию (например, серия очень слабых взрывов) будут встречены только безразличным заранее запрограммированным паттерном или функцией рандомизации. Тем не менее, исследователь может ошибочно интерпретировать любой случай выбора участниками звукового взрыва как пример агрессии только потому, что это было наблюдаемое поведение, которое имело место в рамках «лабораторной парадигмы агрессии».По сути, это сложное социальное взаимодействие, строго ограничивающее варианты поведения участников, а затем (неверная) интерпретация наблюдаемого поведения в рамках узкой концептуализации мотивов участников.

Точно так же у участников может быть мотив соответствовать (каким они интуитивно представляются) гипотезам исследования. Например, участник, который получает, казалось бы, неспровоцированное оскорбление непосредственно перед тем, как ему предоставляется возможность причинить вред другому человеку, может интуитивно понять, что он участвует в исследовании агрессии (особенно если известно, что экспериментатор изучает человеческую агрессию).Этот гипотетический участник может решить, что самый простой способ получить компенсацию и покинуть лабораторию — это «действовать агрессивно» и не признавать никаких подозрений. Здесь у участника есть мотив выполнить требования исследования и получить компенсацию. Их поведение по лабораторному показателю агрессии является средством для достижения этого мотива, но поведение не будет агрессивным.

Таким образом, чтобы правильно понять поведение участников, важно учитывать требования исследования, которые явно и неявно сообщаются участникам, опыт участников в рамках исследования, а также их социальные мотивы.Эти факторы будут определять, почему участники выбирают свое поведение. Иногда участники будут вести себя агрессивно для достижения социального мотива в рамках параметров лабораторной парадигмы агрессии. В этом случае лабораторная парадигма агрессии точно измеряет агрессию участников. Однако участники также могут вести себя таким же образом, но их поведение не будет соответствовать критериям агрессивности. По этой причине важно учитывать возможные варианты ответа, которые предоставляются участникам.Если варианты ответов участников ограничены, они могут попытаться использовать эти ограниченные варианты ответов для достижения более широкого диапазона мотивов, чем предполагает исследователь при интерпретации своих наблюдений. В этом случае лабораторная парадигма агрессии не будет точно измерять агрессию участников.

С учетом описанных выше критериев поведения, которое считается агрессивным, в следующих разделах обсуждаются несколько лабораторных парадигм агрессии.Эти парадигмы были выбраны, потому что мы считаем, что (а) они являются наиболее часто используемыми парадигмами в современных лабораторных исследованиях агрессии или (б) они являются яркими примерами лабораторных парадигм агрессии, которые использовались в предыдущих исследованиях (см. Таблицу 1). для резюме).

Таблица 1

Резюме рассмотренных лабораторных парадигм агрессии.


. Операционализация агрессии . Классификация в таксономии Parrott and Giancola (2007) . Пример изделия .



Конкурентное время реакции Задача Установка интенсивности звуковых взрывов Отправлено другому лицу Прямая и активная физическая агрессия Anderson и Dill (2000)
Задача холодного прессования как долго другой человек должен держать руку в ледяной воде  Косвенная и активная физическая агрессия  Педерсон, Васкес, Бартолоу, Гросвенор и Труонг (2014) 
Tangram Help/Hurt Task  Выбор сложных головоломок Tangram, что снижает вероятность того, что «решатель» получит желаемый приз Косвенная и активная кража/агрессия за ресурсы Saleem, Anderson, and Gentile (2012)
Парадигма острого соуса Выбор количества «острого соуса» другого человека придется потреблять  Косвенная и активная физическая агрессия  Warburton, Williams, and Cairns (2006)
Задача на отрицательную оценку Оценка другого человека, препятствующая достижению им желаемой цели Косвенная и активная словесная [письменная] агрессия DeWall, Twenge, Gitter и Baumeister, 2009
Неудобная поза Задача Выбор времени, в течение которого другой человек должен удерживать физически неудобное положение тела Непрямая и активная физическая агрессия Finkel, DeWall, Slotter, Oakten, and Foshee (20029) Кукла вуду Задание  Выбор количества «булавок», воткнутых в изображение другого человека, чтобы символически нанести «вред», (2013)

. Операционализация агрессии . Классификация в таксономии Parrott and Giancola (2007) . Пример изделия .



Конкурентное время реакции Задача Установка интенсивности звуковых взрывов Отправлено другому лицу Прямая и активная физическая агрессия Anderson и Dill (2000)
Задача холодного прессования как долго другой человек должен держать руку в ледяной воде  Косвенная и активная физическая агрессия  Педерсон, Васкес, Бартолоу, Гросвенор и Труонг (2014) 
Tangram Help/Hurt Task  Выбор сложных головоломок Tangram, что снижает вероятность того, что «решатель» получит желаемый приз Косвенная и активная кража/агрессия за ресурсы Saleem, Anderson, and Gentile (2012)
Парадигма острого соуса Выбор количества «острого соуса» другого человека придется потреблять  Косвенная и активная физическая агрессия  Warburton, Williams, and Cairns (2006)
Задача на отрицательную оценку Оценка другого человека, препятствующая достижению им желаемой цели Косвенная и активная словесная [письменная] агрессия DeWall, Twenge, Gitter и Baumeister, 2009
Неудобная поза Задача Выбор времени, в течение которого другой человек должен удерживать физически неудобное положение тела Непрямая и активная физическая агрессия Finkel, DeWall, Slotter, Oakten, and Foshee (20029) Кукла вуду Задание  Выбор количества «булавок», воткнутых в изображение другого человека, чтобы символически нанести «вред», (2013)

Выбранные парадигмы использовались в самых разных областях и областях исследований. Многие из них входят в набор инструментов социального психолога и поэтому часто обнаруживаются в исследованиях взаимодействия между людьми и социальных или ситуационных сигналов, таких как последствия жестоких видеоигр (Anderson & Dill, 2000; Saleem, Anderson, & Gentile, 2012). ) или реакции на остракизм (DeWall, Twenge, Gitter, and Baumeister, 2009; Warburton, Williams, & Cairns, 2006) и провокацию (Finkel, DeWall, Slotter, Oakten, & Foshee, 2009).Но они также используются в клинических исследованиях, например, для изучения эффектов употребления алкоголя (Pederson, Vasquez, Bartholow, Grosvenor, & Truong, 2014) или фармацевтических препаратов (Weisman, Berman, & Taylor, 1998) или социальных и мозговые реакции у психопатов-преступников (Veit, Lotze, Sewing, Missenhardt, Gaber, & Birbaumer, 2010). Таким образом, можно утверждать, что вопросы о том, в какой степени они соответствуют критериям определения агрессии Барона и Ричардсона (1994), актуальны для большого объема литературы.

Одной из наиболее часто используемых лабораторных мер агрессии является соревновательная задача на время реакции, которая представляет собой модифицированную версию парадигмы агрессии Тейлора (например, Taylor, 1967). В рамках этой задачи участники якобы соревнуются с другим участником, чтобы быстро реагировать на стимулы, отображаемые на экране, в игре, состоящей из нескольких раундов. Как правило, другого участника не существует, но участникам необходимо поверить, что они играют против другого человека.Перед каждым раундом участники выбирают интенсивность шумового взрыва (то есть громкость, а иногда и продолжительность), который, возможно, будет доставлен их участнику. Участник, который быстрее всего отреагирует на стимул, якобы «выигрывает» в этом раунде. Участники, которые «выиграли» раунд, отправляют шумовую волну (с ранее выбранными настройками интенсивности) своему участнику. Участники, «проигравшие» раунд, подвергаются воздействию шумовой волны, выбранной их конкурентом. Как правило, исследователь заранее устанавливает для каждого мнимого «победителя» раунда и интенсивность звуковых импульсов, посылаемых участником.

Вредоносное поведение количественно определяется интенсивностью (громкостью, а иногда и продолжительностью) звуковых сигналов, выбранных во время выполнения задания. Хотя ранее использовалось несколько стратегий количественной оценки, обычно более громкие и продолжительные звуковые волны считаются более вредным поведением. Тем не менее, большое количество стратегий количественной оценки для вычисления оценки агрессии на основе данных в задаче на время конкурентной реакции встречается в исследованиях (например,г., Элсон, 2016; Элсон и др., 2014 г.; Фергюсон, 2013). Таким образом, не существует стандартизированной процедуры для анализа данных, записанных в ходе выполнения задания, и мало доказательств того, что один из множества вариантов является лучшим воплощением агрессии, чем другие.

Хотя взаимодействие происходит не лицом к лицу, поведение и причинение вреда происходят примерно в одно и то же время (между выбором звукового сигнала и завершением каждого раунда есть небольшая задержка, когда звуковой сигнал якобы доставили).Кроме того, участники передают звуковой сигнал своему партнеру по взаимодействию через якобы соединение между компьютерами. По этим причинам мы считаем такое поведение «активным» и довольно «прямым» (Parrott & Giancola, 2007).

Перед каждым раундом участники намеренно выбирают громкость и, если применимо, продолжительность звуковых сигналов. И в той мере, в какой история для прикрытия успешна, участники считают, что выбранные ими звуковые взрывы доставляются их конкурентам в конце каждого раунда.Один из способов, которым исследователи пытаются укрепить обоснованность своих выводов относительно мотивов участников во время задания на время реакции, заключается в том, чтобы участники сообщали о своих мотивах выбора звуковых сигналов. Участники сообщают об этих мотивах после выполнения задания. Например, участники могут сообщить, выбирали ли они звуковые сигналы с намерением напасть на своего конкурента (например, Anderson et al., 2004). Чтобы свести к минимуму степень, в которой участники интуитивно понимают гипотезы исследования, эти вопросы включены в анкету с несколькими другими мотивами выбора звукового взрыва (т.е., участников спрашивают не только об их агрессивных мотивах). Одно соображение при использовании ретроактивных мотивов, о которых сообщают сами, заключается в том, что их достоверность основывается на предположении, что участники могут и хотят точно сообщить о своих мотивах в более ранний момент времени.

Вредное поведение в задании «Холодный пресс» — это время, которое участник выбирает, чтобы другой человек держал руку в ледяной воде.Поскольку выбранное более длительное время якобы соответствует продолжительности воздействия неприятного раздражителя на другого человека, выбор более продолжительной продолжительности воздействия интерпретируется как усиление агрессии. Однако, в зависимости от конкретной формулировки прикрытия, может подразумеваться, что такое поведение просто отвлекает, а не вредит.

Вредоносное поведение, как правило, происходит не лицом к лицу, поведение асинхронно с якобы вредным опытом, а вред якобы наносится получателю через экспериментатора.По этим причинам мы считаем такое поведение «косвенным» и «активным» (Parrott & Giancola, 2007).

Поведение во время задания «Холодный прессор» намеренно выбирается участниками, и участники осознают непредвиденные обстоятельства между их ответами и предполагаемым опытом другого человека. Агрессивные познания в задаче «холодный пресс» предполагаются, когда участники считают, что держать руку в ледяной воде было бы неприятным опытом, и они считают, что другой участник должен держать свою руку в воде в течение установленного периода времени.Следовательно, участники должны верить, что их ответы соответствуют тому, в какой степени другой участник получит неприятный опыт.

Исследователи могут улучшить свои выводы об этих агрессивных познаниях, попросив участников подержать руку в ледяной воде до принятия решения (например, Pederson et al., 2014). Предоставление участникам ощущения ледяной воды служит двум целям. Во-первых, это помогает участникам поверить в легенду о том, что другой участник будет держать их за руку в ледяной воде.На самом деле заставляя участников держать руку в ледяной воде, участникам больше не нужно сомневаться в некоторых аспектах легенды, например, действительно ли у исследователей есть ледяная вода и будут ли участники держать руку в ледяной воде в рамках исследования. Во-вторых, эта методологическая особенность помогает участникам поверить в то, что держать руку в ледяной воде — это неприятно (в той мере, в какой это неприятно для участника).

Танграмы — это головоломки, состоящие из геометрических фигур, которые можно расположить так, чтобы получилась целевая фигура.В задании Tangram Help/Hurt участники определяют, какие 11 из 30 возможных Tangram должен выполнить другой участник, и в случае успешного завершения назначенных Tangram «другой участник» якобы имеет возможность выиграть приз. Участников информируют о том, что Танграмы были предварительно протестированы на основе уровней сложности, поэтому каждый Танграм может быть легким, средним или трудным для выполнения. Поскольку участники должны выбрать 11 из 30 возможных танграмов, участники не могут назначать только легкие танграмы или только сложные танграмы.Как и в случае с другими лабораторными мерами агрессии, другого участника обычно не существует, но участникам необходимо поверить, что другой человек существует.

Вредное поведение — это количество трудных танграмов, которые один участник назначает другому участнику. Назначение более сложных танграмов якобы снижает вероятность того, что другой участник достигнет желаемой цели.Поэтому выбор более сложных Танграмов интерпретируется как большее препятствие и, следовательно, более агрессивное поведение.

Вредоносное поведение не лицом к лицу, поведение асинхронно с якобы вредным опытом, вред якобы доставляется получателю через экспериментатора, и вред основан на вероятности того, что трудные Танграмы помешают получателю от достижения желаемого результата.По этим причинам мы считаем такое поведение «косвенным» и «активным» (например, Parrott & Giancola, 2007).

Агрессивные познания в задаче «Помоги/навреди» Танграма основаны на нескольких предположениях. Во-первых, участники должны верить, что другой участник существует. Во-вторых, участники должны верить, что другой участник желает результата, который можно получить, успешно пройдя Танграм.В-третьих, участники должны верить, что их выбор трудных танграмов эффективно снижает вероятность того, что другой участник получит желаемый результат. Таким образом, установление того, что у участников нет других мотивов для выбора сложных Танграмов, имеет первостепенное значение. Например, участники могут считать, что приз нужно «заслужить», и, таким образом, они могут выбирать сложные Танграмы, чтобы гарантировать, что никто не получит приз незаслуженно. Доказательства мотивов участников при выборе Танграма можно получить, попросив участников сообщить, в какой степени они выбрали Танграм с целью затруднить получение другим участником желаемого результата (например,г., Салим и др., 2015).

Вредное поведение — это количество острого соуса (а иногда и уровень остроты, когда есть несколько соусов на выбор), которое участники раздают другому участнику. Более острый соус (или более острый соус) интерпретируется как более агрессивное поведение.

Вредоносное поведение не происходит лицом к лицу, поведение асинхронно с мнимым вредным опытом, и вред якобы доставляется получателю через экспериментатора.По этим причинам мы считаем такое поведение «косвенным» и «активным» (например, Parrott & Giancola, 2007).

Участники должны считать, что употребление острого соуса неприятно для другого участника. Обычно это дополняется прикрытием, в котором участник узнает, что другой участник не любит острую пищу. С этой прикрытием участники сознательно дают еду, которую другой участник не предпочитает.

Кроме того, участники должны верить, что другой участник будет (должен) есть пищу, которую они приготовили, независимо от количества острого соуса и, возможно, вопреки их предпочтениям в еде, а не просто отказываться от еды после того, как попробовал первый кусочек (что обычно может делать кто-то, когда пища, которую им дают, невкусна, и ситуация такова, что нельзя заставить есть пищу). В некоторых исследованиях участникам говорят, что другой человек «съест каждую каплю данного соуса», но неясно, достаточно ли это убеждает их в том, что другой участник не может успешно избежать их агрессивного поведения.

Негативные оценки участников негативно повлияют на вероятность того, что исследователь получит желаемую должность. Более негативные оценки интерпретируются как большее препятствие на пути к желаемой цели и, таким образом, будут рассматриваться как более агрессивное поведение. Если оценка производится не по числовой шкале, а в виде письменного обзора работы, валентность оценки кодируется одним или несколькими оценщиками.

Вредное поведение не является лицом к лицу (хотя участник достигает цели во время исследования), поведение асинхронно с якобы вредным опытом, а вред основан на вероятности того, что оценки помешают получателю достичь желаемый результат. По этим причинам мы считаем такое поведение «косвенным» и «активным» (например, Parrott & Giancola, 2007).

Вредное поведение — это период времени, в течение которого участники выбирают своего партнера для выполнения физически неудобных поз йоги.Выбранное большее время предположительно связано с большим дискомфортом и, таким образом, интерпретируется как большая агрессия.

Хотя вредоносное поведение не происходит лицом к лицу, единственный пример использования этой парадигмы (например, Finkel et al., 2009) касался романтических пар и, таким образом, не был анонимным. Тем не менее, поведение асинхронно с якобы вредным опытом, и вред якобы доставляется реципиенту через экспериментатора.По этим причинам мы считаем такое поведение «косвенным» и «активным» (например, Parrott & Giancola, 2007).

Некоторые, но не все существующие экспериментальные модели агрессии могут создавать условия, в которых поведение участников может быть агрессивным (хотя агрессия может причинить лишь очень легкий вред). Как правило, успешное выполнение этих условий не подтверждается эмпирическими данными (например,грамм. запросы типа проверки манипуляции), и остается спорным, не операционализируются ли на самом деле некоторые лабораторные парадигмы, предположительно измеряющие агрессию, например, конкурентоспособность. Мы подчеркиваем, что соблюдение определяющих критериев, предложенных Бэрроном и Ричардсоном (1994) и Парротом и Джанколой (2007), было бы необходимым, но недостаточным для того, чтобы лабораторные парадигмы успешно измеряли агрессивное поведение, имеющее отношение к более экстремальному агрессивному поведению. После того, как эти процедуры будут установлены, необходимы надлежащие валидационные исследования.

Далее, как заявили Тедески и Куигли (1996), «лабораторные исследования агрессии в лучшем случае изучили лишь небольшую часть разнообразных явлений человеческой агрессии» (стр. 174). Мы полностью согласны. Как утверждалось выше, поведение, демонстрируемое в рамках таких парадигм, в совокупности недооценивает многомерную природу агрессивного поведения. Вредоносность поведения, допустимого в лабораторных условиях, находится на нижнем уровне диапазона возможной вредоносности, участники, вероятно, считают, что их поведение лишь слегка вредно, и, вероятно, считают, что реципиенты лишь слегка мотивированы избегать такого поведения.Таким образом, поведение, продемонстрированное в рамках лабораторных измерений агрессии, примерно так же репрезентативно для всей агрессии , как студенты колледжа репрезентативны для всех людей .

Кроме того, пагубное поведение, проявляемое в лабораторных парадигмах агрессии, часто надумано и не имеет ничего общего с типичным социальным поведением в повседневной жизни участников. Даже стойкие сторонники достоверности лабораторных измерений агрессии с готовностью признают, что агрессия в «реальном мире» (т.например, нанесение ударов кулаком другому человеку) имеет мало общих черт с лабораторными показателями агрессии (например, подача звукового удара; Anderson & Bushman, 1997). Требуется проделать большую работу, чтобы поведение, демонстрируемое в лабораторных измерениях агрессии, не только было взаимно согласовано исследователями как измерение агрессии, но и действительно информировало об агрессии в реальном мире.

Один из выводов заключается в том, что исследователи должны признать, что поведение, демонстрируемое в лабораторных парадигмах агрессии, недостаточно отражает более широкий класс агрессивного поведения, и быть осторожными в своих обобщениях по отношению к агрессии за пределами лаборатории (другую точку зрения см. в Bushman & Anderson, 1997).Например, если исследователи используют лабораторную парадигму агрессии, в которой участники проявляют прямую вербальную агрессию, эти результаты могут, во всяком случае, быть непосредственно информативными только в отношении легкой прямой вербальной агрессии в «реальном мире». Точно так же, если исследователи используют лабораторную парадигму агрессии, в которой участники проявляют умеренную косвенную физическую агрессию, эти результаты могут в лучшем случае быть непосредственно информативными только в отношении легкой косвенной физической агрессии в «реальном мире». Только при наличии сходящихся и воспроизводимых данных из нескольких различных лабораторных парадигм агрессии исследователи могут делать предварительные заявления об «агрессии» как общем понятии.Однако, поскольку существующие экспериментальные парадигмы агрессии не исчерпывающе охватывают весь возможный диапазон концептуального пространства, которое может занимать агрессивное поведение, кажется, что такие глобальные утверждения в настоящее время невозможны, хотя такие необоснованные обобщения часто встречаются в научной литературе. Марки, Френч, Марки, 2015; Марки, Марки, Френч, 2015).

Наконец, мы поддерживаем несколько рекомендаций для тех, кто использует экспериментальные парадигмы агрессии.Во-первых, стратегии количественной оценки данных нескольких лабораторных парадигм агрессии в настоящее время не стандартизированы. В сочетании с гибкостью, которая может быть связана с другими аспектами исследований, использующих эти парадигмы (например, операционализация переменных, решения о прекращении сбора данных, пропуск участников и т. д.), распространение «степеней свободы исследователя» ошеломляет и являются серьезным препятствием для научного прогресса. Отсутствие стандартизации делает неясным вопрос о том, почему была выбрана та или иная конкретная стратегия количественной оценки, не дает информации о том, изменятся ли теоретические выводы, если будут выбраны другие стратегии количественной оценки, и значительно затрудняет возможность накопления доказательств в различных исследованиях (даже если эти исследования идентичны во всем остальном).Мы надеемся, что исследователи агрессии серьезно отнесутся к этому отсутствию стандартизации и примут стандартное использование для каждой экспериментальной парадигмы агрессии. Кроме того, в дополнение к стандартизации, мы настоятельно рекомендуем исследователям предварительно регистрировать свои гипотезы и планы анализа. Предварительная регистрация сообщает, что гипотезы и аналитическая стратегия были определены независимо от полученных результатов. Даже если достоверность конкретной меры является спорной, предварительная регистрация, по крайней мере, гарантирует, что исследователи обсуждают данные, которые были получены при известных обстоятельствах, что помогает сосредоточить сохраняющиеся разногласия на других характеристиках данных.

Во-вторых, мы поощряем исследователей агрессии делиться своими данными и стимулами с другими исследователями для (повторного) использования и тщательного изучения. Хотя некоторые из этих парадигм требуют большого мастерства экспериментатора, например, для успешной продажи прикрытия участникам, совместное использование стимулов помогает стандартизировать некоторую часть этих лабораторных парадигм агрессии. Точно так же обмен данными позволяет другим исследователям подтверждать опубликованные результаты (т.например, проверка аналитической воспроизводимости) и проверка надежности утверждений исследователей (например, проверка устойчивости выводов к альтернативным и оправданным аналитическим решениям). Они также позволяют исследователям изучать отношения между переменными и использовать эту информацию при планировании собственных исследований. Мы считаем, что такая прозрачность в процессе исследования укрепит совокупную науку об агрессивном поведении.

Метаанализ психологического лечения гнева: разработка рекомендаций для практики, основанной на фактических данных

исследований, включенных в метаанализ

Ахмон Дж., Гранек М., Голомб М., и др. : Поведенческое лечение гипертонической болезни: сравнение когнитивной терапии и биологической обратной связи частоты сердечных сокращений.Psychosom Med 51: 152–64, 1989

Acton R, Во время S: Предварительные результаты тренинга по управлению агрессией для агрессивных родителей. J Interpers Viol 7: 410–17, 1992

Бек Р., Фернандес Э.: Когнитивно-поведенческая саморегуляция частоты, продолжительности и интенсивности гнева. J Psychopathol Behav Assess 20: 217–29, 1998

Беннетт П., Уоллес Л., Кэрролл Д., и др. : Лечение поведения типа А и легкой гипертензии у мужчин среднего возраста.J Psychosom Res 35: 209–23, 1991

Bolanos CR: Оценка программы обучения социальным навыкам для управления гневом у хронически госпитализированного населения. Dissertation Abstracts International, Section B: The Sciences and Engineering 59:223, 1998. Доступно по подписке на http://www.proquest.com

.

Boyle SW: Исследование, сравнивающее два метода вмешательства для контроля высокого уровня общего гнева. Dissertation Abstracts International 52:2068, 1991. Доступно по подписке на http://www.proquest.com

Брэдбери К.Е., Кларк И.: Когнитивно-поведенческая терапия для управления гневом: эффективность в службах охраны психического здоровья взрослых. Behav Cognit Psychother 35: 201–8, 2007

Briscoe YB: Когнитивно-поведенческое вмешательство по управлению гневом для женщин с историей злоупотребления психоактивными веществами. Dissertation Abstracts International, Раздел B: Наука и техника 62 (11-B): 5358, 2002

Каин Дж. А.: Контроль над гневом: сравнение когнитивно-поведенческих и релаксационных тренировок с последующим наблюдением после лечения.Докторская диссертация, Международный университет США, Сан-Диего, Калифорния. Dissertation Abstracts International 48:1804–5, 1987. Доступно по подписке на http://www.proquest.com

.

Кэри М., Дуа Дж.: Когнитивно-поведенческие и систематические процедуры десенсибилизации для снижения стресса и гнева у лиц, осуществляющих уход за инвалидами. Int J Stress Manag 6: 75–87, 1999

Chan H, Lu R, Tseng C, и др. : Эффективность программы контроля гнева в уменьшении выражения гнева у пациентов с шизофренией.Arch Psychiatr Nurs 17:88–95, 2003

Chang H, Saunders D: Предикторы истощения в двух типах групповых программ для мужчин, которые бьют. J Fam Violence 17: 273–92, 2002

Чемтоб К.М., Новако Р.В., Хамада Р.С., и др. : Когнитивно-поведенческое лечение сильного гнева при посттравматическом стрессовом расстройстве. J Consult Clin Psychol 65:184–9, 1997

Coon DW, Thompson L, Steffen A, et al : Управление гневом и депрессией: вмешательство по обучению психообразовательным навыкам для женщин, осуществляющих уход за родственником с деменцией.Геронтолог 43:678–89, 2003

Дален Э. Р., Деффенбахер Д. Л.: Анализ частичных компонентов когнитивной терапии Бека для лечения общего гнева. J Cognit Psychother 14: 77–95, 2000

Davison GC, Williams ME, Nezami E, и др. : Расслабление, уменьшение выраженных гневных мыслей и улучшение пограничной гипертонии и частоты сердечных сокращений. J Behav Med 14: 453–68, 1991

Деффенбахер JL: Когнитивно-поведенческая концептуализация и лечение гнева.J Clin Psychol 55: 295–309, 1999

Деффенбахер Д. Л.: Когнитивно-релаксационные и социальные навыки лечения гнева: год спустя. J Counsel Psychol 35: 234–6, 1988

Деффенбахер Дж., Дален Э., Линч Р., и др. : Применение когнитивной терапии Бека для снижения общего гнева. Cognit Ther Res 24: 689–97, 2000

Деффенбахер Дж., Демм П., Брэндом А. Высокий общий гнев: корреляты и лечение. Behav Res Ther 24:481–9, 1986

Деффенбахер Дж. Л., Филетти Л. Б., Линч Р. С., и др. : Когнитивно-поведенческая терапия водителей с сильным гневом.Behav Res Ther 40:895–910, 2000

Деффенбахер Дж., Линч Р., Оттинг Э., и др. : Снижение гнева у подростков раннего возраста. J Counsel Psychol 43:149–57, 1996

Деффенбахер Дж., Оттинг Э., Хафф М., и др. : Пятнадцатимесячное наблюдение за социальными навыками и когнитивно-релаксационными подходами к общему снижению гнева. J Counsel Psychol 42:400–5, 1995

Деффенбахер Дж. Л., Старк Р. С.: Релаксация и когнитивно-релаксационные методы лечения общего гнева.J Counsel Psychol 39:158–67, 1992

Деффенбахер Дж.Л., Стори Д.А., Старк Р.С., и др. : Когнитивно-релаксационные и социальные навыки при лечении общего гнева. J Counsel Psychol 34:171–6, 1987

Деффенбахер Дж., Туэйтс Г., Уоллес Т., и др. : Социальные навыки и когнитивно-релаксационные подходы к общему снижению гнева. J Counsel Psychol 41:386–96, 1994

Деффенбахер Дж.Л., Макнамара К., Старк Р.С., и др. : Сравнение когнитивно-поведенческого и процессно-ориентированного группового консультирования по снижению общего гнева.J Counsel Devel 69:167–72, 1990

Деффенбахер Дж.Л., Макнамара К., Старк Р.С., и др. : Сочетание когнитивных навыков, релаксации и поведенческих навыков преодоления общего гнева. J Coll Stud Devel 31: 351–8, 1990

Деффенбахер Дж.Л., Хафф М.Е., Линч Р.С., и др. : Характеристики и обращение с водителями с сильным гневом. J Counsel Psychol 47:5–17, 2000

Диас Л.А.: Сравнение методов когнитивной реструктуризации и систематической десенсибилизации для уменьшения гнева у заключенных.Dissertation Abstracts International, Section B: The Sciences and Engineering 61:1078, 2000. Доступно по подписке на http://www.proquest.com

.

Дуа Дж., Суинден М.: Эффективность снижения негативных мыслей, медитации и тренировочного лечения плацебо в снижении гнева. Scand J Psychol 33:135–46, 1992

Эймон К., Мунчуа М., Реддон Дж. Эффективность программы управления гневом для женщин-заключенных. J Offend Rehabil 34: 45–60, 2001

Эрвин Б., Хаймберг Р.Г., Шнайер Ф.Р., и др. : Переживание и выражение гнева при социальном тревожном расстройстве: профиль до лечения и предикторы истощения и ответ на когнитивно-поведенческое лечение.Behav Ther 34:331–50, 2003

Эвершед С., Теннант А., Бумер Д., и др. : Практические результаты диалектической поведенческой терапии (ДПТ), нацеленной на гнев и насилие, с пациентами-мужчинами судебно-медицинской экспертизы: прагматическое и несовременное сравнение. Crim Behav Ment 13:198–213, 2003

Фейн РБ: Влияние структурированной и неструктурированной групповой терапии на гнев и отношение виновных в домашнем насилии. Dissertation Abstracts International, Раздел B: Наука и техника 59: 4-B, 1998.Доступно по подписке на http://www.proquest.com

Фава М., Розенбаум Дж. Ф., Пава Дж. А., и др. : Приступы гнева при униполярной депрессии. Часть 1: клинические корреляты и ответ на лечение флуоксетином. Am J Psychiatry 150:1158–63, 1993

Ференбах П., Телен М.: Обучение навыкам самоутверждения для неадекватно агрессивных мужчин колледжа: влияние на напористое и агрессивное поведение. J Behav Ther Exp Psychiatry 12: 213–17, 1981

Forbes MR: Влияние обучения просоциальным навыкам на управление гневом агрессивных взрослых заключенных.Dissertation Abstracts International, Section B: The Sciences and Engineering 52:2-B, 1991. Доступно по подписке на http://www.proquest.com

.

Галовски Т. Бланшар Э: Эффективность краткого психологического вмешательства в отношении агрессивных водителей, на которые ссылаются суды и которые сами на себя ссылаются. Behav Res Ther 41:1055–67, 2002

Герзина М.А., Драммонд П.: Мультимодальный когнитивно-поведенческий подход к снижению гнева в профессиональной выборке. J Occup Org Psychol 73:181–94, 2000

Гидрон Ю.К., Дэвидсон К., Бата И.: Краткосрочные эффекты вмешательства по снижению враждебности у мужчин с ишемической болезнью сердца.Источник Health Psychol 18:416–20, 1999

Gildea TJ: Управление гневом при лечении легкой гипертензии. Dissertation Abstracts International 49:4595, 1989. Доступно по подписке на http://www.proquest.com

.

Gonzalez-Prendes AA: Исследование влияния группового консультирования по контролю над гневом на атрибутивные стили и уровни гнева у женщин, выздоравливающих от алкогольной и/или наркотической зависимости. Кандидатская диссертация, Государственный университет Уэйна, Детройт, Мичиган, 2002 г. Получено 12 июля 2007 г. из Dissertations and Theses: Full-text database.Публикация № AAT 3071782. Доступна по подписке на http://www.proquest.com

.

Gonzalez-Prendes AA: Когнитивно-поведенческая терапия мужчин и гнева: три тематических исследования. Cognit Behav Pract 14:185–97, 2007

Grodnitzky GR, Tafrate RC: Воздействие воображения для снижения гнева у взрослых амбулаторных пациентов: экспериментальное исследование. J Behav Ther Exp Psychiatry 31: 259–79, 2000

Хаага Д.А., Дэвисон Г.К., Уильямс М.Е., и др. : Влияние релаксационных тренировок на определенные режимы для мужчин с гипертонической болезнью с моделью поведения типа А.Behav Ther 25:209–23, 1994

Hagiliassis N, Gulbenkoglu H, DiMarco M, и др. : Проект управления гневом: групповое вмешательство для людей с физическими и множественными нарушениями. J Intellect Dev Disabil 30: 86–96, 2005

Hanusa DR: Сравнение двух групповых условий лечения для снижения домашнего насилия. Dissertation Abstracts International, Section A: Humanities and Social Sciences 54:4589, 1993. Доступно по подписке на http://www.proquest.ком

Харрис А.Х., Лускин Ф.М., Норман С.Б., и др. : Влияние вмешательства группового прощения на прощение, воспринимаемый стресс и гнев. J Clin Psychol 62: 715–33, 2006

Hart KE: Тренинг по управлению тревогой и контролю над гневом для людей типа А. J Behav Ther Exp Psychiatry 15:133–9, 1984

Хазалеус С., Деффенбахер Дж.: Расслабление и когнитивное лечение гнева. J Consult Clin Psychol 54: 222–6, 1986

Howells K, Day A, Williamson P, et al : Краткие программы управления гневом с правонарушителями: результаты и предикторы изменений.J Судебная психиатрия Psychol 16: 296–311, 2005

Kennedy SM: Обучение управлению гневом со взрослыми заключенными. Dissertation Abstracts International 52:6087, 1992. Доступно по подписке на http://www.proquest.com

.

Кинг Н.Н., Ланкастер В.Г., Нетлтон Н., и др. : Тренинг по когнитивно-поведенческому управлению гневом для взрослых с легкой умственной отсталостью. Scand J Behav Ther 28:19–22, 1999

Колко Д.Дж.: Клинический мониторинг курса лечения при физическом насилии над детьми: психометрические характеристики и сравнение лечения.Пренебрежение жестоким обращением с детьми 20:23–43, 1996

Ланца М., Андерсон Дж., Босверт С., и др. : Вмешательство в администрацию ветеранов, связанную с агрессивным поведением: психодинамическая групповая психотерапия по сравнению с когнитивно-поведенческой терапией. Perspect Psychiatr Care 38:89–97, 2002

Линдси В.Р., Аллан Р., Парри С., и др. : Гнев и агрессия у людей с ограниченными интеллектуальными возможностями: лечение и последующее наблюдение за последовательными направлениями и сравнение списка ожидания.Clin Psychol Psychother 11: 255–64, 2004

Linehan MM, Heard HL, Armstrong HE: Натуралистическое наблюдение за поведенческим лечением хронически парасуицидальных пограничных пациентов. Arch Gen Psychol 50: 971–4, 1993

Медд Дж., Тейт Р.Л.: Оценка программы терапии управления гневом после приобретенной черепно-мозговой травмы: предварительное исследование. Нейропсихологическая реабилитация 10:185–201, 2000

Мендес де Леон К.Ф., Пауэлл Л.Х., Каплан Б.Х.: Изменение предрасположенности к коронарным заболеваниям в рамках проекта профилактики рецидивирующих коронарных заболеваний.Psychosom Med 53: 407–19, 1991

Мун Дж. Р., Эйсл Р. М.: Гнев: экспериментальное сравнение трех поведенческих методов лечения. Behav Ther 14: 493–505, 1983

Мерфи К.М., О’Фаррелл Т.Дж.: Факторы, связанные с супружеской агрессией у мужчин-алкоголиков. J Fam Psychol 8: 321–35, 1994

Накано К.: Влияние двух процедур самоконтроля на изменение поведения типа А. J Clin Psychol 46: 652–7, 1990

Novaco RW: Лечение хронического гнева с помощью контроля когнитивных функций и релаксации.J Consult Clin Psychol 44: 681, 1976

О’Доннелл Ч.Р., Уорелл Л.: Моторная и когнитивная релаксация при десенсибилизации гнева. Behav Res Ther 11: 473–81, 1973

Pennebaker D, Lesen T: Мужская передышка Южного метро: инновационная услуга для агрессивных мужчин. Австралийская психиатрия 10:20–3, 2002

Porzelius JE: Влияние релаксационных тренировок на психофизиологическую и психологическую реакцию на стресс у мужчин с риском развития эссенциальной гипертензии.Докторская диссертация, Университет Раша, Колледж медсестер, Чикаго, Иллинойс. Получено 12 июля 2007 г. из диссертаций и тезисов: полнотекстовая база данных. Публикация № AAT 8822753, 1988 г. Доступна по подписке на http://www.proquest.com

.

Ричардс Х., Каплан М., Кафами Д.: Прогресс в лечении и пережитый и выраженный гнев среди заключенных. J Offend Rehabil 30: 35–58, 2000

Римм Д.К., Хилл Дж., Браун А., и др. : Групповой ассертивный тренинг по лечению выражения неуместного гнева.Psychol Rep 34: 791–8, 1973

Рокач А: Обучение контролю над гневом и агрессией: воспроизведение привязанности с взаимодействием. Психотерапия 24:353–62, 1987

Роуз Дж., Уэст С., Клиффорд Д.: Групповые вмешательства при гневе у людей с ограниченными интеллектуальными возможностями. Res Dev Disabil 21:171–81, 2000

Salwan JF: Управление вызванным стрессом гневом у клиентов профессиональной реабилитации: сравнение когнитивно-поведенческой терапии и методов преодоления релаксации.Dissertation Abstracts International 47:2631, 1986. Доступно по подписке на http://www.proquest.com

.

Sarason I, Johnson G, Berberich JP, и др. : Помощь полицейским в преодолении стресса: когнитивно-поведенческий подход. Am J Community Psychol 7: 593–603, 1979

Шмитц Б., Пресли С.: Программа контроля гнева для учащихся с поведенческими проблемами. Социальная работа школы штата Айова J 9: 32–53, 1997

Schmitz JK: Эффекты структурированной лечебной группы для женщин, которым трудно справляться с гневом.Диссертация MSSW, Техасский университет в Арлингтоне, Арлингтон, Техас, дата обращения 12 июля 2007 г. Диссертации и диссертации: Полнотекстовая база данных. Публикация № AAT 1342510, 1990 г. Доступна по подписке на http://www.proquest.com

.

Schmitz MJ: Исследование результатов для определения клинической эффективности программы управления гневом на взрослой выборке из сельской местности Миннесоты. Dissertation Abstracts International, Section B: The Sciences and Engineering 66:4500, 2006. Доступно по подписке на http://www.proquest.com

Сиддл Р., Джонс Ф., Авенат Ф. Групповая когнитивно-поведенческая терапия гнева: экспериментальное исследование. Behav Cognit Psychother 31: 69–83, 2003

Smith LL, Beckner BM: Семинар по управлению гневом для заключенных в учреждении строгого режима. J Offend Rehabil 19: 103–11, 1993

Стэплтон Дж. А., Тейлор С., Асмундсон Г.: Влияние трех методов лечения посттравматического стрессового расстройства на гнев и чувство вины: экспозиционная терапия, десенсибилизация и переработка движений глаз, а также обучение релаксации.J Traum Stress 19: 19–28, 2006

Stermac L: лечение гнева для пациентов судебно-медицинской экспертизы. J Interpers Viol 1: 446–67, 1987

Тан М: Клинический результат и удовлетворенность клиентов групповой программой управления гневом. Can J Occup Ther 68: 228–36, 2001

Тейлор Дж.Л., Новако Р.В., Гиллмер Б., и др. : Когнитивно-поведенческая коррекция интенсивности гнева среди правонарушителей с ограниченными интеллектуальными возможностями. J Appl Res Intellect Disabil 15: 151–65, 2002

Taylor JL, DuQueno L, Novaco R: Пилотирование шкалы оценки гнева Уорда для пожилых людей с проблемами психического здоровья.Behav Cognit Psychother 32: 467–79, 2004

Тейлор Дж.Л., Новако Р., Гиллмер В., и др. : Индивидуальное когнитивно-поведенческое лечение гнева для людей с легкой пограничной умственной отсталостью и историей агрессии: контролируемое исследование. Br J Clin Psychol 44: 367–82, 2005

Томас М.К.: Оценка эффективности лечения гнева у ветеранов Вьетнама с посттравматическим стрессовым расстройством. Кандидатская диссертация, Арканзасский университет, Фейетвилл, Арканзас.Получено 12 июля 2007 г. из диссертаций и тезисов: полнотекстовая база данных. Публикация № AAT 3122391, 2003 г. Доступна по подписке на http://www.proquest.com

.

Томас Н.Б.: Эффективность когнитивно-поведенческой группы управления гневом в снижении взвешенного отношения к агрессии. Диссертация PsyD, Университет Джорджа Фокса, Ньюберг, Орегон. Получено 12 июля 2007 г. из диссертаций и тезисов: полнотекстовая база данных. Публикация № ААТ 9304475, 1990 г. Доступна по подписке на http://www.proquest.com

Thurman CW: Эффективность когнитивно-поведенческой терапии в снижении поведения типа А среди преподавателей университетов. J Counsel Psychol 32:74–83, 1985

Thurman CW: Эффективность когнитивно-поведенческих методов лечения в снижении поведения типа А среди преподавателей университетов: год спустя. J Counsel Psychol 32:445–8, 1985

Timmons PC: Когнитивно-поведенческое лечение гнева: сравнение группового консультирования и компьютерного руководства.Dissertation Abstracts International, Section B: The Sciences and Engineering 55:2019, 1994. Доступно по подписке на http://www.proquest.com

.

Timmons P, Oehlert M, Sumerall S, et al : Обучение прививке от стресса для неадаптивного гнева: сравнение группового консультирования и компьютерного руководства. Comp Hum Behav 13: 51–64, 1997

Trampus JW: Анализ психообразовательного вмешательства в аффективную область (гнев). Dissertation Abstracts International, Раздел A: Гуманитарные и социальные науки 59: 3715, 1999.Доступно по подписке на http://www.proquest.com

Ванной С.Д., Хойт В.Т.: Оценка вмешательства терапии гнева для заключенных взрослых мужчин. J Offend Rehabil 39: 39–57, 2004

Walley JC: Воздействие воображения и предотвращение реакции на гнев и агрессивное поведение. Dissertation Abstracts International, Section B: The Sciences and Engineering 63:2080, 2000. Доступно по подписке на http://www.proquest.com

.

Уайтман М., Фаншел Д., Гранди Дж. Ф.: Когнитивно-поведенческие вмешательства, направленные на гнев родителей, подвергающихся риску жестокого обращения с детьми.Социальная работа 2: 469–74, 1987

Willner P, Jones J, Tams R, et al : рандомизированное контролируемое исследование эффективности группы когнитивно-поведенческого управления гневом для клиентов с ограниченными возможностями обучения. J Appl Res Intellect Disabil 15: 224–35, 2002

Wlazelek BG: Влияние прививки от стресса для контроля гнева и обучения релаксации на гнев и связанные с ним меры с медсестрами. Dissertation Abstracts International 51:2640, 1990. Доступно по подписке на http://www.proquest.com

Вербальное управление агрессией

Почти на каждом тренинге по безопасности, который я проводил на протяжении многих лет, поднимались темы вербального подчинения и вербального управления агрессивным поведением. Интерес к этим темам наблюдается как среди профессионалов в области безопасности, так и среди других специалистов. Это забота, которая объединяет всех. Потратив годы на оттачивание в полевых условиях, имея дело с этой темой из первых рук, я заметил, что работает, а что нет.На протяжении многих лет я преподавал этот предмет сотням профессионалов в области безопасности и других специалистов и слышал отзывы от многих, кто также добился предшествующего и/или последующего успеха в том, что я собираюсь объяснить. Прежде чем мы углубимся в это, позвольте мне просто сказать, что это , а не мои техники. Это проверенные временем методы, которые существуют уже довольно давно, и которые также можно найти в других местах. Специалисты по безопасности, и особенно сотрудники правоохранительных органов, уже должны быть хорошо знакомы с этими методами.То, что я даю вам здесь, — это мой собственный взгляд на это с некоторыми уроками, которые я извлек из этой области.
Устное согласие
Давайте начнем с попытки добиться уступчивости от кого-то, кто сопротивляется, не хочет или спорит, но, что очень важно, не агрессивен. Следующие пять шагов детализируют потенциальное хронологическое развитие. В идеальной ситуации шаг № 1 приведет к уступчивости, но если этого не произойдет, появится необходимость перейти к шагу № 2 и так далее по цепочке.Если согласие не было достигнуто к шагу № 5, то вербальные попытки могут закончиться. 1. Первый шаг – в дружелюбной и любезной манере попросить человека сделать то, что вы от него хотите. Мне почти больно писать что-то столь самоочевидное, но опыт показал мне обратное. Вы будете удивлены, как много специалистов по безопасности проплывают мимо этой очевидной отправной точки и сразу же принимают свои тактические стойки каратэ, чтобы справиться с «потенциальной угрозой». Да, человек может быть непослушным, но нет веских оснований просто предполагать, что он откажет в вежливой просьбе.Я видел, как многие офицеры на протяжении многих лет сами создавали себе проблемы, пропуская этот шаг. 2. При необходимости укажите, почему они должны делать то, о чем вы их просите. Это позволяет человеку понять ваши рассуждения. Самое главное, он дает представление об универсальном законе уважения. Это прямое продолжение и небольшое расширение идеи шага №1. 3. Если это по-прежнему не приводит к соответствию, создайте и представьте варианты. Большинству людей нравится, когда им дают выбор и второй шанс.Для достижения наилучших результатов постарайтесь звучать дружелюбно и полезно. Сначала укажите положительный вариант, затем отрицательный, а затем снова напомните им о положительном. Помните, что большинство людей эгоистичны, поэтому выдвигайте интересы за них. 4. Следующим шагом является указание на неподчинение другого лица. Дайте им понять, что они не сотрудничают и что это не работает. Это особенно полезно для тех людей, которые, как бы это выразиться, «спорят о карьере». Это люди, которые, как правило, болтают без умолку, отнимая ваше драгоценное время и устраивая сцену.Во многих случаях заявить о факте их неподчинения, возможно, чуть более прямо и менее сговорчиво, может вывести их из этого состояния. 5. Последний шаг — действовать. Очень важно, что действие не означает, что вы немедленно «впадаете в ярость» и используете свои самые решительные тактические приемы. В зависимости от ситуации и доступных вариантов действия могут просто означать, что вы отключаетесь, связываетесь для поддержки или звоните властям.
Управление агрессивным поведением
Хорошо, давайте поговорим о некоторых вербальных вариантах общения с агрессивными людьми.Это люди, которые не только склонны к спорам и неуступчивости, но и явно и/или устно агрессивны. Они не обязательно подвергали кого-либо физическому насилию, но демонстрируют очевидные признаки физической агрессии, гнева, готовности или беспокойства. 1. Попробуйте словесно договориться с рассерженным человеком. Не перебивайте их, дайте им высказаться о своих проблемах, даже если они неправы или не имеют никакого смысла. Выражайте согласие с их утверждениями, даже если вы так не считаете. 2.Предлагайте варианты. Перенаправьте их и предложите возможные решения: «Вот что мы можем сделать…» Имейте в виду, что это не обязательно должны быть реальные варианты, доступные вам. Вы просто пытаетесь рассеять опасно сфокусированный лазерный луч гнева, распространяя его по более широкой области с помощью нескольких вариантов. 3. Определите проблему. В большинстве случаев вы не являетесь реальной проблемой. Вы просто человек, которому противостоят. Выявление проблемы может перенаправить их гнев от вас и может помочь разрядить ситуацию или снизить ее эскалацию до уровня, когда она больше не представляет опасности.Если их сердитый лазерный луч нацелен на вас, постарайтесь направить их прицел в другое место. Даже временная потеря цели может снизить уровень адреналина. 4. Сопереживать. Дайте им понять, что вы сочувствуете им и поймете, что им тяжело. Скажите им, что проблема беспокоит и вас лично, и что на самом деле вы на их стороне, даже если это может выглядеть так. Это придаст ситуации более человечный и личный характер, что может предотвратить вспышку насилия. 5. Используйте совместный подход: «Давайте попробуем решить эту проблему вместе » «Может быть нам нужно посмотреть на это немного по-другому». Устно поставив себя на их сторону, вы сможете перенаправить агрессию от вас и, надеюсь, разрядить ее, заставив агрессора поверить, что он не одинок в этом.
Общие проблемы с соблюдением и управлением агрессивными людьми
1. Вербальное управление агрессией — это НЕ то же самое, что вербальное согласие. У агрессивных людей есть только одна цель — деэскалация, снижение уровня адреналина человека и снижение уровня его агрессии. 2. Пока вы не понизите уровень адреналина и агрессии человека, нет смысла добиваться от него уступчивости. Это одна из самых распространенных ошибок, которая может привести к обострению ситуации. Не переусердствуйте и постарайтесь получить от них все, что вы хотите, сразу. Сначала сосредоточьтесь на снижении агрессии.Только после того, как агрессия будет взята под контроль, вы, , должны начать , пытаясь заставить их подчиниться. 3. Для снижения агрессии допустимо потворствовать, лгать, устно соглашаться и предлагать луну, если это необходимо. Здесь нет эгоизма, нет суждений о том, кто прав, а кто виноват; есть только одно — снижение уровня адреналина и агрессии. Только после того, как ситуация станет менее опасной, вы должны начать говорить о том, что на самом деле возможно или нежелательно.Агрессия в большинстве ситуаций не рациональна. Если логика не привела их в агрессивное состояние, она, вероятно, не выведет их из него. Для вас нормально временно отложить логику в сторону, поскольку вы утверждаете, что согласны с человеком и предлагаете ему нереалистичные решения. 4. Снижение агрессии человека вполне может быть временным решением , особенно если он поймет, что то, что вы ему предложили, было подделкой. Это нормально. Еще раз, не пытайтесь переусердствовать и решить все проблемы навсегда.Временного снижения агрессии может быть достаточно, чтобы вывести человека из состояния нелогичной, саморазрушительной агрессии. Мы не ищем здесь мира во всем мире. Больше всего нам нужно не допустить внезапного решения вернуться к насилию. Человек может по-прежнему злиться, но с более низким уровнем адреналина вы, скорее всего, сможете его урезонить. Затем вы можете привести законный аргумент и попытаться работать над словесным согласием, но это должно произойти только после того, как физическая опасность минует. 5. Даже если агрессия вернется после того, как человек поймет, что вы ему солгали, вы, по крайней мере, выиграете себе драгоценное время, в течение которого могли прибыть подкрепление, помощь или правоохранительные органы. Вы не просто уклоняетесь от своих обязанностей или пинаете банку по дороге. Вы создаете тактическое преимущество, временно останавливая или задерживая агрессию человека. Узнайте больше об этой и многих других темах в моем мастер-классе по предотвращению враждебной деятельности.Используя израильские ноу-хау и проведенные мной, Ами Тобен, этот онлайн-курс обучает действенным, проверенным временем методам предотвращения, обнаружения и пресечения враждебных нападений.

Нравится:

Нравится Загрузка…

Заметки об агрессии (источники и методы контроля агрессии)

 

Агрессия: заметки об агрессии (источники и методы контроля агрессии)

Агрессия:

Фрейд и многие другие психопатологи рассматривали агрессию как глобальную, инстинктивную, подобную паровому котлу силу.Это широко известно как инстинкт смерти (придерживаемый Фрейдом), который, по его словам, является безотлагательным и в основном неизбежным для самосохранения и воспроизводства.

Изображение предоставлено: 2012books.lardbucket.org/books/social-psychology-principles/section_13/8db25abced1c8d066987635b248115ac.jpg

Теория Адлера об агрессии, подчеркнутой как самостоятельный инстинкт; но никоим образом не идентичным инстинкту смерти Фрейда. Агрессия, по Адлеру, — это самозащита и самоутверждение.Фрейд отождествляет агрессию со стремлением к разрушению, тогда как Адлер рассматривает ее как стремление доминировать и подчинять.

Доллард (1939) описал агрессию как вызванное влечение. По его мнению, влечение вызывается внешним ситуационным состоянием, таким как разочарование, физическая боль, потеря лица и т. д. Его возбуждение в конечном итоге приводит к открытым формам агрессии по отношению к другим.

McDougall (1908) обозначил явление агрессии в инстинкте борьбы на основе гипотезы, впервые постулированной Фрейдом, Миллером, Доллардом и другими из Йельской группы.Он считает агрессивный порыв далеко не вредным.

Йельская группа всегда рассматривает агрессию как следствие какой-то фрустрации. Короче говоря, говорят, что это первичная реакция на фрустрацию. Миллер-Доллард (Miller-Dollard, 1939) в своей книге «Фрустрация-агрессия» считают, что «распространено мнение, что агрессия всегда является следствием фрустрации». смещенные и иным образом отступившие от своей непосредственной и логической цели, они не уничтожаются.Таким образом, неизбежно, что за фрустрацией следует агрессия.

» Сирс, Ховланд и Миллер (1940) определяют агрессию как «импульс разрушать, наносить ущерб, мучить, мстить, взрывать, унижать, оскорблять, угрожать и запугивать». Нью Комб (1943) далее указывает: «Фрустрация всегда вызывает мотивацию какой-либо агрессии, и если агрессия не возникает, она подавляется».

Но точка зрения Йельской группы была оспорена более поздними психопатологами, внесшими изменения в приведенную выше точку зрения.Однако они считают, что агрессия является следствием фрустрации; это не единственное последствие.

Морион (1949) в «Заметке о теориях фрустрации-агрессии Долларда и его соратников» критиковал эту теорию в следующих строках: «Мнение Миллера, Долларда о том, что фрустрация ведет к своего рода агрессии, равносильно заблуждению, которое был популярен 20 лет назад, т. е. если вы подавляете половые влечения, возникает комплекс, и поэтому люди должны отпустить себя …….. Возможно, агрессия фрустрации примерно эквивалентна такому взгляду на секс.

Однако, оставляя в стороне такие противоречия, никто не может отрицать, что агрессия является одной из фундаментальных реакций на фрустрацию, хотя и не единственной.

Симондс (Symonds, 1931) придал термину «агрессия» четыре значения:

(i) Самоагрессия.

(ii) Завладеть лицом или предметом.

(iii) Враждебность и нападение или разрушение, прямо или косвенно направленные против фрустрирующего агента.

(iv) Акт контроля и чувство доминирования.

Согласно Саймондсу …агрессия в начале жизни доставляет удовольствие и всегда оставалась бы приятной, если бы нас не учили другому. Дойч указывает, что агрессия и враждебность являются неизбежными спутниками процесса взросления.

Это необходимо для выживания и получения жизненных благ. Агрессия может быть открытой или скрытой, внешней или внутренней, подавленной или перенесенной в зависимости от характера фрустрирующих ситуаций, силы барьера или интенсивности потребностей.

Миллер и Доллард в связи с этим считают, что «Иногда агрессия направлена ​​на фрустрирующего агента, в других случаях она переносится на некоторых других, которые совершенно невиновны, чтобы быть обвиненными. Некоторые формы агрессии энергичны и неприкрыты; другие слабые, тонкие и круглые».

Дальнейшая агрессия иногда может быть подавлена ​​и подавлена ​​из-за ограничений и ограничений, наложенных обществом, а иногда может быть направлена ​​на себя.

Розенцвейг (1934) предложил содержательную классификацию различных типов агрессивных реакций на фрустрацию:

(a) Дополнительные штрафы:

В некоторых ответах он проводит агрессию, направленную на внешнюю среду, скажем обвиняя других и называя это внекарательным.

(б) Внутриштрафные:

Когда расстроенный человек обращает свои агрессивные чувства на себя, это известно как интракарательная реакция, обычно называемая «самоагрессией».Здесь страдалец может просто винить себя за фрустрацию. Наиболее драматичной формой самоагрессии является самоубийство.

(c) Императив:

Это последний тип агрессивной реакции, классифицированный Розенцвейгом, когда человек пытается полностью избежать обвинения и пытается переключить проблему. Он может до некоторой степени ослабить свое напряжение, рассуждая и рационализируя. Эта классификация Розенцвейга охватывает более или менее разные виды агрессии как реакции на фрустрацию.

Источники агрессии:

Как и фрустрация, агрессия может возникать из-за физической или психологической среды. Эмоциональная незащищенность, порожденная потерей любви и привязанности, может привести к агрессии. Дети, которых не любили и о которых не заботились должным образом, чаще реагируют на наказание ответной агрессивностью.

Агрессия — это выученная форма социального поведения. Как и любой другой вид деятельности, он приобретается и поддерживается. По мнению Бандуры, агрессивное поведение поощряется, поскольку люди получают или ожидают различные формы вознаграждения за выполнение определенных действий, а когда они не получают такого вознаграждения, они расстраиваются и проявляют агрессивное поведение.Кроме того, агрессивное поведение также возникает из-за прямого подстрекательства конкретными социальными или экологическими условиями.

Теория агрессии, основанная на социальном обучении, утверждает, что корни агрессивного поведения весьма разнообразны по масштабам, включая прошлый опыт агрессора, обучение и различные внешние и ситуационные факторы. Иногда дети поощряются и даже награждаются родителями и соседями за определенное агрессивное поведение.

Точно так же солдаты и военнослужащие получают награды, медали и престижные звания за убийство войск противника во время войны.В настоящее время спортсмены и спортсмены получают всеобщее восхищение, огромные финансовые вознаграждения, хорошую работу, социальный престиж и психологическое удовлетворение, соревнуясь в агрессивной манере.

Наоборот, если человек чувствует себя в полной безопасности, он будет проявлять минимальную агрессию к фрустрирующим встречам. Чрезмерно снисходительный и чрезмерно защищенный ребенок, получающий чрезмерную любовь и защиту от родителей, чье поведение не ограничивается и не контролируется, может проявлять агрессивное поведение без торможения.У такого ребенка не вырабатывается толерантность к фрустрации, и его агрессивные реакции принимают бурную форму. Иногда такой ребенок становится откровенно агрессивным, так как хочет получить наказание.

Капитаны промышленности, великие ученые, политики, руководители, добившиеся имени и славы, возможно, все еще борются с внутренним чувством никчемности и неудачи, результатом чего могут быть гнев и враждебность.

Таким образом, агрессия возникает, когда индивидуум лишается доминирующей роли с сопутствующими ей фрустрацией, незащищенностью и чувством неполноценности.И, наконец, ребенок может проявлять агрессивное поведение, потому что это единственная техника, которой он научился справляться с фрустрирующими ситуациями.

Однако то, усиливает ли фрустрация открытую агрессию или не усиливает ее, в значительной степени зависит от двух факторов:

(а) Фрустрация усиливает агрессию только тогда, когда фрустрация полностью интернализована.

(б) Агрессия может не усиливаться, когда фрустрация умеренная или легкая.

Когда фрустрация воспринимается человеком, испытывающим фрустрацию, как законная и должна быть заслуженной, это может не способствовать агрессии.Но агрессия чаще возникает, когда кто-то считает фрустрацию незаслуженной, произвольной или незаконной.

Физическое насилие, словесные насмешки, нападки на эго, оскорбления являются мощными стимулами агрессивных действий. Исследования показывают, что даже существует положительная корреляция между просмотром телевизионного насилия и агрессией. Таким образом, чем больше дети смотрят жестокие сериалы, телефильмы и фильмы по телевизору или в кинотеатре, тем выше уровень их агрессии по отношению к другим.

Среди других экологических детерминант влияние шума, скопления людей, загрязнения воздуха и т. д.важны. Повышенное физиологическое возбуждение, энергичные физические упражнения, соревновательная деятельность и просмотр провокационных фильмов — вот некоторые из ситуационных детерминант, ведущих к открытой агрессии.

Боль, гормоны и наркотики также определяют агрессивное поведение. Установлено, что в то время как малая доза алкоголя угнетает агрессию, большие дозы ее облегчают. Имеются также данные, свидетельствующие о том, что повышенная агрессия возникает из-за очаговых очагов раздражения, некоторых форм эпилепсии, особенно опухолей височной доли и психомоторных опухолей височной доли.

Поражения лобных долей, аномальные выделения в медиальном отделе миндалины и т. д. Исследования на животных показывают, что стимуляция латерального и медиального гипоталамуса приводит к различным типам агрессии и что миндалевидное тело играет решающую роль в агрессии.

Однако чрезмерный агрессивный выплеск нежелателен не только для человека, но и для общества.

Методы предотвращения и контроля агрессии:

Таким образом, необходимо предотвращать и контролировать агрессию следующими методами:

Наказание как средство устрашения:

Частоту или интенсивность агрессивного поведения можно снизить с помощью мягких форм наказания, таких как социальное неодобрение, порицание и т. д.Но наказание не всегда может быть эффективным. Сильное наказание более жирной руки может привести к большей агрессии и привести к негативным результатам.

Обучение социальным навыкам:

Люди, не обладающие базовыми социальными навыками, не умеют эффективно общаться и, следовательно, прибегают к агрессивному самовыражению. Агрессию у таких людей можно уменьшить, обучая их социальным навыкам.

Обучение социальным навыкам применялось к различным группам людей, включая крайне агрессивных подростков, полицейских и даже родителей, жестоко обращающихся с детьми.Расширение межличностного общения, улучшение способности справляться с неприятием и стрессом и т. д. очень часто приводили к уменьшению агрессивного поведения. Таким образом, делается вывод, что обучение соответствующим социальным навыкам может дать многообещающее одобрение для снижения уровня человеческого насилия.

Эмпатия:

Было обнаружено, что воздействие признаков боли или дискомфорта со стороны жертвы подавляет дальнейшую агрессию. Кроме того, юмор, медикаментозное лечение и диспансерное наблюдение могут быть полезными для агрессивных людей, страдающих психическими расстройствами.

Общество, культура и агрессия:

Сравнительное изучение различных культур показывает, что агрессия различается в зависимости от культурных различий. Исследования Мида и Бенедикта служат убедительным доказательством в поддержку этой точки зрения. Люди, принадлежащие к племени Арапеш, спокойные и тихие, миролюбивые, готовые к сотрудничеству и покорные. Жизнь проходит для них легко, вероятно, потому, что их разочарования меньше, и какие бы разочарования они ни испытывали, они научились справляться с ними неагрессивными способами.

Племя мондугамер, с другой стороны, чересчур агрессивно, враждебно, свирепо, склонно к войне и отказывается сотрудничать, потому что они были разочарованы в своей основной потребности в еде и любви, и их также научили агрессивно справляться со своими разочарованиями.

Клаконн считает, что агрессивность зависит от культурных вариаций, и от этого зависит природа свободно плавающей агрессии.

Сублимация агрессии:

Отражение агрессии налицо в искусстве и литературе.Особенно у современных поэтов мы находим гневное неприятие мира из-за тяжелой фрустрации, с которой человек сталкивается на каждом этапе жизни. Эти агрессивные реакции сублимированы во многих художественных произведениях. Вероятно, многие подобные творения в настоящее время раскрывают всеобщий крик агрессии.

Агрессия также сублимируется и направляется в приключения, открытия и спорт социально приемлемым способом. Кульминация агрессивности приходится на войну. Дурбин и Боулби в своей книге «Личная агрессивность и война» отметили, что сырьем для войны является агрессивность человечества.

Полезность агрессивности:

Агрессия всегда несет в себе оттенок неодобрения, поскольку насилие, враждебность и доминирование осуждаются в любом обществе. Но они допускаются только тогда, когда они оправданы. Например, сексуальный извращенец хочет изнасиловать маленькую девочку. В защиту, если жертва убивает асоциального человека, ее агрессивное поведение не может быть осуждено обществом. Но тем не менее, агрессивному человеку выражается определенное восхищение с небольшим неодобрением, ведь о таком человеке говорят, что он обладает уверенностью в себе, смелостью и силой характера.

Таким образом, можно утверждать, что обычный человек проявляет амбивалентное отношение к агрессивному поведению, варьирующееся от резкого осуждения до легкого неодобрения, с одной стороны, и от невольного восхищения до сильного восхищения, с другой стороны.

Агрессия неизбежна. Даже дети из счастливых семей проявляют много спонтанной агрессии. Агрессия более или менее универсальна, и это факт, что для борьбы за существование требуется некоторая доля агрессии.Следовательно, человек не может и не должен делать себя полностью невосприимчивым к агрессивному опыту.

Тем не менее крайняя форма агрессии становится патологической. Это, несомненно, разрушает личность человека. Когда агрессия становится чертой личности таких людей, она становится своего рода расстройством характера и становится на пути нормального и целостного развития личности.

Несмотря на отрицательное значение агрессии, она имеет определенное биологическое значение. McDougall (1926) подчеркивал положительную ценность агрессии, полагая, что обычай вести войну среди первобытных племен также имеет свою социальную полезность.

Согласно Джексону и Брауну (1954), подчеркивая деструктивные, антисоциальные аспекты агрессии, такие писатели, как Фрейд, Адлер и Бове и в меньшей степени даже Карен Хорни и Сатти, необоснованно сузили ее значение. Недавно это осознали некоторые писатели-фрейдисты.

Джоан Ривьер (1937) так комментирует: «Агрессия, тесно связанная с ненавистью, ни в коем случае не является полностью разрушительной или болезненной ни по своим целям, ни по действию, ни по любви… может быть агрессивной и даже разрушительной по своему действию….Кажется, что агрессивные импульсы являются радикальным и основным элементом в психологии человека.

Написать ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.