Психология жертвы как избавиться: Не быть жертвой. Ответы Михаила Лабковского

Содержание

Не быть жертвой. Ответы Михаила Лабковского

Фото: Варвара Лозенко

1. Как распознать жертву в себе и других

Психология жертвы — это определенный поведенческий стереотип, выработанный под воздействием страха. Страх может закрепиться в результате психологической травмы от любой пережитой в детстве ситуации, не обязательно это последствие родительского воспитания.

Как ведет себя жертва? Допустим, если девушка идет одна по тихому ночному двору и боится и слышит сзади шаги, явно не женские, то она начинает оборачиваться и ускорять шаг. Наш «животный ум» зачастую независимо от нашего воспитания воспринимает такой жест как сигнал «догони меня». Когда вас просят садиться, а вы отвечаете: «Спасибо, я постою», — вы ведете себя как жертва. Когда женщина живет с бойфрендом, который не только не собирается жениться, но даже не горит желанием сводить ее в кино, а приезжает только по ночам, причем ей это не нравится, но она терпит — она жертва. По этой причине он на ней и не хочет жениться. Когда на вас орут на работе, а у вас кредит, трое маленьких детей и жена безработная, поэтому вы молчите, цепляясь за работу изо всех сил, — вы ведете себя как жертва. Поведение жертвы состоит из неосознаваемых, практически неконтролируемых мелочей, которые провоцируют оппонента на агрессию.

Фото: Варвара Лозенко

Если покопаться в детстве человека с психологией жертвы, то, скорее всего, выяснится, что с ним не считались, не обращали внимания на его достоинства и достижения, но тыкали в его недостатки. Кроме страха человек с психологией жертвы чувствует обиду и унижение. Иногда это приводит к тому, что с более слабыми людьми он может повести себя довольно жестко: ему необходимо на ком-то отыграться, получить сатисфакцию. Самая главная проблема жертвы в том, что она живет, не получая удовольствия от жизни: у нее философия выживальщика, она постоянно думает о том, как бы не нарваться на проблемы. Но когда человек думает о возможных проблемах, он их к себе и «притягивает».

В школе пристают обычно к тем детям, неуверенность которых выдают жесты и осанка, они ходят ссутулившись, носками внутрь, прижимают портфель к себе. Еще одна отличительная черта жертвы — она часто пытается всем понравиться, никогда никому не отказывает и многое делает в ущерб себе.

Расскажу одну сценку, в которой жертвы узнают себя. Вы — молодой здоровый мужчина, и вы едете в метро. Вы очень устали, ехать далеко, и вам хочется сидеть. Вы садитесь, но перед вами встает бабушка, которая своей сумкой начинает буквально тыкать вам в лицо. Через некоторое время вы уступаете ей место. «Почему это я жертва в таком случае? — возразите вы. — Я, может, хочу уступить ей место, потому что я порядочный и я так воспитан — уступать пожилым». Если вы действительно хотите уступить бабушке, то вы не жертва, я даже спорить не буду. Жертва — тот, кто уступить не хочет, потому что устал, но в итоге поднялся. Первое, что в вас проснулось, — чувство вины за то, что вы сидите, а она стоит. Второе — будучи зависимым от мнения других людей, вы начинаете смотреть на себя глазами этих людей, едущих вместе с вами, и думать: «Вот сволочь, я, молодой, сижу, а бедная женщина умирает прямо на глазах».

Вы ощущаете стыд. И вот вы уступаете ей место. Как можно было поступить иначе? — спросите вы. А вот как. Старушка вряд ли глухонемая, и если ей нужно сесть, она скажет: «Уступите мне место». Но старушка не просит, она гордая и считает, что ей сами должны уступать. Однако никто никому ничего не должен. Поэтому ей стоило бы попросить — после просьбы мало кто отказывает. Но если вы, не дождавшись этого, сами бежите впереди паровоза и, даже будучи смертельно уставшим, вылетаете со своего места, как пробка, поймав взгляд недовольной старушки, то вы — жертва, это факт.

Фото: Варвара Лозенко

2. Как общаться с жертвой

— Как вести себя с человеком, в котором явно угадывается жертва, чтобы ему помочь?

— Вести себя надо так, как хочется. Не надо ему помогать. Если вы что-то начинаете делать в ущерб себе, то у вас такая же проблема, как у него. Стоит принимать человека таким, каков он есть. Не критикуйте. Можете его поддержать. Стоит помнить, что люди — это животные. Они часто провоцируют вести себя с ними определенным образом. Вы наверняка слышали историю о тигре Амуре и козле Тимуре: козел, которого бросили тигру в вольер как живой корм, не привык кого-то бояться и спокойно пошел к хищнику знакомиться, а потом занял его домик. То есть повел себя как вожак. И несколько дней тигр его не трогал. Лексикон жертвы: «Ой, простите, пожалуйста, я вас не побеспокою? Ничего, вам удобно будет? Я не много места занимаю?» Вот эти постоянные извинения жертв побуждают людей вести себя с ними агрессивно.

Фото: Варвара Лозенко

3. Как не вырастить из ребенка жертву

— Как вести себя с ребенком, если замечаешь у него признаки поведения жертвы? Например, он слишком много извиняется и стесняется взять последнюю конфету со стола? Как объяснить, что есть вежливое поведение, а есть перегибы?

— Границу между вежливым поведением и поведением жертвы обнаружить просто: второе начинается тогда, когда человек делает что-то против своей воли.

Например, когда ребенок хочет последнюю конфету, но отказывается — это плохо. Если у ребенка нормальная самооценка и он считает себя хорошим, он не видит ничего предосудительного в том, чтобы взять конфету. Он считает себя правым. Важно для себя быть правым, а не в сравнении с нормой социального поведения для оценки других людей. Родителям не обязательно ему потакать за столом, они могут корректировать его поведение, сказать, что больше никакого сладкого сегодня или что этой конфетой он мог бы и поделиться — это нормально. Главное, опять же, чтобы ребенок не бежал впереди паровоза и не отказывался заранее от того, что хочет. Это — психология жертвы, и вы должны ему это объяснить. Как-то раз я был в гостях у родственника из Канады, за столом было трое детей, и как раз осталась последняя конфета. Отец семейства без зазрения совести ее взял и сказал золотые слова: «Они свое еще съедят, мы-то раньше умрем».

Нельзя пугать детей милиционером, который их заберет, и прочими глупостями. Не надо их одергивать в духе «ах, что ты сделал, из-за этого такой ужас может случиться!». Вы всегда должны принимать их сторону, даже когда они неправы. Но самое главное и самое сложное — самому не быть жертвой. Детям передаются страхи взрослых, поэтому, если вы не хотите, чтобы ваш ребенок стал жертвой, ведите себя рядом с ним уверенно. Представьте, что видят и слышат дети людей, которые постоянно жалуются. Они ведь слушают телефонные разговоры, видят, как родители общаются с другими людьми в общественных местах, и считают, что так и надо.

Моя дочь как-то захотела в Диснейленд, я ей обещал, и мы поехали. Там я увидел огромные страшные «американские горки», на которых вагончик зависает на несколько секунд в петле и пассажиры оказываются вниз головой. Я смотрел на него и думал: «Зачем я вообще приехал…», потом решил, что надо обязательно прокатиться, раз мы пришли, поскольку, если дочь поймет, что папа чего-то боится, она тоже начнет бояться.

Не давайте страху в себе поселиться. Если вы попали в ДТП, непременно, как только сможете, садитесь за руль и поезжайте на место происшествия. Была аварийная посадка самолета? Сразу же берите новый билет и летите. В Израиле, когда в очередной раз взрывают автобус, на остановке через некоторое время собирается огромная толпа людей — все они хотят снова проехать на автобусе, чтобы побороть панику.

Фото: Варвара Лозенко

— Моей дочери 14 лет. Наверное, я была излишне категоричной с ней, и я вижу в ней черты жертвы, в ней нет уверенности в себе. Но я воспитывала ее так же, как моя мама воспитывала меня. Когда я просила маму оценить мой труд, она говорила, что я могла бы и получше, и я замечаю за собой то же самое. Можно ли сейчас что-то исправить?

— Вы вели себя так, как могли. Вы делаете ошибки в общении с детьми не потому, что вы до того, как родить, не сходили на мои лекции, а потому, что вы такой человек, и у вас такая психология. И ваша мама тоже не виновата в своей манере воспитания.

Что касается вот этого «ты мог бы и лучше» — имейте в виду: родитель так критикует ребенка, муж жену и так далее только по одной причине: когда мы умаляем успехи ближнего, мы стремимся поднять свою самооценку.

Когда мы говорим «ты можешь лучше», мы себя позиционируем так, как будто мы-то точно можем лучше.

Проблема не в том, как вести себя с ребенком, а в том, как поменять свою психологию, чтобы больше себя так не вести. Это отдельная сложная тема. Все хотят быстрого рецепта, но его нет. Избавиться от своих неврозов, от своей неуверенности, амбиций и комплексов, которые заставляют вас говорить ребенку, что он может лучше, не так-то просто. Надо стремиться к состоянию безусловной любви, то есть к такой, когда вы любите вашего ребенка безотносительно того, какие у него успехи в школе, что он собой представляет и как себя ведет. Чтобы ребенок не был привязан к вашей оценке, чтобы не было ситуации, в которой, если он получил двойку, он плохой и вы его как бы не любите, а если пятерку, то все нормально. Потому что эта зависимость закрепляется и приводит к проблемам во взрослой жизни. Можно радоваться или переживать за его оценки и говорить об этом ребенку, но оценки не должны быть мерилом ваших отношений.

В общем, занимайтесь сначала собой, ломайте поведенческий стереотип, который ваша мама выработала у вас в детстве.

Фото: Варвара Лозенко

4. Что делать, если вы — жертва

— У меня с раннего детства сложились непростые отношения с родителями, и, хотя сейчас общение с ними сведено к минимуму, при взаимодействии с ними я моментально начинаю вести себя как жертва. То есть стараюсь сделать все что угодно, чтобы быть хорошей. Подобное поведение у меня возникает и в общении с другими людьми. Как от этого избавиться?

— Самое главное — решить проблему с родителями. Как только вы это сделаете, с другими исправить коммуникацию будет гораздо легче. Первое — вы должны перерасти своих родителей. Потому что, пока вы общаетесь с ними так, как ребенок общается со взрослым, вы тащите за собой детские стереотипы и реагируете на звонок мамы так, словно вам пять лет и события происходят в старшей группе детского сада. Сколько бы времени ни проходило, эти стереотипы будут сохраняться.

И если вы встретите мужчину, который будет вызывать у вас «детские» эмоции, он будет вызывать у вас и детское поведение. То же будет и с коллегами, и с начальством на работе. Чтобы родители начали с вами считаться и воспринимать вас как взрослого человека, вы должны начать общаться с ними как взрослый человек — с пожилыми людьми, а не как ребенок с мамой и бабушкой. Это непросто. Надо заставить их общаться на своих условиях: «Я вас люблю, но вот об этом и этом я с вами говорить не буду».

— При попытке контролировать свое поведение и не «скатываться» до жертвы замечаю, что подолгу контролировать не получается. Как быть?

— Контролировать бесполезно, потому что у человека два полушария, и вместе они не функционируют: вы либо переживаете, либо думаете. Поведение жертвы — это поведение, доведенное до автоматизма. Пример из школы: когда кролик видит удава, у него случается мышечный спазм, он цепенеет, и удав его съедает. Это происходит потому, что через предков кролику передалась реакция мозга на очертания змеи. Если бы кто-то в этот момент мог воткнуть кролику иголку в ногу, то он бы отмер и побежал, да вот только в лесу никого нет. Так же и человеку никто не может воткнуть иголку, когда он начинает вести себя как жертва, поэтому он отрабатывает детский поведенческий стереотип от начала и до конца. Пытаться это контролировать — значит, пытаться рационально решить эмоциональные проблемы.

Есть несколько правил, которые помогают преодолеть психологию жертвы: стараться делать только то, что вы хотите, не делать того, чего не хотите, и вы должны говорить сразу, если вам что-то не нравится. Потому что жертвы никогда не говорят сразу, они очень любят беречь это чувство обиды внутри, чтобы взорваться через год. Если начать следовать хотя бы первому правилу, ваше поведение уже начнет перестраиваться. Но ради этого придется перестать думать, например, о том, что люди подумают, не потеряете ли вы близких, если вы начнете делать то, что вы хотите, но это ваша жизнь и решать вам.

Фото: Варвара Лозенко

— Если человека в детстве воспитали как «образцовую» жертву, что может ему помочь? Психотерапия, аутотренинги, таблетки?

— Можно попробовать помочь себе самостоятельно, если не выходит — тогда стоит обратиться к психотерапевту. К аутотренингам я отношусь скептически, потому что, как известно, сколько ни говори «халва», во рту слаще не становится. Таблетки стоит применять только тогда, когда проявляются психосоматические симптомы: дрожание рук, потливость, гиперемия кожных покровов, аритмия, тахикардия, гипертензия, гастрит, панкреатит и другие проблемы с поджелудочной железой и желудком, синдром раздраженного кишечника, гормональные изменения, проблемы с нейротрансмиттерами и так далее. Вот в таких случаях, когда ваше поведение уже имеет патологический характер, то есть начинает вмешиваться в работу внутренних органов, стоит идти к психиатру за таблетками.

Пока проблемы только на поведенческом уровне, можно натренировать себя преодолевать свой страх. Я, например, в свое время приучил себя к хождению по темным дворам ночью. Моя дочь служила в израильской армии, и один раз у них была встреча с женщиной, которая прошла через лагеря. Она стала им рассказывать про газовые печи, и вдруг бойцы, которые это слушали, ее перебили и стали говорить: «Почему вы вели себя как овцы — вас резали, а вы сами в овраг падали? Вы сами себе могилы копали, сами раздевались и шли в эти газовые камеры — зачем вы все это нам рассказываете?» Я, если честно, опешил, потому что я человек советский, для меня эта тема святая, и я не понимал, как можно с такой женщиной в спор вступить. Но у израильской молодежи, в отличие от этой европейской еврейки из Германии, другая психология: им страх неведом. Они сказали, что если бы с ними такое случилось, то они бы с собой непременно прихватили двух-трех фашистов по пути в газовые камеры, потому что даже голыми руками можно убить несколько человек, пока тебя самого не убили. У этих людей совсем иная психология, чем у тех, кто покорно шел на смерть. Когда ты живешь и не боишься, у тебя освобождается множество эмоциональных ресурсов, поскольку у жертвы 90% эмоций уходит на то, чтобы предполагать, стоит ли ожидать нападения потенциального палача, и попытки придумать, как избежать возможных проблем. У многих людей парализована не только воля — у них нет даже и мыслей о том, что можно что-то исправить.

Фото: Варвара Лозенко

— Что делать тем, в ком психология жертвы выражается через авторитарное, агрессивное поведение? Я родилась в маленьком сибирском городке, где дрались все, даже девочки, и я всегда боялась оказаться избитой. Детство прошло, и я стала замечать, что на деловых переговорах не дай бог никому вступить со мной в спор — у меня сразу возникает желание загрызть и задавить оппонента. Я переживаю из-за того, что у меня много шансов выйти замуж за подкаблучника или воспитать подкаблучником ребенка.

— Многие люди занимают оборонительную позицию, заранее переживая о том, что их унизят. В России, в принципе, люди поэтому и не улыбаются на улицах: все привыкли к агрессии с детства и на всякий случай делают «морду кирпичом», чтобы никто не приставал. Хотя люди, искушенные в уличных драках, наоборот, считают, что такое выражение лица — признак слабости, уверенные в себе ведут себя раскрепощенно и очень спокойно. Люди, которые заранее агрессивно настроены, еще и пытаются всех контролировать. Чтобы от этого избавиться, нужно опять же избавляться от страха, учиться отпускать ситуацию и не говорить, пока тебя не спрашивают. Это тяжело дается — молчать на тех же переговорах, пока не дадут слово, но в результате вас будет отпускать. Попробуйте, как говорят спортсмены, пропустить удар, на который вы можете не отвечать. Чем больше вы сможете пропустить, чем дольше выдержать паузу, тем увереннее вы будете отвечать. Мы и на детей орем из опасения, что они подчиняться перестанут, и на работе орем, потому что, пока всех подчиненных за горло не возьмешь, они работать не начнут, ведь так? Люди, которые ничего не боятся, не пытаются никого строить, знают, что ситуация под контролем, и если что-то пойдет не по плану, они смогут с этим разобраться.

Фото: Варвара Лозенко

5. Жертва и семейные отношения

— Мужчина поднимает на женщину руку только в том случае, если она ведет себя как жертва?

— Не обязательно. Но если женщина не жертва — это будет ее последний опыт общения с этим мужчиной.

— Я в течение последних нескольких лет встречаю один и тот же тип мужчин, которые мне говорят одно и то же — о том, как жена их пилит, как на работе тяжело и как она ест их время, как их все кругом обижают, но, встретив меня, они поняли, что это судьба, теперь их проблемы решатся и я их спасу. Причем такой мужчина может быть достаточно успешным, хорошо выглядеть, его имя в обществе может быть весомым. В чем тут загвоздка?

— У многих мальчиков была жестокая авторитарная, или холодная авторитарная, или контролирующая мать. Вырастая, мужчины тянутся к женщинам, напоминающим им мать, — это не значит, что вы такая, но мужчины что-то определенно в вас считывают. Такие мужчины маются, потому что им нужна «жесткая женская рука», но женщины, которые им нравятся, нуждаются в таком партнере, с которым можно побыть слабой, этого не происходит, и это нервирует. Единственная возможность уберечься от отношений с неподходящим партнером — исчезать после первой тревожной фразы вроде «Мне так плохо…».

— Мой муж говорит мне, что у меня поведение жертвы: я постоянно пытаюсь привлечь внимание и получить заботу. Я жертва?

— Если вы постоянно жалуетесь, то муж абсолютно прав. Такой способ общения еще и усугубляет ситуацию. У некоторых невротиков есть большая проблема: для них любовь соединена с чувством жалости к себе. Допустим, маленькая девочка любит своего папу, а он ведет себя агрессивно, вечно приходит домой пьяным, но она все равно его любит и вместе с тем боится. Ей жалко себя, потому что любимый папа так с ней общается, и эта жалость к себе для нее и есть любовь. Когда такой ребенок вырастает, он строит отношения с другими людьми таким образом, чтобы в результате их поведения можно было почувствовать себя обиженным и пожаловаться — и жалобы составляют суть отношений с мужем.

— Вы говорите, нужно делать только то, что хочется, чтобы не быть жертвой. Но как тогда не превратить семью в спортивную школу, в которой все борются за последнюю конфету? Где грань между великодушием и конформизмом и момент, когда ты начинаешь уступать другому не потому, что у него есть право на защиту своих интересов, а потому, что ты начал вести себя как жертва?

— Может быть, я максималист, но я за то, чтобы вы это делали исходя из собственной потребности. Например, есть одна конфета, и я так обожаю свою жену, что очень хочу, чтобы именно она ее съела — в этой ситуации никакой грани, за которой начинается поведение жертвы, просто нет. Или вы хотите, чтобы она ее съела, и вы ей уступаете, или вы просто неудачно женились. Другой пример: дома гора немытой посуды, вы оба возвращаетесь с работы уставшие. Можно заранее договориться о том, кто моет посуду, а можно так любить своего мужа, что руки сами к этой посуде потянутся. Разумеется, никто посуду мыть не хочет — хочется, чтобы муж не мыл ее. Вы скажете, что такого не бывает. Бывает, если ваша семья — это равноправные отношения двух взрослых людей. Другое дело, что жертва в таких отношениях находится очень редко, потому что она будет искать свою «половинку». На самом деле, когда человек самодостаточен, он понимает, что независимость — это тоже счастье, только без любви. Когда оба партнера чувствуют себя абсолютно полноценными, им ничего друг от друга не надо, и они понимают, что им друг с другом просто хорошо жить. Тогда и посуда моется дружно. Но когда у человека психологические проблемы, отношения с супругом перекошенные.

Фото: Варвара Лозенко

— У человека есть жена и дети, но в браке ему не очень комфортно, и есть отношения на стороне. Но он не уходит из-за детей. Решение остаться — это выполнение отцовского долга или жест жертвы? Если поступать как «не жертва», то есть только так, как хочется, то не развалятся ли все семьи?

— Это правило — жить, как хочется — применимо к любой области жизни. Жену жалко, детей жалко — люди с неврозами всегда пытаются рационализировать свой идеологический выбор и придумывают себе объяснения. Трагедия состоит в том, что дети живут в семье, в которой мама и папа не обнимаются, не целуются, обстановка в доме напряженная. Эта ситуация унизительна для всех: для мужчины, который держится в семье только из-за эфемерного чувства долга, для женщины, живущей с человеком, который ее не любит. Так что психотравма ждет детей в любом случае. Не мне за вас решать, но после развода состояние детей может быть разным. Они могут и облегчение почувствовать, потому что их родители теперь не супруги, а просто мама и папа, и делить им теперь нечего.

— У меня есть любимая женщина, и за то время, что мы вместе, у нас накопилось какое-то количество претензий друг к другу и ощущение взаимной усталости. Я не знаю, то ли нужно с ней расстаться, то ли остаться, потому что я действительно ее очень люблю. Как решить эту задачу, убрав из уравнения страх потерять любимого человека, и понять, чего я действительно хочу?

— Нужно в течение трех месяцев четко выполнять следующую схему: не заниматься сексом (с другими — пожалуйста, друг с другом — нет), не обсуждать отношения — ни прошлые, ни настоящие, ни будущие — и не обсуждать друг друга. Все остальное можно делать: вместе ездить отдыхать, ходить в кино, гулять и так далее. Срок в три месяца дается для того, чтобы вы почувствовали, лучше ли вам вместе или врозь. Так и можете сказать своей девушке, что вы сходили к психологу и он вам дал такой рецепт, который может разрешить проблему. Если же говорить о вашей ситуации более развернуто, то ваша психологическая нестабильность налицо. Вы так устроены психологически, что, как писал Ленин, у вас шаг вперед — два шага назад. Поэтому, чтобы избавиться от проблем в отношениях глобально и навсегда, вам нужно озаботиться вопросом вашей психической стабильности.

Как избавиться от синдрома жертвы?

Каждый из нас встречал тех, на чью долю постоянно выпадает множество проблем — от мелких неудач до серьезных несчастий. Такие люди постоянно рассказывают о неприятностях, преследующих их день ото дня, ища поддержки, жалости. Такая модель поведения называется «синдромом жертвы». 

По какой причине появляется этот синдром и как от этого избавиться, нам рассказала психолог с 15-летним стажем тренерской работы, руководитель Бурятского территориального отделения Общероссийской профессиональной психотерапевтической лиги Алена Хамаганова.

Постоянно страдает

По мнению Алены, это понятие на сегодняшний день широко распространено в сознании современных людей. Однако, несмотря на это, чаще и легче определяется жертва в ком-то из окружения, но не в своем поведении. Оказалось, что существует множество понятий «жертвы». Возьмем наиболее понятное из них. Жертва — это человек, который субъективно ощущает себя «заложником» разного рода ситуаций, в которых он находится. Жертва чувствует свою зависимость от внешних сил, которые более сильные и могущественные, чем она. И все, что происходит в жизни этого человека, никоим образом не зависит от него самого. 

— В психологии это называется экстернальным локусом контроля — ответственность за происходящее возлагается на внешние факторы (на судьбу, на конкретных людей, на руководство), а людей, имеющих такую направленность, называют «экстерналами». Еще одна особенность людей с психологией «жертвы» — это наличие установки, позволяющей добиваться своих целей путем манипулирования окружающими. Как следствие, потребительское отношение к себе и окружающим, — объясняет психолог. 

Экстернальная и интернальная

Работая в клинике, нашему психологу часто приходится сталкиваться именно с такого рода психологическими особенностями, утяжеляющими физическое самочувствие пациента. По ее словам, очень сильно бросается в глаза разница, когда человек настроен на выздоровление и готов брать ответственность на себя за свою жизнь, здоровье и отношения. И наоборот, когда человек рассчитывает только на врачей, лекарства или даже на шаманов. По наблюдениям специалиста, разница в динамике выздоровления значительная. 

Алена рассказала нам о двух случаях из практики, которые наглядно показывают разницу между двумя типами людей, описанными выше. 

Пациентка № 1, 67 лет, проживает с супругом, есть дети, внуки. Контакт с детьми хороший. 

Диалог с психологом: 

— Довольны ли вы в целом жизнью? 

— Нет, конечно. Где тут будешь доволен! Я вся больная, целый букет. Уснуть не могу, еще соседка тут попалась болтливая. Лекарства дорогие. К врачам не попадешь. 

— Ощущаете ли вы себя по большей части удовлетворенным человеком? 

— Нет, конечно. Я бы лежала тогда в больнице, если бы у меня все было хорошо? 

Пациентка № 2, 84 года, проживает с внуком-студентом.  

— Довольны ли вы в целом жизнью? 

— Да, довольна. Я считаю, что в этой жизни все сделала. У меня есть замечательный внук, хорошие дети. Я каждый день радуюсь, что живу. 

— Ощущаете ли вы себя по большей части удовлетворенным человеком? 

— Конечно, удовлетворена! У меня все есть. Я сейчас себе особо ничего не беру, да мне и не надо. Главное, чтобы у детей все было хорошо. Я живу так, как хочу. 

Эти отрывки из беседы наглядно показывают личностную направленность этих женщин: экстернальную — в первом случае, интернальную — во втором.

Роль жертвы

Кто-то сильнее, кто-то слабее — в жизни так устроен баланс. Но если кто-то становится агрессором, другой не обязательно должен становиться жертвой. 

— Роль жертвы, по моему глубокому убеждению, приобретенная роль. Изначально человек не рождается в этой роли. Причина возникновения синдрома жертвы в первую очередь лежит в воспитании, личностных особенностях, жизненной ситуации, в тех родительских сценариях, которые закладываются в детстве, — отмечает специалист.  

К примеру, ребенок, которого постоянно ругают или, еще хуже, на котором взрослые вымещают свое раздражение, привыкает чувствовать вину. Он чувствует себя «нехорошим» и «неправильным». Возникает выраженное чувство страха быть отвергнутым, брошенным, остаться в одиночестве и не выжить. Именно это чувство глубоко внутри и руководит поведением и самоощущением человека с позиции жертвы. 

Мы играем роли

Как оказалось, вычислить жертву не так уж и сложно. Для жертвы характерно чувство внутреннего бессилия, и часто это проявляется в привычке жаловаться и выпрашивать жалость к себе. Такой стереотип поведения обычно формируется в семье и особенно сильно может проявиться во время обучения в школе. 

Считается, что человек с психологией жертвы сам притягивает, организовывает или попадает в такие ситуации, где можно вновь почувствовать себе беспомощным, ощутить несправедливость, чтобы обвинить в этом кого-то. 

— Почему так? Одна из причин — это то, что на самом деле человек с игровой ролью жертвы отличный манипулятор. И, чтобы получить желаемое, жертва будет демонстрировать свою беспомощность в определенной ситуации, невозможность контроля, слабость с целью получения одобрения, внимания и помощи, — рассказывает она. 

По словам психолога, манипуляция может проявляться и через пассивную агрессию в виде обиды, «игры в молчанку», обесценивая. Инфантильность, личностная незрелость также могут являться причинами такой модели поведения человека. Такие люди могут быть как нерешительными, так и, наоборот, излишне эксцентричными. 

Выделяют следующие причины, почему человек может быть в роли жертвы: 

  • заниженная самооценка, неуверенность в себе, неверие в себя, в свои возможности;
  • страх выделиться, оказаться в центре внимания и тем самым быть индивидуальным;
  • зависимость от мнения окружения, зачастую она формируется при авторитарном стиле воспитания;
  • страх ошибиться, это очень характерно для людей, имеющих чрезмерное чувство ответственности и желание сделать все «на пятерку».  

— В роли жертвы зачастую встречаются супруги алкоголиков, находящиеся в созависимых отношениях. Например, жена подавлена, пассивна, но не готова уйти от этой ситуации. Тем самым она транслирует для своей дочери модель поведения «жертвы», и с большой вероятностью дочь воспроизведет этот «родительский сценарий», — продолжает объяснять психолог. 

В психологии выделяется модель отношений под названием «треугольник Карпмана» — ловушка созависимых отношений. В ней есть три роли: жертва, спасатель и агрессор. Жертва – страдающая личность. Она вечно всем недовольна, но даже не пытается изменить свою жизнь. Спасатель – человек, который вмешивается из якобы благих побуждений, дабы помочь слабому, приходит на помощь жертве, поддерживает, сочувствует, защищает. Преследователь (агрессор) — личность, терроризирующая жертву, считает себя сильнее и выше по социальному статусу. 

Сам Карпман писал об этом так: «Погружаясь в любую из этих ролей, мы начинаем игнорировать реальность, как актеры на сцене, которые знают, что живут вымышленной жизнью, но должны делать вид, что верят в ее подлинность, чтобы создать хороший спектакль. При этом мы никогда надолго не задерживаемся в одной роли». 

— Жертва, демонстрируя свою беспомощность, провоцирует окружающих, чтобы кто-то выступил в роли преследователя. Или другой вариант: преследователь находит того, кто в чем-то виноват, и начинает обвинять, требовать, наказывать. Жертва доказывает, что она не виновата, виноваты другие, и ищет своего спасателя, как говорится, «давя ему на жалость». И, как правило, такой спасатель находится. Он включается в эту треугольную ловушку, конечно же, не осознавая этого, и старается помочь бедной жертве, защитить ее от злого преследователя. Но так как ситуация на самом деле не меняется, то через какое-то время жертва обвиняет спасателя, после чего он превращается в жертву преследования, а жертва — в преследователя. Вот такая игра. Однако нужно помнить о том, что быть жертвой на деле невыгодно. Как выбраться из этого треугольника? Для начала перестать быть жертвой, избавиться от этого ощущения, научиться нести ответственность за свою жизнь и свои поступки, — советует психолог Алена Хамаганова.

Автор: Анна Соболева

Комплекс жертвы: как с ним жить и можно ли избавиться? — Психология

Комплекс жертвы — это всегда те люди, которые уверены, что все, что происходит в их жизни, происходит не по их вине. Часто это высказывание: «Жизнь делает меня таким. Она меня ведет. И если все так, то эти факторы освобождают меня от личного участия и личной ответственности». Это люди, которые используют людей, чтобы только таким образом получить внимание, симпатию и жалость за любовь, в которой так сильно нуждаются, но другие способы обмена любви им недоступны. Все неудачи описывают подтверждением того, что они недостойны эмоциональной близости, в которой так нуждаются. Им все недоступно, потому что у них есть опыт неудач, и это является единственным опытом, в который они верят.

Они ощущают себя неоценненными героями и убеждают всех вокруг, что они борятся с обстоятельствами, но обстоятельства выше их. Страдая и неся себя по этой несправедливой жизни, они надеются, что их страдания будут возграждены потом, в какой-то, видимо, другой жизни. И, как правило, такое бессознательное существование, подчиненное только ложным убеждениям и, возможно, инстинктам, позволяет жить и нисколько не задумываться ни о себе, ни о своей жизни. Ведь задумываясь, они получают не те ответы, с которыми так удобно и безопасно жить и которые так нестерпимы и уже непригодны, зато родны и привлекательны. Это вечный спор и борьба, однако всегда с понятным результатом — желанием быть побежденным. И все это на уровне сознания отрицается и осуждается, но в бессознательном сценарии это так. Жертва обстоятельств — это люди с внутренней заниженной самооценкой, с глубоким чувством неполноценности и с предрасположенностью к негативным ожиданиям.


Что же делать, чтобы расстаться со своей жертвенностью и начать уважать себя и свою жизнь?

Для начала — перестать рассказывать о своих потерях и несостоятельности всем, кто рядом с вами.

Это можно делать только с психологом или психотерапевтом. Если уже решили расстаться с этой ролью и со всеми предписанными ей сценариями. Каждый раз, залечивая свои раны и залечив их наконец, вы сможете говорить об этом потом как о пережитом опыте, который сможет помочь и другим.

Если у вас есть ощущение, что вы — жертва всей своей жизни и всех обстоятельств, которые вокруг вас, то скорее всего, вы отталкиваете от себя истинно дружеские отношения, откладываете любовь и успех в своей жизни. А дальше следуете по маршруту уже придуманного сценария.

Проанализировать свою жертвенность.

Это будет первый шаг к избавлению, прежде всего, от жертвенного мышления.

Жертвенное мышление — это мышление о том, что все, что вас окружает, и есть причина ваших бед. Возможно, а чаще всего так и бывает, такое мышление — это результат глубоких и давно навязанных убеждений, которые и составляют теперь ваше представление о себе, картину мира и своей жизни, а самое главное и опасное, что в подобной ситуации это и есть перспектива и ваше будущее. Ведь внешние обстоятельства и то, что вас сейчас окружает, напрямую связано с вашими внутренними убеждениями и состояниям.

Взять ответственность за то, что сейчас происходит в вашей жизни.

Нелегкая задача, когда нет такой привычки. Но признать, что в происходящем вокруг вас виноваты вы сами, — это и есть путь к освобождению. Так как в этот самый момент вы обладаете властью изменить все в своей жизни и жить так, как мечталось.

Иногда важно сказать «стоп».

Сказать «стоп» всему, что происходит, и начать принимать решения, касаемые вашей жизни. Потому как принимая одни и те же безопасные, как вам кажется, решения, построенные на одних и тех же мыслях и убеждениях, вы ходите по одному и тому же кругу. Получая те результаты, которые соответствуют вашим ожиданиям. Сильно заряженные, эмоциональные переживания порой так сильны, что можно посвятить их разрядке всю жизнь. И всю жизнью доказывать, что это и правда так.

Необходимо создавать каждый день вокруг себя поле положительных эмоций.

На человека влияет все, что есть в нем, и все, что его окружает.

Поэтому разобравшись со своими глубинными утверждениями и увидев сценарии собственного поведения, пришло время посмотреть на то, кто и что вас окружает. Это и люди, которые, возможно, плохо к вам относятся, а, может, эти люди даже хотят вам зла. Неважно. Важно то, что это и есть те пять человек, с кем вы в эмоционально близких отношениях. Попробуйте разобраться, что они приносят в вашу жизнь.

Вы — то, что вы смотрите и слушаете.

Это относится и ко всем программам по телевидинию, и музыке, и фильмам. Важно очень избирательно и точно выбирать это, потому что все это влияет на вас тоже.

И, наверное, самое главное — добрые мысли по отношению к себе.

Возьмите за правило каждый день, проснувшись утром, но еще не встав с кровати, найти те мысли, которые будут вас поддерживать весь день. В течение дня вспоминайте то, что было приятного утром, а вечером, перед сном рассширьте эти положительные мысли. Это очень непросто. Ведь есть уже определенная, автоматическая привычка думать. И поначалу мрачные мысли или отсутствие их будут первым, о чем вы подумаете. Мы так устроены. Мы устроены упрощать. Не отчаивайтесь. Помните: вы вправе и в силах все изменить в своей жизни. И вы — не первый и не последний человек, которому это удастся.

Синдром жертвы в психологии: определение, характерные черты

Наверняка каждый встречал тех, на чью долю постоянно выпадает множество проблем — от мелких неудач до серьезных несчастий. Такие люди постоянно рассказывают о неприятностях, преследующих их день ото дня, — они ищут поддержки, словно говоря: «Посмотри, как мне не повезло, пожалей меня!» Подобная модель поведения называется синдромом жертвы. Синдром жертвы в психологии понимается как состояние человека, при котором он ищет виноватых в своих неудачах, оправдывая себя и обвиняя окружающих в плохом обращении, но при этом ничего не предпринимает для исправления ситуации.

Стокгольмский синдром vs синдром жертвы

Порой синдром жертвы принимает весьма необычную форму, ведь одно из крайних его проявлений — стокгольмский синдром. Данное название было дано явлению из-за случая, который произошел в 1973 году в Стокгольме, когда террорист захватил в заложники в банке четырех человек. После того как людей удалось освободить, они стали оправдывать захватчика, заявив, что боялись вовсе не террориста, а полицию.

Таким образом, стокгольмский синдром в психологии — это оправдание в произошедшем не только себя, но и непосредственного обидчика, сочувствие к нему. Мнения специалистов насчет данного явления разделились — кто-то говорит, что поведение, при котором человек защищает своего обидчика, оправдывая его всеми способами, нетипична для здоровых людей. Кто-то же, напротив, утверждает, что это абсолютно нормальная реакция на стрессовую, травматичную ситуацию, один из компенсационных механизмов нашей психики.

Впрочем, в этой статье мы не будем рассматривать столь яркие проявления данного синдрома и сфокусируемся на его проявлениях в повседневной жизни.

Синдром жертвы в быту

Казалось бы, разве имеет стокгольмский синдром что-либо общее с «обычным» синдромом жертвы в бытовом понимании? Как считают ученые — да, безусловно. В основе такой модели поведение лежат схожие механизмы, плюс часто, даже если внешне «жертвы» осуждают того, кто становится причиной их несчастий, на самом деле они вовсе не стремятся как-либо изменить ситуацию, так как им в ней вполне комфортно, как бы парадоксально это ни звучало (подробнее о том, что это за комфорт, – ниже). К сожалению, синдром жертвы в принципе касается не только преступников и жертв — намного более распространен он в бытовых, особенно семейных отношениях.

Важно различать настоящих жертв (преступлений, абьюза и пр.) и тех, кто подвержен синдрому жертвы. Иногда эти два понятия пересекаются (касаются одного человека), но далеко не всегда. В данной статье под словом «жертва» имеется в виду человек, подверженный рассматриваемому синдрому, а не жертва реального насилия.

В этом плане синдром жертвы весьма сближается с синдромом отложенной жизни. Он также позволяет создать вокруг себя кокон и закрываться им от внутренних проблем, настоящего и будущего. Однако синдром отложенной жизни, как правило, редко приводит к столь фатальным последствиям, к которым способен привести синдром жертвы.

Например, муж оскорбляет и скандалит с женой, которая, в свою очередь, изо дня в день жалуется на тяжелую судьбу подругам, смакуя подробности очередной ссоры и причитая: «С этим монстром невозможно жить!» Все понимают, что наилучшим решением было бы уйти от данного мужчины и перестать находиться в роли жертвы. Только женщина этого не делает.

Конечно, иногда дело в реальных причинах, которые женщина не может преодолеть сама, – в сломанной психике и созависимых отношениях, материальной зависимости, отсутствии собственного жилья и пр. Все это касается настоящих жертв. Но, когда дело касается синдрома жертвы, истинная причина в том, что ей психологически комфортно в данном состоянии. Сложившая ситуация – зона комфорта для этой дамы. Важно помнить, что зона комфорта – это не то, где действительно комфортно и удобно; это то, где все привычно и знакомо. К сожалению, для многих зоной комфорта становятся вовсе небезопасные и неудобные ситуации. Поэтому на самом деле человек, подверженный синдрому жертвы, не ищет пути решения проблемы, а ждет, чтобы ему посочувствовали, пожалели, помогли (хотя бы потому, что отказать бедняжке многим неудобно). Аналогично это работает и с другими отношениями: родители – дети, руководители – подчиненные и пр.

В чем плюс для жертвы?

Зачастую те, кто подвержен синдрому жертвы, — великолепные манипуляторы. В этом отношении они, кстати, сближаются не с настоящими жертвами, а как раз наоборот – с токсичными людьми и даже абьюзерами.

Казалось бы, обычная история — мать заставляет сына сделать то, что ей нужно: «Я ночей ради тебя не спала, а ты меня не любишь! Я тебе совсем не нужна!». Она — жертва, ее цель — вызвать чувство стыда, воззвать к совести, выставив сына тираном. Наверняка, каждый может вспомнить аналогичные истории, когда подобные чувства заставляли делать для других то, что было неудобно и/или ненужно.

Плюс к тому многочисленные проблемы — отличное оправдание на все случаи жизни. Как правило, речь людей, подверженных синдрому жертвы, построена по модели: «У меня плохая работа, потому что я не получила образование, потому что…» (вставить нужную причину), или «Мне некогда думать о личной жизни, так как у меня…», или «Я бы достиг всего, если бы не…». Перекладывание ответственности за свои неудачи на других — характерная черта людей с рассматриваемым синдромом и очень удобная позиция.

Синдром жертвы: можно ли от него избавиться

Чтобы помочь человеку избавиться от синдрома жертвы, психологи рекомендуют не сочувствовать и не поддакивать жалостливым речам, а выслушивать собеседника и задавать конкретные вопросы, например, «Какой вывод ты сделал из ситуации, чтобы она больше не повторилась?», «Что ты будешь делать дальше?». Теоретически такая тактика должна заставить личность воспринимать мир более реально, брать ответственность за собственные поступки. Хотя более вероятен сценарий, при котором ваш визави просто перестанет с вами общаться и найдет того, кто будет его жалеть.

Как мы писали выше — позиция жертвы комфортна для тех, кто подвержен этому синдрому, и, как правило, без посторонней помощи таким людям редко удается покинуть свой уютный кокон. (Еще раз напомним, что речь идет не о реальном комфорте, а о зоне комфорта, оде все привычно и знакомо.) К сожалению, некоторые обращаются за помощью только после какой-либо критической ситуации (или же она служит толчком для родственников/друзей, понимающих — с этим надо уже что-то делать). Впрочем, у других чаша терпения переполняется и без драматических происшествий. Поэтому один из самых верных способов избавиться от синдрома жертвы — уговорить того, кто ему потенциально подвержен, сходить на консультацию к специалисту. Для бывшей жертвы главное — осознать, что только она несет ответственность за свою жизнь и наверняка ей под силу изменить то, что ее не устраивает.

Как избавиться от комплекса жертвы

Откуда берутся жертвы?

Миропонимание будущих жертв формируется в детстве, где главную роль играет неблагополучная моральная обстановка в семье.

Первый вариант развития событий. Обычно жертвы являются детьми строгих и властных родителей, применяющих авторитарное воспитание. Дети с раннего возраста привыкают, что их жизни целиком и полностью зависят от более сильного родителя, который может приласкать или наказать. Постепенно ребенок делает вывод, что от него ничего не зависит (или не зависит ничего крупного, масштабного), и живет в постоянном ожидании того, что его делами распорядится кто-то другой.

Второй вариант развития событий – недостаток родительской ласки плюс либеральный стиль воспитания с отсутствием ограничений. Родители ведут себя по принципу «будь что будет» и развивают у подрастающего человека характер, ориентирующийся на счастливую случайность и возможность идти у самого себя на поводу. Например, захотел шоколадку – стащил в магазине. Авось не увидят.

Как мы видим, развитию комплекса жертвы способствуют как гиперопека, так и полное отсутствие ограничений.

Кто участвует в жизни жертвы?

Если присмотреться, то почти в любой группе людей, начиная с детского сада, найдется человек, над которым кто-нибудь да подшучивает или, что еще хуже, по-настоящему издевается. Такая жертва, словно губка, впитывает в себя негативные эмоции, возникающие в группе по разным причинам. И за счет этой «психологической разрядки» группа может успешно функционировать.

Сейчас стало популярным учение американского психолога Стивена Карпмана, который сообщает, что в любой группе, помимо жертвы, существует еще множество ролей. И основные из них – это спасатель и преследователь.

Эти роли очень видны в семьях с созависимыми отношениями. Например, мальчик-подросток страдает игроманией, а его родственники поочередно примеряют на себя роли спасателя, преследователя и самой жертвы. Но в основном роль жертвы исполняет мальчик-подросток.

Жертва ведет себя инфантильно, беззащитно, уязвимо, не может или не желает заботиться о себе в полной мере, ищет помощи в других, потому что не верит в себя. Если жертве, по ее мнению, плохо помогают, она злится, обвиняет всех в эгоизме и бессердечности. Например, женщине, исполняющей роль жертвы в семье, предлагают заняться собой, записаться на массаж, на йогу, посетить психотерапевта. А она в ответ лишь гневно восклицает: «Как вам не стыдно? Как я могу этим всем заниматься, если у меня дома отец болеет!»

Как вы видите, трудно человеку выйти из роли жертвы, потому что прижилась эта роль, словно родная.

Немного о других ролях.

Спасатель:

  • взваливает на себя все заботы жертвы, игнорируя себя, свое состояние здоровья, свои силы и потребности;
  • ожидает такой же помощи взамен, а потому частенько говорит или даже упрекает: «Я тебе всю молодость отдала», «Я на тебя столько сил потратила, а тебе все равно»;
  • чтобы «накормить голодного», дает ему не удочку, а еду – словом, все делает за жертву и ничему ее не учит.

Спасателями в семье чаще всего становятся любящие матери и бабушки. Эти женщины обычно говорят про своих великовозрастных детей или внуков так: «Мы болеем», «Мы заканчиваем вуз», «Мы ищем работу».

Спасатели обычно вырастают в семьях, где их способности и потребности не признаются, а потому они из кожи вон лезут, чтобы быть нужными, чтобы их заметили и обращались к ним за помощью.

Преследователь

Преследователь всячески унижает жертву, упрекает ее за что-то, «воспитывает», решает за нее, что ей делать и что чувствовать. Причем часто наказывает «виновницу»/«виновника» за проявление негативных эмоций, за слезы, за «капризы» и т. д.

Преследователи вырастают из семей, где дети подвергались психологическому и/или физическому насилию. Вырастая, такие жертвы учатся подражать своему обидчику, сами становясь жестокими. Нападки помогают им преодолевать свое чувство беспомощности и стыда.

Преследователю всегда нужен кто-то, за кого можно принять решение и кто будет виноват почти во всех неудачах и промахах. Делая жертву беспомощной, преследователь проецирует на нее свое бессилие.

Важный момент: пока человек носит маску жертвы, за ним, словно тень, постоянно будут следовать преследователь и спасатель. Вот скажите честно, вам бы понравилась такая компания? Сомневаюсь. Значит, пришла пора сбросить маску и явить миру свое истинное лицо.

Как избавиться от комплекса жертвы?

  1. Признать за собой этот комплекс. Это несложно и не стыдно. Хотя бы потому, что, кроме вас, таких людей много. Осознание комплекса снижает его власть над человеком и дает возможность с ним справиться.
  2. Записаться на курсы самообороны. Такие занятия не только сформируют умение побеждать в уличных нападениях, но и избавят от ряда других психологических проблем: придадут уверенности, научат вербально разрешать конфликты даже в очень опасных ситуациях, скорректируют агрессию, в том числе и скрытую.
  3. Отстаивать свои психологические границы. Люди с комплексом жертвы не ощущают своих психологических границ, позволяя другим их нарушать, и периодически нарушают границы окружающих.

Хотите узнать, пересекаете ли вы чужие границы?

Тогда пройдите очень маленький тест. Представьте, что вы сидите за праздничным столом с коллегами. Вам понадобился кетчуп, но он находится далеко от вас. Что будете делать?

  1. Потянусь за кетчупом сама, чтобы никого не напрягать;
  2. Попрошу кого-нибудь передать мне кетчуп.

Если вы выбрали вариант «А», у вас проблема с ощущением личного и чужого пространства. Вам, казалось бы, неудобно беспокоить других своими просьбами, и поэтому вы физически тянетесь расширить свое пространство, тем самым ущемляя пространство другого.

Когда мы решаем за другого человека, что он должен почувствовать, мы уже нарушаем его границы. Ведь совершенно логично, что человек сам должен решать, что ему испытывать: беспокоиться или нет, сердиться или нет и так далее.

Сколько же конфликтов можно решить с помощью простых просьб: «Помоги мне, пожалуйста», «Передай, пожалуйста», «Подержи, пожалуйста»!
Потренируйтесь на аналогичных простых упражнениях – как можно чаще просите людей о разных мелочах. И вы заметите, как хорошо и спокойно реагируют окружающие на уважительное отношение к их личному пространству. Таким деликатным людям, как вы, так и хочется помогать!

Заякорите свою уверенность

Вспомните ситуации из жизни, где вы были настоящим умником/умницей: например, успешно защитили диплом, провели мероприятие, получили права. Почувствуйте себя внутри этого образа. Теперь поместитесь внутри этой картинки. Посмотрите на ситуацию так, как она вам виделась в тот момент.

Если вам удастся все досконально вспомнить, вы вновь испытаете гордость за самого/саму себя, а следом почувствуете уверенность в своем профессионализме, в своих силах.

Как только это состояние вас настигнет, потяните себя за мизинец. Повторите упражнение несколько раз для закрепления. Пусть это будет ваш «якорь» в личном курсе на успешное развитие событий. И если когда-нибудь вы столкнетесь со сложной, трудно разрешимой ситуацией, этого действия будет достаточно, чтобы вы вновь почувствовали уверенность в собственных силах.

Психология жертвы

В криминалистике есть специальная дисциплина — «виктимология», а в ней — термин «психология жертвы». Однако люди, которым свойственна эта психология, встречаются не только в криминальном мире, а живут среди нас, и о них — сегодняшняя программа. Гости московской студии — члены Международной психологической ассоциации, старшие научные сотрудники, доценты Виктория Потапова (президент Общества психоаналитиков) и Павел Качалов (директор НИИ психоанализа). А начнем мы с опроса на улицах Москвы. Итак, часто ли вам приходиться воспринимать себя жертвой? — Нет, абсолютно. Потому что, в общем-то, мы сами диктуем свое поведение, свою жизнь. И если мы не хотим себя ощущать жертвой — мы себя не будем ею ощущать. Таких людей очень много. Я думаю, что это просто личностно несостоявшиеся люди. — Плывут по течению, боятся обстоятельств. — Бывает, когда меня используют для чего-то. Психология жертвы — нет своего мнения, нет сильной личности. — Мне кажется, это люди, которые действительно слабые, которые не умеют бороться с обстоятельствами, со сложившейся ситуацией и из нее не могут выйти никак. Я лично человек упертый, то есть если даже любая сложившаяся ситуация не по мне, я стараюсь ее как-то под себя подстроить, переломить ее. — При нынешней жизни почти всегда. Куда ни кинь — все жертва. Решения, я бы сказала, сама принимаю, просто не всегда получается так, как я хочу. — Никогда, ни разу не ощущал, потому что я оптимист, я жду все время лучшего. Ну, есть такие люди, конечно. Психология жертвы — это как бы уже нет места тебе на этой земле, не знаешь, куда деваться, что делать. Безысходность. Не видишь впереди на два шага. — Никогда, пожалуй. Почему я должна быть жертвой? Да как-то я стараюсь не общаться с такими людьми, потому что с кем поведешься, того и наберешься. — Я себя жертвой не ощущаю. Я всяких людей встречаю, но не задумывался над этим. — После этих террористических актов тоже всегда думала, что с тобой то же самое случится. По жизни себя чувствуешь настороже, не можешь расслабиться, получить удовольствие от жизни. — Не очень часто. Когда обманывают. У меня психология другая совершенно — нормальный человек, который не ощущает дискомфорта в этой жизни. Не справляются, потому что они считают, что им, наверное, жизнь должна больше, чем они могут ей отдать. — Отчаявшиеся люди. А психология, наверное, такова: бытие их гнетет. Время не наше, особенно моего возраста. Сейчас время молодых, время тех, кто другую школу прошел. Мы же воспитанники Совдепии, поэтому в нас есть доля таких иждивенческих настроений, что нам кто-то что-то обязан, что мы свое заработали. А получилось: что мы заработали — это миф. Каждый — жертва своего характера. Татьяна Ткачук: Вот так по-разному москвичи отвечали на вопрос, часто ли они чувствуют себя жертвой. И, Виктория, если можно, для начала несколько слов о том, что специалисты включают в понятие «психология жертвы»? Это постоянное предчувствие опасности, в котором живет человек; это ожидание неудачи; это какая-то тотальная неуверенность в себе? Виктория Потапова: Это некое свойство личности — попадать вновь и вновь в состояние неудачи, жертвы обстоятельств по принципу, можно сказать, повторения: повторяется тот же сценарий либо обстоятельства, есть ощущение собственной никчемности, некоего рока или преследования судьбы, либо даже дьявольских сил. Можно сказать, что, в принципе, наступает некая подмена целей. Если мы родились с тем, чтобы ощущать от жизни удовольствие (как, кстати, радиослушатели отметили, и это очень приятно), то у таких личностей получить удовольствие, радость от жизни подменяется неким удовольствием от страданий, от жертвенности. И, безусловно, принимается это не на свой счет, а на некий рок судьбы, как мы говорим, проецирование вовне. Татьяна Ткачук: И, Павел, второй и тоже очень важный вопрос: что является причиной вот такой пораженческой психологии? Обязательно ли в основе или, как говорят психотерапевты, в семейном сценарии есть какой-то тяжелый эпизод, с которого все началось? Павел Качалов: Ну, можно говорить об индивидуальном мазохизме, имеющемся в психике буквально каждого из нас. Но если вы спрашиваете о семейном сценарии, то я обычно привожу на эту тему своим пациентам эпизод из «Гекельберри Финна», романа американского писателя Марка Твена, где отец проверяет, как юный Гек научился читать, а потом с гневом рвет его книгу, заявляя: «Я был неграмотен, твоя бабка была неграмотна, мать была неграмотна…» То есть я хочу сказать, что человек может оставаться неграмотным во многих смыслах (или полуграмотным) и чувствовать себя жертвой социальной ситуации из-за лояльности своей семье, из-за той верности, которую он может проносить на протяжении всей жизни своей семье, своим предкам, которые, возможно, чувствовали себя людьми, не обреченными на удачу. Женщина на улицы Москвы, которая заявила, что она выросла в Совдепии, она, боюсь, может передавать нечто подобное своим собственным детям. Татьяна Ткачук: То есть вы полагаете, что это исключительно продолжение не столько судьбы своих родителей, бабушки, дедушки, сколько их ощущения жизни? То есть ребенок с молоком матери это впитывает, воспринимает и обречен на то, чтобы дальше так же относиться к жизни? Павел Качалов: Лояльность подразумевает то, что успех ребенка будет прямым оскорблением родителям, вызовом их убожеству, может вызвать их зависть и ревность (и это мы наблюдаем сплошь и рядом), а у ребенка — соответственно, вину за то, что он осмелился достигнуть того, чего не достигли они. Татьяна Ткачук: И тогда я еще раз уточню свой вопрос. Может ли человек в достаточно уже зрелом возрасте, в зрелой жизни быть носителем вот такой психологии жертвы, не имея за своей спиной, за своими плечами некоего семейного сценария или вот такой ситуации с родителями, о которой вы сейчас рассказали? То есть, может ли она быть привнесенной — эта психология жертвы, и могут ли ее «ноги» расти не из семейного сюжета? Павел Качалов: Ну, можно, конечно же, углубляться не так далеко в межпоколенческую проблематику. Психология жертвы связана также и с нашим собственным отношением, с нашей психикой, с нашим собственным телом. Мне нравится цитата из французского психоаналитика Локана о том, что «человек наслаждается бессознательно больше всего там, где сознательно он больше всего страдает». То есть наши сознательные страдания и жалобы, весь «писк и визг», который можно слышать во многих интервью наших сограждан, что так любит часто смаковать телевидение, — все эти социальные жалобы на самом деле означают наслаждение людей мучениями. И эти мучения, мазохистские мучения, очень распространены. Татьяна Ткачук: А почему все-таки? Я пытаются докопаться до причины. Павел Качалов: По той причине, что это очень напоминает первоначальную связь, которую мы испытываем с первым объектом нашей любви — с матерью. Появляясь на свет, мы оказываемся в руках всесильных существ, могущественных, — наших родителей, прежде всего, которые делают с нами все, что угодно. Если вы когда-нибудь видели по телевизору рождение ребенка, то он в это время оказывается окровавленным, висящим вниз головой в руках акушера, который хлопает его по заднице, — вот первое объектное отношение человека с другими людьми. И я должен сказать, что это весьма мазохистское отношение. Татьяна Ткачук: Спасибо, Павел. В общем, грустную картину вы нарисовали. Виктория, скажите, чем опасна психология жертвы, какой ущерб для развития личности она наносит в ежедневном режиме? Быть может, люди, которые добровольно выбирают такой способ мышления, способ жизни, они вовсе не страдают, они весьма органично существуют в этом образе жертвы? Виктория Потапова: Здесь именно проблема в парадоксе. Как Павел Валерьевич сказал, да, безусловно, они предъявляют страдания, они делятся, они сетуют на рок судьбы, но в то же время есть и некая, как я уже говорю, подмена цели — получение удовольствия от радости на получение удовольствия от страдания. И, безусловно, здесь страдание несет свой смысл и необходимость вновь и вновь повторяться. А психология жертвы, безусловно, опасна тем, что личность с ее возможностями, потенцией, к сожалению, не может создать ту жизнь, ту судьбу, на которую она вполне имеет право. Вот здесь часто женская судьба приходит на ум, как пример — Далида. Известны ее сетования на то, что, как только она находит мужчину близкого, которого она любит, судьба его забирает, с ним что-то случается — он погибает, либо умирает. Или пример с Мэрлин Монро. Женщина, которая выбирала самых сильных мужчин (самого сильного спортсмена, известного писателя, президента), самих ярких мужчин, в конечном счете, становилась вновь и вновь их жертвой, до известного, в общем, трагического конца. Вот, собственно, почему она выбирала таких мужчин, и как она сама так или иначе провоцировала неким бессознательным путем ту агрессию, те разрывы, которые и привели ее к трагическому исходу, — здесь вопрос. Что это, рок или некий рок, который внутри нас, то есть некая предрасположенность? Если пойти дальше, то здесь, конечно, стоит к ее семейной ситуации вернуться — девочки, которую бросил отец и, так или иначе, бросила мать. Татьяна Ткачук: И у нас слушатель на линии. Здравствуйте. Слушатель: Здравствуйте. Майор запаса Пантюхов Николай Николаевич. Город Ленинград. Я с интересом слушаю всегда вашу передачу, особенно сегодняшнюю тему. Хочу ответить на вопрос, который вы задали: откуда появляются вот эти жертвы так называемого социального происхождения? Эти жертвы появляются в результате того, что в стране в свое время подменили нормальные ценности на фальшивые, включились в гонку за наживой, достижением цели любой ценой. И вы знаете, что если в гонке участвует, допустим, тысяча человек, то к финишу приходят один-два, остальные обречены на так называемое существование как жертвы. Вот это причина. Если раньше люди жили по нормальным правилам, по нормальным законам нравственности, то сейчас это все подменено на фальшивку так называемого капиталистического направления. Вот если это все убрать, тогда этих жертв не будет. А вы в своей передаче рассматриваете отдельные случаи каких-то неудачников. Это не говорит о том, что это присуще всему народу. Татьяна Ткачук: Я ожидала, что такие звонки будут, и вот первый звонок прозвучал: человек обвиняет государство в том, что его граждане, его жители ощущают себя его жертвами. Павел, прошу, прокомментируйте этот звонок. Павел Качалов: Ну, это всегда самая удобная позиция — спроецировать обвинение вовне. Хотя как психоаналитик я всегда считаю, что причина жертвенного поведения — внутри нас. И при этом прочитать эту причину можно в тоне удовлетворения, с которым уважаемый слушатель произнес свой вердикт обвинения. Удовлетворение в его обвинении, что это именно так, а не иначе: я всегда знал, что так случится. К сожалению, в переживаниях жертва очень часто проходит этот порочный круг эмоций: от беспомощности перед какой-то ситуацией (пусть социальной), гнева, возникающего вслед за этой беспомощностью, желания отомстить кому-то (кому угодно, даже тем, кто готов прийти на помощь), потом переживание вины, связанное с этим гневом и с желанием мести, возвращающее вновь в исходное состояние беспомощности. И при прохождении по этому кругу — беспомощность, гнев, месть, вина — вновь и вновь «я так и знал, ничего другого я встретить и не желал в этом мире». Татьяна Ткачук: Но еще прозвучало обвинение, что нам подменили идеалы, то есть были истинные, а теперь фальшивые. И это некая гонка, в которой к финишу придет один, а остальные так и будут чувствовать себя жертвами. Я не специалист, я не имею права отвечать на звонки слушателей, я всего лишь ведущая программы, но мне кажется, что идеал — это что-то глубоко личное, имеющее прямое отношение к названию моей программы «Личное дело», и никто извне подменить человеку идеалы не может и не способен. Виктория, пожалуйста. Виктория Потапова: Ну, Николай Николаевич, в общем, частично где-то затрагивает очень глубокую тему, ее трудно, наверное, в рамках только этой тематики рассматривать. Безусловно, драматизм, в котором живут поколения, он играет некую такую роль внешней среды. Но я не очень согласна, что сейчас изменились ценности. Простите, а те ценности, в которых мы жили в эпоху тоталитаризма, где человек вообще не рассматривался с его индивидуальными интересами? В своей великолепной книге «Архипелаг ГУЛАГ» Солженицын удивляется, как жертвы сталинизма шли обреченно, молча принимали то насилие государства, то насилие тоталитарное, которому они были подвержены. Вопрос — почему? — это тема отдельного исследования. И я не очень согласна, что мы пребываем в состоянии чистого капитализма. Пока мы со слишком социалистическим уклоном имеем этот капитализм, в котором наши цели не очень-то видимы. И не так уж индивидуальность, личность находятся здесь в центре внимания. Татьяна Ткачук: Действительно, очень обширная тема. Но я думаю, что у нас столько звонков, что мы еще будем иметь возможность продолжить этот разговор. Здравствуйте, вы в эфире. Слушатель: С вами Сергей говорит, Подмосковье. Вот вы сейчас затронули Солженицына. И какая была возможность у тех людей, которые были в заключении, были жертвами? У них же не было другой возможности, им нужно было делать только то, что они должны были делать в той ситуации, в которой они оказались. Татьяна Ткачук: Пожалуйста, Павел Качалов. Павел Качалов: Солженицын, на самом деле, задает очень важный психологический вопрос. Он не очень на нем останавливается, но все же. Он задает вопрос: почему так спокойно встречали тех, кто приходил их арестовывать, люди? «Почему они готовили узелки, почему не готовили топоры?» — пишет Солженицын. Он пишет о том, что если бы этих сотрудников НКВД, которые приходили арестовывать, встречали топорами, то арестов было бы гораздо меньше. Он приводит в пример женщину, которую пытались арестовать на улице и которая схватилась за фонарный столб и начала кричать, — от нее отстали, и она, таким образом, избежала ареста. Вот о чем говорит Солженицын. То есть на самом деле для меня он говорит о проблеме мазохизма. Татьяна Ткачук: У нас междугородний звонок, Омск на линии. Здравствуйте, вы в эфире. Слушатель: Добрый день. Меня зовут Надежда. Эта тема не изучена была никогда до конца — ни тогда, когда люди жили в первобытнообщинном обществе, ни сейчас. И постоянно существует угроза над человеком в зависимости от того, в каком обществе он живет, каково его образование, каковы его познания о мире, и как защищает его государство и общество — от многих этих причин, изучаемости этого вопроса зависит то, в каком состоянии может находиться психика человека. Вот у нас в подъезде существует железная дверь, и позавчера, вы знаете, просто с ломом пришли неизвестные люди в 11 часов и выломали все почтовые ящики, тяжелые, и ушли. Как можно защититься от этого? Татьяна Ткачук: Надежда, вы приводите пример вандализма. И, откровенно говоря, к психологии жертвы… Или вы хотите сказать, что от того, что такие случаи в этой жизни происходят, и рождается у человека психология жертвы — человека, обреченного однажды спуститься вниз и увидеть с корнем вывороченные почтовые ящики (это можно перенести и на какие-то иные сферы)? Слушатель: Когда ты это видишь, у тебя совершенно определенное возникает чувство, что ты вообще не защищен, как это еще тебя не уничтожили? А когда тебя еще уничтожают, а это происходит не так редко сейчас, это просто. .. Татьяна Ткачук: Виктория, вот еще один пример такого насилия извне, которое порождает в человеке ощущение незащищенности вообще. Виктория Потапова: Я позволю себе дальше продолжить пофантазировать с этой историей с ящиками, как бы это можно было бы назвать психологией жертвы. Значит, вы снова оставили подъезд открытым, не наняли охранника — вновь пришли, уже стали долбить двери топорами. И вновь вы ничего не сделали… Я думаю, что в такой ситуации жители подъезда могут собраться, обсудить, что произошло, нанять охрану и так далее, что, в общем-то, и происходит. Ну, это такой конкретный ответ на конкретный вопрос. Хотя в вопросе Надежды было очень много интересного. Действительно, это уже вопрос, связанный с генезом, онтогенетический. Да, безусловно, когда-то люди были изгнаны из рая, когда-то пришлось им поплатиться за первородный грех. Но вопрос: как они, как человечество находит компромисс между неким наказанием, которое, может быть, предначертано судьбой, и уже его собственным желанием жить, развиваться?. . Татьяна Ткачук: И сопротивляться. Виктория Потапова: … и сопротивляться, да. Татьяна Ткачук: Еще один звонок. Здравствуйте. Слушатель: Дело в том, что, конечно, тема совершенно неисчерпаема, вы понимаете. Я бы хотел просто пару слов, личных своих ощущений передать. Во-первых, генетически, начиная с октября 1917 года, российский народ вынужден жить в положении жертвы. Мы просто все время чувствуем себя полностью беззащитными — и отсюда вот этот «синдром узелков». Я встречал таких знакомых, и люди совершенно беззащитны. Я сам работаю педагогом, и я пытаюсь в детях воспитывать что-то такое человеческое и прочее. Но все время стараешься быть в виде какого-то страуса — временно как бы забывать о том, что они тоже будут беззащитными. И мне лично удавалось преодолевать чувство собственной беззащитности у ребенка, который был полностью уверен, что у него ничего не получается и так далее, вот педагогическими средствами удается внедрять в него уверенность и воспитывать нормального человечка. Татьяна Ткачук: Оба моих сегодняшних эксперта хотят что-то ответить этому слушателю. Виктория Потапова: Хочу поспорить с радиослушателем. Да, безусловно, было произведено что-то ужасное. А на самом деле что-то ужасное — это убийство отца, и не просто убийство, а убийство архаичное, практически с пожиранием, без суда, без следствия, без трибуны, без народа, а в лесу, карбонизированные трупы семьи. Это очень похоже на ритуальное архаичное убийство. «Ведь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем…» То есть убийство истории, убийство прошлого, а затем возвращение этого прошлого, возвращение вины. И вот, возможно, откуда такая покорность. Вот, если хотите, дискуссия. И не случайно, возможно, в годы перестройки так искали останки царской семьи, и необходимо было ввести их в ранг великомучеников. Я думаю, это некий акт восстановления исторической репарации. Татьяна Ткачук: Павел, прошу. Павел Качалов: Я хотел бы вернуться к звонку Надежды, которая сообщила нам об истории с железной дверью и почтовыми ящиками. Я услышал в этом голосе и этом рассказе некое ликование, желание утереть нам нос здесь, в студии: вот, мол, как у нас обстоят дела, что вы тут выдумываете про жертву? Так вот, я хочу сказать, что такого рода ликование и есть наслаждение жертвы, которое так свойственно многим из нас, к сожалению, что так тормозит создание, в частности, и гражданского общества. Граждане в других странах умеют организоваться гораздо лучше, чем у нас, — например, в кондоминиумы, управляющие своими домами. Вероятно, в этом доме, где это произошло, такого кондоминиума нет. Я, например, знаю, что очень трудно организовать в профессиональные организации даже людей, казалось бы, с высоким уровнем образования — например, тех же психологов или психиатров. На самом деле, таких национальных ассоциаций не существует, готовых защищать свои права, отстаивать их. Они предпочитают ныть, каждый из своего угла, о несовершенстве законов и обстоятельствах, которые не позволяют, в частности, развивать частную практику. Татьяна Ткачук: И у нас слушатель на линии. Здравствуйте. Слушатель: Здравствуйте. Тамара из Петербурга. Я хочу сказать, что не верю, что жертва может упиваться своим состоянием. Потом, я не верю, что это наследственное нечто. Это приобретенное в жизни. Вот я всю жизнь живу в коммунальной квартире, и меня, попросту говоря, соседка травит. Вы знаете, что люди, когда выходят на улицу, они часто крестятся (ну, это принято у православных), так вот я крещусь, когда я вхожу к себе в квартиру, к себе домой. И вот если ты себе дома не можешь найти угла, чтобы быть собой, как только ты выходишь за пределы комнаты — и начинается травля, то никакого упоения от этого я испытывать не могу. И выхода не вижу. То есть выход — я пенсионерка — мне, попросту говоря, недоступен. Татьяна Ткачук: Тамара, скажите, а вы пробовали как-то избавиться от коммунальной жизни — договориться с соседями, продать квартиру? Слушатель: Они не соглашаются. Они себя чувствуют хозяевами, и они не соглашаются на это. А меня размазывают по стенке. Татьяна Ткачук: То есть тупиковый путь? Слушатель: Тупиковый. Татьяна Ткачук: Вы знаете, в почте есть письмо, которое, на первый взгляд, не имеет ничего общего с историей, о которой вы рассказали. Его автор, Нанита, рассказывает свою вполне, как она пишет, частную историю. Но программа наша и называется «Личное дело», она создана для того, чтобы люди могли поделиться чем-то очень личным. История о том, как она, вполне уверенный в себе человек, вышла замуж и оказалась в семье мужа младшей снохой и золовкой; и вот эти новые члены семьи, которые появились в ее жизни, они ее затюкали до такой степени, что жизнь ее превратилась в постоянное самоедство и, как она пишет, в кошмар. В конечном итоге она вынуждена была уехать с мужем за границу. И только оказавшись на большом расстоянии от родственников, которые составляли постоянный негативный фон в ее жизни… Эмоции, которые она описывает, очень близки к тому, что только что сказали вы о своей коммунальной квартире. Это письмо вызвало бурную дискуссию на сайте. Автор из США, Андрей (по всей видимости, священнослужитель, он не первый раз нам пишет), советует Наните обратиться к вере в Бога и пишет, что это поможет избавиться от столь гнетущего ощущения неуверенности в себе. Тут же другой слушатель, подписавшийся «Широкий», пишет о том, что самоуничижительная установка ничего общего со словом «жертва» не имеет, если человек религиозен; что человек верующий ничего плохого в самоуничижении видеть не должен; что для него состояние собственного несовершенства и постоянного покаяния — норма; что быть слабым и во всем полагаться на Бога — это единственно верный путь для истинно верующего человека. Я хочу предложить вашему вниманию взгляд моего коллеги, священника Якова Кротова. Яков Кротов: Человек не может быть жертвой. Ведь жертва страдает без вины, а людей совсем не виновных нет, во всяком случае, с точки зрения верующего человека. Все грешны. А особая подлость в том, что большинство жертв страдает не за свои грехи, а за грехи ближних. Единственный, кто вполне может быть назван жертвой, — это сам Господь. И не потому, что Христа распяли, а потому что Адам и Ева предали Творца, его любовь, его доверие. Что характерно, они поспешили изобразить жертвой самих себя, а Бога — чуть ли не причиной грехопадения. Адам, Ева, Змей-искуситель — все такие невинные-невинные, жертвы обстоятельств. А обстоятельства, понятно, все от Бога. Мужчина действительно иногда всерьез считает, что он жертва, потому что существуют женщины. Сексуальный маньяк убежден, что он жертва бесстыдных девушек, который гуляют в мини-юбках, но, конечно, все наоборот. Криминалисты говорят о том, что существуют люди, которые с большей вероятностью могут стать жертвами того или иного вида преступлений. Но это лишь профессиональный жаргон, он оправдан желанием поймать преступника. А заставлять носить паранджу, чтобы не пасть жертвой маньяка, — все равно, что заставлять еврея ассимилироваться, чтобы не попасть под тяжелую руку или язык антисемита или в газовую камеру. Нет уж, чтобы ближний не стал жертвой, нужно не ближнего дрессировать, а, как ни странно, себя. И тот человек может спасти другого, кто научился самопожертвованию. Даже если такой человек будет убит, он станет не жертвой, а святым. Татьяна Ткачук: И примем звонки. Здравствуйте, вы в эфире. Слушатель: Добрый день. Елизавета Васильевна, Москва. Вы знаете, я все-таки думаю, что многие слушатели ошибаются. Они просто, видимо, путают чувство страшной незащищенности, в которой мы сейчас все находимся, с каким-то врожденным вот именно, видимо, психически обусловленным чувством жертвы. Я могу привести вам такой пример, который меня поразил просто как гром среди ясного неба. Когда моя дочь была маленькой и ходила в детский сад, я была вынуждена тоже из финансовых соображений работать в детском саду. И однажды на полдник детям положили печенье определенными порциями, там шесть человек сидели за столом. И няня ошиблась, положила пять печений. Дети все ринулись к столу, садится моя дочь и говорит мне на ухо: «А мне не хватило печенья». Вот это меня ударило, как громом, я сразу все поняла про свою дочь. Потому что вот это врожденное, никем не воспитанное, потому что дочь была долгожданная и любимая в семье. Вот это чувство, которое, вы понимаете… Я ее спросила: «Почему тебе?» Вот человек так чувствует, я не могу объяснить точнее. И мне хотелось бы узнать, с этим можно как-то бороться в жизни или нет? Татьяна Ткачук: Спасибо, Елизавета Васильевна, за ваш звонок. Очень хорошие вы вопросы задали, и их два. И первый вопрос — Павлу. Насколько вера в плохой исход дела (на данном конкретном примере — не хватило кому-то печенья, и девочка сразу подумала, что не хватило ей) действительно делает его более вероятным, этот плохой исход? И если прогноз обладает такой повелительной, императивной силой, если мы можем, прогнозируя, вызвать неприятность на себя, то что тогда мешает человеку быть счастливым? Ну, закажи себе удачу — и будь счастлив. Павел Качалов: Я все же вернусь к слушательнице, на вопрос которой не ответили, — к Тамаре из коммунальной квартиры, которая жаловалась на свою соседку. Мне кажется, что Тамаре крайне не хватает кого-то, кто мог бы ее выслушать, человека, с которым она могла бы обсуждать свою ситуацию. Если бы кто-то нашелся, кто мог бы говорить с ней, то, вероятно, изменилась бы и ситуация. И таковая ситуация, я полагаю, у очень многих бессловесных жертв, которые мучаются в одиночестве, именно потому, что никто не слышит их жалоб и не может придать им другой смысл, соответственно, не может и помочь изменить ситуацию. Что же касается прогноза на жизнь, можно ли его изменить, да, я уже говорил, что его можно изменить. И здесь я по-прежнему настаиваю на том, что в поведении жертвенности есть соблазн, о котором сказал священник, — он сказал о святости. Мне кажется, что этот соблазн — обещание святости в обмен на мучения — именно это заставляет многих оставаться в этой ситуации. Татьяна Ткачук: Виктория, еще один вопрос прозвучал у Елизаветы Васильевны. Можно ли как-то перестать ощущать себя жертвой, избавиться от этой психологии? Я добавлю к этому вопросу от себя еще часть: можно ли это сделать без помощи специалистов или нужно проходить какие-то специальные тренинги, читать специальную литературу? Виктория Потапова: Мне кажется, вопрос Елизаветы Васильевны — это действительно такой вопрос, с которым мы сталкиваемся в повседневной нашей, не только социальной, но и семейной жизни. Вот произошла такая история с ее девочкой — девочка на ушко сказала маме. Она не заплакала, не закричала, не подошла и не попросила. Почему она говорит маме? А мама опять же задала вопрос: «А почему тебе?», а не просто: «Тебе было обидно? Ты, наверное, хотела заплакать? Ты почувствовала несправедливость? Давай пойдем, поговорим об этом с воспитательницей, и в следующий раз ты обязательно скажи, мы вместе пойдем…» А бессознательно Елизавета Васильевна как бы навязывает уже психологию жертвы: «А почему тебе? (А почему ты стала этой жертвой?)» Ну вот, собственно, возможно, просто надо вначале поддержать, как сказал Павел Валерьевич, сначала выслушать и помочь ребенку в этой сложной ситуации, как-то совместно проговорив, решить раз эту ситуацию, а потом она уже не будет повторяться. Татьяна Ткачук: Ну, этот совет хорош, если речь идет о маленьком ребенке и маме. А если речь идет о двух взрослых людях, тот же принцип? Виктория Потапова: Безусловно, принцип — выслушать, понять другого. Потому что можно подменить принцип на такой ответ: «Да, все плохие, тебя все обижают» — опять фиксация психологии жертвы. Безусловно, тренинги. Безусловно, какая-то личная работа над самим собой. И, безусловно, конечно, с кем-то другим — это очень важно. И важно, чтобы это был профессионал. Татьяна Ткачук: У нас звонки на линии. Здравствуйте, вы в эфире. Слушатель: Здравствуйте. Меня зовут Юрий Васильевич, я из Омска. Я слушаю внимательно ваши передачи, и вот нынешняя передача затронула меня в том плане, что, мне кажется — не знаю, прав я или не прав, — но вот именно страх является одной из основных причин, о которой вы говорите сейчас. Именно страх делает человека рабом других. И вы знаете, в этом плане, по-моему, роль воспитания велика. И мне вспоминается старая китайская пословица: посеешь привычку — пожнешь характер, посеешь характер — пожнешь судьбу. Вот, видимо, здесь где-то корни этих проблем тоже лежат. Хотелось бы узнать мнение ваших психологов. Татьяна Ткачук: Спасибо, Юрий Васильевич, за звонок. Ну, действительно, даже в криминалистике, криминалисты утверждают, что психология жертвы сама по себе провоцирует и разжигает агрессию потенциальных обидчиков. И приводят примеры, что в подъездах нападают, как правило, именно на тех людей, кто этого боится, кто это подсознательно ожидает. И есть целая теория о насилии и о жертвах насильников, что что-то есть такое в жертвах насильников, почему насильник выбирает именно эту девушку, эту женщину, а не какую-то другую. Насколько можно вот этот опыт криминалистов и их исследования перенести на какую-то обычную жизнь, не связанную с преступлениями? Виктория, насколько страх порождает то, что происходит? Виктория Потапова: Мы знаем, как специалисты, что жертва вновь и вновь попадает в одну и ту же ситуацию: она не может закричать, она не может превратиться сама в агрессора, она все время занимает эту пассивную позицию. Ну вот, наверное, все-таки имеет смысл как бы понять, откуда «растут ноги». Но, к сожалению, в момент насилия у жертвы уходит возможность анализировать, понимать, она переживает некий шок. И я могу предположить и согласиться с Юрием Васильевичем, радиослушателем, что, безусловно, причина гораздо глубже, что когда-то этот страх и это насилие переживались этой жертвой, будучи ребенком. И возможно, когда-то не услышали этого ребенка, не поддержали в его горе. Мы сталкиваемся с этим в ежедневной жизни, и у нас всегда есть какие-то неудачи. Другое дело — как реагируют родители на эти неудачи, как они могут сопровождать ребенка в его горе. Это, соответственно, либо фиксирует затем психологию жертвы, либо позволяет перенести этот случай как какой-то разовый, единовременный. И здесь, безусловно, речь идет о некоей культуре воспитания, которую не только индивидуальный психоаналитик может решить, но и на уровне общей нашей культуральной среде, воспитании этой среды. Павел Качалов: Юрий Васильевич задал очень существенный вопрос. Действительно, этот страх связан с воспитанием. И надо сказать, что в воспитании детей в нашей стране за прошедшее столетие произошла целая эволюция: от средневекового подхода пренебрежительного и практики спокойного отношения к детской смерти, которая царила еще в конце XIX — начале XX века (что, возможно, и привело к жестокости русской революции), к гораздо более человечному отношению к детям и к воспитанию, которое наметилось примерно к 70-м годам прошлого, XX века. Но и в настоящее время при выходе из детского сада, при разводе детей мы часто можем услышать вопли: «Сволочь, я тебя убью!», раздающиеся из уст собственной маменьки, что, конечно, вызывает страх и ужас у собственных детей и является основной причиной будущей психологии жертвы. Татьяна Ткачук: Слушателя пригласим к разговору. Здравствуйте. Слушатель: Добрый день. Вы знаете, когда-то два года назад я была в Комитете солдатских матерей и там разговорилась с одной женщиной. Удивительная женщина, очень проницательная. И она мне сказала такую вещь, что я в нее поверила, потому что я знала такие примеры и нашла объяснение фактам некоторым. Она сказала, что ребенок, находясь в утробе матери, чувствует и через мать, и просто даже независимо от матери все, что происходит вокруг беременной женщины. И если ребенок нежелательный вообще или, скажем, в утробе мальчик, а ждут девочку (или наоборот), то ребенок уже рождается с таким чувством, что он лишний, ненужный и так далее. Я бы хотела узнать, существует ли научное подтверждение? Татьяна Ткачук: Виктория, пожалуйста. Виктория Потапова: Безусловно, я очень рада, что такого рода вопросы существуют. Это свидетельствует уже о развитии культуры нашего общества, осведомленности. Психоанализ, будучи уже столетия в практике, вновь и вновь обращается не только к травме рождения, но и к пренатальному периоду, то есть к периоду беременности. И все больше и больше изучают плод, его контакт с матерью. Сейчас даже создалась такая наука — оптология — сопровождение беременности. То есть очень важно, чтобы стать матерью и чтобы избежать передачи своих собственных травм, конфликтов, «семейного мандата» ребенку, надо подготовить это психическое пространство. И готовится оно, безусловно, уже вот этим ранним контактом и взаимоотношениями в семье, между матерью, отцом… Татьяна Ткачук: Виктория, вот конкретно то, о чем спросила наша слушательница: если ребенок был нежеланным, если ждали мальчика, а родилась девочка… Виктория Потапова: Безусловно, и это не только в период беременности. Уже когда мама видит этого ребенка, она уже видит его с разочарованием. Он не соответствует ее идеалу или фантазии, которую она имела, и она не может это принять. И в этом плане во Франции, где мы с Павлом Валерьевичем работали, практиковали и учились, — там очень ранние консультации психоаналитиков в таких ситуациях. И уже сенсибилизирована среда — ясли, детский сад. Направляют к детскому психоаналитику вплоть до двух-трех недель, когда вот этот вот контакт невозможно установить. И часто такая мать переживает так называемую «голубую депрессию», она не может принять этого ребенка, как, возможно, не принимали ее как ребенка, первого ребенка, второго. .. Например: первый ребенок — нормально, а если мама сама была вторым ребенком или, наоборот, первым ребенком, которого не слышали, не понимали, когда мать была беременна вторым, и он пережил такой вот период брошенности, непонятности, тогда при рождении второго ребенка ее собственного может актуализироваться это состояние и у матери, и передаваться затем ее детям. Татьяна Ткачук: Павел хочет добавить. Павел Качалов: Я тоже очень рад этому вопросу, поскольку, когда слушательница начала говорить про Комитет солдатских матерей, я думал, что она тут же ринется говориться о государстве, о дедовщине и тому подобное. Но она заговорила о самом существенном. И сделаю переход за нее, что жертвенность та, которая является предметом рассмотрения постоянного и забот Комитета солдатских матерей, закладывается гораздо раньше. Жертвы дедовщины — это вначале жертвы собственных матерей или собственных родителей, которые, возможно, не желали их и были к ним бессознательно жестоки в раннем детстве. Татьяна Ткачук: Еще слушатель. Здравствуйте, вы в эфире. Слушатель: Добрый день. Это Любовь Семеновна. Я бы хотела сказать об одной, может быть, самой главной черте жертвы — что она пользуется тем же методом, что и палач. То есть их объединяет одно решение всегда — долой друг друга. Тут только речь о том, кто быстрее скажет это «долой» — или палач жертве, или жертва потом в ответ. И, как человек верующий, я могу сказать только одно: поэтому мы и обращаемся к Богу — «Помилуй» — в жертвенном ли состоянии или в состоянии, когда ощущаешь желание кого-то ударить, оскорбить, именно о помиловании. И выход из жертвенного состояния, как и из палаческого только один — любовь к другому и видение собственной вины — в любом случае. Спасибо. Татьяна Ткачук: Я думаю, что сегодня, в День влюбленных, и спорить с тем выводом, который вы сделали в конце своей речи, не станет никто в этой студии. Я вижу улыбки на лицах своих гостей. Примем еще звонок. Здравствуйте, вы в эфире. Слушатель: Меня зовут Светлана Дмитриевна, я из Петербурга. Моя ближайшая подруга, человек с высшим образованием, полностью подпадает под определение «жертвы». Она буквально наслаждается часто такими ситуациями, которые, очевидно, даже искусственно как бы нагнетает. Но вот вопрос в том, что она воспитывает дочь, которой уже 24 года. И девочка, будучи подростком, активно противостояла такому унылому, безысходному образу жизни, выражала часто свое противостояние агрессивно. Но мама сумела сломить это противостояние, и теперь девушка полностью находится во власти такого уныния и подавленности. Мой вопрос такой: есть какая-либо возможность этой девочке обрести нормальное психологическое состояние? Павел Качалов: Это очень тяжелая судьба людей, рожденных у депрессивных матерей. Андрей Грин, великий французский психоаналитик, описал такой «синдром мертвой матери», то есть синдром ребенка, выросшего у матери депрессивной, которая телом была здесь, но душа ее была далеко. И я боюсь, что выйти самому, вырваться из такого рода психологических проблем очень трудно. Этой девушке, вашей знакомой, можно порекомендовать найти себе хорошего психоаналитика или психотерапевта, который сможет с ней об этом говорить. Татьяна Ткачук: Но шансы есть, как вы полагаете? Павел Качалов: Да, шансы, конечно, есть. Виктория Потапова: Тем более, девушка еще достаточно молодая. Просто это необходимо сделать как можно раньше. Татьяна Ткачук: Виктория, если бы эта женщина пришла бы к вам на первый сеанс, какие основные вещи, очень коротко, что вы бы ей сказали? С чего начинать? Виктория Потапова: Сначала я бы ее выслушала. Все-таки тактика психоаналитика, — не идентифицироваться с тем агрессором, с той ситуацией, в которой жила эта девушка. Если бы я, замечательно все поняв, тут же ей все рассказала, — я неким образом стала бы опять той матерью, которая лучше нее знает, понимает и решает. И поэтому наша задача — выслушать и помочь ей просто принять этот свой опыт, а затем следовать ему, вновь и вновь вернувшись к тому состоянию, когда она боролась, когда она была агрессивной, и дать ей на это право. Татьяна Ткачук: Спасибо, Виктория. Для человека, решившего избавиться от пораженческой психологии, нелегко бывает найти точку опоры. Быть может, нормальная жизненная позиция — это разумное принятие несовершенства мира, несовершенства человека, амбивалентности жизни, и все же, при этом понимании, — стремление самостоятельно разрешать какие-то противоречия.

Комплекс жертвы | Как избавиться от комплекса жертвы? Психология комплекса у женщин и мужчин

Женщина загружает белье в стиральную машину, а дальше по плану уборка квартиры, мытье посуды и другие бытовые хлопоты. Она делает для мужа и сына все, чтобы им было комфортно, вопреки собственным желаниям. Но как только муж и сын возвращаются домой, женщина бросается на них с упреками: «Я тут за вами убираю, сил не жалею, а вы меня не цените».

Иногда можно наблюдать, как человек пытается во всем угодить близким, демонстрирует полную самоотдачу и независимость. На самом деле это лишь маска, за которой скрывается комплекс жертвы — тотальная зависимость и желание заслужить любовь, и для такого человека это возможно только в случае готовности жертвовать собой ради других.

Образ жертвы

Комплекс жертвы – родом из детства, в котором ребенок не чувствовал безусловной любви родителей, когда тебя любят не «за что-то», а «просто так». Недостаток такой любви формирует у еще маленького человека ощущение своей незначительности, он начинает ощущать свое «Я» как неценное. Постепенно приходит осознание, что получить любовь можно только, если ты делаешь то, что от тебя ожидают: хорошо учишься, помогаешь маме, подчиняешься.

Такая детская травма формирует у взрослого человека заниженную самооценку, чувство собственной неполноценности и негативные ожидания. Он не способен защититься, потребовать к себе уважения, ведь единственная привычная для него модель поведения – это разрешать другим людям использовать себя.

Для человека с комплексом жертвы это поведение является естественной формой отношений, ведь в глубине души за этим стоит искреннее желание внимания и любви. Он делает для других то, чего желает получить от них взамен. Но из-за неумения взаимодействовать по-другому и говорить прямо о своих мыслях и чувствах, единственным способом получить желаемое стает манипуляция. К примеру, мать обращается к сыну: «Вымой полы, иначе я не буду тебя любить». Для ребенка такая цена за невымытый пол слишком высока, поэтому ставит в тупик. Эта манипуляция не предполагает возможности отказа и формирует в семье очень сложные отношения, а комплекс жертвы передается следующему поколению.

Желание во всем угодить другим людям вызывает у последних естественную реакцию отчуждения, а не ответную заботу, которой так жаждет жертва. Эта ситуация усугубляет комплекс и буквально заставляет такого человека демонстрировать свою беспомощность и манипулировать, при этом не давая близким людям возможности сделать свой выбор и отказаться помогать.

Быть жертвой – удобно?

Люди с комплексом жертвы успешно ищут и находят людей и ситуации, которые дают им возможность находиться в привычной роли жертвы. Возможно, для вас тоже характерны следующие выгоды этого комплекса:

  • убеждение в том, что все неприятности и жизненные неудачи случаются не по моей вине;
  • все трудности и беды – результат стечения внешних обстоятельств, а это освобождает от принятия личной ответственности;
  • необходимое сочувствие, внимание и жалость окружающих людей;
  • жалость и сочувствие принимаются за проявление любви, а это именно то, что я так хочу получить от других;
  • прошлые жизненные неудачи – это подтверждение того, что я не способен быть в эмоционально-близких отношениях с кем-то еще;
  • прежние провалы служат доказательством отсутствия будущих перспектив и невозможности высоких достижений в целом;
  • ощущение себя тем «маленьким человеком», который пытается бороться со злом;
  • оправдание невозможности достичь жизненных целей в силу отсутствия нужных связей, достаточного уровня образования или необходимого социального статуса;
  • ощущение своей жертвенности как особого дара, который дарит ложное чувство самодостаточности.

Человек с комплексом жертвы в своей речи часто употребляет подобные фразы:

  • Мне просто не везет.
  • Почему же так вышло?
  • Такой уж у меня характер.
  • Вы долго будете надо мной издеваться?
  • Я привыкла так делать.
  • От меня мало что зависит.
  • Не обращайте на меня внимание.
  • На лучшее я не рассчитываю.
  • Подскажи, что мне делать.
  • Не стоит меня благодарить.

Бессознательный выбор

Бытует мнение: «Если ты живешь плохо – значит, тебе нравится так жить». Зачем человек делает выбор быть жертвой, и даже переживая в связи с этим негативный опыт, все же ничего не меняет в своей жизни? В основе подобного мнения лежит идея о том, что все действия человека – осознанны и он в любой ситуации способен делать выбор в свою пользу. Еще в прошлом веке психотерапевты пришли к выводу о существовании бессознательной части психики. Представьте свое зеркальное отражение: в небольшом зеркале вы видите только маленькую часть себя, в зеркале побольше вы уже можете разглядеть свое лицо или шею. Но вы не можете увидеть, к примеру, сутулитесь ли вы, стоите ли ровно на собственных ногах. Точно так же дело обстоит с вашей психикой: видимая часть – это сознание, все остальное – бессознательная сфера.

У человека с комплексом жертвы в распоряжении есть только небольшой зеркальный осколок. В нем он видит тот семейный сценарий, который ему демонстрировали родители и ближайшее окружение. В своем мироощущении и поведении он может руководствоваться только маленьким отражением собственного осколка.

Такой человек знает, что кто-то живет иначе, но при этом уверен в том, что его это никак не касается. Возможно, у кого-то и может быть по-другому, но в его личном жизненном опыте возможности жить иначе просто нет. Когда с раннего детства живешь по заданному сценарию, то другие варианты – это обычная абстракция. Для того, кто не умеет играть на скрипке, чужие победы на конкурсах ничего не меняют, ведь смычок держать он от этого не научится. Только собственное длительное обучение, опыт игры в разном темпе с использованием различных техник и под руководством другого человека помогут стать хорошим музыкантом.

Человек с комплексом жертвы не выбирает быть таким, не ищет осознанную выгоду в своем положении. Он просто не знает, как можно не быть жертвой, а стать кем-то другим. Он не умеет по-другому строить гармоничные отношения с близкими людьми и получать от них любовь. Выгода жертвы скорее вторична, поскольку возможность напрямую получать от жизни и людей то, чего хочется, заблокирована. Именно поэтому такой человек ищет доступные для себя способы получить желаемое. В результате своих действий он получает не совсем то, чего он, по его мнению, заслуживает, и входит в замкнутый круг.

Для людей с комплексом жертвы работа с психологом не просто показана, а необходима, ведь человек не может самостоятельно справиться с тем, чего в полной мере не осознаёт. Обратиться за помощью к психологу с такой проблемой – мужественный шаг к принятию ответственности за собственную жизнь, к осознанию того, что быть жертвой – это личный выбор, хотя и неосознанный. Такое понимание приводит к постепенным, но колоссальным внутренним изменениям и позволяет в один прекрасный день сказать себе: «Я больше не хочу быть жертвой».


Узнать подробнее об услугах Центра и записаться на прием можно по телефону (812) 640-38-55 или заполнив форму ниже.

Готовы ли вы перестать чувствовать себя жертвой?

Источник: ЯКОБЧУК ВЯЧЕСЛАВ / Shutterstock

Жертва, согласно словарю Вебстера, — это человек, на которого напали, ранили, ограбили, убили, обманули или одурачили кем-то еще, или на кого-то повредило неприятное событие.

На всех нападают, травмируют, обманывают, обманывают и травмируют в течение жизни — если не физически, то эмоционально. И все пострадают от неприятных событий. В какой-то момент мы все становимся жертвами жизненных испытаний и трудностей — жизни .

Психологически здорово осознавать страдания и чувство бессилия, сопровождающие такие переживания. И все же есть люди, которые постоянно чувствуют себя жертвами, независимо от обстоятельств. Те, у кого менталитет жертвы , всегда становятся жертвами, по крайней мере, в их собственном сознании. Они поддерживают постоянную идентичность жертвы и видят жизнь через постоянно окрашенные ею очки.

Все мы знаем людей, которые, кажется, постоянно комментируют какую-то несправедливость по отношению к ним — как другие отказывают им в том, что они хотят, хотят и заслуживают, контролируют их против их воли и заставляют делать то, что они не хотят делать. .Или о том, что жизнь против них, и что Вселенная предназначена для личного наказания. Возможно, вы сами относитесь к тем, кто так переживает жизнь.

Ни почувствовать себя жертвой жизни, ни полюбить того, кто убежден, что он жертва жизни, нелегко. Оба болезненны. Рассмотрим эти случаи:

Корпус 1

Мэри и ее муж Фил уезжают в отпуск. Мэри сделала все заказы, но попросила Фила подтвердить время получения такси.В то утро, когда они собираются вылететь, Фил (который знает время полета) небрежно упоминает, что машина подтверждена на время, которое слишком поздно, чтобы гарантировать полет. Мэри спрашивает Фила, исправлял ли он время, на что он отвечает, что она, должно быть, забронировала его слишком поздно, потому что это то, что у компании было в их журнале.

Мэри расстроена, сбита с толку и злится. В ответ она решает ничего не делать с тем, чтобы забрать машину, и вместо этого предпочитает тушиться в ярости и ярости на своего мужа.Она проводит оставшиеся три часа до того, как подъезжает машина, строя рассказ о жертве, в котором Фил контролирует ее и крадет отпуск, который она забронировала, заработала и заслужила. По ее мнению, решение Фила не менять машину лишает ее возможности получить то, что она хочет. Она решает воспользоваться шансом оставить время посадки как есть, потенциально пропустив свой рейс и отказываясь от отпуска — все это, чтобы сохранить свою личность жертвы и доказать, что ее муж хочет разрушить ее счастье.

Корпус 2

По словам Питера, он всегда находится под контролем требований других и что его жизнь никогда не принадлежит ему. Одним недавним утром его взрослая дочь выразила чувство холода в доме (в футболке) и спросила Питера, знает ли он какой-либо способ поднять огонь, потому что он, похоже, не работает. Это привело Питера в состояние полной жертвы и сопровождающую его ярость.

Он был уверен, что его дочь намеренно контролировала его, а также что теперь ему пришлось провести день, выясняя, как отремонтировать систему отопления, чтобы она не чувствовала себя неловко.Он был убежден, что, если он немедленно не займется ее проблемой, он будет наказан, обвинен и привлечен к ответственности за ее несчастье.

Он был, по его мнению, жертвой ее нужд, не имеющей права голоса в своей жизни. Буквально накануне он поссорился с той же дочерью из-за того, что ему пришлось убирать ее комнату, потому что она не делала этого сама, и из-за того, что она была неблагодарной. Она ответила, что ей все равно, была ли ее комната чистой: вот почему она этого не делала, и что если он это делал, то делал это для себя.Питер крикнул в ответ: «Я должен сделать все для всех в этом доме, а все остальные должны делать то, что они хотят».

Корпус 3

У Лизы не было выходных в течение месяца отчасти из-за ее собственного выбора, а отчасти из-за загруженного сезона в компании. Когда, наконец, наступает ее долгожданный выходной, она просыпается от шума дождя по ее крыше. Лиза проводит первые два часа своего первого свободного дня в месяце, мучая себя мыслями о том, что Бог всегда наказывает ее, а Вселенная против нее.Все, что ей хотелось, — это лечь на одеяло на улице. Это было слишком много, чтобы просить? Очевидно.

Что не хватает

Для Мэри, нашей подруги, которая вот-вот пропустит рейс, менталитет жертвы проистекает из неспособности или нежелания взять на себя ответственность за свои собственные желания и потребности. Несмотря на неудачный выбор, сделанный ее мужем, Мэри хотела успеть на самолет. Ей хотелось расслабиться по дороге в аэропорт. Она хотела отпуск. Ей также нужен был муж, который позаботился бы о том, чтобы во время встречи позаботились о ее желаниях.Три из этих четырех желаний были возможны; одного не было. Но вместо того, чтобы взять на себя ответственность за получение того, что она хотела, что было бы так же просто, как снять трубку и изменить время получения, она использовала свою энергию, чтобы бороться (в своем собственном уме) со своим мужем о том, почему он делает это, чтобы ее, и почему он забирал у нее отпуск.

В случае с Питером, которому приходится бросить все, чтобы поправить холод своей взрослой дочери и убрать в ее комнате, потому что она не сделает этого за себя, менталитет жертвы вызван чувством бессилия, не имеющим отношения к текущей ситуации.Кто-то вроде Питера начинает чувствовать себя бессильным, а затем проецирует это на другого, который намеренно лишает его силы. Ему не хватает способности терпеть дискомфорт дочери, не чувствуя ответственности за его устранение. Что также отсутствует, так это осознание или любопытство в отношении корней его настоящего бессилия, бессилия, которое уже существует до того, как он сочиняет историю о том, кто контролирует его в данный момент. И, как и Мэри, ему не хватает способности уважать и брать на себя ответственность за свои потребности и желания, в том числе нежелание тратить день на ремонт печи.

В случае с Лизой ее менталитет жертвы представляет собой разновидность негативного нарциссизма, то есть она верит, что вселенная (и поведение других людей) вращается вокруг нее. Все происходит за, против (в основном против) и по отношению к и . И одновременно она думает, что Бог и другие люди разделяют основное намерение наказать ее.

Как избавиться от менталитета жертвы

1. Возьмите на себя ответственность за свои потребности и желания. Определите, чего вы хотите и что для вас важно. Назовите это и делайте то, что вам нужно, чтобы это произошло — для себя. Не тратьте время на обвинения или гнев на тех, кто не хочет или не нуждается в том же, что и вы, не ждите, пока они присоединятся к вам или помогут вам получить то, что вы хотите. Займитесь тем, что для вас важно, и оставьте других в стороне.

2. Потренируйтесь говорить «нет». Если вы не хотите что-то делать и (реально) не должны этого делать, не делайте этого.Помните, что вам позволено иметь потребности, как и другим людям.

3. Хватит винить. Когда вы слышите, как сами обвиняете себя, будь то против других людей, мира, жизни, кого бы то ни было … скажите себе вслух «остановитесь» и фактически отвлекитесь от своих обвиняющих мыслей.

4. Осознайте корень своего чувства бессилия. Прежде чем вы будете строить следующий рассказ о том, кто крадет вашу силу, поинтересуйтесь лежащими в основе чувствами бессилия, которые предшествуют всем ситуациям.

5. Будьте добры к себе. Когда вы обвиняете вселенную и жизнь в своих страданиях, вы на самом деле не обращаете внимания на свои страдания и не помогаете себе почувствовать себя лучше. Утверждая роль жертвы, вы усиливаете свою боль. С идентификацией жертвы в игре вы не только страдаете из-за того, что произошло, вы теперь добавили к этому страданию тот факт, что вы не получаете того, что получают другие, потому что вы прокляты, жизнь и все, кто в ней участвует. чтобы достать вас, и в основном вселенная вас ненавидит.(Тебе лучше?)

6. Сосредоточьтесь на помощи другим. Когда вы находитесь в менталитете жертвы, весь мир вокруг вас и вашей боли. С добротой признайте свои страдания, а затем подумайте, как вы можете помочь другому существу. Каким бы парадоксальным это ни казалось, чем больше вы чувствуете себя обделенным, тем больше вам нужно отдавать. Доброта — самое верное противоядие от «бедного меня».

7. Практикуйте благодарность. Менталитет жертвы фокусирует вас на ваших страданиях, в частности на том, чего вы не получаете.Попробуйте перевернуть свою точку зрения и сосредоточиться на том, что для вас важно, что вам действительно нравится и что вы действительно «получаете». Переведите внимание с того, чего вам не хватает, на то, что у вас есть.

8. Напишите список способов, которыми вы можете изменить плохую ситуацию. Когда вы чувствуете себя жертвой, вы убеждаете себя, что ничего не можете сделать, чтобы изменить свои обстоятельства, но это почти никогда не бывает так. Придумайте, как вы можете попытаться улучшить ситуацию, даже если это кажется невозможным.

9. Практикуйте эмпатическое слушание. Слушая других людей, старайтесь слушать с намерением прочувствовать то, что они говорят, из глубины своего сердца. Перестаньте концентрироваться на том, что вам нужно делать с тем, что они говорят, что вы думаете о том, что они говорят, или на чем-то еще, что имеет к вам отношение. Слушайте, как будто вы слышите только уши, не мешая себе.

10. Проявляйте прощение. Когда вы играете роль жертвы, вы решаете удержать горечь, гнев и уверенность в том, что с вами поступили несправедливо — часто даже не выясняя, каковы могли быть намерения другого.Вместо того, чтобы отравлять собственный опыт обиженными мыслями, попробуйте практиковать сострадание и понимание по отношению к другому. Начните новую привычку: сделайте отбрасывание обиды и прощение повседневной практикой!

Нет ничего хорошего в жизни жертвы или с жертвой, но с осознанием, желанием измениться и новыми привычками вы можете перерасти свой менталитет. Жизнь, прожитая с благодарностью и добротой, намного лучше, чем жизнь обиды и горечи на коротком конце вселенской палки.Расширение прав и возможностей и самообладание доступны каждому, а с новым подходом и новым поведением они доступны вам. Первый шаг — просто решить, что вы готовы перестать быть жертвой. Ты?

4 признака вашего менталитета жертвы (и как избавиться от него)

Вы один из тех, кто попался в ловушку менталитета жертвы? Спросите себя: когда случаются плохие вещи, берете ли вы за них ответственность или вините мир?

Если последнее, скорее всего, да. Когда в жизни возникают проблемы, легко позволить эмоциям взять верх над собой и предположить, что весь мир стремится к вам.

Время от времени устраивать вечеринки жалости — это нормально. Однако, если он выйдет из-под контроля, легко начать барахтаться в роли жертвы.

Невозможно быть водителем своей жизни, если все, что вы делаете, это разыгрываете карту жертвы. На мой взгляд, это самый быстрый способ потерять силу. У вас есть два выбора — верить, что жизнь происходит для вас или с вами.

Что такое менталитет жертвы?

Люди с менталитетом жертвы верят, что жизнь случается с ними, а не с ними.В результате они быстро начинают чувствовать себя жертвами, когда что-то идет не так, как планировалось.

Ментальность жертвы — это приобретенная личностная черта, при которой человек склонен признавать или считать себя жертвой негативных действий других.

По своей сути менталитет жертвы — это форма избегания. Это способ сказать : «Я отказываюсь нести ответственность за себя и свою жизнь».

В результате вы можете избегать выхода за пределы своей зоны комфорта, принятия трудных решений или каких-либо действий для улучшения состояния своей жизни.Короче говоря, вы остаетесь застрявшим и парализованным страхом. Я думаю, мы все можем согласиться с тем, что это звучит как плохое место.

Стив Мараболи сказал это лучше всего,

«Менталитет жертвы заставляет вас танцевать с дьяволом, а затем жаловаться, что вы в аду».

К сожалению, такой образ мышления приносит огромные плоды. У вас есть возможность устроить вечеринку жалости, игнорировать беспорядочные эмоции и получить сочувствие от других.

Только когда вы будете готовы изменить свою точку зрения и увидеть события своей жизни в полной мере под вашим контролем, вы сможете вступить в свою силу.

Как узнать, есть ли у меня менталитет жертвы?

Давайте рассмотрим четыре признака того, что у вас менталитет жертвы, и найдем способы освободиться от него.

1. Вы разрушаете все свои проблемы

Люди, которые катастрофизируют проблемы, всегда думают о худшем. Катастрофизация ваших проблем — это когда вы позволяете себе поверить, что даже самые маленькие неудобства — это конец света.

Если вы всегда предполагаете, что произойдет худшее, Вселенная выслушает вас и даст именно то, о чем вы просите.В следующий раз, когда вы поймаете себя на мысли о том, насколько что-то ужасно, постарайтесь представить свой опыт в перспективе.

Спросите себя: «Что может произойти в худшем случае?» Это поможет напомнить вам, что результат может быть не таким плохим, как вы ожидаете.

2. Вы чувствуете себя бессильным

Когда вы живете с менталитетом жертвы, одна из самых сложных вещей — это чувство беспомощности. Когда случаются плохие вещи, легко чувствовать, что вы не контролируете ситуацию.

Оказавшись в одной из этих ситуаций, сосредоточьтесь на том, что вы можете изменить. Обретение чего-то, что вы можете контролировать, может помочь вам почувствовать, что к вам вернулась часть вашей силы, и это большой шаг.

Еще один способ освободиться от чувства бессилия — это научиться говорить «нет». Вам не нужно делать все, что от вас ожидают. Это нормально — ставить на первое место собственные потребности.

3. Вы ведете негативный разговор с самим собой

Неуверенность в себе тесно связана с жертвой.Как только кто-то попадает в ловушку менталитета жертвы, он подсознательно сам саботирует свои лучшие усилия, чтобы они соответствовали своему сознательному разуму.

Если вы считаете, что вы недостойны, вам всегда будет казаться, что весь мир стремится к вам. Деструктивные убеждения подпитывают поведение жертвы до такой степени, что принижение себя становится нормой.

4. Вы думаете, что мир хочет вас достать

Если вы чувствуете, что мир постоянно пытается причинить вам боль или сделать вас несчастным, вы знаете, что вы превратились в жертву.Жизнь не для вас. На самом деле, если вы выбираете установку на рост, она всегда пытается работать в вашу пользу.

Иногда в жизни случаются вещи, которые находятся вне вашего контроля. Ваша задача — решить, как вы собираетесь реагировать на эти события. Когда вы начинаете рассматривать проблемы как возможности для роста, вы внезапно начинаете замечать, что жизнь вынуждает вас повышаться, что является скрытым благословением.

Как мне остановить ментальность жертвы?

Первый шаг к отказу от менталитета жертвы — это понять и принять то, что он у вас есть.

Следующий шаг — переключить ваши мысли с ощущения себя жертвой на осознание того, что вы выжили. Это невероятно освобождает, когда вы понимаете, что больше не являетесь жертвой своих жизненных обстоятельств.

Если вы хотите по-настоящему выжить, вам нужно меньше сосредотачивать свое внимание на безопасности и защите и больше на развитии положительной самооценки.

Выжившие знают, что они руководители в своей жизни, а это означает, что они берут на себя полную ответственность за все, что происходит, как хорошее, так и плохое. Кроме того, вместо того, чтобы смотреть на мир через черно-белые линзы, выжившие открыты для нового образа мышления и поведения, если это будет способствовать их росту и эволюции.

1. Выявление и оспаривание ограничивающих убеждений

Убеждения — это обусловленное восприятие, построенное на старых воспоминаниях о боли и удовольствии. Эти воспоминания основаны на том, как мы интерпретировали и эмоционально преобразовывали наш опыт с течением времени.

Если эти убеждения бессильны по своей природе, они приводят к саботажу и чувству беспомощности.Если вы хотите перестать быть жертвой, вы должны сначала определить критический внутренний голос, создавший чувство жертвы и несправедливости.

Когда в вашей жизни впервые сформировались чувства жалости к себе, низкой самоэффективности и ложной вины?

Менталитет жертвы обычно можно проследить еще в детстве, как механизм выживания или как усвоенное поведение, которое мы наблюдали у наших родителей.

Когда вы начинаете понимать, почему вы чувствуете то, что чувствуете, вы берете на себя ответственность за мысли и понимаете, что у вас есть сила изменить и переместить повествование от жертвы к победителю.

2. Возьмите на себя ответственность за свою жизнь

Когда вы берете на себя ответственность за свою жизнь, вы берете на себя ответственность за свои мысли, чувства и действия. Вы проектируете жизнь на своих условиях, потому что знаете, что у вас есть сила создавать свою реальность.

Момент, когда вы перестаете обвинять мир, — это момент, когда вы превращаетесь из жертвы в победителя. Внезапно жизнь начинает работать в вашу пользу, потому что вы решили проявить себя.

3. Примите чувство благодарности

Жертва основана на чувстве «нехватки», как будто чего-то никогда не хватает.Противоположностью «недостатка» является «изобилие», в котором проявляется благодарность.

Самый быстрый способ перестать быть жертвой — это проявить благодарность. Возьмите за привычку спрашивать себя: «За что я благодарен сегодня?»

Благодарность — это просто сознательное признание того, что приносит вам радость в настоящий момент.

Когда вы перестаете зацикливаться на своих вещах и смотрите на картину в целом, вы начинаете понимать, насколько вам в действительности повезло.

Взгляните на эти 40 простых способов проявить благодарность.

4. Думай позитивно

Жертва процветает на негативных мыслях. Лучший способ превратиться из жертвы в победителя — это изменить свое мышление. Вместо того, чтобы искать в чем-то плохое, найдите лучшую сторону в каждой проблеме.

Ваши мысли создают вашу реальность. Когда вы начинаете сосредотачиваться на хорошем, вы привлекаете в свою жизнь больше положительных вещей.

Это момент, когда вы откроетесь, чтобы жить изобильной жизнью, полной позитивного роста и изменений, которые могут изменить вашу жизнь.

По словам Мартина Селигмана,

«Оптимизм очень ценен для полноценной жизни. Твердо веря в хорошее будущее, вы можете направить свою жизнь к самому важному ».

Последние мысли

Если вы устали играть жертву, решите, что вы готовы стать хозяином своей жизни, и действуйте в соответствии с этим. Вы способны на великие дела, если верите в себя и действуйте в соответствии со своими убеждениями. Пришло время вернуть себе контроль над своей жизнью.Вы готовы?

Подробнее о позитивном мышлении

Изображение предоставлено: Remy_Loz через unsplash.com

Преодолей мышление жертвы

Мой наставник однажды сказал мне, что мученичество похоже на крэк: вызывает сильное привыкание и очень разрушительно. Я слишком часто приходил к тому, чтобы видеть в себе образ мышления мученика.

Я часто замечаю, что мне жаль себя, потому что, горе мне, я всегда занят, у меня нет времени расслабиться, и мои дети не оставят меня в покое.

Думаю, у большинства из нас есть такая тенденция. По какой-то причине в самом начале нашей жизни нас привлекало то, что все воспринималось как несправедливость, и мы сами приходили с ног на голову.

Я даже вижу это в собственных детях. Мой 11-летний сын часто говорит мне, что мы с женой занимаемся сексизмом и любим наших дочерей больше, чем он. Не могу дождаться его подростковых лет.

Это невероятно деструктивный менталитет.

Проблема в том, что в тот момент, когда человек решает сыграть жертву, он отдает всю свою силу и передает ее в руки кого-то другого.Чтобы выбраться из этой ямы, могут потребоваться часы, дни и даже годы; и, как говорится, в яму надо перестать копать. Я не говорю, что нельзя быть жертвой. Есть более серьезные проблемы, когда люди становятся жертвами несчастного случая на работе, который может привести, например, к смерти. Тогда они станут жертвой неправомерной смерти и будут вынуждены принять противоправные действия в отношении смерти. Это всего лишь пример того, что кто-то стал жертвой, и у меня нет проблем с людьми, которые это говорят. Все, что я хочу, — это чтобы люди пытались помочь себе, пытаясь двигаться дальше.

Какие стратегии могут переломить ситуацию в нашем менталитете жертвы?

Вот 7 мощных способов преодолеть мышление жертвы, которые помогли мне и многим студентам, с которыми мы работаем:

1 — Признать мученичество в себе

Как и в случае с 12 шагами анонимных алкоголиков, первое, что вы делаете должен признать, что у вас есть проблема, что, как я считаю, делает почти каждый из нас. Обратите внимание на ущерб, который это причиняет, на то, насколько плохо вы себя чувствуете, и действительно посмотрите на разрушения, которые это может нанести отношениям в вашей жизни.Это острое признание действительно является первым важным шагом. Я считаю, что многие живут всю свою жизнь, совершенно не осознавая и неспособные увидеть в себе эту саморазрушительную черту.

2 — Простите других

На днях я проезжал мимо церкви и увидел табличку с надписью: «Негодование — это как выпить яд и ожидать смерти врага». Это заставило меня усмехнуться, но в этом была глубокая правда, от которой мы все могли бы извлечь пользу.

Ненависть и гнев, которые мы испытываем по отношению к другим, обижает только нас.Это создает страдания, разрушает важные отношения и мешает радости и успеху, которые мы все надеемся испытать в жизни.

Как простить кого-то? Хотел бы я иметь серебряную пулю, но здесь нет секрета; просто необходимо, чтобы вы нашли в своем сердце милость прощать. В противном случае он сожрет вас заживо, и у вас никогда не будет контроля и свободы, которых мы все желаем.

3 — Простите себя

У одного из наших партнеров есть процесс, который он выполняет с молодежью из групп риска.Многие из них были названы другими или ими самими нарушителями спокойствия, плохими учениками или ленивыми. Настолько, что они действительно поверили в это до глубины души.

Процесс, который он выполняет, — это упражнение, в котором ученики прощают себя. Цель состоит в том, чтобы избавиться от вредных ярлыков и направить новую энергию на настоящее и на человека, которым каждый из них хочет стать. Для многих это мощный и преобразующий процесс.

Многое из того, что мешает нам действовать, — это оправдания, которые мы делаем в отношении самих себя, и предвзятые представления о том, кто мы есть.Большая часть новых действий в нашей жизни — это новые ожидания… которые требуют прощения самих себя за то, что было раньше. Прощение себя устраняет ограничивающее мышление, из-за которого действия могут казаться бесполезными, и это жизненно важно для начала целенаправленных действий, которые положительно повлияют на вашу жизнь.

4 — Медитируйте или молитесь

Возможно, один из самых быстрых способов перестать жалеть себя — это создать пространство в своей жизни. Чувство жертвы часто является иррациональным инстинктом, движимым страхом.Медитируя, мы создаем пространство, добиваемся ясности и находим перспективу. Это лучший из известных мне способов переориентировать и переориентировать нашу энергию.

Я также скажу, что медитация и молитва — это пути к более глубокой связи и осознанию цели в жизни. Для многих, включая меня, ощущение, что я не одинок и что все это имеет цель, заставляет меня снова встать на ноги и вернуть контроль над своей жизнью.

5 — Управляйте своим настроением

Когда вам хорошо, вы делаете добро. Когда вы сосредоточены на том, что у вас есть, у вас появляется больше уверенности и инициативы в достижении того, чего вы хотите.

Исследование доктора Мартина Селигмана показало, что существует три проверенных метода улучшения наших эмоций. Первый — это практика внимательности, о которой говорилось в предыдущем пункте (Медитируйте или Молитесь).

Два других метода — это проявление благодарности и служение другим. Если вы хотите почувствовать себя лучше, нет лучшего способа, чем сосредоточиться на хорошем и положительном в своей жизни. Служение другим также заряжает энергией и дает нам силы. Возможно, нет более приятного ощущения, чем осознание того, что у вас есть сила помочь другому, а затем увидеть, как вы это сделаете.

6 — Найдите мантру победителя

Для многих людей мантры творят чудеса. Осознавая, что они действуют как мученики, они могут мотивировать себя и расширять свои возможности посредством разговора с самим собой. Ключом является развитие мускулов внимательности, необходимых для того, чтобы поймать себя и вызвать себя в тот момент, когда вы начинаете играть жертву.

Мантра, которую мы преподаем нашим ученикам, звучит так: «Я не жертва своего прошлого, мое будущее не предопределено, моя жизнь — это то, что я выбираю с этого момента, двигаясь вперед. Мне также нравится последняя строчка знаменитого стихотворения Invictus Уильяма Эрнеста Хенли: «Я хозяин своей судьбы, я капитан своей души».

7 — Примите меры

Буквально на этой неделе в моей жизни было некоторое финансовое давление. Когда это происходит дома или на работе, легко сразу впасть в страх. Иногда я сижу и думаю часами; Между тем ничего не решается.

Затем я перехожу к электронной таблице и начинаю составлять карту.Я проявляю творческий подход и беру на себя задачу. Начинаю решать некоторые проблемы. Теперь я склоняюсь к страху, и это прекрасно.

Действия — важный шаг в реализации нашего потенциала и реализации наших мечтаний. Это избавляет нас от сожаления о прошлых поступках и страха перед будущим. Это помещает нас прямо в настоящее, которое является единственным местом, где у нас есть сила и влияние.

Если вы не знаете, что делать, спросите кого-нибудь, кому вы доверяете или восхищаетесь, что он сделает, а затем попытайтесь сделать это. Достаточно искры, чтобы разжечь огонь, и эта искра — это инициатива и действие.

Джордж Вашингтон Карвер однажды сказал, что 99% всех неудач исходит от людей, которые имеют привычку оправдываться. Это действительно то, что делает жертва: извиняется и дает власть всем и всем вокруг.

Результаты вашей жизни — это результат ваших мыслей, решений, которые вы принимаете, и действий, которые вы предпринимаете. Осознавая это, а затем проживая это, вы исключаете любой шанс стать жертвой и отдаете свою жизнь в лучшие руки: в свои собственные.

Управление человеком с менталитетом жертвы — от MindTools.com

© GettyImages
Maravic

Член вашей команды отказывается нести ответственность за то, что с ним или с ней происходит?

Скорее всего, вы делили офис с людьми, чьи жизни кажутся серией драм, в которых они не виноваты. Как только они садятся, вы ждете, пока они расскажут свою последнюю печальную историю. И они редко разочаровывают!

«Почему мне всегда поручаются черные задания? Это так несправедливо! Всем остальным достаются сочные, интересные…»

«Как я должен закончить этот отчет сегодня? Она только на днях дала мне краткую информацию…»

«Я не виноват, что снова опоздал. Моей девушке сегодня утром нужно было воспользоваться машиной, а мне нужно было сесть на автобус ».

Звучит знакомо? Если да, то вы можете работать с кем-то с «менталитетом жертвы».

Вначале вы слушаете с беспокойством, потом вам немного наскучит их жалость к себе. Затем вы раздражаетесь, поскольку их постоянное обвинение других в своих ошибках на работе и в жизни начинает влиять на командный дух и производительность.

В этой статье мы исследуем, что подразумевается под менталитетом жертвы, и рассмотрим, как можно справиться с этой потенциально опасной чертой.

Что такое менталитет жертвы?

Манфред Ф. Р. Кетс де Вриз, профессор кафедры развития лидерства и организационных изменений бизнес-школы INSEAD во Франции, описал менталитет жертвы в своем рабочем документе «Являетесь ли вы жертвой синдрома жертвы?»

Профессор Кетс де Фрис говорит, что человек с менталитетом жертвы чувствует, что мир окружает его или ее, и он всегда находится в невыгодном положении из-за махинаций других людей или отсутствия внимания.

Но не только судьба заставляет «жертву» испытывать больше трудностей, чем другие люди. Он может искать разочарования, потому что это может дать ему «толчок», который психологи называют вторичной выгодой. Это когда не решение проблемы действительно может принести пользу.

Например, человек с менталитетом жертвы может испытывать удовольствие, когда получает внимание или жалость из-за своего несчастья. Она также может испытывать извращенный «трепет», демонстрируя травму, причиненную другими, и вызывая чувство вины.А отказ принять ответственность за проблему может освободить.

Профессор Кетс де Фрис говорит, что, хотя такое поведение может быть нелогичным, манипулятивным и разрушительным, «жертва» может искренне не осознавать свою причастность к своим проблемам, и его вторичная выгода может быть подсознательной.

Совет:

Очень важно учитывать возможность того, что данное лицо на самом деле является жертвой. Издевательства на рабочем месте может быть незаметным, но разрушительным для уверенности людей в себе, и вы обязаны выявить и остановить его. Рекомендации в этой статье даны при условии, что вы внимательно изучили обстоятельства и достаточно уверены, что проблема заключается в человеке, а не в другом человеке.

Примечание:

Не путайте менталитет жертвы с синдромом жертвы. Эти термины иногда используются как синонимы, но «синдром жертвы» — это, точнее, короткая форма синдрома нарциссической жертвы, которая относится к реальным жертвам человека с нарциссическим расстройством личности.

Каковы опасности менталитета жертвы?

Член команды с менталитетом жертвы может создать реальные проблемы для вас как менеджера и для остальной части вашей команды. Вот четыре негативных последствия, которые он может иметь.

  1. Вред для морального духа: ее хронический пессимизм и позиция «горе мне» могут раздражать и утомлять ее коллег, портя общее счастье команды.
  2. Вред для производительности: она может совершать ошибки или вызывать задержки, которые она могла бы предотвратить, чтобы обвинять других людей или подчеркивать некоторые предполагаемые трудности в условиях ее работы.
  3. Вред для отношений: ее поведение может колебаться от жертвы к «обидчику». В одну минуту она может сыграть жертву и привлечь внимание, а в следующую она может обвинить кого-то еще или причинить боль тем, кто пытается ей помочь.
  4. Повреждение доверия: Вероятно, у нее есть внешний локус контроля . Это означает, что она считает, что все, что с ней происходит, находится вне ее контроля и зависит от судьбы, удачи или поведения других людей. В результате вы можете не чувствовать, что можете доверять ей какие-либо важные задачи, или ожидать, что она возьмет на себя ответственность за результат.

Управление человеком с менталитетом жертвы

По словам профессора Кетс де Врис, одна из проблем общения с кем-то с менталитетом жертвы заключается в том, что он, вероятно, не хочет никакой помощи и будет негативно реагировать на любые попытки изменить свое поведение или образ мышления.

Это может быть связано с эффектом вторичного усиления, который мы рассмотрели ранее. То есть она не хочет брать на себя бремя личной ответственности. за проблемы, которые ее преследуют.Она может защищаться или действовать пассивно-агрессивно путь к любому, кто просто пытается помочь. (Если бы она была откровенно агрессивной, ей было бы труднее винить возникшее напряжение в недоразумении.)

Также существует опасность, что он обвинит помощника в причинении дальнейших страданий. Поэтому важно понимать риск сознательной или неосознанной дискриминации. , и быть очень осторожным, чтобы не выдать его даже на первый взгляд.

Не пытайтесь выполнять роль специалиста по психическому здоровью — вы быстро потеряете свою глубину. В своей книге 1964 года «Игры, в которые играют люди» психиатр Эрик Берн описал некоторые роли, которые люди принимают в своих отношениях, а также психологические игры, в которые мы все играем. Он также описал, насколько сложно даже терапевту иметь дело с «жертвой». Вы можете подробнее изучить теорию доктора Берна в нашей статье Трансактный анализ. .

Как менеджер, ваша задача — дать возможность членам вашей команды хорошо выполнять свои обязанности. От вас не ждут, что вы будете терапевтом, и ваша стратегия должна строиться вокруг четкого и эффективного управления производительностью. Выполните следующие восемь шагов:

Шаг 1. Определите признаки менталитета жертвы

Если член команды регулярно демонстрирует некоторые или все из следующих черт или поведения, возможно, у него может быть менталитет жертвы:

  • Она часто обвиняет других, когда что-то идет не так, или если она не достигает цели или задачи.
  • Ее разговоры, как правило, сосредоточены вокруг ее проблем, с ожиданием, что другие пожалеют ее.
  • Она может отказаться от возможности участвовать в веселой работе на рабочем месте или может отказаться признать, что ей нравится.
  • Она часто подразумевает, что другим людям путь к успеху проще, потому что им дают лучшие задачи или предпочтение.
  • Похоже, она привлекает непропорционально много драмы и неудач по сравнению со своими сверстниками.
  • Она может соглашаться выполнять задания или просьбы только после тонких проявлений пассивно-агрессивного сопротивления.
Предупреждение:

Будьте осторожны, оставьте постановку диагноза специалистам-психиатрам. Как правило, избегайте навешивания ярлыков на людей и превращения их в стереотип.

Шаг 2. Проконсультируйтесь со своим отделом кадров

Если вы считаете, что имеете дело с членом команды, у которого менталитет жертвы, и это влияет на его и его коллег, проконсультируйтесь с HR относительно ситуации.

Как мы подчеркивали ранее, принятие независимых мер для разрешения ситуации может легко рассматриваться «жертвой» как издевательство. Очень важно защитить себя и не выглядеть хулиганом. Обозначьте шаги, которые вы планируете предпринять, и попросите HR дать рекомендации и одобрить каждый из них. Держите их в курсе на каждом этапе, чтобы они были готовы вмешаться и выступить посредником , или при необходимости предпринять более решительные действия.

Шаг 3. Установите четкие цели и границы

Будьте твердо в отношении стандартов поведения и производительности, которых вы ожидаете.Четко объясните их и получите согласие «жертвы», чтобы не было «места для маневра» для неудач. Вам необходимо установить и поддерживать контроль над ситуацией.

Например, установите четкие крайние сроки для задач и проектов, согласуйте контрольные точки для отслеживания прогресса и проясните, ожидаете ли вы, что она инициирует какие-либо действия или будет ждать инструкций от вас или кого-то еще.

Это действительно краткосрочное исправление; как менеджер вы не хотите в конечном итоге заниматься мелким менеджментом ее в течение длительного периода времени.Если это произойдет, возможно, вам придется рассмотреть действия, которые мы выделяем на восьмом шаге ниже.

Шаг 4: ведите подробный учет

Записывайте свои наблюдения и делайте подробные записи о действиях, которые вы предпринимаете, и о работе, которую вы делегируете. Анализ собранных вами доказательств поможет вам лучше понять, что происходит, а наличие записи поможет вам противостоять любым обвинениям в том, что вы действуете несправедливо или хулиганите.

Также ведите учет ресурсов, обучения, повышения, продвижения по службе, обсуждений и льгот, которые получает каждый член команды.Убедитесь, что каждый получает свою долю сложных или непопулярных заданий. И тщательно задокументируйте свои наблюдения об их работе и профессиональном поведении.

Получите бесплатную рассылку новостей!

Изучайте новые карьерные навыки каждую неделю и получайте бонус Контрольный список для успешного менеджера , бесплатно!

Прочтите нашу Политику конфиденциальности

Шаг 5. Сосредоточьтесь на построении команды

Регулярно проводить упражнения по командообразованию чтобы укрепить связи между членами вашей команды.Включите упражнения на благодарность, в которых люди пишут сообщения благодарности друг другу. Это поможет сосредоточить внимание каждого на том, где им помогают и поддерживают.

Это также может привести к тому, что «жертва» получит благодарность от коллеги. Это может помочь ему понять, что не все хотят его достать. Это также могло дать ему некоторую гордость за то, что он взял на себя ответственность за успехи команды.

Шаг 6. Установите четкие линии связи

Сообщите своим сотрудникам, что они обязаны «выявлять» любые потенциальные узкие места в проекте.Например, если работа одного члена команды зависит от того, что кто-то другой выполняет задачу, убедитесь, что они предупреждают вас и преследуют другого человека в случае задержки. Это поможет предотвратить превращение «жертвы» в серьезную проблему, в которой она может винить кого-то еще.

Также дайте членам вашей команды эффективную обратную связь . Используйте эти встречи один на один, чтобы обсудить любые потребности в поддержке и обучении, которые могут у них возникнуть. Это означает, что «жертва» не может утверждать, что вы не предложили или не предоставили инструменты, необходимые ей для работы.

Шаг 7. Поощрение личной ответственности

Убедите своих людей принять личную ответственность за результаты своего выбора и брать на себя ответственность за свои действия. Например, дайте каждому из них, включая «жертву», небольшой проект, который нужно завершить, и скажите им, что они несут ответственность за выполнение задачи и за преодоление любых возникающих проблем или проблем. Доллар с ними останавливается.

Если он сможет успешно принять на себя ответственность в этой безопасной среде, это поможет укрепить доверие между вами.Эта победа поможет укрепить его чувство собственного достоинства и ваше доверие к нему. Дайте ему понять, что, даже если он не может контролировать все обстоятельства, вы ожидаете, что он будет контролировать свою реакцию на невзгоды и преодолевать их.

Поощряйте его рассматривать это как возможность продемонстрировать, что он готов к большей ответственности. Дайте понять, что он не настроен на неудачу, поскольку он вряд ли будет рассматривать такой опыт в положительном свете.

Сделайте это постоянным процессом, а не разовым упражнением, чтобы укрепить его принятие личной ответственности.По мере того, как он прогрессирует, вы можете увеличивать размер этих проектов или поручить ему проекты с более высоким уровнем ответственности.

Шаг 8: Не позволяйте стандартам падать

Если она продолжает пропускать сроки и цели или ее поведение оказывается слишком вредным для благополучия или производительности команды, может потребоваться начать дисциплинарное производство или сделать официальное предупреждение. . Продолжайте привлекать представителя отдела кадров ко всем вашим встречам и обсуждениям. Наличие объективной третьей стороны, которая будет слушать, выступать посредником и делать записи, может помочь предотвратить ложные обвинения или заявления о преследовании в будущем.

Если проблемы с производительностью или поведением продолжаются без каких-либо признаков улучшения, будьте готовы сказать «достаточно, достаточно». Вы обязаны перед остальной частью вашей команды и перед своей организацией действовать быстро и не ввязываться в затяжной конфликт.

Ключевые моменты

Люди с менталитетом жертвы верят, что во всех своих бедах и несчастьях можно винить кого-то или что-то еще. Их бесконечные драмы и отговорки могут подорвать моральный дух и производительность команды, и с ними нужно справляться быстро и эффективно.

Но важно избегать обвинений в дискриминации, издевательствах или несправедливом обращении. Поэтому привлекайте HR, как только вы считаете, что имеете дело с кем-то с менталитетом жертвы. В этом также может помочь подробный учет вашего взаимодействия с «жертвой».

Вы также можете использовать упражнения по построению команды, чтобы повысить доверие и вовлеченность в вашей команде, но не позволяйте воспринимаемой несправедливости оправдать низкую производительность или негативное поведение.

Менталитет жертвы против индивидуальной ответственности


философия

Это сравнение и противопоставление двух, казалось бы, противоположных идей.Я надеюсь показать, что на самом деле это всего лишь два способа говорить об одном и том же. Я надеюсь найти общий язык между левой и правой идеологией. Одно часто называют «менталитетом жертвы», а другое — тем, что я называю «фетишизмом индивидуальной ответственности».

Менталитет жертвы

Считается, что в Соединенных Штатах крайне левые политические силы поддерживают это мышление. Менталитет жертвы — это когда человек считает, что он не несет «ответственности» ни за что, что с ним происходит или произошло.Указанный человек чувствует себя целиком и полностью жертвой обстоятельств. Это может принимать форму коллективной или индивидуальной жертвы. В отдельном случае человек может чувствовать, что он не может добиться успеха, потому что какие-то обстоятельства в его жизни мешают успеху. Например, человек может чувствовать, что он не получил должного образования в своей бедной средней школе, и, следовательно, это мешает ему преуспеть в колледже из-за того, что ему приходится наверстывать упущенное. Так что это «вина» их старшей школы или учителей, которые преподавали в их старшей школе.Учителя в старших классах могут объяснить, что им мало платят и поэтому их мотивация низкая, или у них в жизни так много всего, что они не могут должным образом сосредоточиться на обучении, или что они также получили плохое образование. и их культура увековечила плохие мемы, которые в конечном итоге сделали их неудачниками в своей работе. Есть несколько проблем с идеей обвинения. Как указал Джордан Петерсон, одна проблема с этим менталитетом состоит в том, что он вызывает бесконечный регресс.Каждый может винить своих родителей в том, какие они есть. И родители могут винить бабушку и дедушку и так далее, вплоть до Адама и Евы. Я использую «Адам и Ева» метафорически. Конечно, Адам и Ева на самом деле никогда не существовали, и мы знаем это, потому что знаем, что произошла дарвиновская эволюция. Но дело в том, что регресс причин можно проследить до самого начала, где мы находим все или кого-то, кто в конечном итоге несет ответственность за весь злой беспорядок в мире.

Помимо бесконечного временного регресса обвинения, которое может произойти, не оставляя никого и ничего в конечном итоге ответственным, существует также возможность цикличности обвинения, которая также никого не оставляет окончательно ответственным.Представьте себе группу из десяти сотрудников, сидящих за круглым столом. Начальник спрашивает, кто несет ответственность за какую-то финансовую неудачу, и все указывают на человека слева, подобно тому, как компьютерные процессы могут зайти в круговой тупик. Каждый процесс может обвинить ожидающий процесс в зависании, но процессы ожидают циклически, не позволяя достичь прогресса. Мне нравится видеть эти два разных сценария регресса и замкнутости как часть «игры обвинений», связанной с «разыгрыванием жертвы» или «картой жертвы».Это не моя вина, это чужая вина. Я здесь жертва. Я ничего не «делаю». Со мной вещи просто «случаются».

В условиях коллективной жертвы целые группы людей чувствуют себя маргинализированными, подвергающимися жестокому обращению, недопредставленными или дискриминируемыми. Экономическое и социальное неравенство и обращение с меньшинствами находятся в центре внимания левых. Левых волнуют группы людей, которые находятся в невыгодном положении по сравнению с другими группами людей. Левые могут сказать, что маргинализированные группы не несут ответственности за то, что с ними происходит.Например, темнокожим людям исторически запрещалось голосовать. Школы для чернокожих не получали тех же ресурсов, что и школы для белых. Сегрегация в общественных местах привела к мысли, что черные и белые люди должны быть отделены друг от друга и что черные люди по праву являются гражданами второго сорта. Было указано, что одна из проблем, связанных с доведением коллективной жертвы до крайности, заключается в том, что она лишает маргинализованную группу всей «свободы воли». Если группа становится жертвой, у них нет ответственности за то, где они находятся, и нет агентства, которое могло бы указать, куда они хотят идти.Они бессильны. Итак, одна из критических замечаний по поводу коллективной жертвы заключается в том, что видеть себя жертвой или группой жертв лишает силы. По сути, это означает, что вы не можете «управлять своей судьбой». Ваша жизнь просто полностью зависит от «судьбы», как и все в вашей маргинальной группе. Исправлять ситуацию должны люди, не принадлежащие к маргинальной группе, те, у кого есть агентство. Говоря о свободе воли, мы начинаем говорить о свободе воли. Свобода воли — понятие бессвязное. Я рекомендую книгу Сэма Харриса «Иллюзия свободы воли» по этой теме, хотя я планирую посвятить ей совершенно отдельный пост.

В конце концов, мы должны понять, что менталитет жертвы — это способ говорить о событиях. Чтобы нарисовать более четкую картину того, что происходит, я хочу повторить несколько вещей. Во-первых, менталитет жертвы может лишить силы человека или группу людей, у которых он есть. Никаких сомнений насчет этого. Это может вызвать чувство беспомощности, ощущение отсутствия свободы воли и контроля над собственной жизнью. Я думаю, что свобода действий и контроль — сложные темы и нагруженные слова, но я просто говорю о том, как менталитет жертвы может вызывать у людей чувства.Это может создать ощущение, что мир или другие люди что-то вам должны. Я думаю, это может быть очень разрушительным для чувства контроля над собственной жизнью. Если довести это до крайности, это может привести к тому, что вы застрянете в каком-то месте в жизни, которое вам не нравится, и вы сможете оставаться там надолго, говоря себе, что ничего не можете сделать, чтобы улучшить свои обстоятельства. И я действительно думаю, что это реальный образ мышления, который вызывает жалость к себе и удерживает людей в плохой ситуации. Это моя основная забота о том, как менталитет жертвы разговаривает с самим собой о вещах.И это просто способ поговорить с самим собой. Это самая важная вещь, о которой нужно помнить, потому что обвинение — это на самом деле абстракция, созданная людьми, чтобы выяснить, кому нам нужно помочь или наказать. Вы могли бы сказать, что абстракция вины иногда бывает полезна, чтобы выяснить, кто несет ответственность за какую-то ошибку, чтобы выделить этого человека и дать ему необходимое лечение, чтобы ошибка не повторилась. Но часто время зря тратится на выяснение того, кто виноват. Желание возложить на кого-то вину может стать настолько сильным, что вы придумываете своего рода исчисление вины, и когда все таблицы завершены, вы понимаете, что все это упражнение было бессмысленным.Потому что после того, как «единицы виновности» сведены в таблицу, и вы знаете, кому их назначить, эта таблица становится функционально бесполезной, потому что, несмотря на то, что вы знаете, кого винить и в какой степени, вы ничего не сделали с таблицей. В таком случае абстракция вины может оказаться не очень полезной. Можно потратить много времени на поиски виноватых без всякой пользы. Я также постоянно наблюдаю, как происходит это в реальном мире.

Индивидуальная ответственность Фетишизм

Это противоположная сторона той же монеты, которую подпирает крайний правый.Это означает, что вы разговариваете с собой, как с полубогом. То есть вы несете прямую личную ответственность за все в своей жизни. Это просто еще один способ поговорить с самим собой, не более того. Идея в том, чтобы брать на себя «ответственность» за то, за что вы сочтете целесообразным брать на себя ответственность. Очевидно, что погода влияет на вашу жизнь. Но я не думаю, что даже самые правые, «подтягивающиеся за шнурки», станут утверждать, что вы несете ответственность за погоду.Хотя они могут возразить, что вы несете ответственность за то, как погода заставляет вас чувствовать или как на вас влияет дождь, потому что вы можете взять с собой зонтик. Когда люди говорят сами с собой таким образом, они не склонны брать на себя ответственность за каждое происходящее событие, насколько это имеет смысл. Интересно, что этот фетишизм индивидуальной ответственности иногда затмевает ответственность других людей. Я видел такое мышление среди военнослужащих. Это моя вина, а не человека, находящегося под моим присмотром.Это противоположно менталитету жертвы. Я виноват в неудачах того, за кого я отвечаю. Это моя ошибка, а не их. Я, очевидно, не смог их должным образом обучить, поэтому вините меня, а не их в том, что они не справились. Другими словами, несите самое большое бремя, которое вы можете нести, и не более того.

Я считаю, что многие люди с таким складом ума и твердо в него верят, являются компетентными и успешными людьми, и нетрудно понять, почему такой образ мышления коррелирует с успехом.Такой разговор с самим собой может быть очень полезным. Я несу ответственность за собственное счастье. Я не жертва. Меня угнетают мои гены, детство, издевательства в прошлом, вредные привычки или что-то еще, но теперь моя ответственность — преодолеть эти вещи. Я «делаю» почти все. Со мной ничего не происходит. Я беру на себя ответственность за то, что происходит в моей жизни, потому что результаты моей жизни — это мои собственные руки. Мотивационные видео часто так говорят с людьми. Неважно, есть ли в этом правда или абстракция индивидуальной ответственности имеет смысл при отсутствии свободы воли.Для людей с таким менталитетом они просто понимают, что это полезный способ поговорить с самим собой в своей голове, потому что это помогло им добиться личного успеха.

Одна проблема с этой абстракцией индивидуальной ответственности и такого мышления заключается в том, что бывает трудно провести грань между тем, что вы делаете, и тем, что с вами происходит. В качестве конкретного примера вы чувствуете, что читаете это предложение прямо сейчас. Но ты бьешься сердцем? Тот факт, что фразы «I beat my heart» не существует в английском языке, означает, что люди чувствуют, что их сердце не бьется, чем они занимаются.Это то, что происходит само по себе. Мы говорим: «мое сердце бьется». С помощью дыхания вы можете сказать кому-нибудь: «Теперь вы дышите вручную», и он осознает свое дыхание. Они перейдут от ощущения, будто дыхание просто происходит, к чувству, что теперь они дышат сознательно. Вот почему дыхание часто используется как объект медитации. Вы можете чувствовать, как будто вы это делаете или как будто это происходит само по себе. Вернемся к индивидуальной ответственности. Где следует провести различие между тем, что вы делаете, и тем, что с вами происходит? В вашем теле действуют миллиарды клеток, но вы не чувствуете, что делаете это.Это то, что происходит. Что ж, если вы собираетесь занять позицию, что вы несете ответственность в своей жизни, вам лучше быть в состоянии сказать, в чем разница между тем, что с вами происходит, и тем, что вы делаете. И, похоже, для этого нет жесткого правила.

Индивидуальная ответственность в популярной концепции зависит от других абстракций. Это зависит от свободной воли, которая бессвязна. Это легко увидеть, потому что существует бесконечный регресс предшествующих причин, которые приводят к этому моменту, который вы не могли контролировать по определению.Как выразился Сэм Харрис, «доллар должен где-то остановиться». Также существует абстракция себя и других. Это большая тема, достойная отдельного поста. Но вкратце, где вы проводите границы между тем, что вы есть, и тем, чем не являетесь? Ты твой мозг? Конечно нет. Вы не осведомлены о многих вещах, которые выполняет ваш мозг, например, обрабатывая ваше поле зрения (если вы не смотрите на оптическую иллюзию), или интерпретируете слова, которые читаете прямо сейчас, или мышечную память. Это происходит автоматически, когда вы об этом не думаете.Вы не чувствуете, что делаете это. Итак, если вы осознаёте свой мозг, значит ли это, что вы просто пассажир, безмолвный наблюдатель? Если да, то как вы можете нести личную ответственность за что-либо? Также существует целый вопрос об отдельных мероприятиях. Что такое событие? Когда событие начинается и когда заканчивается? Если мы собираемся нести ответственность за вызванное нами событие, то нам нужно иметь возможность определять, когда это событие началось и когда закончилось, и что именно содержалось в этом событии. Или мы могли бы определить все как одно событие.Мы можем играть в игру, не говоря о причинах и следствиях, а только об одном единственном событии, которым является весь космос. Это еще один способ говорить о мире, который заставляет задуматься, где могла бы уместиться индивидуальная ответственность. Как вы можете нести ответственность, если Вселенная описывается как единичное происходящее, а не отдельные события, за которые вы могли бы индивидуально взять на себя ответственность? Если мы собираемся сыграть в эту игру, в которой говорим об ответственности, это может оказаться сложнее, чем мы думали.

Я вижу несколько опасностей взгляда на мир с точки зрения полной индивидуальной ответственности.Безусловно, наиболее распространенная опасность, которую я вижу, — это преуменьшение или полное игнорирование социальных, системных проблем. Я встретил военнослужащего, который был готов взять на себя ответственность за ошибки других, за которых он отвечал. В этом случае он чувствовал, что его ответственность распространяется и на других. Но когда дело дошло до бедных, он полностью изменил свою мелодию. Бедные несут полную ответственность за то, где они находятся. Он считал, что общество абсолютно ничего не может сделать, чтобы помочь им, и мы все могли бы не пытаться.Им просто нужно будет взять себя в руки самостоятельно. То же самое можно было сказать о чернокожих в эпоху гражданских прав. Если они хотят прав, им просто придется бороться за них самостоятельно. Я не обязан помогать им в этом. Это их индивидуальная ответственность, а не моя. Это абсурд. Конечно, как общество, мы можем согласиться с тем, что даже если вы хотите смотреть на вещи через призму «полной индивидуальной ответственности», есть еще действия, которые могут предпринять другие, и политики, которые можно прописать в законе, которые увеличивают вероятность успеха для всех, кто смотрит на них. общество в целом система.Вы по-прежнему можете играть в игру, глядя на вещи через призму «полной индивидуальной ответственности», признавая при этом, что у общества есть системные проблемы, которые никто не может решить. На самом деле это не противоположные стороны. Осуществление таких вещей, как бесплатное обучение в колледже, предоставление медицинских услуг для всех граждан и прекращение войны с наркотиками, облегчило бы людям ответственность за свою жизнь. Оказывается, если вы снимете с людей это чрезмерное бремя, им будет легче улучшить свою жизнь и взять на себя ответственность, а не лениться и расслабляться.

Заключение

Так что я на самом деле к чему? У этих двух способов разговора с самим собой есть свои преимущества и недостатки. Если вы чувствуете, что все в ваших руках, вы можете сделать фетиш из личной ответственности и рассказывать людям, что они сами управляют своей судьбой, и все зависит от них, и все, что им нужно сделать, это попробовать. Если вы этого не сделаете, вы можете говорить, что все бессильны и что они ничего не могут сделать, чтобы изменить свою жизнь.Но я хочу подчеркнуть, что путаница действительно возникает из-за того, как мы говорим сами с собой о вещах и абстракциях, которые мы создаем. Это очевидно, потому что с точки зрения физики нет никакой путаницы в том, что происходит во Вселенной физически. Нас всех путает наш язык, а не то, что происходит во вселенной. Но с нашим ограниченным человеческим мозгом нам нужны абстракции, чтобы упростить жизнь. Нам нужны приближения. Я не призываю отказаться от идеи индивидуальной ответственности или преследования.Может быть полезно уточнить идеи или заменить их лучшими абстракциями или переосмыслить их. В разработке программного обеспечения есть поговорка об абстракциях. Все абстракции дырявые. Мы делаем абстракции, а затем полагаемся на их безошибочность. Но абстракции не являются идеальным представлением того, что они абстрагируют, иначе они не были бы названы абстракциями. Это означает, что нам нужно распознать, когда наши абстракции начинают разрушаться, а где они не применяются.

Рискуя чрезмерно упрощать, играть в обвинения в такой степени бесполезно, что мы в конечном итоге чувствуем, что не в силах изменить свою жизнь и жизнь других людей.В итоге мы лишаем себя силы и тратим умственную энергию на жалость к себе. Каждый, кто читает это, вероятно, встречал кого-то, кто делал это в какой-то момент нашей жизни. Также бесполезно фетишизировать индивидуальную ответственность до такой степени, что мы становимся бездушными и слепыми к системной несправедливости и неравенству или настаиваем на неизбежности существующей социальной иерархии. На мой взгляд, это ошибка, которую совершают PragerU и Джордан Петерсон.

Как бороться с «менталитетом жертвы» у других | Кари Грейнджер | Личностный рост

«Жертва».У всех нас они есть в жизни, может быть, вы один из них, может быть, вы работаете с одним, или, может быть, вы женаты на одном. За последние 15 лет в качестве тренера я усвоил одну вещь: есть две вещи, которые никому не нравятся: 1) быть названным «жертвой» и 2) иметь дело с «жертвой».

Позвольте мне прояснить, есть разница между 1) феноменом фактического существования жертвы травмы или трагического события в жизни (виктимизация) и 2) проживанием жизни с менталитетом жертвы (отношение или расположение, которое предопределяет взгляд человека, реакцию и интерпретацию ситуаций).

‌ Я встречал много жертв травм, которые выполняют работу, необходимую для того, чтобы жить продуктивной жизнью после травмы. Эти люди — герои моей книги, а не то, о чем эта статья. Скорее, эта статья посвящена последнему — типу «это не моя вина, мир-заговор против меня и ничто не может помочь». Типа, олицетворяющего беспомощность, бессилие и покорность. Типа, который избегает ответственности за результаты в своей жизни.

Образец жертвы

Образ мышления жертвы — это привычный способ взглянуть на жизнь — автоматическая ориентация на события в своей жизни как на несправедливое получение резкости или использование в своих интересах.Такой образ мышления заставляет человека чувствовать себя бессильным перед лицом обстоятельств. Это также гарантирует, что, несмотря ни на что, они никогда не виноваты (включая черты личности, которые они не могут изменить сами по себе). Поскольку люди являются , а действуют в соответствии со своим видением мира, человек с таким мышлением будет и будет действовать как жертва.

Важно понимать, что это закономерность, и поэтому в этот теперь автоматический способ существования в мире было вложено много «практики».В то же время это не черта личности, и, хотя шаблоны трудно сломать, они податливы и могут быть преодолены, если есть приверженность.

Почему следует выбирать образ мышления жертвы

Если вы собираетесь изменить ситуацию с человеком, который воплощает образ мышления жертвы, вам обязательно нужно осознать, что такое мышление не является иррациональным или незаконным. Если бы вы видели жизнь так же, как они, вы бы, вероятно, поступали так же.

Никто на самом деле сознательно не выбирает от до как жертву.Это скорее способ, которым мы попадаем, и мы попадаем в него, потому что это работает. Это становится стратегией обращения с жизнью — будь то безопасность в своей зоне комфорта, оцепенение, поиск компании, привлечение внимания, уход от ответственности за что-то в своей жизни и т. Д. Я встречал много необычных людей, которые просто не могут быть с тем, что они считают неудачей в жизни — что жизнь идет не так, как они хотят — это слишком болезненно. Чтобы справиться с этим, они поддерживают свое прикрытие, объясняя свою ответственность, и в процессе бессознательно отдают свою силу изменить ситуацию.

Внимание, сочувствие и время, которое человек может получить от жертвы , является подтверждением того, что он действительно хороший человек, и если бы обстоятельства были просто другими, они бы явно процветали. Это способ «сохранить лицо» посреди любых неудач. Для некоторых такой образ жизни был смоделирован родителями или другими опекунами и был единственным способом справиться с вещами, которые идут не так, как им положено.

Мышление жертвы также может быть создано из вполне законных опасений, которые не решаются, и, как таковая, возникает приобретенная беспомощность.Этот человек узнал так же, как мы учимся чему-либо — повторение определенного шаблона с течением времени — говорить, игнорировать, говорить, игнорировать, говорить, говорить заткнуться. Жалоба была законной, но она перестала иметь обязательство изменить сверхурочно, поскольку человек узнал, что ничего не изменится.

Что делать

Никогда не бывает универсального подхода, потому что мы люди и все мы очень разные; тем не менее, я обнаружил, что следующее полезно и продуктивно в поддержке человека, запертого в модели жертвы.Вы увидите, что суть этого подхода заключается в том, чтобы показать, что у них есть выбор, создать подлинную приверженность чему-то и возложить ответственность за действия в соответствии с этим обязательством.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ. Следующие шаги следует предпринимать только в том случае, если вы искренне заботитесь о поддержке человека, в противном случае вы не захотите делать то, что описано ниже.

Шаг 1. Проверьте себя и оставьте ярлык

«Она такая жертва, я не хочу иметь с ней дело» или «Жертвы так истощают» .Это «мышление против жертв» — и все, что они говорят, скорее всего, будет расценено вами как жалоба или нытье — еще одно доказательство их жертвы. Чтобы действительно эффективно работать с мышлением жертвы, вы должны перестать быть праведными и превосходить их в том, что они «такие жертвы».

Поставьте себя в положение искреннего желания поддержать этого человека, чтобы положить конец его собственным страданиям и предпринять продуктивные действия (в противоположность прекращению ваших страданий от их жертвы).

Также — если вы ненавидите жертву, вы можете услышать жертву , когда желает иметь реальное законное общение.Вся исполнительная команда организации, которая придерживалась культуры «анти-жертвы», упустила некоторые очень серьезные признаки того, что что-то действительно не так, что привело к высокой текучести кадров, снижению производительности и невыплате счетов. Когда люди низшего звена в организации жаловались, они только слышали «жертву», закрывали их и увеличивали требования. Когда они поняли, что их ярлык «жертвы» мешает им действительно слышать важную информацию, они были поражены тем, как они на самом деле закрепили ситуацию, и начали менять способы взаимодействия со своими сотрудниками.

Шаг 2: Подтвердить не сопротивляться

Они ушли в отставку, а это означает, что они отказались от того, что, по их мнению, было возможным. Все, что вы скажете в настроении смирения, будет отброшено. Это означает, что попытки убедить или рассуждать с помощью логики не сработают. Образ мышления — это всего лишь установленный разум: чем больше вы сопротивляетесь, тем больше он будет упорствовать в защите.

Убедитесь, что у них есть представление. Это не значит, что соглашаться с ними — согласие может подлить масла в огонь.Скорее просто подтвердите то, что они сказали: «Я слышал, вы говорите, что корпорация не заботится о поддержке вас в этой области, и никто больше не заботится о том, чтобы делать правильные вещи» или «Я понимаю, о чем вы говорите — нигде нет доступных рабочих мест и никто не хочет нанять вас ». Опять же, вы говорите то, что слышали, не означает, что вы согласны с этим, просто вы это слышали.

Частью подтверждения является получение не только слов, но также настроения и эмоций, стоящих за тем, что они говорят. Шагните в это смирение, в отчаяние, в праведность, в несправедливость всего этого.Если бы у вас был такой рассказ и такое настроение, вы бы, вероятно, звучали так же, как они. Не надо думать, что вы не были или не могли быть в том же пространстве, в котором они находятся в разное время — это человеческий феномен.

Такое зеркало иногда может создать достаточно пространства, чтобы «жертва» могла слышать себя.

Шаг 3. Говорите и слушайте, чтобы проявить приверженность

Смирение — это настроение, которое возникает, когда вы отказываетесь от некоторой возможности, которую вы видели, — от некоторого обязательства, которое у вас было.Вот что происходит, когда вы не думаете, что что-то возможно. Хорошая новость в том, что глубоко внутри есть некоторая приверженность.

От какой возможности отказался этот человек?

Когда мы говорим с кем-то, мы часто говорим не с человеком перед нами как таковым, а с нашим суждением о человеке перед нами. Итак, если мы говорим с жертвой, мы вызовем ответ жертвы. Если мы говорим с преданным, способным человеком, мы действительно можем вызвать целеустремленный и способный ответ.

Во-первых, вам нужно добиться их согласованности, чтобы поддержать их в разговоре — вы можете сказать что-то вроде: «Я вижу, что это не лучшая ситуация для вас, вы заинтересованы в разговоре, чтобы увидеть, сможем ли мы увидеть возможный выход? »

Как только вы получите их обязательство даже поговорить, мы захотим выявить следующий уровень приверженности — обязательство быть или действовать в соответствии с тем, что они хотели бы изменить. В зависимости от ситуации есть несколько возможных вопросов, которые могут вызвать определенный уровень приверженности:

· Кем вы стремитесь быть известными в своей жизни, независимо от ситуации? Как вы хотите, чтобы вас воспринимали даже в самых отвратительных обстоятельствах?

· От чего вы отказались? Если бы обстоятельства были другими, что бы вы действительно хотели увидеть? Готовы ли вы выступить за то, чтобы это произошло, даже если временами это кажется несправедливым и неравномерным?

· Если бы у вас могло получиться иначе, чем они есть, но вам пришлось бы прилагать неравное количество усилий в течение длительного периода времени, и вы могли бы не получить за это признание или признание, вы бы встали? за то, что это произошло?

· Если бы вы могли сделать это по-своему, что вы действительно хотите скрыть под всем этим? Что бы вы чувствовали, что можете сделать то, что вам нужно сделать?

· Если бы вы знали, что эта ситуация не изменится, вы бы сделали выбор, чтобы остаться здесь?

Ключевым моментом здесь является исполнение техники «учитывая это».«Учитывая, что … ситуация ужасная, ты никому не нравишься, мир, кажется, сговорился против тебя, и конца этому не видно …. Кем ты хочешь быть, несмотря на все это? » Другими словами, я не собираюсь спорить по поводу самой ситуации или пытаться убедить их, что она не так уж плоха, я собираюсь принять, что она «такая плохая», и снять ее со стола для обсуждения. Тогда вопрос только в том, кому вы готовы противостоять всему этому? Какие значения вы хотите отобразить?

Можно провести аналогию со спортивной командой, где тренер говорит что-то вроде «хорошо, другая команда вдвое больше нас, поле в гору, трава пятнистая, идет снег… учитывая все это, как мы идем? побеждать?» Тренер смотрит на игровое поле и разрабатывает стратегию победы на этом поле, а не на каком-то другом поле, на котором она хотела бы, чтобы играла ее команда.

Если кажется, что единственное, к чему они стремятся, — это сохранять такое мышление, вы можете рискнуть, если считаете, что у вас достаточно отношений, и укажете на это: «Могу я сказать что-то действительно прямое? Я действительно хотел бы поддержать вас, но я чувствую, что вы настроены (и, может быть, даже инвестировали) в то, что решения не существует — правильно ли я уловил это? » или «Похоже, вы довольно сильно попали в FRUMP — вы хотите выйти из него или предпочитаете оставаться в нем?»

Шаг 4: Включите физическое тело

Изменение повествования очень важно, но оно будет малоэффективным, если физическое тело будет исключено.Мышление жертвы имеет сопутствующую стойку тела — обычно оно немного более сутулое и вогнутое. Редко можно увидеть, как кто-то встает, уверенно готовый бросить вызов миру, говоря, что у них просто нет передышки в жизни.

Я объединяю тело, задавая еще несколько вопросов, например: «Если бы вас уважала команда руководителей, как бы вы стояли и держались?» Затем я буду поощрять их стоять в таком же положении. «Как ты себя чувствуешь?»

Растет количество исследований, показывающих взаимосвязь между тем, как мы держим свое тело, и влиянием на наше чувство власти.Это исследование даже показывает, что то, как мы держим свое тело, имеет нейрохимические эффекты, такие как высвобождение тестостерона или гормона стресса кортизола. Сгорбившись, трудно быть сильным. Трудно быть бессильным, когда грудь поднята, руки отведены назад, голова высоко поднята, а ноги устойчивы.

Шаг 5: Действие поддержки

После того, как вы установили новое обязательство с соответствующим органом, начинайте действовать. Если он достаточно силен, вы можете просто спросить: «Что вы собираетесь предпринять сейчас?»

Если вы не смогли получить твердую приверженность, вы можете взять то, что они сказали на третьем шаге, и спросить их, как бы это выглядело, если бы они были такими сейчас.«Я слышал, вы говорите, что хотите работать там, где чувствуете себя ценным, можете отдавать 110% и чувствовать себя хорошо… если бы вы вошли в этот режим прямо сейчас, если бы вы знали, что вас ценят, и могли бы выложиться на полную … И вы держались с этой гордостью, что бы вы сделали по-другому? Чем бы вы отличались? »

Человек, которого вы поддерживаете, часто говорит что-то, очевидно, так, как ему следует действовать, чтобы получить то, что он хочет. На этом этапе вы можете просто спросить их, что, по их мнению, произошло бы, если бы они просто начали быть такими и вести себя таким образом.Почти всегда они увидят, что могут получить лучший результат. Затем мне нравится ставить это как эксперимент: «Как насчет того, чтобы поэкспериментировать и просто посмотреть, что мы можем добиться с помощью этого другого способа существования и поведения — готовы ли вы к этому?»

Другие возможные вопросы для принятия мер:

· Как поступит в этой ситуации тот, кто известен благодаря X?

· Каким будет выражение [значение X]? Каким будет образ жизни или действия?

· Если бы вы знали, что не проиграете, что бы вы делали?

Мотивация к новым действиям поначалу может быть высокой, но если человек не сразу видит результаты, они могут снова погрузиться в образ мышления, поэтому вы захотите сделать его долгосрочным экспериментом. предпринимает последовательные, повторяющиеся действия, чтобы со временем увидеть разницу.

Помните, мы хотим изменить хорошо отработанную схему.

Шаг 6: Дальнейшие действия

Поскольку такой образ мышления является хорошо отработанным образцом, потребуется последовательное наблюдение, чтобы помочь установить новый способ видения мира и действий в нем. Поддерживайте новое обязательство постоянным разговором — иначе оно продлится недолго. Позвоните им, зарегистрируйтесь, напишите электронное письмо, отправьте текстовое сообщение: «эй, просто хотел сказать, что меня все еще вдохновляет то, что вы сказали вчера» или «как прошли новые действия?»

Не удивляйтесь, если вы отметитесь, а они не предприняли никаких действий, или если они снова отключатся — им нужно напоминание, и вам, возможно, придется повторить разговор снова.Помните, мы делаем эти шаги только потому, что вы действительно хотите поддержать этого человека.

Будет ли это работать?

Каждый человек индивидуален, каждая ситуация индивидуальна, и вы отличны от меня. Я тренер, поэтому мне легко вступать в эти разговоры естественным образом — возможно, это не для вас. Тем не менее, я надеюсь, что вы сможете извлечь некоторые из самородков из этой статьи, чтобы улучшить свою способность эффективно общаться с людьми, которые впали в этот образ мышления.По крайней мере, если все, что вы получите из этой статьи, — это немного сострадания к человечности в другом человеке, вы будете более эффективны независимо от того, что вы делаете.

Кари Грейнджер — коуч для руководителей, который работает с лидерами, чтобы эффективно использовать их платформы в жизни, чтобы оказать смелое влияние в мире. Ее клиенты — это люди, которые искренне стремятся к собственной эволюции, чтобы добиться великих вещей в их жизни. Сайт: каригрангер.com

Как перестать быть жертвой

Как перестать быть жертвой

Противодействие негативным голосам — это способ преодолеть ориентацию на жертвы.

Откажитесь от чувства травмы, и сама травма исчезнет.
~
Марк Аврелий , Размышления

Один из основных способов, которыми люди не справляются со своим гневом, — это играть роль жертвы. В предыдущем блоге «Не играйте в игру жертвы» я описал характеристики людей, которые из-за того, что чувствуют себя некомфортно из-за собственного гнева, попадают в ловушку преследуемой ориентации на жизнь.Отвечая на вопросы читателей, я попросил Джойс Кэтлетт, моего соавтора ( The Ethics of Interpersonal Relationships) , выделить несколько «коррективных мер», которые люди могут предпринять, чтобы избежать игры в жертву.

Чтобы повторить основную динамику этой проблемы, я объяснил, что многие люди принимают роль жертвы, хотя и непреднамеренно, потому что они боятся своего гнева, отрицают его существование в себе, проецируют его на других людей и ожидают от них агрессии или вреда. .Обладая таким ожиданием и высокой чувствительностью к гневу других, они могут даже искажать выражения лиц других людей, воображая, что у них злые намерения. Гнев, который они испытали бы в ответ на разочарование или стресс, трансформируется в страх и недоверие к другим, а также в чувство обиды или ранения.

Люди, которые погрязли в чувстве жертвы, склонны рассматривать события в своей жизни как происходящие с ними, чувствовать себя неэффективными и подавленными. Они также исходят из основного предположения, что мир должен быть справедливым, что является образцом мышления ребенка.Они склонны проецировать обстоятельства своего раннего детства, когда они действительно были беспомощны, на сегодняшние ситуации и отношения и не осознают, что, став взрослыми, они обладают гораздо большей властью, чем были в детстве.

Есть способы перейти от позиции жертвы, характеризующейся пассивностью и поведением, основанным на отрицательной силе, , к более взрослой позиции, характеризующейся активным совладанием и личной властью. Люди могут узнавать и идентифицировать определенные деструктивные мысли — критических внутренних голосов — которые вызывают чувства жертвы; и они могут предпринять шаги для разработки более конструктивных подходов к борьбе со своим гневом.

Выявление критических внутренних голосов, способствующих виктимизированной ориентации на жизнь

Чтобы выйти из позы жертвы, важно определить критические внутренние голоса, которые фокусируются на несправедливости, например: « Это несправедливо. Этого не должно происходить с вами. Чем ты заслужил такое обращение ? » Эти деструктивные мысли поощряют пассивность и беспомощность, препятствуя действиям, которые могут изменить несчастную или неприемлемую ситуацию.

Низкий гнев и недоверие возникают в людях, когда они «слушают» голоса, говорящие им, что другие не любят их или не заботятся о них или их интересах. « Они никогда не принимают во внимание ваши чувства. Кем они себя возомнили? »« Людям плевать.

На работе у многих людей есть обида, основанная на голосах, говорящих им, что их эксплуатируют: « Ваш босс — настоящий придурок! Никто не видит, сколько вы вносите. »« Никто тебя не ценит . » « Почему они всегда получают все перерывы? » Точно так же голоса, которые сообщают людям, что они являются жертвами жестокого обращения со стороны других, способствуют возникновению чувства неуважения или преследования, например:« Они собираются выставить вас дураком. Они тебя не уважают ». Чувства, порождаемые этими размышлениями, приводят к внутренним размышлениям, праведному негодованию и желанию мести. Распознавание негативных голосов и их вызов — главный способ преодолеть виктимизированную ориентацию.

Конструктивные подходы к борьбе с гневом.

Во-первых, важно подчеркнуть, что гнев — это простая иррациональная эмоциональная реакция на разочарование, не требующая оправдания; нормально чувствовать то, что чувствуешь. Степень гнева пропорциональна степени разочарования, а не логике или рациональности обстоятельств. Когда люди пытаются рационализировать свой гнев, а затем чувствуют себя жертвами, они застревают в гневных чувствах, что приводит к неприятным размышлениям, отталкивающим других и дисфункциональным.

Следовательно, с точки зрения действия, людям нужно исключить из своего словаря определенные слова, которые они могут использовать для оправдания своего гнева, такие как «справедливый», «должен», «правильный» и «неправильный». В отношениях термин «должен» часто подразумевает обязательства. Например, тот, кто говорит: «Поскольку мы вместе (женаты), мой партнер« должен »любить меня,« должен »заботиться обо мне,« должен «заниматься со мной любовью», действует с позиции жертвы. Когда люди связывают свои чувства разочарования с ожиданием, что кто-то обязан их удовлетворить, неизбежно возникают параноидальные чувства жертвы.

Бросая вызов этим привычным способам разговора, люди откроют для себя другую форму общения, которая предполагает принятие на себя полной ответственности за свои чувства и действия и при этом дает им возможность исследовать альтернативы. В интимных отношениях партнеры могут научиться говорить о своем гневе не драматическим тоном и признавать любые чувства жертвы. Этот тип общения с меньшей вероятностью вызовет ответную агрессию и позволяет людям справляться со своим гневом так, чтобы причинять друг другу наименьшую боль.

Было бы конструктивным для людей, которые обычно выражают свой гнев в праведном негодовании или преследуемой задумчивости, было бы целесообразно отказаться от основного предположения, что они являются невинными жертвами судьбы. Для них также было бы важно отказаться от чувства права на что-либо и признать, что они по своей сути не заслуживают получить что-либо хорошее от других. Более адаптивно принять идею о том, что мир им ничего не должен — ни жизни, ни счастья, ни приятного окружения.Принятие позиции жертвы, согласно которой человек имеет право на что-то лучшее, способствует возникновению чувства обманутого, которое, в свою очередь, обостряет чувство беспомощности и бессильной ярости.

Принятие мер по изменению ситуаций, в которых человек недоволен, напрямую бросает вызов его ориентации на жертвы. Например, если человек чувствует себя застрявшим в плохих отношениях или кажущейся неприемлемой рабочей ситуации, он может исследовать себя, чтобы определить, связана ли его пассивность с ситуацией больше, чем с одной мыслью, а затем постараться быть более активным и самоуверенным. .Также разумно не жаловаться на эти неблагоприятные ситуации другим в стиле, который «перекладывает» проблему на слушателя. Во время общения очень важно лучше понимать разницу между сочувствием и сочувствием и перестать просить или выражать сочувствие. Выражение сочувствия, а также попытки вызвать сочувствие у другого человека вредны, поскольку оба усиливают виктимизированное мышление.

Принимая в себе гневные эмоции, человек с меньшей вероятностью разыграет их деструктивно или возьмет на себя роль жертвы.В идеале, вместо того, чтобы подавлять или отрицать эмоцию гнева, нужно признавать гневные реакции, четко различая чувства и действия. Когда люди отказываются от репрессивного отношения и признают гнев как основную часть своей натуры, они могут выбирать, как выражать гневные чувства конструктивным, этичным и соответствующим их интересам и целям способами. Самоограничивающая перспектива преследования больше не контролирует ни их, ни их жизнь.

Об авторе

Роберт Файерстоун, Ph.D Роберт У. Файерстоун, доктор философии . Клинический психолог, писатель, теоретик и художник. Он является теоретиком-консультантом Ассоциации Глендона. Он является автором множества книг, в том числе Voice Therapy, The Fantasy Bond, Compassionate Child-Ring, Fear of Intimacy, Conquer Your Critical Inner Voice, Conquer Your Critical Inner Voice За пределами страха смерти Этика межличностных отношений, Я в осаде, и недавно его сборник рассказов Преодоление разрушительного внутреннего голоса. Его исследования негативных мыслительных процессов и связанных с ними аффектов привели к развитию голосовой терапии, передовой терапевтической методологии, позволяющей выявить аспекты саморазрушающего и самоограничивающего поведения и бороться с ними. Файерстоун применил свои концепции к эмпирическим исследованиям и к разработке шкалы оценки саморазрушающих мыслей компании Firestone (FAST), которая оценивает потенциал самоубийства.

Написать ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *