Виды и формы воображения: Виды и формы воображения

Содержание

Виды и формы воображения

  • Активное воображение

  • Репродуктивное воображение (воссоздающее)

  • Пассивное воображение

  • Продуктивное воображение (творческое)

Отношение человека к процессу воображения непосредственно определяет существование различных уровней воображения. На низших уровнях смена образов происходит непроизвольно, на высших – в ней все большую роль играет сознательное человека к формированию образов.

В самых низших и примитивных своих формах воображение проявляется в непроизвольной трансформации образов, которая совершается под воздействием малоосознанных потребностей, влечений и тенденций, независимо от какого-то сознательного вмешательства субъекта. Образы воображения как бы самопроизвольно всплывают перед воображением, помимо воли и желания человека, а не формируются им.

В чистом виде такая форма воображения лишь в очень редких случаях на низших уровнях сознания и в сновидениях. Ее еще  называют пассивным воображением.

В высших формах воображения, в творчестве, образы сознательно формируются и преобразуются в соответствии с целями. Пользуясь  ими,  человек  по собственному желанию, усилием воли вызывает у себя соответствующие  образы творческой деятельности человека. Эта форма воображения носит название активной.

Различают также воображение воспроизводящее, или репродуктивное, и преобразующее, или продуктивное.

В   репродуктивномвоображении  ставится  задача воспроизвести  реальность  в  том  виде,  какова  она есть, и хотя здесь также присутствует  элемент фантазии, такое воображение больше напоминает восприятие или   память,   чем   творчество. Так,   с  репродуктивным  воображением  может  быть  соотнесено  направление в искусстве, называемое натурализмом, а также отчасти реализм.

Общеизвестно, что по  картинам  И.И.Шишкина  биологи могут изучать флору русского леса, так как все  растения  на  его  полотнах выписаны с документальной точностью.

Продуктивноевоображение отличается тем, что в нем   действительность  сознательно  конструируется  человеком,  а  не  просто механически  копируется  или  воссоздается, хотя при  этом в образе она все же творчески   преобразуется.   Например, основой  творчества  ряда мастеров искусства, чей полет творческой фантазии  уже  не  удовлетворяют реалистические средства, становится тоже реальность. Но  эта  реальность  пропускается  через  продуктивное воображение  творцов, они по-новому ее конструируют, пользуясь светом, цветом, вибрацией  воздуха  (импрессионизм),  прибегая к точечному  изображению  предметов  (пуантилизм), разлагая  мир  на  геометрические  фигуры (кубизм) и так далее. Даже произведения такого   направления   искусства,   как абстракционизм, создавались при помощи продуктивного воображения.

С  продуктивным  воображением в искусстве  мы  встречаемся  в тех случаях, когда мир художника – фантасмагория, иррационализм. Результатом такого воображения  является  роман  М.Булгакова  “Мастер  и  Маргарита”,  фантастика братьев  Стругацких.

Воображение, как известно, тесно связано с творчеством (об этом подробнее речь пойдет ниже). И как ни странно, эта зависимость обратная, т.е. именно воображение формируется в процессе творческой деятельности, а не наоборот. Специализация различных видов воображения является результатом развития различных видов творческой деятельности. Поэтому существует столько специфических видов воображения, сколько имеется видов человеческой деятельности – конструктивное, техническое, научное, художественное, музыкальное и так далее. Но, конечно, все эти виды составляют разновидность высшего уровня –

творческого воображения.

Во всех этих случаях  воображение играет положительную роль, но есть и другие виды воображения. К ним относятся:

  • сновидения,

  • галлюцинации

  • грезы

  • мечты.

Сновидения можно отнести  к  разряду  пассивных и непроизвольных форм воображения. Подлинная их роль  в  жизни  человека  до  сих  пор  не  установлена,  хотя известно, что в сновидениях человека находят выражение и удовлетворение многие жизненно важные потребности,  которые в силу ряда причин не могут получить реализации в жизни.

Галлюцинацияминазывают фантастические видения, не имеющие, по- видимому, почти никакой  связи с окружающей человека действительностью. Обычно они, являясь результатом тех  или  иных  нарушений  психики  или работы организма, сопровождают многие болезненные состояния.

Грезы, в отличие от галлюцинаций,– это вполне нормальное психическое  состояние,  представляющее  собой фантазию, связанную с желанием.

Мечтойназывают форму особой внутренней деятельности, заключающуюся в создании образа того, что человек желал бы осуществить. Мечта от грезы отличается тем, что   она   несколько   более   реалистична  и  в  большей  степени  связана с действительностью,  т.е.  в  принципе  осуществима.  Мечты у человека занимают  довольно  большую  часть времени, особенно в юности и для большинства людей  являются  приятными  думами о будущем, хотя у некоторых встречаются и тревожные видения, порождающие чувство беспокойства и  агрессивности. Процесс воображения редко сразу же реализуется в практических действиях человека, поэтому мечта – важное условие претворения в жизнь творческих сил человека. Необходимость мечты состоит в том, что, будучи первоначально простой реакцией на сильно возбуждающую ситуацию, она затем нередко становится внутренней потребностью личности. Мечта очень важна и в младшем школьном возрасте. Чем младше мечтающий ребенок, тем чаще его мечтание не столько выражает его направленность, сколько создает ее.

В этом состоит формирующая функция мечты.

Активное воображение– характеризуется тем, что, пользуясь им, человек по собственному желанию, усилием воли вызывает у себя соответствующие образы. Активное воображение является признаком творческого типа личности, которая постоянно испытывает свои внутренние возможности, её познания не статичны, а непрерывно рекомбинируются, приводят к новым результатам, дающим индивиду эмоциональное подкрепление для новых поисков, создания новых материальных и духовных ценностей. Её психическая активность надсознательна, интуитивна.Пассивное воображениезаключается в том, что его образы возникают спонтанно, помимо воли и желания человека. Пассивное воображение может быть непреднамеренным и преднамеренным. Непреднамеренное пассивное воображение возникает при ослаблении сознания, психозах, дезорганизации психической деятельности, в полудремотном и сонном состоянии. При преднамеренном пассивном воображении человек произвольно формирует образы ухода от действительности-грёзы.

Создаваемый личностью ирреальный мир-попытка заменить несбывшиеся надежды, восполнить тяжёлые утраты, ослабить психические травмы. Этот вид воображения свидетельствует о глубоком внутриличностном конфликте.

Продуктивное воображение– отличается тем, что в нем действительность сознательно конструируется человеком, а не просто механически копируется или воссоздается. При этом в образе эта действительность творчески преобразуется. Этот вид воображения лежит в основе художественной, литературной, музыкальной, конструкторской и научной деятельности. Результатами

творческого воображениямогут быть материальные и идеальные образы. Существенный критерий данного вида воображения — социальная ценность его результатов, проникновение в сущность отображаемых сторон действительности, акцентирование, усиление наиболее существенных сторон действительности.

Репродуктивное воображение– при его использовании ставится задача воспроизвести реальность в том виде, какова она есть, и хотя здесь также присутствует элемент фантазии, такое воображение больше напоминает восприятие или память, чем творчество. Например, при чтении литературы, при изучении карты местности или исторических описаний воображение воссоздаёт то, что отображено в этих книгах, картах, рассказах.

Во всех этих случаях фантазия как разновидность воображения играет положительную роль. Но есть и другие виды воображения. Это — сновидения, галлюцинации, грезы и мечты. Сновидения можно отнести к разряду пассивных и непроизвольных форм воображения. Подлинная их роль в жизни человека до сих пор не установлена, хотя известно, что в сновидениях человека находят выражение и удовлетворение многие жизненно важные потребности, которые в силу ряда причин не могут получить реализации в жизни. Галлюцинациями называют фантастические видения, не имеющие, по- видимому, почти никакой связи с окружающей человека действительностью. Обычно они – результат тех или иных нарушений психики или работы организма — сопровождают многие болезненные состояния. Грезы в отличие от галлюцинаций — это вполне нормальное психическое состояние, представляющее собой фантазию, связанную с желанием, чаще всего несколько идеализируемым будущим.

Мечта от грезы отличается тем, что она несколько более реалистична и в большей степени связана с действительностью, т.е. в принципе осуществима. Грезы и мечты у человека занимают довольно большую часть времени, особенно в юности. Для большинства людей мечты являются приятными думами о будущем. У некоторых встречаются и тревожные видения, порождающие чувство беспокойства, вины, агрессивности.

Формы воображения

Формы воображения подразделяются на: мысленные эксперименты, фантазии, мечты, грезы, сновидения.

Мыслительный эксперимент — это познавательный процесс, с помощью которого в сознании пациента осуществляется опережающее отражение действительности. Мыслительный эксперимент использовался Карлом Марксом когда он пришел к выводу, что коммунизм сможет одержать победу лишь одновременно во всех странах мира.

Фантазии — это форма воображения, практически полностью оторванная от реальности, но в принципе не исключающая возможного перехода в реальность. Она изменяет картину действительности, отраженной в сознании человека, помогает сформировать новый взгляд на все устоявшееся, традиционное. В этом — инновационная мощь фантазии, ее прогрессивность. Она порождает творческую активность человека, приближает будущее. Яркий пример -научно-техническая фантастика Ж. Верна, предсказавшая появление телевидения и подводных лодок задолго до их изобретения.

Одна из гипотез представляет фантазию как «зеркало» своего бессознательного, которое образуется там за счет вытесненных из сознания переживаний. В рамках этой гипотезы считается, что появление фантазии обязательно сопровождается снижением интенсивности сознательного. Это и приводит к тому, что фантазия преодолевает свои границы, установленные сферой бессознательного.

Однако, как говорят белорусы, «што занадта, то дрэнна». Это метко подметил Ф. Достоевский: «Фантазия есть природная сила в человеке… Не давая ей утоления, или умертвишь ее, или обратно, — дашь ей развиться, именно чрезмерно (что и вредно)». Фантазия не должна полностью отрываться от правды жизни, ибо порождена реальностью. Для этого у фантазии есть противовес, «смирительная рубашка» — логика, мышление.

Фантазия в психологии может исполнять и чисто прагматическую роль. Так, «продукты» фантазии используются в диагностике личности. Например, в тесте проективного типа «Несуществующее животное» от испытуемого требуется придумать и нарисовать несуществующее животное, а также дать ему оригинальное имя. Анализ результатов выполненного теста позволяет выдвигать гипотезы о психических особенностях личности, ее творческой потенции, возможных нарушениях психических процессов и др.

Фантазия иногда используется как средство стимуляции мышечной активности, средство повышения физической и умственной работоспособности. Неоднократный чемпион мира по плаванию С. Холанд (Австралия) признался, что в процессе заплыва он воображает, что спасается от акулы-людоеда, которая гонится за ним. Известный хоккеист СССР А. Якушев также говорил о том, как мир фантазии объединял его в единый организм вместе со своей клюшкой и воротами противника, и тогда он становился трудно досягаемым для игроков чужой команды.

Мечта — одна из форм воображения, имеющая под собой слабо обоснованную возможность, реализация которой отложена на неопределенное время. Между мечтой и ее воплощением в жизнь располагаются воля, решительность и целеустремленность. Эти личностные качества составляют подъемную силу мечты, дают ей крылья для полета. «Кто умеет летать в своих мыслях, у того вырастают крылья», — говорил 3. Бядуля.

Мечта, как и фантазия, способна преобразить мир и самого человека. Без мечты человек не использует даже половины своей жизни. Он становится скучным придатком того, к чему его «приспособила» жизнь (к ремеслу, стереотипному образу жизни). Мечта дает возможность человеку жить настоящим и будущим, жить за себя и за других людей, т.е. одновременно жить несколькими жизнями. Мечта определяет судьбу человека, его характер, его личность. Мальчишка, мечтающий стать знаменитым артистом или ученым с мировым именем, не станет растрачивать свои силы на «эксперименты» с наркотиками, не будет вовлечен в сомнительные компании. Л. Толстой тонко подметил: «В мечте есть сторона, которая лучше действительности; в действительности есть сторона лучше мечты. Полное счастье было бы соединение того и другого».

Сновидения — это пассивная, непреднамеренная форма воображения, вызываемая эмоциональным отношением человека к пережитому. Высказывается гипотеза, что сновидения осуществляют достройку образов воображения, начало формированию которых было положено еще в состоянии бодрствования. Физиологическая основа сновидения заключается в активном взаимодействии во время фазы быстрого сна лимбических, стволовых и неокортикальных образований.

Осознание и субъективное переживание сновидения происходит, как правило, сразу (или в течение нескольких минут) после- пробуждения человека из фазы быстрого сна. В образах сновидения в самом невероятном сюжете переплетаются объекты различной природы (события, процессы, предметы, люди, животные), относящиеся как к давно ушедшим годам, так и событиям пережитого дня. И все это сопровождается чувственными и эмоциональными переживаниями.

Установлено, что «тематика» сновидений обусловлена в значительной степени индивидуально-личностными особенностями человека, его стилем жизни, профессиональными занятиями и, что особенно важно, состоянием его психического и физического здоровья.

Последний фактор позволил 3игмундту Фрейду утверждать, что в бодрствующем состоянии человек не может осознать себя, так как этому мешает его внутренняя цензура. Во сне же эта цензура ослабляется, и в сознание человека в виде сновидений попадает то, что не пропускалось сознанием в период бодрствования. Образы сновидения уменьшают накопленную днем напряженность и представляют своеобразный механизм психологической защиты человека.

Характеристика, виды и формы воображения. Нарушения воображения

План




Общая характеристика воображения
Виды воображения
Формы воображения
Нарушения воображения
ОБЩАЯ
ХАРАКТЕРИСТИКА
ВООБРАЖЕНИЯ
Воображение – это психический
познавательный процесс создания
новых представлений на основе
имеющегося опыта, т. е. процесс
преобразующего отражения
действительности.
Воображение, как и мышление,
принадлежит к числу высших
познавательных процессов.
❑ Благодаря воображению человек:
❑ ставит цели;
❑ планирует свою деятельность;
❑ творит;
создает предметы материальной и духовной
культуры.


Воображение позволяет человеку:
❑ принимать решения при дефиците
исходной информации;
❑ формировать высоковероятностные
предположения в проблемных
ситуациях.
❑ Воображение представляется
важнейшим инструментом общения
и межличностного понимания.

С помощью воображения, которое в
известной мере может
компенсировать недостаток сведений,
следователю удается активизировать
мышление, находить правильные
решения, прогнозируя конечные
результаты своих действий.
ВИДЫ ВООБРАЖЕНИЯ
ВИДЫ ВООБРАЖЕНИЯ
по степени активности и осознанности
активное
Воссоздающее
Творческое
пассивное
Преднамеренн
ое
Непреднамеренное
Активное воображение
это создание новых образов с
помощью волевых усилий.
Оно представляет собой
преднамеренное построение образов в
связи с сознательно поставленной
задачей в том или ином виде
деятельности.
Воссоздающее воображение
развертывается на основе описания,
рассказа, чертежа, схемы, символа или
знака. Человек по одному описанию
должен представить себе предмет,
который никогда им раньше не
воспринимался.
Творческое воображение
базируется на самостоятельном
создании образов, не существующих в
настоящее время, или
воспроизведении оригинальной
модификации уже имеющегося
объекта, явления.
Это нестандартный образ ранее
описанного, прочитанного,
воспринятого, неотъемлемая сторона
технического, художественного или
иного творчества.
Образы творческого воображения
создаются посредством различных
приемов интеллектуальных операций.
Пассивное воображение
это создание новых образов без какихлибо внешних побудителей.
Оно заключается в возникновении и
комбинировании представлений и их
элементов в новые представления без
определенного намерения со стороны
человека, при ослаблении
сознательного контроля с его стороны
за течением своих представлений.
Преднамеренное воображение
создает образы (грезы), не связанные с
волей, которая могла бы
способствовать их воплощению в
жизнь.
Непреднамеренное воображение
наблюдается при ослаблении
деятельности сознания, при его
расстройствах, в полудремотном
состоянии, во сне.
Формы воображения
Мечта
Формы
воображения
Фантазия
Галлюцинация
Грезы
Мечта
образ желаемого будущего.
Образы, которые человек создает в своих
мечтах, отличаются ярким, живым,
конкретным характером. Особенностью
мечты является построение тех образов,
которые неосуществимы.
Фантазия
Изменяет облик действительности,
отраженной в сознании. Для нее
характерна перестановка элементов
реальности. Фантазия позволяет найти
новую точку зрения на уже известные
факты и в связи с этим обладает огромной
художественной и научно-познавательной
ценностью. Творческая активность,
порождающая фантазию, спонтанна,
связана с личной одаренностью и
индивидуальным опытом человека.
Грезы
мысленное «блуждание» фантазии в
бодрствующем состоянии.
В грезах обнаруживается связь
воображения с потребностями
личности.
Преобладание грез в психической жизни
человека может привести его к отрыву
от реальности, уходу в выдуманный
мир, что, в свою очередь, тормозит
психическое и социальное развитие.
Галлюцинация
восприятие человеком несуществующих
объектов.
Нарушения воображения
Живое воображение иногда
приводит к некоторым
расстройствам психической
деятельности, особенно под
влиянием психотравмирующих
обстоятельств. Человек начинает
ощущать болезненные симптомы,
практически оставаясь здоровым.
Такое состояние получило название
ятрогении.
Ятрогении в сочетании с искаженным
воображением, повышенной
тревожностью в некоторых случаях
сильно травмируют психику.
У психопатических личностей
описаны бредоподобные фантазии нестойкие и изменчивые, похожие
на бред представления, нередко с
фантастическим содержанием, не
складывающиеся в определенную
бредовую систему.
В некоторых случаях
у психопатических личностей описаны
также трудно отличимые в
практической деятельности от
бредоподобных фантазий грезы наяву.
Спасибо за внимание!

Воображение: виды, формы, приемы, функции

1. Воображение: виды, формы, приемы, функции

Презентацию подготовила
Ускова Анастасия

2. Воображение

• Воображение — это психический процесс создания новых образов,
представлений и мыслей на основе имеющегося опыта, путем
перестройки представлений человека.
• Воображение – это процесс мысленного преобразования
реальности, способность к построению новых целостных образов
действительности путем переработки содержания сложившегося
практического, чувственного, интеллектуального и эмоциональносмыслового опыта.

3. Виды воображения

Воображение
По
содержанию
труда
Художественное
По предмету
По
характеру
образов
По
результатам
Воссоздающее
Техническое
По способам
активности
Творческое
Активное
Образное
Словеснологическое
Эмоциональное
Абстрактное
Конкретное
Пассивное

4.

Формы воображения
Мечта
Фантазия
Галлюцинация
Грезы
Мыслительный эксперимент

5. Приемы воображения


Агглютинация (комбинирование)
Аналогия
Гиперболизация
Акцентирование
Типизация
Придача
Перемещение

6. Функции воображения

• Первая — состоит в том, чтобы представлять действительность в
образах и иметь возможность пользоваться ими, решая задачи.
• Вторая — состоит в регулировании эмоциональных состояний.
• Третья — связана с его участием в произвольной регуляции
познавательных процессов и состояний человека, в частности
восприятия, внимания, памяти, речи, эмоций.
• Четвертая — состоит в формировании внутреннего плана действий.
• Пятая – это планирование и программирование деятельности,
составление таких программ, оценки их правильности, процесса
реализации.
Спасибо за внимание!
Инструкция:
Вам предлагается 12 вопросов теста. На них надо отвечать либо «да», либо «нет».
Вопросы для ответов:
1. Интересуетесь ли вы живописью?
2. Часто ли вы скучаете?
3. Рассказывая какую-либо историю, любите ли вы украсить ее красочной деталью,
добавленной от себя?
4. Инициативны ли вы в каком-нибудь деле, в школе?
5. «Широко» ли вы пишите, много ли занимаете место на бумаге?
6. Руководствуетесь ли вы в выборе одежды законами моды или собственным вкусом?
7. Любите ли вы рисовать во время собраний или лекций на листе бумаги одни и те же
фигурки?
8. Слушая музыку, представляете ли вы какие-либо образы, связанные с ней?
9. Любите ли вы писать длинные письма?
10. Видите ли вы иногда цветные сны?
11. Любите ли вы мысленно бывать в тех снах, которые знаете лишь по рассказам?
12. Часто ли вы плачете, расстраиваетесь в кино?
• 14-17 очков: у вас богатое воображение. Если вы сумеете
применить его в жизни, то добьетесь больших творческих успехов.
• 9-13 очков: среднее воображение. Такое воображение встречается
у очень многих людей. От вас и только от вас зависит, сумеете ли вы
развить его.
• 5-8 очков: вы реалист в полном смысле этого слова. В облаках не
витаете. Однако немного фантазии еще никому не вредило.
Поэтому задумайтесь о себе

Воображение, его виды и формы проявления доклад по психологии

Воображение, его виды и формы проявления Воображение, или фантазия , как и мышление, принадлежит к числу высших

познавательных и проблемная ситуация процессов, в которых отчетливо 0 0 1 F

0 0 1 Fобнаруживает ся специфически человеческий характер дея тельности. Не вообразив

себе готовый результат труда, нельзя приниматься за работу. В представлении 0 0 1 Fожидаемого резуль тата с помощью фантазии — коренное отличие человеческого

труда от инстинктивного поведения животных. Любой трудовой процесс с необходимостью включает в себя воображение. Оно выступает как необходимая сторона

0 0 1 Fхудожественной, конструк торской, научной, литературной, музыкальной, вообще

всякой творческой деятельности. 0 0 1 FВоображение—это необходимый элемент творческой дея тельности человека,

0 0 1 Fвыражающийся в построении образа про дуктов труда, а также обеспечивающий

создание программы поведения в тех случаях, когда проблемная ситуация 0 0 1 Fхаракте ризуется неопределенностью. Вместе с тем воображение может выступать как

0 0 1 Fсредство создания образов, не программирую щих активную деятельность, а

заменяющих ее. 0 0 1 FПервое и важнейшее назначение воображения как психиче ского процесса

заключается в том, что оно позволяет 0 01 Fпредстав лять результат труда до его начала, представлять не только конечный продукт труда (например, стол в завершенном виде как готовое изделие), но и его промежуточные продукты (в данном случае те детали, которые надо последовательно изготовить, чтобы создать стол).

0 0 1 F Следовательно, воображение ори ентирует человека в процессе деятельности

0 0 1 F— создает психиче скую модель конечного или промежуточного продуктов труда, что

и способствует их предметному воплощению. 0 0 1 FВоображение тесно связано с мышлением. Подобно мышле нию, оно позволяет

предвидеть будущее. Так же как и мышление, воображение возникает в проблемной ситуации, т. е. в тех случаях, когда необходимо отыскать новые решения; так же как и мышление, оно мотивируется потребностями личности. Реальному процессу

0 0 1 Fудовлетворения потребностей может пред шествовать иллюзорное, воображаемое

0 0 1 Fудовлетворение потреб ностей, т. е. живое, яркое представление той ситуации, при

0 0 1 Fкоторой эти потребности могут быть удовлетворены. Но опере жающее отражение

0 0 1 Fдействительности, осуществляемое в про цессах фантазии, происходит в

конкретнообразной форме, в виде ярких представлений Таким образом, в проблемной ситуации, которой начинается деятельность, существуют две системы опережения

0 0 1 Fсознанием результатов этой деятельности: организованная система обра зов

(представлений) и организованная система понятий. 0 01 F Воз можность выбора образа 0 0 1 Fлежит в основе воображения, воз можность новой комбинации понятий лежит в основе

0 0 1 Fмышления. Часто такая работа идет сразу в “двух этажах”, так как сис темы образов

и понятий тесно связаны. 0 0 1 FКогда проблем ная ситуация отличается значительной неопределенностью,

исходные данные с трудом поддаются точному анализу. В этом случае в действие приходят механизмы воображения.

Есть основания сделать вывод, что воображение работает на том этапе 0 0 1 Fпознания, когда неопределенность ситу ации весьма велика. Чем более привычной,

0 0 1 Fточной и определен ной явится ситуация, тем меньше простора дает она фантазии.

0 0 1 FСовершенно очевидно, что для той области явлений, где основ ные законы выяснены,

0 0 1 Fнет необходимости использовать вообра жение. Однако при наличии весьма

приближенных сведений о ситуации, напротив, трудно получить ответ с помощью 0 0 1 Fмыш ления—здесь вступает в права фантазия.

Сновидения, галлюцинации и грёзы как виды воображения

Контрольная работа

По психологии

Тема: Сновидения, галлюцинации и грёзы как виды воображения

План

Введение

1. Уровни воображения

2. Виды воображения

2.1 Сновидения

2.2 Галлюцинации, пути и приёмы преобразования

2.3 Грёзы и мечты

3. Воображение у детей

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Образы, которые использует и создает человек, не ограничиваются воспроизведением непосредственно воспринятого. Перед человеком в образах может предстать и то, что он непосредственно не воспринимал, и то, чего вообще не было, и даже то, чего быть не может. Это означает только то, что не всякий процесс, протекающий в образах, может быть понят, как процесс воспроизведения, потому что люди не только познают и созерцают мир, они его изменяют и преобразуют. Но для того, чтобы преобразовывать действительность на практике, нужно уметь делать это и мысленно. Именно этой потребности и удовлетворяет воображение.

Воображение — это важнейшая сторона нашей жизни. Представьте на минуту, что человек не обладал бы фантазией. Мы лишились бы почти всех научных открытий и произведений искусства, образов, создаваемых величайшими писателями и изобретений конструкторов. Дети не услышали бы сказок и не смогли бы играть во многие игры. А как они смогли бы усваивать школьную программу без воображения?

Благодаря воображению человек творит, разумно планирует свою деятельность и управляет ею. Почти вся человеческая материальная и духовная культура является продуктом воображения и творчества людей.

Воображение выводит человека за пределы его сиюминутного существования, напоминает ему о прошлом, открывает будущее. Вместе с уменьшением способности фантазировать у человека обедняется личность, снижаются возможности творческого мышления, гаснет интерес к искусству и науке.

Воображение является высшей психической функцией и отражает действительность. Однако с помощью воображения осуществляется мысленный отход за пределы непосредственно воспринимаемого. Основная его задача — представление ожидаемого результата до его осуществления. С помощью воображения у нас формируется образ никогда не существовавшего или не существующего в данный момент объекта, ситуации, условий.

Проще сказать — лишите человека фантазии, и прогресс остановится! Значит воображение, фантазия являются высшей и необходимейшей способностью человека. Однако фантазия, как и любая форма психического отражения, должна иметь позитивное направление развития. Она должна способствовать лучшему познанию окружающего мира, самораскрытию и самосовершенствованию личности, а не перерастать в пассивную мечтательность, замену реальной жизни грезами.

Принимая во внимание то, какое значение воображение имеет в жизни человека, как оно влияет на его психические процессы и состояния и даже на организм, мы специально выделим и рассмотрим проблему воображения.

1. Уровни воображения

Отношение человека к процессу воображения непосредственно определяет существование различных уровней воображения. На низших уровнях смена образов происходит непроизвольно, на высших – в ней все большую роль играет сознательное человека к формированию образов.

В самых низших и примитивных своих формах воображение проявляется в непроизвольной трансформации образов, которая совершается под воздействием малоосознанных потребностей, влечений и тенденций, независимо от какого-то сознательного вмешательства субъекта. Образы воображения как бы самопроизвольно всплывают перед воображением, помимо воли и желания человека, а не формируются им. В чистом виде такая форма воображения лишь в очень редких случаях на низших уровнях сознания и в сновидениях. Ее еще называют пассивным воображением.

В высших формах воображения, в творчестве, образы сознательно формируются и преобразуются в соответствии с целями. Пользуясь ими, человек по собственному желанию, усилием воли вызывает у себя соответствующие образы творческой деятельности человека. Эта форма воображения носит название активной.

Различают также воображение воспроизводящее, или репродуктивное, и преобразующее, или продуктивное.

В репродуктивном воображении ставится задача воспроизвести реальность в том виде, какова она есть, и хотя здесь также присутствует элемент фантазии, такое воображение больше напоминает восприятие или память, чем творчество. Так, с репродуктивным воображением может быть соотнесено направление в искусстве, называемое натурализмом, а также отчасти реализм. Общеизвестно, что по картинам И.И.Шишкина биологи могут изучать флору русского леса, так как все растения на его полотнах выписаны с документальной точностью.

Продуктивное воображение отличается тем, что в нем действительность сознательно конструируется человеком, а не просто механически копируется или воссоздается, хотя при этом в образе она все же творчески преобразуется. Например, основой творчества ряда мастеров искусства, чей полет творческой фантазии уже не удовлетворяют реалистические средства, становится тоже реальность. Но эта реальность пропускается через продуктивное воображение творцов, они по-новому ее конструируют, пользуясь светом, цветом, вибрацией воздуха (импрессионизм), прибегая к точечному изображению предметов (пуантилизм), разлагая мир на геометрические фигуры (кубизм) и так далее. Даже произведения такого направления искусства, как абстракционизм, создавались при помощи продуктивного воображения. С продуктивным воображением в искусстве мы встречаемся в тех случаях, когда мир художника – фантасмагория, иррационализм. Результатом такого воображения является роман М.Булгакова «Мастер и Маргарита», фантастика братьев Стругацких.

Воображение, как известно, тесно связано с творчеством (об этом подробнее речь пойдет ниже). И как ни странно, эта зависимость обратная, т.е. именно воображение формируется в процессе творческой деятельности, а не наоборот. Специализация различных видов воображения является результатом развития различных видов творческой деятельности. Поэтому существует, столько специфических видов воображения, сколько имеется видов человеческой деятельности – конструктивное, техническое, научное, художественное, музыкальное и так далее. Но, конечно, все эти виды составляют разновидность высшего уровня – творческого воображения.

Во всех этих случаях воображение играет положительную роль, но есть и другие виды воображения. К ним относятся сновидения, галлюцинации, грезы и мечты.

2. Виды воображения

2.1 Сновидения

Сновидения можно отнести к разряду пассивных и непроизвольных форм воображения. Подлинная их роль в жизни человека до сих пор не установлена, хотя известно, что в сновидениях человека находят выражение и удовлетворение многие жизненно важные потребности, которые в силу ряда причин не могут получить реализации в жизни.

Сновидения издавна поражают и волнуют людей. В древности сновидения рассматривались как «врата в иной мир»; считалось, что через сновидения может происходить контакт с другими мирами. Когда мы говорим о сновидениях, то прежде всего имеем в виду присутствие в них необычных и фантастических картин. Несмотря на разнообразие и фантастичность мира сновидений, этот мир не содержит абсолютно ничего нового: сновидения – следствие жизненного опыта человека, отражение событий, происшедших с ним ранее.

Было обнаружено, к удивлению тех, кто считал, что не видит снов или видит их очень редко, что каждый человек видит сны несколько раз за ночь. Экспериментальным путём был решён вопрос о длительности сновидений. Оказалось, что субъективная длительность сновидений соответствует объективной длительности периода быстрого сна. Испытуемый, разбуженный в начале периода быстрого сна, отчитывается о коротком сновидении, а разбуженный в конце – о длинном. После очень длинных эпизодов быстрого сна (30 – 50 мин. ) испытуемые отчитывались о необычно длительных сновидениях. Интересно, что отчёты о содержании этих сновидений были не длиннее, чем в тех случаях, когда испытуемых пробуждали уже через 15 мин после начала быстрого сна. По – видимому, сновидения начинают забываться, несмотря на продолжение длительного эпизода быстрого сна. Многочисленные эксперименты свидетельствуют о том, что содержание сновидений коррелируют с особенностями фазических компонентов быстрого сна. Показано, что степень эмоциональной окраски сновидений связана с частотой сердечных сокращений и дыхания, степенью вазоконстрикции и выраженностью электрической активности кожи в последние минуты быстрого сна перед пробуждением.

2.2 Галлюцинации, пути и приёмы преобразования

Галлюцинациями называют фантастические видения, не имеющие, по- видимому, почти никакой связи с окружающей человека действительностью. Обычно они, являясь результатом тех или иных нарушений психики или работы организма, сопровождают многие болезненные состояния.

Преобразование действительности при помощи воображения происходит не произвольно, оно имеет свои закономерные пути, которые выражаются в различных способах или приемах преобразования, которые используются человеком неосознанно. Психология выделяет несколько таких приемов.

Первый такой способ — агглютинация, т.е. комбинирование или сочетание различных, несоединимых в повседневной жизни частей в новых необычных комбинациях. Комбинирование – это не случайный набор, а именно подбор определенных черт, производимый сознательно, в соответствии с определенной идеей и замыслом композиции. Он широко применяется в искусстве, науке, техническом изобретательстве, а особенно в памятниках древнеегипетского искусства и в искусстве американских индейцев. Примером может служить классические персонажи сказок человек-зверь или человек-птица, аллегорические фигуры Леонардо да Винчи.

Другим приемом является акцентуирование некоторых сторон отображаемого явления. Акцентуирование – это подчеркивание черт. Оно часто достигается при помощи изменения пропорций в различные стороны. Таким приемом пользуется карикатура: она воспроизводит черты оригинала, утрируя те или иные его черты. При этом чтобы быть значимым, акцентуирование должно выделять характерное, существенное. Акцентуирование активно использует изменение предметов при помощи их увеличения или уменьшения (гиперболизация и литота), что находит широкое применение в фантастическом изображении действительности. Примером могут служить следующие сказочные персонажи: небывало сильный Святогор, крошечный Мальчик-с-пальчик или гигантских размеров Гулливер. С одной стороны, внешность великана, его грандиозные размеры могут сделать более очевидной внутреннюю силу и значимость героев, а с другой, фантастически малые размеры могут силой контраста подчеркнуть большие внутренние достоинства персонажа.

Третий известный способ создания образов воображения — схематизация. В этом случае отдельные представления сливаются, а различия сглаживаются. Отчетливо прорабатываются основные черты сходства. Примером служит любой схематический рисунок.

И последним способом можно назвать типизацию, т.е. специфическое обобщение. Для него характерно выделение существенного, повторяющегося в однородных в каком-то отношении фактах и воплощении их в конкретном образе. В этом приеме одни черты вовсе опускаются, другие же упрощаются, освобождаются от деталей и усложнений. В результате весь образ преобразуется. Например, существуют профессиональные образы рабочего, врача, художника и так далее. Таким образом, в воображении, естественно, заключена тенденция к иносказанию, аллегории, использованию образов в переносном значении. Все средства литературного творчества (метафора, гипербола, эпитет, тропы и фигуры) показывают проявление преобразующей силы воображения. А все основные формы творческого преобразования мира, которыми пользуется искусство, в конечном счете, отражают те преобразования, которыми пользуется воображение.

2. 3 Грёзы и мечты

Грезы, в отличие от галлюцинаций,– это вполне нормальное психическое состояние, представляющее собой фантазию, связанную с желанием.

Мечтой называют форму особой внутренней деятельности, заключающуюся в создании образа того, что человек желал бы осуществить. Мечта от грезы отличается тем, что она несколько более реалистична и в большей степени связана с действительностью, т.е. в принципе осуществима. Мечты у человека занимают довольно большую часть времени, особенно в юности и для большинства людей являются приятными думами о будущем, хотя у некоторых встречаются и тревожные видения, порождающие чувство беспокойства и агрессивности. Процесс воображения редко сразу же реализуется в практических действиях человека, поэтому мечта – важное условие претворения в жизнь творческих сил человека. Необходимость мечты состоит в том, что, будучи первоначально простой реакцией на сильно возбуждающую ситуацию, она затем нередко становится внутренней потребностью личности. Мечта очень важна и в младшем школьном возрасте. Чем младше мечтающий ребенок, тем чаще его мечтание не столько выражает его направленность, сколько создает ее. В этом состоит формирующая функция мечты.

Подросток мечтает о том, что доставляет ему радость, что удовлетворяет его самые сокровенные желания и потребности. В мечтах подросток строит желаемую личную программу жизни, в которой нередко определяется ее основной смысл. Часто мечты бывают нереальными, т. е. определена только цель, но не пути ее достижения, однако на этапе подросткового возраста это все равно имеет позитивный характер, так как позволяет подростку в воображаемом плане «перебрать» разные варианты будущего, выбрать свой путь решения проблемы.

Воображение играет важную роль в каждом творческом процесс, а особенно его значение велико в художественном творчестве. Сущность художественного воображения заключается, прежде всего, в том, чтобы суметь создать новые образы, способные быть носителем идейного содержания. Особая мощь художественного воображения заключается в том, чтобы создать новую ситуацию не путем нарушения, а при условии сохранения основных требований жизненности. В корне ошибочным является представление о том, что чем причудливее и диковиннее произведение, тем больше воображения у его автора. Воображение Льва Толстого ничуть не слабее воображения Эдгара Алана По. Оно просто другое. Ведь чем реалистичнее произведение, тем мощнее должно быть воображение, чтобы сделать описываемую картину наглядной и образной. Ведь, как известно, мощное творческое воображение узнается не столько по тому, что человек может вымышлять, придумывать, а по тому, как он умеет преобразовывать действительность в соответствии с требованиями художественного замысла. Но соблюдение жизненности и реальности не означает, конечно, фотографически точного копирования воспринятого, ведь у настоящего художника есть не только необходимая техника, но и особый взгляд на вещи, отличный от взгляда нетворческого человека. Поэтому основная задача художественного произведения – показать другим то, что видит художник, так, чтобы это увидели и другие. Даже в портрете художник не фотографирует изображенную персону, а преобразует воспринимаемое им. Продукт такого воображения дает часто более глубокую и верную картину, чем это может сделать даже фотография.

3. Воображение у детей

Иногда людям более зрелого возраста трудно представить себе что-то необычное и начать фантазировать, но это не значит, что они потеряли способность к воображению. Воображение есть у каждого человека, просто, становясь старше, человек все реже его тренирует. А тренировать воображение, как советуют психологи, нужно еще с самого детства.

Творческая деятельность развивает чувства детей. Творя, ребенок испытывает целую гамму положительных эмоций, как от процесса деятельности, так и от полученного результата.

Творчество способствует оптимальному и интенсивному развитию таких психических функций, как память, мышление, восприятие, внимание. А ведь именно они определяют успешность учебы ребенка.

Творческая деятельность развивает личность ребенка, помогает ему усваивать моральные и нравственные нормы ― различать добро и зло, сострадание и ненависть, смелость и трусость. Создавая произведения творчества, ребенок отражает в них свое понимание жизни и мира, свои положительные и отрицательные качества, по-новому их осмысливает и оценивает. Творчество развивает и эстетические чувства у ребенка. Через эту деятельность формируется восприимчивость ребенка к миру, оценка прекрасного.

Все дети, особенно старшие дошкольники и школьники младшего и среднего возраста, любят заниматься искусством. Они с увлечением поют и танцуют, лепят и рисуют, сочиняют музыку и сказки, выступают на сцене, участвуют в конкурсах, выставках и викторинах и т. д. Потому что творчество делает жизнь ребенка богаче, полнее, радостнее и интереснее.

Дети способны заниматься творчеством не только независимо от места и времени, но, самое главное, независимо от личностных комплексов. Взрослый человек, часто критически оценивая свои творческие способности, стесняется их показывать. Дети же, в отличие от взрослых, способны искренне проявлять себя в художественной деятельности, не обращая внимания на стеснительность.

Особое значение творческая деятельность имеет для одаренных и талантливых детей. Одаренность — это комплекс способностей, позволяющих иметь особые достижения в конкретной области искусства, науки, профессиональной или иной деятельности. Не многие дети отличаются ярко выраженной талантливостью и одаренностью. Для одаренного ребенка воображение выступает основным характерным качеством, ему необходима постоянная активность фантазии. Необычные подходы к решению задач, оригинальные ассоциации—все это характерно для талантливого ребенка и является результатом воображения.

Одаренность и талант тесно связаны с опережающим развитием. Талантливые дети отличаются более высокими результатами по сравнению со своими сверстниками, и достигают они этих результатов гораздо легче. Эти дети отличаются большей чувствительностью к окружающему миру, а в конкретные периоды для них характерна и особо высокая чувствительность. Такие периоды психологи называют «сензитивными». В эти периоды конкретная функция (например, речь или логическая память) наиболее восприимчива к раздражителям внешнего мира, легко поддается тренировке и интенсивно развивается, и дети проявляют особые достижения в различных видах деятельности. И если обычный ребенок может испытывать «сензитивный» период для одной функции, то талантливый ребенок демонстрирует «сензитивность» сразу многих функций.

При помощи творчества и воображения, естественно, ребенок формирует свою личность. И есть особая сфера жизни ребенка, которая обеспечивает специфические возможности для личностного развития, — это игра. Основной психической функцией, обеспечивающей игру, является именно воображение. Воображая игровые ситуации и реализуя их, ребенок формирует у себя целый ряд личностных свойств, такие, как справедливость, смелость, честность, чувство юмора и другие. Через работу воображения происходит компенсация пока еще недостаточных реальных возможностей ребенка преодолевать жизненные трудности и конфликты.

Занимаясь творчеством (для чего также первоочередным является воображение) ребенок формирует у себя такое качество, как одухотворенность. При одухотворенности воображение включено во всю познавательную деятельность, сопровождаясь особо положительными эмоциями. Богатая работа воображения часто связана с развитием такой важной личностной черты, как оптимизм.

В подростковом возрасте, когда личностное развитие становится доминирующим, особое значение приобретает такая форма воображения, как мечта — образ желаемого будущего.

Подросток мечтает о том, что доставляет ему радость, что удовлетворяет его самые сокровенные желания и потребности. В мечтах подросток строит желаемую личную программу жизни, в которой нередко определяется ее основной смысл. Часто мечты бывают нереальными, т. е. определена только цель, но не пути ее достижения, однако на этапе подросткового возраста это все равно имеет позитивный характер, так как позволяет подростку в воображаемом плане «перебрать» разные варианты будущего, выбрать свой путь решения проблемы.

Воображение значимо в личностном плане и для взрослого. Люди, которые во взрослом возрасте сохранили яркое воображение, отличаются талантливостью, их часто называют богато одаренными личностями.

С возрастом большинство из нас теряет способность фантазировать: как трудно иногда бывает придумать новую сказку для ребенка. Для сохранения и развития воображения существует целый ряд упражнений, которые подробно описаны в специальной педагогической литературе.

Заключение

Значение воображения в жизни и деятельности человека очень велико. Возникло и развивалось воображение в процессе труда, и основное его значение состоит в том, что без него был бы невозможен любой труд человека, т. к. невозможно трудиться, не представляя себе конечного и промежуточных результатов. Без воображения не был бы возможен прогресс ни в науке, ни в искусстве, ни в технике. Ни один школьный предмет не может усваиваться полностью без деятельности воображения. Если бы не было воображения, невозможно было бы принять решение и найти выход в проблемной ситуации, когда мы не обладаем нужной полнотой знаний.

Да и вообще, без воображения не существовало бы мечты, а как бы скучна была жизнь на свете, если бы люди не могли мечтать!!!

Список используемой литературы

1. «Основы психофизиологии» учебник под редакцией Александрова Ю.И. Москва 1998г.

2. Выготский Л.С. «Развитие высших психических функций». — Издательство «Просвещение», Москва, 1990

3. Коршунова Л.С. Воображение и его роль в познании. — Москва, 1979

4. Рубинштейн С.Л. «Основы общей психологии». – Издательство «Питер», Москва-Харьков-Минск, 1999

5. Субботина Л. Ю. «Развитие воображения у детей» — Ярославль: Академия развития, 1996.

6. Шибутани Т. «Социальная психология».- Издательство «Прогресс», Москва, 1969

7. Философский словарь под редакцией М.М. Розенталя, П.Ф. Юдина – Издательство политической литературы, Москва, 1968

Формы воображения

Психология Формы воображения

Количество просмотров публикации Формы воображения — 762

 Наименование параметра  Значение
Тема статьи:Формы воображения
Рубрика (тематическая категория) Психология


В психологической науке кроме видов воображения различают формы воображения: мечты, фантазии, грезы, галлюцинации и др.
Размещено на реф.рф
(рис. 87).

 
 

Рис. 87. Формы воображения

Индивидуально-типологические особенности воображения

Воображение обладает рядом индивидуально-типологических особенностей (рис. 88)[54].

 
 

Рис. 88. Индивидуально-типологические особенности воображения


Формы воображения — понятие и виды. Классификация и особенности категории «Формы воображения» 2017, 2018.

Читайте также


  • — Формы воображения

    В психологии также, кроме видов воображения, различают формы воображения. К формам воображения относятся: мечта; фантазия; грезы; сновидения; галлюцинации. Процесс воображения не всегда немедленно реализуется в практических действиях. Нередко воображение принимает… [читать подробнее].


  • — Патологические формы воображения и их оценка.

    В клинической практике врачу нередко приходится встречаться с больными, у которых психопатологическая симптоматика может относиться как к нарушениям пассивного, так и активного воображения. Все эти нарушения чаще встречаются у лиц с особым психическим складом,… [читать подробнее].


  • — Формы воображения.

    Мечта — создание образа желаемого будущего, необходимое условие преобразования действительности, побудительная причина, мотив деятельности, окончательное завершение которой оказалось отсроченным. Мечта всегда направлена на будущее, на перспективы жизни и деятельности… [читать подробнее].


  • — Формы воображения

    В психологической науке кроме видов воображения различают формы воображения: мечты, фантазии, грезы, галлюцинации и др. (рис. 87).     Рис. 87. Формы воображения … [читать подробнее].


  • — IX. Телефон без абонента. Словесные формы воображения без опоры на действия. Умение представить партнера в телефонном разговоре и вести с ним диалог

    VIII. Моделирование словесных сюжетов игровыми средствами. Умение составить игру по сюжетной схеме рассказа VII. Моделирование прошлого опыта игровыми средствами. Умение перевести на язык игры яркие события прошлого Условие: Предварительная информация о… [читать подробнее].


  • Восемь типов воображения, которые мы используем

    Воображение — это способность формировать мысленные образы, фонологические отрывки, аналогии или повествования о том, что не воспринимается нашими чувствами. Воображение является проявлением нашей памяти и позволяет нам тщательно исследовать наше прошлое и строить гипотетические сценарии будущего, которых еще нет, но которые могут существовать. Воображение также дает нам возможность видеть вещи с других точек зрения и сопереживать другим.

    Воображение расширяет наш опыт и мысли, позволяя личному построению мировоззрения, которое снижает наше чувство неуверенности 1 .Таким образом, наше воображение заполняет пробелы в наших знаниях, позволяя нам создавать ментальные карты, раскрывающие двусмысленность ситуаций, с которыми мы сталкиваемся, когда информация отсутствует 2 , что является важной функцией управления нашей памятью. Это частично объясняет, почему люди по-разному реагируют на то, что они видят, из-за уникальных интерпретаций, которые они делают, основываясь на различных предшествующих знаниях и опыте. Воображение позволяет нам создавать новые значения на основе когнитивных сигналов или стимулов в окружающей среде, что иногда может привести к новому пониманию.

    Наши знания и личные цели встроены в наше воображение, которое лежит в основе нашего существования, когнитивное качество, без которого мы не были бы людьми. 3 . Воображение — это средство, которое романисты используют для создания своих рассказов 4 . Турецкий лауреат Нобелевской премии Орхан Памук вообразил мир, в котором он уединился в детстве, где он был кем-то другим, где-то еще в создании повествования и истории своего романа «Стамбул» .

    В маркетинге необходимо воображение, чтобы создавать новые наборы ценностей для потребителей, которые отделяют новые продукты от других.Для создания инноваций требуется оригинальность 5 . Воображение — это суть маркетинговой возможности 6 , которая вызывает в воображении образы и пробуждает фантазию у потребителей, позволяя им почувствовать, каково это было бы жить в Санктуари-Коув в Северном Квинсленде, Австралия, получая кредит Citibank, управляя Mercedes 500 SLK по городу или отдых на Бали. Воображение помогает нашему практическому мышлению 7 и открывает новые пути мышления, размышлений, организации мира или других действий.Воображение разлагает то, что уже есть, заменяя его тем, что могло бы быть, и является источником надежды, страха, просветления и стремлений.

    Воображение — это не полностью сознательный процесс. Новое знание может инкубироваться подсознательно, когда у человека появляется избыток внимания, чтобы сосредоточиться на объединении памяти и внешних стимулов в новые значения. Большинство людей, как правило, проводят много времени в бодрствующем состоянии. «грезы наяву», , когда внимание переключается с текущих умственных задач на развертывающуюся последовательность личных ответов 89 . Этого может быть достаточно, чтобы активировать нашу сеть по умолчанию , сеть автобиографических мысленных образов, которые могут предоставить новые связи и взгляды на проблему, которую мы волновали. Недавние исследования показали, что мозг периодически меняет фазовую синхронизацию во время сознания человека 10 , где активируются нейронные сети, и этих коротких периодов может хватить, чтобы позволить доминирующему левому полушарию уступить место правому полушарию, позволяя человеку увидеть окружающую среду, проблему или проблему с новой точки зрения 11 .Это подтверждено исследованиями, которые показали, что у людей, выполняющих умеренно сложные интеллектуальные задачи во время перерывов в работе, которые они делают, повышается вероятность найти решения проблем, с которыми они столкнулись в рамках своей основной деятельности. 12 . Эти процессы происходят из префронтальной коры , , где мы представляем себя и чувства других, задней поясной коры , связывающей наши личные воспоминания по всему мозгу, и теменной коры , соединяющей гиппокамп , которая, как сообщается, хранит эпизодические воспоминания 13 .

    Неуправляемое воображение (или то, что когда-то называлось «свободными ассоциациями»), через сновидения и «грезы наяву» позволяет собирать информацию из разных частей нашей памяти, к которым может быть нелегко получить доступ сознательно. Эта информация может поступать из узкой области или из гораздо более широкой области. Чем больше воображение учитывает более широкую область, опыт и предшествующие знания, тем больше вероятность, что эти идеи, созданные с помощью воображения, будут иметь некоторую оригинальность — через сложную реструктуризацию знаний.Аллен МакКоннелл, писавший о Стиве Джобсе в журнале «Психология », предположил, что большой набор шрифтов, разработанных для компьютера Macintosh, был вдохновлен интересом и знаниями о типографике, которые он изучил во время занятий каллиграфией в Reed 14 . Это было воображение Джоба, когда он увидел набор шрифтов на Macintosh, и это стало реальностью. В творческой проницательности очень мало случайных событий. Большинство из них являются результатом триггеров и медленных инкубационных периодов, которые приводят к откровению 15 .

    Марш и Бауэр назвали указанные выше типы идей непреднамеренным плагиатом 16 . Большинство случаев озарения были вдохновлены чем-то в прошлом; хотя, несмотря на образность, эти новые концепции могли получить новые типы проявлений. Многие прорывы в науке были достигнуты благодаря образным аналогиям 17 . Эйнштейн развил свое понимание теории относительности, представив, что произойдет, если он будет путешествовать со скоростью света, Фарадей утверждал, что визуализировал силовые линии электрического и магнитного полей от дровяного костра, давая представление о теории электромагнитных полей, и Кекуле сообщил что он получил представление о форме молекулы бензола после того, как представил змею, свернувшуюся в круг.

    Воображение — это многомерное понятие, включающее в себя ряд различных режимов, которые можно описать следующим образом;

    1. Эффективное воображение объединяет информацию для синергии новых концепций и идей. Однако они часто бывают неполными и нуждаются в улучшении, изменении и / или доработке по мере того, как появляется больше информации из окружающей среды, и она отражается. Эффективное воображение может управляться или запускаться случайными мыслями, обычно стимулируемыми тем, что человек переживает в рамках своего прошлого опыта.Эффективное воображение также может зарождаться от размышлений над конкретной проблемой, время от времени привлекаемых человеком. Эффективное воображение чрезвычайно гибко и допускает постоянные изменения. Это важный ингредиент в предпринимательском планировании, разработке стратегии, особенно в создании возможностей, развитии и сборке всех необходимых ресурсов, необходимых для использования любой возможности 18 . Эффективное воображение также приводит к другим формам воображения, которые помогают в построении концепций, идей и сценариев действий.Эффективное воображение дает гибкость нашему мышлению.
    2. Интеллектуальное (или конструктивное) воображение используется при рассмотрении и разработке гипотез на основе различных фрагментов информации или обдумывании различных вопросов значения, например, в областях философии, менеджмента или политики и т. Д. Интеллектуальное воображение происходит из определенной идеи или план и, таким образом, управляется воображением, поскольку он имеет четкую цель, которая в конечном итоге должна быть сформулирована после периода кропотливых, а иногда и кропотливых усилий.Это можно очень хорошо проиллюстрировать работой Чарльза Дарвина, результатом которой стало развитие его гипотезы, изложенной в его книге « Происхождение видов », на создание и завершение которой потребовалось почти два десятилетия. Дарвин собрал информацию, проанализировал ее, оценил и раскритиковал результаты, а затем преобразовал всю информацию в новые знания в форме гипотезы 19 . Это может быть длительный процесс, иногда длящийся десятилетия, с прерывистыми периодами высокой интенсивности и другими периодами, когда проблеме уделяется очень мало внимания.Интеллектуальное воображение — это очень сознательный процесс, хотя он может переходить в другие формы воображения, которые позволяют делать новые открытия.
    3. Воображаемая фантазия создает и развивает истории, картины, стихи, театральные постановки, построение эзотерики и т. д. Эта форма воображения может быть основана на вдохновении некоторыми фактами или полуавтобиографическими переживаниями (Джеймс Бонд) , экстраполированы или сопоставлены с новыми персонажами и событиями (Звездный путь) , которые соответствуют или расширяют сферы реальности до магии, сверхъестественной мифологии и фольклора (Хроники Кейна, Король Артур). Воображаемое фэнтези может быть структурным с мифическими людьми в сеттинге реального мира (Планета обезьян), прошлым, настоящим или будущим, с реальными людьми в мифическом окружении (Затерянные в космосе). Фэнтези может полностью игнорировать правила общества (Удивительный волшебник из страны Оз), наука и природа (Машина времени, Назад в будущее), или экстраполировать их в будущее с помощью научной фантастики (2001: Космос Одиссея). Фантазия также может быть основана на человеческих эмоциях (Ромео и Джульетта), искаженных исторических фактах (Патриот), исторических временах и политических проблемах (Др. Strangelove), возьмите тему и фантазируйте ее (1984, Скотный двор), инкапсулирует темное фэнтези (Виляйте собакой), или вызовите городскую легенду (Степфордские жены, Закат до рассвета). Воображаемая фантазия может представлять собой смесь управляемого и неуправляемого воображения и важна для художников, писателей, танцоров, музыкантов и т. Д.
    4. Сочувствие — это способность связываться с другими и чувствовать то, что они чувствуют. Эмпатия помогает человеку эмоционально узнать, что другие переживают, исходя из их системы координат 20 .Сочувствие позволяет нашему разуму «отстраниться от себя» и смотреть на мир, исходя из чужих чувств, эмоций, боли и рассуждений 21 . Сочувствие может помочь нам увидеть другие реальности, альтернативные значения ситуаций, которые могут состоять из многих слоев. Сочувствие показывает нам, что не существует абсолютов, есть только альтернативные значения ситуаций 22 . Сочувствие связывает нас с более широким сообществом и, таким образом, важно для выживания человечества, позволяя нам понять, что требуется для социального сосуществования с другими.Сочувствие показывает, что реальности иногда противоречат друг другу. Видеть противоречивые реальности — признак того, что мы начинаем понимать. Говард Гарднер постулирует, что понятие сочувствия должно также включать наше сочувствие природе и нашему месту в ней 23 . Высокая эгоцентричность приводит к снижению эмпатии и неспособности видеть другие точки зрения. Однако недавние исследования нарциссических людей показали, что существует два типа эмпатии: аффективная эмпатия, о которой говорилось выше, и когнитивная эмпатия, которая включает в себя способность людей видеть эмоциональное состояние человека, не имея возможности почувствовать то, что они чувствуют 24 .Недостаток сочувствия также можно компенсировать разработкой стратегии и спонтанной ментализацией, чтобы манипулировать другими в своих интересах. Эти макиавеллистские личности не обязательно испытывают те же эмоции, что и те, кто испытывает сочувствие, поэтому не чувствуйте себя виноватым, манипулируя другими 25 . Такой тип поведения можно наблюдать в стратегиях краткосрочного спаривания самцов 26 . Помимо того, что сочувствие чрезвычайно важно в межличностных отношениях, сочувствие является важным инструментом конкурентной стратегии, поскольку оно позволяет думать о том, как наши конкуренты отреагируют на наши действия и что они сделают.Брендинг также можно рассматривать как результат эмпатии, поскольку он разработан, чтобы попытаться установить связи с потенциальными клиентами, обращаясь к их эмоциям, самоидентификации и устремлениям.
    5. Стратегическое воображение связано с видением «того, что могло бы быть» , способностью распознавать и оценивать возможности, превращая их в мысленные сценарии, видеть выгоды, определять типы и количество ресурсов, необходимых для выполнения определенных действий, и умение стратегически взвесить все вопросы. Видение помогает человеку сосредоточиться на типах возможностей, соответствующих его характеру. Это чувство видения руководствуется предположениями, убеждениями и ценностями человека внутри психики. Видение имеет разные сильные стороны у разных людей в зависимости от характеристик их эго и мотивации. Способность замечать и оценивать возможности тесно связана с воображением человека, его творческим мышлением, склонностью к действию и восприятием его талантов и имеющихся навыков. По словам Болтона и Томпсона, предприниматели выявляют конкретные возможности и экстраполируют потенциально достижимые сценарии в пределах своих навыков и способности собирать ресурсы для использования возможности 27 .Эти экстраполяции от возможности к стратегии требуют навыков как визуального / пространственного, так и вычислительного мышления на стратегическом, а не на детальном уровне. Чтобы иметь стратегический взгляд на вещи, необходима соответствующая концентрация. Это требует сосредоточения на стратегическом мышлении, творчества, видения и сочувствия. Стратегическое (а также интеллектуальное) воображение можно использовать с помощью мысленных экспериментов, процесса обдумывания сценария с целью обдумывания последствий.Недостаток внимания приведет к случайному переходу от потенциальной возможности к возможности без тщательной психологической оценки. Слишком большое внимание может привести к ограниченности взглядов и даже навязчивому мышлению, что приведет либо к слепоте к потенциальным возможностям, либо к действиям на другом конце шкалы без действительно «объективной» оценки. Стратегическое воображение в некоторых случаях — это форма мудрости.
    6. Эмоциональное воображение занимается проявлением эмоциональных предрасположенностей и расширением их в эмоциональные сценарии.Без всякого воображения эмоции не смогли бы выйти из нашей психики и проявиться в виде чувств, настроений и предрасположенностей. Страх требует воображения того, что пугает, ненависть требует воображения о том, что отталкивает, а беспокойство требует творческого создания сценариев, вызывающих тревогу. Через эмоциональное воображение убеждения развиваются путем придания веса воображаемым сценариям, которые порождают новые наборы эмоций более высокого порядка. Эмоциональное воображение действует на бессознательном и полубессознательном уровнях.Людей, проявляющих чрезмерное эмоциональное воображение, скорее всего, можно будет определить как проявляющих психотические наклонности. Эмоциональное воображение — один из самых мощных типов нашего воображения, которое легко может доминировать в наших мыслительных процессах.
    7. Сны — это бессознательная форма воображения, состоящая из образов, идей, эмоций и ощущений, возникающих во время определенных стадий сна. Сны показывают, что каждая концепция в нашем сознании имеет свои психические ассоциации и что идеи, с которыми мы имеем дело в повседневной жизни, ни в коем случае не так точны, как мы думаем 28 .Наши переживания сублимируются в нашей памяти, переходя в бессознательное, где фактические характеристики могут измениться и могут быть восстановлены в любое время. Согласно Юнгу, сны — это невидимые корни нашего сознания 29 , которые связывают нас с нашим бессознательным. Однако значение снов может быть основано только на нашем умозрительном толковании. Некоторые сны очень прямолинейны, а другие — сюрреалистичны, волшебны, меланхоличны, авантюрны и сексуальны, где мы большую часть времени не контролируем.
    8. Восстановление памяти — это процесс восстановления нашей памяти о людях, объектах и ​​событиях. Наша память состоит из предшествующих знаний, состоящих из смеси истины и убеждений, под влиянием эмоций. Таким образом, повторяющаяся память несет в себе отношения, ценности и идентичность, поскольку большая часть нашей памяти находится в пределах парадигмы «я» или «я» . Память также реконструируется, чтобы соответствовать нашему нынешнему взгляду на мир, поэтому она очень избирательна. Процесс реконструкции памяти происходит в нашем подсознании, переходя в наше сознание, без того, чтобы мы действительно осознавали исходные элементы, i. е., что такое факт и что такое вера . Реконструкция памяти является ассимиляционной и может создавать новые знания из случайных фактов, убеждений и опыта, которые могут привести к пониманию.

    Каждая форма воображения, описанная выше, безусловно, перекрывается и может действовать в тандеме. Образное мышление дает возможность двигаться к целям и идти выбранными путями. Образное мышление гораздо более расходится, чем логическое мышление, поскольку воображение может свободно перемещаться по областям и дисциплинам, в то время как логическое мышление ориентировано на узко сфокусированный путь.С этой точки зрения воображение, вероятно, более важно, чем знания, поскольку знания без применения бесполезны. Воображение позволяет нам применять знания.

    Однако воображение также может быть дисфункциональным. Расстройства личности и возникающие эмоции могут доминировать в нашем воображении со страхом, тревогой, паранойей и / или нарциссическими наклонностями и т. Д. 30 . Это может помешать человеку придумывать новые альтернативы своим текущим целям и поведению, тем самым позволяя его прошлым страхам и тревогам доминировать в его мышлении 31 .Воображение может сознательно или бессознательно отделять человека от реальности его повседневной жизни, где он может попасть в жизнь фантазии. Абстрактное воображение может очень быстро увести человека от реальности, где текущие проблемы игнорируются в пользу фантазии 32 .

    MichaelEmeryArt — «Типы воображения»

    25.10.2018

    Я какое-то время размышлял, как сформулировать Идею типов воображения, будет ли это хорошо и плохо, инь и янь, черное и белое, думаю, сейчас я назову « Парализующий воображение «и» Непарализующее воображение «

    » Парализующее воображение «- взятые из концепций реконфигурации сценариев того, что уже задумано или нашей истории, скажем, например, мы» воображаем »→ Тонет, но, скорее всего, никогда не был.

    Может быть, замысел Природы больше всего связан со страхом погони «Хаос и беспорядок», который может испытать стадо лосей, когда его преследует стая волков? Быть в спешке — Беспокойство-

    « Непарализующее воображение » — Видеть мир Новым, как будто у него нет Истории, нечего Предварительно Принять.

    Может быть, от природы дизайн больше всего связан с «Порядком и гармонией» — творческий заказ

    Я думаю или должен сказать, может относиться к тому, как;


    Я нашел этот сайт этим утром, подумал, что стоит изучить;

    8 типов воображения

    by TeachThought Staff

    1.Effectuative Imagination объединяет информацию для синергии новых концепций и идей.

    2. Интеллектуальное (или конструктивное) воображение используется при рассмотрении и разработке гипотез на основе различных фрагментов информации или обдумывании различных вопросов значения, например, в областях философии, менеджмента или политики и т. Д.

    3. Imaginative Fantasy Imagination создает и развивает рассказы, картины, стихи, театральные постановки, построение эзотерики и т. Д.

    4. Эмпатия Воображение помогает человеку эмоционально узнать, что другие переживают, исходя из их системы координат и ориентиров.

    5. Стратегическое воображение связано с видением «того, что может быть» , способностью распознавать и оценивать возможности, превращая их в мысленные сценарии…

    6. Эмоциональное воображение связано с проявлением эмоциональных склонностей и расширяя их до эмоциональных сценариев.

    7.Сны — это бессознательная форма воображения, состоящая из образов, идей, эмоций и ощущений, возникающих во время определенных стадий сна.

    8. Реконструкция памяти — это процесс восстановления нашей памяти о людях, объектах и ​​событиях.


    Мой лучший класс «Рисование жизни» был один с 16 учениками, все достаточно продвинутыми в образовании (3-й 4-й курс колледжа), я дал классу копию «Дух искусства Роберта Генри» , Учитель / профессор взял на себя , чтобы прочитал отрывка из него, с того времени «в начале каждого нового урока прочитайте разные отрывки». Эффект был довольно хорош, чтобы у всех было настроение рисовать / зарисовывать.

    ————————————- Позирование для меня было отличным действием из моих фантазий ————————————————- ———-

    Я мог представить себе, например, что я плыву на парусной лодке, поднимаю паруса, за румпель и т. Д. Или, может быть, прыгаю по камням на поверхности воды, идя вдоль берега, идеи бесконечны .

    Так я научился моделировать, рассказывая студентам о том, чем я мог бы заниматься.

    ———————————————— ————————————————— ————————————————— ——————————

    Я думаю, Юваль заставляет взглянуть на тип «Воображения», который часто упускают из виду.

    18 примеров воображения — простое


    опубликовано Джоном Спейси, 11 декабря 2015 г. ; обновлено 8 февраля 2019 г.
    Воображение — это способность формировать идеи и образы, которые не исходят от ваших органов чувств. Это фундаментальная способность, которая играет роль в широком спектре обычных психических процессов. Ниже приведены наглядные примеры. Контрфактическое мышление — это процесс рассмотрения того, как прошлое могло быть другим.Сюда входят случаи остроумия лестницы, когда вы сожалеете, что не сказали что-то более умное в конкретной ситуации. Контрфактическое мышление также включает в себя мысли сожаления и благодарности за прошлое.

    Симуляторы

    Представление, каким будет будущее, как средство практики. Например, оратор, представляющий реакцию аудитории на части своей речи, например, на шутку, которая может стать бомбой.

    Игра

    Игра — это работа детей, поскольку она помогает развивать ум.Ключевым элементом игры является развитие воображения, например, ребенка, который воображает себя супергероем. Также известно, что игра способствует повышению продуктивности, творческого потенциала и счастья взрослых. Взрослые формы игры, как правило, менее изобретательны и более состязательны, чем игры, которые естественны для детей. Однако взрослые действительно участвуют в творческих формах игры, таких как видеоигры, косплей и импровизация.

    Восприятие

    Воображение играет роль в восприятии, поскольку мозг активно интерпретирует информацию от органов чувств, делая предположения, требующие воображения.Это можно увидеть в реакции людей на трехмерное рисование мелом, когда они автоматически могут представить себе, что двумерное изображение трехмерно.

    Визуализация

    Способность визуализировать концепции и события. Воображение — это основа визуального мышления и связанных с ним функций, таких как сновидения. Люди также визуализируют персонажей и сцены, когда читают художественную литературу.

    Рассказ и художественная литература

    Рассказывание историй как в художественной, так и в научной литературе требует воображения.

    Приостановка неверия

    Приостановка неверия — это готовность аудитории приостановить критическое мышление, чтобы насладиться историей, такой как фильм или театральное представление, с воображением.

    Память

    Воображение играет роль в памяти. Например, визуализации прошлого в основном нарисованы воображением, а не являются прямыми записями ваших органов чувств.

    Инфляция воображения

    Инфляция воображения — это теория, согласно которой, если вы вообразите что-то достаточно, вы можете начать верить, что это настоящее воспоминание. Это может быть продемонстрировано у некоторых людей.

    Самоанализ

    Самоанализ — это процесс развития самопознания. Это может включать воображение, с помощью которого вы представляете, как вас воспринимают другие.

    Эмоциональный интеллект

    Эмоциональный интеллект — это способность понимать эмоции и разумно реагировать на них. Это часто включает в себя представление о том, что чувствуют люди или что вы будете чувствовать в будущем в ответ на возможные ситуации.

    Творчество

    Творчество — это процесс создания неочевидной ценности. Это требует от воображения прыжка в новые смелые направления.

    Идентичность

    Вообразите себя, чтобы определить и развить свою личность. Например, модный энтузиаст, который представляет, как он хочет выглядеть.

    Работа с неоднозначностью

    Воображение можно использовать, чтобы иметь дело с неизвестным. Например, серфер, который представляет себе, как будет развиваться конкретная волна.

    Прогнозирование

    Воображение играет роль в прогнозировании, посредством чего человек может видеть за пределами текущих тенденций, чтобы представить изменения, которые могут произойти.

    Преувеличение и обман

    Воображение часто используется для преувеличения или лжи.

    Заблуждение

    Заблуждение — это широкий спектр негативных психических состояний, при которых человек принимает воображение за факт.Отказ воображения — это ожидание того, что будущее будет напоминать прошлое. Это игнорирует постоянные изменения, которые окружают все. Отсутствие воображения является обычным явлением в управлении рисками, когда общества и организации ожидают сохранения статус-кво, несмотря на явные свидетельства растущего риска.

    Мышление

    Это полный список статей, которые мы написали о мышлении.

    Если вам понравилась эта страница, добавьте в закладки Simplicable.



    Полное руководство по мыслительным процессам, методам и ошибкам.

    Определение интроспекции с примерами.


    Обзор критического мышления с примерами.


    Определение скептицизма с примерами.


    Определение абстрактного мышления с примерами.


    Определение визуального мышления с примерами.


    Определение абстрактного понятия с примерами.



    Определение реализма с примерами.

    Определение прагматизма с примерами.



    Список подходов и типов мышления.

    Обзор ностальгии с примерами.



    Определение внутриличностного с примерами.
    Определение парадокса с примерами.

    Определение теории рационального выбора с примерами.


    Принципы позитивного мышления.


    Список общих эмоций.



    Самые популярные статьи о Simplicable за последний день.



    Последние сообщения или обновления на Simplicable.


    Словарь философии разума


    Подробная информация:

    Введение

    Несмотря на знакомое слово языка повседневного, воображение является очень сложным, оспариваются, и оценочном нагруженное понятием. Он, как и многие родственные термины, часто имеет радикально разные значения и коннотации при использовании в разных контекстах.Более того, хотя он играет лишь небольшую явную роль в большинстве современных теорий психики, в прошлом он играл гораздо более заметную роль. Таким образом, концепция будет лучше всего понятна через ее историю.

    Древние и средневековые концепции

    Представляется, что концепция воображения была впервые введена в философию Аристотелем, который сказал нам, что «воображение [ phantasia ] является (помимо любого метафорического смысла этого слова) процесс, посредством которого мы говорим, что нам представляется изображение [ phantasma ] »( De Anima , 428a 1-4). В последнее время ставится под сомнение, действительно ли греческие слова phantasia и phantasma эквивалентны «воображению» и «(мысленному) образу» в их современном употреблении. Однако не может быть никаких сомнений в том, что, по крайней мере до самого последнего времени, теоретические обсуждения phantasia , его латинского перевода imaginatio и их этимологических потомков продолжали уходить корнями в концепции, введенные Аристотелем, и проблемы, возникающие из его довольно эллиптическое объяснение их.Весьма вероятно, что это верно в отношении всех западных философских школ: стоиков, эпикурейцев и неоплатоников в такой же степени, как и признанных аристотелевцев; Мусульмане столько же, сколько и христиане; и, если уж на то пошло, эмпирики в такой же степени, как и рационалисты.

    Согласно Аристотелю «Душа никогда не мыслит без ментального образа [ phantasma ]» ( De Anima , 431a 15-20). Похоже, что для него (и, опять же, для большинства его последователей до недавнего времени) такие образы играли что-то вроде роли, которую в современной когнитивной теории играют «ментальные репрезентации». В этой традиции образы и, следовательно, воображение играют важную роль в году во всех формах мышления (за исключением, возможно, прямых интуиций платонических форм или божественного). У него нет особой связи с изобретательностью или творчеством.

    Однако оно имеет особую связь с желанием. Аристотель утверждает, что наше желание чего-либо (и, следовательно, стремление к чему-либо), на самом деле не воспринимаемое органами чувств, должно быть опосредовано изображением желаемого объекта.Обращение Аристотеля с моральной точки зрения нейтрально, но его представление о желанном воображении, возможно, позже было объединено с древнееврейской концепцией -йецер , умышленной (но также полубожественной) способности человечества, которая привела к Адаму (и, действительно, ко всем последующим) грех. Во всяком случае, в иудео-христианской интеллектуальной традиции (от древних до сравнительно недавних времен) воображению, хотя и признавалось необходимым для познания, обычно глубоко не доверяли. Если оно не будет строго дисциплинировано разумом, оно вскоре приведет нас к похоти и греху.

    Но, конечно, связь между воображением и восприятием является более фундаментальной. Представление Аристотеля о воображении phantasia /, кажется, тесно связано с его постулатом о том, что стало называться «здравым смыслом» или sensus communis . Это часть psyche , ответственная за связывание исходов отдельных органов чувств в связное и понятное представление, а также за постижение так называемых «общих чувств», тех аспектов мира (в широком смысле, пространственно- временные аспекты), которые могут быть познаны более чем в одном чувственном модусе, но при этом не являются характерным собственно объектом любого из них (аристотелевские здравые смыслы в широком смысле совпадают с локковскими «первичными качествами»).Фактически, вполне правдоподобно интерпретировать phantasia и sensus communis как разные аспекты или модусы одной способности, в зависимости от того, считается ли она восприимчивой или продуктивной, или от того, действует ли она в присутствии или в отсутствии все, что представлено мысленно. Phantasmata генерируются в любом случае, но когда их непосредственной причиной является объект, находящийся непосредственно перед нами, существует тенденция ссылаться на них как на восприятие, а на процесс как на восприятие; когда источником является воспоминание о ранее наблюдаемых вещах, скорее всего, ссылка будет на образы и воображение.Таким образом, воображение стало особенно ассоциироваться с размышлениями о вещах, которые на самом деле в настоящее время не присутствуют в чувствах: о вещах, которых на самом деле нет.

    Некоторые из преемников Аристотеля имели тенденцию делать упор на концептуальном разделении понятий воображения и sensus communis . Таким образом, раннехристианские и средневековые анатомы часто располагали sensus communis на передней части первого желудочка мозга, готовой к восприятию чувственных впечатлений, тогда как воображение располагалось на задней части этого желудочка (или даже во втором желудочке), и отвечал за удержание и, возможно, объединение полученных изображений и передачу их обратно в другие желудочки и способности (где они могли использоваться в мыслях или сохраняться в памяти). Иногда воображение также может быть ответственным за объединение различных частей изображения в химерические формы.

    Этот последний тип процесса дал бы индивидуальному разуму определенную степень свободы и возможности для идиосинкразии, которые вряд ли были бы доступны для других традиционных способностей, ограниченных реальностью и законами логики. Это также, конечно, привело бы к появлению образов, даже более удаленных от настоящей действительности, чем образы, извлеченные в неизменном виде из памяти, и, следовательно, даже более типично воображаемых.В этом ключе мы иногда находим современных писателей, которые проводят различие между «образами памяти» и «образами воображения» или даже ограничивают использование «воображения» (и, a fortiori , «воображаемого») мыслями о вещах, которые имеют никогда не испытывал (или еще никогда). (По какой-то причине слова, происходящие от оригинального греческого термина, такие как «фантазия», «фантазия» или «фантазм», похоже, стали обозначать нереальность даже сильнее, чем «воображение» и родственные ему. Стоит отметить, что некоторые средневековые авторы, обнаружив, что доступны как греческие, так и латинские термины, действительно пытались провести функциональные и анатомические различия между imaginatio и phantasia , но четкого консенсуса в отношении того, как это различие должно было быть проведено, не наблюдается. , и эти попытки кажутся маловероятными, чтобы существенно повлиять на более недавнее использование.)

    Современное использование

    Другие древние и средневековые авторы, однако, были более склонны подчеркивать основную идентичность воображения и здравого смысла, и эта интерпретация, вероятно, получила более широкое распространение с увеличением доступности более точных аристотелевских текстов и переводов в позднем средневековье и в эпоху Возрождения. .Мы находим эту тенденцию даже у такой сознательно антиаристотелевской фигуры, как Декарт, который в «Трактате о человеке » явно отождествляет как sensus communis , так и воображение с поверхностью шишковидной железы, на которой находятся изображения ( ideés ) как чувства, так и памяти или воображения. Хотя важно не путать эти «телесные идеи» с «ясными и отчетливыми идеями», которые играют столь важную роль в эпистемологии Декарта, определенно не случайно, что место картезианского воображения / sensus communis , Поверхность шишковидной железы также является привилегированным местом взаимодействия разума и тела, стержнем, который скрепляет два метафизических мира картезианства.Как и в случае с Аристотелем, воображение является посредником между телесными чувствами и (теперь бестелесным) рациональным умом.

    После концептуальных революций 17 -го -го века аристотелевская концепция sensus communis в значительной степени исчезла из философских дискуссий, и, поскольку функции, которые ей приписывались, считались интересными, они, вероятно, были прямо приписаны воображению.В эмпирической традиции изображения под рубрикой «идеи» стали более чем когда-либо рассматриваться как выдающаяся, даже единственная форма ментального содержания. Юм действительно часто использует «воображение» как виртуальный синоним «разума». Это достаточно разумно, поскольку он рассматривает разум как не более чем связку образов (впечатлений и идей), а познание — как вопрос их превратностей и ассоциативных взаимодействий. Но даже для Юма воображение играет особую роль в восприятии. Он несет ответственность (благодаря тому способу, которым он автоматически связывает сходные и смежные впечатления) за нашу естественную склонность верить в существование реальных и устойчивых объектов, существующих вне ума.Точно так же (поскольку он также имеет тенденцию ассоциировать похожие впечатления или комплексы впечатлений с определенными словами ) он отвечает за то, как мы классифицируем вещи по видам (например, рассматриваем Ровера и Фидо как собак).

    В некотором смысле для Юма эти последние функции воображения являются дефектами человеческого разума. Философский анализ (утверждает он) показывает, что наша естественная вера (порожденная воображением), что мир содержит различные объекты различного типа, не может быть рационально обоснована. Кант приписывает аналогичные функции воображению [ einbildungskraft ], но без такого скептического уклона. Воображение делает возможным познание феноменального мира, синтезируя бессвязное сенсорное многообразие в репрезентативные образы, подходящие для понятий. Кантовское воображение, в этом отношении, кажется, в широком смысле, играет примерно ту же роль, что и аристотелевское sensus communis . Однако к настоящему времени стало ясно, насколько плохо мы понимаем, как может работать любой такой факультет.Кант отвергает чисто ассоциативную концепцию Юма и утверждает, что образный синтез должен управляться априорными правилами или схемами , но то, как они действуют, — это «искусство, скрытое в глубинах человеческой души, чьи реальные способы деятельности природа вряд ли когда-либо позволит нам открыть »( Critique of Pure Reason A141-B181). Вопрос о том, как у нас могут возникнуть значимые ментальные репрезентации, остается неясным (или, по крайней мере, очень спорным) по сей день.

    С подъемом романтического движения во второй половине 18-го, 9-го, 9-го и 9-го века, основной акцент в обсуждениях воображения сместился с когнитивной теории и эпистемологии на его роль в оригинальном творческом мышлении, особенно в искусстве. Эта роль была признана, по крайней мере, еще в работах Флавия Филострата (ок. III в. Н. Э.). Кроме того, неудивительно, что воображение долгое время занимало место в дискуссиях о природе снов и видений.То, что произошло с романтизмом, было не столько переосмыслением воображения, сколько переоценкой определенных концепций, которые долгое время были с ним связаны. Оригинальность, страсть, нереальное и нерациональное мышление, которые в прежние времена обычно осуждались, внезапно получили новую, строго положительную оценку. Таким образом, запас воображения как способности, предположительно ответственной за подобные вещи, также резко вырос. В этом культурном контексте тот факт, что его работа была загадочной, стала скорее преимуществом, чем помехой. Гиперболическая похвала воображению стала обычным явлением в романтических произведениях, а некоторые романтические афоризмы на эту тему стали (и остаются) интеллектуальными банальностями. Хотя некоторые авторы-романтики, в первую очередь Сэмюэл Тейлор Кольридж, действительно пытались разработать новую философию воображения, адекватную его новому высокому статусу, на самом деле они в значительной степени полагались на Канта и посткантианский немецкий идеализм (и Плотин, который сам во многом полагался на Аристотеля). ), и результаты, хотя и наводящие на размышления и много цитируемые, (с философской точки зрения) фрагментарны и в значительной степени непоследовательны.Тем не менее для многих интеллектуалов «воображение» остается термином, имеющим огромное культурное значение, но его основная ассоциация связана с эстетической теорией, а не с эпистемологией, и к которому наиболее естественно сначала приступить через изучение идей литературных деятелей, таких как Кольридж.

    Современное использование

    Хотя один крупный философ (Сартр) написал две книги о воображении в начале своей карьеры, к середине двадцатого века эта тема стала совершенно немодной в философских кругах. Большинство философов-аналитиков, к которым они вообще проявляли интерес, похоже, стали сомневаться в существовании воображения. Гилберт Райл заявил в «Концепция разума », что «не существует особой способности воображения, которая целенаправленно занималась бы воображаемыми представлениями и слушаниями» (1949), и вскоре эта точка зрения стала широко принятой. Было указано, что, хотя глагол «воображать» в некоторых контекстах , кажется, используется для обозначения наличия образов, в других контекстах это не так.Например, не сразу становится очевидным, что представление о том, что гипотеза Гольдбаха доказана, включает (или даже может включать) образы каким-либо центральным образом. Такое воображение больше похоже на предположение или просто ложную веру, чем на визуализацию. В других контекстах «воображение», кажется, используется более близко к «притворству» или «размышлению о возможности». Спрашивалось, как можно разумно предположить, что все эти разнообразные виды умственных действий являются результатом работы единой, единой умственной способности.

    В равной степени можно спросить, как можно считать некоторые банальные факты об использовании языка серьезным вызовом ключевому компоненту когнитивной теории, которая доминировала в западной мысли почти с момента ее зарождения. (Есть хот-доги, паргелий, концы собаки, и собака день после обеда, и упорное исследование может включать в себя сторожит чьи-то шаги. Никто из них не связаны с собачьей извесно, но, в равной мере, ни один из этих выражений не поднимать малейшие сомнения в существовании такие существа.Без сомнения, одним из факторов была реакция на излишки романтической риторики, но, что более важно, традиционные теории познания, ориентированные на образы, стали предметом сомнений по совершенно другим причинам. Сочетание лингвистического поворота в философии и бихевиористского поворота в психологии (частично вдохновленного психологией «безобразного мышления» Вюрцбургской школы) привело к широко распространенному мнению о том, что мышление в конечном итоге основано на языке, а не на образах. и сильная критика давно принятых теорий языкового значения, основанных на образах, была выдвинута в трудах таких философов, как Фреге, Витгенштейн и Мориц Шлик.Джон Б. Уотсон (1913), влиятельный зачинщик бихевиористского движения в психологии, зашел так далеко, что поставил под сомнение само существование образов, и, хотя немногие философы зашли так далеко, разоблачительный тон, сделанный по отношению к этому понятию мыслителями столь разнообразными, как Райл и французский писатель Ален привели к созданию философской атмосферы, в которой его обычно не воспринимали всерьез. Конечно, это больше не было повсеместным в когнитивной теории, как раньше, и мы не должны удивляться тому, что в таких обстоятельствах стало трудно увидеть какую-либо объединяющую нить во всех разнообразных употреблениях «воображать», которые возникли на протяжении веков. еще меньше теоретической потребности в способности воображения для их объяснения.

    Ситуация несколько изменилась в 1960-х — начале 1970-х годов, когда (благодаря усилиям когнитивных психологов, таких как Аллан Пайвио, Роджер Шепард и Стивен Кослин) образы снова стали респектабельной темой для экспериментальных психологических исследований. Примерно в то же время соображения о необходимости объяснительной структуры, способной управлять когнитивными процессами у высших животных и младенцев (в частности, изучение первого языка), уводили теоретиков от теорий, которые предполагали, что «естественный» (фактически разговорный) язык является репрезентативно базовый.Однако образам еще далеко до того, чтобы вновь обрести признание в качестве фундаментальной формы ментальной репрезентации, и современные теории формирования образов вряд ли претендуют на центральное место в когнитивной теории, когда-то занимавшееся воображением. В современной когнитивной науке образы обычно рассматриваются как просто репрезентативно зависимый вспомогательный элемент для других, более фундаментальных и «абстрактных» форм ментального представления, будь то псевдоязыки «классических» теорий искусственного интеллекта (философски представленные Джерри Фодором » mentalese »), весовые пространства и паттерны активации коннекционизма, аттракторы в хаотических нейродинамических системах или что-то еще.

    Но если такие вещи действительно лежат в основе наших мыслительных процессов, мы определенно не сознаем их как таковые, и, таким образом, их отношение к объяснению сознательных мыслей может показаться в лучшем случае косвенным. Однако люди часто осознают образы, и остается весьма спорным ( против интроспекторов Вюрцбурга), что все сознательные ментальные содержания имеют имагинальный / перцептивный характер. Возобновившийся недавно интерес к попыткам разработать научное объяснение сознания может, таким образом, открыть путь к тому, чтобы снова всерьез принять во внимание воображение / sensus communis .

    Воображение и возможности

    Еще одна проблема, заслуживающая упоминания. Согласно Юму, «это устоявшаяся максима метафизики, что … ничто, что мы воображаем, не является абсолютно невозможным. Мы можем сформировать идею золотой горы и из этого сделать вывод, что такая гора действительно может существовать. Мы не можем сформировать никакой идеи. горы без долины, и поэтому считаю это невозможным «. (Трактат, I, II, 2). (Обратите внимание, что для Юма «идея» явно означала мысленный образ.Похоже, он имел в виду, что все вообразимое возможно, и, наоборот, если что-то невозможно, это также невообразимо. Многие философы сочли этот взгляд важным и привлекательным. Конечно, для метафизиков было бы очень удобно, если бы существовала ментальная способность, способная обеспечить надежный тест на возможность!

    Однако максима Юма очень сомнительна. Хотя примеры, которые кажутся благоприятными, можно умножить, также нетрудно найти очевидные контрпримеры.Мне кажется, что я не способен представить искривленное пространство-время, но мне достоверно известно, что это не только возможно, но и актуально. И наоборот, бесчисленные любители научной фантастики воображали, что они путешествуют быстрее света, что предположительно невозможно. Возможно, какую-то версию максимы можно спасти с помощью достаточно изобретательных маневров, возможно, включая ограничение ее объема тем или иным подвидом возможности (возможно, это применимо к логическим, концептуальным или метафизическим, но не к физическим возможностям), но такие проблемы лежат далеко за пределами этого обсуждения.Тем не менее, стоит упомянуть, что максима не имеет большого значения, если воображение интерпретируется по образцу тех, кто отрицает его существенную связь с образами. Ясно, что мы можем притвориться или ошибочно полагать, что невозможное возможно, и мы предполагаем невозможность каждый раз, когда устанавливаем здравое доказательство reductio ad absurdum. С другой стороны, если «воображение» следует понимать (как утверждают некоторые недавние философы) как нечто вроде «способности, предвидящей возможности» (Rorty, 1988; c.f. White, 1990), то максима Юма может показаться верной, но тривиальной. Но кто, кроме философа, мог бы мечтать отрицать, что воображение связано с образами?

    Найджел Дж. Т. Томас

    Воображение и искусство — Журнал Interalia Журнал Interalia

    Приближается буря. Масло на панели

    Открытие воображения

    Это вызов — попытаться запечатлеть нарисованными мазками то, что все время движется и меняется; движущиеся облака, отражения и цвета; каждую секунду ландшафт меняется и обновляется тонкими трансформациями

    Опыт изготовления чего-либо из сырья прост и фундаментален.Холод глины, запах льняного масла, знакомое ощущение деревянных инструментов или кистей соединяют вас со стихией. Со временем процесс выбора правильного цвета и качества краски становится бессознательным и инстинктивным. Во время покраски принимаются сотни решений — от мельчайших изменений до полного уничтожения предыдущей работы.

    Картина становится проводником идей и чувств, которые исследуются на бессознательном уровне во время построения слоев. Живопись помогает привнести «чувство» в более глубокую и универсальную сферу.

    Когда я рисую, я ищу предполагаемые формы и формы на заднем плане, почти как при археологических раскопках, вытаскивая появляющиеся изображения, а затем создаю сцену. Это увлекательный способ работы. Как-то нужно отдаться процессу… и тогда картина раскрывается.

    Возвращение. Картон, масло

    Обращение к краю, необходимость повернуться лицом к самому себе

    Во время рисования я наблюдаю сильные и слабые стороны изображения. Часть процесса — это поиск слабых мест в картине, которые необходимо улучшить, чтобы они прочно удерживались вместе с другими.Я вижу свою страсть, лень, волнение и усталость по мере развития картины. Спрятаться негде. Иногда ошибки и драматические решения могут привести к действительно интересным результатам и сохранить свежесть жизни картины.

    Работа с целью и в то же время позволяющая естественному течению картины имеет для меня глубокий символизм.

    Я надеюсь сохранить сильную волю и цель в жизни, но не за счет устранения «великих неизвестностей», которые приносит жизнь. Я хочу быть достаточно открытым, чтобы извлекать уроки из жизни и доверять ей, даже если она открывает вам глаза.Это как быть на грани.

    Меня интересует именно эта грань — промежуточное, энергия между вещами, потенциал для перемен. Есть что-то в том, чтобы посвятить себя картине, которая посвящает себя открытию неизвестному, что включает в себя шанс неудачи, а также радость. Это мощное место.

    Вы должны столкнуться с гранью своих глубочайших вопросов. Всегда начинайте с вопроса… а затем снимайте слои, чтобы раскрыть собственное правдивое переживание реальности.Жизнь разворачивается так, как мы не можем себе представить; обращая пристальное внимание на наши желания, то, что нас привлекает и зовет, может помочь нам понять, где мы вписываемся, может создать естественный поток смысла и подлинности в нашей жизни.

    Правдивость

    «Верен ли я самому себе, следовательно, верен ли я миру?»

    В некоторые дни я могу вернуться домой и чувствовать, что мое сознание полностью изменилось, а в другие дни я чувствую себя застрявшим в старых моделях и неуверенности в себе.

    Я замечаю тишину, которая скрывается под каждой бурной картиной — как писатель, который становится свидетелем того, как один и тот же персонаж снова и снова входит в историю.Это чувство неподвижности может быть невероятно мощным из-за того, что находится под ним. Это напряжение между тишиной на поверхности воды и глубокими течениями под ней.

    Что это за аспекты, которые так загадочно возникают?

    В детстве воображение ощущалось как лужа хаотических и бурных образов, в которых можно было исследовать, место абсолютной свободы, но немного вышедшее из-под контроля. Воображение обсуждалось в довольно уничижительных терминах как «сверхактивное» или как «все, что есть в вашем воображении».

    Любимые люди делают все возможное, чтобы защитить нас, но нам повезло, воображение вступает в игру, и мы можем задать собственных вопросов, необходимых для нашего уникального путешествия по жизни.

    Это высшая свобода человеческого духа. Когда я был молодым художником, я был очарован изображениями и персонажами, которые появлялись и снова появлялись на рисунках, и я понял, что они имеют глубокий символизм, который я не понимал, но знал, что это тоже часть меня.

    Деталь. Незаконченная работа

    Я помню, как подумал … нет языка для этого чувства …

    Мир воображения имел такой же вес, что и моя реальность — с его бесконечной тайной и откровением. Мое тело не могло справиться с таким количеством переживаний, будь то чувство власти, нервозности, застенчивости, любви или страха. Я был счастлив и удивлен, когда начал работать с воображением и увидел прекрасную помощь, которая пришла на моем пути, когда я решил быть верным.

    Чары. Масло на панели

    Как художник, вы вступаете в отношения. Вы встречаетесь лицом к лицу с картиной, и картина смотрит на вас, вещи происходят, и вы становитесь их свидетелями. Мы должны рисковать и доверять тому, что появляется. Сесил Коллинз, художник и провидец, однажды заявил, что:

    «Картины уже во мне — как семена в саду…»

    Часто скульпторы говорят, что им кажется, что форма их готового изделия все время ждала внутри камня и что они только что открыли его.

    Мы вступаем в разговор с произведениями искусства, будь то стихотворение, картина или музыкальное произведение. Мы входим в тот мир, который создан для нас, и он может иметь огромное личное значение.

    Происходят ли эти проявления творчества из воображения или воображение — это портал , , который открывает это пространство и позволяет вести беседу?

    Когда мы становимся свидетелями опытной танцовщицы, мы поражаемся красотой и уверенностью ее движений.Мы используем такие термины, как «одаренный» или «одаренный богом», но на самом деле мы отвечаем на ее близкие отношения тем, что ее тело уже знает.

    Она вовлечена в поток или более глубокую мудрость, которая находится внутри нее. Ее целеустремленность и практика увеличивают ее силу как художника, и мы испытываем чувство благоговения, когда становимся свидетелями плавности ее искусства.

    Для меня воображение открывает нам глубокую мудрость. Конечно, иногда мы не всегда можем понять наши мечты и желания, но я чувствую, что они поддерживаются поддерживающей платформой врожденного присутствия.

    Именно это присутствие или постоянный свет, кажется, проникает в жизнь за пределами студии и заменяет экзистенциальные вопросы из моей юности.

    Я думаю, что неплохо задать себе вопрос: когда я чувствую себя наиболее живым? Для меня, когда я в «потоке» художественной практики, не осознавая времени и принадлежащий какому-то другому ритму.

    Время входа и выхода.

    Когда есть понимание и истинное принятие через дружбу. Истинная связь — экстаз.Когда ветерок касается вашего лица, и вы наблюдаете природу всем своим существом, это для меня экстаз.

    Этот открытый канал — это как-то похоже на смерть. Так что, возможно, смерть — это форма возвышенного экстаза.

    Тогда есть отчаяние, когда нет ощущения связи, нет танца, нет союза — некоторая экзистенциальная пустота. Мой друг-художник в кризисной ситуации недавно сказал мне: «Я не умею рисовать, поэтому я потерял связь с Богом».

    Учиться быть свободным

    Когда мы входим в пространство воображения, мы начинаем испытывать такие концепции, как вечность, и встречаемся с совершенно другим представлением о приоритетах, которые ожидаются от повседневного западного общества.

    Мир возможностей. Масло на панели

    Мир воображения открывает нам чувство возможности, которое также может вызывать страх, отсюда и предупреждения наших близких. Мы, возможно, боимся «сойти с ума» или потерять связь с реальным миром. Мы опасаемся, что предложить другой взгляд на то, что может быть высмеянным или не соответствовать «норме», которую Шекспир сказал о Воображении:

    «Это пророческая душа всего мира, мечтающая о будущем»

    И больше всего я считаю, что нам не хватает уверенности в себе, что мы можем создать свои собственные моральные кодексы и границы на основе глубокого жизненного опыта бытия людьми.

    Мы можем чувствовать себя совершенно потерянными в бездне безвременья и в то же время обретаем достаточно сил, чтобы появиться и считаться нашим собственным уникальным способом.

    Вера в то, что мои образы могут научить меня чему-то, поставила меня на путь открытий, которые дали мне прямую связь с жизнью.

    Поэтическое воображение

    Обнаружив идею «Поэтического воображения», я почувствовал, что возвращаюсь домой. Наконец что-то уладилось, и я понял, что именно так я переживаю жизнь.

    Открытие поэтическому воображению может быть невероятно изолирующим и глубоко блаженным, когда вы признаете, что связи, установленные с другими, могут быть высочайшего и истинного рода.

    Однако трудно поддерживать открытость и уязвимость, которых требует эта жизнь. Это может быть утомительно, чтобы поддерживать себя в «нормальной» семье и на работе — скорее, как потоки, текущие друг против друга время от времени.

    Искусство не останавливается и начинается в студии. Откровения и отчаяние изменяют вас и проникают в вашу жизнь; отчаянная потребность в одиночестве, подведение итогов — где я сейчас? Пытаемся следовать одухотворенному потоку, в который нас приглашает наш дух.

    Сбои в работе могут оказаться очень утомительными из-за того, сколько инвестиций в первую очередь уходит на их достижение.

    По мере того, как наша жизнь открыта для воображения, наши отношения с ним укрепляются. Воображение создает обширный рассказ о нашем прошлом и настоящем. Это место, где мы можем быть абсолютно свободными.

    Великая тайна. Масло на панели

    Ценить наше творческое воображение необходимо для нашего общества. Художники предлагают видение, изобретение, воображение и оригинальное мышление — все аспекты человеческого существа, которые помогают нам развиваться.

    С годами я почувствовал сдвиг, когда воображение играет вспомогательную роль в моей жизни. Я не боюсь его простора. Воображение для меня по-прежнему является ресурсом, но все же происходит нечто более глубокое и глубокое. Сила воображения играет сейчас серьезную и устойчивую роль в моем жизненном пути.

    Кажется, что живопись и поэзия, помимо прочего, укрепляют мои отношения с ними и, следовательно, мои отношения ко всем вещам.

    Творческий процесс, которым я занимаюсь, основывает всю свою жизнь.Блокноты и изображения дают представление о «душе», и это уникальное место в этом мире, как и все мы. Образы выражают более глубокое универсальное «человеческое состояние». Когда вы осознаете это, это учит вас смирению.

    Искусство для меня — это форма молитвы.

    Морской пейзаж. Масло на панели

    Воображение безгранично. Его открывают и закрывают наши уровни защитного и защитного слоев. Это рядом с нами, внутри нас, вне нас, это восприятие; это точки встречи между людьми.Это пророчество и вневременное путешествие, сочувствие и ничто одновременно.

    Древо тоски. Масло на панели

    Поэт говорит о поцелуе

    Это конец всей жизни
    Бог однажды видел
    Сквозь прозрачную щеку

    Совершенство в нашей сломленности
    Мы держимся вместе
    Затмение

    Через все измеренные часы
    Дня

    Через все золотые пути
    Желания

    Название не найдено

    Только свет

    Только тишина

    Хелен Гаррет 2014

    Получите полный опыт
    Прочтите оставшуюся часть этой статьи и просмотрите все статьи всего за 10 фунтов стерлингов в течение 3 месяцев.

    Подпишитесь сегодня

    Искусство, Творчество, Воображение

    О Хелен Гарретт

    Хелен Гарретт работает профессиональным художником в течение пятнадцати лет, продавая свои картины частным лицам и за рубежом. Ее картины были описаны как «глубоко духовные» и «английские романтические традиции». Просмотреть все сообщения с Хелен Гарретт →

    Воображение и преобразования в устойчивое и справедливое будущее | Elementa: Наука антропоцена

    Способность отдельных лиц и групп выявлять, оценивать и преследовать альтернативные возможные варианты будущего является важным компонентом их способности сознательно и коллективно реагировать на основные проблемы устойчивости, а не испытывать неуправляемые или принудительные изменения.Сознательное участие в процессах трансформации неизбежно требует воображения. Мы называем воображение преобразований взаимозависимыми когнитивными и социальными процессами, которые создают представления о настоящих и возможных будущих состояниях мира, которые могут информировать общественное обсуждение, политику, принятие решений и поведение от индивидуума до глобального масштаба. Мы утверждаем, что воображение — это необходимая способность для обеспечения экологического, социального, экономического и культурного благополучия во времена быстрых и часто непредсказуемых глобальных изменений.Мы делаем набросок новой программы междисциплинарных исследований воображения как способности к трансформации и ее роли в процессах трансформации, основываясь на материалах, внесенных в специальный выпуск по этой теме. Мы специально фокусируемся на воображении в связи с преобразующей силой, причинно-следственной связью и индивидуально-коллективной динамикой. Наша цель — выявить наиболее актуальные исследовательские вопросы и проблемы с целью поддержки усилий по преобразованию в направлении устойчивости.

    В рамках глобальной экологической науки висящий, существует обеспокоенность по поводу сохраняющейся неспособности создать пути в направлении более устойчивого и справедливого будущего и что это может быть, по крайней мере частично, из-за тройной провал воображения.Во-первых, значительные риски, связанные с глобальными экологическими проблемами, особенно их долгосрочное воздействие на все аспекты сообществ, культур и обществ по всему миру, кажутся трудными для понимания и адекватного реагирования в тех масштабах, которые имеют значение (Milkoreit, 2017). Во-вторых, может быть нехватка социологического воображения — способности видеть социальные структуры, которые постоянно воссоздают и укрепляют наши текущие условия окружающей среды (Mills, 1959; Norgaard, 2017). Хотя эти две неудачи касаются коллективного понимания нынешних реалий, третья неудача относится к коллективной способности представить богатый и подробный набор возможных вариантов будущего (Bendor, 2018), а также различные варианты и пути, которые приведут к ним (Wapner, 2016). ).

    Тем не менее, среди этой озабоченности и различных призывов к действию генерируются и формулируются творческие, сильные и постоянно растущие фантазии, как описывают Андерсон и Джонс (2015), на стыке антирасизма, антиколониализма и феминизма. движения и наука, цифровые медиа, метафизика, спекулятивные исследования будущего, религия, визуальные исследования, перформанс, искусство и философия науки. Эти работы критикуют апокалиптические дискурсы о «конце света», в значительной степени движимые белой ученостью, утверждая, что пережить колониализм, рабство, системное угнетение и многое другое означает уже столкнуться с концом мира (например.г., Уайт, 2018; Митчелл и Чаудхури, 2020). Посредством множества космологий и онтологических ориентаций на будущее — а не просто точки на линейной временной шкале — ученые предлагают воображаемые альтернативные способы существования, подчеркивая необходимость трансформировать все, что создает несправедливость и неустойчивость в настоящем (например, Винтер, 2003; МакКитрик, 2015; Чан, 2016; Черногория, 2017; Барбер, 2018; Уайт, 2018; Уэр, 2020).

    Рассматривая эти литературные источники, очевидно, что две концепции — воображение и трансформация — важны друг для друга.Однако понимание этих концепций было получено в различных дисциплинах, включая когнитивную науку, политологию, феминистскую теорию, афро- и азиатский футуризм, социальную психологию, социологию, исследования науки и технологий, современную литературу, художественную литературу коренных народов и научную фантастику, а также экология. Попытки обобщить идеи, полученные из этого фрагментированного и быстро растущего массива знаний, важны для создания руководства в текущих процессах трансформации.

    Эта специальная статья посвящена реагированию на неотложные и растущие призывы к преобразованиям перед лицом парадоксального отказа воображения и его одновременной активации.Мы начали этот проект с ряда вопросов, самое главное, как воображение влияет на трансформации? Какова взаимосвязь между воображением, властью и управлением, и как политика воображения влияет на развертывание (или нет) преобразований к устойчивому и справедливому будущему? Как когнитивные, социальные и экологические факторы влияют на воображение и, в свою очередь, на трансформацию? Целью этой специальной статьи не было дать исчерпывающие ответы на эти важные и устойчивые вопросы.Вместо этого мы стремимся создать богатую междисциплинарную беседу, которая начнет закладывать основу для последовательной исследовательской программы, которая могла бы почитать и объединить ученых из разных дисциплин.

    Чтобы добиться этого, статьи, собранные в этом Специальном выпуске, были проинформированы конкретными определениями каждого из этих терминов: воображение и трансформация. Мы приводим эти определения ниже на основе обзора литературы.Обзор литературы также выявил три темы (теоретические линзы), которые формируют основу новой аналитической основы для понимания взаимосвязи между воображением и трансформацией: (1) роль воображения в трансформирующем действии, (2) потенциальная причинная сила воображения в процессы трансформации и (3) воображение как компонент динамических отношений между индивидом и коллективом. Затем мы применяем эту элементарную аналитическую структуру к коллекции статей в этой специальной статье.Как и ожидалось, возникает больше вопросов о концепции развития коллективных способностей к воображению в отношении преобразований к устойчивому и справедливому будущему, и, таким образом, мы завершаем рассмотрение областей для изучения в будущем, междисциплинарных и междисциплинарных исследований.

    Воображение, как правило, связано со способностью генерировать в уме идеи о вещах, которые не могут быть восприняты чувствами, включая альтернативные или вымышленные реальности.Это связано с различными психическими процессами, включая обучение, создание смысла и творчество (Zittoun and Cerchia, 2013). Важно отметить, что, как указали Кинд и Кунг (2016), воображение выполняет по крайней мере две, на первый взгляд, противоречивые функции. С одной стороны, необходимо познавать мир таким, какой он есть или был, и приобретать новые знания посредством (ре) конструирования (Salis and Frigg, 2019) — в целом, чтобы получить понимание социальной реальности. С другой стороны, воображение служит формой свободы от (Kind and Kung, 2016) или даже сопротивления реальности (Marcuse, 1966; Stoetzler and Yuval-Davis, 2002).Выполняя эту вторую функцию, воображение может служить резервуаром идей, защищенным от проблем, создаваемых различными формами рациональности (Freud, 1958; Hairston, 2016), и может способствовать новизне и изменениям. Способность воображения облегчать уход от реальности путем мысленного генерирования альтернатив, будь то вымышленные миры, утопические или антиутопические варианты будущего (Stoetzler and Yuval-Davis, 2002), является ключевой для многих процессов социальных изменений, особенно для социальных движений (Hawlina et al. al., 2020). Вместе эти две функции позволяют людям как познавать реальность, так и, возможно, изменять ее.

    В последнее время исследования в области когнитивных наук были сосредоточены на конкретном измерении второй функции: воображение как мышление в будущем или «прогнозирование» — ментальные процессы, участвующие в конструировании сцен будущего или нового опыта (Gilbert and Wilson, 2007; Szpunar et al. др., 2014 ?; Томас, 2019). Психические процессы «симуляции будущих событий» (Szpunar and Schacter, 2018), по-видимому, разделяют общий механизм мозга с памятью, то есть симуляцию прошлых событий и воображение вымышленных миров (Mullally and Maguire, 2014).Эта ссылка поднимает важные вопросы о роли воображения в преобразовательных изменениях.

    В той степени, в которой создание когнитивного будущего включает в себя адаптивное использование информации, основанной на опыте, для прогнозирования будущих событий (Schacter et al., 2007), (коллективное) воображение может быть ограничено «исходным материалом», обеспечиваемым (коллективной) памятью. и опыт. Эти ограничения особенно важны для процессов трансформации, которые стремятся создать системные изменения и требуют некоторого отхода или отстранения от прошлого и настоящего состояний.Кроме того, если создание воспоминаний, то есть создание нового исходного материала для представления будущего, включает в себя восприятие мира с помощью человеческих чувств, наши сенсорные ограничения делают воображение для преобразований устойчивости особенно сложным. Мы не можем видеть, трогать или обонять предметы, места или существ, которые могут существовать в альтернативном будущем. Художественная литература и технологии могут расширить эту возможность интересными способами, но они всегда будут руководствоваться, если не контролироваться, намерениями и планами тех, кто пишет и публикует художественную литературу или разрабатывает технологию (например,g., создатели фильмов или специалисты по искусственному интеллекту). Однако многие сообщества и общества переживают текущие глобальные изменения окружающей среды как форму «возврата в будущее» (Dillon, 2016; Whyte, 2017) — продолжение и усиление социально-экологических изменений, которые впервые появились в форме колониализм (Дэвис, Тодд, 2017; Уайт, 2018; Юсофф, 2018). В этих обществах память — это исходный материал, который включает в себя реальный жизненный опыт уже пройденных крупных социально-экологических преобразований (Scott, 2016; Whyte, 2018).

    Когнитивная наука также проливает свет на важность эмоций в процессах воображения (например, Duncan and Barrett, 2007), особенно, как Макинтайр и Грегерсен (2012, стр. 193) утверждают, что «эмоции могут быть ключом к мотивационным качествам воображаемого. будущее «я». Другими словами, исходные данные для действий в настоящем отчасти генерируются эмоциями, активируемыми в ответ на воображение будущего.Этот аргумент можно распространить на коллективные видения будущего и их потенциал мотивировать коллективные действия в настоящем, то есть порождать коллективную свободу действий.

    Пока что растущая эмпирическая работа о будущем мышлении, связанном с устойчивостью (например, Pereira et al., 2018; Hamann et al., 2020), нуждается в дальнейшей связи с когнитивной теорией, если мы хотим понять, как, например, правила эмоциональной согласованность в индивидуальных умах (Thagard, 2006) разыгрывается, чтобы позволить или ограничить видение будущего.

    Хотя когнитивные науки в первую очередь занимаются генеративными процессами воображения, социальные науки добавляют по крайней мере два критических набора вопросов, касающихся природы воображения и его роли в преобразованиях устойчивости. Во-первых, как социальная, культурная и политическая принадлежность индивидуального воображения влияет на его содержание? Во-вторых, какова связь между когнитивным воображением и социально-экологическими изменениями?

    Хотя когнитивные науки рассматривают воображение как умственный процесс, исходные данные для генерации идей, ценностей, сцен и эмоций в нашем сознании основаны на нашем повседневном опыте социальных и природных миров, включая взаимодействие с другими, и находятся под его влиянием. участие в учреждениях и опыт нашей интеграции в искусственную и природную среду.Таким образом, представления о будущем формируются под влиянием социальных, физических и экологических реалий сегодняшнего дня (Thagard, 2014; Levy and Godfrey-Smith, 2019). Социологи назвали это ситуативным воображением (Stoetzler and Yuval-Davis, 2002), которое обусловлено, хотя и не полностью определено, социальным позиционированием. Личные отношения и сети, членство в группах, политические и экономические институты или социальные нормы — все это внешне по отношению к разуму, но влияет на «контуры» воображения (Mische, 2009).

    Политологи и некоторые исследователи будущего подчеркивают важность власти и возможность контролировать и (де) мобилизовать процессы воображения через существующие структуры, нормы и институты, но они также показывают, что одни и те же процессы воображения могут иногда разрушать гегемонистские взгляды как единственно возможную реальность (Anderson, 2016; Wapner and Elver, 2016), версия эпистемологического разрыва Винтера (2006).В свою очередь, эта работа подчеркивает, как даже процессы с намерением представить совместное будущее становятся важными — и малоизученными — участками политического влияния и неравенства (Vervoort and Gupta, 2018). В то же время ни когнитивисты, ни социологи не уделяли достаточного внимания природе как фактору, формирующему индивидуальное и коллективное воображение. Как утверждает Милкорейт (2017, стр. 3), «Природа — это не просто фон для социального воображения и перемен; он активно формирует то, что может быть и что воображается.Короче говоря, воображение нельзя понимать просто как собственное.

    Один из самых интересных вопросов, связанных с ролью воображения, касается его потенциального вклада в создание преобразующих изменений. Как утверждают Стетцлер и Юваль-Дэвис (2002, стр. 324), «для того, чтобы изменить реальность любого конкретного общества, воображение или фантазия являются необходимым ресурсом», то есть воображение обеспечивает альтернативы реальности, которые могут мотивировать изменение порядка вещей в настоящее время.Чтобы понять причинную силу воображения, важно связать индивидуальную шкалу — мои представления о моем будущем и его последствиях для моего поведения — и коллективную шкалу. Как разделяются индивидуальные взгляды на будущее и как они влияют на коллективное поведение, нормативные или институциональные изменения? Мы признаем, что рассматривать индивидуум и коллектив как отдельные люди проблематично, например, с точки зрения того, как многочисленные мировоззрения и системы убеждений воспринимают людей как всегда связанных между поколениями в пространстве и времени (Scott, 2016).С аналитической точки зрения это различие может быть полезным, так как позволяет исследовать механизмы, которые связывают и образуют индивидов и различные коллективные группы. Таким образом, мы снова утверждаем, что ваше воображение никогда не бывает просто вашим собственным. Психические процессы человека могут способствовать процессу коллективного воображения, а видение коллектива может влиять на индивидуальный когнитивно-эмоциональный опыт и действия человека.

    Важный компонент взаимодействия индивидуального и коллективного воображения касается построения идентичностей, социальных групп и будущего, предпочитаемого этими группами (Андерсон, 1983; Бек, 2011; Митчелл и Чаудхури, 2020).Кроме того, если воображение понимается как способность представить себе как пути в различные виды будущего, так и связанные с ними идентичности наших собственных желаемых будущих я или будущих сообществ, упражнение в воображении становится источником преобразующей силы. Необходимы более теоретические и эмпирические исследования вклада когнитивного и индивидуально-коллективного мышления будущего в трансформационную активность.

    В целом, хотя ученые в некоторой степени исследовали индивидуально-познавательные процессы воображения и активно участвовали в понимании коллективной социальной природы воображения, то, как эти две сферы воображения взаимозависимы и взаимодействуют на разных уровнях, поднимает новые вопросы.Мы стремимся связать растущее понимание когнитивных аспектов воображения, социологическую работу по социальным взаимодействиям и политический анализ власти и институционализированного авторитета во взаимосвязи с ролью воображения в преобразованиях. Каждый из них является частью мысленного и социального конструирования реальности и ключевым компонентом ее преобразования. Эти различные измерения воображения имеют отношение к проявлению преобразующей силы и могут иметь различные причинные эффекты на сложные процессы трансформации.

    Ряд теоретических взглядов предполагает, что преобразования имеют несколько фаз (Olsson et al., 2004; Loorbach et al., 2020), которые могут происходить в течение длительных периодов времени. Недавний сборник исторических примеров показывает, что социальные трансформации могут длиться по крайней мере от 60 до 200 лет (Westley et al., 2017), с сокращением и расширением действующих лиц и возможностей на различных этапах процесса (Moore, 2017; Olsson, 2017 ).Мы предполагаем, что воображение может быть необходимой и полезной способностью на одной или нескольких фазах.

    Недавние ученые все больше интересуются преднамеренными преобразованиями, стремясь поддержать целенаправленные стратегические усилия сообществ и обществ по направлению социально-экологических систем к более устойчивому и справедливому будущему (Moore et al., 2014; Pelling et al., 2015; Ziervogel et al. др., 2016). Таким образом, исследования были сосредоточены на видах трансформирующих агентств, которые могут потребоваться, чтобы попытаться сознательно управлять такими изменениями.Идеи социального, институционального и нормативного предпринимательства — в отличие от лидерства — которые в совокупности создают форму предпринимательства с распределенными системами, считаются важными для преобразующей деятельности (Westley et al., 2013; Antadze and McGowan, 2017; Olsson, 2017). Независимо от преднамеренного намерения, преобразования никогда не могут быть предсказаны, «управляемы» или полностью контролированы какой-либо конкретной группой участников. Будущие альтернативные состояния часто невидимы и непознаваемы во время трансформации (см.г., Sium et al., 2012). Ключевыми задачами являются воображение возможных преобразований и различных потенциальных путей к ним.

    Учитывая, что стремление к преобразованиям часто основывается на необходимости оторваться от проблемных систем, исследования преобразований часто фокусируются на нарушениях или моментах прерывистых изменений (например, Gelcich et al., 2010) и новизне. В то же время при обсуждении трансформации для обеспечения устойчивого и справедливого будущего необходимо учитывать роль преемственности (Скотт, 2016; Уайт, 2017).Поддержание или защита определенных элементов системы во время трансформации может быть столь же важным, как демонтаж других, поскольку они могут стать строительными блоками для альтернативной системы (Andersson and Barthel, 2016; Andrachuk et al., 2018) и обеспечить необходимый минимальный уровень стабильности. для предотвращения системных сбоев (например, коллапса). Хотя непрерывность и память — разные понятия, мы подчеркиваем, что память играет как минимум две важные роли в процессах трансформации. Во-первых, как было сказано ранее, память — это исходный материал для воображения.В частности, память может помочь сформировать некоторые важные строительные блоки, которые будут рекомбинированы по-новому в процессе воображения, поддерживающего преобразования. Трансформации не связаны с возвращением к какому-то прежнему состоянию, а скорее с использованием элементов этого альтернативного предыдущего состояния жизни для объединения с другими элементами, которые возникли с тех пор (Schlüter and Herrfahrdt-Pähle, 2011), форма плетения по словам Джимми и др. . (2019), чтобы создать что-то совершенно другое с помощью памяти.

    Во-вторых, в любой трансформации часть того, что трансформируется, может быть пониманием и знанием, учитывая, что обучение и разучивание являются частью процессов трансформации. Однако может быть некоторая преемственность — не вся память (и знания) реконструируются на системном уровне во время трансформирующего процесса, и, таким образом, некоторая память также будет важным источником непрерывности и помощи в осмыслении во время разрушительных моментов (Уайт, 2018).Таким образом, память — воображение прошлого — может быть как ресурсом для генерации новых идей, так и для согласования этих новых идей с настоящим (Andersson and Barthel, 2016).

    Анализ предыдущих социальных преобразований показал, что любые усилия по поддержке преобразований в направлении устойчивости будут сложными, спорными и не будут гарантировать успеха (Westley et al., 2017). С самого начала преобразования включают в себя набор сложных процессов, и многие преобразования, даже те, которые направлены на обеспечение справедливости и устойчивости, могут быть и были опасными и насильственными (Moore et al., 2018). В литературе эта «темная сторона» преобразований часто затмевается оптимизмом и надеждой на будущее тех, кто пытается изменить систему (Blythe et al., 2018). Но связь между конфликтом, трансформацией и представлением о разных вариантах будущего требует тщательного изучения. Преобразования в более устойчивое и справедливое будущее вряд ли возникнут из единого коллективного видения.

    Преобразования также включают микромасштабную динамику, например, те, которые порождают поведение, убеждения и ценности, а также психологию людей (O’Brien and Sygna, 2013).Недавние работы в области психологии окружающей среды, а также исследования чувства места предоставляют все больше доказательств того, что связь людей с природой имеет решающее значение для нашего индивидуального психологического, духовного и физического благополучия (Wells and Evans, 2003; Bowler et al. , 2010; Masterson et al., 2019; Njwambe et al., 2019). Из этого логически следует, что любое существенное изменение социально-экологической системы может повлиять на определенные аспекты человеческого благополучия, если масштабы этого изменения нарушают идентичность, создание смысла, культурные практики и отношения (Stedman, 2016; Masterson et al., 2017), вызывая психологический и эмоциональный стресс (Albrecht et al., 2007; Jacquet, Stedman, 2014; Cunsolo, Ellis, 2018; Marshall et al., 2019). Печаль и страдания, связанные с потерей места, будь то из-за вытеснения из проектов развития или из-за экологической деградации, такой как потеря биоразнообразия или природы в целом, были задокументированы (Albrecht et al., 2007; Booth and Skelton, 2011; Tobias и Ричмонд, 2014). Однако Кунсоло и Эллис (2018) утверждают, что эта форма культурного и индивидуального вреда не часто признается публично.

    Эта стипендия имеет два значения для преобразований. Во-первых, глубокая запутанная привязанность к определенному месту может вызвать у определенных людей интерес к преобразованию проблемной и нежелательной системной динамики, то есть тех движущих сил и движущих сил, которые могут повредить место и соответствующие человеческие отношения с ним. Защита этих привязанностей к месту имеет решающее значение для самих понятий устойчивости и справедливости, заложенных в стипендии о преобразованиях.Однако есть некоторые свидетельства того, что привязки к месту, которые могут поддерживать адаптивные усилия (Marshall and Stokes, 2014), также могут создавать препятствия для трансформации (например, Marshall et al., 2014; Masterson et al., 2019). Об этом феномене необходимо больше узнать, но связь с природой и территориальной идентичностью может усилиться перед лицом нестабильных условий (например, Njwambe et al., 2019) и, таким образом, служить противодействующей силой трансформациям.

    Во-вторых, психологические и когнитивные проблемы изменений в целом, и в частности значительные изменения, необходимые для трансформации, существенны.Например, Гиффорд (2011) выделяет по крайней мере семь категорий психологических барьеров на пути смягчения последствий и адаптации к изменению климата. Могут существовать дополнительные препятствия для перехода от адаптации к трансформирующим изменениям. Кроме того, при представлении альтернативы люди имеют тенденцию искать доказательства этих альтернатив, которые согласуются с предшествующими знаниями и убеждениями (Nicholls, 1999; Clayton et al., 2015). Следовательно, предпочтение отдается действиям и подходам, которые являются более адаптивными, чем трансформирующими, ценят знакомство перед новизной, даже когда более радикальные изменения могут защитить психологическое и физическое благополучие человека, а также его сообщества и планеты.Понимание того, можно ли и как преодолеть эти препятствия для продвижения к устойчивости и справедливости, и какую роль играет воображение в таких процессах, остается ключевым вопросом.

    В целом, трансформации к справедливому и устойчивому будущему — это многомерные, многофазные и мультишкалярные процессы, которые требуют изменений в качестве доминирующих социально-экологических отношений. Индивидуальное и коллективное воображение может иметь ряд различных функций на разных этапах и в разных масштабах во время трансформаций.Сюда входит понимание текущего состояния системы и ее истории, включая ее невидимые компоненты и динамику, чтобы определить возможности для разделения существующих систем и их компонентов, а также частей, которые следует поддерживать. Воображение также необходимо, чтобы определить потенциальные будущие состояния системы и наметить несколько доступных путей к этим различным и в конечном итоге непостижимым будущим (Mathias et al., 2020).

    Преобразования включают в себя как разрушение проблемной системной динамики, так и создание альтернативной системы.Однако существует риск того, что эти процессы нарушат существующие социально-экологические отношения, которые ценятся и встроены в идентичность, культурную практику и места привязанностей, создавая травмы и горе. Вопрос о том, как достичь устойчивого и справедливого будущего с помощью процессов, которые также являются устойчивыми и просто требуют внимания и, возможно, создают роль для воображения до и во время процессов трансформации.

    Такое воображение — дело рук агентов.Преобразующая сила описывается как вовлекающая различные формы системного предпринимательства и распределена по масштабам и множеству агентов, то есть является коллективной. Тем не менее, процессы трансформации никогда нельзя полностью контролировать, и поэтому причинную связь между агентством и трансформацией установить трудно. Следовательно, действие, причинно-следственная связь и индивидуально-коллективные отношения во многом определяют нашу Особенность.

    Осуществление деятельности для поддержки динамики процессов трансформации подразумевает подрыв доминирующей системы, смещение институциональных контекстов, ресурсов, структур власти, распорядков, норм и ценностей в сторону альтернатив (Westley et al., 2013; Ольссон, 2017). В контексте крупномасштабных и долгосрочных процессов трансформации агентская деятельность будет принимать различные формы и осуществляться разными участниками в пространстве и времени (Westley et al., 2017). Стратегии трансформирующих агентов могут различаться в зависимости от фаз процесса трансформации (Westley et al., 2013; Olsson, 2017). Соответственно, роль воображения в информировании, включении, расширении, направлении, препятствовании или уменьшении свободы действия, вероятно, будет меняться на этих этапах по мере того, как группировки акторов и союзы меняются с течением времени (Moore, 2017).

    Две основные функции воображения — понимание настоящего и предвидение будущего — обеспечивают две различные точки зрения на отношения между воображением и свободой действий. Во-первых, опираясь на Norgaard (2017), мы утверждаем, что социально-экологическое воображение необходимо для понимания нашей нынешней социально-экологической реальности. Это включает невидимые социальные структуры и отношения между людьми и планетой, которые внесли свой вклад в текущие проблемы системной устойчивости и справедливости.Во-вторых, агентство для продвижения или противодействия преобразующей инициативе требует определенной временной ориентации — желания создать или предотвратить набор условий, которые отличаются от текущего состояния. Таким образом, трансформирующая сила, поддерживаемая воображением, включает в себя порождающую способность предвидеть возможные альтернативные варианты будущего. Временная природа агентности часто «недостаточно используется» в исследованиях (Hitlin and Elder, 2007), но должна быть поставлена ​​в центр внимания при изучении агентств в многопоколенческих, мультишкалярных процессах трансформирующих изменений и в свете разнообразных мировоззрений, относящихся к будущему. как нелинейные (см., например, Hairston, 2016; Whyte, 2017).Эмирбайер и Миш (1998, стр. 962) описывают «временно внедренный процесс социального взаимодействия, основанный на прошлом (…), но также ориентированный на будущее (как« проективная »способность воображать альтернативные возможности)…» Эта комбинация означает это агентство могло бы помочь «увидеть» закономерности в настоящем, а также осмысленно связать прошлое с возможным альтернативным будущим (Jovchelovitch and Hawlina, 2018).

    Опираясь на эти две ключевые точки зрения литературы, авторы этой специальной статьи по-разному продвинули наше понимание роли воображения в преобразующей деятельности.Анализ предлагает (1) расширенную и уточненную концепцию воображения как неотъемлемого компонента трансформирующего агента во временных, пространственных и институциональных масштабах, (2) исследование разнообразия агентов, участвующих в трансформациях, и выяснение того, почему важно, кто воображает ( дисбаланс сил), и (3) освещение роли эмоций в генерации и подавлении трансформирующей силы.

    Опираясь на дискуссии об агентских и временных масштабах, Galafassi et al.(2018) развивают структурированное во времени понимание агентства, подобное тому, которое было предложено Эмирбайером и Миш, но сосредоточенным на воображении. Galafassi et al. (2018, стр. 2) утверждают, что «Воображение — это… порождающий импульс жизни к новым желаемым способам существования в мире», при котором то, как люди представляют свое будущее, порождает мотивацию и ориентацию на действия в настоящем. С их точки зрения, будущее становится настоящим посредством воображения, что позволяет развить чувство собственного достоинства по отношению к этому будущему, создавая настоящее чувство цели и ответственность за изменения.В этом смысле воображение — это форма действия, и оно позволяет агентам определять жизненные цели и действия или стратегии, которые будут поддерживать стремление к этим будущим целям в настоящем.

    В совокупности материалы, представленные в этом Специальном выпуске, иллюстрируют разнообразие действующих лиц, вовлеченных в процессы трансформации, а вместе с ними и различные источники деятельности. Авторы исследуют сильные и слабые стороны, которые различные участники привносят в задачи переосмысления настоящего и будущего.Хотя эта первоначальная подборка не является исчерпывающей по своему охвату, она позволяет нам начать отвечать на ключевой вопрос: кто является движущей силой изменений и почему имеет значение, кто (пере) воображает? Агенты, представленные в этой коллекции, включают ученых (иногда в сотрудничестве с художниками), правительства, неправительственные организации, голливудских кинематографистов, политических лидеров и писателей-фантастов. Ключевым типом участников, отсутствующим в этом списке, является промышленность (помимо производства фильмов и книг / потребительской индустрии) — пробел, который, как мы надеемся, будет заполнен будущей работой.Marzec (2018) и Pereira et al. (2019) предупреждают нас о важности потенциальных недостатков в процессах воображения, таких как отсутствие коренных народов при разработке сценариев для Оценки экосистем на пороге тысячелетия. Отсутствующие голоса не могут повлиять на воображаемое.

    Кроме того, Пиготт (2018) и Милкорейт (2017) побуждают нас мыслить не только человеческими агентами, но и учитывать действующую силу историй для нашего воображения.Расширяя этот аргумент, мы могли бы также исследовать преобразующее действие моделей климата, изображений или компонентов и динамики окружающей среды, такой как океан, вид или извилистый струйный поток, признавая нечеловеческий фактор, формирующий воображение.

    Такое разнообразие участников важно как минимум по двум причинам. Во-первых, разнообразие является основой для рассмотрения инклюзивности, что подчеркивается в ряде статей в этой специальной статье.Во-вторых, разнообразие как свойство системы играет важную роль в создании новизны. Новые идеи или воображаемые альтернативные варианты будущего являются результатом (повторного) сочетания нескольких «строительных блоков» (Westley et al., 2013; Andrachuk et al., 2018) — чем больше разнообразия в исходном материале или строительных блоках, тем больше возможных комбинации и перестановки существуют для новых идей в любом данном контексте. Действительно, Marzec (2018), Galafassi et al. (2018) и Pereira et al. (2019) приводят веские аргументы в пользу инклюзивных процессов, направленных как на устранение социального неравенства, так и на расширение перспектив, определяющих будущее мышление и альтернативные способы существования.Они утверждают, что разнообразие повысит качество и легитимность того, что воображается, и диапазон возможных вариантов будущего, к которым люди могут двигаться.

    Наличие различных источников свободы также поднимает вопросы власти. Дисбаланс сил между различными участниками процессов коллективного воображения влияет на то, что можно и будет вообразить. Тем не менее, статьи в этом сборнике также показывают, что асимметрия власти имеет значение не только в отношении того, кто находится в комнате и как сама природа действует, но также и в том, как процессы, которые разрабатываются, облегчаются или управляются агентами (т.е., методы воображения) сами по себе являются проявлением силы. Авторы иллюстрируют, насколько политизирован выбор и содействие этим упражнениям воображения: важно, кто может инициировать или требовать контроля над процессами коллективного воображения. Например, некоторые методы могут создавать и расширять воображение, некоторые могут ограничивать его или «блокировать» доминирующее, существующее воображаемое, в то время как другие просто сосредоточены на взаимодействии с существующими моделями осмысления (Milkoreit, 2017; Galafassi et al., 2018; Marzec , 2018; Pigott, 2018; Pereira et al., 2019).

    Таким образом, возникает дилемма, заключающаяся в том, что процессы участия и совместного производства воображения могут быть тщательно спроектированы таким образом, чтобы устранить асимметрию власти, которая исторически доминировала при принятии решений в будущем, или, наоборот, могут быть разработаны и использованы для сопротивления изменяющейся асимметрии власти. или даже представить себе устойчивый, неустойчивый или несправедливый путь в будущее. Таким образом, мы утверждаем, что сила и воображение неразделимы, и распутывание этой сложной взаимосвязи является важной задачей для будущих исследований (Vervoort and Gupta, 2018).

    Ни одна из статей в этом сборнике не исследует возможности агентов использовать воображение в сочетании с силой препятствовать трансформации, хотя мы предполагаем, что это артефакт конкретных случаев, рассмотренных авторами, а не какое-либо указание на то, что такого препятствия не существует. Однако Пиготт (2018) и Марцек (2018) указывают на риск усиления существующих систем и связанных с ними проблем в процессах воображения, а не на открытие путей к поистине новому будущему.Кроме того, Пиготт (2018) предлагает проницательный анализ национального правительства (Уэльс) — субъекта с особым набором полномочий, полномочий и других ресурсов — пытающегося сформировать национальное представление об устойчивости. Этот анализ показывает, как политические интересы государственных агентов накладывают определенные ограничения на будущее, которое они представляют, и как важность индивидуальной психологической динамики, особенно страха перед переменами, среди агентов с необычайной структурной властью может повлиять на то, что они воображают.

    Помимо дебатов об инклюзивности и силе, многочисленные статьи предлагают понимание важности эмоций для реализации свободы воли и в качестве катализатора воображения (Milkoreit, 2017; Galafassi et al., 2018; Pigott, 2018; DaSilva, 2019; Pereira и др., 2019). Пиготт (2018) предполагает, что чувства апатии и подчинения, вызванные чрезмерным антиутопизмом или чрезмерным утопизмом, могут уменьшить свободу воли, в то время как надежда и гнев могут подпитывать их.Точно так же DaSilva (2019) различает два «импульса» в голливудской фантастике о климате, вызывающих либо надежду, либо страх, тем самым создавая напряжение между устремлением и предупреждением. Милкорейт (2017) добавляет примеры того, как авторы клипов использовали эмоции в качестве политических стратегий, противопоставляя одного автора, надеющегося мобилизовать изменения посредством паники и страха, и другого, работающего над взращиванием более хрупких версий надежды, которые существуют. Несмотря на разные стратегии, обе преследуют одну и ту же цель: мотивировать читателей к переменам в настоящем.В конечном итоге не существует единого способа восприятия будущего, который гарантировал бы движение к устойчивости и справедливости, но анализ Милкорейта (2017) напоминает нам, что эмоции являются неотъемлемой частью индивидуальных и коллективных систем убеждений, включая их представления о будущем, и поэтому подчиняться правилам того, что Thagard (2006) называет горячей (т. е. аффективной) связностью. Необходимы дальнейшие исследования, чтобы понять эту связь между воображением и эмоциями и ее роль в создании или подавлении трансформирующих изменений.

    Возникают вопросы о том, каким образом воображение может способствовать изменениям, связанным с трансформацией, таким как изменение потоков власти и ресурсов, определения ролей и распорядков, изменения норм, ценностей и убеждений, лежащих в основе системы, и средства, с помощью которых все это формирует отношения между человеком и планетой. Как когнитивные и социальные упражнения воображения формируют преобразованную реальность?

    Определение причинно-следственных связей между воображением и трансформирующими изменениями в сложных адаптивных системах представляет собой значительные методологические проблемы.Несмотря на то, что в изучении сложной причинно-следственной связи продолжаются успехи (Ferraro et al., 2019; Schlüter et al., 2019), существующие инструменты и подходы плохо сочетаются со свойствами системы, такими как неопределенность, нелинейность и возникновение. Ни воображение, ни трансформация не могут быть легко сведены к причинно-следственному анализу или линейным предположениям. Конкретное видение будущего, событие или любая другая переменная может привести к разным результатам в разных контекстах, но может быть и обратное, когда разные переменные приводят к одинаковым результатам в разных контекстах (см. Sugihara et al., 2012). Опираясь на Бирн и Апричард (2012), мы утверждаем, что влияние воображения — представленных идей, образов, символов и историй — на процессы трансформации можно понять и проанализировать как часть траекторий.

    В статьях в этой специальной статье возможность причинной связи непосредственно с преобразующими агентами помещается в центр своего анализа и действий, которые они выполняют, что снова демонстрирует переплетение агентности и причинности.Все авторы утверждают, что изучаемые ими агенты могут изменить будущее направление социальной системы, частью которой они являются, но ни одна из работ на самом деле не пытается отследить или предоставить доказательства причинного эффекта. Это не неудача, поскольку авторы не ставили перед собой задачу предоставить причинный анализ, но это указывает на то, что разработка исследования причинных эффектов воображения сопряжена с конкретными проблемами дизайна исследования, которые выходят за рамки данной Специальной статьи.

    Однако сборник статей подчеркивает необходимость рассмотреть, как воображение связывает идею в настоящем с будущей альтернативой.Например, обсуждая причинный потенциал сценарных повествований, разработанных учеными для «Оценки развития тысячелетия», Марцек пишет: «Воображение вымыслов, то есть создание повествований, — это первый шаг к созданию новых реальностей». По его мнению, сюжетные повествования и идеи, которые они содержат, могут включать, конституировать и создавать реальность (Marzec, 2018, стр. 13–14). Фактически, это и есть намерение проводить проекции сценариев, и именно поэтому критикуется власть тех, кто в этом участвует.Ученые, занимающиеся разработкой глобальных сценариев, в лучшую или худшую сторону вовлечены в «целенаправленное формирование иного социально-политического будущего человечества» (Marzec, 2018, p. 5).

    Mangat and Dalby (2018) и Pigott (2018) уделяют особое внимание использованию языка, метафор или законодательства. Mangat and Dalby (2018) предупреждают о потенциально нежелательных причинных последствиях использования метафоры войны в кампаниях по отказу от ископаемого топлива — милитаризованного ответа на изменение климата.Обеспокоенные тем, что этот конкретный языковой прием предполагает националистические и конкурентные подходы, а не глобальные и совместные, они утверждают, что то, как мы представляем себе природу проблемы, имеет значение для тех реальностей, которые мы создаем, включая действующих лиц, которые считают себя призванными, и логику действие развернуто. Пиготт (2018) внимательно изучает виды идей на будущее, содержащиеся в законах и политике правительства Уэльса (например, термин «устойчивость»), поскольку они имеют значение для того, как они будут реализовываться.Исходя из этой точки зрения, особая терминология согласованного, написанного и принятого на голосование законодательства имеет решающее значение, поскольку юридические тексты могут способствовать определенному типу изменений.

    Милкорейт (2017) связывает потенциальную причинную силу воображения со структурной и «звездной» силой отдельных агентов — будь то голливудские актеры, создающие фильмы об изменении климата, или авторы климатической фантастики.Тем не менее, Милкорейт также предостерегает от чрезмерного распространения заявлений о причинно-следственных связях, оспаривая существующие доказательства в науке, а также приводя примеры, когда структурная и институциональная власть может ограничивать воображение и, таким образом, может быть причинно связана с барьерами, формирующими процессы трансформации.

    Наконец, Galafassi et al. (2018) напоминают нам, что идеи о будущем могут не только иметь причинно-следственные эффекты в настоящем, но и использование воображения для раскрытия нынешних реалий различными способами может изменить точку зрения человека или группы и открыть ранее скрытые или игнорируемые возможности для действий, которые в свою очередь может привести к другому будущему.

    Взаимоотношения между людьми и социальными группами представляют большой интерес для социологов из разных дисциплин, чтобы понять, например, возникновение групп социальной идентичности, политическое поведение или принятие новых норм (например, Nyborg et al., 2016; Хавлина и др., 2020). Сосредоточение внимания на воображении в процессах трансформации поднимает важные вопросы о природе и динамике индивидуально-коллективных взаимодействий.Как люди делятся своими представлениями (например, об альтернативных состояниях) с другими? Как группы, особенно те, которые слишком часто притесняются или маргинализируются, сообщают о своих коллективных ценностях и видении будущего (новым) членам группы или другим группам? Первое важно для установления и усиления сплоченности группы и ее социальной идентичности и часто встроено в саму коллективную культурную практику, подчеркивая размытые границы между индивидуумом и коллективом. Последнее является частью политики построения будущего — оспаривания и противодействия видениям между группами и, возможно, создания совместных видений с другими группами.

    Как показывают эти вопросы, согласно Milkoreit (2017) можно выделить три различных отношения и соответствующие информационные потоки между отдельными людьми и группами: (1) отношения от отдельного разума к другому человеку или группе — раскрытие того, что изначально кажется внутренним , только когнитивно-эмоциональная реальность, (2) идеи от группы к отдельному человеку — процесс получения и усвоения идей, разделяемых группой, и (3) идеи между группами и между ними, включая общение между конкретной группой и публикой в целом.

    Большинство статей в этом Специальном выпуске посвящены трем отношениям — коммуникативным связям между определенной группой или политическим деятелем (например, движением FFD, правительством Уэльса или учеными, разрабатывающими Оценку экосистем на пороге тысячелетия) и другими группами или общественностью в целом ( например, американская публика, все граждане Уэльса, зрители кино или театра). DaSilva (2019) усложняет аналитическую задачу понимания того, как воображение разделяется между разными группами.Вместо того, чтобы создавать односторонний поток идей, DaSilva описывает самоподдерживающуюся петлю обратной связи: голливудские продюсеры создают фильмы, отражающие определенное общественное настроение, которое Пиготт (2018) называет атмосферой, и как только фильм попадает в кинотеатры, он укрепляет этот дух времени среди своей аудитории.

    Авторы также продвигают наше понимание динамических отношений и взаимозависимости между индивидуальным и коллективным мышлением о будущем, по крайней мере, двумя дополнительными способами.Во-первых, они освещают разнообразие доступных форм общения, особенно для групп, чтобы выразить и поделиться своими идеями о будущем с другими. Во-вторых, они выделяют конкретные процессы для создания общих видений в группах, которые, как мы надеемся, воспламеняют и расширяют возможности человека, в то же время очерчивая некоторые принципы разработки этих процессов и предупреждая нас о проблемах разработки инклюзивных, а также творческих процессов воображения, которые дают голос всем соответствующим заинтересованные стороны, не привязанные к существующим реалиям (например,г., Галафасси и др., 2018; Перейра и др., 2019).

    Что касается первого озарения, мы рассматриваем общение как деятельность, которая задействует когнитивные, эмоциональные и тактильные рычаги для создания информационных потоков, связывающих когнитивно-индивидуальные с социальными, коллективными процессами воображения. Коммуникаторы должны выбирать или изобретать средства связи, методы и технологии, которые работают в определенных системных масштабах, включая социальные, экологические, пространственные и временные масштабы.Способы коммуникации также могут измениться в ходе многолетнего процесса трансформации. Некоторые из них могут исчезнуть (например, печатная книга), а новые технологии и средства массовой информации могут открыть новые способы общения и коллективного воображения (Anderson, 2016). Таким образом, изучение ролей для различных форм коммуникации представляется критически важным для понимания того, как соединить индивидуальное и коллективное воображение.

    Например, наши участники помогают нам понять, как использование различных средств массовой информации задействует несколько человеческих чувств для создания общего опыта воображения, например, с помощью видеороликов, объясняющих законы (Pigott, 2018) или сочетания визуализации и звука в театральных представлениях или фильмах (Galafassi и другие., 2018; Дасильва, 2019). Пиготт (2018) добавляет важный аргумент к обсуждению сенсорных ощущений, заявляя: «Помимо понимания воображения как когнитивного навыка…, понятие атмосферы предлагает нам понимать воображение как нечто более коллективное , состоящее из общих аффекты, эмоции, настроения и тона, которые распространяются и вплетаются в полотна жизни, а также из них »(стр. 3). Эти выводы напоминают нам, что, хотя воображение имеет тенденцию ассоциироваться с вещами, которые нелегко воспринимаются органами чувств, многие из этих методов коммуникации направлены на конкретную активацию органов чувств.

    Повествование и история имеют решающее значение для их роли в создании общего воображения (Girvan, 2017; Ingram et al., 2019; Wittmayer et al., 2019). Они играют центральную роль в познании (Patterson and Monroe, 1998; Woodiwiss, 2017), учитывая способы, которыми нарратив помогает осмыслению и построению согласованности через тип социально-психологической инфраструктуры (Paschen and Ison, 2014), помогая упростить познавательные задачи.Рассказывание историй становится важным для формулирования идей, которые воображаются, — тех, которые отличаются от того, что действительно воспринимается, или открыты для чувственного и жизненного опыта. Однако рассказы и мифы также имеют долгую культурную историю. Таким образом, анализ нарративов может пролить свет на воображаемые реальности и будущее, существующие в умах отдельных людей (то есть рассказчиков), групп и обществ.

    В «Спецрепортаже» обсуждение повествования и повествования выявляет постоянное напряжение в отношении будущего в отношении трансформации.Как показывает Дасильва (2018), будущее в научно-фантастических фильмах часто мрачно, но в политике и на практике и Марцек (2018), и Пиготт (2018) указывают не только на позитивные и утопические взгляды, но даже на чрезмерно беззаботный подход. для представления воображаемого будущего и процесса трансформации для продвижения к устойчивости и справедливости. Ранее мы обсуждали взаимосвязь между этими формами повествования и эмоциями, которые они могут вызвать, и вероятность того, что это мобилизует свободу действий. Тем не менее, в этих статьях также подчеркивается, что, хотя воображение часто ассоциируется с мгновенным отклонением от реальности (Zittoun and Cerchia, 2013) или с творческими формами выражения, нарративы воображения также часто формируются бюрократическими политическими процессами, такими как Inter -правительственная группа экспертов по биоразнообразию и экосистемным услугам (Pereira et al., 2018), отказ от ископаемых видов топлива (Mangat and Dalby, 2018), Millennium Assessment (Marzec, 2018) и национальная политика устойчивого развития в Уэльсе (Pigott, 2018). Вместе эти анализы освещают проблему — как чрезмерно оптимистичные, так и чрезмерно пессимистические воображаемые будущие могут вызывать аналогичный эффект, поскольку они чувствуют себя слишком изолированными от реального коллективного настоящего, чтобы люди могли чувствовать себя связанными с ними. Тем самым эта особенность расширяет и укрепляет предыдущие критические исследования антиутопического или утопического будущего.Как утверждает Пиготт (2018), возможно, более важным, чем построение повествований о неизвестном будущем, являются рассказы о путях, которые помогают нам более четко сосредоточиться на шагах, необходимых для перехода от того места, где мы находимся — нынешней системы, — к трансформированному будущему.

    Хотя разнообразные процессы, разработанные специально для создания коллективного воображения, важны, воображение происходит везде и везде.Ряд статей в этом сборнике посвящен преднамеренному дизайну процессов коллективного воображения, часто с ожиданием, что процессы могут поддерживать как способность думать о будущем участников, так и развивать социальные взаимодействия, необходимые для укрепления коллективного воображения.

    Эти и другие методы исследовались в других местах, например, ретроспективное прогнозирование (Робинсон, 2003), научно-фантастическое прототипирование (Мерри и др., 2018), совместный театр (Heras and Tàbara, 2016; Brown et al., 2017), игры и симуляции (Mangnus et al., 2019; Rosa and Sweeney, 2019; Vervoort, 2019), а также виртуальная реальность (VR) и технологии дополненной реальности — все это новые области изучения в различных дисциплинах, особенно для решения проблем устойчивости. Мы пришли к выводу, что эти усилия, основанные на искусстве и поддерживаемые технологиями, гарантируют, что существуют возможности для воображения «изнутри», как описывают Кинд и Кунг (2016).Таким образом, исследования в этой области начали успешно демонстрировать эффективность этих методов для обеспечения эмпирического акта коллективного воображения, способного изменить содержание воображаемого. Однако процессы также создают открытость для идеи, что воображение — это действие и способность, которые критически важны для устойчивости. Работа таких авторов, как Galafassi et al. (2018) и Pereira et al. (2019) показывают, как подходы, основанные на искусстве, служат «разрывами», которые даже ненадолго приостанавливают движение повседневности, чтобы увидеть настоящее и возможность существования альтернативы (Wynter, 2006; Zittoun and Cerchia, 2013) .

    As Marzec (2018) и Pereira et al. (2019) показывают, что эти воплощенные и экспериментальные методы все чаще применяются в процессах, в которых исторически преобладали научные обоснования. Усиливая критику гегемонии западной научной мысли, особенно центральной роли моделей комплексной оценки в научных рекомендациях по глобальному экологическому управлению, авторы оспаривают такие доминирующие подходы, демонстрируя ценность и потенциальный вклад более разнообразных типов смысла в изучение возможных фьючерсы.Авторы не утверждают, что эти новые методы должны заменить научно обоснованные подходы; скорее, они представляют их как взаимодополняющие, чтобы гарантировать, что количественное и качественное, объективное и субъективное, воплощенное и переживаемое, обобщенное и зависящее от контекста — все это рассматривается таким образом, чтобы больше не увековечивать власть тех, кто обычно преобладают.

    Есть несколько сходств между исследуемыми здесь методами с более стандартными подходами к участию общественности в принятии решений и все более популярными процессами совместного производства знаний, которые также являются попытками решить проблемы неравенства и устойчивости в настоящее время (например,г., Reyers et al., 2015; Norström et al., 2020). Будущее мышление может быть явной целью таких процессов или неявным эффектом.

    Однако, основываясь на полном наборе статей в этой специальной статье и анализе здесь, мы повторяем, что воображение возникает далеко за пределами подходов совместного производства или совместного производства. Воображение может быть вызвано, сконструировано или проникнуто посредством многочисленных социальных, политических, экономических, культурных и духовных процессов, включая, помимо прочего, чтение романов (Milkoreit, 2017; O’Neill, 2018), участие в церемониях и ритуалах. , посещение кинотеатра (DaSilva, 2019), изучение отчетов правительственных агентств (Pigott, 2018), просмотр рекламных объявлений или прослушивание выступлений президента и представителей национального государства (Jasanoff and Kim, 2009).Происходит постоянное «создание будущего», и оно может увеличиваться во времена нестабильности. Дальнейшие исследования должны изучить не только специально разработанные процессы, но и то, как эти процессы усиливают или ослабляют повседневное воображение и как это может в конечном итоге повлиять на трансформации.

    В этом специальном выпуске мы приняли междисциплинарное определение воображения как многомасштабного процесса, который распознает и объединяет нейронные, когнитивно-эмоциональные, социальные, технологические и экологические аспекты.Из этого понимания и многочисленных вкладов в эту коллекцию следует признание того, что воображение для преобразований — это способность, которая может существовать в этих масштабах, аналогичная преобразующей способности, выявленной в других источниках (Marshall et al., 2012; Wolfram, 2016; Moore et al. ., 2018). Способность воображения существует в любой социально-экологической системе, индивидуально или коллективно, сплетенной между человеком и нечеловеческим. Важно отметить, что, как и любая способность, воображение не обязательно равномерно распределено между компонентами системы и не однородно внутри разных субъектов или сообществ.Это требует и зависит от множества факторов, включая наличие и доступ к определенным материальным и идейным ресурсам, структурные условия, исторические корни и зависимости от пути, состояние технологического развития и многое другое.

    Эта неравномерность выражается по крайней мере двумя различными способами. Во-первых, воображение может быть существующей, но неиспользуемой или недостаточно используемой способностью, то есть скрытым ресурсом.Некоторые участники или институты могут иметь хороший доступ к этому внутреннему ресурсу, поэтому они могут сознательно активировать свое воображение в ответ на обстоятельства. Другим может потребоваться поддержка, чтобы всплыть на поверхность и задействовать воображение. Как показано в нескольких документах, можно разработать конкретные процессы для активации воображения (Galafassi et al., 2018; Marzec, 2018; Pereira et al., 2019), предоставляя участникам подсказки, входные данные (например, знания, изображения, звуки) , материалы, окружающая среда и задачи, которые могут оживить воображение.

    Во-вторых, способность представлять настоящее или будущее может быть неравномерно распределена (даже в латентной форме) между различными агентами и группами в результате исторических процессов и системной динамики. Однако этот тип неравномерности может или не может следовать хорошо известным моделям неравенства, существующим в обществах. Таким образом, учет такого типа неравномерности требует тщательных усилий по обеспечению справедливости и инициатив по укреплению воображения.

    Каждое из этих измерений неравномерности способности воображения представляет особые проблемы для разработки процессов воображения и для понимания повседневной политики воображения. Как обсуждалось ранее, например, Marzec (2018) и Pereira et al. (2019) показывают, что многие процессы воображения не обязательно рассчитаны на инклюзивность. При проектировании процессов необходимо учитывать инклюзивность, существующее неравенство между участниками и неравномерное распределение творческих способностей между ними.Например, разработка процесса, который лучше распознает асимметричную власть среди членов группы, может не учитывать, что воображение распределяется совершенно иначе, чем власть.

    Таким образом, эти статьи указывают на необходимость понять распределительную природу воображения как способности, чтобы мы могли лучше понять, как оно взаимодействует с процессами создания будущего или формирует их. Полученные здесь результаты подчеркивают необходимость лучше настраиваться на способы создания большего баланса и укрепления, как можно активировать дремлющие формы этой способности и как генерировать новую способность представить себе еще невообразимое.

    Срочные призывы относительно необходимости преобразований вселяют большие надежды на то, что какие бы преобразования ни происходили, они приведут к более устойчивому и более справедливому будущему. Однако, хотя многие из этих требований ясно показывают, какие аспекты существующей системы необходимо преобразовать, менее ясно, как такие преобразования могут происходить на самом деле и что включает в себя альтернативная система. В некоторой степени это непостижимо.Это поднимает важные вопросы, касающиеся воображения: каков потенциал воображения, чтобы способствовать преобразованиям?

    Наша цель в этой редакционной статье заключалась в том, чтобы заложить основы для обширной меж- и трансдисциплинарной программы исследований воображения и преобразований в целях устойчивого развития. Мы провели обширные исследования в беседе друг с другом и предложили новый междисциплинарный подход к пониманию воображения как взаимозависимых когнитивных и социальных процессов.Основываясь на нашем обзоре литературы, мы выдвинули новую теоретическую основу для изучения множественных связей между воображением и трансформацией.

    Сборник статей в этой специальной статье уводит нас на некоторое теоретическое расстояние по пути понимания того, как воображение служит способностью трансформирующего агента. Анализ показывает, как индивидуальное познание и эмоции смешиваются с властью и динамикой социальных структур, чтобы сформировать то, что можно даже вообразить.Благодаря этим результатам мы видим, что воображение может вносить причинный вклад в трансформационные процессы и их траектории. В собранных статьях также освещаются различные виды методов и процессов построения будущего, которые потенциально могут связать отдельные когнитивные процессы с более крупномасштабными социальными, политическими, экономическими и культурными процессами, вовлеченными в трансформационные изменения. Во многих случаях эти новые методы и процессы были наложены на более старые способы мышления о будущем, а не заменяли их (например,g., добавляя основанные на искусстве подходы к мышлению через сценарии изменения климата, созданные с помощью научного моделирования).

    Полученные данные также указывают нам на несколько направлений исследований в будущем. Во-первых, хотя воображение часто ассоциируется с творчеством и своего рода когнитивной свободой от рационального мышления и реальности, обсуждение власти, равенства и разнообразия напоминает нам о способах ограничения воображения.И освобождающий, трансцендентный акт, и его нынешние ограничения — это постоянные аспекты воображения, которые ставят важные вопросы о том, какое будущее возможно.

    Исходя из этого, становится ясно, что то, кто представляет наше будущее, и какие виды процессов и ресурсов используются, имеет большое значение для того, приведет ли преобразование нас к обеспечению устойчивости и справедливости. В этих статьях представлены продуманные примеры того, как проектировать такие процессы таким образом, чтобы эти процессы сами служили моделями того, как начать переосмысление, воссоединение и реструктуризацию нашего будущего, как Abson et al.(2017) описали по мере необходимости. Тем не менее, сколько из этих процессов, для скольких проблем, в скольких местах они будут необходимы, и как это может быть достигнуто в различных масштабах, остается постоянной проблемой.

    Хотя мы приняли определения воображения и трансформации, которые признали многомасштабную природу обоих, остается неясным, на каких масштабах работают различные виды процессов воображения. В качестве всего лишь одного примера, нет четких доказательств, которые могли бы ответить, подходят ли подходы, основанные на искусстве, для преобразований национального масштаба или только в каком-то другом масштабе? Работают ли определенные подходы лучше для трансформации конкретных аспектов системы, или некоторые из них наиболее полезны при выявлении текущих аспектов системы, которые необходимо демонтировать, вместо того, чтобы воображать совершенно другую альтернативу? Есть ли другие методы, которые будут еще более полезны, чем другие? Возможности для дальнейшего изучения и тестирования остаются.

    Дальнейшие усилия, направленные на решение проблемы неравномерного распределения способностей воображения внутри групп и обществ, сталкиваются с серьезными проблемами. Большая часть собранной здесь работы подразумевает, что любая попытка усилить способность воображения уже формирует то, что можно вообразить, и, таким образом, часто усиливает власть тех, кто пытается укрепить и перераспределить.

    Наше определение воображения для трансформации — взаимозависимых когнитивных и социальных процессов, которые создают представления о настоящих и возможных будущих состояниях мира, которые могут информировать общественное обсуждение, политику, принятие решений и поведение от отдельного человека до глобального масштаба — обеспечивает сильную фундамент для изучения процессов, которые могут удовлетворить текущую потребность вообразить социально-экологическое настоящее и его альтернативы на будущее.В конечном счете, мы надеемся, что это может позволить нам развивать и (пере) распространять способность воображения в сообществах и обществах, которые стремятся к преобразованиям в направлении более справедливого и устойчивого будущего.

    Imagination & Imaginal Realm

    Автор: Jach

    Вопрос с ответом Яха на онлайн-конференции

    В. Интересно, могли бы вы говорить о воображении и царстве воображения; о различных формах и функциях воображения (выдумывание vs.пусть будет) и что означает «воображение, воображающее себя»? Спасибо!

    JACH:

    Здесь есть несколько вопросов, поэтому я начну с различных форм воображения. [s] Я думаю о том, как Лазарис смотрит на три типа. Во-первых, там это «просто воображение», которое чаще всего признается в нашей согласованной реальности. И это так, как подсказывает этикетка … это просто изображения, мы держим или воображаем.

    Такое воображение может быть хаотичным или случайным.Как и любая форма воображения, оно может быть топливом для отрицательного эго или для менее замечательных частей мы сами. [s] Среди типов воображения с ним легче всего работать нашему негативному эго. Требуется немного усилий и еще меньше воображения чтобы обременять нас хаотичными и случайными изображениями. [s]

    Даже в этом случае такое воображение имеет свои достоинства. Иногда такие случайные образы «всего лишь воображения» могут быть катализатором для более глубокого размышления или исследования. Часто это нет, но могло быть.Если это так, такое более глубокое исследование могло бы быть ценным — оно могло бы иметь смысл. Кроме того, такие изображения могут быть шепотом, побуждая нас обратиться к более сложной форме воображения.

    Второй вид воображения, о котором упоминает Лазарис, — это активное воображение. Это тоже психологический термин. И я думаю, что это воображение это топливо для большей части творчества. То, что начинается как случайные или хаотичные образы (просто воображение), может принимать форму. Эта форма может иметь направление.И когда случайность принимает форму, воображение переходит в потенциально активное воображение.

    Будучи активным, он может нас куда-то привести. [s] Это фантастика, которая сама по себе имеет ценность. И из фантазии, это фантазия (или фантазия, которая несет в себе сообщение или более глубокий смысл, ценный для нас). Я думаю, что это активное воображение также является сырым материалом для сновидений, и затем видения. Те из нас, кто очень креативны, например, могут начать свой процесс с простого воображения, но они не довольствуются теми случайные изображения.Они организуют изображения; они привносят в случайность ощущение порядка. И это активное воображение.

    Итак, третий тип, о котором упоминает Лазарис, — это живое воображение. Это воображение, которое включает в себя страсть и сострадание. Он задействует тело как так же как и разум — он также затрагивает душу и дух. Он полон образов, как и два других типа, но эти образы могут вдохновлять. Эти образы обладают способностью затрагивать наши души и дух. [s]

    Я вижу, что эти три типа работают нелинейно.Мы начинаем с воображения, а затем переходим к активному воображению. Мы делаем это как дети и нас часто упрекают за это … нам часто говорят, что наше воображение слишком активно. Многие люди, делая то, что им говорят, останавливаются на этом. Творческий люди держатся за это активное воображение, несмотря на то, что им говорят. И где-то по ходу мы выскакиваем за пределы активного воображения и войдите в царство живого воображения. Иногда мы отступаем, не зная или плохо подготовленные, чтобы справиться с этим.

    Однако, как метафизики, мы научились работать с этим Живым Воображением и чувствовать себя там намного комфортнее. [s] И кажется, что Живое воображение включает другие типы. Вы можете найти там «просто изображения», и вы можете найти активное воображение с направлением. И вы можете найти гораздо больше. Мы можем найти волшебство. [s] И это приводит меня в царство воображения, которое существует за пределами нашего воображения.

    Думаю, он существует за пределами Живого Воображения.Типа «просто воображение» и типа активного воображения не кажется Достаточно сложен, чтобы дотянуться до Воображаемого. Возможно, это мое ограничение. [s] В Воображаемом тоже есть воображение. Но это не наше сознание творчество. Мы можем привнести в эту сферу свое «просто воображение» и наше активное, а также живое воображение, но есть и другой вид воображения. там. Это то, что мы не представляем, тем более или менее. Это воображение, созданное само по себе.Мы ему не нужны. [г]

    Ну, что это на самом деле означает? Я думаю, это то, что мы должны представить себе. [s] Полагаю, я мог бы продолжить. Но я надеюсь, что этот ответ будет вам полезен. Спасибо за вопрос.

    .

    Написать ответ

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *