Алекситимии: Алекситимия и ее связь с расстройствами пищевого поведения и ожирением | Берковская

Содержание

Алекситимия и ее связь с расстройствами пищевого поведения и ожирением | Берковская

https://doi.org/10.14341/probl12416

Полный текст:

Аннотация

В настоящей рукописи представлен обзор современной литературы, посвященной взаимосвязи избыточного веса с алекситимией как психологическим фактором, ассоциированным с ожирением, а также роли алекситимии в развитии различных нарушений и расстройств пищевого поведения (РПП). Ожирение является многофакторным заболеванием, важнейшими патогенетическими звеньями развития которого являются особенности образа жизни, а также комплекс генетических, эпигенетических, биологических и психологических факторов, обуславливающих избыточное накопление жира и препятствующих эффективному снижению и удержанию массы тела. Одной из возможных причин увеличения распространенности ожирения среди взрослых является плохое управление эмоциями, что может негативно повлиять на здоровое пищевое поведение и образ жизни.

Обнаружено, что у лиц с избыточным весом и ожирением отмечается высокая распространенность алекситимии, а также показана ее прогностическая роль в развитии РПП. Алекситимия является фактором, который не только предрасполагает к набору массы тела, но и является значимым предиктором неэффективности и преждевременного прекращения программ по лечению ожирения и РПП. Своевременная диагностика и коррекция алекситимического синдрома могут помочь в разработке эффективных стратегий лечения пациентов с ожирением.

Ключевые слова


Для цитирования:

Берковская М.А., Тарасенко А.А., Фадеев В.В., Гурова О.Ю. Алекситимия и ее связь с расстройствами пищевого поведения и ожирением. Проблемы Эндокринологии. 2020;66(2):42-48. https://doi.org/10.14341/probl12416

For citation:

Berkovskaya M.A., Tarasenko A.A., Fadeev V.V., Gurova O.Yu. Alexithymia and its relation with eating disorders and obesity.

Problems of Endocrinology. 2020;66(2):42-48. (In Russ.) https://doi.org/10.14341/probl12416

АКТУАЛЬНОСТЬ

Ожирение представляет собой хроническое рецидивирующее заболевание, связанное с избыточным накоплением жировой ткани в организме и тесно ассоциированное с сахарным диабетом 2 типа (СД2), сердечно-сосудистыми, онкологическими заболеваниями, патологией опорно-двигательного аппарата, нарушениями функций репродуктивной системы и др. В настоящее время темпы нарастания распространенности ожирения принимают масштабы пандемии, в связи с чем избыточная масса тела, ожирение и ассоциированные с ними патологии приобрели черты социально значимых заболеваний, особенно в экономически развитых странах [1]. Еще до последней четверти XX в. частота ожирения в экономически развитых странах была не более 10%, однако впоследствии, в период с 1975 по 2016 гг., распространенность этого заболевания увеличилась более чем в 3 раза [2]. По данным Всемирной Организации Здравоохранения (ВОЗ) 2016 г., во всем мире избыточный вес имели 39% мужчин и 40% женщин, а ожирение – 11% мужчин и 15% женщин [2].

Ожирение рассматривается как многофакторное заболевание, важнейшими причинами развития которого являются особенности образа жизни (питания, физической активности, режима дня, урбанизация и др.), а также комплекс генетических, эпигенетических, биологических и психологических факторов, обуславливающих избыточное накопление жира и препятствующих эффективному снижению и удержанию массы тела. Отдельное место в структуре причин возникновения ожирения занимают психологи

Душевное безразличие — Магистерская программа «Психоанализ и психоаналитическое бизнес-консультирование» — Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»

Психиатрические явления алекситимии и ангедонии имеют отношение к нашему рассказу. Первый термин, имеющий греческие корни, создан психиатром Питером Сифнеомосом в 1970-х гг., буквально переводит­ся как «нет слова для эмоций»; второй, тоже греческого происхождения, означает неспособность получить удовольствие от обычно приятных вещей. Два французских психиатра заложили основу для дискуссии, выс­казав идею о «penseeoperatoire» («оперативная мысль») — практичес­ком способе мышления и взаимодействия.

 

Алекситимия

В психиатрии термин «алекситимия» используется для описания лю­дей, похожих на дохлую рыбу; от былого огня в них остались только тлеющие угли. Подобные люди с переменным успехом стараются понять свои эмоции и настроения, но они не могут понять их тонкости. Так как они не уверены, что именно чувствуют, то с трудом выражают эмоции. Вместо того чтобы проявить чувства, они сосредотачиваются на физических проблемах. (Помните, что язвы вызваны не тем, что вы едите, а тем, что ест вас.)
Несмотря на странное название, определить алекситимию не сложно. Ее симптомы: бедное воображение, недостаток внутреннего эмоционального опыта, неспособность выразить веселье, склонность говорить безжизненно и слишком де­тально. Более того, от людей с подобным расстрой­ством психики исходит некое ощущение механич­ности, которое мешает всякой спонтанности. (Уинстон Черчилль, описывая русского политика Вячес­лава Молотова, ухватил эту особенность: «Я никог­да не видел человека, который бы лучшим образом воплощал современ­ное представление о роботе».) Алекситимики остаются спокойными в тех условиях, которые бы потрясли обычных людей. Смерть близкого, невер­ность партнера, потеря возможности продвинуться по службе — ничто не трогает их. Все события проваливаются в черную дыру невыразитель­ности и пустоты.
Алекситимики не способны ни к сочувствию, ни к самоанализу. Это, в сочетании с их механическими реакциями на конфликт, приводит к психологической безграмотности. Они думают о конкретном и объек­тивном; метафоры, аллюзии и скрытые смыслы для них — иностран­ный язык.
Рабочая атмосфера, в которой вращается большинство руководите­лей, способствует развитию алекситимии. Так, в рутинной жизни неко­торых страховых компаний и банков просто нечему удивляться или ра­доваться, нечем интересоваться. Безжизненность умирающей компании заставляет руководителей подавлять свои эмоции — процесс, отнима­ющий много энергии. Подобно тяжелоатлету, старающемуся поднять большой вес, руководители, подавляющие свои эмоции, в конце концов приходят к изнеможению.
В наши дни в компаниях существует эмоциональное разделение тру­да: чем выше пост, который человек занимает, тем больше ему придется сдерживать себя. Среди членов руководства — от менеджеров до стар­ших рабочих — практикуются более строгие правила управления свои­ми эмоциями, возможно, из-за экспансии «белых воротничков» и сек­тора услуг. Многие компании уделяют внимание выражению определенных эмоций. Например, компания «Диснейленд», которую иногда назы­вают «фабрикой улыбок», требует от своих сотрудников, чтобы они «иг­рали» счастье. В других компаниях дают понять, что выражение глубо­ких и сильных чувств неуместно. Немногие поняли, что подавление эмо­ций (или слишком строгое управление чувствами) приводит к регрес­сивному поведению и инфантилизации и вызывает симптомы стресса

 

Ангедония (эмоциональная анестезия)

Доктрина гедонизма, открытая древними греками, гласит, что удоволь­ствие, т. е. удовлетворение чувственных желаний, есть наивысшее бла­го. Хотя большинство людей до сих пор придерживаются этой теории, слишком многие страдают от ангедонии — неспособности испытывать удовольствие. Ангедоники испытывают чувство полной апатии, потери интереса и неприятия к обычно приятным занятиям; они мертвы внутри. Им не хочется искать новых ощущений, у них ос­лаблено внимание, им не хватает жажды жизни. Настоящая ангедония является серьезным пси­хиатрическим синдромом. Здесь же нас интересу­ет квазиангедония, т. е. легкая форма, которая раз­вивается в людях, способных испытывать удовольствие (и раньше они испытывали его). Однако даже квазиангедония высшего руководства мо­жет оказать разрушительное воздействие на компанию, так как лидер­ство отнимает много энергии. А дохлой рыбе не хватит энергии, чтобы вести людей к успеху.
 

Воскрешение «мертвых» лидеров

Что можно сделать, чтобы восстановить чувство воодушевления? Что можно сделать, чтобы заново открыть или придумать себя? Учитывая тот факт, что люди — главное богатство компании, как мы можем обна­ружить творческие способности у себя, своих коллег и подчиненных? 

 

Ощущение потока

Мы должны открыть в себе то, что психолог Михаль Чикжентмихалый называет ощущением «потока» — ощущение, складывающееся из ожив­ления, концентрации и такой увлеченности, что мы теряем чувство вре­мени. Как это сделать?
Во-первых, нам нужен вызов. Если мы работаем над трудными зада­чами, которые можно выполнить, мы достигаем ощущения покоре­ния Эвереста, которое сопровождает чувство потока. Слишком труд­ные или слишком простые задачи вызовут сложности. Рабочие цели должны быть достижимы: если они слишком сложные, тревога вы­нудит вас сдаться или работать до изнеможения; если они будут слишком простыми, вам станет скучно, и вы «заржавеете». Вызов очень важен, потому что он заставляет вас учиться. Человеку свойственен исследовательский голод, который может утолить только учеба (как мы увидим в главе 13). Компании, поощряющие обучение и тем са­мым создающие возможности для творчества и инноваций, помо­гают своим сотрудникам чувствовать себя в тонусе.
Во-вторых, нужны промежуточные результаты. Маленькие «побе­ды» очень важны. Если вы установите и достигнете определенного этапа на пути к каждой большой цели, вы будете получать посто­янную обратную связь, чувство контроля над тем, что вы делаете, и сможете «праздновать» продвижение на протяжении всего пути.
В стрессовых условиях сложнее поддерживать воодушевление и энергию, так необходимые для чувства потока. Слишком много энергии у них уходит на решение личных проблем. Тем не менее, учитывая важность управления эмоциями и той степени, в которой ру­ководители служат живым символом для своих людей, эмоциональная выразительность необходи­ма. Симптомы алекситимии, ангедонии или диссо­циации мешают руководителю находиться в кон­такте со своими сотрудниками. Это можно сыграть, но со временем руководители и подчиненные по­чувствуют, что их лидер морально и эмоционально не с ними, что он не может сохранить движущую силу. Таким образом, лидер должен либо предупреждать появление подобных симптомов, либо обращаться за внешней помощью (коллег или специалистов), чтобы от них избавить­ся. Лидеры будут в состоянии помочь своим людям оставаться энергич­ными, только если разумно посмотрят на эти проблемы.

К списку статей по Коучингу и бизнес-консультированию
К списку статей по Клинической парадигме менеджмента
К списку статей по Истории и теории психоанализа
К списку статей А. В. Россохина в журнале «Psychologies»

Исследование алекситимии при шизофрении и некоторых соматических заболеваниях

В настоящее время становится очевидным, что феноменологически алекситимия достаточно многогранна. Основные психологические и клинические концепции алекситимии отражают те или иные ее стороны, не охватывая все аспекты. Довольно длительное время преобладало мнение о патогномоничной связи алекситимии с психосоматическими расстройствами. Однако в дальнейшем появились исследования, результаты которых свидетельствуют о высоком уровне алекситимии не только при психосоматических расстройствах, но и при неврозах и других психических заболеваниях [1, 2]. Sung hwa Son и соавт. [3] изучали уровень алекситимии при депрессии, соматоформных, тревожных и психотических расстройствах в корейской популяции и обнаружили, что он высокий у большинства пациентов, но изменения не были статистически достоверными.

Известно, что автором термина «алекситимия» (от др.-греч. ἀ- — приставка с отрицательным значением, λέξις — слово, θυμός — чувство, буквально «без слов для чувств») является Р. Sifneos [4], которым было дано следующее описание: «Для этих людей характерны бесконечные описания своих физических чувств, не связанных с болезнью. В их мыслях нет фантазий, они описывают свои внутренние чувства как раздражительность, пустоту, усталость, возбуждение, напряжение, они с большим трудом проявляют свои эмоции, предпочитают активный образ жизни, склонны к импульсивности, испытывают недостаток межличностных взаимодействий и предпочитают одиночество. По причине этих ограничений такие пациенты, как правило, испытывают трудности в общении с другими людьми и кажутся малоинтересными и скучными».

Психологически выделяются следующие особенности личности с алекситимией: 1) затруднение в определении и описании (вербализации) собственных эмоций и эмоций других людей; 2) затруднение в различении эмоций и телесных ощущений; снижение способности к символизации, в частности к фантазии; 3) фокусирование преимущественно на внешних событиях в ущерб внутренним переживаниям; 4) склонность к конкретному, утилитарному, логическому мышлению при дефиците эмоциональных реакций. Отмечается, что все указанные признаки могут быть выражены в одинаковой степени или один из них может быть выражен более, чем другие.

Следует отметить, что термину «алекситимия» предшествовала концепция «la pensée opératoire» — «операционного мышления». Она была разработана P. Marty и M. de M’Uzan в 1963 г. [5] в процессе консультирования больных c психосоматическими расстройствами. Об этом с хорошо проиллюстрированными семью клиническими наблюдениями сообщено в книге G. Pirlot [6]. Изначально «операционное мышление» преподносилось как утилитарная, фактическая мысль, обращенная к конкретному лицу, «без ассоциации» и фантазий, характерная для особенности мышления пациентов с психосоматическими заболеваниями. В последующих исследованиях «операционное мышление» стало определяться именно как особенность мышления, которая может быть не только у «психосоматических» больных, но и у больных другими заболеваниями, в том числе психическими (депрессии, наркомании, шизофрении и др.) [7].

В отношении понятия «алекситимия» прослеживается аналогичная эволюция: если ранее ее рассматривали как психосоматическую конституциональную особенность, то в настоящее время она включает в себя достаточно многообразное смысловое содержание. Так, наряду с первичной алекситимией выделяют вторичную [8], она же функциональная алекситимия [9], а среди ее разновидностей — психологическую, педагогическую, ситуативную, лингвистическую и др. Повышенное внимание исследователей к алекситимии в последнее время инициировано не столько феноменологическим интересом, сколько больше прагматическими целями, а именно потребностями психотерапевтической (индивидуальной и групповой) практики [10, 11].

Исследований, посвященных алекситимии у больных шизофренией, мало, и результаты их неоднозначны.

Некоторые исследователи [12—14] указывают, что у пациентов с шизофренией может развиваться алекситимия. W. Li и соавт. [15] собщают, что по сравнению со здоровыми у больных шизофренией выявляется достаточно высокий уровень алекситимии, хотя он ниже, чем у лиц с депрессией и манией. В другом исследовании [16] было установлено, что страдающие шизофренией пациенты имеют более высокий уровень алекситимии, чем больные с аффективными заболеваниями и посттравматическим стрессовым расстройством. В ряде исследований [17, 18] более определенно говорилось о том, что больные шизофренией не могут идентифицировать свои эмоции или испытывают трудности в их описании [19, 20]. По мнению некоторых авторов [21—23], одно из главных нарушений при шизофрении связано с дефицитом перцептивного компонента эмоционального интеллекта.

А. Cedro и соавт. [12] установили, что существует положительная корреляция алекситимии как с «параноидной» шизофренией, так и с «непараноидной». В отличие от других авторов [14] они отметили, что уровень алекситимии при последней выше. Некоторые исследователи [20, 21] предполагают наличие связи алекситимии с негативными симптомами шизофрении. I. Nkam и соавт. [23] установили, что алекситимия при шизофрении сопряжена с аффективным уплощением и оскудением речи. Однако другие авторы [15, 24] отрицают эту связь.

О. Todarello и соавт. [1] изучали уровень алекситимии у 29 больных шизофренией на фоне соответствующего лечения в течение 3, 6 и 12 мес, сопоставляя уровень алекситимии с изменениями психического состояния пациентов. Они установили, что улучшение психического состояния пациентов не отражается на выраженности алекситимии, ее уровень остается стабильным. Они считают, что негативные симптомы шизофрении не имеют ничего общего с алекситимией и алекситимия — это структура, которая не является симптомом шизофрении. Из-за небольшого числа пациентов это исследование не было признано доказательным. J. Henry и соавт. [24] сделали попытку изучить влияние алекситимии на динамику шизофрении, обратив особое внимание на эмоциональные нарушения и социальное поведение больных, которые, по их мнению, являются наиболее распространенными и разрушительными последствиями заболевания. Они сделали вывод, что алекситимия не может напрямую влиять на проявления и течение шизофрении. Но, по данным М. Divilbiss [25], выраженность позитивных, негативных симптомов шизофрении и уровень социального функционирования больных связаны с алекситимией, при этом алекситимия не имеет ничего общего с эмпатией. Этот автор считает негативную симптоматику главной для понимания алекситимии у больных шизофренией.

М. Van’t Wout и соавт. [26] обнаружили, что уровень алекситимии у страдающих шизофренией мужчин выше, чем у женщин.

Цель исследования — сравнение проявлений и степени выраженности алекситимии при шизофрении и некоторых соматических заболеваниях. В число последних не были включены психосоматические расстройства и заболевания, так как их связь с алекситимией хорошо изучена [27—32]. В связи с этим объектом исследования наряду с больными параноидной формой шизофрении явились больные с гипертонической болезнью с преимущественным поражением сердца, хронической ишемической болезнью сердца и инсулинозависимым сахарным диабетом.

Материал и методы

Обследовали 60 пациентов с параноидной шизофренией (по МКБ-10 рубрика F20.0), 55 больных с гипертонической болезнью с преимущественным поражением сердца (рубрика I11), 53 больных с хронической ишемической болезнью сердца (I25) и 51 больного с инсулинозависимым сахарным диабетом (Е10). Характеристика этих больных дана в таблице.

Характеристика обследованных пациентов

В исследование не включали больных, злоупотребляющих психоактивными веществами и имеющих органическое поражение головного мозга.

Пациенты, страдающие шизофренией, были обследованы в Республиканской психиатрической больнице №1 Минздрава Республики Азербайджан, соматические пациенты — в клинической больнице №3 Главного управления здравоохранения Баку.

Для оценки проявлений алекситимии использовали Торонтскую алекситимическую шкалу (TAS-26) [16], адаптированную в Научно-исследовательском институте психоневрологии им. В.М. Бехтерева. С ее помощью уровень алекситимии оценивается в 5 баллов с учетом следующих вариантов ответов на соответствующие вопросы: 1) полностью не согласен; 2) скорее всего не согласен; 3) ни один из вариантов; 4) скорее всего согласен; 5) совершенно согласен. В данной версии результат 62 балла и менее считается нормой, 63—73 балла дает основание отнести пациента в группу риска по алекситимии, 74 балла и более позволяет диагностировать алекситимию.

При оценке психического статуса больных шизофренией учитывали соотношение позитивных и негативных симптомов по шкале PANSS [33]. Особое внимание обращали на негативные симптомы. Степень их выраженности по этой шкале оценивается по 7-балльной системе: отсутствует — 1 балл; очень слабая выраженность — 2 балла; слабая выраженность — 3 балла; умеренная выраженность — 4 балла; сильная выраженность — 5 баллов; очень сильная выраженность — 6 баллов; крайняя степень выраженности — 7 баллов.

Исследование было проведено в соответствии с Хельсинкской декларацией Всемирной медицинской ассоциации «Рекомендации для врачей, занимающихся биомедицинскими исследованиями с участием людей».

Результаты и обсуждение

Было установлено, что у больных шизофренией выраженность позитивных симптомов соответствовала 21,0±1,5 балла, негативных — 39,0±2,0 балла, соответствующий индекс составил 18. Тяжесть негативных cимптомов почти в 2 раза превышала тяжесть продуктивных (р<0,001) и была максимальной при оценке по следующим пунктам шкалы: Аффективное уплощение; Эмоциональное отчуждение; Слабый межличностный контакт; Пассивный/апатичный/социальная отстраненность; Нарушение процесса абстракции. Стереотипность мышления. Была также подтверждена корреляция между алекситимией и негативными симптомами шизофрении при помощи критерия Стьюдента [34].

Сравнительная оценка проявлений алекситимии показала, что среднее количество TAS у пациентов с шизофренией составило 109,73 балла, а у пациентов с соматическими заболеваниями — 81,66 балла, т.е. показатели TAS у пациентов с шизофренией были достоверно выше (р<0,001).

В ходе анализа ответов на утверждения TAS были определены некоторые особенности алекситимии у пациентов с шизофренией и больных с соматическими расстройствами. В обоих случаях были получены высокие баллы по утверждениям №4 TAS (Я часто затрудняюсь определить, какие чувства испытываю) и №8 TAS (Мне трудно находить правильные слова для своих чувств).

Больные шизофренией показали более высокие баллы по позициям TAS, которые соответственно содержат утверждения: №10. У меня бывают физические ощущения, которые непонятны даже докторам; №13. Я предпочитаю анализировать проблемы, а не просто их описывать; №18. Я редко мечтаю; №22. Мне трудно описывать свои чувства по отношению к людям; №26. Я часто не знаю, почему сержусь.

Для пациентов с гипертонической болезнью с преимущественным поражением сердца были характерны высокие баллы по позициям: №11. Мне недостаточно знать, что привело к такому результату, мне необходимо знать, почему и как это происходит; №17. Меня часто озадачивают ощущения, появляющиеся в моем теле; №20. У меня бывают чувства, которым я не могу дать вполне четкое определение.

Больные с хронической ишемической болезнью сердца выделялись высокими баллами по утверждениям: №21. Очень важно уметь разбираться в эмоциях; №23. Люди мне говорят, чтобы я больше выражал свои чувства; №24. Следует искать более глубокое объяснение происходящему.

Таким образом, результаты проведенного исследования показали, что алекситимия не является свойством, характерным исключительно для психосоматических заболеваний и невротических расстройств, и выявляется у больных шизофренией, а также при других группах соматических заболеваний. При параноидной шизофрении был выявлен достаточно высокий уровень выражености проявлений алекситимии, который существенно превосходил таковой при соматической патологии. Общей особенностью шизофрении и изучавшихся соматических расстройств были высокие показатели алекситимии в области вербализации собственных эмоций. Из частных особенностей для больных шизофренией были более характерны затруднения в различении эмоций (своих и чужих) и телесных ощущений, тогда как у пациентов с соматическими заболеваниями преобладали недостаточность рефлексии и склонность к рациональному мышлению при дефиците эмоциональных реакций.

Так как у обследованных больных шизофренией с алекситимией выражненность негативных симптомов превышала выраженность продуктивных симптомов, можно предположить возможную связь алекситимии с последними и ее влияние на межличностные отношения больных, их аутизацию и социальную адаптацию.

Исследование проведено в соответствии с Хельсинкской декларацией Всемирной медицинской ассоциации «Рекомендации для врачей, занимающихся биомедицинскими исследованиями с участием людей».

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Торонтская шкала алекситимии (TAS)

Вопросы:

Совершенно не согласен

Скорее не согласен

Ни то, ни другое

Скорее согласен

Совершенно согласен

·  Когда я плачу, я всегда знаю, почему

 

 

 

 

 

·  Мечты — это потеря времени

 

 

 

 

 

·  Я хотел бы быть не таким застенчивым

 

 

 

 

 

·  Я часто затрудняюсь определить, какие чувства я испытываю

 

 

 

 

 

·  Я часто мечтаю о будущем

 

 

 

 

 

·  Мне кажется, я так же способен легко заводить друзей, как и другие

 

 

 

 

 

·  Знать, как решать проблемы, более важно, чем понимать причины этих решений

 

 

 

 

 

·  Мне трудно находить правильные слова для моих чувств

 

 

 

 

 

·  Мне нравится ставить людей в известность о своей позиции по тем или иным вопросам

 

 

 

 

 

·  У меня бывают физические ощущения, которые непонятны даже докторам

 

 

 

 

 

·  Мне недостаточно знать, что что-то привело к такому результату, мне необходимо знать, почему и как это происходит

 

 

 

 

 

·  Я способен с легкостью описать свои чувства

 

 

 

 

 

·  Я предпочитаю анализировать проблемы, а не просто их описывать

 

 

 

 

 

·  Когда я расстроен, я не знаю, печален ли я, испуган или зол

 

 

 

 

 

·  Я часто даю волю воображению

 

 

 

 

 

·  Я провожу много времени в мечтах, когда не занят ничем другим

 

 

 

 

 

·  Меня часто озадачивают ощущения, появляющиеся в моем теле

 

 

 

 

 

·  Я редко мечтаю

 

 

 

 

 

·  Я предпочитаю, чтобы все шло само собой, чем понимать, почему произошло именно так

 

 

 

 

 

·  У меня бывают чувства, которым я не могу дать вполне точное определение

 

 

 

 

 

·  Очень важно уметь разбираться в эмоциях

 

 

 

 

 

·  Мне трудно описывать свои чувства по отношению к людям

 

 

 

 

 

·  Люди мне говорят, чтобы я больше выражал свои чувства

 

 

 

 

 

·  Следует искать более глубокие объяснения происходящему

 

 

 

 

 

·  Я не знаю, что происходит у меня внутри

 

 

 

 

 

·  Я часто не знаю, почему я сержусь

 

 

 

 

 

Торонтская алекситимическая шкала

TAS создана G.J.Taylor и соавт. (1985).

Подсчет баллов осуществляется по ключу:

отрицательный код имеют пункты шкалы: 1 5 6 9 11 12 13 15 21 24.

Т.е. по этим пунктам следует поставить противоположную оценку:

оценка 1 получает 5 баллов, 2 — 4, 3 — 3, 4 — 2, 5 — 1.

Сумма по всм пунктам равна итоговому баллу.

Таблица 1.

Уровень алекситимии
у больных с психосоматическими расстройствами,
больных неврозами и здоровых лиц

Психосоматические заболевания 72.09+0.82

Неврозы 70.1+1.3

Контрольная группа здоровых 59.3+1.3 при р< 0.01

 

Таблица 2.

Уровень алекситимии
у больных с различными психосоматическими расстройствами,
больных неврозами и здоровых лиц

Психосоматические заболевания:

бронхиальная астма 71.84+1.40

гипертоническая болезнь 72.62+1.42

язвенная болезнь 71.11+1.40

Неврозы 70.1+1.3

Контрольная группа.здоровых 59.3+1.3 при р<0.01

 

Алекситимия. Причины и риски возникновения расстройства Текст научной статьи по специальности «Психологические науки»

АЛЕКСИТИМИЯ. ПРИЧИНЫ И РИСКИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ

РАССТРОЙСТВА

Искусных Анна Юрьевна

канд. биол. наук, ассистент кафедры биохимии Воронежского государственного медицинского университета,

РФ, г. Воронеж E-mail: [email protected] ru

ALEXITHYMIA. CAUSES AND RISKS OF DISORDERS

Anna Iskusnykh

Candidate of Science, Biochemistry department, assistant of Voronezh State Medical University,

Russia, Voronezh

АННОТАЦИЯ

Алекситимия — сложный психологический феномен. Несмотря на многолетнюю историю его изучения представителями различных научных дисциплин, до настоящего времени нет единой научной концепции, позволяющей объяснить причины и механизмы развития алекситимии. Широкая распространенность данного психологического нарушения не только среди больных, но и среди здоровых людей, его отрицательное влияние на становление личности и на здоровье человека, оставляет этот вопрос актуальным и сегодня. В статье обобщаются сведения об основных теориях и гипотезах, связанных с феноменом алекситимии.

ABSTRACT

Alexithymia is a complex psychological phenomenon. Despite of a the long history examination by representatives of different scientific disciplines, to date have not been a single scientific concept that allows to explain the reasons and mechanisms of development of alexithymia. The prevalence of psychological disorders not only among patients but also among healthy people, its negative impact on the formation of personality and health, leaving this question still relevant today.ta («слово») и («душа,

чувства, мысли») (Р. Sifneos, 1972) — психологическая проблема, характеризующаяся трудностями в понимании собственных чувств, к выражению эмоций с помощью жестов, позы и мимики и к их словесному описанию при общении с другими людьми.

Из-за затруднений, испытываемых при словесном описании эмоций и ощущений, у алекситимиков наблюдается дефицит внешних проявлений эмоциональных реакций, что не означает бесчувственности в целом. Ощущения и чувства, не всегда осознаваемые, не имея выхода, подавляются и могут трансформироваться в телесно-вегетативные реакции и болезненные явления во внутренних органах, вызывая психосоматические болезни [2, с. 43].

Алекситимия в различных формах встречается у 5—25 % условно здоровых людей. Расхождения в оценке распространенности связаны с использованием различных диагностических методик выявления и определения уровня этого психологического расстройства. Достоверных отличий по полу и возрасту выявлено не было [3, с. 139]. Алекситимия не связана с умственными способностями человека и не считается заболеванием.

Для лиц с алекситимией характерны следующие особенности:

1. Эмоциональная сфера: неспособность к распознаванию и описанию собственного эмоционального состояния и эмоционального состояния других людей, трудности в проведении различий между чувствами и телесными ощущениями, телесный дискомфорт. Лицам с выраженной алекситимией трудно оценить модальность переживаний, им сложно понять огорчены они, встревожены или раздражены, в стрессовых ситуациях у них могут возникать аффективные срывы [3, c. 129].

2. Когнитивная сфера: недостаточность воображения, ограниченность способности фантазировать, недостаточная способность к творчеству, слабость функции символизации и категоризации в мышлении, преобладание наглядно —

действенного над абстрактно-логическим мышлением, тип мышления в целом «конкретный», «механистический» [1, c. 173]. Даже при высокой образованности речь алекситимика очень скудная, лишенная метафор.

3. Личностный профиль: высокая личностная тревожность, инфантильность, в разной степени примитивность жизненной позиции, недостаточно развитая функция рефлексии, нечувствительность к своему физическому и психологическому состоянию, неспособность активного вмешательства в обстоятельства жизни [7, c. 84], низкий уровень удовлетворенности жизнью [8, c. 79]. В личностном профиле алекситимика преобладают черты, направленные скорее на реализацию социальной роли, а не на личностное совершенствование [12, c. 214].

Перечисленные качества в своей совокупности делают сложным и целостное восприятие жизни и саморегуляцию, приводят к трудностям в межличностных отношениях [1, c. 174]. Выраженная тревожность и невозможность позитивного реагирования приводят к высокой подверженности стрессовым воздействиям и формированию особого стиля поведения. При этом личностная ригидность алекситимиков препятствует возможности увидеть выход из стрессовой ситуации.

В настоящее время не существует единой концепции, объясняющей причины и механизмы развития алекситимии, однако, можно выделить три основные теории происхождения этого психологического расстройства: биологическую теорию, теорию травматической соматизации и теорию социального научения.

Биологическая теория рассматривает алекситимию как первичный процесс, в котором ведущая роль принадлежит генетическим механизмам, дефектам или особенностям развития головного мозга. Врожденная алекситимия может также возникать вследствие определенных патологий беременности и родов.

Теория травматической соматизации рассматривает алекситимию как вторичный процесс.

Алекситимичные черты часто встречаются у лиц с посттравматическими стрессовыми расстройствами, они могут выражаться в патологической форме горя или скрытой депрессии. Для алекситимичных личностей характерен «незрелый» тип защиты от сверхсильных, непереносимых для них аффектов. В результате психологической травмы возникает состояние глобального торможения аффектов, реакция «оцепенения». В данном случае алекситимия рассматривается как защитный механизм, хотя в классическом понимании психологической защитой не является.

Социологический подход связывает появление алекситимии в аспекте социальных и культурных факторов.

Сторонники биологической теории алекситимии считают, что она не поддается коррекции, тогда как подходы, утверждающие формирование алекситимии в результате травмы или социального научения, признают ее коррекцию возможной.

В рамках представленных теорий выдвигается несколько этиологических гипотез.

1. Гипотеза дефицита. В основе алекситимии лежит застревающее на ранней стадии развитие (а не фиксация с регрессией, как при неврозах). В пользу этого предположения свидетельствует то, что при алекситимии используются незрелые формы психологических защит (защитоподобное поведение) — отрицание, проективная идентификация, характерные для плохо структурированного (преневротического) уровня развития психики.

Алекситимики могут быть выходцами из семей, где не приветствуется проявление эмоций, а чувства подавляются (эмоционально «холодные» семьи), из дисфункциональных семей (семьи с проблемами химической зависимости; семьи, где используется насилие), либо из семей, где принята гиперопека. Сознательное подавление негативных эмоций в стрессовых состояниях приводит к генерализации этого процесса, и человек в итоге скрывает и подавляет любые эмоциональные состояния, не только отрицательные.

Еще одна причина расстройства может состоять в задержке развития на симбиотическом уровне и недостатке дифференцировки субъект-объект, в результате чего происходит идентификация с объектом и человек существует только благодаря другому человеку («ключевой фигуре»). 174— 175].

Нарушение формируется на ранних этапах развития, поэтому личность с алекситимичными особенностями не может самостоятельно преодолеть трудности в вербализации своих переживаний на более поздних этапах развития.

2. Гипотеза регрессии при травмировании. Тенденция к блокировке эмоций может возникнуть вследствие психотравмы, связанной со сверхсильным эмоциональным переживанием. При этом наблюдается фиксация на травмирующем факторе, регрессия на более раннюю стадию развития, соматизация аффектов (расстройства деятельности внутренних органов).

3. Гипотеза наследования. Более значительные внутрипарные различия по алекситимии у дизиготных близнецов по сравнению с монозиготными указывают на возможное влияние генетического фактора на развитие алекситимии.

4. Гипотеза нейроанатомически-нейрофизиологинеского нарушения. Алекситимия может быть связана с различными нарушениями развития головного мозга (дефект мозолистого тела, билатеральная или аномальная локализация центра речи в правом полушарии) или с блокировкой импульсов от висцерального (эмоционального) мозга к коре, вследствие чего пропадает способность осознавать и вербализовывать эмоции. Неспособность регулировать эмоции на неокортикальном уровне приводит к усилению физиологических реакций на стрессовые ситуации, создавая условия для развития психосоматических заболеваний.

В работе И.С. Коростеловой, В.С. Ротентберга [6, с. 136—143] установлено, что при нарушенном взаимодействии полушарий головного мозга левое полушарие не распознает эмоциональных переживаний, возникающих в правом полушарии. Лица, подвергшиеся церебральной коммисуротомии — перерезке на уровне мозолистого тела, через которое проходят комиссуральные проводящие пути, объединяющие функции полушарий головного мозга, — характеризуются сниженной способностью к символизации, фантазированию, у них реже бывают сновидения. В связи с этим были высказаны предположения о возможности возникновения у человека «функциональной комиссуротомии», а алекситимию назвали синдромом «расщепленного мозга».

5. Гипотеза социально-психологического формирования реакции. Согласно этой гипотезе алекситимия интерпретируется как феномен приспособления к западному индустриальному обществу, в котором требуется конкретно -реалистическое, эмоционально слабоокрашенное приспособительное поведение.

6. Гипотеза адаптационного формирования и развития алекситимии. Адаптационный подход позволяет рассматривать алекситимию как одну из последовательных приспособительных реакций на тревогу, с одной стороны, и как фактор, предопределяющий возникновение соматизации — с другой. При этом за внешне однородными проявлениями скрываются разные психологические механизмы формирования нарушения [9, с. 18—24].

В настоящее время различают органическую алекситимию, причинами которой являются недоразвитие центральной нервной системы (например, недостаточная сформированность межполушарных взаимодействий) или органическое поражение головного мозга (врожденное или приобретенное), при котором повреждаются связи, ответственные за функцию распознавания висцеральных импульсов и вербального определения эмоций, и функциональную алекситимию, не связанную с органическими расстройствами. 95].

Педагогическая алекситимия развивается в том случае, если человек в детстве не приобретает опыта обозначения чувств, имеет скудный запас эмотивной лексики. Этот тип алекситимии наиболее характерен для мальчиков, что связано с определенными гендерными педагогическими стереотипами (с мальчиками редко говорят об их чувствах, одобряется их подавление).

Алекситимия может быть следствием неправильных подходов в воспитании (отвергающее, противоречивое, гиперопека, гипоопека) и находится в прямой зависимости от характера отношений в системе «мать-ребенок» в раннем детстве.

Нормальное развитие ребенка связано с постепенной сепарацией от матери, в «вылуплении» из симбиотического союза. Это происходит лишь при условии соответствующего поведения матери, которая, используя приемы дозированного отсутствия, должна обучать ребенка способам саморегуляции, самоухода и самозащиты. 139].

Психологическая алекситимия. Различают психотравматическую и ситуативную алекситимию. Психотравматическая алекситимия обусловлена психотравмирующей ситуацией, при которой блокируется переживание чувств из-за их высокой интенсивности. Она может также возникать из-за «социального запрета» на определенное выражение чувств, из-за их несоответствия Я-концепции, или из-за боязни не справиться со своими эмоциями. Защита от переживания чувств, возникающих в психотравмирующей ситуации, приводит к «вытеснению» этих чувств из сферы осознавания и к невозможности их последующего вербального описания и выражения.

Постоянное подавление чувств и эмоциональных реакций на стрессовые факторы может стать привычным, в результате чего чувства даже вне стрессовой ситуации становятся менее выраженными.

Ситуативная алекситимия обусловлена ситуативными и коммуникативными факторами, такими как стеснение, стыд, недоверие, отсутствие гарантий психологический безопасности, боязнь быть непонятым.

Алекситимические проявления часто бывают вызваны повышенной личностной тревожностью. Застреваемость на негативных ощущениях способствует соматизации тревоги, развитию психосоматических и аутоиммунных заболеваний.

Лингвистическая алекситимия связана с невозможностью подобрать адекватные языковые средства для описания внутреннего опыта. Людям с выраженной алекситимией трудно классифицировать негативные возгласы, выражающие печаль, грусть, уныние [8, c. 150]. В некоторых случаях лингвистическая алекситимия может быть обусловлена отсутствием правильной словесной культуры и образования.

Алекситимия может быть как стабильной (патологической) характеристикой личности, так и преходящим состоянием, которое может возникнуть у любого человека в определенных жизненных ситуациях.

В.В. Соложенкиным и Е.С. Гузовой была предложена следующая типология алекситимии [9, с. 18-24]:

1. Стабильные алекситимии, среди которых выделяют конституциональную алекситимию (предположительно — результат нарушения межполушарных взаимодействий) и культуральную алекситимия, связанную с особенностями коммуникативного стиля, характерного для определенной культуры.

2. Преходящие (адаптационные) алекситимии, среди которых различают защитную алекситимию, связанную со страхом перед содержанием эмоций и с нарушением аутокоммуникации, и ситуативную алекситимию, проявляющуюся

во временном затруднении вербализации эмоций в условиях фрустрирующей ситуации.

Чем меньше эмоция осознается и проявляется в виде конкретного чувства, тем более выражены ее вегетативные компоненты, расстройства в работе органа или системы [11, c. 55].

Один из основоположников учения об алекситимии и автор термина Р. Sifneos предположил существование зависимости между этим психологическим нарушением и психосоматозом, но до настоящего времени связь алекситимии с психосоматическими расстройствами однозначно не доказана. Алекситимия была описана при ишемической болезни сердца, первичной артериальной гипертензии, сахарном диабете, бронхиальной астме, язвенной болезни желудка и двенадцатиперстной кишки, неспецифическом язвенном колите, болезни Крона, злокачественных

новообразованиях [4, c. 32; 14, c. 149].

Показано, что алекситимия сопровождается снижением показателей клеточного и гуморального иммунитета [14, c. 199], повышением активности симпатико — адреналовой и гипоталамо-гипофизарной систем, существует корреляция между выраженностью алекситимии и содержанием кортизола, адренокортикотропного гормона и норадреналина [13, c. vy с/

формами зависимостей, с избыточной массой тела, вызванной постоянным снижением чувства напряжения приемом пищи. У пациентов с ишемической болезнью сердца алекситимия встречается в 31—49 % случаев, у больных первичной артериальной гипертензией в 55,3 % случаев [4, c. 32]. У алекситимичных пациентов цифры артериального давления выше, чем у неалекситимичных.

Следует отметить, что при этом далеко не все психосоматические пациенты имеют алекситимичные особенности. G. Smith (1983) показал, что только 25 % психосоматиков алекситимичны, а значит однозначных причинно -следственных связей между алекситимией и психосоматическими

расстройствами нет, но в любом случае наличие алекситимичных черт затрудняет лечение.

Алекситимия — особое психологические состояние, требующее точной диагностики. В настоящее время за рубежом широко используются следующие опросники: опросник Госпиталя Бет Израел, опросник Кристаля с соавторами, шкала Шеллинга-Сифнеоса и другие.

Особенную популярность приобрела Торонтская Алекситимическая Шкала (ТАШ) созданная Г. Тэйлором с соавторами. Опросник был переведен и адаптирован в Психоневрологическом институте имени В.М. Бехтерева (при участии сотрудников Санкт-Петербургской медицинской академии последипломного образования) и проверен на валидность. Это один из немногих способов измерения алекситимии, подходящий как для клинических, так и для исследовательских целей.

Изучение алекситимии в наши дни носит полидисциплинарный характер. Однозначной трактовки природы феномена, механизмов развития, и самого понятия в настоящее время не существует. Так как алекситимию обнаруживают и у больных психосоматическими заболеваниями и неврозами, и у психически здоровых людей, данное расстройство относят не к причинам, а скорее к факторам риска развития патологии.

В любом случае алекситимия требует психологической коррекции. Общие принципы психологического сопровождения лиц с алекситимией должны учитывать их личностные особенности и включать эмоциональную поддержку, опору на невербальные средства взаимодействия, развитие вербального мышления и языка чувств, создание условий для осознания внутреннего состояния, повышения самооценки и формирования положительного образа будущего.

Список литературы:

1. Брель Е.Ю. Проблема изучения алекситимии в психологических исследованиях // Вестник КемГУ. — 2012. — № 3 (51). — С. 173—176.

2. Былкина Н.Д. Алекситимия (аналитический обзор зарубежных исследований) // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. — 1995. — № 1. — С. 43—53.

3. Гаранян Н.Г., Холмогорова А.Б. Концепция алекситимии // Социально-психиатрический журнал. — 2003. — Т. 13, — № 1. — С. 128—145.

4. Грекова Т.И., Провоторов В.М., Кравченко А.Я., Будневский А.В. Алекситимия в структуре личности больных ишемической болезнью сердца // Клиническая медицина. — 1997. — № 11. — С. 32—34.

5. Есин Р.Г., Горобец Е.А., Галиуллин К.Р., Есин О.Р. Алекситимия — основные направления изучения // Журнал неврологии и психиатрии. — 2014. — № 12. — С. 148—151.

6. Коростелева И.С., Ротенберг В.С. Проблема алекситимии в контексте поведенческих концепций психосоматических расстройств / Телесность человека: междисциплинарные исследования. Сборник статей. М., 1993. — С. 136—143.

7. Николаева В.В. О психологической природе алекситимии // Телесность человека: междисциплинарные исследования. Сборник статей. М., 1993. — С. 84—93.

8. Никулина Д.С., Синеева С.Н. Удовлетворенность качеством жизни студентов с разным уровнем алекситимии // Известия Южного федерального университета. Технические науки. — 2008. — вып. 6, — Т. 83. — С. 76—80.

9. Соложенкин В.В., Гузова Е.С. Алекситимия (адаптационный подход) и психотерапевтическая модель коррекции // Социальная и клиническая психиатрия. — 1992. — Т. 8., — вып. 2. — С. 18—24.

10. Трунов Д.Г. Виды и механизмы функциональной алекситимии // Вестник Пермского университета, Сер. Философия, психология, социология. — 2010. — вып. 2 (2). — С. 93—99.

11. Черномазова Е.А., Кожоналиева А.М. Действие кризисных ситуаций на эмоциональное здоровье студентов: проявление феномена алекситимии // Вестник КГМА им. И.К. Ахунбаева. — 2011. — № 3. — С. 55—58.

12. Чухрова М.Г, Леутин В.П., Пилипенко Г.Н., Кабанов Ю.Н. Нейропсихологический анализ феномена алекситимии у спортсменов // Мир науки, культуры, образования. — 2009. — № 3 (15). — С. 208—215.

13. Henry J.P., Haviland M.G., Cummings M.A. et al. Shared neuroendo-crine patterns of post-traumatic stress disorder and alexithymia // Psychosom. Med. — 1992. — V. 54 (4). — P. 407—415.

14. Todarello O., Casamassima A., Marinaccio M. et al. Alexithymia, immunity and cervical intraepithelial neoplasia: a pilot study // Psychother. Psychosom. — 1994. — V. 61 (3—4). — Р. 199—204.

тёмные чувства будут терзать нас до тех пор, пока мы не выразим их словами — Моноклер

Рубрики : Переводы, Последние статьи, Психология

Become a Patron!

«Что ты сейчас чувствуешь?» — этот вопрос можно услышать при самых разных обстоятельствах, начиная от первого свидания и заканчивая присутствием на похоронах. Но как мы на него ответим и ответим ли? Всегда ли у нас получается распознавать свои чувства и выражать их словами? У алекситимиков — нет. Психоаналитик Том Вулдридж, заведующий кафедрой психологии в Golden Gate University в Сан-Франциско, рассказывает о том, когда и почему мы не можем артикулировать свои чувства, что такое алекситимия и как работать с ней и подобными состояниями. Главным методом он считает развитие такой способности, как психическая выработка эмоций — причем она жизненно важна не только для алекситимиков, но и для каждого из нас.

«Джейн» — тип клиента, знакомый каждому психотерапевту. Она мучается, возможно, очень сильно, но всячески сопротивляется тому, чтобы облечь в слова свои чувства и внутренние конфликты, которые являются причиной её страданий; а если и выражает их словами — то крайне скупо. Джейн может связать свою тревогу с чем-то конкретным: она боится прибавить в весе, мучается из-за формы носа или говорит, что не может контролировать тягу к алкоголю. Но если попросить её подробнее рассказать о том, что же у нее на душе, Джейн впадет в ступор и вернется к уже знакомой первоначальной жалобе, а может вовсе отклонит вопрос. Однако вскоре психотерапевт обнаружит, что она не просто сдерживает себя — наоборот, Джейн не в состоянии полнее описать свои внутренние переживания.


Читайте также Афазия, или тотальное молчание: что будет, если вы утратите способность разговаривать с собой?

Такие люди, как Джейн, являются алекситимиками — термин был придуман американскими психоаналитиками Джоном Кейсом Немиа и Питером Сифнеосом в 1970-х годах, происходит от греческого a («без»), lexis («слова») и thymos («эмоции»). Алекситимия относится к группе особенностей, среди которых сложность определения и описания субъективных чувств, ограниченная фантазия и неразвитый стиль мышления, который фокусируется на внешних раздражителях, а не на внутренних состояниях.

Тем не менее даже до введения термина психоаналитики часто описывали клиентов с явной алекситимией, которые зашли в тупик из-за своего конкретного мышления, ограниченного эмоционального сознания и пренебрежительного отношения к своим внутренним переживаниям. Эти люди были склонны к развитию так называемых соматических симптомов (физические недомогания, вроде жалоб на телесную боль или усталость) и компульсивному поведению для регулирования своих чувств — например, переедание и злоупотребление алкоголем.


Читайте также Магическое мышление и ОКР: есть ли выход из внутренней тюрьмы?

С тех пор врачи наблюдали алекситимию среди людей с диагнозами широкого спектра проблем психического здоровья, включая посттравматические состояния, наркотическую зависимость, расстройства пищевого поведения и панические расстройства. Большое количество проблем, с которыми связана алекситимия, служит подтверждением тому, что если человек не может выразить свои чувства в символической форме (через слова или образы), то невыраженные эмоции оказывают вредное влияние на физиологию — что проявляется через соматические симптомы.

Чего не хватает алекситимикам, так это способности, которую Немия в 1977 году назвал «психической выработкой» эмоций. Алекситимия — крайняя форма дефицита, который, однако, в разной степени присутствует в каждом человеке. В то время как одни силятся словами выразить хоть какие-то чувства, другие могут изысканно и витиевато рассказывать, например, о переживаниях в связи с их творческой деятельностью, но при этом умолчат о своих личных отношениях. Развитие этой способности — психической выработки эмоций — задача длиною в жизнь для каждого из нас. Это краеугольный камень психологического самопознания. Кроме того, отказ пациента развивать эту способность в ходе психотерапии является одним из самых распространенных факторов, негативно сказывающихся на успехе лечения.

Чтобы объяснить, что подразумевается под психической выработкой эмоций, мы должны сначала разобраться с терминами «аффект», «эмоция» и «чувство». В 1917 году Зигмунд Фрейд с присущим ему даром предвидения описал аффекты как сложные переживания, которые включают «определенные двигательные иннервации или разряды» и «определенные чувства». С тех пор психологи определили эмоции как нейрофизиологический и моторно-экспрессивный компонент аффекта (то есть то, что происходит в теле), а чувства как субъективный, когнитивно-эмпирический компонент (то есть «каково это — чувствовать конкретную эмоцию»). Между тем, термин «аффект» охватывает как эмоциональный, так и чувственный компоненты.

Для наших целей давайте рассудим, что аффект выражается в четырех разных «регистрах»: соматическом, моторном, воображаемом и словесном (следуя модели, впервые предложенной франко-канадскими психоаналитиками Сержем Лекурсом и Марком-Андре Бушаром в 1990-х годах). В соматическом регистре аффект выражается через внутренние физиологические ощущения, телесные нарушения и травмы. Именно так аффект впервые ощущается в младенчестве — через боль, напряжение, тепло или тошноту, во внутренних органах, голове, мышцах и на коже. На протяжении всей жизни тело остается нашим предельным эмоциональным фоном — местом, где любой опыт, который мы не можем осознать, продолжает оставлять следы.

Следующим шагом по сложности, также доступным для младенцев, является моторный регистр, к которому относятся поведение и действие мышечного тела, включая его положительные и отрицательные проявления (например, подергивания и стимуляцию, но также молчание и неподвижность). Детское ерзанье, корчи, крики и улыбки — все это рефлексивные проявления телесных аффективных ощущений. Да и взрослые в равной степени используют физическую активность как средство выражения аффекта: драки на школьном дворе, хлопанье дверьми, восторженные объятия также относятся к рассматриваемому регистру.

Следующим шагом в цепи, соединяющей тело и разум, является воображение, которое включает в себя использование ментальных образов и сцен для представления базовых состояний тела. Его содержание может принимать форму образов, выраженных во снах, фантазиях и метафорах. Это ключевой шаг, поскольку это первый регистр, который использует символы для представления аффекта. Важно отметить, что символы можно объединить, чтобы создать более сложные смысловые структуры. Обратите внимание, что не все мнимые выражения аффекта имеют это качество в одинаковой степени: взять хотя бы галлюцинации, которые часто воспринимаются как «вещи в себе», без символических качеств. Психотерапевт помогает клиенту выразить словами аффекты, которые остались нераспознанными.

Наконец, вербальный (словесный) регистр отвечает за проявление аффекта в языке, словах и рассказах, объяснениях и прозрениях. Это вершина нашей эмоциональной архитектуры, позволяющая нам связать прошлое и настоящее, сохранить опыт и исследовать его с разных сторон, поставить свои эмоции на «паузу» и соединить, хотя бы частично, те разрывы, которые разделяют нашу личность.

Как утверждал британский психоаналитик ХХ века Дональд Винникотт, аффект — это, прежде всего, телесный опыт для младенцев, и только при благоприятной интерсубъективной среде — имеются в виду отношения между матерью и младенцем — «психосома» начинает развиваться через психическую разработку аффекта как телесного опыта. Психотерапия в какой-то степени схожа с описанным опытом. Отношения между терапевтом и клиентом создают новое интерсубъективное пространство, предназначенное для стимулирования психической проработки эмоций — то есть проработки аффекта в образах и словах, и связывания этих образов и слов с возрастающей сложностью и утонченностью. Психотерапевт, как и «достаточно хорошая» мать, помогает клиенту выразить словами те эмоции, которые раньше оставались нераспознанными и непроработанными.


Читайте также «О чём невозможно говорить, о том следует молчать»: невыразимое в жизни, искусстве и философии

Давайте представим, что «Джейн» борется с перееданием, потребляя огромное количество пищи, часто до физической боли. В ходе совместной работы посредством расследования, охватывающего несколько предыдущих недель, мы обнаруживаем, что до участившихся случаев переедания Джейн испытывала едва осознаваемое ею самой чувство гнева по отношению к своим коллегам на работе, которые принимают как должное её готовность взвалить все на свои плечи. На самом деле, я предлагаю возможность такой трактовки после того, как Джейн делает неосторожное замечание о том, что допоздна задержалась на работе — в очередной раз — перед тем, как остановиться в ресторане быстрого питания на пути домой. Мы начинаем проявлять интерес к ее опыту гнева в целом, и на последующих занятиях Джейн описывает фантазию (то есть образ), будто она нарочно проливает кофе на стол своего босса, портя его тщательно разложенные бумаги.

Моя интерпретация переедания Джейн заключается в том, что, как и многие клиенты, она изо всех сил сопротивляется перевести аффекты — многие из которых могут быть описаны как «темные чувства» — в слова и образы, чтобы их можно было доработать и подвергнуть рефлексии. Без этой способности обжорство становится для Джейн последней из возможных попыток регулирования опасных и неконтролируемых эмоций. Стремление к употреблению большого количества пищи — это «моторный путь», через который она может выразить свои аффекты, что приносит временное облегчение, прежде чем цикл начинается снова. Мы с Джейн стремимся проработать ее аффекты, чтобы связать полученные в ходе совместной работы образы во все более сложные системы. Мы подробно поговорим об отношении Джейн с чувством гнева на протяжении всей ее жизни, в том числе о том, как с этим чувством обращались в ее семье. Со временем это обеспечит Джейн «более плотный» ментальный буфер — «иммунную систему» психики, как ее называют Лекур и Бушар, — которая защитит ее от внутренних и внешних конфликтов, способствуя рефлексии вместо контрпродуктивных действий.

Надеюсь, на этом упрощенном примере видно, что проблема Джейн (алекситимия) указывает на задачу, в которую мы все должны включиться — заниматься проработкой наших аффектов через слова и образы, а также постоянно осмыслять их. Хотя большинство не являются алекситимиками в клиническом смысле, у всех нас есть «карманы» наших внутренних переживаний — одни побольше, другие поменьше — которые остаются непроработанными. В психотерапии, как и в жизни, внезапное блестящее озарение может быть очень важным, но само по себе оно редко приводит к устойчивому личному развитию и избавлению от эмоциональных страданий. В противоположность этому совершенствование выше обозначенной способности — психического развития эмоций — в буквальном смысле обеспечивает непрерывный умственный, мыслительный, интеллектуальный  рост.

Статья впервые была опубликована в журнале Aeon подзаголовком «Dark feelings will haunt us until they are expressed in words» 14 мая 2020 года.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Похожие статьи

ИНТЕГРАТИВНЫЕ ОСНОВЫ АЛЕКСИТИМИИ | Северьянова

1. Богомаз С.А., Филоненко А.Л. Взаимосвязь алекситимии как фактора, препятствующего развитию личности, с параметрами смысловой сферы и проявлениями ригидности//Сибир. психолог. журн. -2005. -№ 22. -С. 124-128.

2. Касатонова Т.В., Северьянов Л.А., Плотников В.В. Типы темперамента и особенности психофизиологического и эндокринного статуса у женщин во время беременности и родов//Человек и его здоровье: Курский науч.-практ. вестн. -2010. -№ 1. -С. 23-29.

3. Методика дискриминации свойств понятий (МДСП)/В.В. Плотников и др. -М.: Когито-Центр, 2009. -87 с.

4. Нейрофизиологические предпосылки индивидуального стиля интеллектуальной деятельности человека/И.А. Бельских и др.//Человек и его здоровье: Курский науч.-практ. вестн. -2010. -№ 3. -С. 11 -19.

5. Провоторов В.М., Чернов Ю.Н., Лышова О.В. и др. Алекситимия//Журн. невропатол. и психитрии. -2000. -№ 6. -С. 66-70.

6. Психосоматические расстройства в практике терапевта/под ред. В.И. Симаненкова. -СПб.: СпецЛит, 2008.

7. Русалов В.М. Предметный и коммуникативный аспекты темперамента человека//Психолог. журн. -1989. -Т. 10. -№ 1. -С. 110-112.

8. Тест акцентуаций свойств темперамента (ТАСТ): метод. рук-во/В.В. Плотников и др. -СПб.: Иматон, 2006. -80 с.

9. Сhien Yu.Z., Ying-Qui Z. A review of researches on cognitive and social mechanism of alexithymia//Advances in Psychological Science. -2011. -Vol. 19. -№ 3. -Р. 398-409.

10. Helmes E. et al. The construct of alexithymia: associations with defense mechanisms//Y. Clin. Psychology. -2008. -Vol. 64. -№ 1. -P. 318-331.

11. Karlsson H., Stenman H. Cortical activation in alexithymia as a response to emotional stimuli//Brit. Y. Psychiatry. -2008. -Vol. 192. -P. 32-38

Алекситимия — обзор | Темы ScienceDirect

Бедные сновидения в Алекситимии

Алекситимия относится к трудности вербализации эмоций, буквально к отсутствию словаря для описания чувств. Ранние исследования психосоматических пациентов 10 11 связали алекситимический стиль ответа с уменьшением памяти сновидений и обеднением воображаемой жизни в целом. Также часто отмечалось отсутствие аффекта в сновидениях. Левитан 12 описал сны многих психосоматических пациентов с алекситимией, в которых либо главные герои снов не могли полностью осознать свои собственные чувства, либо их чувства были сведены к минимуму, приписывая их другим персонажам.

Исследование 13 пациентов с ночной астмой — популяция с высокой частотой алекситимии 14 — показало, что пробуждение во сне с быстрым движением глаз (REM) вызывает повышенную частоту сновидений с короткими предложениями и впечатлениями о сновидениях, но без особого отзыва.

Исследования сообщили о снижении сенсорных и структурных особенностей сновидений при алекситимии. Одно исследование общей финской популяции 15 показало, что алекситимические субъекты сообщали о бесцветных сновидениях, а второе исследование 16 обнаружило, что сны доклинических алекситимных субъектов были менее фантастическими, чем сны контрольной группы; Однако эти группы не различались по другим показателям запоминания сновидений и эмоций.

Исследования сна еще не выявили последовательной модели изменений, которые могли бы объяснить обеднение во сне. В одном исследовании более высокие показатели алекситимии на 17 были связаны с несколькими переменными REM-сна: более частыми эпизодами REM-сна, более короткой латентностью REM-сна и большим количеством сна стадии 1 во время и сразу после REM. Однако алекситимия также была связана с переменными, не относящимися к фазе быстрого сна: усилением стадии 1 и уменьшением стадии 3/4. Во втором исследовании 18 баллов алекситимии не коррелировали с любой полисомнографической (ПСГ) переменной или с плотностью быстрых движений глаз; однако была связь с сокращением латентного периода REM-сна.Наконец, обзорное исследование 15 показало, что алекситимия надежно связана с некоторыми нарушениями сна, такими как хроническая бессонница и парасомния.

В целом, хотя сходные данные указывают на то, что обеднение сновидений связано с алекситимией, необходимы дополнительные исследования, чтобы прояснить взаимосвязь между алекситимическими подкомпонентами и различными атрибутами воспоминаний сновидений, содержания сновидений и эмоций сновидений. Меры по сну также требуют уточнения.

Также примечательно, что некоторых пациентов с алекситимией характеризуют и другие паттерны нарушенных сновидений — например, чрезвычайно мрачные, кошмарные сны или сны, в которых отсутствует эгоизм и контроль над эмоциями. 19 Сходное проявление как обнищавших, так и кошмарных снов характерно и для пациентов с посттравматическим стрессовым расстройством.

Алекситимия, сочувствие и аутизм — Живой аутизм

Расстройство аутистического спектра (РАС) — это психическое заболевание, характеризующееся нарушением (а) взаимного социального взаимодействия и общения и (б) ограниченного и / или повторяющегося поведения или интересов. Эти задержки или атипичность в социальном развитии, общении, нейропознании и поведении различаются по тяжести симптомов, возрасту начала и связи с другими расстройствами.Однако именно дефицит социальных связей является основным источником нарушений и основной определяющей особенностью РАС, независимо от когнитивных или языковых способностей. Это включает в себя трудности в общении с другими, обработке и интеграции эмоциональной информации, установлении и поддержании взаимных социальных отношений, принятии точки зрения другого человека и умозаключении интересов других.

Важным аспектом социальных отношений является способность сопереживать чувствам других.Сочувствие включает в себя два основных компонента: когнитивный компонент (например, теория разума, взгляд на перспективу или чтение мыслей) и аффективный компонент (эмоциональная обработка), который позволяет нам делиться чувствами других. Аффективный компонент сочувствия включает соответствующую эмоциональную реакцию на мысли и чувства другого человека. Занимаясь аффективным сочувствием, мы опосредованно переживаем эмоциональные состояния других, понимая, что наши чувства не наши, а чувства другого человека.

Алекситимия, сочувствие и аутизм

Хотя было показано, что аутизм связан с дефицитом восприятия перспективы (когнитивная эмпатия), гораздо менее ясно, в какой степени люди с РАС также испытывают дефицит аффективного сочувствия. Фактически, неясно, является ли дефицит эмпатии, обычно приписываемый людям с аутизмом, результатом самого расстройства или же он является следствием сопутствующего (сопутствующего) субклинического состояния, известного как алекситимия .Алекситимия характеризуется трудностями в идентификации, описании и обработке собственных чувств, часто отмеченными непониманием чувств других и трудностями в различении чувств и телесных ощущений эмоционального возбуждения. Особенно важно отметить, что алекситимия не является клиническим диагнозом и лучше всего концептуализируется как размерная черта личности, которая обычно распределяется в общей популяции (по оценкам 10%). Однако есть данные, позволяющие предположить, что это связано с повышенным риском психопатологии.Например, несколько исследований показывают, что даже в детстве алекситимия и проблемы в области обработки эмоций положительно связаны с такими проблемами интернализации, как депрессия и тревога.

Хотя алекситимия не является основным признаком аутизма, недавние исследования обнаружили различную степень этой черты у 50-85% людей с РАС. Признак алекситимии, по-видимому, имеет следующие свойства: (а) он чаще встречается у людей с РАС, чем в общей популяции (б) он чаще встречается у родителей людей с РАС, чем у родителей людей с другими нарушениями развития, ( в) оно стабильно с течением времени при РАС, и (г) проблемы в области эмоционального осознания положительно связаны с депрессией, тревогой, соматическими жалобами, беспокойством и размышлениями.Есть также данные, позволяющие предположить, что черта алекситимии может быть частью более широкого фенотипа аутизма и важным компонентом трудностей с обработкой эмоций, с которыми сталкиваются люди с РАС. Хотя люди в спектре аутизма испытывают алекситимию гораздо чаще, чем население в целом, аутизм и алекситимия кажутся отдельными, не связанными друг с другом и частично совпадающими состояниями, в которых алекситимия, по-видимому, влияет на аффективную эмпатию. Следовательно, дефицит эмпатии, обычно наблюдаемый при аутизме, может быть связан с большой коморбидностью между алекситимическими чертами и аутизмом, а не являться важной характеристикой социальных нарушений при аутизме.

Исследования также показывают, что алекситимия связана с интероцептивными трудностями при РАС. Интероцепция известна как осознание своего тела или ощущение состояния тела. Система интероцепции связана с тем, как мы воспринимаем чувства от нашего тела, которые определяют наше настроение, чувство благополучия и эмоции. Осведомленность и чувствительность к внутренним физиологическим ощущениям имеют фундаментальное значение для того, как мы концептуализируем наши эмоциональные переживания. Теоретический интерес к возможности изменения интероцепции при РАС растет.Было высказано предположение, что нарушение интероцепции приводит к социально-эмоциональным дефицитам, которые являются диагностическим признаком этого состояния. Однако исследования теперь показывают, что алекситимия, а не аутизм, связана с атипичной интероцепцией.

Заключение

Очевидный вопрос для будущих исследований связан с распространенностью высоких уровней алекситимии при РАС по сравнению с нейротипичными людьми и как объяснить высокую коморбидность между алекситимией и РАС. Является ли алекситимия следствием нейроанатомической структуры или результатом нейробиологического нарушения, или это отличительная черта личности людей с РАС? Предсказывает ли уровень алекситимии тяжесть симптомов РАС? Будет ли интероцептивная тренировка терапевтической для людей с сопутствующей алекситимией? Может ли алекситимия быть полезным диагностическим маркером РАС, хотя это и не является признаком аутизма? Поскольку алекситимия связана с повышенным риском психопатологии (например,ж. тревога и депрессия), следует ли включать показатель алекситимии в батарею оценок для РАС? Как и в большинстве исследований аутизма, здесь больше вопросов, чем ответов.

Ссылки доступны по запросу

Ли А. Уилкинсон, доктор философии, CCBT, NCSP, является автором отмеченной наградами книги A Best Practice Guide to Assessment and Intervention for Autism and Asperger Syndrome in Schools , опубликованной издательством Jessica Kingsley Publishers. Он также является редактором текста в серии книг APA по школьной психологии, Расстройство аутистического спектра у детей и подростков: доказательная оценка и вмешательство в школах , , и автор книги Преодоление тревоги и депрессии при аутизме. Спектр: Руководство по самопомощи с использованием CBT .Его последняя книга — A Best Practice Guide to Assessment and Intervention for Autism Spectrum In Schools, (2nd edition) .

Если вам нужна помощь в поиске услуг для человека с расстройством аутистического спектра, мы можем помочь. Щелкните ниже, чтобы получить доступ к Службе поддержки аутизма.

Алекситимический мозг: нервные пути, связывающие алекситимию с физическими расстройствами | Биопсихосоциальная медицина

  • 1.

    Sifneos PE: Преобладание «алексихтимических» характерных механизмов у психосоматических пациентов. Psychother Psychosom. 1973, 21: 133-136.

    Артикул Google ученый

  • 2.

    Nemiah JC, Freyberger H, Sifneos PE: Alexithymia: взгляд на психосоматический процесс. 1976, Лодон: Баттервортс

    Google ученый

  • 3.

    Бэгби Р.М., Пакер JDA, Талор Г.Дж.: Шкала алекситимии Торонто из двадцати пунктов I.Выбор позиций и перекрестная проверка факторной структуры. J Psychosom Res. 1994, 38: 33-40. 10.1016 / 0022-3999 (94) -Х.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 4.

    Бэгби Р.М., Талор Г.Дж., Пакер JDA: Шкала алекситимии Торонто, состоящая из двадцати пунктов, сходная, дискриминантная и одновременная. J Psychosom Res. 1994, 38: 23-32. 10.1016 / 0022-3999 (94) -1.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 5.

    Lumley MA, Neely LC, Burger AJ: Оценка алекситимии в медицинских учреждениях: значение для понимания и лечения проблем со здоровьем. J Pers Assess. 2007, 89: 230-246. 10.1080 / 002238

    629698.

    PubMed Central Статья PubMed Google ученый

  • 6.

    Тейлор Г.Дж., Бэгби Р.М.: Новые тенденции в исследованиях алекситимии. Psychother Psychosom. 2004, 73: 68-77. 10.1159 / 000075537.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 7.

    Тейлор Г.Дж., Бэгби Р.М., Паркер JDA: Расстройство регуляции аффекта: Алекситимия при медицинских и психических заболеваниях. 1997, Нью-Йорк: Cambridge Univ Press

    Книга Google ученый

  • 8.

    Lane RD, Ahern GL, Schwartz GE, Kaszniak AW: Является ли алекситимия эмоциональным эквивалентом слепого зрения ?. Биол Психиатрия. 1997, 42: 834-844. 10.1016 / S0006-3223 (97) 00050-4.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 9.

    Коойман CG, Spinhoven P, Trijsburg RW: Оценка алекситимии: критический обзор литературы и психометрическое исследование 20-й шкалы алекситимии в Торонто. J Psychosom Res. 2002, 53: 1083-1090. 10.1016 / S0022-3999 (02) 00348-3.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 10.

    Багби Р.М., Тейлор Дж. Дж., Паркер Дж. Д., Диккенс С. Е.: Разработка структурированного интервью в Торонто для алекситимии: выбор вопросов, факторная структура, надежность и одновременная валидность.Psychother Psychosom. 2006, 75: 25-39. 10.1159 / 000089224.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 11.

    Lane RD, Schwartz GE: Уровни эмоционального осознания — теория когнитивного развития и ее применение к психопатологии. Am J Psychiatry. 1987, 144: 133-143.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 12.

    Тейлор GJ: Последние разработки в теории и исследованиях алекситимии.Может J Психиатрия. 2000, 45: 134-142.

    CAS PubMed Google ученый

  • 13.

    Lumley MA, Radcliffe AM, Macklem DJ, Mosley-Williams A, Leisen JC, Huffman JL, D’Souza PJ, Gillis ME, Meyer TM, Kraft CA, Rapport LJ: Алекситимия и боль при трех хронических болях образцы: сравнение кавказцев и афроамериканцев. Pain Med. 2005, 6: 251-261. 10.1111 / j.1526-4637.2005.05036.x.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 14.

    Porcelli P, De Carne M, Todarello O: Прогнозирование результатов лечения пациентов с функциональными желудочно-кишечными расстройствами по диагностическим критериям для психосоматических исследований. Psychother Psychosom. 2004, 73: 166-173. 10.1159 / 000076454.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 15.

    Grabe HJ, Schwahn C, Barnow S, Spitzer C, John U, Freyberger HJ, Schminke U, Felix S, Volzke H: Алекситимия, гипертония и субклинический атеросклероз в общей популяции.J Psychosom Res. 2010, 68: 139-147. 10.1016 / j.jpsychores.2009.07.015.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 16.

    Кауханен Дж., Каплан Г.А., Коэн Р.Д., Юлкунен Дж., Салонен Дж. Т.: Алекситимия и риск смерти у мужчин среднего возраста. J Psychosom Res. 1996, 41: 541-549. 10.1016 / S0022-3999 (96) 00226-7.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 17.

    Толмунен Т., Лехто С.М., Хелисте М., Курл С., Кауханен Дж .: Алекситимия связана с повышенной смертностью от сердечно-сосудистых заболеваний у финских мужчин среднего возраста.Psychosom Med. 2010, 72: 187-191. 10.1097 / PSY.0b013e3181c65d00.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 18.

    Тейлор Дж. Дж., Бэгби Р. М., Паркер Дж. Д.: Конструкция алекситимии. Потенциальная парадигма психосоматической медицины. Психосоматика. 1991, 32: 153-164. 10.1016 / S0033-3182 (91) 72086-0.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 19.

    Драгос, Д. Танасеску: Критическая роль психосоматики в продвижении нового взгляда на здоровье и болезни.J Med Life. 2009, 2: 343-349.

    PubMed Central PubMed Google ученый

  • 20.

    Ламли М.А., Стеттнер Л., Вемер Ф .: Как связаны алекситимия и физическое заболевание? обзор и критика путей. J Psychosom Res. 1996, 41: 505-518. 10.1016 / S0022-3999 (96) 00222-Х.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 21.

    Berthoz S, Artiges E, Van De Moortele PF, Poline JB, Rouquette S, Consoli SM, Martinot JL: Влияние нарушения распознавания и выражения эмоций на лобные части коры головного мозга: исследование мужчин с алекситимией с помощью фМРТ.Am J Psychiatry. 2002, 159: 961-967. 10.1176 / appi.ajp.159.6.961.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 22.

    Кано М., Фукудо С., Гьоба Дж., Камачи М., Тагава М., Мочизуки Х., Ито М., Хонго М., Янаи К.: Специфическая обработка мозгом мимики у людей с алекситимией: исследование h3 15O-PET . Головной мозг. 2003, 126: 1474-1484. 10.1093 / мозг / awg131.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 23.

    Кано М., Хамагучи Т., Ито М., Янаи К., Фукудо С. Корреляция между алекситимией и гиперчувствительностью к висцеральной стимуляции у человека. Боль. 2007, 132: 252-263. 10.1016 / j.pain.2007.01.032.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 24.

    Кано М., Ито М., Фукудо С.: Нейронные субстраты принятия решений, измеренные с помощью игровой задачи iowa у мужчин с алекситимией. Psychosom Med. 2011, 73: 588-597. 10.1097 / PSY.0b013e318223c7f8.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 25.

    Мантани Т., Окамото Ю., Ширао Н., Окада Г., Ямаваки С. Сниженная активация задней поясной коры во время изображения у субъектов с высокой степенью алекситимии: исследование функциональной магнитно-резонансной томографии. Биол Психиатрия. 2005, 57: 982-990. 10.1016 / j.biopsych.2005.01.047.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 26.

    Моригути Ю., Десети Дж., Охниши Т., Маэда М., Мори Т., Немото К., Мацуда Х., Комаки Г.: Сочувствие и оценка чужой боли: исследование алекситимии с помощью фМРТ. Cereb Cortex. 2007, 17: 2223-2234.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 27.

    Моригути Ю., Охниши Т., Лейн Р.Д., Маеда М., Мори Т., Немото К., Мацуда Х., Комаки Г.: Нарушение самосознания и теория разума: исследование ментализации при алекситимии с помощью фМРТ. Нейроизображение. 2006, 32: 1472-1482.10.1016 / j.neuroimage.2006.04.186.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 28.

    Моригути Ю., Охниши Т., Десети Дж., Хираката М., Маэда М., Мацуда Х., Комаки Г.: Система зеркальных нейронов человека в популяции с недостаточным самосознанием: исследование с помощью фМРТ при алекситимии. Hum Brain Mapp. 2009, 30: 2063-2076. 10.1002 / hbm.20653.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 29.

    Зотев В., Крюгер Ф., Филлипс Р., Альварес Р.П., Симмонс В.К., Беллгован П., Древец В.С., Бодурка Дж .: Саморегуляция активации миндалины с использованием нейробиоуправления FMRI в реальном времени. PLoS One. 2011, 6: e24522-10.1371 / journal.pone.0024522.

    PubMed Central CAS Статья PubMed Google ученый

  • 30.

    Pouga L, Berthoz S, de Gelder B, Grezes J: Индивидуальные различия в социально-аффективных навыках влияют на нейронные основы обработки страха: случай алекситимии.Hum Brain Mapp. 2010, 31: 1469-1481. 10.1002 / hbm.20953.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 31.

    Рекер М., Орманн П., Раух А.В., Кугель Х., Бауэр Дж., Данловски Ю., Арольт В., Хайндель В., Суслоу Т.: Индивидуальные различия в алекситимии и реакции мозга на скрытые эмоции лица. Cortex. 2010, 46: 658-667. 10.1016 / j.cortex.2009.05.008.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 32.

    Heinzel A, Schafer R, Muller HW, Schieffer A, Ingenhag A, Eickhoff SB, Northoff G, Franz M, Hautzel H: Повышенная активация надгениальной передней поясной коры во время визуально-эмоциональной обработки у мужчин с высокой степенью алекситимии: связанное с событием исследование фМРТ. Psychother Psychosom. 2010, 79: 363-370. 10.1159 / 000320121.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 33.

    Сварт М., Брюггеман Р., Ларой Ф., Ализаде Б.З., Кема И., Кортекаас Р., Вирсма Д., Алеман А.: COMT Val158Met полиморфизм, вербализация эмоций и активация аффективных систем мозга.Нейроизображение. 2011, 55: 338-344. 10.1016 / j.neuroimage.2010.12.017.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 34.

    Кугель Х., Эйхманн М., Данловски Ю., Орманн П., Бауэр Дж., Арольт В., Хайндель В., Суслоу Т.: Алекситимические особенности и автоматическая реакция миндалины на эмоции лица. Neurosci Lett. 2008, 435: 40-44. 10.1016 / j.neulet.2008.02.005.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 35.

    Frewen PA, Pain C, Dozois DJ, Lanius RA: Alexithymia in PTSD: психометрические и FMRI исследования. Ann N Y Acad Sci. 2006, 1071: 397-400. 10.1196 / летопись.1364.029.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 36.

    Koponen S, Taiminen T, Honkalampi K, Joukamaa M, Viinamaki H, Kurki T., Portin R, Himanen L, Isoniemi H, Hinkka S, Tenovuo O: Алекситимия после черепно-мозговой травмы: ее связь с магнитным резонансом результаты визуализации и психические расстройства.Psychosom Med. 2005, 67: 807-812. 10.1097 / 01.psy.0000181278.92249.e5.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 37.

    Lane R, Sechrest L, Reidel R, Brown V, Kaszniak A, Schwartz G: Алекситимия и дефицит невербальной обработки эмоций. Psychosom Med. 1995, 57: 84-

    Google ученый

  • 38.

    Lane RD, Sechrest L, Riedel R, Shapiro DE, Kaszniak AW: Распространенный дефицит распознавания эмоций, свойственный алекситимии и репрессивному стилю совладания.Psychosom Med. 2000, 62: 492-501.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 39.

    Vermeulen N, Luminet O, Corneille O: Алекситимия и автономная обработка аффективной информации: данные парадигмы аффективного прайминга. Познание и эмоции. 2006, 20: 64-91. 10.1080 / 02699930500304654.

    Артикул Google ученый

  • 40.

    Адольф Р: Нейронные системы для распознавания эмоций.Curr Opin Neurobiol. 2002, 12: 169-177. 10.1016 / S0959-4388 (02) 00301-Х.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 41.

    МакРэй К., Рейман Э.М., Форт К.Л., Чен К., Лейн Р.Д.: Связь между эмоциональным осознанием черты характера и активностью дорсальной передней поясной извилины во время эмоции зависит от возбуждения. Нейроизображение. 2008, 41: 648-655. 10.1016 / j.neuroimage.2008.02.030.

    PubMed Central Статья PubMed Google ученый

  • 42.

    Lane RD, Reiman EM, Axelrod B, Yun LS, Holmes A, Schwartz GE: нейронные корреляты уровней эмоциональной осведомленности. Свидетельство взаимодействия между эмоцией и вниманием в передней поясной коре. J Cogn Neurosci. 1998, 10: 525-535. 10.1162 / 089892998562924.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 43.

    Крейг А.Д.: Как вы себя чувствуете? интероцепция: ощущение физиологического состояния тела. Nat Rev Neurosci.2002, 3: 655-666.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 44.

    Крейг А.Д.: Как вы себя чувствуете сейчас? передний островок и человеческое сознание. Nat Rev Neurosci. 2009, 10: 59-70. 10.1038 / номер 2555.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 45.

    Critchley HD: нейронные механизмы вегетативной, аффективной и когнитивной интеграции. J Comp Neurol.2005, 493: 154-166. 10.1002 / cne.20749.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 46.

    Critchley HD: Психофизиология нейронной, когнитивной и аффективной интеграции: фМРТ и вегетативные индикаторы. Int J Psychophysiol. 2009, 73: 88-94. 10.1016 / j.ijpsycho.2009.01.012.

    PubMed Central Статья PubMed Google ученый

  • 47.

    Левеке Ф, Старк Р., Милч В., Курт Р., Шинле А., Кирш П., Стингл М., Реймер С., Вайтл Д.: Паттерны нейронной активности, связанные с эмоциональной стимуляцией при алекситимии.Psychother Psychosom Med Psychol. 2004, 54: 437-444. 10.1055 / с-2004-828350.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 48.

    Li CS, Sinha R: Алекситимия и вызванная стрессом активация мозга у мужчин и женщин, зависимых от кокаина. J Psychiatry Neurosci. 2006, 31: 115-121.

    PubMed Central PubMed Google ученый

  • 49.

    Силани Дж., Берд Дж., Бриндли Р., Сингер Т., Фрит С., Фрит У.: Уровни эмоциональной осведомленности и аутизма: исследование с помощью фМРТ.Soc Neurosci. 2008, 3: 97-112. 10.1080 / 174701577020.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 50.

    Леду Дж .: Эмоциональный мозг, страх и миндалевидное тело. Cell Mol Neurobiol. 2003, 23: 727-738. 10.1023 / А: 1025048802629.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 51.

    Дэвис М., Уэлен П.Дж .: Миндалевидное тело: бдительность и эмоции. Мол Психиатрия. 2001, 6: 13-34.10.1038 / sj.mp.4000812.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 52.

    Meriau K, Wartenburger I, Kazzer P, Prehn K, Lammers CH, van der Meer E, Villringer A, Heekeren HR: нейронная сеть, отражающая индивидуальные различия в когнитивной обработке эмоций во время принятия перцептивных решений. Нейроизображение. 2006, 33: 1016-1027. 10.1016 / j.neuroimage.2006.07.031.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 53.

    Крейтлер С, Нив Д: Боль и алекситимия: природа отношений. Клиника боли. 2001, 13: 13-38. 10.1163 / 156856

    385745.

    Артикул Google ученый

  • 54.

    Гларос А.Г., Ламли М.А.: Алекситимия и боль при височно-нижнечелюстном расстройстве. J Psychosom Res. 2005, 59: 85-88. 10.1016 / j.jpsychores.2005.05.007.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 55.

    Ламли М.А., Смит Дж. А., Лонго Д. Д.: Связь алекситимии с тяжестью и ухудшением боли у пациентов с хронической миофасциальной болью: сравнение с самоэффективностью, катастрофизацией и депрессией.J Psychosom Res. 2002, 53: 823-830. 10.1016 / S0022-3999 (02) 00337-9.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 56.

    Nyklicek I, Vingerhoets AJ: Алекситимия связана с низкой толерантностью к экспериментальной болезненной стимуляции. Боль. 2000, 85: 471-475. 10.1016 / S0304-3959 (99) 00295-Х.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 57.

    Путтерман Э., Бирн Н., То же Б.: Алекситимия и сообщения о симптомах после сдачи крови.Psychosom Med. 2001, 63: 138-139.

    Google ученый

  • 58.

    Сивик Т. Алекситимия и гиперчувствительность к прикосновению и пальпации. Integr Physiol Behav Sci. 1993, 28: 130-136. 10.1007 / BF02691215.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 59.

    Nakao M, Barsky AJ, Kumano H, Kuboki T: Взаимосвязь между соматосенсорным усилением и алекситимией в японской психосоматической клинике.Психосоматика. 2002, 43: 55-60. 10.1176 / appi.psy.43.1.55.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 60.

    Porcelli P, Taylor GJ, Bagby RM, De Carne M: Alexithymia и функциональные желудочно-кишечные расстройства. Сравнение с воспалительным заболеванием кишечника. Psychother Psychosom. 1999, 68: 263-269. 10.1159 / 000012342.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 61.

    Porcelli P, Bagby RM, Taylor GJ, De Carne M, Leandro G, Todarello O: Алекситимия как предиктор результатов лечения у пациентов с функциональными желудочно-кишечными расстройствами. Psychosom Med. 2003, 65: 911-918. 10.1097 / 01.PSY.0000089064.13681.3B.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 62.

    Tillisch K, Mayer EA, Labus JS: Количественный мета-анализ определяет области мозга, активируемые во время растяжения прямой кишки при синдроме раздраженного кишечника.Гастроэнтерология. 2011, 140: 91-100. 10.1053 / j.gastro.2010.07.053.

    PubMed Central Статья PubMed Google ученый

  • 63.

    Derbyshire SW: систематический обзор данных нейровизуализации во время висцеральной стимуляции. Am J Gastroenterol. 2003, 98: 12-20. 10.1111 / j.1572-0241.2003.07168.x.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 64.

    Mayer EA, Naliboff BD, Craig AD: Нейровизуализация оси мозг-кишечник: от базового понимания до лечения функциональных расстройств желудочно-кишечного тракта.Гастроэнтерология. 2006, 131: 1925-1942. 10.1053 / j.gastro.2006.10.026.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 65.

    Крейг А.Д.: Интероцепция: ощущение физиологического состояния тела. Curr Opin Neurobiol. 2003, 13: 500-505. 10.1016 / S0959-4388 (03) 00090-4.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 66.

    Critchley HD, Wiens S, Rotshtein P, Ohman A, Dolan RJ: Нейронные системы, поддерживающие интероцептивную осведомленность.Nat Neurosci. 2004, 7: 189-195. 10.1038 / nn1176.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 67.

    Фогт Б.А.: Взаимодействие боли и эмоций в подобластях поясной извилины. Nat Rev Neurosci. 2005, 6: 533-544.

    PubMed Central CAS Статья PubMed Google ученый

  • 68.

    Neafsey EJ, Terreberry RR, Hurley KM, Ruit KG, Frysztak RJ: Передняя поясная кора у грызунов: связи, функции висцерального контроля и последствия для эмоций, в нейробиологии поясной коры и лимбического таламуса.1993, Бостон: Birkhauser

    Google ученый

  • 69.

    Барбас H: Процесс коры головного мозга человека: от гена к структуре и функциям. Brain Res Bull. 2000, 52: 319-330. 10.1016 / S0361-9230 (99) 00245-2.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 70.

    Dunckley P, Wise RG, Fairhurst M, Hobden P, Aziz Q, Chang L, Tracey I. Сравнение обработки висцеральной и соматической боли в стволе мозга человека с использованием функциональной магнитно-резонансной томографии.J Neurosci. 2005, 25: 7333-7341. 10.1523 / JNEUROSCI.1100-05.2005.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 71.

    Frewen PA, Lanius RA, Dozois DJ, Neufeld RW, Pain C, Hopper JW, Densmore M, Stevens TK: Клинические и нейронные корреляты алекситимии при посттравматическом стрессовом расстройстве. J Abnorm Psychol. 2008, 117: 171-181.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 72.

    Берд Дж., Силани Дж., Бриндли Р., Уайт С., Фрит У., Зингер Т.: Эмпатические реакции мозга на островок модулируются уровнями алекситимии, но не аутизма. Головной мозг. 2010, 133: 1515-1525. 10.1093 / мозг / awq060.

    PubMed Central Статья PubMed Google ученый

  • 73.

    Герберт Б.М., Герберт С., Поллатос О: О взаимосвязи между интероцептивной осведомленностью и алекситимией: связана ли интероцептивная осведомленность с эмоциональной осведомленностью ?.J Pers. 2011, 79: 1149-1175. 10.1111 / j.1467-6494.2011.00717.x.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 74.

    Хубер А., Суман А.Л., Биази Г., Карли Г.: Алекситимия при синдроме фибромиалгии: ассоциации с продолжающейся болью, экспериментальной болевой чувствительностью и болезненным поведением. J Psychosom Res. 2009, 66: 425-433. 10.1016 / j.jpsychores.2008.11.009.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 75.

    Бехара А., Дамасио А.Р., Дамасио Х., Андерсон С.В.: нечувствительность к будущим последствиям после повреждения префронтальной коры головного мозга человека. Познание. 1994, 50: 7-15. 10.1016 / 0010-0277 (94)

    -3.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 76.

    Дамасио А.Р.: Ошибка Декарта: эмоции, разум и человеческий мозг. 1994, Нью-Йорк: Putnum

    Google ученый

  • 77.

    Li XR, Lu ZL, D’Argembeau A, Ng M, Bechara A: Задача по азартным играм в Айове на изображениях фМРТ. Hum Brain Mapp. 2010, 31: 410-423.

    PubMed Central CAS PubMed Google ученый

  • 78.

    Фергюсон Э., Бибби П.А., Розамонд С., О’Грэйди С., Парселл А., Амос С., Маккатчеон С., О’Кэрролл Р.: Алекситимия, кумулятивная обратная связь и паттерны дифференциального ответа при решении задачи по азартным играм в Айове. J Pers. 2009, 77: 883-902. 10.1111 / j.1467-6494.2009.00568.x.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 79.

    Bar-On R, Tranel D, Denburg NL, Bechara A: Изучение неврологического субстрата эмоционального и социального интеллекта. Головной мозг. 2003, 126: 1790-1800. 10.1093 / мозг / awg177.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 80.

    Lane RD: Нейронные корреляты сознательного эмоционального опыта. Когнитивная нейробиология эмоций.Под редакцией: Lane RD, Nadel L. 1999, Inc, США: Oxford University Press, 345-370.

    Google ученый

  • 81.

    Bankier B, Aigner M, Bach M: Алекситимия при расстройстве DSM-IV: сравнительная оценка соматоформного расстройства, панического расстройства, обсессивно-компульсивного расстройства и депрессии. Психосоматика. 2001, 42: 235-240. 10.1176 / appi.psy.42.3.235.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 82.

    Фицджеральд М., Беллгроув Массачусетс: совпадение алекситимии и синдрома Аспергера. J Autism Dev Disord. 2006, 36: 573-576. 10.1007 / s10803-006-0096-z.

    PubMed Central Статья PubMed Google ученый

  • 83.

    Hill EL, Berthoz S: ответ на «Письмо редактору: совпадение алекситимии и синдрома Аспергера», Фитцджеральд и Беллгроув, журнал аутизма и нарушений развития, 36 (4). J Autism Dev Disord.2006, 36: 1143-1145. 10.1007 / s10803-006-0287-7.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 84.

    Verhoeven JS, De Cock P, Lagae L, Sunaert S: Нейровизуализация аутизма. Нейрорадиология. 2010, 52: 3-14. 10.1007 / s00234-009-0583-у.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 85.

    Хармс М.Б., Мартин А., Уоллес Г.Л .: Распознавание лицевых эмоций при расстройствах аутистического спектра: обзор поведенческих и нейровизуализационных исследований.Neuropsychol Rev.2010, 20: 290-322. 10.1007 / s11065-010-9138-6.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 86.

    Fu CH, Williams SC, Cleare AJ, Brammer MJ, Walsh ND, Kim J, Andrew CM, Pich EM, Williams PM, Reed LJ, et al: Ослабление нейронной реакции на грустные лица при большой депрессии лечением антидепрессантами: проспективное исследование функциональной магнитно-резонансной томографии, связанное с событием. Arch Gen Psychiatry. 2004, 61: 877-889.10.1001 / archpsyc.61.9.877.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 87.

    Surguladze S, Brammer MJ, Keedwell P, Giampietro V, Young AW, Travis MJ, Williams SC, Phillips ML: дифференциальный образец нейронной реакции на грустное и счастливое выражение лица при большом депрессивном расстройстве. Биол Психиатрия. 2005, 57: 201-209. 10.1016 / j.biopsych.2004.10.028.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 88.

    Фалес К.Л., Барч Д.М., Рандл М.М., Минтун М.А., Снайдер А.З., Коэн Д.Д., Мэтьюз Дж., Шелин Ю.И.: Измененная обработка эмоционального вмешательства в аффективных и когнитивных цепях мозга при большой депрессии. Биол Психиатрия. 2008, 63: 377-384. 10.1016 / j.biopsych.2007.06.012.

    PubMed Central Статья PubMed Google ученый

  • 89.

    Шелин Ю.И., Барч Д.М., Доннелли Дж. М., Оллингер Дж. М., Снайдер А.З., Минтун М.А.: Повышенная реакция миндалины на замаскированные эмоциональные лица у депрессивных субъектов разрешается при лечении антидепрессантами: исследование фМРТ.Биол Психиатрия. 2001, 50: 651-658. 10.1016 / S0006-3223 (01) 01263-Х.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 90.

    Siegle GJ, Thompson W, Carter CS, Steinhauer SR, Thase ME: Увеличение миндалины и снижение дорсолатеральных префронтальных BOLD-ответов при униполярной депрессии: связанные и независимые особенности. Биол Психиатрия. 2007, 61: 198-209. 10.1016 / j.biopsych.2006.05.048.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 91.

    Abler B, Erk S, Herwig U, Walter H: Ожидание аверсивных стимулов активирует расширенную миндалевидное тело при униполярной депрессии. J Psychiatr Res. 2007, 41: 511-522. 10.1016 / j.jpsychires.2006.07.020.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 92.

    Роберсон-Най Р., МакКлюр Э. Б., Монк С. С., Нельсон Е. Е., Гуйер А. Е., Фромм С. Дж., Чарни Д. С., Лейбенлуфт Е., Блэр Дж., Эрнст М., Пайн Д. С.: Повышенная активность миндалины во время успешного кодирования памяти у подростков большое депрессивное расстройство: исследование FMRI.Биол Психиатрия. 2006, 60: 966-973. 10.1016 / j.biopsych.2006.02.018.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 93.

    Beesdo K, Lau JY, Guyer AE, McClure-Tone EB, Monk CS, Nelson EE, Fromm SJ, Goldwin MA, Wittchen HU, Leibenluft E, et al: Общие и отдельные нарушения функции миндалины при депрессии против тревожных подростков. Arch Gen Psychiatry. 2009, 66: 275-285. 10.1001 / archgenpsychiatry.2008.545.

    PubMed Central Статья PubMed Google ученый

  • 94.

    Monk CS, Klein RG, Telzer EH, Schroth EA, Mannuzza S, Moulton JL, Guardino M, Masten CL, McClure-Tone EB, Fromm S и др .: Активация миндалины и прилежащего ядра на эмоциональные выражения лица у детей и подростков в риск большой депрессии. Am J Psychiatry. 2008, 165: 90-98.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 95.

    Marchesi C, Bertoni S, Cantoni A, Maggini C: Повышает ли алекситимия личностной чертой риск депрессии? Проспективное исследование по оценке алекситимии до, во время и после депрессивного эпизода.Psychol Med. 2008, 38: 1717-1722. 10.1017 / S0033291708003073.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 96.

    Honkalampi K, Koivumaa-Honkanen H, Lehto SM, Hintikka J, Haatainen K, Rissanen T., Viinamaki H: Является ли алекситимия фактором риска большой депрессии, расстройства личности или расстройств, связанных с употреблением алкоголя? Проспективное популяционное исследование. J Psychosom Res. 2010, 68: 269-273. 10.1016 / j.jpsychores.2009.05.010.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 97.

    де Грек М., Шайдт Л., Болтер А.Ф., Фроммер Дж., Ульрих С., Стокум Е., Энци Б., Темпельманн С., Хоффманн Т., Хан С., Нортофф Г.: Измененная активность мозга во время эмоциональной эмпатии при соматоформном расстройстве. Hum Brain Mapp. 2012, 33: 2666-2685. 10.1002 / хбм.21392.

    Артикул PubMed Google ученый

  • Людям с притупленными эмоциями труднее читать сигналы своего тела

    «Я бы охарактеризовал свою эмоциональную« палитру »как очень ограниченную, — написал исследователь.«Тонкости, которые другим людям кажутся удобными, мне на самом деле совершенно чужды — различия не имеют для меня особого смысла».

    Человек описывает алекситимию, состояние, при котором люди не могут распознать и описать свои собственные эмоции. Это не отдельный психиатрический диагноз, а скорее компонент личности многих людей, в той или иной степени: по оценкам исследований, он затрагивает около 10 процентов людей.

    Сейчас все больше исследований показывают, что люди с алекситимией также испытывают трудности с неэмоциональным восприятием, например, с определением, когда им жарко, холодно, голодно или устало.И это обнаруживает интересную связь во всех наших нервных системах, привязывающую наши эмоции к нашему осознанию таких вещей, как сердцебиение, температура и ритм нашего дыхания.

    объявление

    В новом исследовании приняли участие 208 человек с алекситимией , , спросив их, испытывают ли они трудности с интерпретацией своих телесных ощущений и ощущают ли они сходство между эмоциональным и неэмоциональным состояниями.

    Результаты, опубликованные в среду в Royal Society Open Science, обнаружили очень значимую корреляцию между телесным замешательством и алекситимией: люди, которым было труднее определять свои эмоции, также сообщали о большем сходстве между физическими и эмоциональными ощущениями.

    объявление

    «Люди, страдающие алекситимией, также могут не знать, злятся ли они или им просто немного жарко из-за того, что они бежали вверх по лестнице», — сказала Ребекка Брюэр, когнитивный психолог из Университета Восточного Лондона и ведущий автор исследования. «Или если их сердце бьется сильнее, потому что они только что выпили чашку кофе, или потому, что они чувствуют страх».

    Эта способность распознавать происходящее в теле называется интероцепцией. Недавние исследования показали, что у людей с алекситимией есть определенные интероцептивные проблемы, такие как восприятие собственного сердечного ритма, и они могут беспорядочно употреблять кофеин и алкоголь.

    Напротив, как сказал Брюэр, их работа предполагает, что «на самом деле алекситимия может быть синонимом общей трудности понимания любого интероцептивного состояния в организме».

    Например, одна женщина, участвовавшая в исследовании, написала, что она часто вставала на работу, но позже обнаруживала, что больна и ей нужно идти домой. «Если бы мой муж не напоминал мне о еде, я бы забыла есть и пить», — продолжила она. «Иногда мне становится очень жарко или холодно, и я ничего не замечаю, пока не почувствую себя по-настоящему неудобно.Я часто обезвоживаюсь. Я забываю о туалете, пока это не станет неудобно ».

    Биология эмоций

    Помимо алекситимии, открытия подчеркивают биологическую связь между эмоциями, такими как любовь и гнев, и физическими ощущениями, такими как скорость вашего дыхания.

    «Это очень похоже на то, как мы смотрим на эмоции и чувства», — сказал Джонас Каплан из Института мозга и творчества Университета Южной Калифорнии. «Чувства исходят из того, что мозг представляет текущую динамику того, что происходит внутри тела.”

    Изучение неисправных систем мозга часто может дать ключ к пониманию того, как работает здоровый мозг. Дополнительные исследования людей с алекситимией могут дать представление о том, как мозг дифференцирует сигналы для создания ощущений или интерпретаций в здоровом мозге.

    Каплан сказал, что необходимы дальнейшие исследования, чтобы понять, как и где в головном мозге нарушаются эти восприятия у людей с алекситимией — например, в исследовании не говорится о том, испытывали ли испытуемые проблемы с интерпретацией нормальных ощущений или они не могли их почувствовать. все.Сочетание самоотчетов с визуализацией или физическим мониторингом может дать более убедительные ответы.

    Что касается алекситимии, Брюэр сказал, что часть мозга, называемая островком, скорее всего, играет роль. Исследования показали, что повреждение островка может вызвать приобретенную алекситимию, и что у пациентов с алекситимией может быть разное количество серого вещества в островке. Брюэр сказал, что люди с алекситимией часто показывают аномальные результаты фМРТ в области островка островка, хотя от бумаги к бумаге результаты противоречивы.

    Учимся различать

    Вы когда-нибудь чувствовали, что не можете получить доступ к эмоциям или мыслям более высокого уровня, когда очень устали или голодны? Мэри Хелен Иммордино-Янг, нейробиолог из USC, изучающая эмоции, сказала, что это потому, что оба этих типа чувств частично обрабатываются островком.

    Иммордино-Ян также обнаружил, что активность островка и соответствующее эмоциональное распознавание зависит от культуры: островок функционально отличается в Пекине от Лос-Анджелеса.Это говорит о том, что не существует «нормального» эмоционально осведомленного человека и человека с алекситимией, но на самом деле все эмоциональные познания различаются и, возможно, могут быть выученным поведением.

    Если можно научиться эмоциональному и физическому распознаванию, это может иметь терапевтическое значение при других расстройствах. У пациентов с такими состояниями, как аутизм, расстройства пищевого поведения и даже диабет (при котором организм не может регулировать уровень глюкозы в крови) чаще встречается алекситимия. Брюэр считает, что, хотя эти расстройства часто наблюдаются одновременно с алекситимией, алекситимия стоит особняком как самостоятельное состояние.В некоторых случаях алекситимия может даже стать причиной неспособности человека чувствовать голод или сытость. Необходима дальнейшая работа, чтобы увидеть, может ли улучшение интероцептивной чувствительности с помощью тренировок помочь в любом из этих состояний.

    «Главное, что нужно подчеркнуть, — это то, что все эти чувства, все, что мы чувствуем, состоит из различных ощущений внутри тела», — сказал Брюэр. «Если мы чувствуем любовь, трудно объяснить, как это чувствуется, но у вас есть физические ощущения. Вы можете сказать: «Я чувствую тепло внутри, покалывание в подобных вещах».… Каждая эмоция, которую мы чувствуем, и каждое состояние, которое мы чувствуем, хотя бы частично возникают из-за сигналов внутри тела ».

    Алекситимия поможет улучшить лечение посттравматического стрессового расстройства

    Особенностью посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) у многих людей является онемение эмоций или ограниченная способность чувствовать. Это может быть препятствием на пути к достижению оптимальных результатов лечения, направленного на травмы. Алекситимия, или недостаток осознания эмоций, аналогична подавлению эмоций, и новое исследование, опубликованное в Журнале аффективных расстройств, пролило свет на то, что отличает эти два состояния от посттравматического стрессового расстройства, и очерчивает последствия для выбора подходящей терапии для достижения оптимальных результатов. .

    Австралийские и международные руководства по лечению посттравматического стрессового расстройства рекомендуют лечение, ориентированное на травмы. Однако, хотя методы лечения золотого стандарта, такие как длительное воздействие, доказали свою эффективность, не все на них реагируют. Одна из возможных причин резистентности к лечению заключается в том, что алекситимия является частым сопутствующим заболеванием посттравматического стрессового расстройства и может препятствовать необходимому эмоциональному вовлечению в терапию для обработки травматических воспоминаний.

    Алекситимия в ПТСР

    Алекситимия описывается как неспособность идентифицировать, описывать чувства или настраиваться на них.Это происходит у десяти процентов населения в целом, но среди ветеранов боевых действий с посттравматическим стрессовым расстройством этот показатель составляет поразительные 43 процента. Когда уровень алекситимии выше, посттравматическое стрессовое расстройство оказывается более тяжелым. Среди практикующих врачей и исследователей продолжаются споры о том, является ли алекситимия симптомом посттравматического стрессового расстройства, перекрывающимся с онемением эмоций, или это уникальное состояние. Учитывая, что алекситимия может помочь объяснить резистентность к лечению при посттравматическом стрессовом расстройстве, важно получить более четкое представление о его природе.

    Д-р Андреа Путика, кандидат наук из Phoenix Australia, провела систематический обзор исследований мозга алекситимии и онемения эмоций в связи с посттравматическим стрессовым расстройством. Цель заключалась в том, чтобы с помощью объективных измерений определить, совпадают ли алекситимия и эмоциональное оцепенение или разные переживания.

    «Это был первый обзор, в котором сравнивались результаты сканирования мозга при обоих состояниях. Мы обнаружили, что алекситимия действительно отличается от онемения эмоций с точки зрения функциональной связи мозга.А это значит, что есть последствия для того, как мы лечим посттравматическое стрессовое расстройство ».

    Обзор показал, что онемение эмоций является симптомом посттравматического стрессового расстройства, в то время как алекситимия существует как фон, независимо от посттравматического стрессового расстройства. Человек, испытывающий оцепенение от эмоций, имеет доступ к своим чувствам, но эти чувства оцепенели в результате травмирующего опыта. И наоборот, человек с алекситимией не может взаимодействовать со своими эмоциями, независимо от истории травм.

    Значение для лечения

    В то время как условия могут быть похожими в клинике, различные лежащие в основе механизмы предполагают, что использование различных подходов к лечению может иметь преимущества.

    Там, где онемение эмоций является особенностью посттравматического стрессового расстройства, оно, по сути, является стратегией избегания. Чтобы помочь человеку лучше переносить лечение, направленное на травму, может оказаться полезным дополнительное лечение. Одним из таких вариантов является протокол обучения навыкам аффективной и межличностной регуляции (STAIR), который направлен на развитие навыков регулирования эмоций, тем самым подготавливая человека к преодолению трудных эмоций.

    В случае человека с посттравматическим стрессовым расстройством и алекситимией из-за неспособности идентифицировать или взаимодействовать с чувствами более подходящим может быть трансдиагностическое вмешательство, такое как Единый протокол трансдиагностического лечения эмоциональных расстройств (UP).UP постепенно накапливает эмоциональные элементы, чтобы на более позднем этапе лечения пациент был более способен проявлять сильные эмоции.

    Для практикующих, которые лечат посттравматическое стрессовое расстройство, особенно у ветеранов вооруженных сил и служб неотложной помощи, при планировании лечения следует учитывать алекситимию, а шкала алекситимии Торонто является рекомендуемой мерой для помощи в постановке диагноза.

    Доктор Путица советует практикующим врачам: «Спросите пациента, какими они были до того, как произошло травмирующее событие — если они всегда испытывали эмоциональные трудности, тогда исследуйте алекситимию.Если после травмы у них произошло значительное изменение эмоциональных реакций, то они, скорее всего, испытали эмоциональное оцепенение.

    «Понимание тонких различий между онемением эмоций и алекситимией действительно может помочь практикующему врачу нацелить свое лечение и потенциально избежать сопротивления лечению посттравматического стресса».

    У вас есть? »Программы терапии Evoke

    Автор: Дж. Хаффин, доктор философии, клинический директор и терапевт Cascades , 21 февраля 2019 г.

    Алекситимия — это не то, что вы «имеете» и не можете изменить.Этот термин используется для описания относительной неспособности обрабатывать эмоциональные переживания. Алекситимия — это не все или ничего; это вопрос степени. Некоторые люди очень хорошо разбираются в эмоциональной обработке, другие — нет. Но что значит «обрабатывать» свои чувства? Почему эта способность важна? Алекситимия не редкость среди населения в целом, но гораздо чаще встречается у людей, которые испытывают эмоциональные и поведенческие проблемы. Можно ли это улучшить?

    Алекситимия — это слово, которое существует уже некоторое время.Впервые он был использован в 1973 году Питером Сифнеосом. Он работал с пациентами, у которых были психосоматические расстройства и которым было трудно участвовать в терапии, ориентированной на понимание. Это слово буквально означает неспособность читать чувства. Он концептуализируется как сложность определения чувств, сложность описания чувств другим, внешняя ориентация в мышлении и / или ограниченная способность к воображению.

    Существуют и другие концепции, которые похожи, но могут быть более знакомыми. В 1990 году психологи Йельского университета Джон Д.Майер и Питер Саловей использовали термин «эмоциональный интеллект», или EQ, как он стал широко известен. Психологическое мышление — это еще одно аналогичное понятие, которое определяется как «готовность говорить о своих проблемах, доступ к своим чувствам, способность к изменению поведения и интерес к тому, почему люди ведут себя именно так».

    Alexithymia буквально означает «не читать чувства». Это относительно низкая способность осознавать свои собственные чувства или эмоции, понимать их и эффективно ими управлять.Есть процесс, который нужно пройти, чтобы сделать это хорошо. Первый шаг — это прежде всего осознание чувств. Чувства — это ощущения в нашем теле. Есть некоторые базовые чувства выживания, такие как физическая боль, жажда, усталость, голод и т. Д. Каждое чувство позволяет человеку понять, что есть что-то важное, что необходимо для элементарного выживания. Осознание этих чувств побуждает человека действовать, в результате чего потребность удовлетворяется.

    Кроме того, существуют потребности более высокого уровня, такие как безопасность, чувство собственного достоинства, отношения и самореализация, которые чрезвычайно важны для качества жизни.Важно осознавать эмоции, связанные с этими потребностями, точно так же, как осознавать более простые чувства выживания. В той степени, в которой человек осознает и понимает такие чувства, как беспокойство, печаль, замешательство, беспомощность, подавленность, одиночество, боль, стыд и т. Д., Он может активно и напрямую работать над управлением ими.

    Управление чувствами позволяет более эффективно решать проблемы и более эффективно общаться с другими. У человека есть более высокое чувство контроля, когда он понимает свои чувства и рассматривает варианты, а не полагает, что он просто жертва обстоятельств.Наши мысли, убеждения и представления в значительной степени определяют наши эмоции. Иногда трудности в жизни неизбежны, и ничего нельзя сделать, чтобы изменить тот или иной результат. Способность понимать свои чувства и просто говорить с другими об этих чувствах дает возможность быть подтвержденными, услышанными и поддержанными.

    Это может показаться очевидным для тех, для кого это естественно. Но для многих это вовсе не очевидно.

    Исследования показали, что люди с проблемами психического здоровья имеют гораздо более высокий уровень алекситимии, чем 10%, о которых сообщается в общей популяции:

    психосоматические расстройства (примерно 40% -60%)
    тревожные расстройства (распространенность 13%). -58%)
    депрессивные расстройства (32% -51%)
    расстройства пищевого поведения (24% -77%)
    аддиктивные расстройства (30% -50%)
    обсессивно-компульсивное расстройство, (11% -36%)
    аутистический спектр расстройство (40% -60%)

    Существует всего несколько продольных исследований, демонстрирующих причинно-следственную связь между алекситимией и проблемами психического здоровья, но очевидно, что у людей появляются эмоциональные и поведенческие симптомы, когда возникают неблагоприятные ситуации и возникающие эмоции не работают. удовлетворительно.Для этого требуется некоторая внутренняя осознанность. В остальном это похоже на «летящую слепую», т.е. без приборной панели. Отсутствие информации о высоте, скорости или направлении. Это похоже на то, чтобы быть свидетелем своей жизни, а не агентом.

    Противоположность алекситимии — эмоциональная грамотность. Опять же, у некоторых людей эмоциональная грамотность развивается естественным образом. С другими — нет. Однако его можно изучить и развить. Многие терапевтические подходы включают в себя развитие эмоциональной грамотности в той или иной форме. Терапия в дикой природе — мощная модель для этого развития.

    Терапия в дикой природе — это, по сути, эмпирическая терапия по своей природе, где есть постоянные действия, взаимодействия, проблемы, которые нужно решить. Клиенты испытывают чувства очень реальными и конкретными способами, а не просто абстрактно. Когда очевидно, что кто-то испытывает дискомфортные эмоции и борется с происходящим, у этого человека есть возможность позвонить в группу, чтобы обсудить и обработать то, что он или она испытывает.

    Часто в начале программы по изучению дикой природы клиенты могут недостаточно осознавать свои собственные чувства, чтобы справиться с ними.Сотрудники или коллеги могут заметить косвенное проявление чувств, например, в форме гнева или изоляции, избегания или закрытия. Затем другие клиенты будут звонить в группу, чтобы дать человеку возможность «проверить», выразить словами то, что он или она думает, как они себя чувствуют. Вначале часто бывает недостаточно знаний даже о названиях всех чувств. Информация предоставляется клиенту в виде диаграмм и списков. Сначала это может быть скорее ответ «множественный выбор», чем «заполнение бланка».

    В терапии дикой природы существует культура открытости и уязвимости, и поощряется честность по отношению к себе и другим. Более опытные клиенты приобретают навыки эмоциональной грамотности и служат примером для подражания новым клиентам. Эмоциональная грамотность позволяет человеку сознательно выбирать ответы на трудности, а не реагировать, как если бы он был беспомощной и пассивной жертвой. Это позволяет людям лучше понять, как события в их жизни повлияли на них, например, травмы, потери, неудачи, жестокое обращение.Развитие эмоциональной грамотности позволяет людям выполнять терапевтическую работу, необходимую для восстановления после трудностей. Это также позволяет людям лучше справляться с жизненными трудностями по мере их возникновения.

    Многие клиенты, с которыми я работаю, страдают аутизмом. У этих людей алекситимия встречается гораздо чаще, чем в общей популяции (40-60%). Это большая причина того, что у людей с аутизмом выше уровень тревожности и депрессии, а также социальных и других эмоциональных проблем.Отчасти алекситимия связана с различиями в физиологии и анатомии мозга. Эти различия усложняют человеку понимание и обработку чувств, но, как и в случае с любым другим человеком, эмоциональная грамотность может быть улучшена и развита, что позволит повысить эффективность функционирования.

    Существуют тесты, предназначенные для измерения алекситимии. В литературе часто используется торонтская шкала алекситимии — II. Существует менее научный, но, тем не менее, полезный онлайн-тест, доступный по адресу http: // oaq.blogspot.com/ Этот краткий тест предлагает информацию о том, что именно такое алекситимия, и дает оценку эмоциональной грамотности.

    Хотя термин «алекситимия» не известен многим, его пагубные последствия реальны. Алекситимия изначально не является врожденной (хотя для некоторых может быть труднее обрабатывать эмоции), и ее можно значительно улучшить при правильном лечении. На эту тему написано довольно много, и ее можно найти в Интернете. Для получения дополнительной информации рекомендую статью под названием «Единственные эмоции, которые я могу испытывать, — это гнев и страх» https: // mosaicscience.com / история / жизнь-без-эмоций-алекситимия-интероцепция /

    Sifneos PE: Распространенность «алекситимических» характерных механизмов у психосоматических пациентов. Психотерапия Психосоматическая 1973; 21: 133–136

    Люсия Риккарди, доктор медицины, доктор философии, Бенедетта Демартини, доктор медицины, Айкатерини Фотопулу, доктор философии и Марк Дж. Эдвардс, доктор медицины, доктор философии. Алекситимия при неврологических заболеваниях: Обзорный журнал нейропсихиатрии, 2015: 27: 179-187

    Доктор Дж. Хаффин — лицензированный психолог и клинический директор программы Evoke Cascades Theotherapy Wilderness Program.Он работает с подростками-мужчинами. Доктор Хаффин проработал терапевтом по дикой природе более 20 лет.

    Обращение к доказательствам, связывающим вторичную алекситимию с аберрантной обработкой юмора

    В этом обзоре мы исследуем текущую литературу и оцениваем доказательства, связывающие вторичную (приобретенную) алекситимию с аберрантной обработкой юмора, с точки зрения их нейробиологической основы. Кроме того, мы предлагаем возможный общий невропатологический субстрат между вторичной алекситимией и дефицитом чувства юмора, опираясь на нейрофизиологические и нейрорадиологические данные, а также на недавнее уникальное исследование, показывающее совместное возникновение вторичной алекситимии и дефицита чувства юмора. .Таким образом, из литературы следует, что кортикальные структуры средней линии, в частности медиальная префронтальная кора (mPFC), передняя поясная кора (ACC) и кора островка, по-видимому, играют решающую роль в выражении как алекситимии. и дефектная обработка юмора, в то время как, хотя и в меньшей степени, становится очевидным вклад правого полушария и двусторонней лобно-теменной области. Нейробиологические доказательства вторичной алекситимии и аберрантной обработки юмора указывают на предполагаемую роль ACC / mPFC и коры островка в представлении важнейших узлов обработки, повреждение которых может вызывать оба вышеупомянутых клинических состояния.Мы полагаем, что связь вторичной алекситимии и аберрантной обработки юмора, особенно дефицита восприятия юмора, и их корреляция с конкретными областями мозга, в основном ACG / mPFC, как выяснилось из литературы, может иметь некоторое эвристическое значение. Повышение осведомленности по этой теме может помочь нейрохирургам при доступе к эмоционально-релевантным структурам, а также нейропсихологам в интенсификации их усилий по планированию научно-обоснованных нейрореабилитационных вмешательств для смягчения пагубных последствий такого дефицита межличностного общения.

    1. Введение

    Алекситимия, буквально означающая «без слов для обозначения эмоций», используется в нозологической номенклатуре для описания (1) конкретного нарушения эмоциональной обработки, такого как трудности в идентификации и вербализации эмоций, (2) трудности в различении между чувствами и соматическими ощущениями, которые сопровождают эмоциональное возбуждение, и (3) внешне ориентированное мышление и нарушение символической активности [1, 2].

    Распространенность алекситимии довольно высока среди пациентов с психическими расстройствами [3], поскольку алекситимия может предрасполагать или даже усугублять ранее существовавшую психопатологию.Было замечено, что у лиц с алекситимией часто могут наблюдаться значительно более высокие уровни «функциональных» соматических и психиатрических симптомов, таких как тревога и депрессия, чем у лиц, не страдающих алекситимией (например, [4]). Например, среди пациентов с конверсионным расстройством алекситимия была выше среди тех, кто пытался покончить жизнь самоубийством [5]. В литературе рассматривается возможная связь между алекситимией и повышенным риском суицида, опосредованная депрессивными симптомами (см. Обзор [6]). Более того, в прототипном исследовании, оценивающем взаимосвязь между алекситимией, суицидными идеями и уровнями липидов в сыворотке в выборке взрослых амбулаторных пациентов с обсессивно-компульсивным расстройством (ОКР), не принимавших наркотики, было замечено, что у алекситимии с коморбидным ОКР может наблюдаться дерегуляция баланс холестерина, который, в свою очередь, может быть связан с суицидальными идеями [7].

    Алекситимия, наблюдаемая у людей, пострадавших от черепно-мозговой травмы и проявляющая симптомы, напоминающие симптомы первичной (врожденной) алекситимии, называется «приобретенной алекситимией» или «вторичной алекситимией». Клинические случаи вторичной алекситимии в значительной степени игнорируются и недостаточно изучены [8]. Что мы знаем, так это то, что вторичная алекситимия часто более устойчива к лечению [9] и не связана с конкретной преморбидной личностью, в то время как, с другой стороны, она проявляется когнитивными нарушениями [10].

    Отсутствие чувства юмора — еще один важный аспект алекситимии, который требует дальнейшего изучения, особенно с учетом того, что способность создавать и понимать юмор является критически важной способностью межличностного общения в продвижении подходящих социальных взаимодействий. Отсутствие юмора, помимо других субъективных симптомов, т. Е. Отсутствия понимания, эмоциональной дистанции, склонности к соматизации и ригидности, часто отмечается алекситимическими людьми и их родственниками [11], хотя они не являются частью основных симптомов алекситимии.

    В этом обзоре мы пытаемся изучить текущую литературу и оценить доказательства, связывающие вторичную алекситимию с аберрантной обработкой юмора, с точки зрения их нейробиологической основы. Кроме того, мы предполагаем возможный общий невропатологический субстрат между вторичной алекситимией и дефицитом чувства юмора, опираясь на нейрофизиологические и нейрорадиологические данные, а также на недавнее уникальное исследование, показывающее совместное возникновение вторичной алекситимии и дефицита чувства юмора. [12].Однако наша главная цель — начать теоретические размышления о предполагаемом нейробиологическом раппорте, связывающем вторичную алекситимию и аберрантную обработку юмора, особенно в направлении избирательного вовлечения передней кортикальной срединной структуры, как предлагается в нашем прототипном исследовании [12] и поддерживается некоторыми в соответствующей литературе о вторичной алекситимии, причем последняя свидетельствует о вовлечении правого полушария. Напротив, предоставление полного и подробного отчета о литературных и относительных данных выходит за рамки данной статьи.Поэтому в нашем отчете основное внимание уделяется наиболее актуальным / интересным исследованиям, относящимся к этой цели, вместо того, чтобы рассматривать полную панораму литературы.

    2. Теории вторичной алекситимии

    Наиболее важные теории, касающиеся этиологии вторичной алекситимии, подчеркивают роль нейрофизиологических факторов. Наиболее заметная из них, предложенная Hoppe и Bogen [13], связывает алекситимию с функциональной комиссуротомией, которая представляет собой межполушарное торможение, напоминающее состояние хирургической церебральной комиссуротомии с рассечением мозолистого тела [14].Авторы [7] предполагают, что аномальная межполушарная коммуникация снижает координацию и интеграцию специализированных функций, определяя аномальное состояние подавления нейронной информации, обычно передаваемой от одного полушария к другому через мозолистое тело.

    Lane et al. [15] предложили гипотезу повреждения передней поясной коры (ACC), связывающую алекситимию с дефицитом активности ACC во время состояний эмоционального возбуждения. Они сообщили о сильной корреляции между эмоциональным возбуждением и кровотоком в поясной коре головного мозга женщины, чья эмоциональная осведомленность была оценена перед ПЭТ-визуализацией.

    Некоторые авторы связывают алекситимические особенности с повреждением правого полушария после инсульта [16] в соответствии с ролью правого полушария в обработке эмоций [17, 18]. Согласно этой гипотезе активации правого полушария алекситимии, генез алекситимии предполагает связь между уровнями активации правого полушария и особенностями алекситимии, то есть пациенты с алекситимией могут страдать от дефицита эмоциональной обработки правого полушария [8, 19].

    Напротив, Becerra et al.[20] сообщили о случае пациента, у которого развилась алекситимия после автомобильной аварии, что несовместимо как с функциональной комиссуротомией, так и с гипотезой повреждения ACC, учитывая, что повреждение их пациента было ограничено латеральными, а не медиальными аспектами кора головного мозга, в частности в боковых лобных и теменных долях. Более того, повреждение пациента не было ограничено правым полушарием, а скорее распределено между обоими полушариями, что ослабляет гипотезу алекситимии об активации правого полушария.

    Кроме того, была выдвинута гипотеза о дефектной вербальной эмоциональной маркировке [21], предполагающая дефектную передачу эмоциональной информации от правого полушария в «языковой центр» левого полушария, что делает невозможным присвоение эмоциональной информации. Другие предположили, что, когда упорядоченная связь стимулов тела с эмоциями и символическим языком перестает работать, возникает плохая символизация телесной информации и алекситимия [22]. Более конкретно, предполагается, что такая связь опосредуется сетью режима по умолчанию, т.е.е. набор функционально связанных между собой узлов головного мозга, включая дорсальную и вентральную медиальную префронтальную кору, медиальную и латеральную теменную кору, заднюю поясную кору и височную кору [23-25].

    Hobson et al. [26] предположили, что нарушение способности именования объектов связано с алекситимией, особенно когда требуется эмоциональная идентификация. Они также поддержали большое количество доказательств предполагаемой связи между вербальными способностями и алекситимией как в отношении вторичной алекситимии, так и случаев развития.Доказательства нарушения интероцептивного функционирования у алекситимных лиц подтверждают ключевую роль общего интероцептивного нарушения в возникновении алекситимии [27, 28]. Короче говоря, повреждение областей в нижней лобной извилине, обычно считающейся важной языковой областью, и в передней островковой доле поддерживает идею о том, что алекситимия может возникать в результате нарушения как языка, так и интероцепции.

    Schäfer et al. [29] сообщили о случае пациента, перенесшего инфаркт правой передней поясной извилины.В частности, МРТ выявила недавний крупный инфаркт в правой ППК и в прилегающем мозолистом теле. Поражение распространилось на среднюю часть медиальной лобной коры, в то время как было небольшое инфарктное поражение в задней части мозолистого тела. У пациента проявилось алекситимоподобное расстройство, а также аномальная обработка эмоций, включая дефицит эмоционального восприятия лица правого полушария, что подтверждается записями ERP.

    Авторы [29] предположили, что такое поражение вызывает своего рода патологическое вмешательство в критическом узле крупномасштабной сети, подчиняющей аффективный контроль поведения.Хо и Ли [30] представили случай женщины, которая после падения на землю во время верховой езды и раздробления черепа стала алекситимией в результате повреждения ее правой первичной зрительной коры (зона Бродмана 18/19), предполагая, что эмоциональные дисфункции, хотя они часто связаны с ненормальной обработкой информации «сверху вниз», также могут быть вызваны повреждением «восходящих», более элементарных сенсорных процессов.

    Наконец, Фрейбергер [31] предложил рассматривать вторичную алекситимию как реакцию на стресс.Другими словами, вторичная алекситимия — это механизм выживания, который направлен на защиту личности от эмоционального дистресса, связанного с ситуациями сильной уязвимости [32].

    Прежде чем перейти к основным выводам обзора, мы сочли необходимым предоставить читателю некоторую дополнительную информацию, касающуюся важных вопросов, касающихся алекситимии, таких как ее связь с психопатией, возможность отображать черты личности и стили юмора. а также потенциально разделяемая когнитивная архитектура алекситимии и юмора.

    2.1. Алекситимия и психопатия

    Исходя из наблюдения Апфеля и Сифнеоса [33], что некоторые люди с алекситимией имели психопатические особенности, алекситимия обычно ассоциировалась как с насилием, так и с психопатией. Следовательно, хотя алекситимия в основном концептуализируется как черта личности, а психопатия как расстройство личности, дебаты об их взаимопонимании все еще продолжаются. Однако делать выводы относительно таких ассоциаций нужно с осторожностью.Подобные проявления могут наблюдаться как при алекситимии, так и при психопатии, наряду с эмоциональными и межличностными последствиями, а также дефицитом понимания себя и других [34]. Более того, как при алекситимии, так и при психопатии отсутствуют эмпатия, понимание и самоанализ [11]. Тем не менее, люди, страдающие алекситимией, обычно тревожны, чрезмерно контролируемы, покорны, скучны, этически последовательны и социально соответствуют, в то время как люди с психопатией, как правило, свободны от тревожности, доминируют и неконформны [11].Кроме того, Lander et al. [35] наблюдали значительную связь между алекситимией и вторичной психопатией (также известной как «невротическая психопатия»), но не с первичной психопатией (т. Е. Неспособностью формировать эмоциональные связи с другими и нечувствительностью к страху). Авторы интерпретировали эту связь двояко: (а) эмоциональная дисрегуляция, связывающая оба клинических состояния, и (б) неспособность контролировать импульсивность и тревогу [35]. Однако есть свидетельства того, что дефицит эмоциональной регуляции у людей с алекситимией возникает в результате сбоя когнитивной обработки, а у психопатических людей — из-за неспособности испытать эмоциональное возбуждение, тревогу и, в частности, страх, даже если они способны поверхностно или пусто изображать пантомиму. родственные чувства [36, 37].

    Первое описание приобретенной психопатии, предложенное Дамасио [38], восходит к классическому описанию Финеаса Гейджа Харлоу в 1848 году после повреждения орбитофронтальной коры (OFC). Более поздние исследования пациентов с повреждением ОФК показали близкое сходство с психопатией, называемой псевдопсихопатией [39], а затем и с приобретенной социопатией [38]. Однако Hornak et al. [40] предположили, что ущерб OFC должен быть двусторонним и достаточно обширным, чтобы вызвать изменения в социальном поведении, в то время как, согласно Hare [41], неспособность таких пациентов строить долгосрочные планы (проблемы с исполнительной властью) может быть объяснена и, следовательно, их проявления напрямую не соответствуют психопатическим тенденциям.Jurado и Junque [42] также сообщили о двух пациентах, у которых наблюдались изменения личности, соответствующие диссоциативности, включая правонарушения, в результате поражения OFC. Блэр и Чиполлитти [43] описали пациента, у которого была приобретенная социопатия (т.е. псевдосоциопатия) после травмы правой лобной области, включая OFC, и предположили, что его пониженная способность вызывать ожидания негативных эмоциональных реакций других, особенно гнева, может быть объяснена за его социопатические проявления.Мюллер и др. [44] сообщили о двух задержанных сексуальных преступниках с расстройством личности и посттравматической псевдосоциопатией после повреждения лобной доли. Оба не имели идентифицируемых МРТ-свидетельств структурного повреждения, но имели пониженный метаболизм глюкозы в областях левого лобно-базального и базального ганглиев в первом случае и в правом префронтальном и правом островковом кортикальном слое во втором, как было предположено с помощью ПЭТ-сканирования.

    2.2. Алекситимия — это черта личности?

    Еще одна противоречивая тема — является ли алекситимия личностной чертой или отдельной нозографической сущностью.Ряд ведущих авторов предположили, что алекситимия представляет собой относительно стабильную черту личности, предрасполагающую людей к развитию психопатологии, в то время как предполагаемая характерологическая стабильность усиливается состоянием болезни, возвращаясь к ранее существовавшим условиям после исчезновения симптомов [45–47]. Однако гипотеза стабильности не может служить окончательным выводом, подтверждающим алекситимию как личностную черту, поскольку она не может сказать нам о преморбидных уровнях алекситимии у пациентов, страдающих психическими заболеваниями.Из-за значительного совпадения алекситимии и симптомов тревоги и депрессии, возникающих у пациентов с аффективными расстройствами [48], будущие исследования по оценке алекситимии среди психиатрических групп должны контролировать тяжесть тревоги и депрессии, прежде чем делать вывод о том, что алекситимия является чертой личности, предрасполагающей к психическим расстройствам. .

    2.3. Когнитивная психология юмора

    На когнитивном уровне потенциальное перекрытие между обработкой юмора и алекситимией может быть приписано процессам, связанным как с абстрактным мышлением, так и с умственной гибкостью, индивидуальной памятью и интероцептивным осознанием.

    Хотя оценка юмора требует сопряженного вклада когнитивных процессов более высокого уровня и эмоциональной отзывчивости, конкретные когнитивные операции, необходимые для понимания юмора, включают абстрактное мышление, когнитивную гибкость и эффективную память. Чтобы понять юмор, требуется способность игнорировать буквальное значение и извлекать более глубокий смысл из того, что явно не указано [49]. Более того, есть доказательства теоретической взаимосвязи между чувством юмора и когнитивной гибкостью [50].Юмор — это стратегия преодоления трудностей, предполагающая позитивную переоценку и обработку остроумных словесных выражений, которая позволяет людям дистанцироваться от стрессовых событий или ситуаций и, таким образом, получить перспективу [51]. Психологическую негибкость можно рассматривать как чрезмерную запутанность в избегании переживаний и когнитивном слиянии. Была выдвинута гипотеза о связи между алекситимией и психологической негибкостью, с акцентом на последнюю как на своего рода неспособность выбрать поведение в соответствии с установленными ценностями и целями из-за трудностей в полной связи с настоящим моментом и слепого следования жестким правилам [52]. , 53].Кроме того, когнитивная гибкость может также пониматься в терминах стилей мышления, таких как латеральное мышление в противоположность вертикальному мышлению, конвергентное мышление в противоположность дивергентному мышлению и сложность в противоположность ригидности [54].

    Важное значение для нашей дискуссии о ментальных операциях, связанных с обработкой юмора, имеет теория разрешения несоответствия [55–57], основанная на несоответствии между абстрактными идеями и реальными вещами. Фаза разрешения считается операцией по решению проблемы, попыткой получить информацию или выводы, ведущие к обнаружению связи или соответствия между исходным телом юмористического стимула и его концом.

    2.4. Правое полушарие и индивидуальная память

    Индивидуальная память, означающая память на субъективные состояния и ориентацию на себя и окружение, может быть нарушена после поражения правого полушария на фоне сохранной вербальной и логической памяти [58, 59]. Это открытие, вытекающее из классической работы Лурии, кажется в некоторой степени сопоставимым с недавними данными, связывающими повреждение правого полушария с проявлением вторичной алекситимии [16], поскольку правое полушарие широко рассматривается как предназначенное для эмоциональной обработки.

    2,5. Роль интероцептивной осведомленности

    Интероцептивная осведомленность также связана с эмоциональным и социальным познанием. Совсем недавно интероцепция была концептуализирована в рамках предиктивного кодирования [60]. Структура прогнозного кодирования утверждает, что ресурсы для ранее кодирования внутренних сенсорных сигналов являются обязательными для привязки личного эмоционального состояния к внешним событиям. Нарушения в прогнозировании внутренних ощущений могут препятствовать формированию ассоциаций между этими ощущениями и заметными социальными или эмоциональными внешними событиями, что может способствовать социальным сбоям и сбоям в общении.Хронические нарушения интероцептивного предсказательного кодирования могут постепенно приводить к своего рода слепоте в отношении интероцептивных сигналов, которые затем обычно игнорируются и, как следствие, порождают патологическую петлю обратной связи (например, нарушение внимания делает сигналы менее предсказуемыми, что затем усиливает невнимательность). С такими трудностями сталкиваются люди с аутичным спектром, проявляя трудности с использованием предыдущего сенсорного опыта для точного предсказания будущих сенсорных событий [61].Нейроанатомия интероцептивного вывода была нанесена на несколько нейроанатомических субстратов, таких как передняя кора островка (AIC), ACC, субгеновая кора (SGC) и OFC. Таким образом, интероцептивная осведомленность представляет собой дополнительный когнитивный аспект вторичной алекситимии, поскольку кора островка особенно участвует в интероцептивной обработке.

    2.6. Юмористические стили

    По сравнению с юмористическими стилями, их первоначальная концепция приписывается анкете по юмористическим стилям (HSQ), измеряющей два основных фактора, задействованных в юморе: один используется для улучшения личности или отношений с другими, а другой указывает на то, является ли юмор относительно доброжелательным. или потенциально вредны и разрушительны.Комбинация этих факторов порождает четыре разных стиля юмора: аффилиативный (шутки могут показаться смешными), саморазвитый (находить юмор в повседневных ситуациях как стратегию копирования), агрессивный (унижения или оскорбления в адрес отдельных лиц), и саморазрушение (нездоровая форма юмора, также применяемая как стратегия предотвращения запугивания) [62].

    3. Материалы и методы

    Систематический описательный обзор был проведен в соответствии с рекомендациями PRISMA [63].Искали за период с 1970 по 2017 год с использованием базы данных PubMed Национальной медицинской библиотеки (http://pubmed.gov) и Medscape.

    Ключевые слова поиска: «обычный», «приобретенный», «первичный», «вторичный», «юмор» И «обнаружение» ИЛИ «оценка», И «стили», И «травматический», «мозг», «травма». , «Психопатия» И «личность» И «черта», «психопатия», «память», «интероцепция», «гибкость», «когнитивное» И «психологическое» И «обработка», «абстрактное» И «мышление» И «Рассуждение», «несоответствие» И «разрешение», «вывод», «негибкость», «неврологические» И «расстройства», «диагностика» И «классификация», «полушарие» И «асимметрия», «нейроанатомия», «нейровизуализация» , »« Электрофизиология »,« нейрофизиология.Был предпринят комбинированный поиск вышеуказанных терминов с термином «алекситимия».

    В результате вышеуказанного поиска было найдено 1346 статей, 98 из которых были включены / выбраны для этого обзора. Критерии включения для отбора были основаны на заранее установленных критериях включения (см. Ниже) и исследованиях, относящихся к теме обзора, о которых сообщалось в первоначально выбранных статьях (рис. 1).


    4. Критерии включения

    Исследования должны соответствовать следующим критериям для включения в обзор: (1) Выборка состояла только из взрослых участников (т.е., средний или средний возраст выборки был равен или превышал 18 лет) (2) Поскольку вторичная алекситимия является менее изученной темой и поэтому исследовалась меньшим количеством исследований, мы использовали нейробиологические данные, полученные как из вторичных, так и приобретенных случаи, а иногда и случаи врожденной алекситимии. Хотя необходимы дальнейшие исследования, чтобы уточнить, следует ли рассматривать вторичную алекситимию как отдельную клиническую сущность, как было предложено Messina et al. [10], мы используем выражение «алекситимия» под рубрикой вторичной алекситимии (3). В подавляющем большинстве исследований вторичной или врожденной алекситимии применялась 20-балльная шкала алекситимии Торонто (TAS-20) для диагностики наличия симптомов алекситимии, назначая ее пациентам и соответствующим контрольным группам, или только пациентам (4) В нашей работе были рассмотрены только рецензируемые журнальные статьи, написанные на английском языке, за исключением включения трех немецких статей (опубликованных на определенном английском языке). языковая литература) (5) Исследования нейровизуализации были включены в этот обзор всякий раз, когда они были предложены идентифицированной литературой с использованием вышеупомянутых методов и критериев включения

    5.Результат
    5.1. Исследования алекситимии
    5.1.1. Нейрорадиологические и электрофизиологические доказательства

    Предполагалось, что совокупность передних структур головного мозга, то есть PFC, ACC, лобно-стриатная сеть, островок, миндалевидное тело, мозолистое тело и передняя комиссура, играет важную роль в эмоциональной обработке и выражении при первичной алекситимии. [64]. Berthoz et al. [65] подтвердили, что алекситимия, как недостаток оценки эмоциональных стимулов более высокого порядка, может быть связана с нарушением функции ACC и медиофронтальной коры (mFC), в то время как обработка миндалины, гиппокампа и гипоталамуса связана с аспектами эмоциональных стимулов более низкого порядка (i .е., информация о восприятии Reiman et al. [66]), остаются нетронутыми.

    Более того, эти авторы наблюдали, что модуляция активности ACC и mFC, вызванная эмоциональной валентностью стимулов, была аберрантной у алекситимных субъектов, показывая снижение активности и увеличение в сторону интенсивных отрицательных и положительных стимулов, соответственно [65]. Авторы пришли к выводу, что первичная алекситимия проявляется в обострении личностных черт и обычно играет роль в регуляции аффекта, связанной с ограниченными валентно-зависимыми различиями в активности ACC и mFC во время обработки эмоциональных стимулов [65].

    Lane et al. [15] предложили гипотезу повреждения ACC (гипотеза слепого), связывая алекситимию с дефицитом активности ACC во время состояний эмоционального возбуждения. В частности, они рассматривают алекситимию как дефицит сознательного самосознания эмоций и постулируют, что механизм нейронного разъединения не позволяет интероцептивной информации адекватно информировать области коры, включая АСС. В своем исследовании с помощью позитронно-эмиссионной томографии (ПЭТ) авторы сообщили о сильной корреляции между эмоциональным возбуждением и кровотоком в передней поясной коре головного мозга.Доказательства, указывающие на то же направление, касаются связи между низким давлением кислорода, отражающимся в низком уровне гемоглобина у онкологических пациентов, и изменениями в функционировании ОЦК [67]. Кроме того, другие исследования ПЭТ показали не только более низкую скорость активации в правом орбитальном ПФК [68], а также в правой лобной области, но также более высокую скорость активации в левой лобной коре при воспроизведении автобиографической эмоциональной информации [69] в алекситимические люди по сравнению со здоровыми людьми.

    Нарушение регуляции эмоциональных оценочных процессов при врожденной алекситимии было предложено электрофизиологическими исследованиями, обнаружившими уменьшение верхнего тета-диапазона над левой лобной корой во время реакции на эмоциональные стимулы [70].

    В целом, взаимосвязь между первичной алекситимией и активностью ПФУ еще не изучена должным образом и, по-видимому, все еще остается несколько двусмысленной.

    5.1.2. Фронтостриатальный и лимбический вклад в алекситимию

    Поскольку стриато-таламо-кортикальная цепь, вероятно, поддерживает эмоциональную обработку [71], различные структуры, участвующие в этой цепи, такие как бледный шар, брюшное полосатое тело, хвостатое и субталамическое ядра, были связаны между собой. как врожденной [72], так и вторичной алекситимии [9].Имеются данные, свидетельствующие об активации нижнего правого хвостатого ядра в ответ на сердитые лицевые раздражители даже у здоровых людей с высоким уровнем алекситимических черт [73].

    Сообщалось о тяжелой и резистентной форме вторичной алекситимии, связанной с двусторонним гипоксическим поражением головного мозга бледным глобусом после отравления угарным газом [9], а также об ухудшении эмоциональной осведомленности после аноксического поражения бледного шара [74].

    Миндалевидное тело и его проекции на подкорковые структуры, т.е.е. гипоталамус, гиппокамп и красное ядро ​​терминальной полоски; преоптическая область; и периакведуктальное серое вещество [75], составляют сеть, которая считается филогенетически древней системой эмоциональной регуляции. Миндалевидное тело опосредует как врожденное эмоциональное, так и приобретенное поведение [76], в то время как префронтальная кора, особенно орбитальная и медиальная части, связана с эмоциональным чувством, которое, в свою очередь, в некоторой степени связано с эмоциональным отражением [77]. Если медиальный префронтальный корень не подавляет миндалевидное тело, то последняя будет запускать заранее запрограммированные и эволюционные архаичные эмоциональные формы поведения, делая эмоциональные переживания и размышления бессмысленными.

    Доказательства того, что аберрантные формы когнитивной обработки эмоциональной информации подавляют воздействие таких миндалевидных сигналов, привели некоторых авторов к постулированию четырех различных алекситимических типов личности в рамках более широкой концепции алекситимии [64]. Эти типы, возможно, могут отражать аномальные переживания в детстве, приводя к тому, что основные церебральные компоненты, регулирующие эмоциональные переживания, то есть миндалевидное тело и префронтальная кора, остаются функционально фиксированными на ранних стадиях развития.Например, тип личности пациента Патрикелиса [12] (см. Ниже) кажется совместимым со вторым типом личности Бермонда и др. [64], описываемым как «… влечет за собой сильную тенденцию к активации когнитивной обработки эмоциональной информации. модули, которые подавляют другие нейронные модули, участвующие в формировании эмоций… », когда люди в основном испытывают эмоционально отстраненные, связанные с эмоциями познания. К сожалению, типология Бермонда называется первичной алекситимией и может быть неприменима к случаям вторичной алекситимии, подобным вышеупомянутому, по крайней мере, до тех пор, пока не будет выявлена ​​корреляция между алекситимическими типами и структурами мозга или системами.Некоторые авторы [20] утверждали, что дебаты о том, имеют ли симптомы вторичной алекситимии разные лежащие в основе нейрональные механизмы и клинические проявления от невторичных, все еще продолжаются, хотя вторичная алекситимия не всегда клинически отличается от случаев первичной алекситимии. Кроме того, трудность дифференциации вторичной алекситимии от вторичной связана с их общими трудностями как в идентификации, так и в вербализации эмоций, а также с наличием поведения, связанного со стимулами (конкретное и основанное на реальности мышление).

    5.1.3. Воспаление и гормональный дисбаланс

    Результаты исследований, вероятно, подтверждают «гипотезу стресс-алекситимии» [78]. Связь между алекситимией и повышенным уровнем циркуляции белков острой фазы, особенно С-реактивного белка, была обнаружена в нескольких исследованиях (например, [79]). Более того, провоспалительный и противовоспалительный цитокиновый баланс алекситимов может быть настроен на провоспалительный дисбаланс с сопутствующим изменением клеточно-опосредованного иммунитета.

    Недавние исследования связали специфические эффекты этого признака и его субфакторов с маркерами оси гипоталамо-гипофиз-надпочечники (HPA) во время стрессовых состояний (например, [80]). Соответственно, новаторское исследование, которое рассматривало предполагаемую связь между алекситимией и ее субфакторами на HPA и симпато-адреналовый мозг (SAM) ответ на здоровую контрольную группу, показало, что среди всех тестируемых индикаторов стресса кортизол был единственной переменной, положительно связанной с алекситимией, что, вероятно, указывало на трудности с выявлением субфактора чувств.Алекситимия была связана со значительным повышением кортизола до, во время и после стрессового воздействия, в то время как никакой связи между алекситимией и осью SAM не обнаружено [81].

    5.1.4. Алекситимия у неврологических пациентов

    Хотя алекситимия, вероятно, является признаком неврологического заболевания, неясно, насколько она независима от других нозологических состояний, таких как депрессия и тревога, которые часто встречаются в качестве сопутствующих заболеваний у неврологических пациентов. Неврологические состояния, на которые обращали внимание на наличие алекситимии, — это черепно-мозговые травмы (ЧМТ), инсульт, эпилепсия и, в меньшей степени, двигательные нарушения и рассеянный склероз.Хотя существует относительно высокая частота вторичной алекситимии среди людей, перенесших травмы головы (30-40%), большая вариабельность поражений при ЧМТ с точки зрения локализации, тяжести и степени, а также часто диффузный характер аксонального повреждения [ 82], а также другие методологические проблемы, например, неспособность пациентов с ЧМТ идентифицировать собственное эмоциональное состояние и, следовательно, сообщать о нем с помощью анкетного опроса [82], затрудняют изучение ЧМТ.

    Williams и Wood [83] дали возможную интерпретацию наличия вторичной алекситимии при ЧМТ, предполагая обратную связь между алекситимией и эмоциональной эмпатией.Они считают, что способность к эмоциональной эмпатии может действовать независимо от алекситимии после ЧМТ, возможно, отражая влияние диффузной патологии мозга на различные эмоциональные цепи, опосредованное сложными двунаправленными и взаимно тормозящими взаимосвязями между вентральной префронтальной корой (VPFC) и миндалевидным телом [84 , 85].

    Поскольку VPFC очень уязвима к воздействию сил ускорения-замедления при TBIs [86, 87], нейронные сети, ответственные за социальное познание и когнитивную оценку стимулов отдельно от их соматических аналогов и в зависимости от VPFC, могут быть нарушены.Это нарушение делает пациентов неспособными воспринимать эмоциональные атрибуты стимулов (например, Adolphs et al. [88]). Следовательно, повреждение VPFC может выборочно поставить под угрозу способность распознавать собственные эмоции и сопереживать эмоциям других.

    Совсем недавно Hogeveen et al. [89] предположили, что выраженное повреждение передней части островка вызывает повышенный уровень алекситимии, что свидетельствует о критической роли этой области в эмоциональном сознании.

    В контексте исследований эпилепсии алекситимия в основном изучалась у пациентов, страдающих психогенными неэпилептическими припадками (ПНЭС), и, в меньшей степени, у пациентов с эпилепсией.Симптомы психологической травмы и цинизма у пациентов с диагнозом ПНЭС были связаны с алекситимией. Эти результаты обнадеживают, поскольку они помогают лучше понять состояние и план лечения для этой подгруппы пациентов. В недавнем обзоре [90] сообщается только о двух исследованиях, демонстрирующих алекситимию в сочетании с эпилепсией и ПНЭС. Первый [91] предполагает, что «около 30% обеих групп набрали алекситимический диапазон». Напротив, алекситимия при ПНЭС оценивалась примерно в 90 баллов.5% и при эпилепсии 76,2% [92]. Myers et al. [90] предполагают, что частота алекситимии составляет около 36,9% от их выборки с ПНЭС и 28,6% — с ЭС, и согласуется с показателями распространенности алекситимии, о которых сообщалось в исследовании Tojek et al. [91]. Они [90] обнаружили положительную корреляцию между алекситимией и усилением симптомов тревоги и вегетативной гиперактивности, навязчивыми переживаниями, диссоциацией и защитным избеганием, интерпретируя вышеизложенное в свете связи алекситимии с травмой, поскольку первое представляет собой ожидаемое состояние. в результате физиологического и когнитивного нарушения регуляции после травмы.В частности, они обнаружили связь алекситимии с психологической травмой и цинизмом у пациентов с ПНЭС.

    Более того, мало исследований, учитывающих алекситимию, было проведено в области рассеянного склероза и двигательных нарушений [93].

    5.2. Исследования обработки юмора
    5.2.1. Нейрорадиологические доказательства

    Способность воспроизводить и понимать юмор — критически важная способность межличностного общения, способствующая подходящему социальному взаимодействию. Обработка юмора влечет за собой множество когнитивных аспектов, таких как (а) установка шутки, связанная с височной долей (т.активация височного полюса и передней верхней височной борозды (aSTS) [94–97]; (б) понимание юмора и обнаружение / устранение несоответствий, включая нижнюю лобную извилину (IFG) [97–100] и области вокруг височного теменного соединения (TPJ) [94, 97, 101]; и (в) приписывание психических состояний персонажам анекдота, связанным с активацией передней медиальной префронтальной коры (amPFC) [102, 103]. Более того, можно утверждать, что аффективные компоненты обработки юмора связаны с функционированием медиальной вентральной префронтальной коры (mvPFC), подкорковых ядер (прилежащее ядро), двусторонней островковой коры и левой миндалины [94, 96, 98, 99, 104] .

    В некоторых исследованиях подчеркивалась церебральная активация структурных элементов юмористических стимулов. В частности, фонологические каламбуры активируют области, участвующие в обработке звука, т. Е. Левую нижнюю предцентральную извилину и островок, тогда как семантические шутки активируют области, обрабатывающие значение слова, т. Е. Левую заднюю нижнюю височную извилину (pITG) и правую заднюю среднюю височную извилину (pMTG). ) [98]. Наконец, наблюдались некоторые различия при сравнении визуального и языкового юмора.Короче говоря, первый активирует, среди прочего, двустороннюю зрительную кору более высокого порядка, TPJ, среднюю лобную извилину (MFG) и предклинье, тогда как последний специфически активирует MTG, IFG и ITG [100].

    Согласно Moran et al. [96], нейронные основы обнаружения и оценки юмора функционально разделены, при этом задняя височная и нижняя лобная области предназначены для разрешения контекстуальных двусмысленностей и задействованы во время обнаружения юмора, а кора островка участвует в висцеральных реакциях, характеризующих переживание веселья.

    5.3. Совместные доказательства алекситимии и дефектной обработки юмора

    В уникальном поведенческом генетическом исследовании, проведенном Аткинсоном и соавт. [105] о взаимосвязи между врожденной алекситимией и стилями юмора было обнаружено, что стили положительного юмора отрицательно коррелировали с алекситимией, в то время как неадаптивные стили юмора (саморазрушение и агрессивный юмор) положительно коррелировали с алекситимией. Фенотипические корреляции между алекситимией и стилем юмора в первую очередь объясняются связанными генетическими факторами и, в меньшей степени, неразделенными факторами окружающей среды.Возможная причина, объясняющая корреляцию между стилями юмора и алекситимией в вышеупомянутом исследовании, заключается в том, что оба они коррелируют с эмпатией. Аффилиативный юмор (т. Е. Позитивное вовлечение других и улучшение социального взаимодействия) и самосовершенствование (т. Е. Улучшение себя) демонстрируют значительную положительную корреляцию с эмпатией [106], которая, в свою очередь, отрицательно коррелирует с алекситимией [107]. Более того, сообщалось об отрицательной корреляции между агрессивным юмором и сочувствием [106]. Что касается нейронной основы эмпатии, было замечено, что восприятие и оценка болезненных ситуаций, переживаемых другими, вызывают значительные двусторонние изменения в передней поясной извилине, передней островке, мозжечке и, в меньшей степени, таламусе, известных структурах. за то, что они играют важную роль в обработке боли [108].

    В недавнем тематическом исследовании описан пациент, который был прооперирован по поводу огромной менингиомы с фронтальной бороздкой, у которой была вторичная алекситимия и нарушение восприятия юмора в результате повреждения вентрально-ростральных частей передней поясной извилины / мПФК, что предотвратило возникновение пациент от оценки значимости эмоций и мотивационной информации и создания эмоциональных реакций; следовательно, ему было трудно испытывать эмоции, знать, что он и другие чувствуют, и получать удовольствие от юмора [12] (Таблица 1).


    Органическая алекситимия Аберрантный юмор
    Исследования Область головного мозга Область головного мозга86 и другие. ]
    Messina et al., [67]
    Patrikelis et al., [12]
    Hobson et al., [26]
    Schäfer et al., [29]
    Вентрально-ростральный ACC / mPFC IFG , MFG , ITG MTG, TPJ и предклинье Watson et al., [100]
    IFG Wild et al., [97]
    Goel and Dolan, [98]
    Bartolo et al., [99]
    Watson et al., [100]
    mvPFC Mobbs et al., [94]
    Moran et al., [96]
    Goel and Dolan, [98]
    Bartolo et al., [99]
    Sieboerger et al., [104]
    amPFC Gallagher et al., [102]
    Marjoram et al., [103]

    Hogeveen et al., [89] Передняя островковая часть Insula Moran et al., [96]
    Insula , левая IPG, левая pITG и правая pMTG [98 ]

    Хоппе и Боген, [13]
    Галин, [14]
    мозолистое тело
    6 9097 и др. 909
    Paradiso et al., [74]
    Globus pallidus

    Spalletta et al., [16]
    Ho and Lee [30]
    Schäfer et al. Правое полушарие

    Williams et al., [83] Двусторонняя лобная и теменная доли Insula, левая IP1016 левая и pMTG Goel and Dolan, [98]

    Однако данные о вторичной алекситимии и ее связи с дефицитом юмора скудны и даже отсутствуют.

    6. Обсуждение

    Опираясь на данные из текущей литературы и мнения экспертов, полученные из клинической практики, мы предлагаем, чтобы клиницисты и исследователи, работающие в области неврологии, психиатрии и клинической неврологии, знали о предполагаемой связи между вторичной алекситимией. и ненормальная обработка юмора. Повышение осведомленности по этой теме может помочь нейрохирургам при доступе к эмоционально-релевантным структурам, а также клиническим нейропсихологам в планировании научно-обоснованных нейрореабилитационных вмешательств с целью смягчения пагубных последствий такого дефицита межличностного общения.

    Вторичная алекситимия может рассматриваться как особый вариант вторичной алекситимии, возникающей в результате повреждения определенных областей мозга, включая АСС, базальные ганглии, островок, правое полушарие и мозолистое тело [10], особенно те, которые опосредуют эмоциональное осознание или связывают соматические сигналы с их абстрактные лингвистико-символические аналоги. Однако, насколько нам известно, изучение возможной общей неврологической связи между алекситимией и аберрантной обработкой юмора до сих пор систематически не рассматривалось и ограничивалось в основном наблюдениями за отдельными случаями [12] или даже неофициальными данными.

    С другой стороны, обнаружение юмора и его оценка являются диссоциативными процессами как с функциональной, так и с структурной точек зрения, при этом задняя височная и нижняя лобная области задействуются во время обнаружения юмора для разрешения контекстуальной двусмысленности и островка, участвующего в висцеральных реакциях, характеризующих радость переживания [96]. Кроме того, лимбические области, участвующие в формировании эмоциональных реакций (то есть миндалевидное тело, прилежащее ядро, гипоталамус и передний островок), регулируются вентральными ACC / mPFC.Миндалевидное тело опосредует как врожденное эмоциональное, так и приобретенное поведение [76], в то время как ПФК, особенно его орбитальная и медиальная части, связана с эмоциональным чувством, которое, в свою очередь, в некоторой степени включает в себя эмоциональное отражение. Разрыв связи между mPFC и указанными выше лимбическими компонентами может, таким образом, вызвать состояние дефицита чувства юмора, своего рода ангедонию юмора.

    Таким образом, из литературы следует, что кортикальные структуры средней линии, в частности mPFC, ACC и кора островка, по-видимому, играют решающую роль в выражении как алекситимии, так и дефектной обработки юмора, в то время как в меньшей степени становится очевидным правое полушарие и двусторонний лобно-теменный вклад.Соответственно, недавняя теория предполагает, что нейронная активность в структурах передней кортикальной средней линии имеет решающее значение для эмоционального чувства [109], в то время как дисфункция фокального узла в сетях эмоциональной обработки может привести к избирательным паттернам нейроповеденческих нарушений, часто приводящим к более общей неисправности сети. . Взятые вместе, нейробиологические доказательства вторичной алекситимии и аберрантной обработки юмора указывают на предполагаемую роль ACC / mPFC и островка в представлении важнейших узлов обработки, повреждение которых может вызывать оба вышеупомянутых клинических состояния.Мы полагаем, что связь вторичной алекситимии и аберрантной обработки юмора, особенно дефицита восприятия юмора, и их связь с конкретными областями мозга, в основном ACG / mPFC и островной долей, как выяснилось из литературы, может иметь некоторое эвристическое значение.

    Мы предполагаем, что вышеупомянутые нейроанатомические находки, связанные с проявлением вторичной алекситимии, могут быть концептуализированы как возможное нарушение сети, обеспечивающей интеграцию интероцептивной, аффективной и лингвистической информации.С точки зрения лурианской модели функции мозга, возникающий паттерн поражения (в частности, ACC / mPFC и островок) приводит нас к гипотезе о возможном нарушении функционального взаимодействия между первым и вторым функциональными блоками, как предполагает функциональный блок Лурии. модель мозга [110]. Первый блок (в нашем случае ACG / mPFC) опосредуется ретикулярной формацией и медиальной поверхностью полушарий головного мозга, в то время как второй (в нашем случае островок) опирается на ассоциацию коры.В свете этой модели мы предполагаем, что сбой может произойти на любом уровне обработки информации, обычно это происходит из-за взаимодействия вышеуказанных функциональных блоков.

    Это очень важно в нейрохирургии, когда хирургу приходится иметь дело с патологиями головного мозга, связанными в основном с ACC и mPFC, такими как опухоли головного мозга (менингиомы, глиомы), травмы (ушибы головного мозга) и инсульт (инфаркты, кровоизлияния). У пациентов могут появиться признаки вторичной алекситимии и аберрантной обработки юмора еще до операции, и, следовательно, предоперационное планирование должно включать детальную нейропсихологическую оценку и функциональную нейровизуализацию.Во время операции нейрохирург должен защищать области ACC и mPFC, насколько это возможно, чтобы свести к минимуму дальнейшее повреждение паренхимы красноречивых областей мозга и, следовательно, избежать послеоперационного нейропсихологического ухудшения, которое усложнит послеоперационную нейрореабилитацию и терапевтический результат.

    Более того, повышение осведомленности о частом сосуществовании вторичной алекситимии и дефицита чувства юмора и, что наиболее важно, их общих нейробиологических и когнитивных оснований может оказать прямую помощь в контексте нейропсихологической реабилитации.Нейробиологические (например, МРТ и ПЭТ-сканирование) и нейрокогнитивные (например, модели когнитивной дисфункции, указывающие на умственную гибкость и абстрактные проблемы рассуждений) доказательства, увиденные в свете результатов нашего обзора, могут быть информативными в отношении разрушения пораженных нервных тканей и когнитивных функций. процессы и их побочные продукты, и, следовательно, определить, на какие из них следует воздействовать в ходе программы нейрореабилитации. В частности, при работе с такими пациентами следует учитывать умственную гибкость, абстрактное вербальное мышление, интероцептивную осведомленность и функцию правого полушария.

    Психиатры могут нацеливаться на системы нейротрансмиссии, связанные с эмоционально значимыми структурами, играющими решающую роль как в выражении вторичной алекситимии, так и в восприятии юмора, опираясь на анатомическое распределение аномальных результатов визуализации и нейрокогнитивную архитектуру таких нейроповеденческих срывов.

    Будущие исследования должны быть нацелены на взаимосвязь вторичной алекситимии с обработкой юмора, сосредоточив внимание на анализе анатомической локализации, степени и тяжести поражений, а также лежащих в основе патофизиологии, а также когнитивных и психосоциальных параметров пациентов.Как только такие проблемы будут решены, клиницисты в контексте нейропсихологической реабилитации смогут точно отображать когнитивные и аффективные нарушения (например, дефицит восприятия юмора) и их динамические взаимодействия и, следовательно, планировать эффективные нейрореабилитационные программы для решения калейдоскопической природы проблем вторичного образования. алекситимия.

    7. Заключение

    Похоже, что избирательное вовлечение передних структур кортикальной средней линии (mFC, ACC и островок, в частности), вероятно, отражает патофизиологические основы как вторичной алекситимии, так и дефицита восприятия юмора.С когнитивной точки зрения, абстрактное мышление, умственная гибкость, индивидуальная память и интероцептивная осведомленность являются вероятными кандидатами для когнитивных реабилитационных вмешательств у пациентов, страдающих вторичной алекситимией и / или дефицитом чувства юмора.

    Написать ответ

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *