Индивидуально психологические особенности личности которые являются: Вариант 20 » Незнайка — ЕГЭ, ОГЭ, ВПР 2021 и Итоговое сочинение

Содержание

Задатки, способности, талант — Сайт учителя истории и обществознания Голодовой И.П.

 

Задатки, способности, талант человека.

          Задатки — наследственные свойства центральной нервной системы человека. Могут развиваться в различных направлениях, превращаясь в способности. Даже самые прекрасные задатки сами по себе автоматически не обеспечивают высоких достижений. Группы задатков: физические, интеллектуальные, эмоционально-чувствительные.
          Способности — это индивидуально-психологические особенности личности, которые являются условиями успешного осуществления данной деятельности, динамика овладения знаниями, умениями, навыками. Способности развиваются в процессе деятельности человека.
Способности — индивидуальные качества личности, обеспечивающие успех в деятельности.   
          Талант — высокий уровень проявления способностей к определенной деятельности. 

          Гениальность — высшая степень творческих проявлений личности.

Ученые сегодня единодушны в том, что бесталанных людей нет, а есть люди, занимающиеся не своим делом, что каждый человек владеет огромным множеством в среднем равноценных возможностей, хранящихся в организме в виде задатков. Возможности нормального человеческого мозга -практически неограниченны. Так, память человека способна вместить в себя 1020 единиц информации, т.е. столько, сколько хранится ее в миллионах томов Российской государственной библиотеки.
Наши способности еще далеко не познаны и выходят часто за привычные границы (феномены — извлечение корней 31-й степени в уме из числа в 27 цифр, решение задач быстрее ЭВМ, игра в шахматы на 40 досках, знание 150 языков мира и т.п.).

Главная задача человека превратить потенциальные задатки в реальные способности. А для этого требуются:
          — сила воли
          — целеустремленность
          — настойчивость
          — упорство
— регулярность занятий (а не периодичность) и тренировок
Человек может определить себя только в сравнении с другими людьми. Познание себя, самоанализ очень важны для человека. Ведь только зная, «что во мне», человек может наиболее полно охарактеризовать свое реальное «Я», а зная «Я реальное», человек стремится приблизиться к «Я идеальному».
Процесс самопознания:
— это выявление сущности своего «Я»
— определение своих способностей
— формирование отношения к своей внешности
— самооценка уровня знаний, навыком, умений, поведения и т.п.
— определение индивидуальных ценностей

 

Диагностика индивидуально-психологических свойств личности

Проверка на полиграфе. Обучение полиграфологов. Курсы полиграфологов. Лицензия на осуществление образовательной деятельности — 77Л01 № 037844

Диагностика индивидуально-психологических свойств личности

         Диагностика индивидуально-психологических свойств личности – процесс распознавания и оценки свойств, особенностей и состояний человека, заключающийся в целенаправленном исследовании, истолковании полученных результатов и их обобщении в виде заключения.

       Индивидуально – психологические свойства личности – своеобразные свойства психической активности личности, которые выражаются в темпераменте, характере, мотивационно-потребностной сфере и способностях. Они образуются в результате системного обобщения индивидуальных биологических и социально приобретенных свойств, вовлеченных в функционирование системы поведения человека, а также его деятельности и общения. Они связаны со всеми психическими процессами: мотивационно-потребностными, познавательными, эмоционально-волевыми. Считается, что темперамент и характер обозначают динамические и содержательные аспекты поведения, а способности – это такие особенности личности, которые являются условием выполнения той или иной продуктивной деятельности.

       Задачи диагностики индивидуально-психологических свойств личности:

    • оценка личностных и деловых качеств сотрудников;
    • исследование мотивационной сферы;
    •  выявление потенциально невостребованных качеств сотрудников;
    • определение возможности для сотрудников действовать в новых условиях;
    • помощь в организации системы обучения и развития персонала;
    • очерчивание круга задач в ходе проведения тренингов и психологического консультирования и т.д.

 

Клинико-психологическое психодиагностическое исследование / КонсультантПлюс

ГТР является заболеванием, в патогенез и клинические (клинико-психопатологические) проявления которого большой вклад вносят психологические факторы, а одним из эффективных методов лечения является психотерапия. Основываясь на биопсихосоциальной концепции понимания психических расстройств, важным представляется привлечение медицинских психологов в полипрофессиональные бригады для проведения экспериментально-психологической диагностики, позволяющей в рамках персонализированного подхода определять индивидуально-психологические особенности пациента и выделять мишени психотерапевтического воздействия [1, 2, 3, 34].- Пациентам с генерализованной тревогой рекомендуется использование психометрических шкал и симптоматических опросников для оценки уровня тревоги и ее динамики: TheHamiltonAnxietyRatingScale — Шкала тревоги Гамильтона (HARS) (Приложение Г1); Скрининговый опросник ГТР-7 (GAD-7) (Приложение Г2). Для оценки выраженности клинических проявлений рекомендовано использовать SymptomCheck List-90-Revised — Опросник выраженности психопатологической симптоматики (SCL-90-R) (Приложение Г3); Интегративный тест тревожности (ИТТ) (Приложение Г4); State-TraitAnxietyInventory — Шкала тревоги Спилбергера-Ханина (STAI) (Приложение Г5); TheBeckAnxietyInventory — Шкала тревоги Бека (BAI) (Приложение Г6); SheehanAnxietyScale — Шкала тревоги Шихана (ShARS) (Приложение Г7) [1, 2, 3, 34];Уровень убедительности рекомендаций C (уровень достоверности доказательств 5).

Комментарии: приведенные методики являются психометрическими и/или симптоматическими опросниками, которые позволяют оценить объективно характер и выраженность клинической симптоматики, ее динамику, эффект от проводимого лечения.

Более полно клинико-психологическая и экспериментально-психологическая диагностика может проводиться медицинским психологом в зависимости от конкретных диагностических задач или для определения мишеней психотерапевтического воздействия. Выбор методов и методик психологической диагностики относится к компетенции медицинского психолога, при соблюдении требования о представлении в тексте психологического заключения испрашиваемых лечащим врачом данных. Могут применяться различные шкалы, прошедшие адаптацию и валидизацию в зависимости от целей исследования. Предлагаемые ниже методики применяются факультативно, и перечень возможных методик для проведения экспериментально-психологического обследования ими не ограничен

При необходимости быстрой оценки динамики состояния применяют Clinicalglobalimpressionscale — шкала общего клинического впечатления (CGI).

Наиболее часто применяемые методики для исследования психологической структуры личности: (MinnesotaMultiphasicPersonalityInventory) — Стандартизованный клинический личностный опросник (MMPI) (в адаптации Собчик Л.Н. с соавт. (1970) — полный вариант MMPI) (Приложение Г8) [2, 22 124]; IchStrukturTestnachG. Ammon — методика «Я — структурный тест» Г. Аммона, (1978) (ISTA)) (Приложение Г9) [2, 22, 125].Наиболее часто применяемые методики для исследования отдельных индивидуально-психологических особенностей личности: (Методика для определения уровня субъективного контроля личности (УСК) (Приложение Г10) [2, 22, 126]; Опросник для исследования личностных убеждений «PersonalBeliefsTest» (Kassinove H., Berger A., 1984) (Приложение Г11) [2, 22, 127]Наиболее часто применяемые методики для психологической диагностики факторов риска психической дезадаптации: (Lifestyleindex — методика «Индекс жизненного стиля» (LSI) (Приложение Г12) [2, 22, 128].]; Методика «Стратегии совладающего поведения» Р. Лазаруса (WCQ, Folkman S., Lazarus R., 1988) (Приложение Г13) [2, 34, 129].

Наиболее часто применяемые методики для психологической диагностики системы значимых отношений:

Для исследования приверженности лечению используют методику: Российский универсальный опросник количественной приверженности лечению (КОП-25) (Приложение Г16) [2, 22, 132].

Открыть полный текст документа

ФБУ Пензенская ЛСЭ Минюста России

Психологические экспертизы.

 

ФБУ Пензенская ЛСЭ Минюста России производит судебные психологические экспертизы по уголовным, гражданским и арбитражным делам.

Предметом  экспертиз данного вида  являются особенности психической деятельности, процессов, состояний, индивидуальные свойства психически вменяемых лиц, временные (неболезненные) изменения сознания под влиянием различных факторов, экспертная оценка которых имеет значение по делу; а также всевозможная психологическая информация, находяща-яся в любых источниках.

Объектом экспертизы является психическая деятельность субъекта в ситуациях, имеющих юридическое значение, а также сама ситуация, зафиксированная в материализованных источни-ках информации, документы и материалы, как носители психологической информации (книги, журналы, картинки, товарные знаки, этикетки, компакт-диски, видео-аудио кассеты, плакаты, предметы, символы), а также прочие материальные и нематериальные источники психологиче-ской информации.

Судебно-психологическая экспертиза проводится в отношении таких процессуальных лиц как подозреваемый, обвиняемый, подсудимый, свидетель, потерпевший, истец, ответчик.

 

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ.

 

При проведении судебно-психологической экспертизы по уголовным делам, решаются следующие задачи:

  1.  Исследование индивидуально-психологических особенностей (личности) обвиняемого (подсудимого) и их влияние на его поведение во время совершения инкриминируемых ему деяний.
    Рекомендуемые вопросы для экспертного решения:
    • Каковы индивидуально-психологические особенности обвиняемого (подсудимого)?
    • Имеются ли у обвиняемого такие индивидуально-психологические особенности, как…(перечисляются интересующие судебно-следственные органы особенности личности обвиняемого)?
    • Могли ли индивидуально-психологические особенности обвиняемого существенно повлиять на его поведение во время совершения инкриминируемого ему деяния?
  2.  Определение состояния аффекта либо иного эмоционального состояния у обвиняемо-го (подсудимого), существенно повлиявшего на его сознание и деятельность в момент со-вершения инкриминируемых ему деяний.
    Рекомендуемые вопросы для экспертного решения:
    •  Находился ли обвиняемый (подсудимый) в момент совершения инкриминируемого ему де-яния в состоянии аффекта?
    •  Находился ли обвиняемый (подсудимый) в момент совершения инкриминируемого ему деяния в эмоциональном состоянии (стресс, фрустрация, растерянность), которое могло существенно повлиять на его сознание и психическую деятельность?
    •  Какие индивидуально-психологические особенности обвиняемого (подсудимого) могли существенно повлиять на его поведение во время совершения инкриминируемого ему деяния?
    •  Учитывая психическое состояние и индивидуально-психологические особенности обвиняемого (подсудимого), а также обстоятельства дела, мог ли он в полной мере руководить своими действиями либо соотносить свои оборонительные действия с требованиями ситуации?
      (При назначении экспертизы не рекомендуется ставить вопрос о том, находился ли обвиняемый в состоянии сильного душевного волнения, т.к. данное понятие не является психологическим, предполагает оценку действий обвиняемого с точки зрения их правомерности, что не входит в компетенцию эксперта-психолога.)
  3.  Исследование способности несовершеннолетнего обвиняемого с отставанием в психи-ческом развитии, не связанном с психическим расстройством, в полной мере осознавать фактический характер и значение своих действий либо руководить ими.
    Рекомендуемые вопросы для экспертного решения:
    • Каковы интеллектуальные и индивидуально-психологические особенности несовершенно-летнего?
    • Имеются ли у несовершеннолетнего обвиняемого признаки отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством? Если да, в чем конкретно они выражаются?
    • Какие индивидуально-психологические особенности могли существенно повлиять на поведение несовершеннолетнего в исследуемой ситуации?
    • Мог ли несовершеннолетний обвиняемый во время совершения инкриминируемого ему деяния, учитывая его уровень психического развития, психическое состояние и индивидуально-психологические особенности, осознавать фактический характер и значение своих действий либо руководить ими?
      (Не рекомендуется ставить вопрос о соответствии интеллектуального возраста подростка его биологическому (паспортному) возрасту, т.к. данный вопрос принципиально неразрешим в силу неравномерности развития в подростковом возрасте.)
  4.  Исследование способности свидетеля или потерпевшего правильно воспринимать об-стоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания.
    Рекомендуемые вопросы для экспертного решения:
    • Способно ли лицо, в отношении которого проводится исследование, с учетом его психического состояния, индивидуально-психологических особенностей и уровня психического развития правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания?
      (Назначается в тех случаях, когда показания свидетеля (потерпевшего) вызывают сомнения в силу его индивидуально-психологических особенностей (внушаемость, зависимость, повышенная склонность к фантазированию, эмоциональная незрелость, отставание в психическом развитии и др.), а также в связи со сложными условиями восприятия ситуации. Следует отметить, что оценка достоверности свидетельских показаний не входит в компетенцию эксперта-психолога).
  5.  Исследование способности потерпевшего по делам об изнасилованиях понимать ха-рактер и значение совершаемых с ним действий или оказывать сопротивление виновному.
    Рекомендуемые вопросы для экспертного решения:
    • Способна ли потерпевшая(ий) с учетом ее (его) психического развития, индивидуально-психологических особенностей и психического состояния понимать характер и значение совершаемых с нею (ним)действий и (или) оказывать сопротивление?
    •  Какие индивидуально-психологические особенности потерпевшей(его) могли существенно повлиять на ее поведение в исследуемой ситуации?
    •  Не находилась ли потерпевшая (ий) в исследуемый период в эмоциональном состоянии, которое могло существенно повлиять на ее (его) сознание и психическую деятельность?
      (В тех случаях, когда жертве сексуального насилия меньше 8 лет, вопрос о понимании характера и значения сексуальных действий не ставится ввиду однозначного непонимания детьми внутреннего содержания и значения взаимоотношений между полами).
  6.  Исследование психического состояния, предрасполагавшего к самоубийству во время и в период предшествующий смерти лица, окончившего жизнь самоубийством.
    Рекомендуемые вопросы для экспертного решения:
    • В каком психическом состоянии находилось конкретное лицо в период, предшествующий самоубийству(смерти)?
    •  Если погибший находился в предрасполагавшем к самоубийству состоянии в период, предшествовавший смерти, чем это состояние могло быть вызвано?
    • Существует ли причинно- следственная связь между действиями обвиняемого (указать какими) и психическим состоянием потерпевшего в период, предшествующий смерти?
      (Назначается в тех случаях, когда следствие (суд) располагает сведениями о том, что имело место доведение до самоубийства либо предполагается инсценировка самоубийства. Поскольку исследуются материалы, дающие косвенную информацию о лице, очевидно, что степень доказа-тельственного значения экспертного исследования будет зависеть от полноты представленных материалов).
  7.  Установление структуры преступной группы на основе имеющихся данных о психо-логических особенностях личности ее участников, которые позволяют занимать лидирующее или иное положение в группе.
    Рекомендуемые вопросы для экспертного решения:
    •  Каковы индивидуально-психологические особенности личности подследственных?
    •  Кто из подследственных имеет психологические особенности личности, позволяющие ему занимать лидирующее положение в группе?
    •  Кому из подследственных присущи такие особенности личности, как повышенная внушаемость, робость, зависимость или повышенная агрессивность, жестокость (в зависимости от того, что интересует следствие)?
    •  Имеются ли в группе социально-психологические признаки высокой организованности, сплоченности и если имеются, то в чем они конкретно выражаются?
      (Проводится в тех случаях, когда преступление совершено группой лиц и обвиняемые дают противоречивые сведения о том, кто является лидером группировки).
  8.  Исследование соответствия психологических и психофизиологических особенностей оператора (различного профиля: водителя, летчика, оператора установок и т.д.) требовани-ям деятельности в объективно сложной ситуации (например, ситуации ДТП).
    Рекомендуемые вопросы для экспертного решения:
    •  Находился ли и обвиняемый (потерпевший) в момент чрезвычайного происшествия в психическом состоянии, которое могло существенно повлиять на качество выполнения профессиональных функций?
    •  Мог ли обвиняемый (потерпевший), исходя из его индивидуально-психологических и психофизиологических особенностей, выполнять действия, требующиеся в объективно сложной ситуации?
    •  Мог ли обвиняемый (потерпевший), исходя из его индивидуально-психологических и пси-хофизиологических особенностей, правильно воспринимать, запоминать и воспроизводить обстоятельства происшествия в своих показаниях?
    •  Соответствует ли уровень сформированности профессиональных навыков у испытуемого требованиям конкретной ситуации?
  9.  Исследование признаков оказания психологического воздействия на человека (группу лиц).
    Рекомендуемые вопросы для экспертного решения:
    •  Может ли оказать/оказало ли (конкретное событие, явление, предметы, высказывания и т.д.) какое-либо (конкретизировать интересующее) воздействие на психически здоровых людей/на N (указать определенное лицо)?
    •  Имеются ли в представленных материалах признаки манипулятивного, суггестивного или иного воздействия на человека?
    •  Если да, то каков механизм и цели данного воздействия?
    •  Имеется ли в представленных материалах (видеозаписи допроса) признаки психологического воздействия (давления, внушения) на опрашиваемого со стороны опрашивающего, либо третьих лиц?
    •  В каком эмоциональном состоянии находился допрашиваемый в период допроса (проверки показаний на месте происшествия)?
    •  Какие психологические факторы свидетельствуют в пользу достоверности показаний испытуемого, а какие против?
  10.  Комплексное психолого-искусствоведческое исследование порнографической продукции.
    Рекомендуемые вопросы для экспертного решения:
    •  Имеют ли находящиеся на представленных носителях (видеокассеты, дискеты, жесткие диски компьютеров, CD/DVD-диски и т.п.) фото- видео-материалы (либо представленные предметы) порнографический характер?
    •  Имеются ли на Интернет-сайтах, копии которых представлены на исследование, материалы порнографического характера?
    •  Содержит ли представленный на исследование файл(видео-, фото-), записанный на  оптический диск (гибкий магнитный диск, накопитель на жестких магнитных дисках компьютера и т.п.), видеоматериал порнографического характера с участием несовершеннолетних по внешности (на вид) лиц?
    •  Содержится ли в представленных на исследование материалах информация, оказывающая негативное психологическое воздействие на несовершеннолетнего воспринимающего?
      (При проведении данного исследования необходимо привлечение специалиста-искусствоведа, киноведа.)
  11.  Комплексное психолого-лингвистическое исследование на предмет определения признаков разжигания национальной, религиозной розни, ненависти, по принципу превосходства либо неполноценности.
    Рекомендуемые вопросы для экспертного решения:
    •  Содержится ли в представленных материалах, призыв к физическому насилию по признаку национальности, расы, религии?
    •  Содержится ли в представленных материалах информация, побуждающая к действиям против какой-либо расы или отдельных лиц как ее представителей?
    •  Содержатся ли в представленных материалах психолингвистические признаки, указывающие на действия, направленные на пропаганду национальной или расовой вражды, унижение национального достоинства, а равно пропагандирующие исключительность, превосходство либо неполноценность граждан по признаку их отношения к национальной или расовой принадлежности?
    •  Если да, то какие символы и психолингвистические единицы, содержащиеся в документе, свидетельствуют о наличии вышеуказанных признаков?
    •  На какую целевую аудиторию направлен данный материал?
    •  Какое психологическое воздействие призван оказать данный документ?
    •  Является ли данный материал цельным по композиции и содержанию, каков жанр данного документа?
    •  Является ли сочетание текста, изображения и символики, используемых в данном документе (материале), однозначно понимаемыми в современном общественном сознании как выражение совершенно определенных политико-идеологических убеждений, если да, то каких именно?
  12. Комплексное психолого-лингвистическое исследование на предмет определения особенностей восприятия речи, текста, наименований (понимание, воздействие).  Экспертиза говорящего лица (состояния, психологические характеристики, коммуникативные функции).
    Рекомендуемые вопросы для экспертного решения:
    •  Содержатся ли в речи, тексте, рекламе, сообщении и т.п. языковые средства (особые языковые средства), которые могут оказать какое-либо (конкретизировать интересующее) воздействие на человека (конкретизировать), аудиторию?
    •  Если да, то каков механизм психолого-лингвистического воздействия?
    •  Следует ли из содержания текста, рекламы, сообщения и т.д., что … (привести возможное понимание)? Допускает ли этот текст, сообщение и т.д. иное понимание?
    •  Не содержит ли данное наименование, название и.т.п. (указать какое) или его элементы информацию, способную ввести в заблуждение потребителя относительно товара (услуги) или его изготовителя?
    •  Не противоречит ли данное наименование, название принципам гуманности и морали? Не содержит ли оно явной или скрытой пропаганды (наркотиков, насилия, расовой ненависти и т.п.)?
    •  Находился ли в каком –нибудь (конкретизировать интересующее) эмоциональном состоя-нии говорящий, автор текста? Если да, то в каком?
    •  Присутствуют ли в тексте, сообщении, разговоре и т.п. какие- нибудь речевые и языковые средства, позволяющие говорить о возрастном периоде, уровне образования, социальных, национальных, профессиональных, территориальных характеристиках (уточнить интересующие) говорящего, автора и т.п.?

Материалы, необходимые для производства экспертизы в отношении живых лиц.

 

При проведении экспертизы могут использоваться источники информации об обстоятель-ствах преступления или об иных важных для правосудия событий – любые материалы, в которых в той или иной форме заключены данные, имеющие психологическое содержание или которые могут быть подвергнуты экспертному психологическому анализу.

Материалы источники должны содержать следующую информацию :

  1. Общие психологические сведения о субъекте – показания родственников и знакомых, не-формальные характеристики о развитии, жизни конкретного лица, его привычках, характере, сте-реотипах поведения, особенностях взаимоотношений с людьми, социальном и профессиональном статусе. Трудовые книжки, послужные списки, продукты психической деятельности (авторские произведения, письма, дневники, рисунки), аудио или видеозаписи, справки, медицинская доку-ментация, прочее.
  2. Сведения о психическом состоянии и особенностях психической деятельности ( в том чис-ле поведения ) субъекта в определенный значимый момент — протоколы допросов, в которых за-фиксированы показания обвиняемого (все протоколы показаний, особенно если показания меня-ются или дополняются), потерпевшего, свидетелей (фиксировать внимание на сведениях о внешнем виде, мимике, пантомимике, внешних действиях обвиняемого) – очень важно чтобы соблюдалась дословность высказываний, что позволит отследить особенности мыслительной деятельности, эмоциональные компоненты, специфику лексики; протоколы следственных действий, вещественные доказательства, документы как вид вещественного доказательства, сведения о способе и орудиях совершения преступления, данные осмотра места происшествия (место расположение тела потерпевшего, видимые повреждения, предметная обстановка, наличие разрушений, место обнаружения орудия преступления), заключения судебных экспертиз других классов и родов (медицинской, психиатрической, криминалистической) – особенно на установление алкогольного опьянения, характере и тяжести телесных повреждений

Представляемые на исследование материалы дела должны быть оформлены надлежащим образом и содержать информацию как первого, так и второго типа. Полнота информации, достаточность исходных данных обуславливают полноту исследования и снижают вероятность ошибочных выводов, сокращают сроки исполнения экспертизы. Поэтому проведение СПЭ на ранних этапах следствия представляется нецелесообразным.

Кроме того, при проведении СПЭ необходимо обеспечить возможность беседы эксперта с лицом, в отношении которого проводится исследование, в целях его экспериментально-психологического исследования.

 

Материалы, необходимые для производства психолого-лингвистических экспертизю

 

При проведении экспертизы могут использоваться текстовые, речевые источники информа-ции, любые материалы, в которых в той или иной форме заключены данные, имеющие психолого-лингвистическое содержание или которые могут быть подвергнуты экспертному психолого- лингвистическому анализу. Так же необходимы данные об обстоятельствах дела или об иных важных для правосудия событиях, для того что бы более полно и объективно исследовать особенности когнитивной и эмоциональной составляющей текста, речи, сообщения и т.д. в рамках определенной ситуации. При исследовании личностных особенностей, эмоционального состояния говорящего или автора необходимы сравнительные образцы его разговоров или произведений (писем).

Приведенный выше перечень вопросов является примерным и для более эффективного ис-пользования возможностей данного вида экспертизы рекомендуется во всех случаях при назначе-нии экспертизы согласовывать вопросы с экспертом.

 

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА В ГРАЖДАНСКОМ И АРБИТРАЖНОМ ПРОЦЕССЕ.
  1.  Установление психологической совместимости детей с каждым их двух родителей, усыновителей, опекунов при определении места жительства ребенка (детей).
    Рекомендуемые вопросы для экспертного решения:
    •  Учитывая индивидуально-психологические особенности ребенка, влияет ли на его пси-хоэмоциональное состояние, его психическое развитие, адаптацию индивидуально-психологические особенности родителей (опекунов), их стиль общения, взаимоотношения, если да, то как?
    •  Каково отношение несовершеннолетнего к каждому из родителей?
    •  Учитывая индивидуально — психологические особенности конкретного лица, систему его ценностей, мотивации присущи ли ему качества, благодаря которым он мог бы обеспечивать полноценное воспитание ребенка?
    •  Учитывая психологические факторы, каким образом должно осуществляться участие родителей в воспитании ребенка?
      (Психологическую экспертизу не имеет смысла назначать в тех случаях, когда родители ведут аморальный образ жизни, злоупотребляют алкоголем, наркотиками, и пр.)
  2.  Психологические исследования, связанные с признанием сделки недействительной.
    Рекомендуемые вопросы для экспертного решения:
    •  Имелись ли у N возрастные и индивидуально-психологические особенности интеллектуальной, эмоционально-волевой сферы, характера, которые могли в существенной степени снизить его способность понимать значение своих действий при составлении сделки (завещания)?
    •  Имелись ли у N черты повышенной внушаемости, подверженности чужому влиянию?
    •  Имеются ли в материалах дела данные, характеризующие личность N и его отношения с М, которые бы свидетельствовали о том, что он при оформлении сделки (завещания) находился под психологическим давлением, принуждением?
    •  Предполагает ли заболевание N состояние повышенной внушаемости, подверженности внешнему влиянию?
    •  Способен ли был N при наличии имеющихся у него заболеваний отдавать себе отчёт в справедливости своих действий по отношению к другим людям при написании завещания?
    •  Имеются ли у испытуемой N психологические особенности, существенно снижающие способность правильно воспринимать угрозу обмана при длительном психологическом воздействии в форме заботы, уговоров, внушения?
    •  Какова степень доверчивости испытуемой? Степень волевой сопротивляемости внушению, психологическому нажиму, запугиванию?
    •  Могла ли N быть уверенной, что реализация произведённой сделки с М будет только после смерти испытуемой, а до этого момента она будет проживать в квартире одна, получая от М содержание и физическую помощь?
    •  Учитывая психические особенности и состояние испытуемой, условия, в которых воспринимались события (длительные уговоры произвести дарение в форме заботы об испытуемой и её имуществе), могла ли она правильно воспринимать во времени и критически отнестись к навязываемой опеке (к стремлению М лишить её общения с друзьями, знакомыми, квартирантами), сделать вывод об угрозе своему благополучию?
    •  В каком психическом состоянии находилась испытуемая в период, непосредственно предшествующий совершению сделки — договора купли-продажи её квартиры, желала ли она эту сделку, понимала ли существо сделки?
    • Каково было психическое состояние испытуемой в момент восприятия сделки, совершае-мой у нотариуса, могла ли испытуемая правильно воспринимать сделку?
    •  С учётом психических особенностей испытуемой, происходило ли повышение внушаемости в период её общения с М?
  3. Психологические исследования, связанные с причинением морального вреда.
    Рекомендуемые вопросы для экспертного решения:
    •  Каковы основные индивидуальные особенности памяти, мышления, воображения, внимания N?
    •  Имеются ли у N психологические особенности, существенно влияющие на способность правильно воспринимать последствия травмы, события?
    •  Имеются ли у N психологические особенности в чертах характера, свойства эмоционально-волевой сферы?
    •  Каково психологическое состояние N в ситуации, составляющей содержание данного дела?
    •  Учитывая психологические особенности N и его психическое состояние, мог ли он пра-вильно понимать значение нанесенной ему физической травмы?
    •  Каковы основные психологические (характерологические, эмоционально-волевые, мотивационные или иные) особенности N?
    •  Имеются ли у N индивидуально-психологические особенности, а если имеются, то какие, которые могли бы оказать существенное влияние на интенсивность и глубину субъективных переживаний наступившего морального вреда?
    •  В какой мере отразился моральный вред, причиненный N, на основных показателях его психического состояния и деятельности?
    •  В какой мере отразились действия по причинению смерти М на основных показателях психического состояния и деятельности подэкспертных?
    •  Имеются ли у испытуемых индивидуально-психологические особенности, которые могли бы оказать существенное влияние на интенсивность и глубину субъективных переживаний, связанных с причинением смерти М?
    •  Затронута ли иерархия основных жизненных ценностей N, не нанесен ли ей ущерб?
    •  Имеются ли признаки иных неблагоприятных изменений в личности подэкспертного, если имеются, то в чем они выражаются?
    •  Усиливаются ли у подэкспертных нравственные страдания в связи с постоянным контактом с местом гибели М?
  4.  Комплексное психолого-лингвистическое исследование речи (текста) на предмет определения признаков порочащих честь, достоинство, деловую репутацию.
    Рекомендуемые вопросы для экспертного решения:
    •  Содержатся ли в (текстовом сообщении, рекламе, высказываниях и т.д.) иносказания, умолчания, содержащие скрытый смысл и способные умолять честь и достоинство лица (указать конкретное лицо), организации (указать название организации)?
    •  Следует ли из содержания текста, высказывания, рекламы, сообщения и т.д., что … (привести возможное понимание)? Допускает ли этот текст, сообщение и т.д. иное понимание?
    •  Какое психологическое воздействие призван оказать данный документ?
    •  Является ли сочетание текста, изображения и символики, используемых в данном документе (материале), однозначно понимаемыми в современном общественном сознании как выражение совершенно определенных идеологических убеждений, если да, то каких именно?
  5.  Исследование психологического воздействия на человека.
    Рекомендуемые вопросы для экспертного решения:
    •  Может ли оказать/оказало ли (конкретное событие, явление, предметы, высказывания и т.д.) какое-либо (конкретизировать интересующее) воздействие на психически здоровых людей/на N (указать определенное лицо)?
    •  Имеются ли в представленных материалах признаки манипулятивного, суггестивного или иного воздействия на человека?
    •  Если да, то каков механизм и цели данного воздействия?
    •  Может ли информация, содержащаяся в представленных материалах оказывать воздействие, способное ввести человека в состояние не критично оценивать ситуацию, содержание, последствия и т.д.?
    •  Являются представленные образцы сходными до степени смешения, учитывая восприятие и условия восприятия их человеком?

Материалы, необходимые для производства экспертизы в отношении живых лиц.

 

При проведении экспертизы могут использоваться источники информации об обстоятель-ствах преступления или об иных важных для правосудия событий – любые материалы, в которых в той или иной форме заключены данные, имеющие психологическое содержание или которые могут быть подвергнуты экспертному психологическому анализу.

Материалы-источники должны содержать следующую информацию :

  1. Общие психологические сведения о субъекте – показания родственников и знако-мых, неформальные характеристики о развитии, жизни конкретного лица, его привычках, характере, стереотипах поведения, особенностях взаимоотношений с людьми , социальном и профессиональном статусе. Трудовые книжки, послужные списки, продукты психической деятельности (авторские произведения, письма, дневники, рисунки), аудио или видеозаписи, справки, медицинская документация, прочее.
  2. Сведения о психическом состоянии и особенностях психической деятельности ( в том числе поведения ) субъекта в определенный значимый момент — протоколы судебных заседаний с показаниями сторон – очень важно чтобы соблюдалась дословность высказываний, что позволит от-следить особенности мыслительной деятельности, эмоциональные компоненты, специфику лексики; протоколы следственных действий, вещественные доказательства, документы как вид вещественного доказательства, заключения судебных экспертиз других классов и родов (медицинской, психиатрической, криминалистической).

Представляемые на исследование материалы дела должны быть оформлены надлежащим образом и содержать информацию как первого, так и второго типа. Полнота информации, достаточность исходных данных обуславливают полноту исследования и снижают вероятность ошибочных выводов (особенно при посмертной экспертизе лица, ранее совершившего сделку), сокращают сроки исполнения экспертизы.

Кроме того, при проведении СПЭ в определенных случаях (исследование семейной ситуации, обстоятельств сделки, определение степени переживаний при нанесении морального вреда, оскорблений)необходимо обеспечить возможность беседы эксперта с лицом, в отношении которого проводится исследование, в целях его экспериментально-психологического исследования.

 

Материалы, необходимые для производства прочих психологогических экспертиз.

 

При проведении экспертизы могут использоваться текстовые, речевые источники информации, любые материалы, в которых в той или иной форме заключены данные, имеющие психолого-лингвистическое содержание или которые могут быть подвергнуты экспертному психологическому анализу. Так же необходимы данные об обстоятельствах дела или об иных важных для правосудия событиях, для того что бы более полно и объективно исследовать особенности когнитивной и эмоциональной составляющей текста, речи, сообщения и т.д. в рамках определенной ситуации.

 

Консультацию по вопросам возможности производства конкретной экспертизы/проведения конкретного экспертного исследования, ориентировочных сроках — можно получить у руководителей соответствующих экспертных отделов ФБУ Пензенская ЛСЭ Минюста России по телефонам, приведенным на странице «Контакты» главного раздела сайта.

Индивидуально-психологические качества личности на шахте

Качественные перемены в обществе и ориентация на рыночные отношения меняют ценностные установки людей, усложняют межличностные взаимодействия, ломают устоявшиеся стереотипы и способы поведения. Утверждается понимание того, что от индивидуальной самореализации каждой личности зависят масштабы достижения персональных успехов и уровень развития всего общества. Чтобы реализовать себя духовно и социально, человеку необходимо познать себя, свое окружение и свое место в этом окружении.

Специалист, окончивший высшее учебное заведение, призван быть готовым к управленческой деятельности. Для этого ему необходимы не только профессиональные знания, но и навыки в области социального управления, социологии организации предприятия, психологии работы с людьми. Человек, вступая в общение с людьми (работа, учеба, отдых), воспринимается и оценивается окружающими как личность. Каждая личность обладает такими психологическими компонентами, как воля, интеллект, эмоции. Человек не рождается. личностью. Он становится ею в процессе трудовой деятельности, общественного воспитания и самовоспитания. Важнейшим качеством личности является умение контролировать свои действия, правильно оценивать их и совершенствоваться с позиций моральных требований общества.

Механизм формирования духовного склада личности молодого рабочего сложен. В нем особое место принадлежит потребностям и интересам. Потребности определяют направленность действий человека, являются исходным побуждением к поступкам. Разнообразие потребностей личности — один из отправных моментов разносторонности ее интересов. Интерес — сознательная форма проявления одной или нескольких потребностей. На формирование интереса решающее воздействие оказывают те материальные и социальные условия, в которых воспитывается и трудится человек. Интересы по содержанию бывают материальные, профессионально-трудовые, познавательные, коллективные и т. д. Знание основных интересов личности позволяет определить мотивы ее поведения. Интересы делят на активные и пассивные. Активный интерес проявляется настойчивостью в овладении знаниями, профессиональными приемами и пр. Пассивный интерес характеризуется слабым проявлением целенаправленности в деятельности личности. Способный, но пассивный молодой человек не добивается результатов, на которые способен.

Важнейшую роль в определении направленности личности играют мировоззрение и убеждение. Мировоззрение выражает общий взгляд личности на мир в целом и на свое место в нем. Принципы, которыми человек руководствуется в отношении к людям, труду, самому себе, основаны на его убеждениях. Ясные и устойчивые убеждения помогают человеку быть целеустремленным, последовательным, способным преодолевать трудности, не терять бодрости в трудные минуты. Однобокость убеждений, преобладание в них обыденного, мещанского неизбежно ведет к сужению общественных контактов личности, к замораживанию ее способностей. Борьба за регулярное выполнение норм выработки, совершенствование организации труда и технологии производства, а в связи с этим повышенная оплата за отличную трудовую деятельность — пример проявления здоровой материальной заинтересованности. Работа только ради высокого заработка в ущерб качеству, за счет безжалостной эксплуатации машин и механизмов является примером нездоровой материальной заинтересованности. Главным направлением формирования личности в современном обществе является обеспечение гармоничного сочетания ее интересов с интересами общества. Чтобы добиться этой цели, необходимо знать индивидуальные качества человека: его характер, темперамент, отношение к своей личности, волевые свойства характера.

Характер — индивидуальный склад личности человека, проявляющийся в особенностях поведения и отношения к окружающей действительности, складывающийся и, проявляющийся в деятельности и общении, обусловливая типичные для индивида способы поведения. В переводе с греческого «характер» — это «чеканка», «примета». Действительно, характер — это особые приметы, которые приобретает человек, живя в обществе. Подобно тому, как индивидуальность личности проявляется в особенностях протекания психических процессов (хорошая память, богатое воображение, сообразительность и т. д.) и в чертах темперамента, она обнаруживаем себя и в чертах характера. К свойствам характера относятся: трудолюбие, леность, добросовестность, небрежность, инициативность, безынициативность.

Личность человека характеризуется не только тем, что он делает, но и тем, как он это делает. Действуя на основе общих интересов и разделяемых всеми убеждений, стремясь в жизни к общим целям, люди могут обнаруживать в своем общественном поведении, в своих поступках и деяниях не одинаковые, порой противоположные индивидуальные особенности. Можно наряду с другими людьми испытывать те же трудности, выполнять с равным успехом свои обязанности, любить или не любить одно и то же, но быть при этом мягким, уступчивым Становление характера происходит в условиях включения личности в различные по уровню развития социальные группы (в семье, дружеской компании, трудовом или учебном коллективе и т. д.). В зависимости от того, как осуществляется индивидуализация личности в группе и каков уровень развития межличностных отношений в ней, могут формироваться в одном случае открытость, прямота, смелость, принципиальность, твердость характера, в другом случае — скрытность, лживость, трусость, конформность, слабохарактерность. В коллективе, как группе высокого уровня развития, создаются наиболее благоприятные возможности развития и закрепления лучших черт характера. Этот процесс способствует оптимальной интеграции личности в коллективе и дальнейшему развитию самого коллектива.

В индивидуально-психологических различиях между людьми существенное место занимают так называемые динамические особенности психики. Как известно, при относительном равенстве мотивов поведения и деятельности, при одних и тех же внешних воздействиях, люди заметно отличаются друг от друга по впечатлительности, по импульсивности, по проявляемой энергии. Так, один человек склонен к медлительности, другой — к торопливости, одному присуща легкость пробуждения чувств, а другому — хладнокровие, одного отличают резкие жесты, выразительная мимика, другого — сдержанность движений, очень малая подвижность лица.

Разумеется, динамические проявления человека могут во многом зависеть от установок и привычек, от требований ситуации и т. п. Но несомненно, что индивидуальные различия, о которых идет речь, имеют и свою врожденную основу. Это подтверждается тем, что такие различия обнаруживаются уже в детстве, выступают в самых разных сферах поведения и деятельности и отличаются особым постоянством.

Темперамент — природное свойство нервной системы человека, оказывающее непосредственное воздействие на проявление характера. Принято различать четыре типа: сангвинический, холерический, меланхолический и флегматичный. Сангвиник быстро знакомится с людьми, жизнерадостен, легко переключается с одного вида деятельности на другой, но не предрасположен к занятию однообразной работой. Сангвинику необходимо прививать терпение в выполнении обычного, но необходимого для производства дела.

Холерик — человек, легко возбудимый и быстро действующий. Страстный и энергичный в речи, жестах, мимике. Он может много и полезно работать, увлекать других своим энтузиазмом, но как только потеряет интерес к деятельности, а тем более веру в достижение поставленных целей, у него резко падает настроение. В холерике следует воспитывать сдержанность и терпение, уравновешенность, самообладание, рассудительность.

Меланхолик излишне застенчив, часто теряется в новой обстановке, при встрече с новыми людьми необщителен, предрасположен к продолжительным внутренним переживаниям, депрессии, грусти, подавленности.Он может быть хорошим работником, внимательным, тактичным товарищем. В, экстремальных ситуациях у него возникает паническое состояние, уныние, тоска. Меланхолику необходимо оказывать помощь в преодолении застенчивости в отношениях с людьми, в воспитании решительности действий в сложных ситуациях.

Флегматик — медлительный, всегда уравновешенный человек. Он ровен в поведении, сдержан, слабо проявляет свои чувства, не отвлекается по мелочам, любит четкую организацию труда, тяжело перестраивается с одного вида работы на другой, часто бывает инертным. Флегматику нужно помогать упражнять его подвижность, быстроту выполнения трудовых процессов.

Сильный характер может быть сформирован при любых свойствах нервной системы. Решающее значение в этом принадлежит социальным условиям жизни человека, его мировоззрению, убеждению, самовоспитанию. Конечно, холерику сдержанность дается труднее, чем флегматику, так же как сангвинику легче пойти на риск в работе, чем его товарищу по труду — меланхолику.

Понятно, что не всех людей можно распределить по четырем типам. Вопрос о разнообразии темпераментов еще не является окончательно решенным в науке. Но названные типы принято считать основными. В жизни достаточно часто встречаются люди, которых можно отнести к тому или другому из этих типов.

В управлении собой, в личной дисциплинированности, в подчиненности моральным принципам и проявляется личность человека. Отношение к своей личности—одно из проявлений характера человека. Неоправданно высокая оценка своего положения в коллективе ведет к самоуверенности и зазнайству. Скромность и самокритичность должны сочетаться с личным достоинством работника, основанным на сознании действительной ценности своей личности, наличии известных успехов в труде на общую пользу. Скромность не должна быть препятствием для отстаивания работником своего мнения. Характер людей в зависимости от проявления их волевой активности подразделяется на сильный и слабый. Люди с сильным характером целеустремленные, самостоятельные, решительные, настойчивые, выдержанные, дисциплинированные, мужественные и смелые. Люди со слабым характером, имея хорошие намерения и цели, пассивно проявляют свои личные и деловые качества, не добиваются серьезных результатов в труде и общественной деятельности.

Способности — это индивидуально-психологические особенности личности, являющиеся условиями успешного осуществления данной деятельности и обнаруживающие различия в динамике овладения необходимыми для нее знаниями, умениями навыками. Если определенная совокупность качеств личности отвечает требованиям деятельности, которой овладевает человек на протяжении времени, педагогически обоснованно отведенного на ее освоение, то это дает основание заключать о наличии у него способностей к данной деятельности. И если другой человек при прочих равных условиях не справляется с требованиями, которые предъявляет ему деятельность, то это дает основание предполагать у него отсутствие соответствующих психологических качеств, другими словами, отсутствие способностей. Последнее не означает, разумеется, что человек вообще не может овладеть необходимыми умениями и знаниями, а лишь то, что процесс усвоения затянется, потребует значительных усилий и времени педагогов, чрезвычайного напряжения сил при сравнительно скромных результатах. Это не исключает также и того, что способности могут со временем развиться.

Способности — это психологические свойства личности, являющиеся условием выполнения ею определенных видов деятельности. Различают общие и специальные способности. К первым относят субъективные качества человека, которые проявляются во внимании, наблюдательности, запоминании, творческом воображении, рассудительности и т. д. Ко вторым — способности, которые имеют значение в определенных сферах деятельности: музыкальный слух, абстрактное мышление, зрительная память и т. п. Специальные способности получают большое развитие в деятельности человека, если они сочетаются с общими способностями. При развитии способностей личности необходимо принимать во внимание ее задатки и склонности. Под задатками понимают врожденные анатомо-физиолого-психологические особенности человека. Они являются одним из субъективных условий формирования способностей. Чтобы природные склонности были развиты до высокого совершенства профессионала, нужны не только материальные и социальные условия, но и настойчивый, кропотливый труд самой личности.

Среди многих качеств личности, составляющих ее индивидуальность, существенное значение имеют качества интеллекта (ума). Они проявляются в особенностях умственной деятельности человека, в специфике его умственных способностей. Умственные способности представляют собой совокупность определенных качеств, характеризующих мышление данного человека. К таким качествам ума относятся: любознательность, пытливость, глубина мысли, гибкость и подвижность ума, логичность, доказательность, критичность мышления и др.

Под любознательностью понимается стремление человека узнать то новое, с чем он встречается в жизни, в труде, в учебе. Пытливым называют человека, стремящегося узнать какой-либо предмет, событие, разносторонне разобраться в основных, ранее не известных ему явлениях и причинах.

Глубина ума. Это качество интеллекта проявляется в способности человека вскрыть суть конкретного явления, в его умении установить основные, существенные связи между явлениями и внутри них.

Гибкость и подвижность ума. Эти качества характеризуют способность человека быстро отключиться от старых связей в анализе событий и быстро установить новые отношения и связи, при этом уметь рассмотреть явление, факт с необычной точки зрения.

Логичность. Это качество ума характеризует протекание мыслительного процесса и определяется соотношениями анализа — синтеза, четкой направленностью процесса мышления, его последовательностью, соответствием поставленному вопросу, правильным сопоставлением общих и частных проблем.

Доказательность и критичность ума отражают умение человека обосновать свое решение. Мышление человека приобретает доказательность и убедительность тогда, когда он умеет привести для обоснования своего решения неопровержимые аргументы и факты.

Важнейшим элементом социально-психологической структуры личности является воля. Воля представляет собой регулирующую сторону сознания, выраженную в способности человека совершать целенаправленные действия и поступки, требующие преодоления трудностей.

Как известно, волевой акт совершается в условиях определенного физического и психологического напряжения, т.е. волевого усилия, которое характеризуется соответствующим количеством энергии, затраченной не выполнение целенаправленного действия или, наоборот удержание от него. Как показывают психологические исследования, напряженность волевого усилия личности, его сила и стойкость зависят от мировоззрения, значимости цели, уровня ответственности и силы характера (в т.ч. типа темперамента). Уровень развития воли проявляется в следующих основных волевых свойствах личности: целеустремленности, решительности, настойчивости, выдержке, самостоятельности.

Целеустремленность — это умение личности ставить и достигать общественно значимые цели. Целеустремленная личность имеет ясные и отчетливые цели в жизни (труде, учебе). Нередко это одержимый в работе человек, работающий по 12-16 ч. в сутки (например, знаменитый физик Эдисон считал, что гениальность — это 1% вдохновения и 99% «потения»).

Решительность — это умение личности быстро и продуманно выбрать цель и определить способы ее достижения. Решительный человек способен в нужный момент отбросить все колебания и сомнения и твердо остановиться на конкретной цели или выбрать средство ее реализации.

Настойчивость. Это волевое свойство личности проявляется в способности длительное время направлять и контролировать поведение в соответствии с намеченной целью. Настойчивый человек не останавливается перед неудачами, не поддается возникшему чувству сомнения, упрекам, а снова и снова мобилизует свои физические и психические силы для выполнения поставленной цели.

Под выдержкой (или самообладанием) понимается волевое свойство личности, которое отражается в способности сдерживать физические и психические проявления (поступки, эмоции), мешающие достижению цели. Выдержка особенно необходима в сложных, экстремальных условиях, угрожающих здоровью и жизни человека, его чести, достоинству и т.д.

Самостоятельность представляет собой волевое свойство личности, выраженное в умении по собственной инициативе ставить цели, находить средства их достижения. Самостоятельный человек не ждет указаний от других людей, не надеется на подсказку, а сам принимает решения и реализует их на практике.

Следующим элементом социально-психологической структуры, который играет стимулирующую роль в активности личности, являются эмоции и чувства. Чувства представляют собой сложные, устойчивые свойства личности, проявляющиеся под влиянием каких-либо воздействий. Переживания личности, отражающие определенные воздействия, являются эмоциями. Эмоции являются психическими процессами, на основе которых образуются чувства как свойства личности.

В психологии различают следующие чувства личности: моральные (нравственные), интеллектуальные (познавательные), эстетические. Моральным чувством называется эмоциональное; отношение личности к поведению людей и своему собственному. Такие чувства возникают и развиваются в процессе совместной деятельности людей и отражают нравственные нормы, принятые в обществе, в конкретном коллективе. Эти переживания представляют собой результат оценки поступков, их соответствия или несоответствия нормам морали, которые человек считает обязательными для себя и других. К моральным чувствам относятся чувства симпатии и антипатии, уважения и презрения, признательности и неблагодарности, любви и ненависти.

Интеллектуальные чувствапредставляют собой переживания, возникающие в процессе умственное деятельности. К основным интеллектуальным (познавательным) чувствам относятся: любознательность, радость и восхищение, гордость в связи с решением задачи, сомнение и разочарования в случае неудачи, вдохновения и др. Особенно важно развитие в человеке (прежде всего в условиях перехода экономики на рыночные отношениям чувства нового как мотива поиска новых приемов и методов работы, борьбы за внедрение нововведений (инновации) и практику, формирование рыночного мышления. Интеллектуальные чувства очень тесно связаны с моральными чувствами. Так, стремление познать истину определяется не только интеллектуальным чувством, но и диктуется моральным долгом человека.

Эстетические чувствавозникают и развиваются при восприятии и создании человеком прекрасного. Воспринимая красивое (например, шедевры искусства), человек испытывает эстетическое чувство прекрасного, которое вызывает желание любоваться им, побуждает к все новым и новым встречам с ним.

К системным качествам личности относят всю совокупность характеристик, отражающих ее социальность, принадлежность к человечеству. К этим качествам можно отнести такие обобщенные характеристики, как мировоззрение, убеждения, патриотизм, гражданская ответственность и т.д.

Выявление способностей, формирование склонностей и развитие задатков молодого человека — одна из ответственных задач руководителя. На развитие способностей работника большое влияние оказывает трудовой коллектив, сам труд. У молодых людей необходимо воспитывать любовь к труду и понимание необходимости трудиться на благо общества, с сознанием важнейшего значения общественно полезного труда и не желания трудиться «вообще», а выполнять те виды труда, которые нужны обществу.

Читать реферат по психологии: «Индивидуально-психологические особенности личности» Страница 1

(Назад) (Cкачать работу)

Функция «чтения» служит для ознакомления с работой. Разметка, таблицы и картинки документа могут отображаться неверно или не в полном объёме!


ПЛАН

Индивидуально-психологические особенности личности…………………3

1. Темперамент…………………………………………………………………3

2. Характер……………………………………………………………………..5

3. Способности…………………………………………………………………7

4. Чувства и эмоции……………………………………………………………9

5. Воля………………………………………………………………………….10

Список литературы……………………………………………………………13

Индивидуально-психологические особенности личности.

Индивидуально-психологическими особенностями называются своеобразные свойства психической активности личности, которые выражаются в темпераменте, характере, способностях, чувствах и эмоциях, а также проявление воли. Они образуются в результате системного обобщения индивидуальных биологических и социально приобретенных свойств, вовлеченных в функционирование системы поведения человека, а также его деятельности и общения. Они связаны со всеми психическими процессами: мотивационно-потребностными, познавательными, эмоционально-волевыми. Считается, что темперамент и характер обозначают динамические и содержательные аспекты поведения, эмоционально-волевая устойчивость личности являются составной частью характера человека, а способности – это такие особенности личности, которые являются условием выполнения той или иной продуктивной деятельности.

    Темперамент

История возникновения учения о темпераментах относится к V в. до н.э., когда древнегреческий врач Гиппократ выдвинул идею о том, что жизнедеятельность, здоровье человека зависят от четырех основных соков организма: крови, лимфы, желчи и черной желчи. Опираясь на эти представления, древнеримский врач Гален (II в. н.э.) сформулировал гуморальную теорию, согласно которой различное соотношение этих жидкостей влияет не только на здоровье, но и определяет психическое состояние, поведение человека. Гален предложил первую классификацию видов темперамента. В зависимости от преобладания в организме той или иной жидкости люди, согласно его теории, отличаются друг от друга силой, скоростью, темпом, ритмом движений, экспрессивностью выражения чувств. Отсюда пошли названия четырех типов темперамента: сангвинический, флегматический, холерический и меланхолический.

Поведение зависит не только от социальных условий, но и от особенностей природной организации личности. Темперамент как раз и обусловлен биологической организацией индивида, а потому обнаруживается довольно рано и четко у детей в игре, занятиях, общении.

Рассмотрим характеристики четырех типов темперамента.

Холерик. Представители этого типа отличаются повышенной возбудимостью, а вследствие этого и неуравновешенностью поведения. Холерик вспыльчив, агрессивен, прямолинеен в отношениях, энергичен в деятельности. Для холериков характерна цикличность в работе. Они со всей страстью отдаваться делу, увлечься им. Но вот истощились силы, упала вера в свои возможности, наступило подавленное настроение, и они нечего не делают. Такая цикличность есть одно из следствий неуравновешенности их нервной деятельности.

Сангвиник. Человек с сильной, уравновешенной, подвижной нервной системой. Он обладает быстрой скоростью реакции, его поступки обдуманны. Сангвиник

Связь черт личности с индивидуальными различиями в аффективных пространствах

Front Psychol. 2020; 11: 448.

Seth M. Levine

1 Кафедра психиатрии и психотерапии, Регенсбургский университет, Регенсбург, Германия

Aino LI Alahäivälä

1 Кафедра психиатрии и психотерапии Регенсбургского университета Германия

Тереза ​​Ф. Векслер

2 Кафедра клинической психологии и психотерапии, Регенсбургский университет, Регенсбург, Германия

Аня Вакерле

1 Кафедра психиатрии и психотерапии, Регенсбургский университет

бург, Германия

Райнер Руппрехт

1 Кафедра психиатрии и психотерапии, Регенсбургский университет, Регенсбург, Германия

Йенс В.Schwarzbach

1 Кафедра психиатрии и психотерапии, Регенсбургский университет, Регенсбург, Германия

1 Кафедра психиатрии и психотерапии, Регенсбургский университет, Регенсбург, Германия

2 Кафедра клинической психотерапии Регенсбурга, Регенсбург, Германия

Отредактировал: Энтони П. Аткинсон, Даремский университет, Соединенное Королевство

Рецензировал: Лука Пассамонти, Кембриджский университет, Соединенное Королевство; Chujun Lin, Калифорнийский технологический институт, США

Эта статья была отправлена ​​в Emotion Science, раздел журнала Frontiers in Psychology

Поступила в редакцию 11 декабря 2019 г .; Принята в печать 26 февраля 2020 г.

Авторские права © 2020 Levine, Alahäivälä, Wechsler, Wackerle, Rupprecht and Schwarzbach.

Это статья в открытом доступе, распространяемая в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution License (CC BY). Использование, распространение или воспроизведение на других форумах разрешено при условии указания автора (авторов) и правообладателя (ов) и ссылки на оригинальную публикацию в этом журнале в соответствии с принятой академической практикой. Запрещается использование, распространение или воспроизведение без соблюдения этих условий.

Эта статья цитируется в других статьях в PMC.
Дополнительные материалы

GUID: 952038D1-FD4F-4CAE-A4AC-505EA7541BDB

Заявление о доступности данных

Необработанные данные, подтверждающие выводы этой статьи, будут предоставлены авторами без излишних оговорок, любому квалифицированному исследователю по разумному запросу. Часть данных, представленных в этой рукописи, ранее была опубликована в препринте на PsyArXiv (Levine et al., 2018а).

Abstract

Разные люди по-разному реагируют на эмоциональные стимулы в окружающей их среде. Следовательно, чтобы понять, как эмоции представлены мысленно, в конечном итоге потребуются исследования информации на индивидуальном уровне. Здесь мы попросили участников свободно расположить эмоционально заряженные изображения на экране компьютера в соответствии с их субъективным эмоциональным сходством (создавая уникальное аффективное пространство для каждого участника), а затем искали внешнюю достоверность компоновки аффективных пространств индивидов через пятифакторную личность. модель (невротизм, экстраверсия, открытость опыту, доброжелательность, сознательность), оцененная с помощью пятифакторной инвентаризации NEO.Применение агломеративной иерархической кластеризации к аффективному пространству на уровне группы выявило набор лежащих в основе аффективных кластеров, внутрикластерные различия которых для каждого индивидуума затем коррелировали с личностными оценками индивидуумов. Эти кластерные анализы преимущественно показали, что дисперсия отрицательного кластера показывает положительную связь с невротизмом и отрицательную связь с сознательностью, открытие, которое было предсказано предыдущими исследованиями. Такие результаты демонстрируют не ложную структуру индивидуализированной информации об эмоциях, выявленную в результате анализа поведенческой задачи на основе данных (и подтвержденного включением психологических показателей личности), и подтверждают предварительные знания о взаимодействии между аффектом и личностью.В будущих исследованиях можно аналогичным образом комбинировать методы, основанные на гипотезах и данных, для расширения таких результатов, что потенциально может дать новые взгляды на лежащие в основе когнитивные процессы, восприимчивость к болезням или даже диагностические / прогностические маркеры психических расстройств, связанных с нарушением регуляции эмоций.

Ключевые слова: аффективная наука, большая пятерка, кластеризация, эмоции, индивидуальные различия, личность

Введение

Эмоции — это аспект повседневной жизни, и вопросы, касающиеся их неуловимой природы, вызывают интерес на протяжении тысячелетий.В то время как недавние обсуждения (Hamann, 2012; Lindquist et al., 2012; Adolphs, 2017; Barrett, 2017) и нейробиологические исследования (Grimm et al., 2006; Nielen et al., 2009; Baucom et al., 2012; Goodkind et al., al., 2012; Chikazoe et al., 2014; Shinkareva et al., 2014; Kragel et al., 2016; Saarimäki et al., 2016) продвинули область аффективной (нейро) науки, до сих пор нет единого мнения относительно присущие эмоциям черты (Ekman, 2016). Наряду с этим общим интересом к пониманию аффективной функциональности является клинический интерес к пониманию аффективной дисфункциональности (Gross and Jazaieri, 2014), поскольку нарушение регуляции эмоций связано с различными психическими расстройствами (Mennin et al., 2005; Реймхерр и др., 2005; Эткин и Вейджер, 2007; Амштадтер, 2008; Тейлор и др., 2012; Карпентер и Трулл, 2013). Следуя стремлению к совершенствованию трансляционных исследований в психиатрии (Machado-Vieira, 2012; Knüppel et al., 2013) и персонализированной медицине (Hamburg and Collins, 2010), мы стремились изучить индивидуальные различия в представлении аффективной информации путем комбинирования анализов на основе данных. поведенческого эксперимента с психологическими измерениями личностных черт, учитывая четко установленную связь между эмоциями и личностью (Коста и МакКрэй, 1980; Гросс и др., 1998; Кокконен и Пулккинен, 2001; Нг и Динер, 2009).

С этой целью мы использовали метод множественной компоновки (Goldstone, 1994) и обратное многомерное масштабирование (Kriegeskorte, Mur, 2012), которые недавно использовались в области когнитивной нейробиологии (Mur et al., 2013; Charest et al., 2014; Bracci et al., 2016; Levine et al., 2018c) на эмоционально заряженные стимулы, чтобы различать индивидуализированные структуры (отражающие ментальные представления) аффективной информации.Участники свободно расположили стимулы в соответствии с их субъективным эмоциональным сходством в непрерывном пространстве, что привело к безнаказанному, уникальному представлению «аффективного пространства» для каждого участника. Другая недавняя работа исследовала принципы организации аффекта / эмоций с использованием психологических (Nummenmaa et al., 2014, 2018; Koch et al., 2016; Cowen and Keltner, 2017; van Tilburg and Igou, 2017) и нейробиологических (Kragel and LaBar). , 2015; Skerry, Saxe, 2015; Saarimäki et al., 2018) методы; здесь мы использовали подход, который сосредоточился на том, как люди различаются с точки зрения основных свойств их аффективных пространств. Способность различать людей на основе аффективной информации (Hamann and Canli, 2004) — и впоследствии определять нормальную изменчивость с помощью комбинации методов, основанных на гипотезах и данных — может предложить новые пути социальной психологии / нейробиологии для информирования клинической области ( Cacioppo et al., 2014).

В текущем исследовании использовалась управляемая данными иерархическая кластеризация для выявления кластеров стимулов, лежащих в основе аффективного пространства.Однако, чтобы избежать слепого применения методов машинного обучения без учителя к многомерным аффективным пространствам, мы внешне подтвердили индивидуальные различия в аффективной кластеризации с различиями в личностных чертах из пятифакторной модели [«Большая пятерка»: невротизм, экстраверсия, открытость к Опыт, доброжелательность и добросовестность (McCrae and Costa, 1985)], по оценке NEO-Five Factor Inventory [NEO-FFI (Borkenau and Ostendorf, 2008)]. Как показала предыдущая работа по нейровизуализации, компоновка репрезентативного пространства может быть существенно изменена процессами, связанными с вниманием или задачами (Brouwer and Heeger, 2013; Nastase et al., 2017), а недавняя психологическая работа показала, что кластеры в аффективной пространственной карте на определенные аспекты эмоциональной информации (Nummenmaa et al., 2018), мы специально стремились определить, находится ли внутрикластерное расстояние аффективных кластеров индивидов [ что можно рассматривать как связность концепции (концепций), лежащих в основе соответствующего кластера (Iordan et al., 2015)], была связана с личностными чертами участников. Идея исследования эмоций в их связи с личностью вытекает из десятилетий доказательств того, что личность связана с внутренними искажениями или предубеждениями внимания при обработке эмоций (Richards et al., 1992; Деррибери и Рид, 1994; Most et al., 2006; Thomsen et al., 2014). Более того, классические теории личности предсказывают, что нейротизм ассоциируется с негативной информацией, а экстраверсия ассоциируется с позитивной информацией (Айзенк, 1967; Коста и МакКрэй, 1980; Ларсен и Кетелаар, 1989; Растинг и Ларсен, 1997). Изучение взаимосвязи между личностью и эмоциональным сходством (здесь операционализировано как кластерная дисперсия в аффективных пространствах) позволит исследователям изучить, как лежащие в основе когнитивные процессы, такие как внимание или исполнительный контроль, могут взаимодействовать с личностными чертами, приводя к здоровому и нездоровому поведению, и могут ли такие взаимодействия привязаны к конкретным областям / сетям мозга.Результаты, которые мы представляем, подтверждают и расширяют текущие знания о взаимосвязи между аффектом и личностью, подтверждают достоверную структуру индивидуализированных аффективных пространств, выявленных с помощью методов, управляемых данными, и открывают дверь для будущих исследований, чтобы преобразовать такие парадигмы, основанные на данных, в практическую плоскость. клиническая область.

Материалы и методы

Участники

Сто один участник (36 мужчин, 65 женщин; средний (± σ) возраст = 24,2 (± 2,59) года) были набраны из местного сообщества с помощью информационных плакатов.Участники не сообщали ни о текущем диагнозе неврологических или психических расстройств, ни о приеме каких-либо психотропных препаратов, не давали письменного информированного согласия до участия в исследовании и не получали денежную компенсацию за свое время после завершения эксперимента. Поскольку заполнение анкеты NEO-FFI было последующей процедурой после поведенческого эксперимента, только участников, которые изначально согласились, чтобы с ними связались для будущих исследований, попросили принять участие в заполнении анкеты NEO-FFI.Из 77 опрошенных участников 58 участников (15 мужчин, 43 женщины; средний (± σ) возраст = 25,4 (± 2,75) года) в конечном итоге заполнили анкету, пятеро из которых получили компенсацию в виде подарочных карт книжного магазина после розыгрыша лотереи. Все экспериментальные процедуры соответствовали Хельсинкской декларации и были одобрены местным этическим комитетом Регенсбургского университета.

Аппарат

Эксперимент проводился на 27-дюймовом Apple iMac с использованием MATLAB R2015b (The MathWorks, Натик, Массачусетс, США).Код MATLAB, используемый для запуска эксперимента, был адаптирован из кода, описанного Kriegeskorte и Mur (2012). Все анализы проводились в MATLAB и SPSS ver. 25 (IBM Corp., Армонк, Нью-Йорк, США).

Стимулы

Изображения, использованные в эксперименте, были получены из базы данных Международной системы аффективных картинок (IAPS) (Lang et al., 2008), которая содержит изображения со стандартизованными оценками валентности и возбуждения, которые можно условно разделить на девять категорий: животные , люди, природа, еда, предметы домашнего обихода, эротические изображения, несчастные случаи, насилие и война.Мы псевдослучайно выбрали шесть изображений для каждой категории для эксперимента, получив набор стимулов, состоящий из 54 изображений. Если компьютерный алгоритм выбирал два изображения, которые были очень похожи визуально (например, два изображения собаки в аналогичном положении или два изображения ножей на столе), мы вручную выбирали заменяющее изображение с такой же (или очень похожей) валентностью. и значения возбуждения из соответствующей категории (см. дополнительную таблицу 1 для соответствующих идентификаторов изображений и их соответствующих рейтингов валентности и возбуждения).Создание набора стимулов было в конечном итоге компромиссом между улучшенной выборкой эмоционального пространства и общей продолжительностью эксперимента, поскольку необходимо вычислять расстояние между каждой парой изображений; общее количество попарных расстояний в нашем случае определяется биномиальным коэффициентом 54 выберите 2 (т.е. 1431), что дает общую продолжительность эксперимента, в среднем, чуть больше одного часа на участника.

Протокол испытания

Эксперимент проводился в соответствии с протоколом, изложенным Kriegeskorte и Mur (2012), в котором участники размещают изображения на двумерной круглой «арене» на экране компьютера в соответствии с определенным принципом организации.Мы попросили участников расположить картинки в соответствии с тем, что они чувствовали при просмотре каждого изображения. То есть изображения, вызывающие похожие эмоции, следует располагать ближе друг к другу, а изображения, вызывающие разные эмоции, — дальше друг от друга; таким образом, расстояние между изображениями отражает их относительную эмоциональную непохожесть для участника.

Во время данного испытания было показано не более десяти изображений, чтобы улучшить видимость изображений (т. Е. Одновременное размещение 54 изображений на экране сделало бы их все настолько маленькими, что их содержание стало бы неузнаваемым).Кроме того, мы реализовали функцию масштабирования, которая позволяла участникам видеть мельчайшие детали каждого изображения. Когда участник закончил систематизацию изображений, следующее испытание началось с другого набора изображений, для которого оставалось наименьшее количество доказательств относительно их относительного расстояния до других изображений [алгоритм подбора слабейшего (Kriegeskorte and Mur, 2012). ]. Таким образом, некоторые из изображений могли присутствовать в двух или более последовательных испытаниях, и эти конкретные изображения, показанные в данном испытании, различались между людьми, в зависимости от того, как они организовывали изображения в ходе эксперимента.После того, как были получены расстояния для всех 1431 попарного несходства, обратное многомерное масштабирование преобразовало двумерные расстояния на экране компьютера в матрицу несходства 54 × 54 (DSM;), которая представляет многомерную структуру несходства расположения элементов (Kriegeskorte и Мур, 2012). Однако, поскольку DSM симметричен по главной диагонали, каждый участник может быть представлен вектором из 1431 элемента, полученным путем векторизации верхнего или нижнего треугольника DSM.В дальнейшем мы будем называть векторное представление DSM вектором несходства (DSV).

(A) Организовав 54 изображения на экране компьютера на основе эмоционального сходства стимулов, представление аффективного пространства каждого участника было получено с помощью обратного многомерного масштабирования, которое можно визуализировать как матрицу несходства, отображающую расстояние между каждой парой стимулов. (B) Вычисление медианы (Md) нормализованных аффективных пространств 101 участника дало единое групповое медианное аффективное пространство, которое мы реорганизовали (C) на основе агломеративной иерархической кластеризации (E) .Кластеризация была подтверждена с помощью индекса (D) и Silhouette, который выявил 2- и 4-кластерные решения (как отмечено восходящими метками, отмеченными стрелками). (E) Дендрограммы, лежащие в основе обоих решений кластеризации, имеют цветовую кодировку: теплые цвета, отражающие кластеры с более положительной валентностью, и холодные цвета, отражающие кластеры с более отрицательной валентностью (см. Раздел «Иерархическая кластеризация»).

NEO-FFI

Мы использовали немецкую версию NEO-FFI (Боркенау и Остендорф, 2008) для измерения большой пятерки личностных факторов: невротизм, экстраверсия, открытость опыту, доброжелательность и сознательность.Для каждого участника была оценена сумма баллов по всем пяти факторам, которые затем были переведены в Т-балл, связанный с полом и возрастом, на основе эталонных выборок, представленных Боркенау и Остендорф (2008), который выражает проявление личности Большой пятерки. фактор индивидуума по отношению к проявлению в популяции, соответствующей полу и возрасту. Список полученных баллов NEO-FFI и их описательную статистику см. В дополнительной таблице 2.

Анализ данных

Иерархическая кластеризация

Поскольку аффективные пространства всех участников сгруппированы немного по-разному, мы хотели убедиться, что сравнивали кластеры по участников, основанных на одних и тех же стимулах.С этой целью мы сначала масштабировали DSV каждого участника до диапазона [0–1], разделив каждый DSV на его максимальное значение несходства. Затем мы вычислили медианное значение всех 101 масштабируемых DSV и выполнили агломеративную иерархическую кластеризацию с использованием полного связывания (Lance and Williams, 1967) на групповом медианном DSV (и дополнительный рисунок 1).

Мы подтвердили стабильность различного количества кластеров, лежащих в основе группового медианного аффективного пространства, итеративно вырезав полученную дендрограмму на разной высоте и вычислив индекс силуэта (Rousseeuw, 1987).Этот индекс измеряет, насколько хорошо данная точка данных назначена конкретному кластеру (т. Е. Расстояние внутри кластера) по сравнению с кластером ближайшего соседа (т. Е. Расстояние между кластерами) по шкале от -1 до 1), с более высоким значения, указывающие на более подходящее решение для кластеризации (nb, кластеры со средним групповым значением дали более высокие значения силуэта, чем кластеры со средним значением группы). Эта процедура дала решение с двумя и четырьмя кластерами (), которое мы затем сопоставили с каждой парой изображений из индивидуальных DSV участников, что позволило нам вычислить для каждого участника медианное значение (а не среднее значение, как расстояние данные имели тенденцию быть искаженными) внутрикластерные расстояния (которые мы нормализовали по количеству элементов в соответствующем кластере).Формально среднее расстояние внутри кластера D для кластера c было рассчитано как m⁢e⁢d⁢i⁢a⁢n⁢ (Dc) | c |, где | c | обозначает мощность кластера c .

После классического многомерного масштабирования группового медианного аффективного пространства (см. Только для простоты визуализации данных, поскольку фактические кластерные расстояния были вычислены непосредственно из DSV участников), первое измерение (объясненная дисперсия (VE) = ∼48%) соответствовали значениям валентности IAPS (Пирсона r = 0.94, p = 8,5 × 10 –25 ), при частичном удалении значений возбуждения; Таким образом, мы присвоили метки «положительный» и «отрицательный» результирующим кластерам из 2-кластерного решения. В гораздо меньшей степени второе и третье измерения соответствовали значениям возбуждения IAPS ( r = 0,38, p = 0,005, VE = ∼8%; r = 0,50, p = 1,5 × 10 . –4 , VE = ∼5% соответственно) с частичным выделением значений валентности. Чтобы помочь в интерпретации результатов последующей множественной регрессии (см. Следующий раздел), мы присвоили четырем кластерам следующие описательные ярлыки, основанные на общем содержании кластеров: «эротический» (положительный субкластер), «страх / насилие». »(Негативный субкластер),« медицинский »(негативный субкластер),« природа / люди / спорт »(позитивный субкластер).

54 стимула IAPS, использованные в эксперименте, отображены в двумерном пространстве, полученном с помощью классического многомерного шкалирования группового медианного аффективного пространства. Кластеры имеют цветовую кодировку в соответствии с 4-кластерным решением из иерархической кластеризации (см.). Решение с двумя кластерами просто объединяет холодные цвета в один кластер и теплые цвета в другой.

Множественная линейная регрессия

Для каждого аффективного кластера (в каждом решении кластеризации) мы выполнили множественную регрессию, чтобы оценить степень, в которой личностные факторы Большой пятерки предсказали медианную дисперсию аффективных кластеров.Чтобы объективно определить, какие регрессоры входят в оптимальную модель, мы применили комбинаторный подход к множественной регрессии. В частности, учитывая пять факторов (невротизм, экстраверсия, открытость, доброжелательность, добросовестность), было 2 5 — 1 возможных моделей (т. Е. ∑k = 15 (5k), включая только линейные члены), каждая из которых содержит разные сочетание пяти факторов в качестве предикторов. Чтобы найти оптимальную модель, мы выполнили регрессионный анализ для каждой из 31 модели и выбрали модель с самым низким байесовским информационным критерием (BIC) (Schwarz, 1978).Для каждой модели значения кластерной дисперсии и оценки личности были оценены по z-шкале (с использованием соответствующих средних значений выборки и стандартных отклонений выборки) для центрирования данных, и был включен постоянный предиктор. Чтобы учесть тестирование 31 модели, мы дополнительно выполнили две процедуры Монте-Карло, чтобы непараметрически определить, превосходит ли оптимальная модель модели, примененные к рандомизированным средним кластерным расстояниям. Во-первых, мы протестировали все 31 модель на рандомизированных данных и сохранили минимальный BIC (независимо от модели, которая дала этот BIC), чтобы контролировать завышенную частоту ошибок на уровне семьи (FWER) при тестировании нескольких моделей.Повторение этой процедуры 1000 раз (для каждого аффективного кластера) дало нам нулевое распределение 1000 минимальных значений BIC, из которых мы вычислили эмпирические p -значения для наблюдаемого оптимального BIC (обозначенного в результатах как p FWER ( all): для сравнения со всеми моделями, когда все модели получали случайные данные). Во-вторых, мы также сохранили BIC, полученный на основе наблюдаемой оптимальной модели , когда эта же модель применялась к рандомизированным данным 1000 раз.Таким образом, мы получили два эмпирически выведенных значения p для нашей оптимальной модели (одно из нулевого распределения минимального BIC и одно из нулевого распределения той же модели BIC [обозначенное в результатах как p (то же): для сравнение с той же моделью при подаче случайных данных]), которые показывают, насколько вероятно обнаружение того, что оптимальная модель дает конкретный BIC при нулевых гипотезах об отсутствии связи между личностными факторами Большой пятерки и средними кластерными расстояниями.

Результаты

Чтобы определить, связана ли структура аффективных пространств с личностными измерениями, мы попытались предсказать индивидуализированное медианное внутрикластерное расстояние (для различных аффективных кластеров) на основе факторов личности Большой пятерки с использованием множественной линейной регрессии.Ниже приведены результаты наиболее эффективных регрессионных моделей для аффективных кластеров, лежащих в основе как 2-, так и 4-кластерных решений (см. Также дополнительную таблицу 4).

Двухкластерное решение: большая отрицательная кластерная дисперсия соответствует более высокому невротизму

Начиная с двухкластерного решения из иерархического кластерного анализа, оптимальная модель для прогнозирования отрицательной кластерной дисперсии содержала баллы невротизма в качестве единственного регрессора (β = 0,34, SE = 0.126, t 56 = 2,73, p = 0,0084), что указывает на то, что более высокая оценка невротизма имела тенденцию предсказывать большую кластерную дисперсию. Хотя эта модель незначительно не смогла превзойти статистический порог по сравнению со всеми другими моделями в процедуре Монте-Карло [ p FWER (все) = 0,056], она работала лучше, чем случайность, когда вводились реальные данные по сравнению со случайными данные [ p (то же) = 0,01]. Что касается положительной дисперсии кластера, в то время как оптимальная модель содержала оценки согласованности в качестве единственного регрессора (β = -0.22, SE = 0,130, t 56 = −1,65, p = 0,1036), эта модель не работала лучше, чем можно было бы предсказать [ p FWER (все) = 0,383, p (то же) = 0,11).

Решение с четырьмя кластерами: противоположные паттерны дисперсии кластера страха / насилия для нейротизма и сознательности

Когда аффективное пространство на уровне группы разделено на четыре кластера, ранее отрицательный кластер далее подразделяется на кластер, образы которого включают концепции «страха». / насилие »и кластер, образы которого охватывают« медицинские »понятия ().Наша процедура комбинаторной множественной регрессии показала, что оптимальная модель содержала невротизм (β = 0,280, SE = 0,127, t 55 = 2,20, p = 0,032) и добросовестность (β = -0,289, SE = 0,127, t ). 55 = −2,28, p = 0,0266) в качестве двух регрессоров для прогнозирования кластерной дисперсии страха / насилия [ p FWER (все) = 0,014, p (то же) = 0,0009; см. дополнительную таблицу 3 для списка всех моделей, которые пережили статистический порог].Подобно результатам двухкластерного анализа, показатели невротизма имели тенденцию к увеличению с увеличением кластерной дисперсии (Пирсона r = 0,381). Однако показатели сознательности показали противоположную картину: они имели тенденцию к снижению по мере увеличения кластерной дисперсии (Пирсона r = -0,388; см. Визуальное изображение этого эффекта). Кроме того, оптимальная модель для прогнозирования дисперсии медицинского кластера содержала только невротизм в качестве регрессора (β = 0.207, SE = 0,131, t 56 = 1,58, p = 0,12), но эта модель оказалась не лучше, чем можно было бы предсказать [ p FWER (all) = 0,424, p (то же самое) = 0,11].

Индивидуализированные аффективные пространства участников с самым низким и самым высоким (A) невротизмом и (B) Т-баллы сознательности в нашей выборке, отображенные в двух измерениях с использованием многомерного масштабирования исключительно для визуализации эффекта, лежащего в основе результатов множественной регрессии , в данном случае те, которые описаны в разделе «Решение из четырех кластеров: противоположные модели дисперсии кластера страха / насилия для невротизма и сознательности.Следуя той же цветовой схеме, что и на предыдущих рисунках, кружки представляют 54 стимула, а черные контуры нарисованы вокруг стимулов, которые являются членами кластера, дисперсия которого была предсказана множественной регрессией.

Решение с четырьмя кластерами: увеличение дисперсии эротических кластеров, прогнозируемое снижением открытости, согласия и добросовестности

Подобно тому, как отрицательный кластер из 2-кластерного решения был далее подразделен в 4-кластерном решении, был также положительный кластер, который дали «эротический» кластер и общий положительный кластер (помеченный как «природа / люди / спорт»), содержащий оставшиеся изображения, которые включали в основном изображения, связанные со спортом, людьми, природой и т. д.Интересно, что оптимальной моделью для прогнозирования дисперсии эротического кластера была модель с тремя регрессорами, включающая открытость (β = −0,280, SE = 0,120, t 54 = −2,34, p = 0,023; Pearson r = −0,253), доброжелательность (β = −0,291, SE = 0,12, t 54 = −2,43, p = 0,019; Pearson’s r = −0,258) и добросовестность (β = −0,314, SE = 0,120, т 54 = −2,61, p = 0.012; Пирсона r = -0,266). Хотя эта модель также незначительно не смогла превзойти статистический порог по сравнению со всеми другими моделями в процедуре Монте-Карло [ p FWER (все) = 0,06], она действительно работала лучше, чем можно было бы предсказать при подаче реальных данных. по сравнению с рандомизированными данными [ p (то же самое) = 0,006]. Что касается общего положительного кластера изображений природы / людей / спорта, аналогичного 2-кластерному решению, оптимальная модель содержала единственный регрессор Согласованности (β = -0.161, SE = 0,132, t 56 = −1,22, p = 0,228), но, опять же, эта модель не превзошла то, что можно было бы ожидать только от случайности [ p FWER ( все) = 0,72, р (то же) = 0,24].

Обсуждение

Чтобы изучить основную структуру аффективных пространств людей, мы провели эксперимент, в котором участники организовали эмоционально заряженные образы в соответствии с их индивидуализированным эмоциональным сходством и объединили анализ на основе данных с психологическими измерениями личностных качеств.С помощью этой комбинации методов мы специально искали ассоциации между личностными чертами пятифакторной модели («Большая пятерка») и дисперсией аффективных кластеров [которые отражают связность концепции (концепций), лежащих в основе соответствующего кластера (Иордан и др. ., 2015)], заселявшие аффективные пространства индивидов. Важно отметить, что этот подход продемонстрировал, что кластеризация аффективных пространств индивидов, полученная с помощью неконтролируемых методов машинного обучения, не является ложной, поскольку ее части могут быть подтверждены извне с помощью информации о личностных качествах людей.

Первичный результат, который пережил наш статистический контроль, был получен из 4-кластерного решения. Множественная регрессия показала, что увеличение дисперсии кластера страха / насилия было связано с увеличением невротизма и снижением сознательности (см. Также дополнительную таблицу 5). Такая противоположная взаимосвязь между этими двумя параметрами личности не является полностью неожиданной, поскольку об этом сообщалось как об общем открытии при оценке факторов личности Большой пятерки (Costa et al., 1991), связанных с психическими расстройствами (Trull and Sher, 1994; Котов и др., 2010) и связаны с такими областями, как активность в социальных сетях (Liu et al., 2016), эмоциональные проблемы у подростков (Smith et al., 2017) и даже физиологические механизмы воспаления (Sutin et al., 2010). Что касается нейротизма, возможно, что более высокий нейротизм совпадает с большей дифференциацией в обработке негативных стимулов, что приводит к более мелкой категоризации (то есть более рассредоточенной кластеризации) негативной информации. Это представление подтверждается людьми с высоким невротизмом, проявляющими повышенную обработку неприятной информации (Gomez et al., 2002; Chan et al., 2007) и склонны описывать себя как тревожных (McCrae et al., 1986), поскольку тревожные люди избирательно обращают внимание на негативные стимулы (Broadbent and Broadbent, 1988; MacLeod and Mathews, 1988). Что касается сознательности, люди с более высокой сознательностью были описаны как строгие и упорядоченные (Costa and McCrae, 1992) и продемонстрировавшие больший эмоциональный контроль при восстановлении после негативных стимулов (Javaras et al., 2012). Соответственно, повышенная кластеризация и эффективность лобно-теменной сети (Toschi et al., 2018), который считается важной мозговой сетью для когнитивного контроля (Miller and Cohen, 2001), ассоциируется с более высокой сознательностью. Таким образом, люди с более высокой сознательностью могут иметь больший контроль (или большую потребность) в разделении негативной информации и надлежащем управлении своим результирующим поведением. Учитывая, что расположение информации в репрезентативных пространствах людей может быть изменено такими процессами, как внимание (Nastase et al., 2017), суждения о типичности (Iordan et al., 2016) и аверсивного обучения (Dunsmoor et al., 2014; Levine et al., 2018b), возможно, что эти личностные черты взаимодействуют с такими процессами (или даже регулируют их эффективность), чтобы определить, как негативная информация проникает в людей. репрезентативные пространства. Таким образом, соответствие между личностными чертами и степенью дифференциации негативной информации может быть исследовано как, например, биомаркер предрасположенности к определенным расстройствам или еще один метод классификации расстройств, связанных с негативным аффектом.

Наши результаты также имеют значение для социальных и аффективных нейробиологических исследований. В недавних исследованиях функциональной магнитно-резонансной томографии использовался многомерный анализ паттернов (Haxby et al., 2001), чтобы понять, как области или сети мозга представляют информацию, связанную с обработкой эмоций (Bush et al., 2018; Kryklywy et al., 2018; Левин и др., 2018c; Сааримяки и др., 2018). Выводы, подобные тем, которые мы представляем здесь, могут быть полезны для таких исследований, подчеркивая, как неоднородность информации о личности может влиять на распределение информации в аффективных пространствах.В результате эта неоднородная аффективная информация у разных людей может влиять на чувствительность при нейровизуализационных исследованиях аффекта, особенно тех, которые основаны на продольных или предпостовых планах, которые должны учитывать аффективную изменчивость (Dauvier et al., 2019). Это понятие подчеркивается только недавними исследованиями, в которых использовались данные проекта Human Connectome Project (Van Essen et al., 2013), чтобы связать личностные данные людей с функциональными сетями состояния покоя (Dubois et al., 2018; Mulders et al. ., 2018; Ностро и др., 2018; Toschi et al., 2018; Passamonti et al., 2019), поскольку некоторые аспекты функций, лежащих в основе этих сетей, также могут варьироваться в зависимости от личностных различий. В некоторых случаях такая неоднородность (как в здоровых, так и в клинических популяциях) может быть именно той переменной, которая представляет интерес при переводе результатов и методов из когнитивной нейробиологии в (точную) психиатрию (Feczko et al., 2019).

С точки зрения ограничений, возможно, что в основе наших результатов лежат определенные аспекты личностных измерений.Однако мы не можем точно связать информацию на фасетном уровне с конкретными аспектами аффективных пространств индивидов, потому что мы использовали NEO-FFI, а не NEO-PI-R (Коста и МакКрэ, 1992), который представляет собой более длинную пятифакторную модель личности. анкета, позволяющая исследователям исследовать шесть различных аспектов каждого личностного фактора. Таким образом, наш подход менее чувствителен к изучению информации на уровне аспектов, которая может быть важным компонентом при дальнейшем определении ценности таких результатов.Таким образом, в будущих исследованиях, следующих в этом направлении, можно было бы использовать более подробные анкеты. Дополнительным общим недостатком является то, что регрессионный анализ, представленный здесь, был проведен только для 58 участников (~ 57% от общей выборки), поскольку у нас не было данных анкетирования всех участников. Это уменьшение размера выборки, следовательно, снизило статистическую мощность нашего анализа ( ср. Дополнительный рисунок 2).

Заключение

В заключение, мы провели поведенческий эксперимент, основанный на свободных от ярлыков субъективных суждениях о эмоциональном сходстве и комбинированном анализе на основе данных с классическими чертами личности Большой пятерки, чтобы исследовать кластерную дисперсию в индивидуализированных аффективных пространствах.Наша комбинация методов выявила, в первую очередь, взаимосвязь между тем, как люди склонны оценивать эмоциональную дистанцию ​​от отрицательно заряженных стимулов, и личностными аспектами невротизма и сознательности. Эти результаты демонстрируют, что в основе аффективных пространств лежит не ложная структура, выявленная с помощью методов неконтролируемого машинного обучения. Такие методы, свободные от предположений, могут помочь связать аффективные науки с клинической областью, обеспечивая объективные измерения нормальной аффективной изменчивости у разных людей и описывая, как такая изменчивость может взаимодействовать с личностными чертами и относиться к психическим состояниям.В будущих исследованиях такие результаты могут быть тщательно изучены, например, на предмет их лонгитюдной ценности для определения подтипов конкретных групп пациентов. Такие направления предлагают клинической психологии и психиатрии возможность адаптировать психологические и нейробиологические методы для разработки новых маркеров критических проблем, таких как восприимчивость к болезням и реакция на лечение.

Заявление о доступности данных

Необработанные данные, подтверждающие выводы этой статьи, будут предоставлены авторами без излишних оговорок любому квалифицированному исследователю по обоснованному запросу.Часть данных, представленных в этой рукописи, ранее была опубликована в препринте на PsyArXiv (Levine et al., 2018a).

Заявление об этике

Исследования с участием людей были рассмотрены и одобрены этическим комитетом Регенсбургского университета. Пациенты / участники предоставили письменное информированное согласие на участие в этом исследовании.

Вклад авторов

SL и JS разработали исследование. RR внесла свой вклад в ресурсы эксперимента.SL, AA и AW получили данные. SL и TW проанализировали данные. SL, AA и TW подготовили рукопись. Все авторы отредактировали и одобрили окончательную версию рукописи.

Конфликт интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Благодарности

Мы хотели бы поблагодарить Анжелику Лингнау за предоставленный экспериментальный код для сбора данных и Виолу Вагнер за помощь в анализе данных.

Сноски

Финансирование. AA поддержано стипендией Оск. Фонд Хуттунена.

Список литературы

  • Адольфс Р. (2017). Как нейробиология должна изучать эмоции? Различая эмоциональные состояния, концепции и переживания. Soc. Cogn. Оказывать воздействие. Neurosci. 12 24–31. 10.1093 / сканирование / nsw153 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Амштадтер А. Б. (2008). Регулирование эмоций и тревожные расстройства. J. Беспокойство. 22 211–221. 10.1016 / j.janxdis.2007.02.004 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Барретт Л. Ф. (2017). Теория сконструированной эмоции: активный вывод интероцепции и категоризации. Soc. Cogn. Оказывать воздействие. Neurosci. 12 1–23. 10.1093 / сканирование / nsw154 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Бауком Л. Б., Уэделл Д. Х., Ван Дж., Блитцер Д. Н., Шинкарева С. В. (2012). Расшифровка нейронного представления аффективных состояний. Нейроизображение 59 718–727. 10.1016 / j.neuroimage.2011.07.037 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Боркенау П., Остендорф Ф. (2008). NEO-FFI NEO-Fünf-Faktoren-Inventar nach Costa und McCrae (NEO-FFI) (2., neu normierte und vollständig überarbeitete Auflage). Геттинген: Hogrefe. [Google Scholar]
  • Bracci S., Op, Beeck H. (2016). Диссоциации и ассоциации между представлениями формы и категорий в двух визуальных путях. J. Neurosci. 36 432–444.10.1523 / JNEUROSCI.2314-15.2016 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Broadbent D., Broadbent M. (1988). Тревога и предвзятость внимания: состояние и черта характера. Cogn. Эмот. 2 165–183. 10.1080 / 02699938808410922 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Брауэр Г. Дж., Хигер Д. Дж. (2013). Категориальная кластеризация нейронного представления цвета. J. Neurosci. 33 15454–15456. 10.1523 / jneurosci.2472-13.2013 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Буш К.А., Привратский А., Гарднер Дж., Зелински М. Дж., Килтс К. Д. (2018). Общие функциональные состояния мозга кодируют как воспринимаемые эмоции, так и психофизиологический ответ на аффективные стимулы. Sci. Реп. 8: 15444. 10.1038 / s41598-018-33621-6 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Cacioppo J. T., Cacioppo S., Dulawa S., Palmer A. A. (2014). Социальная нейробиология и ее потенциальный вклад в психиатрию. Мировая психиатрия 13 131–139. 10.1002 / wps.20118 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Карпентер Р. В., Трулл Т. Дж. (2013). Компоненты дисрегуляции эмоций при пограничном расстройстве личности: обзор. Curr. Психиатрическая республика 15 335. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Чан С. В. Й., Гудвин Г. М., Хармер К. Дж. (2007). У студентов с высоким невротизмом и никогда не бывает депрессии есть негативные предубеждения в обработке информации. Psychol. Med. 37 1281–1291. 10.1017 / S00332000669 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Charest I., Киевит Р. А., Шмитц Т. В., Дека Д., Кригескорте Н. (2014). Уникальное семантическое пространство в мозгу каждого смотрящего предсказывает воспринимаемое сходство. Proc. Natl. Акад. Sci. США 111 14565–14570. 10.1073 / pnas.1402594111 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Чиказо Дж., Ли Д. Х., Кригескорте Н., Андерсон А. К. (2014). Популяционное кодирование аффекта по стимулам, модальностям и индивидуумам. Nat. Neurosci. 17 1114–1122. 10.1038 / № 3749 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Costa P.Т., МакКрэй Р. Р. (1980). Влияние экстраверсии и невротизма на субъективное благополучие: счастливые и несчастные люди. J. Pers. Soc. Psychol. 38 668–678. 10.1037 / 0022-3514.38.4.668 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Коста П. Т., МакКрэй Р. Р. (1992). Пересмотренное профессиональное руководство по NEO Personality Inventory (NEO-PI-R) и NEO Five-Factor Inventory (NEO-FFI). Одесса, Флорида: Ресурсы психологической оценки. [Google Scholar]
  • Коста П. Т., МакКрэй Р. Р., Дай Д. А. (1991). Граничные шкалы добросовестности и добросовестности: пересмотр инвентаря личности NEO. чел. Индивидуальный. Отличаются. 12 887–888. 10.1016 / 0191-8869 (91) -D [CrossRef] [Google Scholar]
  • Cowen A. S., Keltner D. (2017). Самоотчет охватывает 27 различных категорий эмоций, соединенных непрерывными градиентами. Proc. Natl. Акад. Sci. США 114 E7900 – E7909. 10.1073 / pnas.1702247114 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Dauvier B., Павани Ж.-Б., Ле Вигуру С., Коп Ж.-Л., Конгард А. (2019). Взаимодействие невротизма и экстраверсии на повседневную изменчивость аффективных состояний. J. Res. Чел. 78 1–15. 10.1016 / j.jrp.2018.10.007 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Деррибери Д., Рид М. А. (1994). Темперамент и внимание: ориентация на положительные и отрицательные сигналы и от них. J. Pers. Soc. Psychol. 66 1128–1139. 10.1037 / 0022-3514.66.6.1128 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Dubois J., Галди П., Хан Й., Пол Л. К., Адольфс Р. (2018). Функциональная связь мозга в состоянии покоя лучше всего предсказывает личностный аспект открытости опыту. Личный. Neurosci. 1 1–21. 10.1017 / pen.2018.8 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Дансмур Дж. Э., Крагель П. А., Мартин А., Ла Бар К. С. (2014). Аверсивное обучение модулирует корковые представления категорий объектов. Cereb. Cortex 24 2859–2872. 10.1093 / cercor / bht138 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Ekman P.(2016). С чем согласны ученые, изучающие эмоции. Перспектива. Psychol. Sci. 11 31–34. 10.1177 / 17456
    596992 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Эткин А., Вейджер Т. Д. (2007). Функциональная нейровизуализация тревоги: метаанализ эмоциональной обработки при посттравматическом стрессовом расстройстве, социальном тревожном расстройстве и специфической фобии. Am. J. Психиатрия 164 1476–1488. 10.1176 / appi.ajp.2007.07030504 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Айзенк Х. Дж.(1967). Биологическая основа личности. Спрингфилд, Иллинойс: Чарльз С. Томас. [Google Scholar]
  • Фечко Э., Миранда-Домингес О., Марр М., Грэм А. М., Нигг Дж. Т., Фэйр Д. А. (2019). Проблема неоднородности: подходы к выявлению психиатрических подтипов. Trends Cogn. Sci. 23 584–601. 10.1016 / j.tics.2019.03.009 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Goldstone R. (1994). Эффективный метод получения данных о сходстве. Behav.Res. Методы Instrum. Comput. 26 год 381–386. 10.3758 / BF03204653 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Гомес Р., Гомес А., Купер А. (2002). Невротизм и экстраверсия как предикторы обработки отрицательной и положительной эмоциональной информации: сравнение теорий Айзенка, Грея и Ньюмана. Eur. J. Pers. 16 333–350. 10.1002 / per.459 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Goodkind M. S., Sollberger M., Gyurak A., Rosen H. J., Rankin K. P., Miller B., et al. (2012). Отслеживание эмоциональной валентности: роль орбитофронтальной коры. Hum. Brain Mapp. 33 753–762. 10.1002 / hbm.21251 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Гримм С., Шмидт К. Ф., Бермпол Ф., Хайнцель А., Далем Ю., Висс М. и др. (2006). Сегрегированное нейронное представление различных измерений эмоций в префронтальной коре — исследование с помощью фМРТ. Нейроизображение 30 325–340. 10.1016 / j.neuroimage.2005.09.006 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Гросс Дж. Дж., Джазайери Х. (2014). Эмоции, регуляция эмоций и психопатология. Clin. Psychol. Sci. 2 387–401. 10.1177 / 2167702614536164 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Гросс Дж. Дж., Саттон С. К., Кетелаар Т. (1998). Отношения между аффектом и личностью: поддержка представлений об уровне аффекта и аффективной реактивности. Личный. Soc. Psychol. Бык. 24 279–288. 10.1177 / 0146167298243005 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Хаманн С. (2012). Отображение дискретных и пространственных эмоций на мозг: разногласия и консенсус. Trends Cognit.Sci. 16: 458. 10.1016 / j.tics.2012.07.006 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Хаманн С., Канли Т. (2004). Индивидуальные различия в обработке эмоций. Curr. Opin. Neurobiol. 14 233–238. 10.1016 / j.conb.2004.03.010 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Гамбург М. А., Коллинз Ф. С. (2010). Путь к персонализированной медицине — перспектива. N. Engl. J. Med. 363 301–304. 10.1056 / NEJMp1006304 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Haxby J.В., Гоббини М. И., Фьюри М. Л., Ишаи А., Схоутен Дж. Л., Пьетрини П. (2001). Распределенные и перекрывающиеся изображения лиц и предметов в вентральной височной коре. Наука 293 2425–2430. 10.1126 / science.1063736 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Иордан М. К., Грин М. Р., Бек Д. М., Фей-Фей Л. (2015). Структура категорий базового уровня постепенно проявляется в вентральной зрительной коре человека. J. Cognit. Neurosci. 27 1427–1446. 10.1162 / jocn_a_00790 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Иордан М.К., Грин М. Р., Бек Д. М., Фей-Фей Л. (2016). Типичность обостряет представления категорий в объектно-избирательной коре головного мозга. Нейроизображение 134 170–179. 10.1016 / j.neuroimage.2016.04.012 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Джаварас К. Н., Шефер С. М., ван Рикум К. М., Лапате Р. С., Грейшар Л. Л., Баххубер Д. Р. и др. (2012). Добросовестность предсказывает лучшее избавление от негативных эмоций. эмоции 12 875–851. 10.1037 / a0028105 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Knüppel H., Мец К., Меерпол Дж. Дж., Стрех Д. (2013). Как журналы по психиатрии поддерживают объективный перевод клинических исследований. Поперечное исследование редакционной политики. PLoS ONE 8: e75995. 10.1371 / journal.pone.0075995 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Кох А., Алвес Х., Крюгер Т., Ункельбах К. (2016). Общая валентная асимметрия сходства: хорошее больше похоже, чем плохое. J. Exp. Psychol. Учиться. Mem. Cognit. 42 1171–1192. 10.1037 / xlm0000243 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Кокконен М., Пулккинен Л. (2001). Экстраверсия и невротизм как предшественники регуляции и дисрегуляции эмоций во взрослом возрасте. Eur. J. Pers. 15 407–424. 10.1002 / per.425 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Котов Р., Гамез В., Шмидт Ф., Уотсон Д. (2010). Связывание «больших» черт личности с тревожными, депрессивными расстройствами и расстройствами, связанными с употреблением психоактивных веществ: метаанализ. Psychol. Бык. 136 768–821. 10.1037 / a0020327 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Крагель П. А., Кнодт А.Р., Харири А. Р., Лабар К. С. (2016). Расшифровка спонтанных эмоциональных состояний в мозгу человека. PLoS Biol. 14: 2000106. 10.1371 / journal.pbio.2000106 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Крагель П. А., Лабар К. С. (2015). Многовариантные нейронные биомаркеры эмоциональных состояний категорически различаются. Soc. Cogn. Оказывать воздействие. Neurosci. 10 1437–1448. 10.1093 / сканирование / nsv032 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Kriegeskorte N., Мур М. (2012). Обратный MDS: вывод структуры несходства из нескольких расположений элементов. Фронт. Psychol. 3: 245. 10.3389 / fpsyg.2012.00245 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Крикливи Дж. Х., Макферсон Э. А., Митчелл Д. Г. В. (2018). Расшифровка кодирования слуховой пространственной и эмоциональной информации с использованием многомерных и одномерных методов. Exp. Brain Res. 236 945–953. 10.1007 / s00221-018-5185-7 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Лэнс Г.Н., Уильямс В. Т. (1967). Общая теория стратегий классификационной сортировки: 1. Иерархические системы. Comput. J. 9 373–380. 10.1093 / comjnl / 9.4.373 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Лэнг П. Дж., Брэдли М. М., Катберт Б. Н. (2008). Международная система аффективных изображений (IAPS): аффективные рейтинги изображений и инструкция по эксплуатации. [Google Scholar]
  • Ларсен Р. Дж., Кетелаар Т. (1989). Экстраверсия, невротизм и восприимчивость к процедурам индукции позитивного и негативного настроения. чел. Индивидуальный. Отличаются. 10 1221–1228. 10.1016 / 0191-8869 (89) -X [CrossRef] [Google Scholar]
  • Левин С. М., Алахайвяля А. Л. И., Вакерле А., Руппрехт Р., Шварцбах Ю. В. (2018a). Выявление подтипов эмоций из индивидуального эмоционального пространства. PsyArXiv [Препринт]. 10.31234 / osf.io / 4u6vn [CrossRef] [Google Scholar]
  • Левин С. М., Пфаллер М., Райхенбергер Дж., Шибан Ю., Мюльбергер А., Рупрехт Р. и др. (2018b). Связь страха, вызванного экспериментами, с ранее существовавшим фобическим страхом в человеческом мозгу. Soc. Cogn. Оказывать воздействие. Neurosci. 13 164–172. 10.1093 / сканирование / nsx147 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Левин С. М., Вакерле А., Руппрехт Р., Шварцбах Дж. В. (2018c). Нейронная репрезентация индивидуализированного эмоционального пространства отношений. Нейропсихология 120 35–42. 10.1016 / j.neuropsychologia.2018.10.008 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Линдквист К. А., Вейджер Т. Д., Кобер Х., Блисс-Моро Э., Барретт Л. Ф. (2012). Мозговая основа эмоций: метааналитический обзор. Behav. Brain Sci. 35 год 121–143. 10.1017 / S0140525X11000446 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Лю Л., Преотюк-Пьетро Д., Самани З. Р., Могхаддам М. Э., Унгар Л. (2016). «Анализ личности через выбор изображения профиля в социальных сетях», Труды 10-й Международной конференции AAAI по Интернету и социальным сетям (Менло-Парк, Калифорния: AAAI;). [Google Scholar]
  • Мачадо-Виейра Р. (2012). Отслеживание влияния трансляционных исследований в психиатрии: состояние дел и перспективы. J. Transl. Med. 10: 175. 10.1186 / 1479-5876-10-175 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • MacLeod C., Mathews A. (1988). Беспокойство и уделение внимания угрозе. Q. J. Exp. Psychol. Разд. A 40 653–670. 10.1080 / 14640748808402292 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • МакКрей Р. Р., Коста П. Т. (1985). Обновление «адекватной таксономии» Нормана. измерения интеллекта и личности на естественном языке и в анкетах.49 710–721. 10.1037 / 0022-3514.49.3.710 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • МакКрей Р. Р., Коста П. Т., Буш К. М. (1986). Оценка полноты личностных систем: Калифорнийский Q-Set и пятифакторная модель. J. Pers. 4 430–446. 10.1111 / j.1467-6494.1986.tb00403.x [CrossRef] [Google Scholar]
  • Меннин Д. С., Хеймберг Р. Г., Терк К. Л., Фреско Д. М. (2005). Предварительные доказательства модели дисрегуляции эмоций при генерализованном тревожном расстройстве. Behav.Res. Ther. 43 год 1281–1310. 10.1016 / j.brat.2004.08.008 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Миллер Э. К., Коэн Дж. Д. (2001). Интегративная теория функции префронтальной коры. Annu. Rev. Neurosci. 24 167–202. 10.1146 / annurev.neuro.24.1.167 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Мост С. Б., Чун М. М., Джонсон М. Р., Киль К. А. (2006). Модуляция внимания миндалевидного тела зависит от личности. Нейроизображение 31 год 934–944. 10.1016 / j.neuroimage.2005.12.031 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Малдерс П., Ллера А., Тендолкар И., ван Эйндховен П., Бекманн К. (2018). Профили личности связаны с функциональными сетями мозга, связанными с познанием и эмоциями. Sci. Реп. 8: 13874. 10.1038 / с41598-018-32248-х [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Mur M., Meys M., Bodurka J., Goebel R., Bandettini P.A., Kriegeskorte N. (2013). Суждения о подобии человеческого объекта отражают и выходят за рамки представления объекта примат-ИТ. Фронт. Psychol. 4: 128. 10.3389 / fpsyg.2013.00128 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Нэстасе С. А., Коннолли А. С., Остерхоф Н. Н., Хальченко Ю. О., Гунтупалли Дж. С., Висконти и др. (2017). Внимание выборочно изменяет геометрию распределенного семантического представления. Cereb. Cortex 27 4277–4291. 10.1093 / cercor / bhx138 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Ng W., Diener E. (2009). Личностные различия в эмоциях. J. Individual. Отличаются. 30 100–106. 10.1027 / 1614-0001.30.2.100 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Нилен М. М., Хесленфельд Д. Дж., Хайнен К., Ван Стриен Дж. У., Виттер М. П., Йонкер К. и др. (2009). Определенные системы мозга лежат в основе обработки валентности и возбуждения аффективных картинок. Brain Cognit. 71 387–396. 10.1016 / j.bandc.2009.05.007 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Nostro A. D., Müller V. I., Varikuti D. P., Pläschke R. N., Hoffstaedter F., Лангнер Р. и др. (2018). Прогнозирование личности на основе сетевого функционального подключения в состоянии покоя. Brain Struct. Funct. 223 2699–2719. 10.1007 / s00429-018-1651-z [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Nummenmaa L., Glerean E., Hari R., Hietanen J. K. (2014). Телесные карты эмоций. Proc. Natl. Акад. Sci. США 111 646–651. 10.1073 / pnas.1321664111 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Nummenmaa L., Хари Р., Хиетанен Дж. К., Глерин Э. (2018). Карты субъективных ощущений. Proc. Natl. Акад. Sci. США 115 9198–9203. 10.1073 / pnas.18073 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Passamonti L., Riccelli R., Indovina I., Duggento A., Terracciano A., Toschi N. (2019). Разрешенный во времени коннектом пятифакторной модели личности. Sci. Реп. 9: 15066. 10.1038 / s41598-019-51469-2 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Reimherr F.W., Marchant B.K., Strong R.E., Hedges D.W., Adler L., Spencer T.J. и др. (2005). Эмоциональная дисрегуляция у взрослых с СДВГ и ответ на атомоксетин. Biol. Психиатрия 58 125–131. 10.1016 / j.biopsych.2005.04.040 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Ричардс А., Френч К. С., Джонсон В., Напарстек Дж., Уильямс Дж. (1992). Влияние манипуляции настроением и тревожности на выполнение эмоциональной задачи Струпа. руб. J. Psychol. 83 479–491. 10.1111 / j.2044-8295.1992.tb02454.x [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Rousseeuw P. J. (1987). Силуэты: графическое средство для интерпретации и проверки кластерного анализа. J. Comput. Прил. Математика. 20 53–65. 10.1016 / 0377-0427 (87)

    -7 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Рустинг К. Л., Ларсен Р. Дж. (1997). Экстраверсия, невротизм и восприимчивость к положительным и отрицательным аффектам: проверка двух теоретических моделей. чел. Индивидуальный. Отличаются. 22 607–612. 10.1016 / S0191-8869 (96) 00246-2 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Сааримяки Х., Ejtehadian L.F., Glerean E., Jääskeläinen I.P., Vuilleumier P., Sams M., et al. (2018). Распределенное аффективное пространство представляет собой множество категорий эмоций в человеческом мозгу. Soc. Cogn. Оказывать воздействие. Neurosci. 13 471–482. 10.1093 / сканирование / nsy018 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Сааримяки Х., Гоцопулос А., Яэскеляйнен И. П., Лампинен Дж., Вийюмье П., Хари Р. и др. (2016). Дискретные нейронные сигнатуры основных эмоций. Cereb. Cortex 26 год 2563–2573.10.1093 / cercor / bhv086 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Шварц Г. (1978). Оценка размера модели. Ann. Стат. 6 461–464. 10.1214 / aos / 1176344136 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Шинкарева С. В., Ван Дж., Ким Дж., Фаччиани М. Дж., Бауком Л. Б., Уэделл Д. Х. (2014). Представления аффективной обработки, зависящей от модальности, для визуальных и слуховых стимулов, полученных на основе данных функциональной магнитно-резонансной томографии. Hum. Brain Mapp. 35 год 3558–3568.10.1002 / hbm.22421 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Скерри А. Э., Сакс Р. (2015). Нейронные репрезентации эмоций организованы вокруг абстрактных характеристик события. Curr. Биол. 25 1945–1954 гг. 10.1016 / j.cub.2015.06.009 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Смит К. А., Барстед М. Г., Рубин К. Х. (2017). Невротизм и сознательность как модераторы отношения между социальной изоляцией и интернализацией проблем в подростковом возрасте. J. Youth Adolesc. 10.1007 / s10964-016-0594-z [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Сутин А. Р., Терраччиано А., Дейана Б., Наитца С., Ферруччи Л., Уда М. и др. (2010). С интерлейкином-6 связаны высокий невротизм и низкая сознательность. Psychol. Med. 40 1485–1493. 10.1017 / S00332

    9 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Тейлор С. Ф., Кан Дж., Бреге И. С., Цо И. Ф., Хосанагар А., Джонсон Т.Д. (2012). Метаанализ функциональных нейровизуализационных исследований восприятия эмоций и опыта при шизофрении. Biol. Психиатрия 71 136–145. 10.1016 / j.biopsych.2011.09.007 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Томсен Д. К., Олесен М. Х., Шнибер А., Тоннесванг Дж. (2014). Эмоциональное содержание жизненных историй: предвзятость позитивности и отношение к личности. Cognit. Эмот. 28 год 260–277. 10.1080 / 02699931.2013.815155 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Toschi N., Риччелли Р., Индовина И., Терраччано А., Пассамонти Л. (2018). Функциональный коннектом пятифакторной модели личности. Личный. Neurosci. 1 1–10. 10.1017 / pen.2017.2 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Трулл Т. Дж., Шер К. Дж. (1994). Связь между пятифакторной моделью личности и расстройствами оси I в доклинической выборке. J. Abnorm. Psychol. 103 350–360. 10.1037 / 0021-843X.103.2.350 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Van Essen D.К., Смит С. М., Барч Д. М., Беренс Т. Э. Дж., Якуб Э., Угурбил К. (2013). Проект человеческого коннектома WU-minn: обзор. Нейроизображение 80 62–79. 10.1016 / j.neuroimage.2013.05.041 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • van Tilburg W. A. ​​P., Igou E. R. (2017). Скука требует отличия: дифференциации от других отрицательных эмоций. эмоции 17 309–322. 10.1037 / emo0000233 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]

Метаанализ индивидуальных различий в первичных эмоциональных системах и личностных чертах Большой пятерки

Обзор включенных исследований

В общей сложности мы нашли 21 документ, включающий данные как по ANPS, так и по Шкалы личности Большой Пятерки.После проверки на отсутствие независимости мы обнаружили n = 8 документов, включающих независимые исследования, т. Е. Исследования, которые были выполнены на выборках, включающих перекрывающихся участников, оцененных с использованием того же набора показателей ANPS и / или Большой пятерки 7,8,12, 17,32,33,34,35 . Исследование Montag и Panksepp 12 включало информацию о немецких и китайских образцах, которые совпадают с двумя образцами, исследованными Зиндерманом и его коллегами 35 . Для решения проблемы мы выбрали самую крупную немецкую выборку (т.е. выборка, исследованная в 12 ), и самая большая китайская выборка (т. е. выборка, исследованная в 35 ). Затем мы обнаружили (вероятное) совпадение в немецких выборках, изученных в исследованиях Озкарара-Градволя и его коллег 32 , Плигера и его коллег 33 и Рейтера и коллег 34 , которое мы решили, выбрав исследование с наибольшая выборка 34 . Однако, в то время как все участники из выборки в Reuter и его коллегах 34 были оценены с помощью бумажных и карандашных вопросников, подмножество (N = 71) немецкой выборки, исследованной в 32 , было оценено с помощью онлайн-вопросников (и по Большой пятерке). сторона, которую вводили B5S), следовательно, не показывает перекрытия.Это подмножество было сохранено в наборе данных с целью выполнения метааналитических расчетов. Мы также нашли две статьи Озкарара-Градвола и его коллег 17,32 , которые включали анализы, выполненные на той же выборке турецких участников; в данном случае мы выбрали самое раннее исследование 17 для включения в метаанализ. Наконец, мы обнаружили, что в двух исследованиях, проведенных Дэвисом и его коллегами 7 и Дэвисом и Панксеппом 8 , представлены результаты для одной и той же выборки; опять же, для включения было выбрано самое раннее исследование 7 .

В итоге мы получили 19 документов, включая данные как о ANPS, так и о личности Большой пятерки, собранные на 21 независимой выборке, в результате чего было получено 612 различных размеров эффекта, представляющих связь между шкалами личности ANPS и Большой пятерки: для всех отобранных исследований мы смогли для получения информации о величине эффекта о связи между всеми поведенческими шкалами ANPS (ГНЕЗДО, ЗАБОТА, СТРАХ, ИГРА, ГЕЧАСТЬ и ИСКУССТВО) и чертами Большой Пятерки (Доброжелательность, Сознательность, Экстраверсия, Невротизм и Открытость), за исключением исследования by Yu 36 , в котором сообщается только информация о шкалах ANPS и двух чертах Большой Пятерки (Приятность, Сознание).Характеристики выбранных исследований представлены в таблице 1.

Таблица 1 Характеристики исследований, включенных в метаанализ.

Средний размер выборки составил 473,29, в диапазоне от 52 37 до 1837 участников 34 , с общим объединенным размером выборки 9 939 человек. Большинство образцов было набрано среди населения в целом (n = 19), в то время как меньшинство (n = 2) составляли клинические образцы. Включенные исследования различались по национальности: большинство исследований проводилось на выборках, отобранных в Германии (n = 6), затем в США (n = 3), Гонконге (n = 2), Италии (n = 2), Австрия (n = 1), Китай (n = 1), Франция (n = 1), Япония (n = 1), Польша (n = 1), Сербия (n = 1), Испания (n = 1) и Турция (n = 1).

В выбранных исследованиях шкалы ANPS оценивались с использованием исходной версии ANPS (n = 13) 7 , пересмотренной версии ANPS 2.4 (n = 7) 8 и краткой ANPS (n = 1) 38 . В отобранных исследованиях черты Большой пятерки оценивались с использованием оригинальной или пересмотренной версии следующих опросников Большой пятерки: опросник большой пятерки (n = 6; BFI) 39 , опросник факторов NEO-Five (n = 5; NEO- FFI; n = 1 NEO-FFI-R) 40 , опросник личности NEO (n = 1; NEO PI-R) 40 , шкала Большой пятерки (n = 5; B5S) 7 , Большой Пять коротких шкал (n = 2) 41 и большая пятерка из пула элементов личности в Интернете (n = 1).

Метааналитические вычисления

Средняя величина эффекта

Чтобы установить величину ассоциаций между ANPS и личностными шкалами Большой пятерки, мы провели 30 отдельных метаанализов, по одному для каждой комбинации шкал ANPS и большой пятерки. Поскольку одно исследование не включало информацию обо всех чертах Большой Пятерки, количество размеров эффекта, включенных в метаанализ, варьировалось в зависимости от конкретной черты Большой Пятерки (Открытость: n = 20; Добросовестность: n = 21; Экстраверсия: n = 20. ; Доброжелательность: n = 21; Невротизм: n = 20).

Для каждой комбинации шкал личности ANPS и Большой пятерки лесные графики метааналитических корреляций представлены на рис. 2; метааналитические корреляции также представлены в таблице 2 вместе с Q-тестами на неоднородность, статистикой Ƭ 2 и I 2 . Учитывая большое количество изученных величин эффекта на уровне исследования (n = 612), они визуализированы в таблице 2 и представлены в дополнительном материале вместе с относительным 95% доверительным интервалом (таблица S1).

Рисунок 2

Лесные графики метааналитических корреляций между ANPS и шкалами личности Большой пятерки.

Таблица 2 Метааналитические корреляции между ANPS и личностями Большой Пятерки: Центральная тенденция и статистика неоднородности.

В целом, мы обнаружили, что компонент ANGER ANPS показал умеренно положительную метааналитическую корреляцию с невротизмом (r = 0,46), небольшую отрицательную корреляцию с добросовестностью (r = — 0,17) и умеренную отрицательную корреляцию с доброжелательностью (r = — 0.41). Метааналитические корреляции для ассоциаций между ГНЕЗОМ и Экстраверсией (r = — 0,05) и между ГНЕЗДОМ и размером открытости (r = — 0,05) были близки к нулю.

Что касается компонента CARE в ANPS, результаты показали небольшие положительные метааналитические корреляции с чертами Экстраверсия (r = 0,27), Открытость (r = 0,23) и Добросовестность (r = 0,14), а также умеренную корреляцию с чертой Доброжелательности. (г = 0,40). Метааналитическая корреляция между CARE и невротизмом была близка к нулю (r = 0.03).

Компонент СТРАХА ANPS показал сильную положительную метааналитическую корреляцию с невротизмом (r = 0,69) и небольшую отрицательную метааналитическую корреляцию с Экстраверсией (r = — 0,28), сознательностью (r = — 0,13) и Признательность (r = — 0,11). Метааналитическая корреляция между СТРАХОМ и Открытостью была близка к нулю (r = — 0,03).

Компонент PLAY ANPS показал сильную положительную метааналитическую корреляцию с Экстраверсией (r = 0,55) и небольшую положительную метааналитическую корреляцию с Согласованностью (r = 0.27) и Открытость (r = 0,18). Кроме того, между PLAY и Neuroticism возникла небольшая отрицательная метааналитическая корреляция (r = -0,28). Метааналитическая корреляция между компонентом ИГРАТЬ и Сознательностью была положительной (r = 0,06), но незначительной по размеру.

Что касается компонента ПОВРЕЖДЕНИЯ ANPS, мы обнаружили сильную положительную метааналитическую корреляцию с невротизмом (r = 0,62) и небольшую отрицательную метааналитическую корреляцию с экстраверсией (r = — 0,23), сознательностью (r = — 0.16) и дружелюбие (r = — 0,10). Метааналитическая корреляция между ПЕЧАЛЬНОСТЬЮ и Открытостью не была значимой (r = 0,02).

Что касается ИСКУССТВА компонента ANPS, мы обнаружили умеренные положительные метааналитические корреляции с Открытостью (r = 0,47) и Экстраверсией (r = 0,34), небольшие положительные метааналитические корреляции с Добросовестностью (r = 0,23) и Согласием (r = 0,15) и небольшая отрицательная метааналитическая корреляция с невротизмом (r = -0,19).

Анализируя статистику неоднородности, мы обнаружили, что результаты Q-тестов были значимыми для всех комбинаций признаков ANPS и Большой пятерки, что подтверждает использование модели случайных эффектов для вычисления метааналитических корреляций.Тем не менее, стоит отметить, что для всех комбинаций признаков Ƭ 2 находились в диапазоне от <0,01 до 0,03, что указывает на низкую гетерогенность между исследованиями (то есть дисперсию между исследованиями в величине эффекта). Кроме того, для всех комбинаций наблюдаемый разброс размеров эффекта был в значительной степени обусловлен истинной неоднородностью, а не ошибкой выборки (93,28 ≥ I 2 ≥ 50,61).

Наконец, мы смотрим на влияние различной операционализации модели Большой пятерки на метааналитические корреляции между ANPS и личностными чертами Большой пятерки.Результаты Q-тестов, а также возникающие метааналитические корреляции показаны в таблице 3. Метааналитические корреляции между PLAY и экстраверсией и невротизмом, а также между невротизмом и SADNESS и SEEKING были значительно сильнее среди исследований, в которых использовались NEO. инвентаризации (т.е. инвентаризации NEO-FFI, NEO-FFI-R и NEO-PI-R) по сравнению с исследованиями, в которых использовались различные операционализации Большой Пятерки (например, BFI, B5S, Краткая шкала Большой Пятерки и оценки IPIP; объединенная группа была противопоставлен).Оставшиеся корреляции ANPS-Большой пятерки не показали значительных различий между двумя группами исследований.

Таблица 3 Метааналитические корреляции между ANPS и личностными чертами Большой Пятерки при операционализации Большой Пятерки.

Смещение публикации

Мы проверили воронкообразные графики зависимости стандартной ошибки от корреляции (см. Дополнительные материалы, рисунки S1-S30). Регрессионные тесты Эггера (таблица 4) не показали значительных доказательств асимметрии на воронкообразном графике для всех комбинаций шкал ANPS и Большой пятерки, за исключением связи между компонентом ANGER ANPS и невротизмом.В этом случае из-за этого потенциального признака предвзятости публикации мы использовали процедуру Дюваля и Твиди для обнаружения потенциальных пропущенных исследований на каждой стороне воронкообразного графика: процедура не обнаружила (n = 0) недостающих величин эффекта (т. Е. Исследований ) слева и справа от графика-воронки. В целом, этот этап анализа показал, что в изученной литературе не было никаких существенных указаний на предвзятость публикации.

Таблица 4 Анализ систематической ошибки публикации: регрессионный тест Эггера для определения асимметрии воронкообразного графика.

(PDF) Индивидуальные различия Наука для планирования лечения: особенности личности

СПЕЦИАЛЬНЫЙ РАЗДЕЛ: НАУКА, ПРИРОДЫ И ЛЕЧЕНИЕ

359

образование: состояние союза (стр. 9-31). Беркли, Калифорния: McCut-

chon Publishing.

Фауст Д. (1997). О науке, прямой науке и клинической практике:

обобщение обобщения на частное. Journal of Personal-

ity Assessment, 68, 331-354.

Фауст Д. и Майнер Р. А. (1986). Эмпирик и его новая одежда:

DSM-III в перспективе. Американский журнал психиатрии, 143, 962-

967.

Finn, S. E. (1986). Стабильность самооценки личности в течение 30 лет:

Доказательства взаимодействия возраста и когорты. Журнал личности и

социальной психологии, 50, 813-818.

Finn, S.E. (1996). Руководство по использованию MMPI-2 в качестве терапевтического вмешательства

.Миннеаполис: Университет Миннесоты Press.

Финн С. Э. и Тонсагер М. Э. (1992). Терапевтические эффекты предоставления обратной связи теста

MMPI-2 студентам колледжа, ожидающим терапии. Психо-

Логическая оценка, 4, 278-287.

Фернхам А. (1981). Предпочтение личности и деятельности. Британский журнал

социальной психологии, 20, 57-68.

Gottesrnan, I.I. (1963). Генетические аспекты разумного поведения. В №

Эллис (Ред.), Справочник по умственной отсталости: Психологическая теория и

исследований (стр. 253-296). Нью-Йорк: Макгроу-Хилл.

Grove, W. M., & Tellegen, A. (1991). Проблемы классификации

расстройств личности. Journal of Personality Disorders, 5, 31-42,

Grilnbaum, A. (1984). Основы психоанализа: философская критика. Беркли: Калифорнийский университет Press.

Харкнесс, А. Р., и Хоган, Р.(1995). Теория и измерение черт:

Два взгляда. В Дж. Н. Бутчер (ред.), Клиническая оценка личности:

Практические подходы (стр. 28-41). Нью-Йорк: Oxford University

Press.

Харкнесс, А. Р., Левенсон, М. Р., Бутчер, Дж. Н., Спиро, А., III, Бен-

Порат, Ю. С., и Крамплер, К. А. (1995, март). Пьющий и человек —

человек: шкала MMPI-2 PSY-5 в Нормативном исследовании старения в Бостоне, штат Вирджиния.

Доклад, представленный на 30-м ежегодном симпозиуме MMPI-2 и MMPI-A, Санкт-Петербург.

Петербург, ФЛ.

Харкнесс, А. Р., Ройер, М. Дж., И Гилл, Т. П. (1996, июнь). Организация обратной связи

MMPI-2 с психологическими конструктами: шкалы PSY-5 и самоадаптация

. Доклад, представленный на 31-м ежегодном симпозиуме MMPI-2

, Миннеаполис, Миннесота.

Харкнесс, А. Р., Спиро, А., III, Бутчер, Дж. Н., и Бен-Порат, Ю. С. (1995,

,

август). Пятая психопатология личности (PSY-5) в Нормативном исследовании старения, Бостон

, штат Вирджиния.Плакат, представленный на 103-й ежегодной конференции Американской психологической ассоциации

, Нью-Йорк.

Харкнесс А. Р., Теллеген А. и Уоллер Н. (1995). Дифференциальная конверсия —

Генерация самоотчетов и данных информанта для многомерных личностей —

черты анкетного опроса: последствия для построения негативной эмоции —

. Журнал оценки личности, 64, 185-204.

Хартманн, Х. (1958).Эго-психология и проблема адаптации.

Нью-Йорк: Издательство международных университетов.

Хейс, С.С., Нельсон, Р.О., и Джарретт, Р. Б. (1987). Обработка

полезности оценки: Функциональный подход к оценке

оценки качества. Американский психолог, 42, 963-974.

Холден, К. (1980, 21 марта). Однояйцевые близнецы воспитывались отдельно. Наука,

207, 1323-1325.

Кале, Л. Р. (1980).Самостоятельный выбор стимульного условия самцами во взаимодействии

локуса контроля и ситуаций случайного навыка. Журнал

Личность и социальная психология, 38, 50-56.

Кедди П. и Пиотровски К. (1992). Тестирование в психотерапевтической практике:

Обзор литературы, обзор и комментарии. Журнал обучения и

Практика профессиональной психологии, 6, 30-39.

Кендлер, К. С. (1983) .. Обзор: современный взгляд на исследования близнецов

шизофрении.Американский журнал психиатрии, 140, 1413-1425.

Кохут Х. и Вольф Э. С. (1978). Расстройства личности и их лечение

: Очерк. Международный журнал психоанализа, 59,

413-425.

Крюгер Р. Э., Каспи А., Моффит Т. Э., Сильва П. А. и Макги Р.

(1996). Черты личности по-разному связаны с психическими расстройствами:

Многопрофильное мультидиагностическое исследование когорты подростков, родившихся в подростковом возрасте.Jour-

nal of Abnormal Psychology, 105, 299-312.

Лилиенфельд, С. О. (1997a). Бесстрашие, антиобщественное поведение и героизм —

изм. Рукопись готовится.

Lilienfeld, S.O. (1997b) ~ Отношение тревожной чувствительности к высшим —

,

и низшим параметрам личности: последствия для этиологии

панических атак. Журнал аномальной психологии, 106, 539-544.

Лилиенфельд, С.О., Вальдман, И.Д. и Израиль А.С. (1994). Критическое исследование

использования термина и понятия «корморбидность»

в исследованиях психопатологии. Клиническая психология: наука и практика

tice, 1, 71-83.

Лёлин, Дж. К. (1992). Гены и среда в развитии личности —

достоинства. Ньюбери-Парк, Калифорния: Сейдж.

Loehlin, J. C., & Rowe, D. C. (1992). Гены, окружающая среда и человек —

сущ. В G. Caprara & G.Л. Ван Хек (ред.), Психология современной личности

: критические обзоры и новые направления (стр. 352-370). Новый

York: Harvester / Wheatsheaf.

Loevinger, J. (1957). Объективные тесты как инструменты психологической теории

[Монография]. Психологические отчеты, 3, 635-694.

Ликкен, Д. Т. (1968). Статистическая значимость в психологических исследованиях.

Психологический бюллетень, 70, 151-159.

Ликкен, Д. Т.(1982, сентябрь). Бесстрашие: его беззаботное обаяние и

смертельных рисков. Психология сегодня, 16, 20-28.

Lykken, D.T. (1995). Антиобщественные личности. Хиллсдейл, Нью-Джерси:

Эрлбаум.

Lykken, D. T., & Tellegen, A. (1993). Спаривание человека случайное или

результат законного выбора? Двойное исследование выбора партнера. Журнал

личности и социальной психологии, 65, 56-68.

Маккензи, К. Р. (1994).Использование личностных измерений в клинической практике

. В П. Т. Коста младший и Т. А. Видигер (ред.), Расстройство личности —

и пятифакторная модель личности (стр. 237–250). Стирка —

тонны, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация.

Маркус, Х. (1977). Самостоятельная схема и обработка информации о

self. Журнал личности и социальной психологии, 35, 63-78.

Маккартни, К., Харрис, М. Дж., И Берньери, Ф.(1990). Взросление и

разрастание: метаанализ исследований близнецов. Психологический вестник

, 107, 226-237.

МакКрэй, Р. Р. (1993). Модерируемый анализ продольной личности

стабильности. Журнал личности и социальной психологии, 65, 577-585.

Маккрэй Р. Р. и Коста П. Т. младший (1995). Объяснение черт в личной психологии. Европейский журнал личности, 9, 231-252.

МакГью М., Бэкон С. и Ликкен Д. Т. (1993). Стабильность личности и изменение

в раннем взрослом возрасте: генетический анализ поведения. Развитие

Психология, 29, 96-109.

Meehl, P.E. (1959). Некоторые размышления о валидации клинических процедур

. Canadian Journal of Psychology, 13, 102–128.

Миль, П.Е. (1972). Специфическая генетическая этиология, психодинамика и терапевтический нигилизм

.International Journal of Mental Health, 1, 10-

27.

Meehl, P.E. (1973). Психодиагностика: Избранные статьи. Нью-Йорк:

Нортон.

Мил, П. Э. (1995). Таксометрия Bootstraps: Решение проблемы классификации

в психопатологии. Американский психолог, 50, 266-275.

Мессик С. (1981), Конструкции и их превратности в образовательных и

психологических измерениях. Психологический бюллетень, 89, 575-588.

Миллер Т. (1991). Психотерапевтическая полезность пятифакторной модели личности

: опыт клинициста. Журнал личности

Оценка

, 57, 415-433.

Нельсон Р. О. (1988). Взаимосвязь между оценкой и лечением

с точки зрения поведения. Журнал психопатологии и Be-

havioral Assessment, 10, 155-170.

Ньюман, М. Л., и Гринуэй, П. (1997). Терапевтические эффекты Provid-

Большая пятерка личностных черт и вовлеченность в окружающую среду: ассоциации на индивидуальном и социальном уровне

Хотя исследования показывают, что личностные черты могут предсказать взаимодействие с окружающей средой, предыдущие исследования, как правило, фокусировались на конкретных личностных качествах и ассоциациях с людьми.В этом документе сообщается о трех исследованиях, проведенных с использованием данных предыдущих исследований и опросов, чтобы определить, коррелируют ли личностные черты Большой пятерки положительно с вовлечением в окружающую среду. Большая пятерка параметров личности — это невротизм, открытость опыту, уступчивость, сознательность и экстраверсия. Этот документ также расширил существующие исследования, изучив эти ассоциации как на индивидуальном, так и на национальном уровне.

В первом исследовании исследователи отобрали 6 507 участников Новозеландского исследования отношений и ценностей 2009 года.Измерение личности из четырех пунктов каждой из черт модели Большой пятерки определяло параметры личности. Для оценки экологических ценностей авторы извлекли данные из одного пункта, попросив участников оценить важность «защиты окружающей среды (сохранения природы)». Это исследование обнаружило сильную корреляцию между экологической ценностью и такими личностными качествами, как покладистость, сознательность и открытость опыту.

Второе исследование было продолжением первого. По-прежнему глядя на индивидуальный уровень, авторы стремились связать личность с вовлечением в окружающую среду посредством определенного поведения.Исследователи проанализировали данные 377 участников исследования социального отношения в Новой Зеландии в 2008 году, которое проводилось тремя «волнами» с июня 2008 года по январь 2009 года. Инвентаризация личности из десяти пунктов измеряла параметры Большой пятерки, а 13 пунктов просили участников Оцените, насколько часто они выполняли действия по сбережению электроэнергии (например, «Выключите свет в комнате, которая не используется»), использовались для определения воздействия на окружающую среду. Опять же, покладистость и сознательность были тесно связаны с вовлечением в окружающую среду, а также с невротизмом.

В третьем исследовании авторы определили взаимосвязь между личностью на уровне страны и вовлечением в окружающую среду. Средние баллы по каждой из личностных черт Большой пятерки были собраны для 51 страны в ходе исследования, проведенного в 2005 году в рамках проекта 79 участников проекта «Личностные профили культур». Для оценки природоохранной деятельности на страновом уровне использовались четыре отдельных индекса. Авторы определили, что доброжелательность, открытость и экстраверсия были неизменно связаны с экологической деятельностью на национальном уровне, а также добросовестностью в меньшей степени.

Результаты трех исследований совпадают с выводами других исследований. Доброжелательность и добросовестность неизменно имеют положительные ассоциации с природоохранной деятельностью. Доброжелательность, в частности, была связана с самопревосхождением, что, в свою очередь, связано с вовлечением в окружающую среду. Лица с сильной склонностью к согласию также склонны действовать просоциально, что, по мнению авторов, является движущей силой действий защитников окружающей среды. Добросовестность связана с «перспективой будущего».«Добросовестные люди планируют наперед, в том числе в отношении окружающей среды.

Открытость опыту была связана с экологической деятельностью в несколько меньшей степени. Авторы предположили, что эти люди любопытны и, как правило, имеют нетрадиционные убеждения, которые во многих случаях включают убеждения экологического движения. Экстраверсия была связана только с экологической деятельностью на уровне страны, что указывает на то, что личностные черты имеют разное влияние, если рассматривать их на разных уровнях анализа.Авторы связывают экстраверсию с «неверием в роль судьбы» и связывают рост постматериальной культуры во многих странах с растущей заботой об охране окружающей среды. Невротизм, хотя и имел положительную связь с вовлечением в окружающую среду во втором исследовании, посвященном конкретному поведению, имел отрицательную связь как в первом, так и в третьем исследованиях. Это различие во взаимоотношениях может быть связано с озабоченностью невротиков негативными результатами и последствиями, которые происходят в данный момент, такими как конкретное поведение, а не с проекцией на будущее.

В заключение авторы рассмотрели мета-черты, которые объединяют «большую пятерку» в две категории устойчивости (невротизм, уступчивость и добросовестность) и пластичности (экстраверсия и открытость). Взаимодействие с окружающей средой, кажется, связано как со стабильностью, так и с пластичностью, но связь со стабильностью немного сильнее и указывает на «основную потребность в поддержании стабильной окружающей среды», тогда как пластичность указывает на изменения. Однако, хотя авторы признали эти связи, они призвали к дополнительным эмпирическим исследованиям, связывающим мета-черты с отношением к окружающей среде.

оценок личностных качеств | Бруклинский парк Миннеаполис (Миннесота)

Какие черты личности универсальны?

22 августа 2020

С момента зарождения психологии исследователи изучали людей и пытались понять личность. На протяжении многих лет было предложено множество теорий и ведется изрядное количество споров. Большинство исследований сходятся во мнении, что Коста и Маккрэй предложили «большую пятерку» личностных качеств.Маккрэй зашел так далеко, что изучил более 50 различных культур и обнаружил, что эти пять черт личности универсальны.

Большая пятерка личностных качеств

Черты личности Большой пятерки: экстраверсия, покладистость, открытость, сознательность и невротизм. Важно отметить, что все эти черты попадают в диапазон между двумя крайностями, причем большинство людей находятся где-то посередине, но склоняются в одном направлении больше, чем в другом. Например, одна черта, с которой большинство из нас знакомо, — это диапазон от интроверсии до экстраверсии.Редко люди находятся на крайних концах, но большинство людей больше склоняются к интровертам или экстравертам.

По каждой из личностных черт Большой пятерки люди склонны быть высокими или низкими. Люди, обладающие высокой открытостью, склонны пробовать новое, креативны, изобретательны и решают проблемы. Люди с низким уровнем открытости не любят перемен, не получают удовольствия от нового, сопротивляются новым идеям и не любят абстрактное и теоретическое. Что касается добросовестности, то люди с высокой этой чертой склонны быть вдумчивыми, целеустремленными, организованными, хорошо разбирающимися в деталях, сразу же завершать задачи и наслаждаться расписанием.Люди с низким уровнем этой черты часто упускают из виду что-то, у них могут быть незавершенные проекты, они откладывают дела на потом, склонны быть более спонтанными и не следуют расписанию. Что касается экстраверсии, люди, обладающие этой чертой, любят знакомиться с новыми людьми, легко заводят друзей, чувствуют прилив энергии, когда они с людьми, и им нравится быть в центре внимания. И наоборот, люди с низким уровнем этой черты (интроверты) предпочитают один на один или небольшие группы, любят проводить время в одиночестве, не любят быть в центре внимания, думают, прежде чем говорить, и находят общение немного утомительным.

Тип личности — Черты

Когда дело доходит до доброжелательности личностных качеств, те, у кого эта черта выше, обычно очень добрые, заботливые, озабоченные другими, чуткие, ласковые и просоциальные. Люди с низким уровнем уступчивости, как правило, не очень заботятся о чувствах или проблемах других людей, оскорбляют и унижают других и могут манипулировать людьми в своих собственных целях. Последняя черта — невротизм, и те, кто высоко ценит этот атрибут, обычно тревожны, капризны, имеют эмоциональную нестабильность и легко впадают в стресс.Люди с низким уровнем невротизма, как правило, более эмоционально устойчивы, легче справляются со стрессом, в целом более расслаблены и свободны от беспокойства и депрессии. Хотя это самая распространенная личностная черта Большой пятерки, существует бесчисленное множество других качеств и атрибутов, которые составляют нашу личность. Многие из них связаны с генетикой, но у всех людей есть способность обращаться к личностным характеристикам и работать над ними, если они тоже хотят двигаться по спектру. Если человек хочет быть более сознательным, покладистым, открытым или экстравертированным, есть способы взрастить себя в желаемом направлении.Часто это работа, выполняемая в процессе консультирования, поскольку мы помогаем людям формировать лучшую версию самих себя.

Если вы хотите поработать над своими личностными характеристиками для собственного улучшения и счастья, не стесняйтесь обращаться в IPC, чтобы вы могли назначить консультацию с одним из наших психологов или психиатров, чтобы мы могли помочь обсудить варианты лечения. Пожалуйста, позвоните нам сейчас по телефону 763-416-4167 или запросите встречу на нашем веб-сайте: WWW.IPC-MN.COM, чтобы мы могли сесть с вами и провести тщательную оценку и помочь вам разработать план действий, который будет работать для ты.Жизнь слишком коротка, чтобы быть несчастным. Найдите душевное спокойствие, которого вы заслуживаете.

Чтобы получать больше полезных ресурсов, подпишитесь на нашу рассылку новостей, поставьте нам лайк на FaceBook или подпишитесь на нас в Twitter.

Психологические консультанты-новаторы

Спокойствие, которого вы заслуживаете

Из категории: Консультации, Общие, Психология, Отношения Персоналом IPC | Теги: Тревога, когнитивно-поведенческая терапия, общение, навыки совладания, Консультирование, Кленовая роща, Консультирование в Кленовой роще, личность, психолог, Отношения, самопомощь, управление стрессом, Терапия

У вас есть здоровая личность?

«Здоровая личность — это способ действовать человеку, руководствуясь интеллектом и уважением к жизни, чтобы удовлетворять личные потребности и чтобы человек развивался в осознании, компетентности и способности любить себя, окружающую среду. , и другие люди.»- Сидней Журар

В 50-х и 60-х годах гуманистические мыслители, такие как Гордон Олпорт, Абрахам Маслоу, Карен Хорни, Сидни Джурард, Карл Роджерс и Эрих Фромм, пытались охарактеризовать здоровую личность. Хотя есть некоторые различия в их концептуальных представлениях, по общему мнению, здоровая личность состоит из:

  • В повседневной жизни положительных эмоций больше, чем отрицательных
  • Открытость и гибкость эмоционального выражения
  • Доверие собственному опыту
  • Самопринятие
  • Стрессоустойчивость
  • Здоровое самоутверждение
  • Ответственность и компетентность
  • Теплое, искреннее общение с другими

Ограничение этих ранних теорий, однако, состоит в том, что многие из них не подвергались систематической проверке.Однако недавние исследования начали определять профиль личности, ведущий к оптимальному здоровью и росту. Одним из примеров является новая шкала характеристик самоактуализации, которую я разработал, чтобы напрямую отразить труды Маслоу и связать их с современными исследованиями личности и благополучия.

В другом недавнем исследовании была сделана попытка изучить основные черты личности, характеризующие психологически здоровых людей. В исследовании, проведенном Джесси Сан, мы обнаружили, что пять черт наиболее тесно связаны с широким спектром источников благополучия (включая показатели удовлетворенности жизнью, принятия себя, смысла, цели и достижений).

В только что опубликованной статье в журнале Journal of Personality and Social Psychology Вибке Блейдорн и его коллеги еще более серьезно относятся к здоровой личности. Исследователи определили здоровую личность как «профиль уровней черт, оптимально подходящий для психологической адаптации». Чтобы определить этот профиль, они попросили экспертов описать свое представление о психологически здоровом человеке, используя 30 аспектов личности, которые широко использовались и проверялись [1].

Ниже представлен профиль здоровой личности, который они создали, а также ссылка на онлайн-тест, где вы можете узнать свой собственный балл по этим характеристикам. Поразительно, насколько схож их профиль здоровой личности с идеями, выдвинутыми психологами-гуманистами в 50-х и 60-х годах, особенно с представлением Карла Роджера о «полностью функционирующем человеке».

Профиль здоровой личности

Здесь вы можете узнать свой собственный счет в профиле здоровой личности.Обратите внимание, что никакая отдельная черта в профиле здоровой личности обязательно указывает на здоровую личность. Напротив, никакая отдельная черта не обязательно указывает на нездоровую личность [2]. Мы говорим только о вероятностях, основанных на больших выборках, и для этой конкретной конфигурации признаков . Ключевым фактором является то, в какой степени низкие баллы в этом профиле мешают вам достичь ваших личных целей. С учетом этих предостережений следующие десять черт формируют профиль здоровой личности:

Открытость чувствам подразумевает восприимчивость к собственным внутренним чувствам и эмоциям и оценку эмоций как важной части жизни.Люди с высокой открытостью чувствам испытывают более глубокие и дифференцированные эмоциональные состояния и испытывают как счастье, так и несчастье сильнее, чем другие. У людей с низкой открытостью к чувствам аффекты несколько притупляются, и они не верят, что состояния чувств имеют большое значение.

Прямолинейные люди откровенны, искренни и простодушны. Люди с низким уровнем прямолинейности более склонны манипулировать другими с помощью лести, лукавства или обмана.Они рассматривают эту тактику как необходимые социальные навыки и могут считать более прямолинейных людей наивными.

Компетентность означает чувство способности, рассудительности, осмотрительности и эффективности. Те, кто обладает высокой компетенцией, чувствуют себя хорошо подготовленными к жизни. Люди с низким чувством компетентности в своей жизни более низко оценивают свои способности и признают, что они часто неподготовлены и некомпетентны.

Тепло имеет отношение к вопросам межличностной близости.Теплые люди ласковые и приветливые. Они искренне любят людей и легко привязываются к другим. Люди, у которых мало тепла, не враждебны и не обязательно лишены сострадания, но они более формальны, сдержанны и отстранены, чем те, у кого много тепла.

Люди с высоким уровнем положительных эмоций, как правило, испытывают положительные эмоции, такие как радость, счастье, любовь и волнение. Они легко и часто смеются, жизнерадостны и оптимистичны.Люди с низким уровнем положительных эмоций не обязательно несчастны; они просто менее энергичны и энергичны.

Гневная враждебность представляет собой тенденцию испытывать гнев и негативные эмоции, такие как разочарование и горечь. Люди с высоким уровнем гневной враждебности более склонны к гневу.

Тревожные люди застенчивы, боязливы, нервны, напряжены и беспокойны. Тревожные люди более склонны к разнообразным страхам, а также к свободно плавающей тревоге.С другой стороны, люди с низким уровнем тревожности более спокойны и расслаблены в повседневной жизни.

Те, кто страдает депрессией, чаще испытывают депрессивный аффект в своей повседневной жизни. В частности, они склонны к чувству вины, печали, безнадежности и одиночества. Их легко обескураживать и часто унывать. Те, кто находится в депрессивном состоянии, редко испытывают такие эмоции, но они не обязательно веселые и беззаботные (это зависит от оценки положительных эмоций человека).

  • Низкая уязвимость к стрессу

Те, кто подвержен стрессу, чувствуют себя неспособными справиться с повседневными требованиями жизни. Те, кто мало подвержен стрессу, считают себя способными справиться с собой в трудных ситуациях и часто имеют здоровое чувство уверенности в своих адаптивных способностях.

Импульсивность относится к неспособности контролировать тягу и побуждения. Желания или стремление (к еде, сигаретам, имуществу) воспринимаются теми, кто набрал высокие баллы по импульсивности, как настолько сильные, что человек не может им сопротивляться, хотя позже они могут сожалеть о своем поведении.Тем, у кого низкая импульсивность, легче сопротивляться таким искушениям, поскольку они обладают высокой терпимостью к разочарованию и способностью откладывать удовлетворение. Термин импульсивный используется многими теоретиками для обозначения множества различных и не связанных между собой черт. Следовательно, это конкретное использование термина не следует путать со спонтанностью, принятием риска или быстрым временем принятия решения.

Что предсказывает здоровая личность?

Исследователи обнаружили, что профиль здоровой личности не был просто противоположностью расстройства личности [3] и не был тем же самым, что и нормативное функционирование [4], что позволяет предположить, что профиль здоровой личности заслуживает изучения сам по себе.

Исследователи попытались выяснить, можно ли использовать созданный ими профиль для оценки здорового функционирования личности на индивидуальном уровне. Чтобы определить это, они использовали личностные баллы, собранные из 7 независимых выборок, и сравнили сходство оценок индивидуального личностного теста с прототипным профилем здоровой личности, идентифицированным экспертами.

Они обнаружили, что здоровая личность, как правило, наиболее ярко выражена в среднем зрелом возрасте, и оценки были относительно стабильными в течение 5-летнего периода.Также имелась значительная генетическая составляющая здоровой личности: 43% различий в самооценках здоровой личности и 30% различий в отчетах коллег объяснялись генетическими влияниями (оставшаяся вариация в основном отражала неразделенные влияния окружающей среды. ).

Анализируя широкий спектр результатов здорового психологического функционирования, они обнаружили, что профиль здоровой личности был связан с более высоким уровнем удовлетворенности жизнью, здоровой самооценкой, самодостаточностью, ясной и стабильной самооценкой, оптимизмом и способность противостоять импульсам, регулировать поведение и концентрировать внимание при желании.С другой стороны, здоровая личность отрицательно связана с агрессией (особенно враждебностью и гневом) и эксплуатацией.

Интересно, что профиль здоровой личности был положительно связан с грандиозным аспектом нарциссизма и двумя аспектами психопатии: смелостью и стрессоустойчивостью. Это открытие подчеркивает необходимость взглянуть на общую картину личности человека перед оценкой психопатии, поскольку некоторые отдельные аспекты психопатии по отдельности могут быть показателем здорового функционирования личности!

В совокупности это исследование предполагает, что здоровую личность можно понимать как определенную конфигурацию нормальных черт личности.Удивительно, что существует такое совпадение с рядом других недавних исследований (см. Здесь и здесь), и насколько хорошо все эти исследования согласуются с идеями, выдвинутыми гуманистическими мыслителями в 50-х и 60-х годах. Не забудьте взять здесь шкалу здоровой личности. Кроме того, вы можете узнать больше о научном обосновании шкалы здесь.

Удачи на вашем пути здоровья и роста!

Примечание. Все описания признаков в этой статье были адаптированы из этого примера отчета.

Сноски:

[1] Эксперты-оценщики включали ученых, специализирующихся в области психологии черт, а также экспертов в области позитивной психологии. Они также попросили две группы студентов провести рейтинги. Они обнаружили поразительное согласие между всеми этими группами относительно того, что влечет за собой здоровая личность, предполагая, что существует общепринятое определение здоровой личности.

[2] Например, вполне возможно быть более замкнутым и замкнутым человеком — с меньшими показателями теплоты и положительных эмоций — и при этом иметь здоровый общий профиль личности.

[3] В то время как профиль здоровой личности не был просто противоположностью расстройства личности, профиль здоровой личности действительно показал особенно сильную отрицательную связь с пограничным расстройством личности. Это интересно, учитывая, что пограничное расстройство личности считается ядром нездорового функционирования личности. Однако здоровая личность была не просто противоположностью пограничного расстройства личности. В то время как импульсивность была центральной чертой пограничной личности, снижение уровня импульсивности не было самым большим показателем здоровой личности, что свидетельствует о том, что здоровые люди обладают определенной степенью спонтанности в своих действиях.

[4] Хотя здоровая личность не была идентична нормальному функционированию, между ними все еще существовала сильная связь. Как отмечают исследователи, сильное соответствие между здоровым и нормативным функционированием личности согласуется с утверждением Карла Юнга о том, что балансирование различных крайностей (которые в среднем должны соответствовать норме) является ключом к здоровому функционированию личности.

Пять личностных измерений и их влияние на информационное поведение

Пять личностных измерений и их влияние на информационное поведение
Jannica Heinström

Департамент социальных и политических наук / информационных исследований
bo Akademi University
Тавастгатан 13
FIN-20500 bo
Финляндия

Аннотация

В этой статье подчеркивается важность рассмотрения психологических механизмов для полного понимания пользователей информационных услуг.В центре внимания находится связь между личностью и поиском информации, которая исследуется посредством количественного анализа личностных черт и информационных привычек 305 студентов университетов. Показано, что информационное поведение может быть связано со всеми тестируемыми в исследовании параметрами личности — невротизмом, экстраверсией, открытостью опыту, соревновательностью и сознательностью. Обсуждаются возможные объяснения этих отношений. Сделан вывод о том, что внутренние черты взаимодействуют с контекстными факторами в их конечном воздействии на информационное поведение.


Введение

В течение последних десятилетий мы наблюдаем растущий спрос на способность обрабатывать информацию. Приветствуется обучение информационной грамотности на протяжении всей жизни, чтобы соответствовать требованиям быстро меняющегося общества. В определенной степени этому можно научиться. Однако вполне вероятно, что одни люди соответствуют этим требованиям и адаптируются к меняющимся требованиям с меньшими усилиями, чем другие. Разумеется, не существует одного типа личности, который мог бы сформировать «идеального» информационного грамотного гражданина.Напротив, разные черты могут оказаться полезными в разных ситуациях. Понимание того, как различные черты проявляются в поиске информации, повысило бы понимание пользователей информационных услуг. Цель этой статьи — поразмышлять над индивидуальными различиями в информационном поведении с особым акцентом на том, как и почему личностные черты влияют на информационные стратегии.

Поиск информации часто сравнивают с рациональным процессом решения проблем, когда пробел в знаниях вызывает сознательный поиск информации.Это может относиться к некоторым ситуациям, но в большинстве случаев процесс поиска информации является динамичным и изменчивым. Это зависит от контекста и в значительной степени от человека, выполняющего его (Solomon, 2002). Некоторые люди могут планировать и структурировать свой поиск, в то время как другие собирают информацию более гибко и спонтанно. Причины, лежащие в основе различных информационных подходов, могут лежать в контексте, но также быть обусловлены внутренними процессами и потребностями человека.

Традиционные исследования в рамках LIS (Библиотека и информатика) в последние годы все больше сосредотачиваются на поисковом поведении пользователей.В рамках этой традиции особое внимание уделяется контексту поиска информации (Solomon, 2002). Было признано, что процесс поиска информации зависит от задачи (например, Byström, 2000), дисциплины (например, Ocholla, 1999) или стадия исследовательского процесса (например, Kuhlthau, 1993). Эта исследовательская традиция, когда личность изучается как часть контекста, дала ценное понимание групп пользователей в социологическом смысле. Чтобы получить полное представление об информационном поведении, было бы жизненно важно еще больше сосредоточить внимание на психологических процессах пользователя.Аллен и Ким ( 2001) подчеркнули важность учета как контекста, так и индивидуальных характеристик, поскольку поисковое поведение, вероятно, будет развиваться в результате взаимодействия между ними. Понимание психологических характеристик может пролить свет как на вариативность, так и на закономерности в поиске информации ( Уилсон, 2000).

Одним из важных психологических механизмов, определяющих поведение, является личность. У каждого есть свой уникальный паттерн чувств, мыслей и поведения, который формируется довольно стабильным сочетанием личностных качеств (Phares, 1991).Поскольку личность формирует склонность к определенным характерным реакциям в любой конкретной ситуации, черты личности могут влиять на отношение и поведение также в контексте поиска информации.

Психологические факторы информационного поведения

Многие психологические механизмы начинают работать также в виде, казалось бы, рационального процесса поиска информации. Модель информационного поведения Уилсона показывает, как психологические, демографические, ролевые, межличностные, экологические и исходные характеристики влияют на процесс поиска информации.Решение искать информацию зависит от мотивации, которая может иметь когнитивное происхождение или иметь эмоциональную основу, например необходимость подкрепить предыдущие ценности. Прежде чем получить соответствующую информацию, поисковики должны преодолеть возможные препятствия, которые иногда носят психологический характер. Они должны воспринимать ситуацию как достаточно полезную, а самих себя как достаточно компетентных, чтобы принять окончательное решение о поиске информации (Wilson, 1981; Уилсон и Уолш, 1996).

Когнитивная традиция в LIS была традиционным оплотом исследований с особым вниманием к личности.Эта традиция делает упор на когнитивные процессы, такие как мышление, восприятие, память, узнавание, обучение и решение проблем (Ingwersen, 1996). Наша прежняя структура знаний влияет на то, как мы получаем и понимаем новую информацию. Следовательно, одна и та же информация воспринимается по-разному, в зависимости от того, насколько человек понимает тему заранее.

Расхождения между восприятием людьми знаний и их фактическими знаниями не являются чем-то необычным (Radecki & Jaccard, 1995).Личное понимание можно недооценить, возможно, без причины, по сравнению со знающими коллегами или авторитетным авторитетом. С другой стороны, собственные возможности также могут быть переоценены из-за сильной идентификации со сверстниками и, соответственно, их знаний. Люди, склонные переоценивать свои знания, рискуют искать слишком мало информации и, как следствие, принимают решения на недостаточных основаниях (Radecki & Jaccard, 1995).

Мотивация и интерес влияют на то, как информация используется и критически оценивается (Лимберг, 1998).Чем больше мы интересуемся данной темой, тем больше информации мы ищем о ней. Поскольку способность людей усваивать новую информацию ограничена, особое внимание уделяется информации, которая может быть связана с предыдущими знаниями. Личная система координат образует фильтр, который выбирает знакомую информацию ( Леки и Петтигрю, 1997). Информация, подтверждающая наши прежние ценности, особенно приветствуется, а факты, не совпадающие с нашими собственными взглядами, часто игнорируются (Radecki & Jaccard, 1995).Источники информации также обычно выбираются на основе знакомства, а не потенциальной полезности. Это также относится к профессионалам в области информации, таким как библиотекари (Ingwersen, 1982).

Когнитивные стили — еще один аспект создания знаний, влияющий на информационное поведение. Индивидуальные различия, связанные с когнитивными стилями и подходами к обучению, проявляются при поиске в базах данных, в Интернете и в виртуальных средах (Ford, 2000; Ford et al. , 2001 ; Ким, 2001).Студенты с целостным стилем обучения, например, более исследовательны в своих поисках, в то время как их коллеги-сериалисты строят поиск более узко, поэтапно (Ford et al. , 2002).

Чтобы получить полную картину информационного поведения, помимо когнитивных важны также аффективные и конструктивные элементы (Solomon, 1997). Когнитивная неопределенность по отношению к незнакомым ситуациям или проблемам возникает как следствие рациональных суждений о необходимом уровне знаний и успехах в работе.Аффективная неопределенность связана с незащищенностью и пессимизмом (Wilson et al. , 2002). При использовании информационных систем недостаточно просто технических навыков, также необходимы позитивный настрой и уверенность в себе, чтобы справиться с системами. Эмоциональные аспекты, такие как чувство разочарования, нетерпение, информационная перегрузка, сопротивление новой информации и отвращение к компьютерам, могут создавать препятствия для процесса поиска (Nahl, 2001). Чувство неуверенности, часто выражаемое как тревога или беспокойство, особенно сильно проявляется в начале процесса поиска, когда пользователи осознают, что им не хватает знаний по теме (Kuhlthau, 1993: 108-111).Хотя тревога в связи с интеллектуальной работой обычно является временным состоянием (Venkula, 1988: 48), некоторые люди могут быть особенно уязвимы к стрессу и беспокойству в контексте поиска информации (Heinström, 2002).

Хотя процесс поиска информации может включать в себя широкий спектр негативных переживаний разочарования и тревоги, он также может вызывать положительные реакции, такие как возбуждение и удовлетворение (Solomon, 1997 ). Успешный процесс поиска вызывает положительные эмоции, такие как радость, интерес и воодушевление, и, следовательно, побуждает человека, выполняющего поиск, продолжать и расширять поиск (Nahl, 2001).По мере расширения актуальных знаний обычно растет доверие. Мысли превращаются из расплывчатых и запутанных в ясные и знающие. Следовательно, поиск информации — это когнитивный и эмоциональный процесс построения личного понимания темы (Kuhlthau, 1993: 108-111).

Соломон (1997) отметил, что искатели информации характеризуются типичными паттернами аффективных реакций и отличаются друг от друга по интенсивности своих реакций. Могут ли эти различия быть связаны с личными качествами?

Личность

«Личность — это тот образец характерных мыслей, чувств и поведения, который отличает одного человека от другого и сохраняется с течением времени и ситуации» (Phares, 1991: 4).Это сумма биологически обоснованного и усвоенного поведения, которое формирует уникальные реакции человека на раздражители окружающей среды (Ryckman, 1982: 4-5).

Понятие личности должно быть понято гипотетически (Ryckman, 1982: 4). Для этого не может быть найдено четкого неврологического обоснования, хотя были предприняты попытки описать основы личности с точки зрения нейрофизиологии (Rowe, 1989) или активности кортикального дофамина (Pickering & Gray, 2001).

Структура личности довольно устойчива и предсказуема в различных ситуациях и времени (Phares, 1991: 4-7).Есть личностные качества разной глубины и значимости. Самый внутренний слой является основой, в то время как самый внешний слой связан с ситуацией и находится под влиянием, например, усталости. Соответственно, уставший человек может вести себя не так, как его / ее истинное «я» ( Кеттелл, 1950). В зависимости от ситуации черты личности могут быть более или менее заметными, и личность также может со временем развиваться (Phares, 1991: 4-7). Изменения, отражающие события и чувства в течение жизни, влияют только на поверхность, а не на основной персонаж.Глубокие изменения личности обычно являются следствием серьезных изменений в жизни или преднамеренных усилий (Costa & McCrae, 1992: 9).

Важно, чтобы люди приспосабливались к своим жизненным обстоятельствам, сохраняя при этом чувство твердой внутренней сущности. Некоторые адаптации кажутся общими и следуют определенному образцу. Стремление к сенсациям — один из примеров характеристик, которые со временем снижаются от подросткового до среднего возраста во всех культурах (Costa & McCrae, 1980: 80).Невротизм и открытость опыту со временем уменьшаются, в то время как самооценка, добросовестность и покладистость имеют тенденцию к увеличению (Neyer, 2000). Более того, выражение личности зависит от возраста и зрелости. Таким образом, такой же уровень активности может повысить интерес к футболу в молодом возрасте и к садоводству в более поздние времена (Costa & McCrae, 1980: 80).

Теории личности

На протяжении веков личность описывалась и измерялась с помощью ряда теорий и моделей.Некоторые теории (например, теории Фрейда, 1996 и Юнга, 1986) стремятся объяснить динамику личности в целом. Одно из основных понятий теорий Фрейда — понятие разных уровней сознания. Мы осведомлены о явлениях на сознательном уровне, способны достичь феноменов на уровне предсознания, но не осознаем проблем на бессознательном уровне. На нашу личность и реакции влияют все эти три уровня. Юнг расширил понятие бессознательного, включив в него коллективное бессознательное и изучение архетипов.Мы наследуем в нашем мозгу коллективное бессознательное, которое является скрытой базой памяти наших предков. Архетипы — это темы, которые были частью человеческой жизни во все времена и во всех культурах. Персона, анима, анимус и самость — это некоторые из архетипов, описанных Юнгом. Персонаж представляет маску и различные роли, которые мы играем в нашей жизни. У каждого мужчины есть женская сторона, анима, а у каждой женщины — мужская сторона, анимус. «Я» изображается как наш истинный потенциал и цель самоактуализации.Все эти аспекты влияют на наше поведение и составляют основу нашего характера.

Помимо психодинамических теорий личности существуют описательные. Перспектива диспозиционной личности изображает личность как состоящую из физиологически обоснованных черт, которые определяют поведение. Черты характера можно описать как склонность к определенному поведению и реакции (Phares, 1991: 254). С другой стороны, состояния личности являются результатом сочетания черт характера и ситуации.Например, люди с высокой эмоциональной нестабильностью с большей вероятностью, чем спокойные и уравновешенные люди, будут испытывать беспокойство в угрожающей ситуации оценки. Таким образом, черты характера можно описать как предрасположенность к состояниям (Humphreys & Revelle, 1984).

Теория черт в последние годы становится все более популярной. Основа личности в этой традиции связана с генетикой и неврологическими процессами. Исследования, основанные на изучении разлученных близнецов, показали, что 50% основных черт личности могут быть связаны с генами.Переживания в детстве — еще одна основа для формирования личности. Поскольку переживания в значительной степени выбираются самостоятельно, они также могут определяться генетической предрасположенностью. Хотя генетика, кажется, влияет на личность, ни генетическая предрасположенность, ни влияние окружающей среды не являются детерминированными. Индивидуум уникален по своему характеру и является частью сложной системы, которая не позволяет с уверенностью предсказать реакцию (Bouchard, 1997).

После 50 лет исследований личности в этой области пришли к общему мнению, что есть пять основных параметров, которые можно использовать для описания различий в когнитивном, аффективном и социальном поведении.Это основа пятифакторной модели личности (Revelle & Loftus, 1992). Пять измерений обычно описываются в следующем порядке уменьшения устойчивости на основе предыдущих личностных шкал: невротизм, экстраверсия, открытость опыту, уступчивость и сознательность (Costa & McCrae, 1992: 14-16). Размеры стабильны на протяжении всей жизни и, кажется, имеют физиологическую основу (Revelle & Loftus, 1992).

Обсуждение пятифакторной модели возникло на основе анализа терминов, используемых для описания личности.Лексическая гипотеза утверждает, что в естественном языке достаточно информации для описания различий в личности, поскольку естественные базовые характеристики отражаются в языке (Goldberg, 1990). ). Помимо лексического анализа, дополнительная поддержка пятифакторной модели была обнаружена при анализе опросников личности. Почти все существующие сегодня личностные тесты измеряют один или несколько из пяти факторов (McCrae & John, 1992). Эти пять измерений представлены в таблице 1.

застенчивый, замкнутый легкомысленный, легкомысленный
Таблица 1. Размеры личности и полюса формируемых ими черт. Основано на Коста и МакКрэй (1992: 14–16, 49).
Измерение личности Высокий уровень Низкий уровень
Невротизм чувствительный, нервный безопасный, уверенный
Экстраверсия общительный, энергичный
изобретательный, любопытный осторожный, консервативный
Приятный дружелюбный, сострадательный конкурентоспособный, откровенный
Сознательность эффективный, организованный легковесный7 9000 мера аффекта и эмоционального контроля.Низкий уровень невротизма указывает на эмоциональную стабильность, тогда как высокий уровень невротизма увеличивает вероятность переживания отрицательных эмоций. Люди с высоким уровнем невротизма реактивны, и их легче беспокоят раздражители в их окружении. Они чаще становятся неуравновешенными, взволнованными, темпераментными и грустными. С другой стороны, стойкие люди нуждаются в сильных стимулах, чтобы их спровоцировать (Howard & Howard, 1995). Термин невротизм не обязательно относится к какому-либо психическому дефекту.Более подходящим термином может быть отрицательная аффективность или нервозность (McCrae & John, 1992).

Измерение экстраверсия-интроверсия противопоставляет общительный характер замкнутой натуре. Экстраверты, как правило, более физически и вербально активны, тогда как интроверты независимы, сдержанны, уравновешены и любят одиночество. Человеку в середине измерения нравится сочетание социальных ситуаций и одиночества (Howard & Howard, 1995). Экстраверты предприимчивы, напористы, откровенны, общительны и разговорчивы.Интровертов можно охарактеризовать как тихих, замкнутых, застенчивых и нелюдимых ( Коста и МакКрэй, 1992: 49).

Открытость к опыту — это мера глубины, широты и вариативности воображения человека и его стремления к опыту. Фактор относится к интеллекту, открытости новым идеям, культурным интересам, образовательным способностям и творчеству, а также интересу к разнообразному сенсорному и когнитивному опыту. Люди с высокой открытостью к опыту имеют широкие интересы, либеральны и любят новизну.Сохранители с низкой открытостью опыту являются традиционными, консервативными и предпочитают знакомство (Howard & Howard, 1995).

Приятность Шкала связана с альтруизмом, заботой, заботой и эмоциональной поддержкой по сравнению с соперничеством, враждебностью, безразличием, эгоизмом, злобой и ревностью (Howard & Howard, 1995). Приятных людей можно охарактеризовать как альтруистических, мягких, добрых, отзывчивых и теплых (Costa & McCrae, 1992: 49).

Добросовестность — это мера целенаправленного поведения и степень контроля над импульсами.Добросовестность была связана с успеваемостью и, в частности, со стремлением к достижению. Сосредоточенный человек концентрируется на ограниченном количестве целей, но упорно стремится к их достижению, в то время как гибкий человек более импульсивен, и его легче переубедить от одной задачи к другой (Howard & Howard, 1995). Чем сознательнее человек, тем более компетентным, послушным, упорядоченным, ответственным и тщательным (Costa & McCrae, 1992: 49).

Влияние личности на информационное поведение

Одна традиция, изучающая личность в рамках LIS, описала типичные черты библиотекарей.При взаимодействии со своими клиентами дружелюбие, терпение и услужливость библиотекарей являются жизненно важными характеристиками для повышения доступности (Hatchard & Crocker, 1990). Афолаби ( 1996) показал, что библиотекари, как правило, общительны, любознательны и предприимчивы по отношению к своей личности, в то время как студенты LIS были описаны как доминирующие, расслабленные, чувствительные и незащищенные ( Goulding et al. , 2000). Библиотекари склонны оценивать как интровертов, чувствующих, думающих и судящих по шкале Майерс-Бриггса.Этот тип личности можно охарактеризовать как застенчивый, приземленный, логичный и организованный (Agada, 1998; Scherdin, 1994). Webreck et al. (1985) аналогичным образом описал библиотекарей как обычно интровертированных и организованных, но показал, что возраст, стаж работы и положение библиотекарей имеют большее значение для их информационного богатства.

Kernan & Mojena (1973) изучали использование студентами университетов информации в процессе решения проблем. Результаты показали, что использование информации участниками может быть сгруппировано в три группы в соответствии с их информационным поведением и личностью.Ритуальная группа использовала значительный объем информации при решении своих проблем. Они были ответственными и настойчивыми, но не доверяли себе и другим. Настойчивый характер и сомнение в собственных силах заставляли их преувеличивать поиск информации. Эффективная группа получила средние результаты как по количеству поиска информации, так и по баллам личностных качеств. Отважная группа использовала только 15% доступной информации, что составляет около трети количества, используемого ритуальной группой.Эти студенты были склонны к риску, уверены в себе, доминантны и общительны по отношению к своей личности. У них было большое отвращение к рутине.

Киртон (1989) описал два противоположных способа решения проблем, принятия решений и творчества; адаптеры и новаторы. Адаптеры склонны принимать общепризнанные теории, политики и парадигмы, тогда как новаторы хотят создавать свои собственные модели и подвергать сомнению существующие парадигмы. Адаптеры хотят делать вещи лучше, а новаторы — по-другому.Адаптеры имеют тенденцию быть догматичными, замкнутыми, сознательными и тревожными, в то время как новаторы открыты для новых влияний, экстравертны и более уверены в себе, чем адаптеры (предыдущее исследование, рассмотренное в Kirton, 1989: 31). Если бы эти описания личности были связаны с пятифакторной моделью (Costa & McCrae, 1992 ) сочетание черт адаптера может быть сочетанием нервозности, интроверсии, консервативности и сознательности, в то время как сочетание экстраверсии, открытости опыту и эмоциональной устойчивости будет характерно для новаторов.

Палмер (1991) проверил влияние личности, измеренное с помощью опросника адаптации и инноваций Киртона (Киртон, 1989), на поведение ученых при поиске информации. Она обнаружила, что новаторы обычно ищут информацию широко, с энтузиазмом и используют множество различных источников информации. Адаптеры были уязвимы для социального давления и авторитета, склонны к подчинению и сомневались в своих способностях. Кроме того, они были более контролируемыми, методичными и систематическими в поиске информации.

Теория «распространения инноваций» показала, что в то время как новаторы стремятся познакомиться с новыми идеями и методами, подавляющее большинство скептически и осторожно относятся к нововведениям. Стремление адаптировать инновации можно описать как непрерывную цепочку от новаторов до отстающих (Rogers & Scott, 1997). ). Рискованные, харизматичные, ориентированные на достижения, стойкие, целеустремленные и уверенные в себе люди имеют склонности, которые делают их новаторами (Howell & Higgins, 1990).Конференции, семинары и веб-сайты являются важными источниками информации для новаторов в их поисках последних достижений (Jacobsen, 1998: 3).

Признано, что различия в личности влияют на поиск в базе данных и являются важным фактором, который следует учитывать при разработке систем IR (Borgman, 1989). Хотя длительный опыт поиска в базе данных обычно снижает влияние личности, застенчивость и низкая самооценка могут поначалу отрицательно сказаться на результатах поиска (Bellardo, 1985).Оценка и ожидания собственных способностей часто оказывают большее влияние на производительность, чем фактические навыки, которыми человек обладает. Объяснительный стиль (Bandura, 1986) может, следовательно, влиять на поведение при поиске информации. Если поисковики считают вероятным, что они не выполнят поисковую задачу, это влияет на их дальнейшие действия. Они могут прервать поиск слишком рано, не сделать заметки или ввести неточный ключ. Те, кто рассчитывает на успех в поисковой задаче, более эффективны и адаптивны, чем те, кто сомневается в своей способности выполнить задачу.Чем меньше компетентности вы ожидаете от себя, тем меньше усилий вы готовы приложить (Nahl, 1996).

Надежные люди конструктивно и позитивно относятся к информации и ценят большой отзыв. Чем безопаснее люди, тем активнее они ищут информацию. Они более восприимчивы к новой информации и готовы к возможным изменениям. У них гибкая когнитивная структура, и они больше приспособлены к изменяющемуся миру (Miculincer, 1997). Finley & Finley (1996) отметили, что положительное отношение к новизне коррелирует с положительным отношением к Интернету и его использованию.Неуверенным людям часто бывает трудно справиться с непредсказуемостью, беспорядком и двусмысленностью в поисковых системах. Они имеют тенденцию завершать процесс поиска как можно скорее, что может привести к преждевременным решениям, основанным на недостаточной информации. Неуверенные люди с меньшей вероятностью изменят свои взгляды и примут новую информацию, которой они являются (Miculincer, 1997). Эта незащищенность может быть связана с невротизмом. Нервозность действительно может быть препятствием для получения информации. Одно исследование показало, что нервозность является препятствием для поиска информации для 20% больных раком, которые нуждались в информации (Borgers et al., 1993).

Следствие

Вопросы для исследования

Это исследование было направлено на изучение влияния пяти параметров личности на информационное поведение. Теоретическая основа в первую очередь опирается на исследования поведения пользователей. Модель информационного поведения Уилсона особенно актуальна для исследования, поскольку она признает важность психологических факторов ( Уилсон, 1981; Уилсон и Уолш, 1996). Информационное поведение включает внутренние процессы и внешние факторы, которые влияют на поиск информации и влияют на то, как люди реагируют на их информационные потребности (Wilson, 1997).В настоящем исследовании личность анализировалась в связи с пятифакторной моделью, которая описывает пять основных параметров личности (Costa & McCrae, 1992).

Общая цель исследования состояла в том, чтобы выяснить, можно ли объяснить информационное поведение личностями.

Конкретные вопросы исследования были следующие:

  • Как невротизм влияет на информационное поведение?
  • Как экстраверсия влияет на информационное поведение?
  • Как открытость опыту влияет на информационное поведение?
  • Как согласие влияет на информационное поведение?
  • Как добросовестность влияет на информационное поведение?

Метод

В данной статье представлены результаты более крупного исследования, в котором изучалось влияние личности и подхода к изучению на поведение студентов при поиске информации ( Хайнстрем, 2002 г. ).В этой статье будут описаны только результаты, относящиеся к личностным качествам.

Материал был собран в период с января по май 2000 года. Респондентами были 305 студентов университетов, которые писали магистерскую диссертацию в университете Або Академи в Финляндии. Респонденты представляли все факультеты университета.

В этом исследовании личность была проверена с помощью пятифакторной инвентаризации NEO (NEO FFI), которая представляет собой сокращенную версию Пересмотренной инвентаризации личности NEO (NEO PI-R), основанной на пятифакторной модели личности (Costa & McCrae, 1992).Каждая из пяти личностных черт измеряется двенадцатью пунктами, что в сумме составляет шестьдесят пунктов. Пункты представляют собой утверждения, измеряемые по пятибалльной шкале, которые образованы двумя полюсами: от «категорически не согласен» до «полностью согласен». Суммируются баллы по двенадцати пунктам, которые измеряют каждую черту, и каждый респондент получает необработанный балл по каждой из личностных черт. Затем исходные баллы преобразуются в баллы Т с помощью формы профиля на листе ответов. Т-баллы учитывают половые различия на основе нормативных выборок.Надежность шкал в популяции настоящего исследования была проверена с помощью альфа Кронбаха и дала следующие результаты; невротизм (0,87), экстраверсия (0,83), открытость опыту (0,70), уступчивость (0,77) и сознательность (0,81).

Анкета, измеряющая поведение при поиске информации, была разработана для этого конкретного исследования. Он состоял из семидесяти вопросов о том, как студенты обычно ищут информацию. Анкета была на шведском языке. Вопросы начинались с справочной информации.Затем вопросы перешли к темам поиска информации, таким как критическая оценка информации, трудности в оценке релевантности, критерии выбора документов, опыт нехватки времени как препятствия для информации, случайное обнаружение информации и усилия, затрачиваемые на поиск информации.

Результаты исследования оценивались с помощью вопроса самооценки в анкете для поиска информации, где студентов просили указать, получают ли они в целом удовлетворительные, хорошие или отличные оценки.Использование самоотчетов вместо более надежных оценок оценок было основано на вере в способность людей правдиво объяснять свое поведение. Это убеждение лежит в основе использования анкет в целом и было дополнительно усилено нормальным распределением ответов на вопросы.

Суждение о критической информации было измерено семью утверждениями по шкале Лайкерта, например: То, что опубликовано в книгах, — это факты, которым можно доверять. Вопросы, которые измеряли критическое мышление, были затем объединены в шкалу критического суждения, которая имела нормальное распределение ответов.

Трудности в оценке релевантности были измерены следующим утверждением по шкале Лайкерта: Многое из того, что я прочитал, написано таким образом, что трудно понять, что является важным .

В этом исследовании выбор документов рассматривался с точки зрения того, предпочитают ли студенты получать информацию, подтверждающую предыдущие идеи, или документы, которые вдохновили на новое мышление. Это было измерено двумя вопросами. В первом вопросе студентов спрашивали, предпочитают ли они документы, подтверждающие их собственные мысли о предмете, или документы, дающие новые идеи.Второй вопрос касался того, предпочитают ли респонденты материал, который открывает новые перспективы для их областей обучения, или документы, которые уже признаны и приняты в их областях обучения. Эти вопросы были объединены в две переменные для дальнейшего анализа; ищем новые взгляды и ищем подтверждения старых взглядов.

Давление времени как барьер для информации было измерено следующим утверждением шкалы Лайкерта: Иногда у меня просто нет времени искать информацию.

Случайное обнаружение информации было измерено следующим утверждением шкалы Лайкерта: Иногда мне попадается информация, даже если я не ищу ее сознательно .

Сколько усилий студенты были готовы приложить к поиску информации, было измерено десятью утверждениями по шкале Лайкерта. В этих утверждениях учитывалось, например, сколько времени и денег студенты готовы посвятить своей дипломной работе. Вопросы, которые измеряли усилия при поиске информации, были объединены в шкалу усилий, которая имела нормальное распределение ответов.

Результаты

Окончательный общий процент ответов составил 67%. На вопросы анкеты ответили 209 женщин (68%) и 89 мужчин (29%). Семь респондентов предпочли не указывать свой пол. Женское большинство отражает общую половую структуру в Университете Бо Академи, где 61% студентов составляют женщины и 39% — мужчины (кратко о Бо Академи 2000, брошюра). Возраст респондентов варьировал от 21 до 52 лет. Средний возраст составлял 25 лет, а средний возраст — 28 лет (0 = 28, sd = 12.58) лет.

222 студента находились на начальном этапе (разработка плана исследования и чтение справочного материала), 247 студентов находились на этапе сбора данных (планирование сбора данных, сбор данных и анализ данных) и 126 студентов на заключительном этапе (интерпретация результаты и заключительный этап) диссертации.

Данные были проверены на нормальное распределение, а результаты в основном проанализированы с помощью корреляционного анализа. Поскольку в этой статье основное внимание уделяется влиянию личностных качеств на поиск информации, особое внимание уделяется конкретному соотношению между этими двумя переменными.В более широком анализе личностные черты использовались как независимые переменные и сравнивались в регрессионном анализе с влиянием учебного подхода студентов, дисциплин, к которым они принадлежали, и стадии диссертационного процесса (Heinström, 2002). Эти анализы подтвердили результаты корреляции, представленные в таблице 2. В этой таблице представлены только значимые результаты.

16
p = 0,008
Таблица 2. Корреляционный анализ Пирсона информационного поведения и личностных качеств
Личность
Поведение при поиске информации Невротизм Экстраверсия Открытость Приятность Сознательность
Трудности релевантности r = r = -. 13
p = 0,03
r = -. 18
p = 0,002
r = -. 20
p = 0,001
Время давление как барьер
к информации
r = 0,14
p = 0,02
r = -. 12
p = 0,04
r = -. 18
p = 0,002
r = — .15
p = .01
Подтверждение предыдущих знаний r = -. 13
p = .02
r = -. 11
p =.07
r = -. 14
p = 0,01
Оценка критической информации r = 0,23
p = 0,0001
r = -. 24
p = .0001
Стремление получить новые идеи из
полученной информации
r = 0,17
p = 0,007
r = 0,11
p = 0,07
r = .14 ​​
p = 0,01
Усилие r =.19
p = 0,002
r = 0,18
p = 0,003

Корреляционный анализ показал, что затруднение определения актуальности информации связано с небрежностью (низкой сознательностью), соревновательная (низкая покладистость), чувствительная (высокий невротизм) и консервативная (низкая открытость) личность.

Переживание цейтнота было связано с легкомысленным (низкая сознательность), интровертом (низкая экстраверсия), чувствительной (высокий невротизм) и соревновательной (низкая покладистость) личностью.

Предпочитает получать информацию, подтверждающую, что предыдущие знания были отрицательно связаны с экстраверсией, открытостью опыту (хотя и незначительно) и добросовестностью. Можно сказать, что интровертная, консервативная или легкомысленная личность предпочитает информацию, подтверждающую предыдущие знания. Между предпочтением подтверждающей информации и высоким уровнем невротизма была несущественная связь.

Критическое мышление было связано с открытым и откровенным (мало уступчивым) характером.

Стремление к новым идеям было характерно для общительных, открытых и сознательных студентов. Более того, экстравертные студенты часто находили полезную информацию просто случайно (r = 0,14, p = 0,02) или из неофициальных источников, таких как учителя и друзья (r = 0,11, p = 0,06). Между открытостью опыту и случайным открытием информации была несущественная связь.

Усилия связаны с сознательностью и открытостью опыту. Добросовестность связана с общей готовностью много работать, что находит свое отражение в поиске информации.Открытость к опыту связана с любопытством и интересом к изучению нового, что также требует усилий при поиске информации. Между тенденцией отказываться от поиска в базе данных, если ничего не было немедленно найдено, и высоким уровнем невротизма была несущественная связь.

Корреляционный анализ далее показал, что сознательность (r = 0,15, p = 0,01) и открытость опыту (r = 0,13, p = 0,03) были связаны с хорошими результатами исследования, тогда как экстраверсия показала тенденцию к отрицательной корреляции. (г = -.10, p = 0,08) с результатами исследования. Другими словами, кажется, что эффективность сознательных студентов, а также любопытство и желание учиться у открытых студентов улучшают результаты обучения.

Обсуждение

В следующем обсуждении будет изучено влияние пяти параметров личности на информационное поведение респондентов путем представления каждого параметра характеристики в отдельном разделе. Важно помнить, что многие особенности поиска информации и, что более важно, многие объясняющие переменные, которые влияют на поиск информации, выходят за рамки статьи.Хотя результаты показали, что черты личности действительно влияют на информационное поведение, признается более широкий спектр влияющих факторов.

Невротизм

Невротизм — уязвимость к негативным эмоциям — был связан с предпочтением подтверждать информацию, ощущением, что нехватка времени является препятствием для поиска информации, трудностями с оценкой релевантности и небезопасностью при поиске в базе данных. Эти связи предполагают, что отрицательная эмоциональность может стать препятствием для успешного поиска информации.Это влияние, по-видимому, связано с личностными наклонностями, а также с временными состояниями тревоги (как ранее было показано Ford et al. , 2001).

Поскольку отрицательные эмоции потребляют энергию и отвлекают внимание, отрицательная эмоциональность может быть первоначальным препятствием для успешного поиска в базе данных. Если поисковики предвидят аналогичные закономерности в будущих поисках, это может вызвать цепную реакцию психологических барьеров. Чувство тревоги, как правило, вызывает реакцию бегства на угрожающую ситуацию, в которой есть история неудач (Revelle, 1995).Оценка и ожидания собственных способностей часто более влияют на производительность, чем фактические навыки, которыми человек обладает (Bandura, 1986). Неуверенность и сомнение в собственных способностях могут привести к незначительным усилиям и настойчивости в поиске информации (в соответствии с Miculincer, 1997; Нахль, 2001). Действительно, было показано, что студенты с высокой эмоциональной нестабильностью отказываются от поиска информации в базах данных, если они ничего не получают по своим первоначальным запросам. Причиной отказа от поисков могут быть сомнения в собственных силах и предыдущая история неудач.В других случаях причина низкой настойчивости поиска в базе данных может быть более прагматичной — нехватка времени.

Нехватка времени может быть реальностью, но люди также могут различаться в зависимости от того, насколько сильно они воспринимают нехватку времени и как они действуют в соответствии с ней. Поскольку ощущение нехватки времени связано со стрессом, было интересно отметить, что, в частности, учащиеся с высокой эмоциональной нестабильностью испытывали нехватку времени как препятствие для получения информации. Исследования показали, что работоспособность людей с высоким уровнем невротизма снижается в стрессовых ситуациях ( Коста и МакКрэй, 1992: 14).Таким образом, эмоционально нестабильные люди более уязвимы перед тяжелым испытанием ограничений по времени, что снижает их усилия по поиску информации.

Помимо нехватки времени, еще одной частой причиной стресса в наше время является постоянный поток новой информации. Независимо от того, есть ли у вас элементарная неуверенность в том, что важно или нет, новая информация может показаться слишком сложной. Было показано, что студенты, столкнувшиеся с проблемами релевантности, предпочитают документы, подтверждающие старые знания, новым документам, заставляющим задуматься.Студенты с высоким уровнем невротизма более уязвимы для множества противоречивых сообщений и, соответственно, предпочитают менее запутанную информацию. Это способ повышения чувства контроля и уверенности в достаточном количестве актуальных знаний, что особенно актуально для незащищенных людей. Предыдущие исследования показали, что чем более безопасны люди, тем активнее они ищут информацию и тем лучше они способны принимать новую информацию (Miculincer, 1997). Самоуверенность и уверенность связаны с внутренней безопасностью, благодаря которой новизна кажется менее опасной.

В начале процесса поиска информации обычно успокаивается информация, относящаяся к предыдущим знаниям. Это уменьшает чувство тревоги, которое является обычным явлением на этой запутанной стадии, когда большая часть обнаруженной информации является незнакомой (Kuhlthau, 1993: 116-117). Кюльтау показал, что состояние тревоги может быть связано с предпочтением знакомого содержания документа. Признак тревожной уязвимости, невротизм, в настоящем исследовании был связан с предпочтением документов, подтверждающих предыдущие идеи.Это показывает, что предрасположенности личности могут объяснить склонность и предпочтение определенного информационного содержания на всех этапах.

Поскольку диапазон отрицательных эмоций, связанных с высоким уровнем невротизма, может показаться обескураживающим в отношении успешного поиска информации, следует отметить, что временные состояния беспокойства и неуверенности в некоторых обстоятельствах могут повысить производительность. Хотя сильные отрицательные эмоции могут отвлекать внимание от реальной задачи и, таким образом, снижать производительность, они также могут быть средством концентрации на знакомых задачах и, таким образом, фактически повысить производительность.Сдерживающее или усиливающее влияние возбуждения на производительность можно изобразить как U, где внизу находится оптимальный уровень возбуждения. Возбуждение, которое превышает или опускается ниже этого уровня, отрицательно влияет на производительность (Crozier, 1997: 123-141). Следовательно, возможно, что определенный уровень возбуждения, даже связанный с отрицательными эмоциями, на самом деле может повысить концентрацию также и на задачах поиска информации. Одним из способов решения более серьезных проблем и опасений неудач могло бы стать повышение тематических и процедурных знаний по мере развития навыков информационной грамотности.

Экстраверсия

Экстраверсия была связана с поиском неформальной информации, а также с предпочтением документов, дающих пищу для размышлений, над документами, подтверждающими предыдущие идеи.

Экстравертные студенты обладают энтузиазмом, активностью и уверенностью в себе, что нашло отражение в их поиске информации. Эти энергичные и общительные студенты хотели найти много информации, но при этом не очень систематизировали ее поиски. Их информационные стратегии характеризовались быстрыми решениями и использованием социальных способностей.Уходящие студенты часто обращались к учителям, руководителям и друзьям как к источникам информации. Руководители и учителя являются хорошими источниками прямых указаний и предложений по литературе, в то время как сокурсники предоставляют возможность неформальной обратной связи и обмена идеями. Уходящие студенты особенно приветствовали обсуждения или документы, которые открыли новые перспективы в их предметной области. Предыдущие исследования показали, что библиотекари часто не хотят «беспокоить» библиотекарей информационными запросами (Onwuegbuzie & Jiao, 1998). ).Эта нерешительность вряд ли будет сдерживать уходящих студентов, поскольку социальное взаимодействие является важной частью их информационного поведения.

Информационно-поисковая активность экстравертов не обязательно означает активность также и в использовании информации. Очевидно, что обширный сбор информации не ведет к глубокому анализу и извлечению уроков из информации, по крайней мере, в оценках. В настоящем исследовании было показано, что экстраверсия оказывает негативное влияние на оценки (результаты совпадают с данными De Raad & Schouwenburg, 1996).Экстравертные, общительные студенты, скорее всего, предпочтут посвящать свое время общественной деятельности, а не учебе (как показывает МакКаун и Джонсон, 1991 г. ).

Открытость к опыту

Открытость к опыту была связана с широким поиском информации, случайным получением информации, критической оценкой информации, предпочтением документов, заставляющих задуматься, вместо документов, которые подтверждали предыдущие идеи и усилия при поиске информации.С другой стороны, консервативность была связана с проблемами с оценкой релевантности и предпочтением документов, которые подтверждали предыдущие идеи, а не заставляли задуматься

Результаты настоящего исследования показали, что открытые студенты прилагают много усилий для поиска информации и предпочитают извлекать широкий спектр связанных документов в результате поиска информации, а не только несколько точных. Если ключевым фактором, стоящим за активным поиском информации экстравертированными студентами, была энергия, интеллектуальное любопытство является мотивирующим фактором, стоящим за широким поиском информации открытыми студентами.Открытые люди интеллектуально любопытны и любят играть с теориями (Costa & McCrae, 1992: 15). Чем выше вовлеченность и интерес, тем сложнее и глубже потребность в информации (Dunn, 1986). В то время как экстравертные студенты часто получали низкие оценки, студенты с высокой степенью открытости опыту были более успешными в учебе (в соответствии с De Raad & Schouwenburg, 1996). Это подчеркивает, насколько решающей является мотивация поиска широкой информации для ее использования и результатов.Необходимость интеллектуального анализа отражается в углубленном изучении содержания, что, в свою очередь, приводит к хорошему результату исследования.

Приглашающее и открытое информационное отношение особенно важно на этапе инициации. Обычно настроения меняются в зависимости от потребности в информации, но есть также тенденции к стилистической устойчивости настроений (Kuhlthau, 1993: 118–119). Открытые студенты, обладающие богатым воображением, изобретательными, творческими, любопытными и нестандартными (Costa & McCrae, 1992), проявляют признаки врожденного интереса к новым идеям.Они ищут источники вдохновения в широком диапазоне источников. И характеристики, и модель поиска открытых студентов можно сравнить с новаторами (в соответствии с Якобсеном, 1998; Киртон, 1989: 31; Палмер, 1991).

Открытым ученикам присуще «сканирование окружающей среды» в их любопытстве и гостеприимном отношении к жизни, что объясняет, почему они часто случайно обнаруживают полезную информацию. Эрделез (1997) ранее высказывал предположения о возможности того, что такие черты личности, как любопытство, стремление к исследованиям и многочисленные интересы, увеличивают вероятность случайного получения полезной информации.Поэтому было интересно отметить, что студенты, для которых характерна открытость опыту, были наиболее открыты для случайного открытия информации. Открытые люди имеют широкие интересы и стремление к исследованиям, предложенные Эрделесом. Результат настоящего исследования, следовательно, предполагает, что черты личности действительно увеличивают вероятность получения информации.

Открытые люди нестандартны и готовы задавать вопросы властям (Costa & McCrae, 1992: 15).Эти характеристики составляют хорошую основу для критической оценки информации. Критически настроенные и открытые студенты предпочитают извлекать широкий спектр информации, а не несколько точных, точно в цель. Это еще больше повышает осведомленность о различиях в интерпретациях, точках зрения и качестве контента. Любознательные и заинтересованные студенты, уверенные в своей способности критически анализировать информацию, не боятся нового информационного содержания, а скорее приветствуют его.

Мы могли видеть, что высокая открытость к опыту ведет к широкому и гостеприимному информационному подходу.Как тогда низкая открытость к опыту повлияет на поиск информации? Результаты показали, что консервативный персонаж, который хочет, чтобы все оставалось, как всегда, предпочитает знакомство новизне также в поиске информации. Консервативные студенты прилагали минимальные усилия в поиске информации и предпочитали извлекать лишь несколько точных документов вместо большого количества тесно связанных документов. Точный результат поиска вряд ли предложит новые сложные идеи, которых консервативные студенты хотят избежать.Это подразумевает осторожное отношение к поиску информации, ограниченное как по содержанию, так и по поведению. Консервативных студентов, предпочитающих подтверждение знакомых знаний, можно сравнить с адаптерами, не склонными к новым идеям и консервативными по своему характеру (Kirton, 1989). Соответственно, небольшая открытость к опыту в характере проявляется в небольшой открытости новой информации.

Консервативные студенты также выразили условность в своих критериях выбора документов.Они предпочитали четко и недавно написанные документы и обзоры, которые являются «стандартными» критериями качества, предположительно преподаются и рекомендуются учителями и руководителями. Их использование источников информации также казалось традиционным и консервативным, поскольку они в основном находили информацию в самых обычных источниках; печатные источники и групповые источники, например лекции. Они не проявили желания использовать более исследовательские источники информации, такие как СМИ или Интернет-источники.

Конкурентоспособность

Конкурентоспособность была связана с нехваткой времени как препятствием для поиска информации, проблемами с оценкой релевантности и компетентностью в критическом анализе информации.

Один из аспектов шкалы конкурентоспособности — нетерпеливость (Costa & McCrae, 1992 : 49). Если ученики нетерпеливы по характеру, маловероятно, что они будут уделять время поиску информации. Когда в конце концов им понадобится информация, они могут несправедливо почувствовать, что нехватка времени была препятствием, тогда как фактическим препятствием было то, что они не уделяли первоочередное внимание поиску информации при использовании времени. Тем не менее, важно иметь в виду, что нехватка времени просто может быть реальностью, когда единственным выходом является поспешный и поверхностный поиск информации.Поскольку для уверенности в суждении о релевантности потребуется время, чтобы познакомиться с темой с различных точек зрения, трудности с пониманием того, соответствует ли информация теме или нет, могут быть связаны с нетерпеливым характером конкурентоспособных студентов.

Настоящее исследование также показало связь между конкурентоспособностью и критическим анализом информации. Низкий уровень уступчивости (состязательности) полезен в академическом контексте, поскольку низкий уровень согласия формирует основу для скептического и критического мышления (Costa & McCrae, 1992: 15).

Добросовестность

Добросовестность была связана с предпочтением документов, заставляющих задуматься, а не документов, подтверждающих предыдущие идеи и усилия по поиску информации. С другой стороны, небрежность была связана с проблемами с оценкой релевантности, чувствуя, что нехватка времени была препятствием для поиска информации и предпочтения документов, которые подтверждали предыдущие идеи, а не заставляли думать документы

Добросовестные студенты были готовы приложить усилия — время, деньги и упорный труд — для получения необходимой информации.Одна из центральных черт добросовестности — это самоконтроль и способность выполнять задачи. Сознательные люди обладают сильной волей и полны решимости добиваться успехов, в том числе и в учебе (Costa & McCrae, 1992: 16). Структура и настойчивость, по-видимому, связаны с поиском усвоенной информации с небольшими проблемами. Эти студенты, кажется, знают, к чему стремятся, и готовы упорно трудиться, чтобы достичь этого. В целом, эти переменные, кажется, описывают поведение, связанное с поиском информации, к которому относятся серьезно.Исследование Kernan и Mojena (1973) показало аналогичную модель ответственных студентов, которые использовали большой объем информации для решения своих задач.

Не только сознательные студенты упорно трудились, чтобы найти полезную информацию. Они также усложняют свой анализ, поскольку предпочитают документы уважаемых авторов из признанных источников более легко усваиваемой литературе. Решимость в личности может быть решающим фактором в этом материальном предпочтении, поскольку знакомство с новыми идеями всегда требует анализа и пересмотра.Добросовестные студенты готовы ответить на этот вызов со своей обычной готовностью упорно трудиться. Эта настойчивость может оказаться полезной в академическом контексте. Добросовестные студенты действительно показали хорошие результаты в учебе (в соответствии с De Raad & Schouwenburg, 1996).

Доброжелательные студенты с низким уровнем сознательности часто выбирают источники информации на основе легкости доступа с минимальными усилиями и тщательностью. Этих студентов можно охарактеризовать как легко отвлекающихся, беспечных, импульсивных и торопливых (Costa & McCrae, 1992: 49).Информационные поиски легкомысленных людей демонстрировали признаки этой импульсивности, поскольку они скорее развивались постепенно, чем планировались. Информационный контент, подтверждающий предыдущие идеи, легче усваивается и поэтому особенно привлекателен для легкомысленного персонажа. В данном случае выбор источника информации больше руководствовался потребностью в быстрых ответах, чем намерением получить информацию для размышлений.

Выводы

Вклад настоящего исследования заключается, прежде всего, в акценте на важности рассмотрения индивидуальных паттернов поведения при поиске информации.Поскольку результаты показали, что поиск информации может быть связан с личностными чертами, исследование предполагает, что психологические механизмы, помимо когнитивных способностей (например, Ingwersen, 1996) и чувств (например, Kuhlthau, 1993), могут быть связаны с поведением, связанным с поиском информации. Это показывает, насколько человек зависит от процесса поиска информации, и насколько важно признать, что у каждого человека есть уникальный способ поиска информации.

Исследования, посвященные индивидуальным различиям, основаны на предположении, что понимание психологических механизмов должно учитывать различия между людьми, а также общие уровни производительности (Станков и др., 1995: 15). Обнаруживая связи между определенными чертами личности и определенным поведением, например поиском информации, мы можем получить более глубокое понимание психологического механизма, который влияет на привычки поиска информации.

Окончательное влияние личности на поиск информации зависит от уникального сочетания черт, которые отличают каждого человека. Чем больше черт, которые склонны к определенному информационному поведению, есть у человека, тем более вероятно, что он / она возьмет на себя такое поведение.В некоторых случаях противоречащие друг другу наклонности различных черт могут нейтрализовать влияние черт личности, тогда как в других ситуациях сильная личностная характеристика может доминировать и подавлять другие тенденции. Это имеет место, например, когда наиболее консервативный, но сознательный человек преодолевает свою осторожную склонность к подтверждению информации, предпринимая усилия для изучения новых сложных документов.

Результаты настоящего исследования указывают на важность изучения поведения при поиске информации с широкой точки зрения, как ранее указывал Уилсон (Wilson, 1997, 2000). ).Хотя закономерности и закономерности в поведении при поиске информации были обнаружены (например, Kuhlthau, 1993), всегда есть исключения из общей схемы, которые не учитываются в рамках моделей. Личностные различия — один из факторов, который может объяснить эти исключения. Предрасположенность личности далека от детерминированности, и человеческие реакции невозможно предсказать с уверенностью. Однако, если мы ищем шаблоны в личных характеристиках в дополнение к контексту, мы можем добавить еще одно измерение к нашему пониманию поведения, связанного с поиском информации.Предрасположенность человека взаимодействует с контекстными требованиями. Ядро личности останется прежним, хотя то, как она выражается и насколько сильно влияет на поведение, зависит от контекста. Если ситуация мотивирует достаточно контекстных переменных, они больше влияют на поисковое поведение, но в менее мотивирующих ситуациях, например, в нейтральных задачах, таких как распорядок дня или повседневная деятельность, личные характеристики, вероятно, будут иметь большее влияние (Allen & Kim, 2001).

Информационные стратегии, безусловно, можно изучить и изменить, но некоторые тенденции и привычки, как правило, сохраняются независимо от образования.Настоящее исследование указывало на личностные черты как на один из факторов, влияющих на это. Если, например, человек импульсивен и легок в обращении с персонажем, понятно, что это влияет на сбор информации, который может быть более спонтанным и менее структурированным, чем поиск сознательного и методичного человека. Привычки и предпочтения, безусловно, можно изменить, но это изменение не безгранично.

С учетом того, что существуют глубокие различия в способах поиска информации людьми и что эти привычки могут быть связаны с чем-то столь же стабильным, как личностные черты, становится ясно, что всех невозможно приспособить к одним и тем же процедурам поиска.Вместо этого необходимо развивать поисковые системы и информационные службы, чтобы лучше учитывать индивидуальные различия.


Отправляйте свои комментарии к этой статье в список обсуждения журнала — присоединяйтесь к IR-дискуссии


Список литературы

  • Афолаби, М. (1996). Типологическая теория Голландии и ее значение для библиотечного дела и библиотек. Развитие карьеры в библиотеке , 4 (3), 15-21.
  • Агада, Дж. (1998).Профилирование библиотекарей с помощью индикатора типа Майерса-Бриггса: исследования самовыбора и стабильности типа. Информационное образование, 16 (1), 57-69.
  • Аллен, Б.Л. И Ким, К.С. (2001). Человек и контекст в поиске информации: взаимодействие между когнитивными и задачами. Новый обзор исследований информационного поведения. , 2 , 1-16
  • Бандура, А. (1986). Социальные основы мысли и действия: социальная когнитивная теория .Энглвуд Клиффс, Нью-Джерси: Prentice Hall
  • Bellardo, T. (1985). Исследование характеристик онлайн-поисковиков и их связи с результатами поиска. Журнал Американского общества информационных наук , 36 (4), 241-250.
  • Blickle, G. (1996). Черты личности, стратегии обучения и производительность. Европейский журнал личности , 10 , 337-352.
  • Borgers, R., Mullen, P.D., Meertens, R., Rijken, M., Eussen, G., Plagge, I., Visser, A.P. и Blijham, G.H. (1993). Информационно-поисковое поведение онкологических больных амбулаторно: описание ситуации. Обучение и консультирование пациентов , 22 (1), 35-46.
  • Borgman, C. (1989) Не все пользователи информационно-поисковых систем равны: исследование индивидуальных различий. Обработка информации и управление , 25 (3), 237-251.
  • Bouchard, T.J. (1997).Когда двое встретятся. The Sciences , 37 (5), 52-57.
  • Byström, K. (2000). Влияние сложности задачи на взаимосвязь между полученными типами информации и используемыми источниками информации. Новый обзор исследований информационного поведения. , , 1 , 85-101.
  • Кеттелл, Р. Б. (1950). Введение в изучение личности . Лондон: Хатчинсон.
  • Costa, P.T. И McCrae, R.R. (1980). По-прежнему стабильна после всех этих лет: личность как ключ к некоторым проблемам в зрелом и пожилом возрасте . В П. Б. Балтес и О. Г. Брим (ред.). Продолжительность жизни, развитие и поведение . (3-е изд.) (Стр. 65-102). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Academic Press.
  • Коста П.Т. и МакКрэй Р.Р. (1992). NEO PI-R. Профессиональное руководство . Одесса, Флорида: Psychological Assessment Resources, Inc.,
  • Crozier, W. R. (1997). Индивидуальные ученики. Личностные различия в образовании. Лондон: Рутледж.
  • Де Раад, Б. и Шувенбург, Х.С. (1996). Личность в обучении и воспитании: обзор. Европейский журнал личности , 10 (5), 303-336.
  • Данн, К. (1986). Психологические потребности и связи с источниками в поведении студентов, ищущих информацию. Колледж и исследовательские библиотеки , 47 (5), 475-481.
  • Эрделез С. (1997). Встреча с информацией: концептуальная основа для случайного обнаружения информации. В П. Ваккари, Р. Саволайнен и Б. Дервин (ред.). Поиск информации в контексте: материалы международной конференции по исследованиям информационных потребностей, поиска и использования в различных контекстах. Тампере, Финляндия: 14-16 августа 1996 г., . (стр. 412-421). Лондон: Тейлор Грэм.
  • Финли К. и Финли Т. (1996). Относительная роль знаний и новаторства в определении отношения библиотекарей к использованию Интернета: подход моделирования структурного уравнения. Ежеквартальная библиотека , 66 (1), 59-83.
  • Форд, Н. (2000). Когнитивные стили и виртуальные среды. Журнал Американского общества информационных наук , 51 (6), 543-557.
  • Форд Н., Миллер Д. и Мосс Н. (2001). Роль индивидуальных различий в поиске в Интернете: эмпирическое исследование. Журнал Американского общества информационных наук и технологий , 52 (12), 1049-1066.
  • Форд Н., Уилсон Т. Д., Фостер А., Эллис Д. и Спинк А. (2002). Поиск информации и опосредованный поиск. Часть 4. Когнитивные стили в поиске информации. Журнал Американского общества информационных наук и технологий , 53 (9), 728-735.
  • Фрейд, С. (1996). Samlade skrifter. 1. Фрелснингар: ориентирование и психоанализ . В Д. Тительман (Ред.). Стокгольм: Natur och kultur
  • Гольдберг, Л. (1990).Альтернативное «описание личности»: факторная структура Большой пятерки. Журнал личности и социальной психологии , 59 (6), 1216-1229
  • Гулдинг А., Бромхам Б., Ханнабус С. и Крамер Д. (2000). Профессиональные персонажи: личность будущего информационного коллектива. Информационное образование , 18 (1), 7-31.
  • Hatchard, D.B. И Крокер К. (1990). Пользователи библиотеки — психологический профиль. Австралийские академические и исследовательские библиотеки , 21 (2), 97-105.
  • Heinström, J. (2002). Быстрые серферы, широкие сканеры и глубокие дайверы — поведение в поисках личности и информации. Åbo (Турку): Åbo Akademi University Press. (Докторская диссертация) Получено 3 октября 2003 г. с сайта http://www.abo.fi/~jheinstr/thesis.htm
  • Ховард П.Дж. и Ховард Дж. М. (1995). Краткое руководство по Большой пятерке: введение в пятифакторную модель личности для специалистов по кадрам . Шарлотта, Северная Каролина: Центр прикладных когнитивных исследований.
  • Хауэлл, Дж. М. и Хиггинс, К. А. (1990). Сторонники технологических инноваций. Административная наука Ежеквартально , 35 (2), 317-341.
  • Хамфрис, М. С. и Ревелл, В. (1984). Личность, мотивация и работоспособность. Теория взаимосвязи между индивидуальными различиями и обработкой информации. Психологический обзор , 91 (2), 153-184.
  • Ingwersen, P. (1982). Процедуры поиска в библиотеке — проанализированы с когнитивной точки зрения. Журнал документации , 38 (3), 165-191.
  • Ingwersen, P. (1996). Когнитивные перспективы информационно-поискового взаимодействия: элементы когнитивной теории IR. Журнал документации , 52 (1), 3-50.
  • Якобсен, Д. М. (1998). Модели усыновления и характеристики преподавателей, которые интегрируют компьютерные технологии для преподавания и обучения в системе высшего образования. Неопубликованная докторская диссертация, Университет Калгари, Департамент педагогической психологии, Калгари, Канада.Получено 3 октября 2003 г. с http://www.ucalgary.ca/~dmjacobs/phd/diss/
  • .
  • Юнг, К. Г. (1986). Ягет оч дет омедветна. (2-е изд.) Стокгольм: Wahlstrm & Widstrand
  • Kernan, J. B. & Mojena, R. (1973). Использование информации и личность. Журнал связи , 23 (3), 315-327.
  • Ким, К.-С. (2001). Поиск информации в Интернете: влияние переменных пользователя и задачи. Библиотечные и информационные исследования, 23 (3), 233-255.
  • Киртон, М. Дж. (1989). Теория когнитивного стиля. В М. Дж. Киртоне (Ред.). Адаптеры и новаторы. Стили творчества и решения проблем. (стр. 1-36). Лондон: Рутледж.
  • Kuhlthau, C.C. (1993). В поисках смысла: процессный подход к библиотечным и информационным услугам. Норвуд, Нью-Джерси: Ablex.
  • Леки, Г. Дж., И Петтигрю, К. (1997). Общая модель информационного поиска профессионалов: ролевая теория через черный ход? В П.Ваккари, Р. Саволайнен и Б. Дервин (ред.). Поиск информации в контексте: материалы международной конференции по исследованиям информационных потребностей, поиска и использования в различных контекстах. Тампере, Финляндия: 14 августа 1996 г. — 16 августа 1996 г. . (стр. 99-110). Лондон: Тейлор Грэм.
  • Лимберг, Л. (1998). Att ska information fr att lra . Гётеборг: Валфрид.
  • МакКаун, У. Г. и Джонсон, Дж. Л. (1991). Личность и хроническая прокрастинация студентов вузов во время академического экзаменационного периода. Личность и индивидуальные различия , 12 (5), 413-415.
  • МакКрэй, Р. Р. и Джон, О. (1992). Введение в пятифакторную модель и ее приложения. Journal of Personality, 60 (2), 174-214.
  • Miculincer, М. (1997). Стиль привязанности взрослых и обработка информации: индивидуальные различия в любопытстве и когнитивной закрытости. Журнал личности и социальной психологии , 72 (5), 1217-1230.
  • Нахл, Д. (1996). Аффективный мониторинг интернет-учащихся: воспринимаемая самоэффективность и успех. В С. Хардин (Ред.). Протоколы 59-го ежегодного собрания ASIS. Глобальная сложность: информация, хаос и контроль , 33 , 100-109.
  • Нахл, Д. (2001). Концептуальная основа для объяснения информационного поведения. Исследования по обучению медийной и информационной грамотности , 1 (2). Получено 3 октября 2003 г. из номера http: // www.utpjournals.com/jour.ihtml?lp=simile/issue2/nahlfulltext.html
  • Нейер, Ф.Дж. (2000). Как личность влияет на социальные отношения и выбор образа жизни ?. Доклад, представленный на 10 Европейской конференции по личности, 16-20 июля 2000 г., Краков, Польша.
  • Очолла Д. (1999). Понимание поведения ученых при поиске информации и общении. Международный обзор информации и библиотек , 31 (3), 111-143.
  • Onwuegbuzie, A.J. И Цзяо, Q.G. (1998). Взаимосвязь между библиотечной тревогой и стилями обучения среди аспирантов: значение для библиотечного обучения. Библиотечные и информационные исследования , 20 (3), 235-249.
  • Палмер, Дж. (1991). Ученые и информация. II. Личные факторы информационного поведения. Журнал документации , 47 (3), 254-275.
  • Phares, E.J. (1991). Введение в психологию .(3-е изд.) Нью-Йорк: Издательство Харпер Коллинз.
  • Пикеринг А. Д. и Грей Дж. А. (2001). Дофамин, подкрепление аппетита и нейропсихология обучения человека: подход индивидуальных различий. В A. Eliasz & A. Angleitner (Eds.). Успехи в исследовании индивидуальных различий . (стр. 113-149). Ленгерих, Германия: PABST Science Publishers.
  • Radecki, C.M. и Jaccard, J. (1995). Восприятие знаний, фактическое знание и поведение при поиске информации. Журнал экспериментальной социальной психологии , 31 (2), 107-118.
  • Ревелл, В. и Лофтус, Д. (1992). Значение эффектов возбуждения для изучения аффекта и памяти. В С.А. Кристиансоне (ред.) Справочник эмоций и памяти. Исследования и теория. (стр. 113-149). Хиллсдейл, Нью-Джерси: Лоуренс Эрлебаум Ассошиэйтс. Получено 3 октября 2003 г. с сайта http://pmc.psych.nwu.edu/revelle/publications/rl91/rev_loft_ToC.html
  • .
  • Роджерс, Э.М. и Скотт, К. Л. (1997). Распространение инновационной модели и информационно-пропагандистской деятельности из национальной сети медицинских библиотек в сообщества коренных американцев. (Проект документа, подготовленный для Национальной сети медицинских библиотек, Тихоокеанский Северо-Западный регион, Сиэтл.) Получено 3 октября 2003 г. из http://nnlm.gov/pnr/eval/rogers.html
  • Роу, Д. (1989). Теория личности и поведенческая генетика: вклад и проблемы. В Д. Басс и Н. Кантор (ред.). Психология личности. Последние тенденции и новые направления . (стр. 294-307). Нью-Йорк: Springer-Verlag.
  • Ryckman, R. (1982). Теории личности . (2-е / изд.) Монтерей, Калифорния: Брукс / Коул.
  • Scherdin, M. (1994). Да здравствует разница: изучение типов личности библиотекаря с помощью MBTI . В М. Шердине (Ред.). Библиотекари-открывающие: профили профессий . (стр. 125-156). Чикаго, Иллинойс: Ассоциация колледжей и исследовательских библиотек.
  • Соломон, П. (1997). Обнаружение информационного поведения в процессе создания смыслов: III. Персона. Журнал Американского общества информационных наук , 48 (12), 1127-1138.
  • Соломон, П. (2002). Обнаружение информации в контексте. В Б. Кронине (Ред.). Ежегодный обзор информационных наук и технологий , 36 , 229-264.
  • Станков, Л., Бойл, Г. Дж., И Кеттелл, Р. Б. (1995). Модели и парадигмы в исследованиях интеллекта. В Д. Саклофске и М. Зейднер (ред.). Международный справочник личности и интеллекта. (стр. 15-43). Нью-Йорк: Пленум.
  • Венкула Дж. (1988). Tietmisen taidot. Tieteelliseen toimintaan harjaantuminen yliopisto-opinnoissa. Философика-сарджа. Хельсинки: Gaudeamus.
  • Webreck, S., Fine, S. & Woolls, B. (1985). Влияние типа личности и организационного климата на получение и использование информации: тематическое исследование с участием профессиональных сотрудников четырех академических библиотек. Неопубликованная докторская диссертация, Университет Питтсбурга, Школа информатики, Питтсбург, Пенсильвания.
  • Уилсон, Т. Д. (1981). Об исследованиях пользователей и информационных потребностях. Журнал документации , 37 (1), 3-15.
  • Уилсон, Т. Д. (1997). Информационное поведение: междисциплинарная перспектива. В П. Ваккари, Р. Саволайнен и Б. Дервин (ред.). Поиск информации в контексте: материалы международной конференции по исследованиям информационных потребностей, поиска и использования в различных контекстах. Тампере, Финляндия: 14 августа 1996 г. — 16 августа 1996 г. . (стр. 39-50). Лондон: Тейлор Грэм,
  • Уилсон, Т. Д. (2000). Информационное поведение человека. Информационная наука , 3 (2), 49-56. Получено 8 октября 2003 г. из http://209.68.25.5/Articles/Vol3/v3n2p49-56.pdf
  • .
  • Уилсон, Т. Д., Форд, Н., Эллис, Д., Фостер, А., и Спинк, А. (2002). Поиск информации и опосредованный поиск. Часть 2. Неопределенность и ее корреляты. Журнал Американского общества информационных наук и технологий , 53 (9), 704-715.
  • Wilson, T. D., & Walsh, C. (1996). Информационное поведение: междисциплинарная перспектива. Лондон: Исследовательский и инновационный центр Британской библиотеки. (Отчет BLRIC 10). Получено 3 октября 2003 г. с сайта http://informationr.net/tdw/publ/infbehav/prelims.html
  • .

Найдите другие статьи по этой теме.

Как цитировать эту статью:
Хайнстрем, Дж.(2003) «Пять личностных измерений и их влияние на информационное поведение» Information Research , 9 (1) paper 165 [Доступно на http://InformationR.net/ir/9-1/paper165.html]




© автор, 2003.

Написать ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.