Какая бывает мимика у человека: Какая бывает мимика прилагательные. О чем говорят жесты, мимика и язык тела человека с точки зрения психологии? Жесты и мимика влюбленного мужчины

Содержание

Мимика. Психология общения и межличностных отношений

Мимика

Мимика — это сокращение различных мышц лица для выражения своих переживаний и отношения к чему— или кому-либо. Для понимания состояния и намерений собеседника важно следить за его мимикой. Мимика является одним из средств экспрессивного проявления эмоций. Последние контролируются правым полушарием, и поэтому труднее скрыть эмоции именно на левой стороне лица. Правда, положительные эмоции отражаются более или менее равномерно на обеих сторонах лица, но отрицательные эмоции более отчетливо выражены на левой стороне. Особенно экспрессивны губы и глаза человека. Последние, например, могут характеризоваться широкой раскрытостью или суженностью, блеском или тусклостью (что зависит от количества слезной жидкости, кровенаполнения сосудов слизистой оболочки), величиной зрачка. «Брови и рот по-разному изменяются при различных причинах плача», — говорил Леонардо да Винчи, а Л. Н. Толстой описал 85 оттенков выражения глаз и 97 оттенков улыбки.

Улыбка может выражать радость и доброжелательное отношение к человеку, поэтому писатель В. Солоухин справедливо отметил ее важную роль для взаимоотношений людей и их самочувствия: «Улыбка предназначена другим людям, чтобы им с вами было хорошо, радостно и легко. Это ужасно, если за десять дней тебе никто не улыбнулся и ты никому не улыбнулся тоже. Душа зябнет и каменеет». Однако улыбки бывают разные. Если человек допустил ошибку, он может виновато улыбаться, как бы прося извинения. Улыбка старшего может являться знаком одобрения поступка или действия ребенка. Улыбка может выражать дружелюбие, стремление войти в контакт. Но она может отражать и сарказм, иронию, и лицемерное дружелюбие, и превосходство человека (снисходительная улыбка). Улыбка может быть «дежурной», по сути обозначая безразличное отношение к человеку. При заискивании у человека может проявляться чрезмерная улыбчивость. Улыбка, сопровождаемая поднятием бровей, обозначает, как правило, готовность подчиниться, а улыбка с опущенными бровями выражает превосходство и стремление осуществлять социальный контроль (И. Атватер, 1983).

Неоднозначность толкования мимики относится и к другим выражениям лица: разлету бровей, движениям глазных яблок, прищуру век и т. п. Мимика может иметь универсальный характер (например, опущенные уголки губ свидетельствуют об отрицательных эмоциях, переживаемых человеком: гневе, презрении, страдании) и специфичный (например, суженные глазные щели при презрении и страдании). С другой стороны, одно и то же состояние может выражаться разными неспецифическими мимическими средствами. Так, гнев и радость могут выражаться как суженными, так и широко раскрытыми глазами. В этом случае для правильного распознавания эмоции требуются дополнительные признаки. Простые мимические признаки входят в состав мимических симптомокомплексов, отражающих различные сочетания положения глаз, губ, век, бровей (рис. 2.2), подвижность лица и его частей. Опознание эмоций зависит от участия в их отражении многих лицевых мышц.

По выражению лица можно предугадать намерения человека. Если человек в процессе общения занимает агрессивно-жесткую позицию, то он обычно смотрит собеседнику прямо в глаза, широко открыв свои, губы у него твердо сжаты, брови нахмурены, часто он при этом говорит сквозь зубы, почти не двигая губами. Если человек расположен к контактам, взаимодействию, то у него может быть легкая улыбка, миролюбиво изогнутые брови, отсутствие морщин на лбу, взгляд из-под прикрытых век. Один из американских психологов говорит, что продавец может угадать то, что у покупателя на уме. Если глаза покупателя опущены к земле, а лицо отворачивается в сторону, сделка не состоится. Напротив, если рот расслаблен, без вынужденной улыбки, подбородок выставлен вперед, то много шансов на то, что покупатель обдумывает сделанное ему предложение. Если его взгляд на несколько секунд встречается с взглядом продавца и при этом он улыбается легкой боковой улыбкой, то это означает, что он склоняется на сторону продавца. Наконец, если покупатель опускает голову, склоняясь к продавцу, улыбается расслабленно с энтузиазмом — покупка действительно будет сделана.

Рис. 2.2. Мимические симптомокомплексы

Дж. Фаст (J. Fast, 1978) отмечает, что из всех частей тела, которые используются для передачи информации, глаза являются самой важной и наиболее приспособленной для передачи наиболее тонких нюансов. Хотя глазное яблоко само по себе ничего не показывает, глаза оказывают эмоциональное воздействие благодаря тому, что они используются во взаимодействии с лицом. Они создали обманчивое представление о своих возможностях из-за того, что с помощью изменений в продолжительности взгляда, движения век, прищуривания и десятка других манипуляций, производимых кожей и глазами, можно передать почти неограниченное количество информации. Самым главным в управлении глазами является взгляд, который может быть мимолетным и упорным, настойчивым, скользящим по поверхности и острым, цепляющимся за каждый предмет, проникающим в душу, прямым и косым, взглядом украдкой, расчетливым или оценивающим, наблюдающим и спрятанным за прикрытыми ресницами.

Быстрый взгляд и опущенный взор говорят «Я тебе доверяю. Я тебя не боюсь» или что мы уважаем уединение человека и не думаем «глазеть» на него. С другой стороны, длительный, дольше времени, допустимого по нормам вежливости, взгляд используется, когда хотят «поставить человека на место». Длительный взгляд может означать осуждение, неодобрение (поведения, одежды, прически и т. п.).

Б. Аргайл (Argyle, 1983) рассматривает значение длительности контакта глаз общающихся друг с другом людей. Он в какой-то мере опровергает бытующее мнение, что люди, которые не смотрят нам в глаза, что-то скрывают. Он подсчитал, что люди смотрят друг на друга от 30 до 60 % всего времени общения. Он также заметил, что если два человека во время разговора смотрят друг на друга больше 60 % времени, то они, вероятно, более заинтересованы в самом собеседнике, чем в том, что они обсуждают (например, влюбленные или люди, готовые к драке). Б. Аргайл полагает также, что абстрактные мыслители стремятся к активному контакту глаз в отличие от тех, кто мыслит конкретными образами, потому что у первых больше способности к интегрированию поступающей информации и их труднее отвлечь.

Датский ученый Г. Нильсен выявил, снимая интервью на пленку, что человек, который чаще других глядел на своего интервьюера, отворачивался в сторону 27 % всего времени, занятого беседой. Человек, который реже смотрел на интервьюера, бросал взгляды в сторону 92 % времени. Половина людей смотрела в сторону 50 % того времени, которое ушло на интервью. Он обнаружил также, что люди больше склонны к контакту глаз, когда они слушают, чем когда говорят. Они отводят глаза также тогда, когда задаются вопросом, от которого чувствуют себя неудобно, ощущают вину. Многие люди начинают говорить, глядя в сторону от своих собеседников. Г. Нильсен полагает, что таким образом люди стараются создать себе условия, чтобы их ничего не отвлекало от их речи.

Экслайн и Винтерс (Exline, Winters, 1965) показали, что взгляд связан с процессом формирования высказывания и трудностью этого процесса. Когда человек только формулирует мысль, он чаще всего смотрит в сторону («в пространство»), когда мысль полностью готова — на собеседника. Если речь идет о сложных вещах, на собеседника смотрят меньше, когда трудность преодолевается — больше (Waid, Orne, 1981). Вообще, тот, кто говорит, меньше смотрит на партнера — только чтобы проверить его реакцию и заинтересованность. Слушающий же больше глядит в сторону говорящего, «посылая» ему сигналы обратной связи

(Argyle, 1983). Как показал Меграбян (Mehrabian, 1972), обмениваться взглядами очень важно для процесса общения и установления положительных отношений. В его эксперименте интервьюер брал интервью одновременно у двух человек, но смотрел преимущественно на одного. В результате тот, на которого смотрели больше, оценивал интервьюера более положительно, а тот, на кого смотрели мало, — более негативно, считая при этом, что то, что он говорил, было ему не интересно.

По данным Р. Экслайна, женщины чаще смотрят на интервьюеров, чем мужчины. Когда людей расспрашивали об их личных проблемах, они смотрели на интервьюера не столь часто, как в тех случаях, когда их расспрашивали об отдыхе, интересе к литературе и спорту. Когда кто-то смотрел в сторону, это означало, что он еще не закончил свое объяснение и не хочет, чтобы его прерывали. Если его глаза скрещивались с глазами партнера по общению, то таким образом он подавал сигнал: «Вот что я хочу сказать. А что по этому поводу думаете вы?» Если слушающий собеседника человек глядит мимо него, то он подает сигнал: «Я не совсем удовлетворен тем, что вы сказали. У меня другое мнение». Возможна и другая интерпретация: «Я не хочу, чтобы вы знали, что я думаю по этому поводу».

Бердвистл перечислил 23 различных положения века, которые легко могли идентифицировать пять женщин. Однако все они пришли к выводу, что лишь четыре положения века (глаза открытые, приспущенные веки, косящий взгляд и плотно закрытые глаза) имеют какой-то смысл и несут определенную информацию. Сами же женщины смогли воспроизвести только пять положений век. Мужчины же смогли воспроизвести десять таких положений, а некоторые — и пятнадцать.

Некоторые специалисты утверждают, что в отношении бровей существует 40 позиций, но лишь меньшая их часть имеет смысловое значение. Соединение же движений век, бровей и лба создает бесчисленное количество различных комбинаций.

Экспрессия лица наиболее информативна при передаче правдивой информации и наименее информативна при передаче лживой информации (Mehrabian, 1972). Следовательно, когда человек хочет скрыть свои переживания или намерения, лицо становится малоинформативным, так как мимика довольно хорошо контролируется человеком, а главным источником информации для партнера является тело.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Какая бывает мимика у человека — Отношения

До сих пор в обществе крепко держится мнение, что физиогномика, графология, хиромантия, френология и тому подобные науки – наследие средневекового обскурантизма, что они не имеют ничего общего с истинной наукой и поэтому должны быть выброшены из современного знания как лишний и ни к чему не пригодный балласт.

И действительно, было время, когда такой суровый отзыв был отчасти справедлив – тогда эти науки, вместе с магией, астрологией, кабалистикой и другими, так называемыми оккультными знаниями, занимались предсказанием более или менее отдаленного будущего. Однако в наше время эти науки вошли в тесную связь с чисто положительными науками, каковы анатомия, физиология и антропология, и, пользуясь их данными, усвоили положительный метод исследования.

Особенно резко вырисовывается душа человека в его облике, или физиономии – недаром у народа сложилось представление о лице как о зеркале души. И в самом деле, наши привычки, наши стремления, наши страсти, словом все, что составляет нашу личность, наше «я» – все это отражается на лице, придавая ему ту или иную особенность, часто неуловимую, но бессознательно бросающуюся в глаза опытному наблюдателю.

Древнее искусство чтения по лицу зародилось тысячи лет назад во времена Желтого императора, когда оно применялось восточными целителями для диагностики болезней. Цель этой нетрадиционной медицины была – и есть – предупреждать проблемы со здоровьем и дать рекомендации в отношении питания, физических упражнений и медитации, с тем, чтобы остановить болезни, когда они едва проявились.

Это искусство просуществовало века, и его популярность основана на том факте, что оно способно помочь людям лучше понимать самих себя, коллег по работе, друзей и членов семьи.

Физиогномика

Физиогномика — это характерные черты и выражение лица человека. Лицо делится на три зоны –верхнюю, среднюю и нижнюю.

  • Интелектуальная — верхняя часть лица, она занимает весь лоб, начинается у линии волос и заканчивается линией бровей. Величина и форма лба определяют мыслительную деятельность и реальное понимание жизни.
  • Эмоциональная – средняя часть лица, включает в себя пространство ниже бровей до самого кончика носа, т.е. равна длине носа. Она отражает степень чувствительности, душевную глубину и внутреннее содержание.
  • Витальная – нижняя часть лица. Она начинается от линии ноздрей, состоит из губ, подбородка и дает представление об энергии человека, его любви к наслаждению и низменным инстинктам.

Поэтому, чтобы понять человека по лицу, нужно разобрать, какая зона из трех более ярко выражена, а узнав это, мы сможем предположить, что движет личностью – инстинктивность, эмоции или интеллект.

Главная мимическая зона лица – это область глаз. Ее выразительность обуславливают сокращение трех главных мышц: лобного брюшка затылочно-лобной мышцы, мышцы, сморщивающей брови, и верхней части круговой мышцы глаза, т. е. надбровной мышцей. Работа этих мышц обеспечивает зажмуривание глаз, их открытие и моделирование положения бровей и век. Функциональный резерв мимики здесь очень велик: от выражения сильной воли до растерянности и огорчения. Но, пожалуй, рельефнее всего бывает выражена мимика внимания.

Внешнее проявление внимания, конечно, требует мобилизации всех органов чувств, но при этом наиболее резко выделяется выражение глаз. По ним оценивается степень эмоциональной настроенности, по ним прочитывается уровень понимания происходящего. Опущенные вниз наружные углы глаз и концы бровей выражают грусть, поднятые вверх – сообщают лицу выражение радости. Сосредоточенность, воля безошибочно узнаются у субъекта, у которого взор фиксирован, мышцы лица напряжены, брови сдвинуты к переносице.

Если брови приподняты и сближены, а поперечные морщины на лбу, соединившись с продольными в форме греческой буквы «омега», сигнализируют о мучительной попытке сосредоточиться, то однозначно можно говорить о выражении скорби. Такой рисунок морщин типичен для лица меланхоликов – «омега меланхоликов».

По движению глаз можно прочитать горе, удовольствие, ярость, симпатии, принуждение. Движения глаз участвуют в поддержании контакта с собеседником. По характеру взора можно судить о намерении собеседника, об этапах разговора, об уровне отношений. Глазами можно выразить одобрение, согласие, запрет, разрешение, поощрение.

При анализе выражения глаз учитываются их величина, направление взора, состояние век, складок вокруг глаз, положение бровей. В спокойной обстановке приподнятые брови, горизонтальные морщины на лбу и раскрытие глаз придают лицу удивленное выражение. Сведение бровей указывает на погруженность в размышления, в решение сложной задачи.

Пристальное внимание и полное понимание происходящего немыслимы без фиксированного сосредоточенного взгляда. Наоборот, блуждающий взор отмечается у людей, которых не интересует суть вопроса: такой взгляд свидетельствует также о нетерпении, равнодушии, разочаровании.

Неспособность сосредоточить взгляд на чем-то конкретном («бегающие глаза»), даже в ответ на призыв к вниманию, заставляет предполагать эмоциональную неуравновешенность, неподготовленность к последовательному, логическому мышлению.


ень темпераментных людей с сангвиническим характером отличает живой взгляд, гармонически сочетающийся с игрой мимических мышц. У сильно уставших людей взгляд тяжелый, вялый, подчас бессмысленный. То он обращен вдаль, то вниз, брови сведены, на лбу образуются вертикальные складки.

Для точного суждения об эмоциональном состоянии человека необходимо принимать во внимание все компоненты мимики. Так, при сильном возбуждении напряженные веки, расширенные зрачки сочетаются с растяжением крыльев носа и сжатием челюстей. Дальнейшая чрезмерная концентрация внимания может сопровождаться открытием рта. Человек как бы прислушивается к чему-то, в этом случае его больше устраивает дыхание через рот.

Органы, нагружаемые в большой степени и натренированные на определенную, специфическую мимику, отмечаются лучшей способностью выполнять привычные для них функции. Это относится в первую очередь к глазам, которыми управляют непроизвольные мышцы (радужки и цилиарного тела), и произвольные, подчиненные III, IV, VI и VII черепным нервам. Блеск и выразительность взгляда делают глаза важными детекторами жизнерадостности и дееспособности личности.

Эмоциональные нюансы улавливаются еще по направлению и стабильности взора. У человека в состоянии задумчивости взор обращен вдаль. Глубина восприятия согласуется с устойчивым взором в направлении изучаемого объекта. Представляется типичным твердый взгляд субъекта, оценивающего или проверяющего какой-либо предмет.

Направление взора зависит от сокращения мышц глазного яблока. При сокращении верхней прямой мышцы глаза на лице можно прочесть выражение гордости, удивления, благочестивого смирения. Выражение чувства стыда, печали, угнетения обусловлено сокращением нижней прямой мышцы глаза, когда глазные яблоки поворачиваются книзу. При сокращении наружной прямой мышцы глаза на лице появляется мимика презрения: взор отводится в сторону, сокращение медиальной прямой мышцы глаза способствует выражению вожделения.

Направление взора при общении людей нередко отражает субординацию. Лица, занимающие зависимое положение, часто прячут свой взгляд. Психологическая неуравновешенность порождает неустойчивость взора (стремление отводить взгляд, прятать глаза). Функциональные расстройства нервной системы также сопровождаются нестабильностью взора. Переменчивость взора – один из составных элементов мимики.

Мимика

Мимика – интегральный процесс. В нем участвуют реакции отдельных мышц, однако они связаны общим основанием, единой целенаправленностью. Если на лице у человека появляется естественная улыбка, то состояние удовлетворения, радости, восторга одновременно отражается и в других чертах лица. Они объединяются в единый комплекс по закону соответствия. Очевидно, что эмоциональное состояние человека не может получить отражения только в какой-либо одной зоне лица. Обязательно в выражение эмоций включается весь ансамбль лица.

Форма лица наследуется, она отражает генетические признаки, входит в комплекс конституциональных признаков. Генетическая обусловленность реакций лицевых мышц, выражающих эмоциональные переживания, подтверждается ранним созреванием их двигательных комплексов. Все мышцы лица, необходимые для выражения эмоций, формируются у плода уже к 15-18-й неделе жизни. А к 20-й неделе у эмбриона можно наблюдать мимические реакции. К моменту рождения ребенка механизм лицевой экспрессии уже полностью сформирован и может быть использован в общении. На врожденный характер мимики указывает и ее сходство у слепого и зрячего младенцев. Но с возрастом у слепорожденного ребенка реактивность лицевых мышц угасает.

В течение жизни человек приобретает новые черты лица под влиянием речи, восприятия, болезней, профессии. Мимический склад лица тоже изменяется, отражая признаки всех предшествующих мимических процессов. Условия жизни (климатические, материальные, социальные, семейные) значительно влияют на мимический облик личности.

Изменения мимики лица в течение жизни обусловлены особенностями мимической мускулатуры.


отличие от всех мышц тела человека, мимические мышцы по их анатомическому строению и функции являются уникальными и отличаются как от поперечнополосатой или скелетной мускулатуры, так и от гладкой. От скелетной они отличаются местами начала и прикрепления, а также тем, что они в комплексе, несмотря на внешние различия отдельных мышц, представляют собой единую интегративную систему, части которой локализованы вокруг естественных отверстий лица: рта, глаз, наружных носа и уха. К анатомическим особенностям мимических мышц относится также наличие ротового и глазничного сфинктеров, вообще не имеющих непосредственного начала на костях.

Мимические мышцы отличаются от скелетных и своим развитием в фило- и онтогенезе. Если последние происходят, как правило, из мышечной части сомитов мезодермы, то мимические мышцы происходят из мезенхимы 2-й жаберной дуги (область подъязычной дуги). Эта мезенхима мигрирует краниально и тянет за собой ветви 7-го черепного нерва и наружную сонную артерию, которые вначале иннервировали и кровоснабжали гиоидную дугу.

Главным отличием мимических мышц от скелетных является их функция. Если назначение скелетных мышц – укрепление и перемещение частей скелета, то функция мимических мышц значительно сложнее. Первоначально, как и на предыдущих стадиях филогенеза, они дополняли функции пищеварительной и дыхательной систем.


нако в последующем, параллельно с развитием и усложнением строения и функции центральной нервной системы (ЦНС), они стали выполнять функции мимики, т.е. отражения на висцеральной (лицевой) части черепа эмоционального состояния ЦНС. По сути, мимические мышцы становятся средством общения между высокоразвитыми биологическими субъектами на уровне 1-й сигнальной системы. Какими же системами и путями осуществляется связь между состоянием и уровнем психоэмоциональной деятельности головного мозга и мимической мускулатурой? При выражении эмоционального состояния про исходит очень дифференцированная, порой разнонаправленная и в то же время слаженная работа одновременно нескольких мышц, обслуживающих разные вышеуказанные отверстия лица. Лицевая экспрессия, связанная с коррекцией активности разных мимических мышц, является отражением 6-ти основных эмоций, в основе которых лежат процессы, происходящие в головном мозге, в частности, в лимбической системе, начиная с гипоталамуса, где размещены первичные центры положительных и отрицательных эмоций, соответствующие эффектам действия симпатической и парасимпатической систем. Особая роль здесь отводится парасимпатическому отделу вегетативной нервной системы, который, в отличие от симпатического отдела, осуществляет преимущественно адресную иннервацию отдельных органов.В пользу этого свидетельствует ряд фактов. В начале своего хода лицевой нерв является смешанным, состоящим из эфферентных соматических, парасимпатических и эфферентных вкусовых волокон.
тем основная масса эфферентных волокон разделяется на две части и переключается на крылонебном и подчелюстных парасимпатических ганглиях. Известны связи промежуточного нерва с тройничным, преддверно-улитковым, языкоглоточным и блуждающим нервами, а также с соматической частью собственно лицевого нерва. Известно, что в ряде периферических соматических нервов всегда имеются эфферентные парасимпатические нервные волокна. Они имеются в глазодвигательной, ушно-височной ветви тройничного нерва. В пользу вегетативного компонента иннервации мимических мышц говорит также то, что мышечные ткани начальных отделов пищеварительной и дыхательных систем, к которым относится и мимическая мускулатура, развились из мезенхимы жаберных дуг, иннервация которых, как и для всех внутренних органов, осуществляется вегетативной нервной системой.

Участие нервной системы в механизме мимики доказано давно, хотя многое в этом вопросе остается еще не ясным. Филогенетическая древность внешнего выражения жизненных признаков, отражения эффекта реагирования в движениях мышц лица указывает на их непосредственную связь с теми отделами головного мозга, которые образовались раньше других. К ним относятся ядра ствола, ретикулярная формация, старая древняя кора головного мозга. Роль новой коры отчетливо прослеживается на этапе формирования внешней нервной деятельности, когда экспрессия лица и осознается, и направляется. Человеческая мимика достигла несравненного совершенства и стала важным инструментом общения, источником информации о духовной жизни человека.

Локализация анатомо-физиологических регуляторов мимики в коре головного мозга и подкорковых ядрах и их связь с мимической мускулатурой посредством системы лицевого нерва доказывается клиническими наблюдениями и экспериментами на животных. Совершенно очевидно, что филигранное сплетение ветвей лицевых нервов делает возможной чрезвычайно варьирующую игру мышц лица. Из нервных ветвей выделяются пучки нервных волокон, а за ними – и одиночные волокна, по которым распространяются эффекторные импульсы, заставляющие сокращаться отдельные части мышц. Одновременно с такими проводниками цереброспинальной (анимальной) нервной системы к сосудам лица подходят вегетативные нервные проводники. Они инициируют автоматические реакции сосудов глазных мышц, что проявляется расширением просвета этих сосудов и покраснением лица, например, при чувстве стыда. Кроме того, сокращение мимических мышц происходит во многих случаях вовсе не по сигналу от внешних нервных центров, а как бы непроизвольно. Таким образом, необходимо допускать возможность передачи возбуждения от ядер лицевого нерва в стволе головного мозга к мимическим мышцам в непредвиденных ситуациях.

Результаты экспериментальных исследований на животных приводят к выводу, что таламус, как важнейшее регуляторное звено промежуточного мозга, отвечает за непроизвольные, бессознательные движения мимических мышц при эмоциональных стрессах.

Мимическая выразительность воспроизводится как безусловный рефлекс. В образовании его необходимо участие: раздражителя (контактного, дистантного, ассоциативного), периферического конца анализатора (рецепторы) и центральных ядер анализаторов (подкорковые формации, кора), средств управления мышцами и самих мимических мышц, от сокращения или расслабления которых и зависит мимика. Независимо от сознания человека подкорковая иннервация мимических мышц обуславливает повышенный тонус мимических мышц и их групповое сокращение в определенных условиях.

Непроизвольные сокращения мимических мышц под влиянием эмоциональных стимулов являются моторной реакцией особого типа, характерной для лицевого отдела организма человека. Поперечная исчерченность мышцы еще не свидетельствует о ее абсолютном соответствии другим поперечнополосатым мышцам, что наблюдается, в частности, и в миокарде.

Особое положение мимических мышц не вызывает каких-либо разногласий. Причина автоматизма мимических реакций, трактуемых как экспрессивные, заключается, вероятно, в подчинении их иннервации диэнцефальным ядрам, которые входят в экстрапирамидную систему, ответственную за тонус мимических мышц. Автоматические сокращения последних в ответ на разнообразные раздражения вызываются эффекторными импульсами через таламус и полосатое тело.

Непроизвольная, подсознательная мимика лица человека сдерживается и тормозится. Она подчинена функциям коры полушарий большого мозга. Вполне естественно поэтому, что участие лица в различных видах экспрессии следует рассматривать не только с позиций мимической моторики, но также в свете высшей нервной деятельности. Полушария большого мозга, по И.П.Павлову, являются реактивнейшей и верховной частью ЦНС, в зависимости от состояния и деятельности которой выделены четыре психологических типа:

  • сангвиник – это сильный, уравновешенный, подвижный тип;
  • холерик – сильный, неуравновешенный (возбудимый), подвижный тип;
  • флегматик – сильный, уравновешенный, инертный тип;
  • меланхолик – слабый, неуравновешенный тип, нервные процессы малоподвижны.

Следовательно, по складу мимики, образцам движений можно сделать вывод о типе нервной деятельности.

Индентификация эмоций по выражению лица (FAST)

В 70-х годах прошлого столетия в Калифорнийском университете П.Экманом и его коллегами была разработана техника индентификации эмоций по выражению лица (Facial Affеct Sсoring Technique – FAST). FAST имеет атлас фотоэталонов лицевой экспрессии для каждой из шести эмоций – гнева, страха, печали, отвращения, удивления, радости – в статистической форме. Фотоэталон для каждой эмоции представлен тремя фотографиями для трех уровней лица: бровей – лба; глаз – век и нижней части лица. Кроме того, имеются варианты с учетом разной ориентации головы и направления взгляда. При пользовании FAST испытуемый ищет сходство эмоций с одним из фотоэталонов, подобно свидетелю, принимающему участие в составлении фоторобота преступника.

Cистема кодирования активности лицевых мышц (FACS)

Второй метод оценки эмоций разработан П.Экманом совместно с У.Фризеном (1978). Он получил название «система кодирования активности лицевых мышц» (Facial Action Coding System – FACS). Метод основан на детальном изучении анатомии лицевых мышц. В системе FACS выделена 41 двигательная единица, из которых составлено 24 паттерна реакций отдельных мышц лица и 20 паттернов, отражающих работу группы мышц, например, вовлеченных в кусание губ. Каждая единица имеет свой номер и описание не только в статистических, но и в динамических показателях. В системе зафиксировано также время начала и конца активности каждой мышцы.

П.Экману принадлежит нейрокультурная теория эмоций, которая учитывает как врожденный характер лицевой экспрессии, так и влияние культурных и национальных традиций на выражение и распознавание эмоций. Модель предполагает, что экспрессивное проявление шести основных (базовых) эмоций универсально и не зависит от культуры, национальности и расы. Все люди одинаково используют мышцы своего лица при выражении основных эмоций. Сходные с человеком отражения в мимике эмоций наблюдаются также у животных.

Древневосточная система «Инь и Ян»

Искусство чтения по лицам, как указывалось выше, уходит своими корнями в древневосточную диагностическую медицину. Врачи считали, что все существующие объекты и Вселенную связывает постоянный поток энергии. Эта энергия известна в Китае под названием «ци», в Японии – под названием «ки», В Индии – под названием «прана». Энергия существует в виде энергии – инь и энергии – ян. Инь описывается как более пассивный вид энергии, а ян – более активный. Инь и ян притягивают одна другую, подобно противоположным полюсам магнита. Инь и ян имеют отношение ко всему во Вселенной, и все, что нас окружает, состоит из сочетания этих двух качеств, хотя некоторые из предметов и явлений больше инь, в то время как другие – больше ян. Черты лица могут быть более «иневыми», либо «яневыми», как и эмоции, свойства характера, связанные с каждой чертой. Тонкие губы, например, считаются больше ян (и свойства характера, ассоциируемые с этой чертой, – упорная работа и ответственность), в то время как полные губы (и ассоциируемые с ними склонность расслабляться, получать удовольствие) считаются более «иневыми».

Некоторые люди в целом могут быть слишком инь или слишком ян. Человек, который легко раздражается и впадает в гнев, становится «яневым». Чтобы устранить дисбаланс, такой человек должен внедрить больше энергии инь в свой образ жизни, потребляя продукты инь (легкие блюда, такие как салаты и фрукты, а также больше жидкости) и заниматься расслабляющими «иневыми» видами деятельность, такими как чтение, занятия йогой и прогулки.

По древневосточным представлениям считается, что левая и правая половины лица связаны с разными типами энергии ци. У большинства людей энергия ци в левой половине лица имеет тенденцию быть более активной и, соответственно, быть энергией ян, в то время как энергия ци в правой половине лица склонна быть более спокойной – более инь. Правая половина лица считается женской стороной и, как правило, отражает черты лица матери и бабушек, в то время как «яневая» левая половина представляет мужской аспект и связана с отцом и дедушками. Женская, правая половина лица ассоциируется с земной энергией ци и она, как правило, более выражена,чем левая, и представляет наши основные эмоции и точку зрения, а также наши личные, внутренние свойства характера и творческие способности. Мужская, левая половина лица ассоциируется с небесной энергией ци и представляет логическое мышление и принимаемые социальные маски. На ней отражаются контролируемые эмоции, и она представляет ту личность, какой мы желаем показаться для внешнего мира.

Действие функциональной асимметрии мозга на мимику человека

Чтобы лучше это увидеть, необходимо создать два образа с помощью фотографий правой и левой половины лица, на которых будет отмечаться заметная разница в мимике каждой из фотографий. Идеально симметричные лица практически не бывают. На асимметрию лица (мимики) указывает и анизокирия. По данным Е.С. Вельховера и Б.В. Вершинина, анизокория встречается у практически здоровых лиц в 19% случаев, у больных соматическими заболеваниями – в 37%, у лиц с патологией ЦНС – в 50-91% случаев. Причем, у подавляющего большинства соматических больных и здоровых людей правый зрачок шире левого.

В настоящее время различие в мимике правой и левой половины лица объясняется тем, что правое и левое полушария головного мозга выполняют различные функции. Особенно четко это доказали в 50-х годах ХХ века американские исследователи, которые достигли успехов в лечении непрерывно возникающих приступов эпилепсии разъединением правого и левого полушария головного мозга путем операции – разрушением моста между полушариями (мозолистого тела). Такая операция была произведена у нескольких больных, действительно облегчила их страдания и одновременно привела к крупнейшему открытию, удостоенному в 1980 г. Нобелевской премии. Ее получил Р. Сперри.

Хотя связи между двумя полушариями мозга были нарушены, человек ел, совершал повседневные поступки, ходил и беседовал с другими людьми без серьезных видимых отклонений в поведении. Правда, настораживали несколько наблюдений, сделанных вскоре после операции: один пациент пожаловался, что он странно ведет себя с женой и не в состоянии контролировать свое поведение – в то время как его правая рука обнимает жену, его левая рука ее отталкивает. Другой пациент обратил внимание на странное поведение своей левой руки перед посещением врача: в то время как с помощью правой руки он одевался и приводил себя в порядок, левая рука пыталась расстегнуть и снять одежду. Потом было отмечено, что правая рука не могла перерисовать самые простые геометрические фигуры, она не могла сложить простые конструкции из кубиков, она не могла найти на ощупь простые бытовые предметы. Левая рука прекрасно справлялась со всеми этими задачами, но не могла написать, даже очень коряво, ни одного слова.

Таким образом, правое полушарие, управляющее левой рукой, во всех действиях, за исключением письма, превосходило левое полушарие. Но зато правому полушарию оказалась недоступна, кроме письма, функция речи. Правое полушарие существенно превосходило левое в способности ориентироваться в пространстве, в восприятии музыки, опознании сложных образов, которые нельзя разложить на простые составные части – в частности, в опознании человеческих лиц и эмоциональных выражений на этих лицах.

В этом плане интересно следующее исследование. Группу архитекторов подключили к электроэнцефолографам (ЭЭГ). Архитекторы получили задание, в котором нужно было произвести арифметический расчет.

ЭЭГ показал повышение активности левого полушария, а когда надо было выполнить проект фасада здания, усилилась активность правого полушария. Следовательно, существуют различия в функциях правого и левого полушарий (функциональная асимметрия мозга). Функцией левого полушария является оперирование вербально-знаковой информацией (логические операции, чтение, счет). Функцией правого полушария – оперирование наглядными образами (распознавание объектов, образное мышление, интуиция).

В настоящее время накоплено большое число экспериментальных и клинических данных о различной роли полушарий головного мозга в регуляции психических способностей и эмоций. Изучение функций левого и правого полушария обнаружило существование эмоциональной асимметрии мозга, проявляющейся, в том числе, и в мимике лица. По данным В.Л. Деглина, временное выключение левого полушария электросудорожным ударом тока вызывает сдвиг в эмоциональной сфере «правополушарного человека» в сторону отрицательных эмоций. Настроение ухудшается, он пессимистически оценивает свое положение, жалуется на плохое самочувствие. Выключение правого полушария вызывает противоположный эффект – улучшение эмоционального состояния. Т.А. Доброхотова и Н.Н. Брагина установили, что больные с поражением в левом полушарии тревожны, озабочены. Правостороннее поражение сочетается с легкомыслием, беспечностью. Эмоциональное состояние благодушия, безответственности, беспечности, возникающее под влиянием алкоголя, связывают с его преимущественным воздействием на правое полушарие мозга.

Для гармонического сочетания человека с окружающим миром должна быть согласованность интуиции и логики, духа и ума, при которой человек своей логикой (функция левого полушария) может осознать свою интуицию, образы (функция правого полушария). С психологической точки зрения гармония человека соответствует степени его психологической защищенности от жизненных потрясений и болезней.

Следовательно, сложнейшие мимические реакции, отображающие подсознательную и сознательную реактивность соответствующих центров головного мозга, могут осуществляться только при наличии между всеми центральными и периферическими компонентами этой целостной системы многообразных анатомо-физиологических связей, осуществляемых нейропроводниками, как соматической, так и вегетативной частей нервной системы. В отличие от соматических волокон лицевого нерва, большинство из которых перекрещиваются в стволе головного мозга и при поражении корковых центров развивается гетеролатеральный паралич мимической мускулатуры преимущественно нижней части лица, эмоциональные реакции, связанные с вегетативной нервной системой, по отношению к полушариям головного мозга, в основном проявляются гомолатерально.

Часть двигательного ядра лицевого нерва, иннервирующая мимические мышцы верхней части лица (лобная, круговая мышца глаза), имеет корковую иннервацию из обоих полушарий головного мозга. В противоположность этому нижняя часть ядра, иннервирующая нижние мимические мышцы, получает корковую иннервацию преимущественно из противоположной прецентральной извилины. Поэтому при поражении прецентральной извилины на противоположной стороне возникает парез мимических мышц только нижней части лица, но не нарушается функция мимических мышц верхней части лица, имеющих двухстороннюю корковую иннервацию.

Таким образом, состояние правого полушария отражается на правой половине лица, а левого полушария – на левой. В особенности это важно для глаз. До сих пор считалось, что состояние двух полушарий головного мозга человека отражается на его лице «крест-накрест» – левого полушария на правой стороне лица, а правого полушария на левой стороне лица. Это обстоятельство не позволяло ученым разработать адекватную методику тестирования психотипов. Поэтому, например «Экспресс тест Джеймса» не является достоверным и не нашел успешного применения на практике.

У здоровых людей мимика левой стороны лица отражает эмоциональное состояние в большей степени, чем мимика правой половины. Более явная выраженность проявлений эмоций левой половины лица подтверждается в специальных модельных экспериментах, в которых было показано, что эмоции больше распознаются на фотографиях, составленных из двух левых половин лица.Для определения психического состояния нами используется метод видео-компьютерной диагностики. С помощью видеокамеры компьютер строит два новых лица человека. Один портрет составляется из правых половин лица (духовный, генетический портрет), другой – из левых (жизненный, социальный портрет).

На «генетическом портрете» видна решительность, готовность к действию этого человека, а на «социальном портрете» – усталость, депрессия, что проявляется опущением уголков глаз, бровей и т.д. Далее эти портреты сравниваются в компьютере по специальному алгоритму, и по этой программе компьютер относит данного человека к одному из 49 психологических типов и выдает в процентном отношении полную личностную характеристику, профессиональную характеристику и рекомендации по гармонизации личности, изменению образа жизни, эффективному взаимодействию с другими людьми, окружающим миром.

Видео-компьютерная диагностика, наряду с опросниками, используется для определения психического состояния у соматических больных (бронхиальная астма, артериальная гипертония, язвенная болезнь и др.), для более эффективного лечения этих больных с учетом психического статуса (тревожность, депрессия).

С помощью этого метода может происходить психофизическая саморегуляция человека на основе зрительной биологической обратной связи. Если человек смотрит на эти свои два портрета, то он начинает осознавать свои подсознательные (вытесненные из сознания) чувства. В результате такой биологической обратной связи, эмоции на двух портретах становятся положительными и выравниваются. Практически при этом происходит стабилизация психических процессов, выравнивание интуитивных и логических способностей человека, повышается степень гармонии личности. При этом лицо и глаза становятся более симметричными, уменьшаются психосоматические расстройства, происходит процесс омоложения (если старение произошло преждевременно), человек возвращается к своей жизненной программе, самому себе.

Одним их существенных преимуществ этого метода является возможность исследования человека в прошлом. Исследование ранних фотографий, начиная с самого раннего детства, позволяет выявить периоды психических травм и динамику развития расстройств. При психокоррекции, с помощью синтезированных из ранних фотографий портретов, происходит восстановление лучшего из прежних состояний.

Источник: meddoc.com.ua

Под мимикой понимают движения мускулатуры лица. Мимика бывает сильно подвижная, малоподвижная, монотонная и сопряженная. Сильно подвижная мимикасвидетельствует об оживленности и быстрой сменяемости восприятия впечатлений и внутренних переживаний, о легкой возбудимости от внешних раздражителей. Малоподвижная мимикауказывает на постоянство душевных процессов. Подобная мимика ассоциируется со спокойствием, постоянством, рассудительностью, надежностью, превосходством и уравновешенностью. Малоподвижная мимическая игра может при сниженной активности (двигательная сила и темперамент) производить также впечатление созерцательности и уюта. Причиной монотонной мимикимогут быть двигательные нарушения, скованность или парализованность. Такое поведение характерно при депрессивных состояниях, печали, эмоциональной бедности. Большинство мимических проявлений являются сопряженными.Они состоят из множества отдельных выражений, но связаны между собой. Высказывания вроде «он разинул рот и раскрыл глаза», «холодные глаза противоречат смеющемуся рту» и другие свидетельствуют о гармонии или дисгармонии эмоциональных процессов и их проявлений в конкретном случае.

Вспомогательную функцию выражения глаз в большинстве случаев выполняет мускулатуралба. Из-за связанных с активностью глаз мускульных движений образуются морщины. Продольные морщины над переносицей являются признаком зафиксированного в уме желания. Вертикальные морщины являются выражением душевного или физического напряжения. Причинами их возникновения могут стать твердая решимость, упрямство, своенравие, недовольство и раздраженность.

Поперечные морщины на лбу возникают при поднятых бровях и широко раскрытых глазах, что свидетельствует о желании воспринять как можно больше информации. Это мимика страха, ужаса, непонимания, удивления и неожиданного просветления (уяснения чего-то).

Очень информативными в выражении эмоций являются брови. Наморщенные брови обычно связаны с напряжением, критикой, неудовольствием, выходящем за рамки нормального физической или духовной деятельностью, гневом, бешенством и потрясением. Брови в виде выпуклого полумесяца — наоборот — выражают в определенных ситуациях удивление, недоумение, а в других, в сочетании с улыбкой — радость, удовольствие.

Если наморщить нос,то наискосок к спинке носа появится скопление морщин. Они свидетельствуют об отвращении, смущении, дискомфорте и неприязни. Процесс наморщивания носа являет собой составную часть реакции на горечь, когда немного приподнимается и верхняя губа. При частом активизировании задействованных мышц образуется так называемая морщина чувствительного человека. При этом верхний кончик носогубной складки глубже врезается в угол носа. Если носогубная складка отчетливо заметна не только в своей верхней части, но и на участке от уголков носа до линии рта, то тогда ее называют также «интенсивной складкой». Она сигнализирует об энергичности, жизненной силе и способности переносить большие нагрузки.

Роттакже в значительной степени определяет выражение лица. Рот — самая подвижная часть лица. Он — центр любой улыбки и всякой боли. Губы, выпяченные вперед, следует расценивать как враждебный выразительный сигнал, а если они поджаты, то это уже символ ухода в себя, производящий скорее впечатление испуга. Если поджатые губы напряжены, сжаты, этим выражается бессильный гнев. Если рот искажается во время разговора или смеха и чередование движений дисгармонично, то это выражает негативные стремления даже в том случае, если все остальные сигналы носят положительный характер и лицо кажется дружелюбным. Если рот скривлен в одну сторону и это не вызвано состоянием здоровья, то тогда можно говорить о склонности данного человека к издевательскому и презрительному отношению. Подергивание и дрожание рта является сигналом тревоги, предупреждением о повышенной нервозности и призывающим к осторожности. Опущенные уголки рта Дарвин называл «рудиментом плачущего человека». Такие уголки рта являются элементом реакции горечи. Треугольная мышца, называющаяся также «мышцей печали», оттягивает уголки рта вниз. Расслабленно опущенные вниз уголки рта свидетельствуют о безрадостном состоянии, печали, разочаровании и болезненном отказе от чего-то. Нередко они являют собой выражение негативной жизненной установки. Это выражение характеризуют также слова: ми «у него вытянулось лицо».

Улыбка. Чем свободнее и непринужденнее кажется нам улыбка, тем в большей степени она является выражением наивной, чистой радости. Такая улыбка является самой очаровательной формой в мимическом репертуаре, обладая исключительно приятным для окружающих содержанием. Вынужденная деланная улыбка «по заказу» превращается в движение намерения с довольно небольшим содержанием чувства. Она неожиданно возникает и так же неожиданно исчезает. Из-за этого скрываемые за ней лицемерные намерения становятся очевидными. К улыбкам «по заказу» относится также и улыбка смущения. Она тоже неорганична. Это вымученная улыбка, которая нередко используется в качестве компенсации, например при выражении сочувствия. Приторная улыбка как чуть заметное растяжение губ производит утрированное, слегка наигранное впечатление, выражая больше того, что испытывают на самом деле. Усмешка, при которой губы остаются сомкнутыми в довольно напряженном состоянии. За счет этого в этом виде улыбки выражается некоторое волевое усилие. Напряжение может сигнализировать как о внимании, так и о тенденции к господству. Сжатые губы выражают отстраненность. Нередко усмешка содержит в себе и ехидное выражение. В таком случае она превращается в мимическое выражение радости по поводу того, что должно держаться в тайне. Ухмылка — улыбка-гримаса. По такой улыбке можно судить о том, что возможно перед вами наглый или провоцирующий коварный человек. Опущенные вниз уголки рта («кислая» реакция) придают лицу выражение «переполненного сарказмом» человека. При кривой усмешке (или фальшивом смехе) только один из уголков рта либо приподнимается, либо опускается. Проявляемое таким образом органическое рассогласование выражает состояние внутреннего разлада. Эта улыбка дает возможность скрыть подлинное мнение за напускным дружелюбием (например, когда начальник или уважаемое лицо рассказывает какой-нибудь анекдот и сотрудникам из вежливости приходится смеяться, хотя и сам анекдот был уже не новым, да и смешного в нем было мало). При уничижительной улыбке уголки рта немного опущены. Форма рта выражает одновременно утверждение и отрицание. Уничижительная улыбка является ослабленным вариантом язвительной. Так улыбается человек, настроившийся на юмор висельника или отказывающийся от всего, а также высокомерно-ироничный, всезнающий или злорадствующий по тому или иному поводу.

Голове как носителю важнейших органов человека в динамичном языке тела отводится особое значение. Многочисленные выразительные модели поведения проявляются, например, в том, что для улучшенного восприятия голова выдвигается вперед, в целях обороны она отводится назад, при уклонении от чего-то — в сторону, а при сближении — склоняется вперед. Если голова свисает без напряжения, то это означает безволие, апатию, отсутствие порыва и безнадежность. При отсутствии напряжения затылочной мышцы голова падает на грудь. Если голова склонена, и при этом взгляд обращен вниз, то это говорит о подчинении. Если такой наклон головы используется при приветствии, то мы имеем дело с сознательным, соответствующим вежливости подчинением, т.е. символическим подчинением. В сочетании с поклоном так выражается отказ от проявления своей воли или же молчаливое одобрение. В зависимости от степени наклона головы и продолжительности отсутствия зрительного контакта можно говорить либо о стыдливости, либо о проявлении подчинения.

Взгляд исподлобья при склоненной голове сигнализирует о готовности к борьбе, агрессивности, выдает чувство радости от пребывания в оппозиции и упрямство. Если взгляд направлен слегка в сторону, то по нему можно сделать вывод о коварстве или об осознании своей вины. Так осуществляется наблюдение, полное ожидания, или скрываемый поиск слабых мест у кого-то другого. В сочетании с широко раскрытыми глазами, расслабленными мышцами шеи и положением глаз, когда зрительные оси почти параллельны друг другу, проявляется состояние, когда человек «напал на какой-то след».

Тот, кто предстает перед вами с поднятой головой, чувствует себя свободным и уверенным, не испытывая страха. В соответствии е этим поднятие головы означает чувства собственного достоинства и готовности приступить к какому-либо делу. Нередко с выпрямлением головы сопряжен глубокий вдох. Такое одновременное пополнение запасов воздуха свидетельствует о наличии воли к действию и готовности к откровенному разбирательству. Если голова задирается вверх, тем самым выражается гордая неприступность и заносчивость. Это производит также вызывающее впечатление на окружающих.

Если голова, которую держали прямо, вяло откидываетсяназад, то это выражение самоотдачи. В отличие от подчинения, когда опускание головы наряду с уменьшением воздействия приводит и к одновременной защите шеи, в данном случае беззащитно отдаются во власть другого человека. По данной позе можно также судить, что тот или иной человек пребывает во власти воспоминаний, удовольствий, испытываемых при наслаждении тем или иным видом искусства, и т. п. В сочетании со смехом подчиненность трансформируется в наигранность и выражает беспомощность. От этого положения головы следует отличать положение головы, расслабленнооткинутой назад. В таком положении говорят о снижении концентрации внимания, нередко оно наблюдается у людей в мечтах и при созерцательном поведении. Если такое положение головы «не вписывается» в ситуацию, то можно говорить о мягкотелости, лености и жажде наслаждений. Еще одно почти аналогичное положение головы — запрокинутое — но уже с напряженной шеей, свидетельствует об агрессии, напористости, смелости. В сочетании с пронзительным взглядом запрокидывание головы производит впечатление наглости, а при повороте всего корпуса в сторону визави еще к тому же и навязчивости. Чем порывистее совершается движение, тем больше в нем заключено нервного возбуждения. В таких случаях подобным образом могут быть выражены решительный протест и оскорбление чувства чести собственного достоинства. При спокойном варианте исполнения этого движения можно сделать вывод о поведении превосходства. Так может быть выражено либо безмолвное приглашение, либо немой вопрос.

Голова, выставленная вперед, говорит о желании приблизить органы чувств к источнику раздражения, то есть свидетельствует о наличии интереса. Также это положение головы используется при угрожающем поведении. Человек как бы демонстрирует: «Я воспринимаю все раздражители, передаваемые тобою, и не боюсь их». Полный поворот головы и легкое напряжение свидетельствуют о заинтересованности, выражаемой без всякой сдержанности или каких-либо задних мыслей. При неполном повороте головы не все лицо обращено к партнеру. Из-за неполного поворота головы зрительный контакт устанавливается при помощи взгляда, направленного из уголков глаз, наискосок, что сигнализирует о заинтересованности человека. При сдержанном проявлении интереса поворот головы замедляется. Создается впечатление, что данный объект или партнер не достоин того, чтобы поворачиваться к нему всем лицом. Поэтому такое поведение воспринимается как оскорбительное. Если голову отворачивают, то заинтересованность в созерцаемом объекте отпала. Быстрота и степень напряженности выполняемого движения дают довольно важную дополнительную информацию. Если отворачивание продиктовано гневом, то в нем всегда заключено сильное напряжение.

Жесты.

В деловом общении выделяется несколько основных типов жестов, отражающих состояние человека. Жесты открытостисвидетельствуют об искренности и желании говорить откровенно. К ним относят «раскрытые руки» (протянутые в сторону собеседника ладонями вверх) и «расстегивание пиджака» . Тот, кто меняет свое решение в благополучную сторону, обычно разжимает руки и автоматически расстегивает пиджак. Когда становится ясно, что возможно соглашение или позитивное решение по поводу обсуждаемого вопроса, а также в том случае, когда создается позитивное впечатление от совместной работы, сидящие расстегивают пиджаки, распрямляют ноги и передвигаются на край стула, ближе к столу, который отделяет их от сидящих напротив собеседников. К жестам скрытностиотносят потирание лба, висков, подбородка, стремление прикрыть лицо руками, избегание контакта глазами. Жесты и позы защитыявляются знаками того, что собеседник чувствует угрозу. Наиболее распространенным является скрещивание рук на груди.Руки могут принимать несколько характерных положений (СНОСКА: Бороздина Г. В. Психология деловою общения. М., 2002. С.138-139.).

Простоескрещивание рук является универсальным жестом, обозначающим оборонительное или негативное состояние собеседника. Этот жест влияет и на поведение других людей. Если в группе из четырех человек или более один из них скрещивает руки в защитной позе, то вскоре члены группы последуют его примеру. Иногда этот жест может означать просто спокойствие и уверенность, когда атмосфера беседы не носит конфликтного характера. Скрещивание рук помогает сосредоточиться, когда человек рассуждает вслух или вспоминает какое-либо событие.

Если помимо скрещенных на груди рук собеседник еще сжимает пальцыв кулак, то это свидетельствует о его враждебности или наступательной позиции. Чрезмерное возбуждение собеседника можно снять, если замедлить свою речь и движения, снижая общий темп и эмоциональность беседы.

Жест, когда кисти скрещенных рук обхватывают плечи(иногда кисти рук впиваются в плечи или бицепсы так крепко, что пальцы становятся белыми), обозначает сдерживание негативной реакции собеседника на позицию партнера по обсуждаемому вопросу. Этот жест появляется, когда собеседники полемизируют, стремясь во что бы то ни стало убедить друг друга в правильности своей позиции, причем нередко сопровождается холодным, чуть прищуренным взглядом и искусственной улыбкой. Такое выражение лица означает, что ваш собеседник на пределе, в результате чего может произойти срыв переговоров.

Жест, когда руки скрещены на груди,но с вертикально выставленными большими пальцами,передает двойной сигнал: первый — о негативном отношении (скрещенные руки), второй — о чувстве превосходства, выраженном большими пальцами рук. Человек при этом обычно поигрывает одним или обоими пальцами, а в положении стоя покачивается на каблуках. Такой жест выражает еще и насмешку или неуважительное отношение к человеку, на которого указывают большим пальцем как бы через плечо.

Жесты размышления иоценки отражают состояние задумчивости и стремление найти решение проблемы. К ним относятся «рука у щеки» (собеседника что-то заинтересовало), «пощипывание переносицы», которое обычно сочетается с закрытыми глазами (напряженное размышление), «почесывание подбородка» (принятие решения). Когда собеседник подносит руку к лицу, опираясь подбородком на ладонь, а указательный палец вытягивает вдоль щеки (остальные пальцы находятся ниже рта) — это является свидетельством того, что он критически воспринимает доводы партнера по общению.

Жесты сомнения и неуверенности чаще всего связаны с почесыванием указательным пальцем правой руки под мочкой уха или же в боковой части шеи, а также прикосновение к носу или его легкое потирание («синдром Пиноккио»).

Жесты и позы, свидетельствующие о нежелании слушать и стремлении закончить беседу: почесывание уха или потягивание за мочку уха, развертывание корпуса в сторону двери, подергивание ступней. Если человек носит очки, то для него характерный жест желания окончания беседы — снятие очков и откладывание их в сторону.

Жесты, свидетельствующие о желании преднамеренно затянуть время, обычно связаны с очками: собеседник снимает их и надевает, протирает. В этом случае рекомендуют подождать, когда партнер снова очки наденет. Иногда человек начинает расхаживать, когда принимает трудное решение, и здесь важно ему не мешать.

Жесты уверенности и превосходства: закладывание рук за спину и захватом запястья (от этого жеста следует отличать жест «руки за спиной в замок», в таком случае человек расстроен или рассержен и пытается взять себя в руки), закладывание рук за голову (этот жест обычно очень раздражает собеседников). В этом случае психологи рекомендуют задать какой-либо уточняющий вопрос, желательно в наглядной форме (показать предмет или рисунок), чтобы собеседник наклонился вперед.

Жесты несогласия: собирание несуществующих ворсинок с костюма, взгляд в пол.

Жесты готовности сигнализируют о желании закончить разговор и выражаются в подаче корпуса вперед, замедлении темпа речи и усилении ее громкости. Психологи советуют в таком случае первым предложить закончить беседу, что позволит сохранить психологическое преимущество и контролировать ситуацию. С помощью потирания ладоней передаются позитивные ожидания. Сцепленные пальцы рук обозначают разочарование.

При анализе пантомимики важно обращать внимание на непроизвольные, идеомоторные движения. Нужно учитывать, что верхняя часть туловища контролируется лучше, чем нижняя, а правая сторона тела для правшей контролируется лучше, чем левая. Особенно информативными являются движения ногами. Подергивание ступни свидетельствует о нетерпении или раздражении. Барабанят пальцами в нетерпеливом ожидании. Вертят что-либо в руках при неуверенном поведении. Важно обратить внимание на непроизвольные подергивания не ведущей рукой (если они имеют место), когда человек выслушивает неожиданный неприятный вопрос.

Потребности в системе общения Потребность в безопасности. Человек чувствует себя в безопасности, если нет агрессии (реальной или потенциальной) со стороны других людей. Одним из серьезных агрессивных действий является

Источник: studopedia.ru

Основные определения

Жесты и мимика это в психологии самостоятельный раздел. Его основными понятиями являются:

  • Мимика в психологии – это выражение эмоционального состояния через улыбку, поднимание бровей, прищур глаз, сжатие челюстей.
  • Жесты в психологии общения – это телодвижения руками, головой, всем телом. В некоторых случаях жесты могут заменять слова.
  • Поза – это определенное положение тела в пространстве, которое индивид выбирает в зависимости от своего комфорта, ситуации разговора, эмоционального состояния.
  • Физиогномика – это умение распознавать индивидуальные особенности собеседника по его чертам лица, жестам, мимике. Специалисты способны определять по выражению лица не только психологические особенности личности, но и состояние его здоровья.

Психология мимики и жестов, виды и значение

Мимика лица психология жестов насчитывает множество описаний того, что они обозначают. Положение тела и рук в пространстве во время общения, особенности рукопожатий, движений головой и мимики – это часто используемые эмоции жесты и люди наблюдают их в процессе межличностного общения каждый день.

Наклоны туловища

Положение туловища стоя

Если люди общаются стоя, то можно заметить многократные изменения положения туловища собеседников. Когда человек сидит, облокотившись на спинку стула или кресла, его корпус не подает столько невербальных сигналов.

Если слова собеседника вызывают у человека неподдельный интерес, он будет время от времени наклоняться вперед, опасаясь пропустить что-то важное. Когда человек рассказывает о своих успехах, он непроизвольно расправляет плечи, и его туловище прогибается вперед.

Находясь в большой компании, человек бессознательно наклоняет туловище в сторону того, кто ему наиболее симпатичен. Если он оказался в незнакомой компании или чувствует прохладное к себе отношение со стороны большинства присутствующих, его туловище будет сжиматься (он будет втягивать голову в плечи, сутулиться) – ему хочется стать меньше, незаметнее. Так организм старается защитить себя от потенциальной угрозы.

Положение рук

Если человек скрестил руки на груди, это говорит о его потребности в сохранении своей энергии. Эта поза будет называться закрытой. Психологическая наука говорит о том, что, оказавшись в незнакомом месте, человек чувствует себя неуютно, поэтому обхватывает плечи руками. Кроме того, скрещивание рук на груди является признаком негативного отношения к собеседнику или сомнения.

О враждебности или разочаровании говорит вид сцепленных в замок пальцев рук. При этом степень выраженности негативных чувств напрямую связана с тем, насколько высоко расположены сцепленные кисти рук. Кроме того, если человеку есть, что скрывать, то во время общения он может держать руки глубоко в карманах.

Когда человек чем-то обеспокоен, старается сдерживать одолевающую его бурю чувств, он обхватывает одной рукой предплечье или запястье другой руки за спиной. Пряча руки, индивид старается спрятать стресс.

Жесты головы

Мимический кивок головой расценивается как альтернатива положительному ответу. Покачивание головой означает несогласие и отрицательный ответ.

Мимика лица

Мимика лица, психология эмоций, настроение тесно взаимосвязаны. Наблюдение за изменением выражения лица в процессе разговора позволяет понять, как партнер относится к беседе.

Рукопожатия

В России рукопожатие используется при встрече в качестве приветствия, при завершении общения – в качестве прощания. Также этот жест используется в официально-деловой сфере при поздравлении с тем или иным профессиональным достижением.

У обладателя сильной воли рукопожатие крепкое, руку для этого действия он подает ладонью вниз. Неуверенные люди используют вялое рукопожатие, подавая руку ладонью вверх. Слабое рукопожатие говорит о том, что собеседник старается держать дистанцию в отношениях.

Личное пространство, зоны общения

Чтобы чувствовать себя комфортно и свободно использовать жесты, необходимо личное пространство. На вторжение в личное пространство все люди реагируют по-разному. Тревожные люди стремятся сохранять большую дистанцию в общении. Уверенные в себе индивиды меньше заботятся о защите личного пространства. Агрессивные люди постоянно стараются расширять личную зону: их жесты размашисты, а позы такие, чтобы занять максимум места.

Психологами были высчитаны оптимальные зоны для разных видов межличностного общения:

  • Интимная зона, которая предполагает телесный контакт. Ее расстояние от 15 до 45 см. На такой дистанции находятся только самые близкие люди.
  • Персональная зона равна 75-120 см. Она используется в повседневном общении с товарищами.
  • Социальная зона – от 120 до 360 см. На таком уровне осуществляется официально-деловое общение.
  • Публичная зона нужна для лекций. Ее уровень равен 3,5-7,5 м.

Как распознать правду и ложь по человеку

Распознать искренность человека или его обман по мимике и жестам довольно просто:

  • Когда люди говорят правду, они смотрят в глаза собеседнику, их ладони открыты и находятся на виду. Человек поворачивается всем корпусом к собеседнику, ступни его ног также направлены в сторону партнера по общению. Темп его речи спокойный, ровный.
  • Если человек обманывает, он будет избегать контакта глаз. В ходе разговора будет отворачиваться от собеседника, касаться лица (поправлять очки, трогать нос, прикрывать рукой рот). Речь его будет сбивчивой.

Особенности заграничного языка мимики и жестов

За границей язык мимики и жестов, понятный жителям России, трансформируется и видоизменяется. Планируя поездку в ту или иную страну, нужно обязательно изучать значение невербальных сигналов в этом государстве, так как одни и те же жесты в разных странах могут трактоваться по-разному.

Так, например, объятия и поцелуи при встрече в Англии расцениваются как вульгарное поведение. Постукивая себя пальцем по носу, англичанин акцентирует внимание на том, что его слова являются секретной информацией. Сжатый кулак с поднятым вверх указательным пальцем в Англии считается оскорбительным жестом.

Если в Голландии человек в процессе разговора крутит пальцем у виска, он подчеркивает остроумие собеседника. Потирая спинку носа, голландец говорит о жадности.

Свое восхищение чем-либо французы выражают посредством воздушного поцелуя. Если француз оттягивает указательным пальцем вниз нижнее веко, он выражает сомнение в словах собеседника. Недоверие к человеку во Франции выражают потиранием спинки носа.

Таким образом, в психологии общения мимика и жесты человека играют важную роль. Они делают общение интересным, помогают отличить правду ото лжи. Знание языка мимики и жестов других стран позволит избежать неловких ситуаций в общении с иностранцами.

Источник: srazu.pro

Как научиться читать по выражению лица | Директор информационной службы

Умение правильно интерпретировать мимику может сделать вас более эффективным ИТ-руководителем

Эрик Гольдфарб знает, что беседа на языке мимики и жестов может выявить те мысли и чувства, которые при обычном разговоре остаются недосказанными. Он также знает, насколько трудно бывает интерпретировать эти невербальные реплики. Когда он работал в Global Knowledge, однажды во время финансового совещания с вице-президентом — своей непосредственной подчиненной — Гольдфарб заметил, что та постоянно дотрагивается до своего ожерелья и играет с ним. Он решил, что такая манера поведения свидетельствует о волнении и душевном дискомфорте из-за финансового плана, предложенного им. Он также обратил внимание на ее глаза и решил, что они выражают беспокойство по этому поводу. Он несколько раз спрашивал во время совещания, можно ли, по ее мнению, осилить такой бюджет, и, несмотря на то что каждый раз ответ был утвердительным, Гольдфарб ей не поверил. Поэтому он запланировал дополнительную встречу с ней для доработки данного вопроса. В результате выяснилось, что с исполнением этого бюджетного плана нет никаких проблем, и Гольдфарб понял, что напрасно потратил и свое, и ее драгоценное рабочее время на этот разговор, а своими неоднократными вопросами лишь растянул первое совещание. Что же он должен был сделать, чтобы с самого начала дать более правильную оценку поведению своего вице-президента?

Гольдфарб, директор информационной службы аудиторской компании PRG-Schultz International, поступил тогда совершенно правильно, «настроившись» на язык жестов и мимику своей подчиненной. Однако, так как язык жестов можно понять неправильно и по выражению лица читать довольно трудно, особенно если у вас нет соответствующего опыта, Гольдфарбу тогда следовало «прозондировать» подчиненную более открытым способом. Вместо того чтобы постоянно спрашивать ее: «Удобно ли вам?» ему следовало сказать: «Для меня действительно важно, чтобы вы могли выполнить этот финансовый план. Я не хочу ничего выпытывать, просто хочу знать, появилось ли то чувство дискомфорта, которое вы выказываете внешне, из-за этого бюджетного плана или из-за чего-то другого. Если из-за него, мы можем вместе как-то решить эту задачу». Если бы Гольдфарб предпринял такой маневр, ему не пришлось бы волноваться по поводу того, что его беспрестанные вопросы наведут этого человека — одного из его главных заместителей — на мысль, что он ей не доверяет, или по поводу того, что на какое-то время ее доверие к нему будет подорвано.

По мнению Пола Экмана, известного психолога и автора книги «Вскрытые эмоции: как, распознавая выражения лица и чувств, улучшить коммуникационные навыки и эмоциональную жизнь» (Paul Ekman, Emotions Revealed: Recognizing Faces and Feelings to Improve Communication and Emotional Life. Times Books, Henry Holt and Company, LLC, April, 2003), если директор информационной службы научится правильно интерпретировать значения невербальных способов коммуникации, особенно мимики, он станет более эффективным руководителем и менеджером. Умение «читать» по лицу — особенно полезный навык для бизнесменов, так как в мире бизнеса люди не говорят о том, что думают на самом деле. Если бы ИТ-руководитель разбирался в том, как по-разному эмоции отражаются на лице, он смог бы гораздо быстрее, к примеру, распознать ситуацию, когда человек начинает сердиться. Он также был бы способен видеть как на ладони попытки людей скрыть свои истинные эмоции — страх, неуважение, отвращение или удивление. Такие навыки и способности помогут ИТ-руководителю лучше разобраться во внутренних конфликтах в правлении компании или на совещаниях высшего руководства. Они также помогут легче справиться со щекотливыми ситуациями, связанными с персоналом, например с отчетами об «успеваемости». Экман ссылается на исследование, доказывающее тот факт, что менеджеры, которые стараются откликнуться на невысказанные вслух эмоции своих сотрудников, в своей работе добиваются больших успехов, чем менеджеры, которые не обращают на такие вещи внимания.

«Работа ИТ-руководителей часто заключается в том, чтобы что-то продать — идеи, бюджеты, влияние. Если вы умеете улавливать изменения мимики человека и по этим изменениям судить о его эмоциях, то это один из способов, хотя и не самый надежный, очень быстро выяснить, кто на вашей стороне, а кто, возможно, раздражен тем, что вы говорите», — утверждает Гольдфарб.

Чтобы выяснить, хороший ли вы физиономист, пройдите наши тесты «Насколько хорошо вы умеете «читать» по выражению лица?» (Онлайновый тест более сложный, в частности он дает очень мало времени на то, чтобы «прочесть» выражение лица, — так, как это бывает в реальной жизни, http://www.cio.com/archive/120104/faces.html) Если вы хотите узнать, искренне или нет улыбается вам глава компании, а также не пренебрежительно ли относится к вам финансовый директор, когда вы представляете ему свой план, читайте дальше.

Вся правда на лице написана

Экман утверждает, что, хотя мимику бывает сложно расшифровать, ведь выражения лица мимолетны (они длятся примерно от полусекунды до трех секунд в лучшем случае), к тому же люди часто пытаются скрыть свои эмоции, все же мимика представляет собой самый четкий индикатор испытываемых человеком эмоций.

«Лицо — это единственная система, которая сообщит нам об испытываемой в данный момент специфической эмоции», — говорит он. Так происходит из-за того, что каждая эмоция отображается на лице уникальными опознаваемыми сигналами. По мнению Экмана, эмоции «написаны» на лице потому, что первоначально в ходе эволюционного процесса у человека возникла потребность сообщить другим людям о том, что он чувствует опасность. А потом уже выражения лица стали непроизвольными, автоматическими. Благодаря тому что каждая эмоция отображается на лице уникальными сигналами, выражения лица представляют собой более надежные индикаторы эмоционального состояния человека, чем язык жестов.

Экман утверждает, что с помощью интерак?тивного CD-ROM, на котором поместилось все содержимое его Web-сайта www.paulekman.com, можно научиться основам «чтения» мимики примерно за час. Можно также потренироваться в распознавании выражений лица других людей, следя за тем, как эмоции отражаются на вашем собственном лице. Экман советует посмотреть в зеркало и вспомнить что-то, что в свое время заставило вас рассердиться, расстроиться, испытать страх или отвращение; тогда вы сможете проследить за тем, как меняется выражение лица в зависимости от испытываемых человеком эмоций. Это упражнение поможет вам научиться различать движения лицевых мышц, которые представляют собой самый явный индикатор конкретной эмоции.

Изучение фотографий из книги «Вскрытые эмоции», на которых представлены различные выражения лица, поможет вам углубить свои навыки в распознавании эмоций. Подписи под каждой фотографией рассказывают о движениях тех лицевых мышц, что позволяют отличить искреннюю улыбку от фальшивой, а также тех, что сигнализируют о печали, гневе, удивлении, страхе, презрении или отвращении. С помощью этих фотографий и подписей к ним вы узнаете, какие конкретно движения лицевых мышц являются индикатором той или иной эмоции. Вы также узнаете, что если шеф улыбается вам, но при этом мышцы лица вокруг его глаз остаются неподвижными, значит, он улыбается просто из вежливости.

Примените ваши знания

После того как вы научитесь автоматически и при этом правильно распознавать значения различных выражений лица, вы сможете решить для себя, применять ли на практике такую информацию и каким образом.

Например, если вы обнаружили признаки гнева (поджатые губы, нависшие брови, приподнятые верхние веки) на лице сотрудницы, которой вы сообщаете о том, что она не получила повышения по службе, и если это специалист, которым вы дорожите, то Экман советует сказать ей следующее: «Я знаю, что это была плохая новость, и я ожидал, что она вас разочарует. У меня сложилось впечатление, что вы расстроены, и, может быть, будет лучше, если мы это обсудим». Или просто: «Я был бы рад поговорить с вами сейчас или чуть позже о том, что вы чувствуете по этому поводу». Экман предупреждает, что нельзя спрашивать человека в такой ситуации, рассержен ли он, потому что это может спровоцировать его на резкую критику ИТ-руководителя.

Если на лице сотрудницы вы видите признаки страха (приподнятые верхние веки, напряженные нижние веки, брови подняты и сведены вместе), можно предположить, что она беспокоится о своем будущем. Экман дает совет в такой ситуации ободрить человека по поводу его положения в компании, если оно прочное, или обсудить те области деятельности, в которых данному сотруднику необходимо совершенствоваться.

Экман утверждает, что при изучении мимики важно помнить о том, что выражение лица не вскрывает причин, создающих конкретную эмоцию, а указывает только на сам факт переживания человеком эмоции в данный момент. Тем не менее он добавляет: «Если мы восприимчивы к мимике другого человека, то знаем, какое влияние оказываем на него и какую эмоцию он, возможно, пытается от нас скрыть». Другими словами, мы намного лучше подготовлены для своей деятельности, когда обращаем внимание на эти сигналы и знаем, как их оценить, чем когда забываем об их существовании.


Что скрывает улыбка

Сравните и найдите отличия в выражениях лица Пола Экмана, психолога и автора книги «Вскрытые эмоции». На одной из этих фотографий представлена искренняя улыбка, а на другой — фальшивая. Где какая и как их отличить?

На фотографии А — фальшивая улыбка. На фотографии В — искренняя. Обратите внимание на то, что на фотографии В щеки подняты выше: когда человек улыбается искренне, то он задействует внешнюю часть мышцы, окружающей глаз.

Meridith Levinson. How To Be A Mind Reader. CIO Magazine, December 1, 2004

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями

Диагностика психического состояния человека по мимике лица Текст научной статьи по специальности «Прочие медицинские науки»

УДК 616.89-008.437 — 07

ДИАГНОСТИКА ПСИХИЧЕСКОГО СОСТОЯНИЯ ЧЕЛОВЕКА

ПО МИМИКЕ ЛИЦА

З.П. Лемешевская, С.В. Михальчик, В.П. Водоевич, д.м.н, профессор

Кафедра факультетской терапии УО «Гродненский государственный медицинский университет»

В статье подробно анализируются особенности мимической мускулатуры лица, ее непосредственная связь с психическим состоянием человека. Предлагается метод видео-компьютерной диагностики психического состояния, основанный на сравнительном анализе мимики двух половин лица.

Ключевые слова: мимика, асимметрия мозга, психическое состояние, диагностика.

The article deals with the detailed analysis ofpeculiarities of muscles of expression and their direct link with mental condition of an individual. We suggest a new method of video computer-assisted diagnosis of mental condition based on comparative analysis of the expression of two sides of the face.

Key words: Muscles of expression, encephalic asymmetry, mental condition, diagnosis.

До сих пор в обществе крепко держится мнение, что физиогномика, графология, хиромантия, френология и тому подобные науки — наследие средневекового обскурантизма, что они не имеют ничего общего с истинной наукой и поэтому должны быть выброшены из современного знания как лишний и ни к чему не пригодный балласт.

И действительно, было время, когда такой суровый отзыв был отчасти справедлив — тогда эти науки, вместе с магией, астрологией, кабалистикой и другими, так называемыми оккультными знаниями, занимались предсказанием более или менее отдаленного будущего. Однако в наше время эти науки вошли в тесную связь с чисто положительными науками, каковы анатомия, физиология и антропология, и, пользуясь их данными, усвоили положительный метод исследования.

Особенно резко вырисовывается душа человека в его облике, или физиономии — недаром у народа сложилось представление о лице как о зеркале души. И в самом деле, наши привычки, наши стремления, наши страсти, словом все, что составляет нашу личность, наше «я» — все это отражается на лице, придавая ему ту или иную особенность, часто неуловимую, но бессознательно бросающуюся в глаза опытному наблюдателю [20].

Древнее искусство чтения по лицу зародилось тысячи лет назад во времена Желтого императора, когда оно применялось восточными целителями для диагностики болезней. Цель этой нетрадиционной медицины была -и есть — предупреждать проблемы со здоровьем и дать рекомендации в отношении питания, физических упражнений и медитации, с тем, чтобы остановить болезни, когда они едва проявились.

Это искусство просуществовало века, и его популярность основана на том факте, что оно способно помочь людям лучше понимать самих себя, коллег по работе, друзей и членов семьи.

Под физиогномикой понимают характерные черты и выражение лица человека. Лицо делится на три зоны -верхнюю, среднюю и нижнюю [5, 16].

Верхняя часть называется интеллектуальной, она занимает весь лоб, начинается у линии волос и заканчивается линией бровей. Величина и форма лба определяют мыслительную деятельность и реальное понимание жизни.

Эмоциональная — средняя часть лица, включает в себя пространство ниже бровей до самого кончика носа, т.е. равна длине носа. Она отражает степень чувствительности, душевную глубину и внутреннее содержание.

Витальная — нижняя часть лица. Она начинается от

— 6

линии ноздрей, состоит из губ, подбородка и дает представление об энергии человека, его любви к наслаждению и низменным инстинктам.

Поэтому, чтобы понять человека по лицу, нужно разобрать, какая зона из трех более ярко выражена, а узнав это, мы сможем предположить, что движет личностью -инстинктивность, эмоции или интеллект.

Главная мимическая зона лица — это область глаз. Ее выразительность обуславливают сокращение трех главных мышц: лобного брюшка затылочно-лобной мышцы, мышцы, сморщивающей брови, и верхней части круговой мышцы глаза, т. е. надбровной мышцей. Работа этих мышц обеспечивает зажмуривание глаз, их открытие и моделирование положения бровей и век. Функциональный резерв мимики здесь очень велик: от выражения сильной воли до растерянности и огорчения. Но, пожалуй, рельефнее всего бывает выражена мимика внимания.

Внешнее проявление внимания, конечно, требует мобилизации всех органов чувств, но при этом наиболее резко выделяется выражение глаз. По ним оценивается степень эмоциональной настроенности, по ним прочитывается уровень понимания происходящего. Опущенные вниз наружные углы глаз и концы бровей выражают грусть, поднятые вверх — сообщают лицу выражение радости. Сосредоточенность, воля безошибочно узнаются у субъекта, у которого взор фиксирован, мышцы лица напряжены, брови сдвинуты к переносице.

Если брови приподняты и сближены, а поперечные морщины на лбу, соединившись с продольными в форме греческой буквы «омега», сигнализируют о мучительной попытке сосредоточиться, то однозначно можно говорить о выражении скорби. Такой рисунок морщин типичен для лица меланхоликов — «омега меланхоликов» [18, 19].

По движению глаз можно прочитать горе, удовольствие, ярость, симпатии, принуждение. Движения глаз участвуют в поддержании контакта с собеседником. По характеру взора можно судить о намерении собеседника, об этапах разговора, об уровне отношений. Глазами можно выразить одобрение, согласие, запрет, разрешение, поощрение.

При анализе выражения глаз учитываются их величина, направление взора, состояние век, складок вокруг глаз, положение бровей. В спокойной обстановке приподнятые брови, горизонтальные морщины на лбу и раскрытие глаз придают лицу удивленное выражение. Сведение бровей указывает на погруженность в размышления, в решение сложной задачи.

2 —

Пристальное внимание и полное понимание происходящего немыслимы без фиксированного сосредоточенного взгляда. Наоборот, блуждающий взор отмечается у людей, которых не интересует суть вопроса: такой взгляд свидетельствует также о нетерпении, равнодушии, разочаровании.

Неспособность сосредоточить взгляд на чем-то конкретном («бегающие глаза»), даже в ответ на призыв к вниманию, заставляет предполагать эмоциональную неуравновешенность, неподготовленность к последовательному, логическому мышлению. Очень темпераментных людей с сангвиническим характером отличает живой взгляд, гармонически сочетающийся с игрой мимических мышц. У сильно уставших людей взгляд тяжелый, вялый, подчас бессмысленный. То он обращен вдаль, то вниз, брови сведены, на лбу образуются вертикальные складки.

Для точного суждения об эмоциональном состоянии человека необходимо принимать во внимание все компоненты мимики. Так, при сильном возбуждении напряженные веки, расширенные зрачки сочетаются с растяжением крыльев носа и сжатием челюстей. Дальнейшая чрезмерная концентрация внимания может сопровождаться открытием рта. Человек как бы прислушивается к чему-то, в этом случае его больше устраивает дыхание через рот [4].

Органы, нагружаемые в большой степени и натренированные на определенную, специфическую мимику, отмечаются лучшей способностью выполнять привычные для них функции. Это относится в первую очередь к глазам, которыми управляют непроизвольные мышцы (радужки и цилиарного тела), и произвольные, подчиненные III, IV, VI и VII черепным нервам. Блеск и выразительность взгляда делают глаза важными детекторами жизнерадостности и дееспособности личности [7].

Эмоциональные нюансы улавливаются еще по направлению и стабильности взора. У человека в состоянии задумчивости взор обращен вдаль. Глубина восприятия согласуется с устойчивым взором в направлении изучаемого объекта. Представляется типичным твердый взгляд субъекта, оценивающего или проверяющего какой-либо предмет.

Направление взора зависит от сокращения мышц глазного яблока. При сокращении верхней прямой мышцы глаза на лице можно прочесть выражение гордости, удивления, благочестивого смирения. Выражение чувства стыда, печали, угнетения обусловлено сокращением нижней прямой мышцы глаза, когда глазные яблоки поворачиваются книзу. При сокращении наружной прямой мышцы глаза на лице появляется мимика презрения: взор отводится в сторону, сокращение медиальной прямой мышцы глаза способствует выражению вожделения.

Направление взора при общении людей нередко отражает субординацию. Лица, занимающие зависимое положение, часто прячут свой взгляд. Психологическая неуравновешенность порождает неустойчивость взора (стремление отводить взгляд, прятать глаза). Функциональные расстройства нервной системы также сопровождаются нестабильностью взора. Переменчивость взора -один из составных элементов мимики.

Мимика — интегральный процесс. В нем участвуют реакции отдельных мышц, однако они связаны общим основанием, единой целенаправленностью. Если на лице у человека появляется естественная улыбка, то состояние удовлетворения, радости, восторга одновременно отражается и в других чертах лица. Они объединяются в единый комплекс по закону соответствия. Очевидно, что

эмоциональное состояние человека не может получить отражения только в какой-либо одной зоне лица. Обязательно в выражение эмоций включается весь ансамбль лица [15, 28, 29].

Форма лица наследуется, она отражает генетические признаки, входит в комплекс конституциональных признаков. Генетическая обусловленность реакций лицевых мышц, выражающих эмоциональные переживания, подтверждается ранним созреванием их двигательных комплексов. Все мышцы лица, необходимые для выражения эмоций, формируются у плода уже к 15-18-й неделе жизни. А к 20-й неделе у эмбриона можно наблюдать мимические реакции. К моменту рождения ребенка механизм лицевой экспрессии уже полностью сформирован и может быть использован в общении. На врожденный характер мимики указывает и ее сходство у слепого и зрячего младенцев. Но с возрастом у слепорожденного ребенка реактивность лицевых мышц угасает.

В течение жизни человек приобретает новые черты лица под влиянием речи, восприятия, болезней, профессии. Мимический склад лица тоже изменяется, отражая признаки всех предшествующих мимических процессов. Условия жизни (климатические, материальные, социальные, семейные) значительно влияют на мимический облик личности.

Изменения мимики лица в течение жизни обусловлены особенностями мимической мускулатуры. В отличие от всех мышц тела человека, мимические мышцы по их анатомическому строению и функции являются уникальными и отличаются как от поперечнополосатой или скелетной мускулатуры, так и от гладкой. От скелетной они отличаются местами начала и прикрепления, а также тем, что они в комплексе, несмотря на внешние различия отдельных мышц, представляют собой единую ин-тегративную систему, части которой локализованы вокруг естественных отверстий лица: рта, глаз, наружных носа и уха. К анатомическим особенностям мимических мышц относится также наличие ротового и глазничного сфинктеров, вообще не имеющих непосредственного начала на костях.

Мимические мышцы отличаются от скелетных и своим развитием в фило- и онтогенезе. Если последние происходят, как правило, из мышечной части сомитов мезодермы, то мимические мышцы происходят из мезенхимы 2-й жаберной дуги (область подъязычной дуги). Эта мезенхима мигрирует краниально и тянет за собой ветви 7-го черепного нерва и наружную сонную артерию, которые вначале иннервировали и кровоснабжали гиоид-ную дугу.

Главным отличием мимических мышц от скелетных является их функция. Если назначение скелетных мышц — укрепление и перемещение частей скелета, то функция мимических мышц значительно сложнее. Первоначально, как и на предыдущих стадиях филогенеза, они дополняли функции пищеварительной и дыхательной систем. Однако в последующем, параллельно с развитием и усложнением строения и функции центральной нервной системы (ЦНС), они стали выполнять функции мимики, т.е. отражения на висцеральной (лицевой) части черепа эмоционального состояния ЦНС. По сути, мимические мышцы становятся средством общения между высокоразвитыми биологическими субъектами на уровне 1-й сигнальной системы.

Какими же системами и путями осуществляется связь между состоянием и уровнем психоэмоциональной деятельности головного мозга и мимической мускулатурой? При выражении эмоционального состояния про-

исходит очень дифференцированная, порой разнонаправленная и в то же время слаженная работа одновременно нескольких мышц, обслуживающих разные вышеуказанные отверстия лица. Лицевая экспрессия, связанная с коррекцией активности разных мимических мышц, является отражением 6-ти основных эмоций, в основе которых лежат процессы, происходящие в головном мозге, в частности, в лимбической системе, начиная с гипоталамуса, где размещены первичные центры положительных и отрицательных эмоций, соответствующие эффектам действия симпатической и парасимпатической систем. Особая роль здесь отводится парасимпатическому отделу вегетативной нервной системы, который, в отличие от симпатического отдела, осуществляет преимущественно адресную иннервацию отдельных органов.

В пользу этого свидетельствует ряд фактов. В начале своего хода лицевой нерв является смешанным, состоящим из эфферентных соматических, парасимпатических и эфферентных вкусовых волокон. Затем основная масса эфферентных волокон разделяется на две части и переключается на крылонебном и подчелюстных парасимпатических ганглиях. Известны связи промежуточного нерва с тройничным, преддверно-улитковым, языкогло-точным и блуждающим нервами, а также с соматической частью собственно лицевого нерва [27]. Известно, что в ряде периферических соматических нервов всегда имеются эфферентные парасимпатические нервные волокна. Они имеются в глазодвигательной, ушно-височ-ной ветви тройничного нерва. В пользу вегетативного компонента иннервации мимических мышц говорит также то, что мышечные ткани начальных отделов пищеварительной и дыхательных систем, к которым относится и мимическая мускулатура, развились из мезенхимы жаберных дуг, иннервация которых, как и для всех внутренних органов, осуществляется вегетативной нервной системой [7].

Участие нервной системы в механизме мимики доказано давно, хотя многое в этом вопросе остается еще не ясным. Филогенетическая древность внешнего выражения жизненных признаков, отражения эффекта реагирования в движениях мышц лица указывает на их непосредственную связь с теми отделами головного мозга, которые образовались раньше других. К ним относятся ядра ствола, ретикулярная формация, старая древняя кора головного мозга. Роль новой коры отчетливо прослеживается на этапе формирования внешней нервной деятельности, когда экспрессия лица и осознается, и направляется. Человеческая мимика достигла несравненного совершенства и стала важным инструментом общения, источником информации о духовной жизни человека.

Локализация анатомо-физиологических регуляторов мимики в коре головного мозга и подкорковых ядрах и их связь с мимической мускулатурой посредством системы лицевого нерва доказывается клиническими наблюдениями и экспериментами на животных. Совершенно очевидно, что филигранное сплетение ветвей лицевых нервов делает возможной чрезвычайно варьирующую игру мышц лица. Из нервных ветвей выделяются пучки нервных волокон, а за ними — и одиночные волокна, по которым распространяются эффекторные импульсы, заставляющие сокращаться отдельные части мышц. Одновременно с такими проводниками цереброспинальной (анимальной) нервной системы к сосудам лица подходят вегетативные нервные проводники. Они инициируют автоматические реакции сосудов глазных мышц, что проявляется расширением просвета этих сосудов и

покраснением лица, например, при чувстве стыда. Кроме того, сокращение мимических мышц происходит во многих случаях вовсе не по сигналу от внешних нервных центров, а как бы непроизвольно. Таким образом, необходимо допускать возможность передачи возбуждения от ядер лицевого нерва в стволе головного мозга к мимическим мышцам в непредвиденных ситуациях.

Результаты экспериментальных исследований на животных приводят к выводу, что таламус, как важнейшее регуляторное звено промежуточного мозга, отвечает за непроизвольные, бессознательные движения мимических мышц при эмоциональных стрессах.

Мимическая выразительность воспроизводится как безусловный рефлекс. В образовании его необходимо участие: раздражителя (контактного, дистантного, ассоциативного), периферического конца анализатора (рецепторы) и центральных ядер анализаторов (подкорковые формации, кора), средств управления мышцами и самих мимических мышц, от сокращения или расслабления которых и зависит мимика. Независимо от сознания человека подкорковая иннервация мимических мышц обуславливает повышенный тонус мимических мышц и их групповое сокращение в определенных условиях.

Непроизвольные сокращения мимических мышц под влиянием эмоциональных стимулов являются моторной реакцией особого типа, характерной для лицевого отдела организма человека. Поперечная исчерченность мышцы еще не свидетельствует о ее абсолютном соответствии другим поперечнополосатым мышцам, что наблюдается, в частности, и в миокарде.

Особое положение мимических мышц не вызывает каких-либо разногласий. Причина автоматизма мимических реакций, трактуемых как экспрессивные, заключается, вероятно, в подчинении их иннервации диэнцефаль-ным ядрам, которые входят в экстрапирамидную систему, ответственную за тонус мимических мышц. Автоматические сокращения последних в ответ на разнообразные раздражения вызываются эффекторными импульсами через таламус и полосатое тело.

Непроизвольная, подсознательная мимика лица человека сдерживается и тормозится. Она подчинена функциям коры полушарий большого мозга. Вполне естественно поэтому, что участие лица в различных видах экспрессии следует рассматривать не только с позиций мимической моторики, но также в свете высшей нервной деятельности. Полушария большого мозга, по И.П.Павлову, являются реактивнейшей и верховной частью ЦНС, в зависимости от состояния и деятельности которой выделены четыре психологических типа: сангвиник — это сильный, уравновешенный, подвижный тип; холерик -сильный, неуравновешенный (возбудимый), подвижный тип; флегматик — сильный, уравновешенный, инертный тип; меланхолик — слабый, неуравновешенный тип, нервные процессы малоподвижны.

Следовательно, по складу мимики, образцам движений можно сделать вывод о типе нервной деятельности. В 70-х годах прошлого столетия в Калифорнийском университете П.Экманом и его коллегами была разработана техника индентификации эмоций по выражению лица (Facial Afl€ct Spring Technique — FAST). FAST имеет атлас фотоэталонов лицевой экспрессии для каждой из шести эмоций — гнева, страха, печали, отвращения, удивления, радости — в статистической форме. Фотоэталон для каждой эмоции представлен тремя фотографиями для трех уровней лица: бровей — лба; глаз — век и нижней части лица. Кроме того, имеются варианты с учетом разной ориентации головы и направления взгляда. При

пользовании FAST испытуемый ищет сходство эмоций с одним из фотоэталонов, подобно свидетелю, принимающему участие в составлении фоторобота преступника.

Второй метод оценки эмоций разработан П. Экманом совместно с УФризеном (1978). Он получил название «система кодирования активности лицевых мышц» (Facial Action Coding System — FACS). Метод основан на детальном изучении анатомии лицевых мышц. В системе FACS выделена 41 двигательная единица, из которых составлено 24 паттерна реакций отдельных мышц лица и 20 паттернов, отражающих работу группы мышц, например, вовлеченных в кусание губ. Каждая единица имеет свой номер и описание не только в статистических, но и в динамических показателях. В системе зафиксировано также время начала и конца активности каждой мышцы.

П.Экману принадлежит нейрокультурная теория эмоций, которая учитывает как врожденный характер лицевой экспрессии, так и влияние культурных и национальных традиций на выражение и распознавание эмоций. Модель предполагает, что экспрессивное проявление шести основных (базовых) эмоций универсально и не зависит от культуры, национальности и расы. Все люди одинаково используют мышцы своего лица при выражении основных эмоций. Сходные с человеком отражения в мимике эмоций наблюдаются также у животных [8, 9].

Искусство чтения по лицам, как указывалось выше, уходит своими корнями в древневосточную диагностическую медицину. Врачи считали, что все существующие объекты и Вселенную связывает постоянный поток энергии. Эта энергия известна в Китае под названием «ци», в Японии — под названием «ки», В Индии — под названием «прана». Энергия существует в виде энергии — инь и энергии — ян. Инь описывается как более пассивный вид энергии, а ян — более активный. Инь и ян притягивают одна другую, подобно противоположным полюсам магнита [3, 6, 26]. Инь и ян имеют отношение ко всему во Вселенной, и все, что нас окружает, состоит из сочетания этих двух качеств, хотя некоторые из предметов и явлений больше инь, в то время как другие — больше ян. Черты лица могут быть более «иневыми», либо «яневыми», как и эмоции, свойства характера, связанные с каждой чертой. Тонкие губы, например, считаются больше ян (и свойства характера, ассоциируемые с этой чертой, — упорная работа и ответственность), в то время как полные губы (и ассоциируемые с ними склонность расслабляться, получать удовольствие) считаются более «иневыми».

Некоторые люди в целом могут быть слишком инь или слишком ян. Человек, который легко раздражается и впадает в гнев, становится «яневым». Чтобы устранить дисбаланс, такой человек должен внедрить больше энергии инь в свой образ жизни, потребляя продукты инь (легкие блюда, такие как салаты и фрукты, а также больше жидкости) и заниматься расслабляющими «иневы-ми» видами деятельность, такими как чтение, занятия йогой и прогулки.

По древневосточным представлениям считается, что левая и правая половины лица связаны с разными типами энергии ци. У большинства людей энергия ци в левой половине лица имеет тенденцию быть более активной и, соответственно, быть энергией ян, в то время как энергия ци в правой половине лица склонна быть более спокойной — более инь. Правая половина лица считается женской стороной и, как правило, отражает черты лица матери и бабушек, в то время как «яневая» левая половина представляет мужской аспект и связана с отцом и дедуш-

ками. Женская, правая половина лица ассоциируется с земной энергией ци и она, как правило, более выражена, чем левая, и представляет наши основные эмоции и точку зрения, а также наши личные, внутренние свойства характера и творческие способности. Мужская, левая половина лица ассоциируется с небесной энергией ци и представляет логическое мышление и принимаемые социальные маски. На ней отражаются контролируемые эмоции, и она представляет ту личность, какой мы желаем показаться для внешнего мира.

Чтобы лучше это увидеть, необходимо создать два образа с помощью фотографий правой и левой половины лица, на которых будет отмечаться заметная разница в мимике каждой из фотографий. Идеально симметричные лица практически не бывают. На асимметрию лица (мимики) указывает и анизокирия. По данным Е.С. Вель-ховера и Б.В. Вершинина [5], анизокория встречается у практически здоровых лиц в 19% случаев, у больных соматическими заболеваниями — в 37%, у лиц с патологией ЦНС — в 50-91% случаев. Причем, у подавляющего большинства соматических больных и здоровых людей правый зрачок шире левого.

В настоящее время различие в мимике правой и левой половины лица объясняется тем, что правое и левое полушария головного мозга выполняют различные функции [1, 17]. Особенно четко это доказали в 50-х годах ХХ века американские исследователи, которые достигли успехов в лечении непрерывно возникающих приступов эпилепсии разъединением правого и левого полушария головного мозга путем операции — разрушением моста между полушариями (мозолистого тела). Такая операция была произведена у нескольких больных, действительно облегчила их страдания и одновременно привела к крупнейшему открытию, удостоенному в 1980 г. Нобелевской премии. Ее получил Р. Сперри [22].

Хотя связи между двумя полушариями мозга были нарушены, человек ел, совершал повседневные поступки, ходил и беседовал с другими людьми без серьезных видимых отклонений в поведении. Правда, настораживали несколько наблюдений, сделанных вскоре после операции: один пациент пожаловался, что он странно ведет себя с женой и не в состоянии контролировать свое поведение — в то время как его правая рука обнимает жену, его левая рука ее отталкивает. Другой пациент обратил внимание на странное поведение своей левой руки перед посещением врача: в то время как с помощью правой руки он одевался и приводил себя в порядок, левая рука пыталась расстегнуть и снять одежду. Потом было отмечено, что правая рука не могла перерисовать самые простые геометрические фигуры, она не могла сложить простые конструкции из кубиков, она не могла найти на ощупь простые бытовые предметы. Левая рука прекрасно справлялась со всеми этими задачами, но не могла написать, даже очень коряво, ни одного слова.

Таким образом, правое полушарие, управляющее левой рукой, во всех действиях, за исключением письма, превосходило левое полушарие. Но зато правому полушарию оказалась недоступна, кроме письма, функция речи. Правое полушарие существенно превосходило левое в способности ориентироваться в пространстве, в восприятии музыки, опознании сложных образов, которые нельзя разложить на простые составные части — в частности, в опознании человеческих лиц и эмоциональных выражений на этих лицах.

В этом плане интересно следующее исследование. Группу архитекторов подключили к электроэнцефолог-рафам (ЭЭГ). Архитекторы получили задание, в кото-

ром нужно было произвести арифметический расчет. ЭЭГ показал повышение активности левого полушария, а когда надо было выполнить проект фасада здания, усилилась активность правого полушария [3]. Следовательно, существуют различия в функциях правого и левого полушарий (функциональная асимметрия мозга). Функцией левого полушария является оперирование вербаль-но-знаковой информацией (логические операции, чтение, счет). Функцией правого полушария — оперирование наглядными образами (распознавание объектов, образное мышление, интуиция).

В настоящее время накоплено большое число экспериментальных и клинических данных о различной роли полушарий головного мозга в регуляции психических способностей и эмоций. Изучение функций левого и правого полушария обнаружило существование эмоциональной асимметрии мозга, проявляющейся, в том числе, и в мимике лица [12, 13, 23, 24, 25]. По данным В.Л. Деглина [10], временное выключение левого полушария электросудорожным ударом тока вызывает сдвиг в эмоциональной сфере «правополушарного человека» в сторону отрицательных эмоций. Настроение ухудшается, он пессимистически оценивает свое положение, жалуется на плохое самочувствие. Выключение правого полушария вызывает противоположный эффект — улучшение эмоционального состояния. Т. А. Доброхотова и Н.Н. Брагина [11] установили, что больные с поражением в левом полушарии тревожны, озабочены. Правостороннее поражение сочетается с легкомыслием, беспечностью. Эмоциональное состояние благодушия, безответственности, беспечности, возникающее под влиянием алкоголя, связывают с его преимущественным воздействием на правое полушарие мозга [21].

Для гармонического сочетания человека с окружающим миром должна быть согласованность интуиции и логики, духа и ума, при которой человек своей логикой (функция левого полушария) может осознать свою интуицию, образы (функция правого полушария) [2]. С психологической точки зрения гармония человека соответствует степени его психологической защищенности от жизненных потрясений и болезней.

Следовательно, сложнейшие мимические реакции, отображающие подсознательную и сознательную реактивность соответствующих центров головного мозга, могут осуществляться только при наличии между всеми центральными и периферическими компонентами этой целостной системы многообразных анатомо-физиоло-гических связей, осуществляемых нейропроводниками, как соматической, так и вегетативной частей нервной системы. В отличие от соматических волокон лицевого нерва, большинство из которых перекрещиваются в стволе головного мозга и при поражении корковых центров развивается гетеролатеральный паралич мимической мускулатуры преимущественно нижней части лица, эмоциональные реакции, связанные с вегетативной нервной системой, по отношению к полушариям головного мозга, в основном проявляются гомолатерально [2].

Исходная фотография

Часть двигательного ядра лицевого нерва, иннерви-рующая мимические мышцы верхней части лица (лобная, круговая мышца глаза), имеет корковую иннервацию из обоих полушарий головного мозга. В противоположность этому нижняя часть ядра, иннервирующая нижние мимические мышцы, получает корковую иннервацию преимущественно из противоположной прецент-ральной извилины. Поэтому при поражении прецент-ральной извилины на противоположной стороне возникает парез мимических мышц только нижней части лица, но не нарушается функция мимических мышц верхней части лица, имеющих двухстороннюю корковую иннервацию.

Таким образом, состояние правого полушария отражается на правой половине лица, а левого полушария -на левой. В особенности это важно для глаз. До сих пор считалось, что состояние двух полушарий головного мозга человека отражается на его лице «крест-накрест» — левого полушария на правой стороне лица, а правого полушария на левой стороне лица. Это обстоятельство не позволяло ученым разработать адекватную методику тестирования психотипов. Поэтому, например «Экспресс тест Джеймса» [18, 19] не является достоверным и не нашел успешного применения на практике.

У здоровых людей мимика левой стороны лица отражает эмоциональное состояние в большей степени, чем мимика правой половины. Более явная выраженность проявлений эмоций левой половины лица подтверждается в специальных модельных экспериментах, в которых было показано, что эмоции больше распознаются на фотографиях, составленных из двух левых половин лица

[14].

Для определения психического состояния нами используется метод видео-компьютерной диагностики (Роспатент №№ 2303947 от 15.07.2004 г получен С.В. Михальчи-ком). С помощью видеокамеры компьютер строит два новых лица человека. Один портрет составляется из правых половин лица (духовный, генетический портрет), другой — из левых (жизненный, социальный портрет). На представленных фотографиях видна четкая разница в мимике правой и левой половины лица (рисунок 1).

На «генетическом портрете» видна решительность, готовность к действию этого человека, а на «социальном портрете» — усталость, депрессия, что проявляется опущением уголков глаз, бровей и т.д. Далее эти портреты сравниваются в компьютере по специальному алгоритму, и по этой программе компьютер относит данного человека к одному из 49 психологических типов и выдает в процентном отношении полную личностную характеристику, профессиональную характеристику и рекомендации по гармонизации личности, изменению образа жизни, эффективному взаимодействию с другими людьми, окружающим миром.

Видео-компьютерная диагностика, наряду с опросниками, нами используется для определения психического состояния у соматических больных (бронхиальная астма, артериальная гипертония, язвенная болезнь и др.),

^^шя ^швш _ _ м

Генетический портрет

Рисунок 1 = 66 _

Социальный портрет

для более эффективного лечения этих больных с учетом психического статуса (тревожность, депрессия).

С помощью этого метода может происходить психофизическая саморегуляция человека на основе зрительной биологической обратной связи. Если человек смотрит на эти свои два портрета, то он начинает осознавать свои подсознательные (вытесненные из сознания) чувства. В результате такой биологической обратной связи, эмоции на двух портретах становятся положительными и выравниваются. Практически при этом происходит стабилизация психических процессов, выравнивание интуитивных и логических способностей человека, повышается степень гармонии личности. При этом лицо и глаза становятся более симметричными, уменьшаются психосоматические расстройства, происходит процесс омоложения (если старение произошло преждевременно), человек возвращается к своей жизненной программе, самому себе.

Одним их существенных преимуществ этого метода является возможность исследования человека в прошлом. Исследование ранних фотографий, начиная с самого раннего детства, позволяет выявить периоды психических травм и динамику развития расстройств. При психокоррекции, с помощью синтезированных из ранних фотографий портретов, происходит восстановление лучшего из прежних состояний.

Литература

1. Ананьев, Б. Г. Билатеральное регулирование как механизм поведения / Б. Г. Ананьев // Вопросы психологии. — 1963. -№ 5. — С. 81-89.

2. Ануашвили, А.Н. Основы психологии / А.Н. Ануашвили.

— М., 2001. — 136с.

3. Бирах, А. Психология мимики / А. Бирах. — М., 2000. -174с.

4. Браун, С. Практическое искусство чтения лиц / С. Браун.

— М.: Эксмо, 2003. — 128с.

5. Вельховер, Е.С. Тайные знаки лица / Е.С. Вельховер, Б.В. Вершинин. — М., 2003. — 320с.

6. Вогралик, В. С. Иглорефлексотерапия (Пунктуационная рефлексотерапия) / В. С. Вогралик, М. В. Вогралик. — Горький: Волго-Вятское кн. издательство, 1 978. — 296 с.

7. Воробьев, П. В. Анатомия человека / П. В. Воробьев. -Москва-АСТ-Минск, 2005. — С. 1338-1373.

8. Данилова, Н.Н. Психофизиология / Н.Н. Данилова. — М.: Аспект пресс, 1998. — 374с.

9. Данилова, Н.Н. Физиология высшей нервной деятельности / Н.Н. Данилова, А. Л. Крылова. — М.: Учебная литература, 1997. — 432 с.

1 0 . Деглин, В. Л. Функциональная асимметрия мозга и гетерогенность мышления или как решаются силлогизмы с ложными посылками в условиях преходящего угнетения одного полушария / В. Л. Деглин // Нейропсихология сегодня / Е. Д. Хомская [и др.]; под ред. Е. Д. Хомской. — М.: МГУ,1995. — С 28-38.

11. Доброхотова, Т.А. Функциональная асимметрия и психопатология очаговых поражений мозга / Т.А. Доброхотова, Н. Н. Брагина. — М.: Медицина, 1977. — 360 с.

12. Ермаков, П. Н. Психомоторная активность и функциональная асимметрия мозга / П. Н. Ермаков. — Ростов-на-Дону,

1988. — С. 45-125.

13. Костандов, Э. А. Принципиальные вопросы изучения функциональной асимметрии полушарий большого мозга у человека / Э. А. Костандов // Методологические аспекты науки о мозге / О. С. Андрианов [и др.]; под ред. О. С. Андрианова, Г. Х. Шинга-рова. — М.: Медицина, 1983. — С.218-230.

14. Кроль, В. М. Психофизиология человека / В. М. Кроль. -СПб.: Питер, 2003. — 304 с.

15. Куприянов, В. В. Лицо человека / В. В. Куприянов, Т. В. Стовичек. — М.: Медицина, 1998. — 413 с.

16. Ломброзо, Ч. Преступный человек / Ч.Ломброзо. — М.:Эк-смо, СПб.:Мидград, 2005. — 880 с.

17. Нейропсихология сегодня / Е. Д. Хомская [и др.]; под ред. Е. Д. Хомской. — М.: МГУ,1995. — 232 с.

18. Паршукова, Л.П., Физиогномика: читай по лицу / Л.П. Паршукова, З.А. Шакурова. — 2-е изд. — Ростов-на-Дону: Феникс, 2005. — 250 с.

1 9. Паршукова, Л.П. Физиогномика: покажи мне свое лицо, и я скажу, кто ты / Л.П. Паршукова. — Ростов-на-Дону: Феникс, 2007. — 221 с.

20. Репосси, А. Физиогномика или искусство определения характера по чертам его лица / А. Репосси. — М.: Армада и Альфа-книга, 2003. — 268 с.

21. Рещикова, Т. Н. О межполушарных отношениях у больных хроническим алкоголизмом / Т. Н. Рещикова // Журнал невропатологии и психиатрии. — 1981. — № 9. — С. 1371-1374.

22. Ротенберг, В.С. Сновидения, гипноз и деятельность мозга / В.С. Ротенберг. — М., 2001. — 256 с.

23. Русалова, М. Н. Асимметрия произвольной регуляции эмоциональной мимики / М. Н. Русалова // Журнал высшей нервной деятельности. — 1981. — №3. — С. 566-568.

24. Сергиенко, Е. А. Функциональная асимметрия полушарий мозга / Е. А. Сергиенко, А. В. Дозорцева [Электронный ресурс]. — 2004. — Режим доступа: http://www.cerebral-asymmetry./ Sergienko/ — Дата доступа 24.01.08.

2 5 . Спрингер, С. Левый мозг. Правый мозг. Асимметрия мозга / С. Спрингер, Г. Дейч. — М., 1983. — 246 с.

26. Табеева, Д. М. Руководство по иглорефлексотерапии / Д. М. Табеева. — М., 1980. — 560 с.

27. Хилькевич, С.И. Строение и связи промежуточного нерва в эмбриогенезе человека и животных / С.И. Хилькевич. — М.,

1989. — 17 с.

28. Хигир, Б. Ю. Физиогномика / Б. Ю. Хигир. — М.: Аст-рель, 2006. — 640 с.

29. Щекин, Г. В. Визуальная психодиагностика: познание людей по их внешнему облику / Г. В. Щекин. — М.: Медицина, 1992. -164 с.

Поступила 30.04.08

Аутизм у взрослых

  Врач-невролог 

Королик М.В.

 Аутизм – нарушение работы мозга, причины которой могут быть генетическими, механическими (повреждения мозга) или же иными,  — дает о себе знать, как правило, в раннем детском возрасте.

Однако бывает и так, что аутизм у взрослых развивается в зрелом возрасте, и окружающие не успевают вовремя понять, что происходит и оказать необходимую помощь. Признаки развития аутизма у взрослых нередко путают с сезонной депрессией, просто плохим настроением, вследствие внешних проблем и так далее. Как правило, у взрослых людей развивается атипичный аутизм.

Признаки развития аутизма у взрослых:

  • Человек замыкается в себе, перестает откровенно беседовать с близкими.
  • Человек начинает уклоняться от общения, старается пройти мимо знакомых, не поздоровавшись, не поддерживает общие беседы.
  • Человек избегает контакта «глаза в глаза», его мимика становится беднее, как будто «цепенеет».
  • Человек становится пассивным или наоборот – слишком раздражительным.
  • Человек забрасывает свои увлечения, интерес к жизни у него падает.
  • Человек игнорирует события и перемены в собственной жизни, в жизни близких.
  • У человека исчезает чувство долга, он становится забывчивым и рассеянным. Причем, чувства вины за невыполненные обещания он не испытывает.
  • Человек теряет чувство реального времени.
  • Человек перестает стремиться к проведению совместного досуга с близкими, к проведению свободного времени в местах большого скопления людей.  
  • Человеку начинают быть свойственны стереотипные движения, повторения фраз, зачастую заимствованных из фильмов, песен, может быть СМИ.
  • Человек начинает всеми способами уклоняться от вербального общения, бояться его.

 Даже один или несколько из вышеупомянутых признаков могут свидетельствовать о развитии у взрослого человека аутизма или расстройств аутичного спектра. Такому человеку необходима срочная помощь психиатра и невролога.

Аутизм у взрослых мешает полноценной социальной жизни, заставляет человека уклоняться от каких-либо контактов, и даже если у такого человека не наблюдается отклонения умственных способностей, тем не менее, ему очень трудно вести самостоятельную жизнь.

Такие простые и понятные для каждого вещи, как поиск работы, поход за покупками, завязывание знакомства с привлекательным представителем противоположного пола и так далее, для аутиста могут стать серьезным испытанием и даже настоящей пыткой.

Аутизм у взрослых, равно как и расстройства аутичного спектра, встречается чаще, чем возможно предположить. Согласно данным, полученным британскими учеными в ходе масштабных исследований, каждый сотый взрослый человек страдает аутизмом. 

Аутизм у взрослых встречается чаще у мужчин, чем у женщин. Нередко интеллект взрослых аутистов очень высок, они добиваются больших успехов в карьере, делают научные открытия и так далее, но проблемы в общении при этом остаются.

Также вышеупомянутые и прочие исследования показывают, что при аутизме у взрослых только около 33% способны в повседневной жизни полностью или частично обходиться без посторонней помощи, жить и работать самостоятельно. Тяжелые формы аутизма у взрослых приводят к тому, что человек перестает владеть речью. Такие люди находятся на низком интеллектуальном уровне.

 Представление про аутизм у взрослых можно получить после просмотра фильма «Человек дождя»,  в котором главную роль сыграл Дастин Хоффман. Этот фильм в 1989 году был признан лучшим фильмом года и получил наивысшую награду, а сам Дастин Хоффман  в номинации Лучшая мужская роль был награжден Оскаром, за роль взрослого мужчины, страдающего аутизмом.

Классификация аутизма у взрослых:

Согласно психологической классификации аутизма у взрослых, их разделяют на пять групп

  • Первая группа – пациенты, не взаимодействующие с окружающим миром. Они практически неизлечимы.
  • Вторая группа – люди замкнутые в себе, проявляющие тягу к общению исключительно по собственной инициативе. Они могут часами заниматься любимым делом, и не испытывать желания есть, спать или отдыхать.
  • Третья группа — люди, которые не принимают  взгляды и нормы общества.
  • Четвертая группа —   несамостоятельные взрослые больные аутизмом, для которых характерно обижаться и не уметь противостоять проблемам. Таких людей тяжело отличить от здоровых людей. Это может сделать только психиатр.
  • Пятая группа – к ней относятся взрослые, страдающие аутизмом, с уровнем интеллекта выше среднего. Такие люди становятся талантливыми математиками, программистами, писателями.  В США было установлено, что из-за генетических нарушений у аутистов появляются так называемые «гены гениальности».

К сожалению, общество не всегда принимает взрослых с аутизмом. Их часто называют «чудаками», чураются,  а в худшем случае – смеются над ними и унижают больных людей. Нередко от взрослых, у которых развился аутизм, отворачиваются их родственники и друзья, а одиночество при аутизме у взрослых только усугубляет состояние больного.

Среди взрослых с аутизмом есть и знаменитости. К примеру, у Вуди Аллена есть признаки аутизма, у известного художника Винсента ван Гога  они также присутствовали.

Аутизм нельзя вылечить полностью, но можно значительно улучшить состояние взрослого человека, страдающего аутизмом. Для этого ему нужно изучить правила поведения, некоторые действия, приучиться к самостоятельности  — все это важно для выживания взрослого, страдающего аутизмом. Главное быстрее начать коррекцию поведения, тогда процесс будет проходить легче и можно будет быстрее добиться результатов.

Особенности проявления аутизма у взрослых людей

 Аутизм – одно из психических заболеваний, которое возникает развивается в результате нарушений в работе головного мозга. Зачастую характер таких нарушений обуславливает длительное течение это заболевания. По этой причине, аутизм первые признаки которого заметны уже в детстве, тянется на протяжении всей жизни и пациентам приходится мирится с аутическими расстройствами не только в детском возрасте, но и во взрослом состоянии. У взрослого аутиста наблюдаются все те же затруднения во взаимодействии с окружающими, отсутствие эмоций, шаблонность мышления, узость интересов и другие первичные и вторичные симптомы.


У взрослых, так же как и у детей существуют различные формы аутизма, объединенные в общую группу расстройств аутического спектра. От степени сложности недуга зависит его симптоматика, характер терапии и степень социализации взрослого-аутиста. Определяющими признаками аутизма является так называемая триада:

  • проблемы с социальным взаимодействием
  • нарушение коммуникативных навыков
  • узкий круг интересов личности и ритуальность поведения.

Характерной чертой взрослого аутиста, которая выделяет его среди остальных, является замкнутость. Независимо от формы заболевания взрослый человек с расстройством поведения аутического спектра очень трудно налаживает социальные контакты и на протяжении всей жизни находится в стороне от обществ.Следует отличать первичный аутизм от вторичного, или «аутизма поневоле». Нередко люди с патологиями речевого или слухового аппарата, врожденным слобоумием и другими недугами оказываются отвергнуты обществом. Они замыкаются в себе, оказываясь вне социума. Принципиальное отличие «аутистов поневоле» в том, что они испытывают острый дискомфорт из-за своего конфликта с окружающими, врожденным аутистам контакт с другими не интересен. Эти люди по своей природе не могут включиться в социум, обычное общение для них – раздражитель.

Другой характерный симптом аутизманарушение коммуникативных навыков, является следствием замкнутости поведения. Обычно дети-аутисты начинают говорить позже своих сверстников. Причиной тому не столько физические отклонения, сколько отсутствие самого мотива для коммуникации. Такой ребёнок просто не хочет разговаривать. Со временем большинство людей осваивают «ненужный» речевой навык. Однако эта ситуация оставляет свой отпечаток и во взрослой жизни. Речь взрослого аутиста отличается от речи здоровых людей своей скудностью и неразвитостью.

Третий важнейший симптом — постоянство внутреннего мира аутиста. Взрослые аутисты испытывают острую потребность в постоянстве, в некоторых случаях это может напоминать ритуальность. Это может проявляться в четком соблюдении установленного распорядка дня, гастрономических привычках, систематизации личных вещей. Любое нарушение привычного уклада жизни вызывает волнение, приступы паники или агрессии.

В целом характер взрослого аутиста можно охарактеризовать как замкнутый, изолированный, изобилующий постоянством. Из-за недопустимости любых перемен в сложившемся жизненном укладе, у аутистов очень узкий круг собственных интересов. Методичное повторение одного и того же нередко позволяет им довести любимый навык до совершенства. Это обуславливает сложившееся мнение, что аутизм характерен для гениев. На самом деле настоящие гении из аутистов получаются редко. Более того, очень часто аутизм сопровождается умственной отсталостью и поведенческими отклонениями. В таком случае ведущим навыком взрослого-аутиста станет не виртуозная игра в шахматы, а собирание пирамиды из детских кубиков.

Аутизм сам по себе является общим понятием. В современной медицине общий аутизм разделили на несколько направлений:

  • собственно аутизм (синдром Каннера)
  • синдром Аспергера (облегченная форма аутизма)
  • синдром Ретта (женское психоневрологическое заболевание)
  • атипичный (комбинированный) аутизм

Наиболее сложная форма аутизма – это синдром Каннера, или собственно аутизм. У людей с синдромом Каннера наблюдается весь спектр симптомов аутизма. Такой человек абсолютно асоциален, речевые навыки слабые или вообще отсутствуют из-за атрофии речевого аппарата. Важнейшие нервные структуры не развиты, интеллект находится на уровне средней или тяжелой умственной отсталости. Самостоятельная жизнь такого человека невозможна. Человек с синдромом Каннера должен находиться под постоянным присмотром, в особо тяжелых случаях требуется изоляция в специализированное медицинское учреждение.

Синдром, описанный выдающимся психиатром Гансом Аспергером, является более мягкой формой заболевания. Несмотря на ощутимые проблемы в общении и социализации, такие люди свободно владеют речевыми и когнитивными способностями. Они могут быть замкнутыми, странными, несколько неуклюжими, но вполне самостоятельными. Люди с синдромом Аспергера зачастую работают и становятся полноценными членами общества.

Синдром Ретта является хроническим заболеванием, передающимся только по женской линии. Недуг проявляется не ранее 1 года, после чего пациент начинает стремительно регрессировать. Терапия помогает незначительно улучшить общую картину. Взрослых женщин, страдающих от синдрома Ретта, немного. Обычно заболевание заканчивается летальным исходом до 25–30 лет.

Когда идентифицировать конкретную форму аутизма невозможно, говорят об атипичном аутизме, что представляет из себя комбинированный набор различных симптомов.

Из всех перечисленных форм аутизма, чаще всего встречаются синдром Аспергера и атипичный аутизм.

Несмотря на то, что аутизм детально изучается с первых десятилетий ХХ века, его причины ещё не разгаданы. На сегодняшней день одной из основных считают теорию генной мутации. Ученым удалось определить некоторые гены, что влияют на развитие аутизма, однако выяснить, как и почему происходит мутация, не вышло.

Лечение аутизма должно начинаться в раннем возрасте, как только заболевание диагностировано. При этом лечение сводится к реабилитационным мероприятиям. Только в этом случае у маленького аутиста есть шанс вырасти в более или менее самостоятельного взрослого человека. Первостепенную роль играет терапия (поведенческая, логопедическая). Регулярное посещение психотерапевта рекомендуется и взрослым аутистам, которым удалось адаптироваться в обществе. Зачастую больным прописывают медикаменты (психотропные и противосудорожные вещества). Это могут быть антидепрессанты, антипсихотики, различные стимуляторы. Они помогают стабилизировать состояние больного, облегчить симптомы, но само психологическое расстройство не искореняют, и оно сопровождает аутиста в течении всей его жизни.

ПРОФИЛАКТИКА АУТИЗМА

Каких-то строго определенных правил для профилактики аутизма не существует, но есть некоторые рекомендации специалистов, используя которые, родители могут избежать появления этого заболевания у ребенка. Беременным женщинам и кормящим мамам необходимо очень строго следить за своим питанием и стараться избегать продуктов, которые содержат ГМО. Также это относится и к искусственным молочным смесям.

Организм у некоторых детей не может перерабатывать глютен, так как он может спровоцировать появление депрессивных состояний. И продукты с таким компонентом противопоказаны ребенку с аутизмом.

Стоит также внимательно отнестись к прививкам, которые делают ребенку, так как в состав современных прививок входят соединения тяжелых металлов в роли консерванта. Детский организм иногда не справляется с вакциной, и может произойти отравление ртутью. Признаки отравления аналогичны с основными проявлениями аутизма у ребенка.

 

Как омолодили для «Ирландца» Роберта Де Ниро и Аль Пачино — Российская газета

Фильму «Ирландец» Мартина Скорсезе специалисты прочат самые главные мировые награды за этот год. Получит ли их гангстерская сага, которая длится три с половиной часа, или нет — отдельный разговор. Отметим лишь, что почти столько же противоречивых мнений, как о качестве сериала, вызвали технологии омоложения, что применялись в нем. Актерам, исполняющим главные роли, Роберту Де Ниро и Аль Пачино в жизни, соответственно 76 и 79 лет, а в фильме они играют 40-летних. Каким образом омолодили их лица? Выдают ли возраст тела? Сможет ли каждый человек сбросить так же пару десятков лет на фото или в видео? И каковы позиции в этом плане у российского кино? Обозреватель «РГ» расспросила обо всем специалиста Надежду Маркалову — главного редактора сайта startfilm.ru и преподавателя истории спецэффектов Школы дизайна ВШЭ.

Как удалось так омолодить Роберта Де Ниро и Аль Пачино в фильме «Ирландец»?

Надежда Маркалова: Для того, чтобы понять особенности работы над «Ирландцем», нужно знать, как это делается обычно. Пионером в этой области была студия Lola VFX — они омолаживали звезд задолго до того, как это стало мейнстримом. Если вам кажется, что актриса в фильме выглядит моложе, чем должна бы (а часто бывает, что в кино они выглядят более юными, чем в жизни и даже на премьерах), то ее наверняка омолаживала Lola VFX. Только об этом они не имеют права рассказывать, там пожизненное NDA — договор по неразглашению. Однако, студия и артисты рассказали об этом, например, в дополнительных материалах к фильму «Загадочная история Бенджамина Баттона» (в фильме герой Брэда Питта проживает жизнь наоборот — от старости — к молодости — Прим. С.А.), в 2009 году. То есть, технология омоложения существовала задолго до того, как знание о ней стало достоянием общественности. Тогда это называлось «цифровой ретушью». И использовалось, чтобы улучшить внешний вид звезд, когда они работают уставшие после долгой смены или снимаются по ночам.

Первым фильмом, в котором зрители увидели технологии омоложения, стала картины «Люди Икс: Последняя битва», которая вышла в 2006 году. Lola VFX применяет систему 2,5D. Съемка актеров ведется с крошечными маркерами, закрепленными на лице для последующей синхронизации движений трехмерного объекта с движениями головы актера. Потом строится невидимая 3D версия головы, движения которой синхронизированы с движениями головы актера. Поверх этой головы ставят «заплатки» из облака точек, которые работают фильтрами для кожи на оригинальном изображении. Иногда эти «заплатки» берут из съемки молодого дублера, который старается повторять движения оригинального актера, проходя ту же сцену в той же декорации и при том же освещении. Кроме того, при необходимости делают компьютерную «подтяжку лица», убирая подбородок, четче прорисовывая скулы, уменьшая уши и нос, которые растут у нас всю жизнь, и так далее.

Но в «Ирландце» работала компания ILM, и это не столько омолаживание, сколько новая цифровая голова. Причем, когда делают такую, оригинальный актер обычно играет в «мокап» (сокращение от motion capture — захват движения) — то есть с маркерами на лице и в шлеме с камерой. И потом движение маркеров переносится на цифровую голову и становится источником для ее мимики.

Однако Роберт Де Ниро категорически отказался работать в шлеме и с маркерами. Поэтому специально для этого фильма команда ILM написала свою собственную программу, позволявшую «разбирать» мимику актера с отснятого материала без видимых маркеров (к слову, безмаркерный лицевой «мокап» уже существует, и даже в России — в студии CGF есть своя собственная разработка, так что это вполне возможно).

Съемка актеров велась тремя камерами на одной установке. Две дополнительные камеры по обеим сторонам основной операторской камеры снимали происходящее в инфракрасном диапазоне. После чего специальный софт переносил эти данные на цифровую голову. Да, после переноса мимического движения новую цифровую голову нужно синхронизировать с оригинальной, осветить так, как были освещены все объекты в кадре, и заново, говоря на профессиональном языке, «отрендерить» И дальше на этапе композитинга ее «вклеивают» в отснятые кадры.

Зачем понадобилось это делать? Для чего нужно было омоложение?

Надежда Маркалова: Это личное желание режиссера. Обычно, если в фильме нужно сыграть какого-то персонажа в молодости, нанимают молодого актера, более-менее похожего на оригинального, при необходимости делают ему грим, и он отыгрывает сцены, действие который разворачивается в прошлом. Так делали всегда, до изобретения методов омолаживания. Но впервые актер возраста 70 плюс играет 40-летнего. Если честно, это хорошо видно в его движениях, мне кажется, все-таки уместнее было бы использовать молодого дублера для тела. А не городить вот такой огород со старческими движениями и молодым лицом, и со старческой мимикой в некоторых сценах. Лица получились неплохо, а весь образ, на мой взгляд, — немного «монстр Франкенштейна».

Как в кино создают клонов? Я сейчас спрашиваю и в целом и конкретно про фильм «Гемини» 2019 года, где сделали «близнеца» Уиллу Смиту.

Надежда Маркалова: Это те же самые технологии — снова создают цифровую голову. Например, из списка выше, так делали Арнольда Шварценеггера. Это была полностью цифровая голова, созданная по трехмерному скану его слепка. Им повезло — в хранилище студии Стэна Уинстона все еще хранился слепок лица Арнольда, сделанный во время создания грима к фильму «Терминатор 2: Судный день». Слепки делаются гримерами для создания накладок пластического грима. Точно также им повезло с Питером Кушингом для «Изгоя-один», ту голову тоже делали по скану слепка. Потом другой актер сыграл роль в «мокап»- маркерах с камерой на шлеме, и эти данные перенесли на цифровое лицо. Другое дело, что мимика у человека все-таки индивидуальна, и движения мышц — тоже, поэтому идеально достоверных копий пока не получилось, и, возможно, не получится никогда — именно в силу неповторимых особенностей оригинальных актеров. Так что, эти воскрешенные «монстры» находятся прямо посреди Мрачной долины.

Что касается «Гемини», то здесь все несколько проще: и оригинальный актер, и молодая цифровая голова — это один и тот же человек, и их «индивидуальности» идентичны — в плане движения мышц или языка тела. Над «Гемини» работала студия WETA Digital. Кажется, на сегодняшний день это лучшая версия омолаживания. Но и этот герой не всем однозначно показался убедительным.

Как воскрешают людей в кино? Например, сейчас собираются снять военный фильм «В поисках Джека», где «вернут к жизни» знаменитого Джеймса Дина.

Надежда Маркалова: Все, что я на данный момент читала по поводу Джеймса Дина, выглядит, мягко говоря, удивительно. Им нужна не внешность Дина, а его игра, что странно. Они собираются взять его, чтобы он сыграл другого персонажа, совершенно «рэндомного» — то есть, случайного, к Дину не имеющего никакого отношения. Они будут «сшивать» его из «игры» Дина: нарежут отснятый с ним материал на кусочки, составят из этого коллаж нужных эмоций, а потом сделают трехмерную голову и перенесут эти эмоции на нее. Как они будут это делать без маркеров и данных по трехмерному движению мимики — большой вопрос. Нам еще предстоит это узнать. Мне кажется, что заявившие такое сами пока не представляют, как они будут это делать. Они заявили, что другой актер не будет играть, но лишь озвучит персонажа. На мой взгляд, это будет какой-то новый вид цифрового надругательства над умершим. Если в случаях с Кушингом и Кэрри Фишер, этого требовал сюжет фильма, а в случае с Полом Уокером кинематографисты просто пытались спасти фильм и его последнюю роль, то здесь продюсеры изначально роют себе яму, из которой будут героически пытаться выбраться.

То есть, вы считаете, что каждый раз нужно хорошо все взвесить, прежде чем применять технологии «создания людей». А как думаете — смогут ли «омолодиться» цифровым способом простые люди в обычной жизни?

Надежда Маркалова: Думаю, что нужно применять эти технологии со смыслом, и не множить сущности без надобности, как в случае с Дином. И применять логично — не омолаживая только лицо и оставляя тело 70-летнего старика, как в «Ирландце», хотя мне попадалась информация о том, что тела и руки в этом фильме тоже изменяли с помощью CGI. Омолаживание персонажа нужно применять комплексно — моторику тела тоже следует принимать во внимание. Смогут ли применять люди это в жизни? Ох, это безумно дорого! Цифровая голова стоит примерно миллион долларов, а каждый кадр с ее анимацией, в зависимости от его сложности — от 30 до 100 тысяч долларов. Возможно, кто-то и сможет себе это позволить, или технологии подешевеют со временем, но пока это вряд ли по карману обычному человеку.

Между тем

Наряду с технологиями омоложения, существуют и другие — которые так состарят человека, что родная мать не узнает. Недавно в социальных сетях многие увлеклись состариванием себя на фото и радостно пугали этим своих подписчиков. В 2008 году передовые на тот момент технологии старения использовали в фильме «Адмиралъ» — там «старили» лица Константина Хабенского и Елизаветы Боярской. Затем, в 2009 году ту же технологию применяли для того, чтобы состарить лицо певицы Анастасии Приходько — на видеоряде строился номер на «Евровидении», где она пела песню «Мама». В советском кино эффекты старости и омоложения делали с помощью грима. Можно привести в пример такие картины, как «Офицеры», «Тегеран-43», «Рожденные революцией» и другие. Тенденция продолжается и в российском кино.

Пример

Что касается цифровых технологий в российском кино — тут можно привести два ярких примера. В фильме «Супербобровы: Народные мстители» — героя Владимира Толоконникова «доделывали» с помощью компьютерных технологий, поскольку известного актера не стало во время съемок. Это был 2018 год. В фильме «Напарник» 2017 года из героя актера Сергея Гармаша, которому тогда было 59 лет, делали младенца, но не придерживались сходства. У многих возникнет вопрос — как из Сергея Безрукова сделали Владимира Высоцкого в фильме «Высоцкий. Спасибо, что живой». Это был просто пластический грим — цифровые технологии не понадобились.

Кстати

В каких фильмах еще омолаживали людей

Фото: Nerthuz / iStock

В линейке фантастических боевиков Marvel омолаживали Майкла Дугласа и Мишель Пфайффер в фильме «Человек-муравей и Оса», Роберта Дауни-младшего в картине «Первый мститель: Другая война», Сэмюэла Л. Джексона и Кларка Грегга — в «Капитане Марвел», Курта Рассела — в «Стражах Галактики-2», а также Шона Янга — в «Бегущем по лезвию 2049», Джеффа Бриджеса — в «Троне: Наследие», Джонни Деппа — в «Пиратах Карибского моря», части «Мертвецы не рассказывают сказки», Орландо Блума — в третьем «Хоббите», Дженнифер Коннелли — в «Американской пасторали». Еще Арнольда Шварценеггера — в «Терминаторе: Генезис», если не считать краткой сцены со Сталлоне в «Забойном реванше». Делали молодым и Джона Гудмана для одной серии сериала «Праведные Джеймстоуны» на HBO.

Да, и Netflix уже применял омолаживание для фильма «Дом Игрушек Пи-ви» в 2016 году, где «сбросили годы» Полу Рубенсу. Помимо тех двух компаний, которые этим занимаются, что я назвала, есть и третья — WETA Digital. В ней, например, была омоложена Шон Янг. Об этом также обозревателю «РГ» рассказала эксперт Надежда Маркалова.

*Это расширенная версия текста, опубликованного в номере «РГ»

Как понять, что вам или вашим знакомым пора к психиатру

— Начну с самого насущного: как распознать, что одногруппник или коллега по работе психически нездоровый человек? Есть ли какие-то признаки, на это указывающие?

— Специалист скажет так: психически нездорового человека можно выявить только по совокупности признаков. Учась в интернатуре, я был на практике в отделении военных экспертиз. Перед нами стояла следующая задача: призывник входил в кабинет, здоровался, затем ему говорили: «Выйдите и подождите», а мы должны были поставить призывнику диагноз. Мы оценивали все: мимику, моторику движений, внешний вид, глаза, интонацию.

Порой можно что-то заподозрить, ориентируясь на один-единственный признак — предположим, если человек страдает от галлюцинаций или иллюзий. Например, ему кажется, что по коже постоянно кто-то ползает. Еще можно обратить внимание, нет ли у человека идей.

— Каких идей?

— Идей трех типов: навязчивых, сверхценных и бредовых. При этом человек может нормально себя вести, но если вдруг во время разговора будет затронута тема его бреда, например о тайных подготовках правительства или инопланетянах, тут он слетает с катушек.

— Получается, всех людей, верящих в теорию заговора, можно причислить к психически нездоровым?

— Не совсем так. Одно дело — допускать мысль о заговоре правительства или инопланетянах, другое — делать эту мысль стержнем своего мировоззрения.

Еще психически нездорового человека можно заподозрить по отклонениям в интеллекте — простите, дебилов (если считать это слово не ругательством, а термином) распознать легко. Еще можно распознать людей с депрессией — правда, не всегда легко понять, просто ли это плохое настроение или уже состояние, затрагивающее сферу мышления.

Мысли текут медленнее, речь звучит медленнее и тише, а на лице — маска скорби.

Также к психически нездоровым иногда можно отнести людей, которые разговаривают сами с собой. Правда, нужно разобраться — страдает ли человек от галлюцинаций или у него просто Bluetooth в ухо вставлен.

— Но ведь даже здоровые люди часто говорят сами с собой!

— Верно. Но все равно нужно уточнить, чем вызван этот диалог — необходимостью озвучить свои мысли или желанием ответить незримому собеседнику.

— Вы упомянули призывников, а ведь часто бывает, что именно они, пытаясь откосить от армии, притворяются сумасшедшими. Как психиатры распознают симулянтов?

— По сравнению с 1990-ми годами такого сейчас практически не происходит. У призывников есть множество других возможностей — например, притвориться, что у них плоскостопие или какие-то кожные болезни. Реже притворяются гомосексуалистами — к нам вот однажды пришел человек, который, наоборот, сменил пол, стал парнем и захотел пойти в армию.

— Его туда пустили?

— Нет, не пустили. А возвращаясь к вопросу о том, как психиатры распознают симулянтов, здесь снова нет конкретно одного признака. Здесь человека тоже нужно смотреть и крутить. Если призывник симулирует психопатию, то можно выяснить у родственников, было ли отклонение у пациента всегда или же оно взяло и резко проявилось. Если сомнения все равно остались, вопрос можно решить амбулаторно, не прибегая к госпитализации в отделение экспертиз.

— А может ли быть такое, что супруги живут вместе много лет, а потом выясняется, что один из них — психически неуравновешенный? Если такое возможно, то как нездоровому человеку удается так долго шифроваться?

— Тут дело в том, что вторая половина зачастую принимает отклонения мужа или жены за нормальное поведение. Ведь ярко проявляются только галлюцинации — в случае с ними сложно не отреагировать.

Мы с вами говорили о бредовых идеях, и иногда больной может их подавать таким образом, что супруг или супруга могут поверить. Например, нездоровый человек может утверждать, что ему вредят соседи — жгут химию, которой пахнет через розетку или вентиляцию. А половинка начинает верить и думать, что соседи действительно что-то задумали.

Это называется индукция — она может доходить вплоть до того, что у супруга или супруги появляются схожие бредовые мысли.

Еще легко не заметить, что вторая половина пребывает в маниакальном или депрессивном состоянии, когда оно не очень сильно выражено. Бывает такое, будто человек просто лежит на диване и ничего не хочет делать, а потом встает и готов горы свернуть. Просто фаза у больного сменилась…

— Есть признаки, указывающие на то, что у человека не просто депрессия, а его пора вести к специалисту?

— Когда подавленное состояние держится неделями и начинает мешать работать и по дому что-то делать, пора обращаться к врачу. Еще тревожный сигнал — если человек несколько дней подряд от пищи отказывается и у него начинается бессонница. И если он, самое главное, высказывает мысли о том, что жить дальше не стоит. Причем не демонстративно, а как бы в пространство: мол, перспектив никаких нет. В этом случае надо звонить специалисту.

— Кстати, про лечение от депрессии. Есть мнение, что антидепрессанты вредны и вызывают зависимость…

— Антидепрессанты положено пить шесть — восемь месяцев, чтобы настроение четко и надолго вошло в колею. Настроение у людей с депрессией ухудшается из-за нарушений в биохимии мозга, и за две недели, как насморк, настроение не «вылечишь». И народ думает: долго лечат, подсадили. А вот преждевременная отмена антидепрессантов может привести к тому, что все вернется к самом началу.

Зависимости от антидепрессантов нет. Это страшилка, которая живет среди людей, которых нельзя переубедить. Эти люди ищут везде доказательства собственной правоты.

— Наверное, каждый человек ловил себя на мысли, не сумасшедший ли он. Когда нужно начать паниковать и идти к врачу, когда в голову проникают незнакомые голоса?

— Когда человек пребывает в затяжной депрессии. Три недели плохого настроения — знак, что пора на консультацию. Еще один сигнал, что нужно идти к специалисту, — галлюцинации.

Кроме тех, что возникают при засыпании и пробуждении.

Все остальные — предмет работы для психиатра.

Другое дело, что человеку, который слышит те же голоса, эти голоса будут говорить другое: оставаться дома и к врачам не приближаться. Хотя некоторым пациентам настолько они мешают, что люди обращаются к психиатру.

— А кто чаще всего сталкивается с психическими заболеваниями — мужчины или женщины, трудоголики или неработающие, одинокие или семейные люди?..

— Заболевания, которые относятся к большой психиатрии и обусловлены генетическими факторами, например шизофрения, вызваны не внешними, а внутренними нарушениями. Внешние факторы, такие как наличие или отсутствие работы, могут влиять только на течение заболевания. Неустроенный в жизни человек, ясное дело, будет чаще страдать от обострений.

А вот что касается малой психиатрии — неврозов и реакций на стрессы, — тут внешние факторы играют одну из ведущих ролей.

— Я довольно часто встречала публикации о том, что именно трудоголики чаще всего сталкиваются с этой малой психиатрией…

— Трудоголики, скорее, лишь немного выпадают за границы нормы. Но не настолько, чтобы считать трудоголизм болезнью и его лечить.

— А есть какая-то статистика, люди каких профессий чаще всего имеют дело с малой психиатрией? Шахтеры, журналисты?

— Здесь можно было бы провести параллель.

Есть синдром эмоционального выгорания, ему подвержены чаще всего врачи, учителя, в ряде случаев — те же журналисты.

А вообще, возьмите боксера. Частые повреждения головного мозга приводят к изменениям в характере и эмоциях — боксер может становиться вспыльчивым или, наоборот, апатичным. И интеллект с памятью со временем тоже могут у него пострадать.

— Как тем же журналистам избежать эмоционального выгорания?

— Если в работе нет ощущения, что вы делаете что-то важное, нужное и перспективное, есть риск эмоционального выгорания. Мой совет: нужно вовремя отдыхать, причем отдыхать активно — не дома или на даче, а в месте, где вы наберетесь новых эмоций и впечатлений. А еще, если чувствуете, что вас затянула рутина, смело увольняйтесь. Или ищите возможности для роста тут, на месте.

— Такой вопрос: часто говорят, что в эпоху развивающихся технологий «сумасшедших стало больше». А вот раньше, когда не было ни сотовой связи, ни интернета, все были намного уравновешеннее…

— Сложный вопрос. Статистика по основным болезням, по шизофрении например, особо не изменилась. Цифры остались примерно те же самые.

Что касается малой психиатрии, тут количество подросло.

Но непонятно, за счет чего — то ли за счет того, что люди стали больше ценить качество своей жизни и чаще обращаться ко врачу, то ли за счет того, что психиатрия перестала пугать пациентов и они начали более охотно идти за помощью. Возможен еще один вариант — пациенты и врачи стали более информированными. Тот же интернет позволяет промониторить больше, чем средства связи 30 лет назад. Раньше статистика собиралась очень медленно, а сейчас любая мелочь засветится благодаря интернету. Может, из-за этого кажется, что люди страдают от неврозов больше. Ведь СМИ часто любят вылавливать что-то негативное, это негативное рейтинги больше всегда поднимает.

— И все-таки родители всегда говорят: интернет и компьютерные игры приводят к неврозам…

— Я бы так не сказал. Это, скорее, реакция родителей на то, что дети отвлекаются от реальности на виртуальный мир. А это не соответствует привычкам родителей, и они своей критикой пытаются как-то исправить положение подобными упреками.

— Даже у нормальных людей часто возникают проблемы с нервами — одни бесконечно стучат ногой, другие живут в постоянном страхе, третьи закатывают истерики по поводу и без. Вопрос: как перестать нервничать и начать жить?

— Прежде всего, нужно понять для себя, что вы делаете, для чего делаете, какая у вас цель в будущем. Важно отвлечься от ежедневной рутины и решить, что вы хотите от жизни. Еще полезно просто пойти и умыться. Если есть возможность, душ принять. Сходить и даже записаться в бассейн. Если такой возможности нет, почаще гулять по городу, ходить по парку. Так вы вынырнете из рабочих дел и чуть-чуть наберетесь новых впечатлений, которые немного перебьют рутину. И нервы заодно успокоите.

— И конкретно про стучание ногой, что оно может значить?

— В принципе, стучание ногой — это ничего страшного. Оно может означать, что человек пытается дать выход своим эмоциям — чаще всего негативным. Еще стучание ногой свидетельствует о желании человека высказаться. Но человек осознает, что ему нужно сдержаться, и просто трясет ногой. Еще это может говорить о сильном нетерпении.

Стоит посоветовать всем стучащим ногой заняться какой-то физической активностью — сходить поплавать, например. Ну или просто в душ сходить.

— А как воспитать ребенка таким образом, чтобы у него в будущем не возникло никаких нервных расстройств?

— Нужно просто любить ребенка.

Больше, чем любовь, вы ничего ребенку дать не сможете.

Ребенка нужно любить и не мешать ему брать от образования и от окружающего мира то, что он взять способен.

А вот депрессивные родители должны лечиться и не нести свой негатив в семью.

Что такое мимика | Академия эмоционального интеллекта |

Человеческое лицо — самое сложное и многогранное из всех животных. Используя только свое лицо, мы можем передать огромное количество информации другим. Мы можем использовать свое лицо, чтобы подчеркнуть речь, передать свое эмоциональное состояние, а также использовать его, чтобы безмолвно передать свое понимание и намерения.

Обдумайте все, что можно сказать, просто выражением лица…
  • Улыбка, показывающая счастье или согласие.
  • Хмурый взгляд, чтобы кто-то знал, что вы несчастны.
  • Вы приподнимаете брови, чтобы показать кому-то, что вы сердитесь или разочарованы.
  • Поднятие бровей, чтобы задать вопрос или подчеркнуть слово.

Это все способы, которыми мы намеренно манипулируем мышцами нашего лица, чтобы показать другому человеку определенное сообщение, мысль или чувство. Имея 43 мышцы лица, расположенные прямо под поверхностью кожи, они могут воспроизводить тысячи различных выражений лица при движении и манипуляциях.

Хотя многие из этих выражений не несут какого-либо значимого значения или ценности для других, есть семь конкретных выражений лица, о которых мы все должны знать и знать, как их распознать — 7 универсальных выражений эмоций на лице.

В частности, счастье, печаль, гнев, страх, удивление, презрение и отвращение.

Эти общие выражения лица встречаются у всех людей (и некоторых животных) независимо от культуры. Теория универсальности мимики была впервые изложена Гийомом Дюшеном в 1862 году и далее развита Чарльзом Дарвином в его легендарной книге — Выражение эмоций у человека и животных.

Важно помнить, что хотя эти семь универсальных выражений лица одинаковы для всех людей, это не исключает тонких различий, связанных с разнообразием форм лица, возможными травмами или другими переменными, такими как косметическая хирургия и ботокс.

Два типа мимики

Есть два существенных различия в способе создания выражения лица —

  1. Позируемое
    Выражения, которые отправитель намеревается показать для социальной коммуникации.Эти выражения создаются сознательно, путешествуя через кору головного мозга нашего мозга, которая играет роль в мысли, языке и сознании (среди других функций). Проходя через кору головного мозга, мы контролируем их; здесь управляются правила отображения; например, вы не стали бы смеяться над увольнением коллеги (даже если они вам не нравились).
  2. Эмоциональное
    Эти типы выражений подпитываются врожденными эмоциональными реакциями на стимулы и не проходят через кору головного мозга, не оставляя времени для сознания или осознания, что также приводит к микровыражениям, которые раньше считаются утечкой наших истинных внутренних эмоций. у нас есть время, чтобы осознать эмоцию и, возможно, контролировать ее тем или иным способом (мы рассмотрим Микровыражения более подробно).Это подтверждается универсальностью эмоций и их выражений, а также исследованиями, показывающими выражения у младенцев, врожденно слепых детей и спортсменов.

Чем полезны выражения лица?

Способность читать и понимать выражение лица человека, с которым вы общаетесь, дает вам более глубокий уровень понимания его точки зрения и внутреннего состояния. При конструктивном использовании это может привести к эффективному общению, повышению сходства, более высокому эмоциональному интеллекту , и лучшему взаимопониманию, и это лишь некоторые преимущества.

Если вы заметили выражение печали (например, опущенные уголки губ и приподнятая середина бровей) на лице вашего коллеги, вы должны подумать, почему это проявилось. Это связано с тем, что вы только что сказали, или потому, что они думают о другом? В этом примере мягкий вопрос может помочь вам понять, а затем, при необходимости, предложить помощь. Возможность предложить помощь, помощь или проявить понимание другому человеку, когда он ничего не сказал, показывает уровень осведомленности и сочувствия, за который другие будут помнить вас.

В качестве альтернативы вы можете использовать распознавание мимики, чтобы дать вам преимущество. Во время переговоров о коммерческой сделке или покупке новой машины вы можете оценить эмоциональную реакцию собеседника по выражению его лица. Если вы входите с низким предложением и видите отвращение на лице вашего собеседника, вы можете считать, что он оскорблен цифрой, которую вы указали, или, возможно, оскорблен агрессивностью, с которой вы представили предложение, в любом случае; вы можете оценить, куда вы хотите пойти дальше в переговорах.

Micro Expressions

Выражение лица также может отображать скрытые чувства и мысли; они появляются без нашего ведома, спонтанно и бессознательно, известные как Микро-выражения лица или Микровыражения (6). Эти непроизвольные выражения лица могут появиться менее чем за полсекунды. Из-за того, что человек не осознает, что он показывает эти выражения, это дает представление об их истинных мыслях и эмоциях.

В отличие от мимики, используемой при открытом общении, микровыражения трудно подделать из-за быстрого и бессознательного отображения; они появляются быстро, прежде чем отправитель полностью осознает и не может контролировать свою эмоциональную реакцию.Это может затруднить их обнаружение и распознавание, но вы можете читать других, обучившись и попрактиковавшись во время разговора.

Микровыражения полезны для обнаружения лжи и обмана; если слова, которые кто-то произносит, противоречат эмоциям, вы видите в микровыражении, что у вас есть противоречие из-за контролируемого общения (слов) и неконтролируемых микровыражений лица, что может указывать на отсутствие доверия к рассказу / ответу, который они предоставляют.

Сотрудник полиции — «Вы выпили, сэр»?
Пьяный мужчина — «не офицер» *, пока они вспыхивают микровыражением страха.

Микровыражение страха не соответствует их реакции; зачем показывать страх, если они действительно не пили? Требуются дальнейшие расспросы, чтобы понять, почему этот человек может чувствовать страх. Возможно, они пьяны и не хотят, чтобы их поймали, или, возможно, у них в прошлом был плохой опыт общения с полицейским; в любом случае есть скрытые эмоции, которые можно уловить и помочь вам лучше понять другого человека.

Выражение лица также выглядит как смесь двух ощущаемых эмоций, чувство отвращения и гнева (презрения) может проявлять черты обоих универсальных выражений. Например, опущенные брови при гневе и приподнятая верхняя губа при выражении отвращения.

Как читать выражения лица и микровыражения

Научиться точно читать выражения лица может быть сложно; Точное распознавание микровыражений требует обучения и большой практики. Вы можете научиться распознавать микровыражения с помощью онлайн-обучения или более глубоких семинаров.Они дают представление о том, что вызывает эмоции и их выражения, и фокусируют их на желаемом результате, улучшении коммуникации и эмоциональном интеллекте или обнаружении обмана и анализе поведения.

После тренировки ключ к чтению микровыражений — внимательность; действительно сосредоточиться на другом человеке, чтобы понять, что он говорит и что сигнализирует его лицо, — важный шаг в применении этих навыков в вашей личной жизни и работе.

Микровыражения такие быстрые (меньше 0.5 секунд), наконечник должен мягко сфокусироваться на переносице человека и позволить вашему периферийному зрению снова уловить движения нижней части лица и бровей. Это может потребовать практики, и существует тренингов, которые могут развить этот навык.

Чтобы стать экспертом в мимике, многие начинают изучать систему кодирования лица или FACS. FACS — это золотой стандарт в измерении движений лица, принятый аниматорами, исследователями и практиками-аналитиками по всему миру.Изучение FACS не для всех; однако, если вы хотите узнать больше об обучении FACS и FACS, вы можете узнать больше здесь.

Измерение движений и выражений лица — Система кодирования движений лица

Система кодирования движений лица (FACS) — это международно признанный сложный исследовательский инструмент, который точно измеряет весь спектр выражений лица человека.

Созданный в 1970-х годах психологами Полом Экманом и Уоллесом В. Фризеном, FACS предоставляет исчерпывающую систематизацию выражений лица человека.Система анализирует наблюдаемые выражения, определяя, как сокращения лицевых мышц меняют внешний вид. Каждое движение подразделяется на определенные единицы действия (ЕД), которые представляют сокращение или расслабление одной или нескольких мышц.

Цифры и метки (единицы действия) в правой части изображения выше показывают отдельные движения мышц каждого выражения лица; они обозначают определенные движения и отличительные черты лица.

Лица , обученные FACS , могут использовать эти концепции в сочетании со своим опытом для проведения собеседований, допросов и деловых операций. FACS также широко используется аниматорами, исследователями поведения и специалистами по искусственному интеллекту, которые стремятся лучше отображать эмоции своих персонажей и анализировать эмоциональные проявления других.

Будущее обнаружения мимики и проблемы, которые необходимо преодолеть?

За последний год значительно увеличились исследования и разработки технологий автоматического чтения мимики.Мы видели использование веб-камер для анализа эмоций пользователей, реагирующих на онлайн-рекламу, которая затем переросла в распознавание выражений лиц в проходах супермаркетов с покупателями.

Аниматоры, такие как Pixar и Disney, изучали FACS, чтобы гарантировать, что их персонажи максимально реалистичны, передают гораздо более глубокий смысл и влияют на них посредством точной мимики; затем это распространилось на разработку видеоигр, а теперь переходит в персонажей и роботов с искусственным интеллектом посредством машинного обучения.

Крупные кадровые компании и новички ищут новые способы сделать глобальный набор персонала более эффективным и заслуживающим доверия. Потенциальные сотрудники присылают записанное видео, на котором они сами отвечают на структурированные вопросы, которые затем анализируются с помощью программного обеспечения для обнаружения выражений с акцентом на выявление конкретных черт и доверия к кандидату.

Аэропорты, военные и охранные фирмы изучают возможности использования камер и программного обеспечения, чтобы объединить наши знания о мимике и обмане, чтобы помочь в следственном допросе и первичном обнаружении потенциальных подозреваемых в больших и загруженных местах.

На сегодняшний день эта технология далека от полной функциональности и надежности; в то время как система камеры и сопутствующее программное обеспечение могут «обнаруживать» выражение лица, проблема возникает, когда она пытается интерпретировать это отображение и выдвигать гипотезу о его потенциальном значении / релевантности. Прямо сейчас нет технологии для точной оценки этих контекстных вариаций, и, следовательно, существующие системы представляют высокий уровень ложных срабатываний. Я верю, что однажды технология догонит людей, но я не собирался задерживать дыхание, чтобы увидеть, что это произойдет в ближайшее время.На данный момент обученный человек, который может оценить учетную запись, исходные данные и контекст человека, намного превосходит любой компьютер.

Резюме

Хотя выражения и микровыражения играют важную роль в понимании других и улучшении коммуникации, они не являются полной картиной, если вы хотите преуспеть или повысить уровень обнаружения обмана. Они являются частью вербального и невербального общения, которое также включает голос, вербальный стиль, вербальное содержание, язык тела и психофизиологию.Все эти каналы ведут к пониманию поведения других, которое вы можете направить к желаемому результату, будь то укрепление отношений или исследование доверия.

16 выражений лица, наиболее часто встречающихся в эмоциональных ситуациях во всем мире

Выражение эмоций на лице выходит за рамки географии и культуры, показывает новое исследование. (Изображение Алана Коуэна)

Как показывает новое исследование Калифорнийского университета в Беркли, будь то вечеринка по случаю дня рождения в Бразилии, похороны в Кении или протесты в Гонконге, все люди используют одни и те же выражения лица в одинаковых социальных контекстах, таких как улыбки, хмурые взгляды, гримасы и хмурые взгляды.

Результаты, опубликованные сегодня, 16 декабря, в журнале Nature, , подтверждают универсальность человеческого выражения эмоций вне географических и культурных границ в то время, когда во всем мире растет нативизм и популизм.

«Это исследование показывает, насколько люди в разных уголках мира удивительно похожи в том, как мы выражаем эмоции в самых значимых контекстах нашей жизни», — сказал со-ведущий автор исследования Дахер Келтнер, профессор психологии Калифорнийского университета в Беркли и основатель. директор Большого доброго научного центра.

Исследователи из Калифорнийского университета в Беркли и Google использовали технологию машинного обучения, известную как «глубокая нейронная сеть», для анализа выражений лиц примерно в 6 миллионах видеоклипов, загруженных на YouTube от людей из 144 стран, охватывающих Северную, Центральную и Южную Америку, Африку, Европу, Ближний Восток и Азия.

«Это первый в мире анализ того, как выражения лица используются в повседневной жизни, и он показывает нам, что универсальные человеческие эмоциональные выражения намного богаче и сложнее, чем предполагали многие ученые», — сказал ведущий автор исследования Алан Коуэн, исследователь. в Калифорнийском университете в Беркли и Google, которые помогли разработать алгоритм глубокой нейронной сети и руководили исследованием.

Cowen создал интерактивную онлайн-карту, которая демонстрирует, как алгоритм отслеживает вариации мимики, связанные с 16 эмоциями.

Помимо поощрения межкультурной эмпатии, потенциальные приложения включают помощь людям, которые не умеют читать эмоции, например детям и взрослым с аутизмом, распознавать лица, которые люди обычно делают, чтобы передать определенные чувства.

Типичное человеческое лицо состоит из 43 различных мышц, которые можно активировать вокруг глаз, носа, рта, челюсти, подбородка и бровей, чтобы они могли выражать тысячи различных выражений лица.

Как они проводили исследование

Во-первых, исследователи использовали алгоритм машинного обучения Коуэна, чтобы записать выражения лиц, показанные в 6 миллионах видеоклипов о событиях и взаимодействиях по всему миру, таких как просмотр фейерверков, радостный танец или утешение рыдающего ребенка.

На онлайн-карте

Cowen показаны варианты выражения лица, связанные с 16 эмоциями.

Они использовали алгоритм для отслеживания случаев 16 выражений лица, которые обычно ассоциируются с весельем, гневом, трепетом, концентрацией, замешательством, презрением, удовлетворением, желанием, разочарованием, сомнением, восторгом, интересом, болью, грустью, удивлением и триумфом.

Затем они коррелировали выражения лиц с контекстами и сценариями, в которых они были созданы в разных регионах мира, и обнаружили замечательное сходство в том, как люди в разных географических и культурных границах используют выражения лиц в разных социальных контекстах.

«Мы обнаружили, что богатые нюансы в поведении лица, в том числе тонкие выражения, которые мы связываем с трепетом, болью, триумфом и 13 другими чувствами, — используются в аналогичных социальных ситуациях по всему миру», — сказал Коуэн.

Например, Коуэн отметил, что в видеоклипах люди во всем мире имели тенденцию трепетать во время фейерверков, демонстрировать удовлетворение на свадьбах, сосредоточенно морщить брови при исполнении боевых искусств, выражать сомнение при протестах, испытывать боль при поднятии тяжестей и т. Д. триумф на рок-концертах и ​​спортивных соревнованиях.

Результаты показали, что люди из разных культур имеют примерно 70% выражений лица, используемых в ответ на различные социальные и эмоциональные ситуации.

«Это подтверждает теорию Дарвина о том, что выражение эмоций на наших лицах универсально среди людей», — сказал Келтнер. «Физическое проявление наших эмоций может определять, кем мы являемся как вид, улучшая наши навыки общения и сотрудничества и обеспечивая наше выживание».

Помимо Келтнера и Коуэна, соавторами исследования являются Флориан Шрофф, Брендан Джоу, Хартвиг ​​Адам и Гаутам Прасад из Google.

Прочтите исследование: Шестнадцать выражений лица встречаются в одинаковых контекстах по всему миру

Семь универсальных эмоций, которые мы носим на лице

Выражение лица человека — один из самых важных невербальных способов общения.Обладая 43 различными мускулами, наши лица способны выражать более 10 000 выражений лица, многие из которых восходят к нашим первобытным корням. Некоторые исследователи говорят, что даже наша улыбка произошла от того, как приматы демонстрируют свои зубы, чтобы договориться о социальном статусе или установить доминирование.

И хотя каждое лицо имеет свой уникальный способ выражения эмоций, есть несколько избранных выражений, которые продолжают появляться, независимо от возраста, расы, языка или религии человека. Ниже приведены семь основных эмоций, которые запрограммированы в нашем мозгу и проявляются на наших лицах.

Чтобы узнать больше о том, как понимать выражения лиц людей, посмотрите документальный фильм Body Language Decoded on The Nature of Things.

Вот краткое изложение этих семи универсальных эмоций, как они выглядят и почему мы биологически запрограммированы, чтобы выражать их таким образом:

Гнев

Движения лица: Брови опущены, верхние веки подняты, нижние веки подтянуты, края губ закатаны, губы могут быть стянуты.

Гневное лицо работает так хорошо, потому что каждое движение лица делает человека физически сильнее, по мнению исследователей. Это лицо позволяет угрозе понять, что мы серьезно относимся к делу. Это одна из наших самых сильных эмоций, и она показывает, насколько выразительным может быть человеческое лицо. Это лицо служит предупреждением, будь то просто запугать или показать, что конфликт начался.

Страх

Движения лица: Брови подняты и сведены вместе, верхние веки подняты, рот растянут

Каждое движение лица, основанное на страхе, подготавливает нас к реакции «бей или беги».Это выражение лица основано на том, как работает наше тело. Расширение наших глаз расширяет поле зрения, пропускает больше света и позволяет нам видеть угрозы вокруг нас. То же самое можно сказать и о наших кислородных путях. Открытие ноздрей увеличивает потребление кислорода и помогает нам подготовиться к бегству или сражению.

Disgust

Движения лица: Брови опущены, нос сморщен, верхняя губа приподнята, губы расслаблены.

Лицо отвращения не только показывает наше отвращение, но и защищает нас.Сморщивание носа закрывает носовой проход, защищая его от опасных паров, а прищуривание глаз защищает их от повреждений.

Счастье

Движения лица: Мышцы вокруг глаз напряжены, морщины «гусиные лапки» вокруг глаз, щеки приподняты, уголки губ приподняты по диагонали.

Несмотря на дружеский оттенок, исследователи полагают, что наши улыбки могут иметь более зловещее происхождение. Многие приматы демонстрируют свои зубы, чтобы заявить о своем превосходстве и закрепить свой статус в своей социальной структуре.Некоторые исследователи считают, что это невербальный знак, который со временем превратился в улыбку.

Печаль

Движения лица: Внутренние уголки бровей приподняты, веки расслаблены, уголки губ опущены.

По мнению исследователей, печаль трудно подделать. Один из явных признаков печали — приподнятая бровь, которую очень немногие могут сделать по требованию.

Surprise

Движения лица: Вся бровь поднята, веки подняты, рот отвислен, зрачки расширены.

Хотя выражение удивления может длиться всего секунду или две, движения лица — особенно приподнятые брови — позволяют нам осмотреть окружающую обстановку, переключить наше внимание на другое, возможно, угрожающее событие и быстрее отреагировать. Независимо от того, хороший это или плохой сюрприз, реакция на лице одинакова.

Презрение

Движения лица: Глаза нейтральные, угол губ приподнят вверх и назад на одной стороне.

Хотя эмоции презрения могут пересекаться с гневом и недоверием, выражение лица уникально.Это единственное выражение, которое встречается только на одной стороне лица и может различаться по интенсивности. В самом сильном случае одна бровь может опускаться, а нижнее веко и угол губ подниматься с одной и той же стороны. В самом скрытом виде угол губ может лишь ненадолго приподняться.

Узнайте больше о том, как мы используем язык тела, в документальном фильме «Расшифровка языка тела» «Природа вещей».

Выражение лица человека как адаптации: эволюционные вопросы в исследовании выражения лица

Abstract

Важность лица в социальном взаимодействии и социальном интеллекте широко признана в антропологии.Однако адаптивные функции выражения лица человека остаются в значительной степени неизвестными. Эволюционная модель выражения лица человека как поведенческой адаптации может быть построена с учетом текущих знаний о фенотипической изменчивости, экологическом контексте и последствиях физиологического поведения для приспособленности. Доступны исследования выражения лица, но результаты обычно не рассматриваются с точки зрения эволюции. Этот обзор определяет соответствующие физические явления выражения лица и объединяет изучение этого поведения с антропологическим исследованием коммуникации и социальности в целом.Антропологические вопросы, имеющие отношение к эволюционному изучению выражения лица, включают: выражения лица как скоординированные стереотипные поведенческие фенотипы, уникальные контексты и функции различных выражений лица, связь выражения лица с речью, значение выражений лица как сигналов и связь выражения лица с социальным интеллектом у людей и нечеловеческих приматов. Человеческая улыбка используется как пример адаптации, и предлагаются проверяемые гипотезы относительно человеческой улыбки, а также других выражений.

Ключевые слова: невербальная коммуникация, социальный интеллект, сигнальные системы

ВВЕДЕНИЕ

Выражение лица как адаптации

Один из центральных вопросов эволюции человека — это происхождение человеческой социальности и, в конечном итоге, человеческой культуры. В поисках происхождения социального интеллекта у людей большое внимание уделяется эволюции мозга и сознания. Многие аспекты человеческого познания и поведения лучше всего объясняются со ссылкой на миллионы лет эволюции в социальном контексте (Byrne, 1995; Cosmides et al., 1992; Хамфри, 1976). Таким образом, человеческий интеллект можно частично объяснить увеличением социальных требований в течение человеческой предыстории (Dunbar, 1998). Однако социальный интеллект отражается не только в мозге, но и в каждой адаптации, которая позволяет успешно взаимодействовать в социальных группах. Новые достижения в изучении биологии социального поведения не позволили полностью исследовать наиболее заметную социальную часть человеческого тела — лицо. Лицо — видимый сигнал о социальных намерениях и мотивациях других людей, а выражение лица продолжает оставаться важной переменной в социальном взаимодействии.

Хотя социальный интеллект становится все более богатым источником гипотез когнитивных и поведенческих адаптаций, антропологические исследования выражения лица по-прежнему сосредоточены на принципиально неадаптивных вопросах. Современные антропологические взгляды на выражение лица, как правило, сосредоточены на контрасте между универсальными и культурно-зависимыми объяснениями выражения лица. Выражение лица либо интерпретируется как универсальное человеческое выражение, базовое выражение которого представлено во всех известных человеческих популяциях (Brown, 1990), либо оно концептуализируется как естественный результат культурных различий с небольшим совпадением выражений от популяции к популяции (Birdwhistell, 1975). ).Физические антропологи, за важными исключениями (Blurton Jones, 1972; Fessler, 1999; и см. Chevalier-Skolnikoff, 1973; Goodall, 1986; Hauser, 1996; Preuschoft and van Hooff, 1995 для сравнения с нечеловеческими приматами), как правило, избегали исследования. человеческих выражений лица и невербального общения, оставляя интерпретацию выражения лица в основном психологией и другим разделам антропологии (Birdwhistell, 1970; LaBarre, 1947). Текущее состояние исследований в области мимики в сочетании с текущим интересом к социальному интеллекту как движущей силе эволюции человека требует возрождения изучения адаптации лица в физической антропологии.

Установление выражения человеческого лица как биологической адаптации требует тщательного анализа наших текущих знаний и, в конечном итоге, формирования и проверки гипотез, основанных на эволюции. Определение адаптации Ривом и Шерманом (1993) является руководством для разработки эволюционных гипотез и позволяет исследовать поведенческие адаптации, которые остались относительно неизвестными в физической антропологии. Они определяют адаптацию как «фенотипический вариант, который приводит к наивысшей приспособленности среди указанного набора вариантов в данной среде.Это определение особенно подходит для адаптивных гипотез человеческого поведения, потому что его требования могут быть удовлетворены путем наблюдения текущих явлений, и ссылка на филогенетические факторы не требуется (Reeve and Sherman, 1993). Однако требуются доказательства фенотипической изменчивости, четко определенного экологического контекста и последствий приспособленности для конкретной адаптации.

Цель этого обзора — дать основу для постановки эволюционных адаптивных вопросов о выражении лица человека.Во-первых, мы устанавливаем выражение лица человека как потенциальную поведенческую адаптацию, детализируя фенотипические вариации, экологические контексты и фитнес-последствия лицевого поведения. Конкретное выражение, человеческая улыбка, используется как пример потенциала адаптационистского подхода к пониманию выражения человеческого лица с точки зрения эволюции. Наконец, лицевое поведение сравнивается с поведением нечеловеческих приматов, чтобы обеспечить дальнейший филогенетический взгляд на эволюцию выражения лица и его роль в эволюции человеческого социального интеллекта.

НАБОРЫ ПОВЕДЕНЧЕСКИХ ФЕНОТИПОВ

Человеческие универсальные выражения лица 1 эмоций, возможно, являются наиболее знакомыми примерами выражения лица, по крайней мере, среди антропологов. Было показано, что шесть основных категорий выражения лица распознаются в разных культурах (см.), И этот вывод общепризнан психологами, работающими над выражением лица. Было показано, что шесть основных эмоциональных выражений, 2 или конфигурации лица, связанные с конкретными эмоциональными ситуациями, универсальны в их исполнении и восприятии (Ekman and Keltner, 1997), хотя есть некоторые возражения против идеи, что эти выражения сигнализируют о сходных эмоциях у людей из разных культур (Fridlund, 1994; Russell, Fernandez-Dols, 1997).Споры вокруг приписывания универсальных эмоций универсальным выражениям эмоций на лице важны для понимания эмоций в разных культурах. Тем не менее, даже те, кто не согласен по поводу эмоций, признают межкультурную согласованность комбинаций движений лица (поведенческих фенотипов), составляющих выражения «отвращения», «страха», «радости», «удивления», «печали» и т. Д. и «гнев» (Рассел и Фернандес-Долс, 1997). Эти выражения были впервые обсуждены Дарвином (1872/1998) как универсалии и были признаны у людей из совершенно различающихся культурных и социальных слоев, а также на лицах глухих и слепых от рождения (Darwin, 1872/1998; Eibl- Eibesfeldt, 1989; Izard, 1977; Ekman, Keltner, 1997).

Основные фенотипы выражения лица. 1 — отвращение; 2, страх; 3, радость; 4, сюрприз; 5, грусть; 6, гнев. Постановленные изображения от Kanade et al. (2000).

В дополнение к шести основным выражениям лица, существуют также скоординированные, стереотипные невербальные проявления, которые включают в себя компоненты стереотипного выражения лица. К ним относятся вспышка бровей, зевота, испуг, застенчивая демонстрация, а также демонстрация смущения и стыда (Eibl-Eibesfeldt, 1989; Grammer et al., 1988; Keltner and Buswell, 1997; Keltner and Harker, 1998; Provine, 1997).Эти дисплеи обычно сочетают в себе элементы лица и позы или жесты и встречаются в широко распространенных популяциях, что указывает на вид, а не на культурную специфику.

Вспышка для бровей — хороший пример такого дисплея. Фронтальная мышца постоянно используется для подъема как медиальной, так и латеральной части брови (Ekman and Friesen, 1978; Grammer et al., 1988). Обычный репертуар синхронных движений лица встречается в сочетании с мельканием бровей, в том числе чаще всего поднятие уголков губ (улыбка) и поднятие верхнего века (Grammer et al., 1988). В дополнение к согласованности в мышечной активности, время мелькания бровей также согласовано в кросс-культурном плане в трех проанализированных незападных популяциях. Вспышка бровей обычно возникает после паузы во всех других движениях лица и занимает около 100 мсек, с очень небольшими вариациями в разных культурных группах. Кроме того, скоординированные движения головы обнаруживаются в сочетании со вспышками бровей, расширяя изображение за пределы самого лица (Grammer et al., 1988; и см.).

Чтобы вызвать вспышку бровей и другие узнаваемые универсальные выражения, люди предположительно используют одну и ту же лицевую мускулатуру и при сходных обстоятельствах приводят ее в аналогичную конфигурацию.Таким образом, каждый из этих скоординированных проявлений лица можно рассматривать как поведенческий фенотип. Однако внутри этих фенотипов выражения лица и у отдельных людей существует множество физических вариаций в структуре, движении и восприятии. Универсальные дисплеи вместе с вариациями основных компонентов этих дисплеев составляют то, что можно считать фенотипическими наборами выражения лица. Источники этой вариации включают анатомические и нейробиологические различия, а также демографические различия, такие как пол, возраст и культурное происхождение.Кроме того, восприятие выражения лица, важное для понимания коммуникативных адаптаций, также является источником индивидуальных вариаций.

Анатомические вариации и выражение лица

Структура лицевых мышц человека была известна в течение некоторого времени (Duchenne, 1859/1990; Huber, 1931; и см.). Анатомическая основа выражения лица была подробно описана, и для объективного изучения лицевых движений доступна система кодирования, основанная на анатомии (Система кодирования лицевых действий; Экман и Фризен, 1978).Эта система описывает конкретные действия, производимые определенными лицевыми мышцами. Однако качество этих действий, вероятно, зависит от различий в лицевых мышцах. Различные лицевые мышцы производят разные типы движений, и, скорее всего, они неоднородны по своей структуре и иннервации. Goodmurphy и Ovalle (1999), например, показали, что типы, формы и размеры мышечных волокон orbicularis oculi, pars palpebralis и corrugator supercilii значительно различаются, хотя эти две мышцы имеют одинаковую иннервацию и эмбриональное происхождение и обнаруживаются в та же область лица (нижнее веко и нижняя часть середины лба соответственно).Orbicularis oculi на 89% состоит из быстро сокращающихся волокон, что значительно больше, чем у морщинистой мышцы, что подразумевает некоторую разницу в движениях, производимых двумя мышцами (Goodmurphy and Ovalle, 1999). Мышцы Zygomaticus major и zygomaticus minor похожи на orbicularis oculi в их высокой пропорции быстро сокращающихся волокон по сравнению с другими мышцами, что указывает на возможную специализацию для быстрых движений (Stal et al., 1987).

Мышцы мимики. 1, frontalis; 2, orbicularis oculi; 3, большая скуловая мышца; 4 — рисорий; 5 — платизма; 6, депрессор anguli oris.Оригинальный рисунок из работы Хубера (1931 г.). (Перепечатано с разрешения The Johns Hopkins University Press.)

Существуют также индивидуальные различия в строении и дифференциации лицевых мышц. Например, дифференцированный мышечный пучок, ризорий, который считается уникальным для человека, сильно варьируется. У 22 из 50 особей в недавнем исследовании отсутствовала эта мышца (Pessa et al., 1998a), и Хубер полагал, что она полностью отсутствовала у людей меланезийского происхождения, хотя это открытие не было воспроизведено (Huber, 1931).Различные борозды и другие деформации кожи лица возникают из-за различий в лицевых мышцах, и они могут способствовать индивидуальным различиям в выражении лица. У большинства людей платизмальная мышца прикрепляется к коже над нижним краем нижней челюсти, но иногда наблюдается ее прикрепление к боковой щеке, вызывая появление там вертикального углубления или борозды. Большая скуловая мышца также различается, появляясь в раздвоенной версии с двумя отдельными точками прикрепления в 17 из 50 образцов анатомического исследования (Pessa et al., 1998а). Считается, что напряжение, вызываемое двумя головками мышцы в углу рта, вызывает ямочку или небольшое углубление во время сокращения мышцы при улыбке (Pessa et al., 1998b). Изменения текстуры лица, такие как ямочки на щеках, которые появляются при улыбке у некоторых людей, могут иметь дополнительную ценность, делая выражение лица заметным или предоставляя информацию об интенсивности выражения.

Исследование лицевой мускулатуры у живых людей выявило значительные половые различия в толщине большой скуловой мышцы (McAlister et al., 1998). В этом исследовании также изучались различия в мускулатуре и не было обнаружено значительных различий в толщине поднимающих верхнюю губу или большую скуловую мышцу между азиатами и европейцами (McAlister et al., 1998). В целом, опубликованной информации о популяционных или половых вариациях лицевых мышц не так много, а результаты описанных выше популяционных различий не были воспроизведены.

Влияние индивидуальных анатомических вариаций, включая генетически обусловленные вариации на выражение лица, еще менее известно.Сами мышцы очень разнообразны: одни мышцы появляются у одних людей, а у других нет (Pessa et al., 1998b). Наличие анатомических вариаций поднимает важные вопросы о связи между действиями лица и конкретными мышцами. Взаимосвязь между мышечной активностью и смещением черт лица в выражении лица до некоторой степени индивидуализирована; во время приподнятых бровей мышечная активность примерно равна квадрату смещения бровей. Тем не менее, существует широкий разброс для отдельных бровей, и левая бровь поднимается выше при одинаковой мышечной активности (Pennock et al., 1999).

С другой стороны, если действие лица такое же, хотя есть различия в основной мышечной структуре, результирующие выражения лица не могут быть осмысленно различимы. Универсальное распознавание некоторых основных выражений лица указывает на то, что выражения лица могут не зависеть от анатомического соответствия один-к-одному в любых двух лицевых сигнализаторах. Базовые выражения лица также можно распознать в сокращенной форме, без полного набора лицевых действий, описанных для выражения-прототипа.Независимо от степени вариации, которая может быть обнаружена эмпирически, воспринимающие могут не обращать внимания на эти небольшие вариации (Fridlund, 1997; Shor, 1978) или могут классифицировать их аналогичным образом, с высокой степенью согласия (Campbell et al., 1999; Cashdan, 1998). Что еще более важно, неизвестно, соответствует ли такая фенотипическая вариация в выражении лица этим критериям «просто значимого различия» (Hauser, 1996), вызывая различия в поведении получателя или суждениях о слегка изменчивых проявлениях одного и того же типа.

Вариация нервного контроля мимических мышц

Нейробиологически мимика вдвойне контролируется экстрапирамидным и пирамидным трактами, обеспечивая автоматический и произвольный контроль мимики. Основываясь на наблюдениях за людьми, страдающими различными неврологическими заболеваниями, Ринн (1984) описал обе системы движений лица, а также различный произвольный контроль над верхней и нижней частью лица, связанный с большей асимметрией и произвольным контролем над областью рта, чем глазами.Эта разница особенно заметна в мимике людей с кортикальным и экстрапирамидным дефицитом. Те, у кого отсутствует корковый контроль, производят в значительной степени асимметричные произвольные (заданные) выражения, но симметричные спонтанные выражения. Экстрапирамидный дефицит дает противоположный эффект (Rinn, 1984; Ross and Mathiesen, 1998).

Потенциальная асимметрия из-за различий в иннервации сторон лица может быть связана с половыми различиями в мозге и, следовательно, вызывать различия в выражении лица среди людей.Это особенно верно, если повышенная латерализация кортикальной функции у мужчин включает более латерализованное движение лица во время выражения (Richardson et al., 2000). Спонтанность выражения также может играть роль, поскольку более спонтанные выражения лица находятся под контролем другого нервного пути и, следовательно, более симметричны (Gazzaniga and Smylie, 1990; Rinn, 1984).

Исследования не подтвердили однозначно предсказания Ринна (1984) об асимметрии движений нижней части лица, особенно в спонтанных выражениях.Бород и др. (1998) в метаанализе мимики и асимметрии пришли к выводу, что мимику обычно можно считать левосторонней. Однако они не обнаружили, что у мужчин больше шансов иметь асимметрию в выражении лица, хотя отдельные исследования ранее предполагали это. Другие исследователи, используя более объективные количественные методы (прямая оценка оцифрованных изображений, а не суждения наблюдателя или кодирование наблюдателя), обнаружили, что верхняя часть лица была гораздо более асимметричной, чем ожидалось, особенно во время спонтанного выражения (Richardson et al., 2000).

Кроме того, сложные связи, которые были предложены между переживанием положительных и отрицательных эмоций, выражением лица и латеральностью мозга, все еще остаются под вопросом (Borod et al., 1998; Hager and Ekman, 1997). Бород и др. (1998) обнаружили значительную левосторонность выражения лица в исследованиях, включающих количественную оценку мышц и оценки обученных наблюдателей (38 из 66 полных исследований показали левосторонность по сравнению с 3 из 66, показывающих правосторонность). Доказательства правосторонности для положительных выражений (улыбка) и левосторонности для других выражений эмоций были намного слабее (Borod et al., 1998). Хотя роль асимметрии в качестве лицевых сигналов не ясна, асимметричное выражение лица, вероятно, будет важной переменной при рассмотрении лицевых отображений как адаптации, особенно в том, что касается спонтанности или неточности выражения.

Асимметрия в отображении лица также, вероятно, связана с индивидуальными различиями в структурной асимметрии, которые играют важную роль в нашем восприятии человеческой привлекательности и качества партнера (Thornhill and Gangestad, 1994).Интересно, что большинство исследований асимметрии выражения лица не принимают во внимание, является ли структурная асимметрия или асимметрия движений причиной асимметрии выражения лица. Возможно, асимметрия выражения во многом определяется асимметрией строения лица в состоянии покоя (Smith, 1998). По необходимости, суждения наблюдателя об интенсивности выражения могут быть собраны только по лицам на пике выражения, когда структура и движение сыграли роль в создании асимметрии.Электромиографические (ЭМГ) исследования выражения лица, по-видимому, подтверждают идею о том, что асимметрия в выражении лица — это просто результат асимметрии в структуре лица, потому что одинаковая активность мышц наблюдается на обеих сторонах лица (Borod et al., 1998). По крайней мере, в одном случае было продемонстрировано различное влияние сходной мышечной активности на черты лица (Pennock et al., 1999).

Более косвенным образом эволюционировавшее перцептивное предпочтение симметрии в структуре может также распространяться на предпочтение симметрии в движении.Например, спонтанные улыбки более симметричны, чем изображенные улыбки (Frank et al., 1993). Они также считаются более искренними и, возможно, более привлекательными.

Вариации в фенотипических наборах выражения лица

Универсальные выражения лица, хотя и различны, но не всегда производятся или воспринимаются. Асимметрия из-за нейробиологических ограничений и относительной спонтанности движений лица является одним из источников вариаций, но есть и многие другие. Отчасти трудность заключается в том, что выражение слишком часто изучается оппортунистически, без предварительных ожиданий или теоретических взглядов на то, почему следует сгруппировать определенные лицевые движения или как вообще возникло отображение в целом.Улыбка — хороший пример этой проблемы. Например, улыбка или отображение радости обычно связаны с загнутыми вверх уголками губ, а также могут включать сдавливание и морщинистость кожи вокруг бокового угла глаза (orbicularis oculi). Улыбки, которые включают в себя как orbicularis oculi, так и zygomaticus большую активность, были названы улыбками Дюшена в честь французского анатома, в то время как улыбки, лишенные активности orbicularis oculi, не являются улыбками Дюшена (Frank et al., 1993). Улыбки также различаются по своей интенсивности, связанной с этим активности других лицевых мышц, таких как лобные мышцы, а также по открытому или закрытому положению рта (Blurton Jones, 1972; Cheyne 1976; Jones et al., 1990; Messinger et al., 1999) (см.,). Значение улыбки с открытым или закрытым ртом также неизвестно, хотя обсуждения нечеловеческих приматов и человеческой гомологии в выражении предполагают функцию умиротворения для демонстрации закрытых оскаленных зубов (улыбки) и функцию готовности к игре для демонстрации открытого рта (смех и улыбка с открытым ртом) (Преушофт, 1992; ван Хофф, 1972).

Не-Дюшенн и Дюшенн улыбается. a: Улыбка недюшенна. b: Улыбка Дюшена. Изображения от Kanade et al.(2000).

Автоматизированный метод количественной оценки движений лица. a: Автоматически изображенная улыбка с выделенными чертами (Tian et al., 2001). b: Движение (длина радиуса относительно центра рта) правого и левого углов губ, рассчитанное по позиционному изменению отслеживаемых признаков в течение первых 400 мсек экспрессии (Schmidt and Cohn, 2001).

Хотя анатомическая основа выражения лица в целом довольно хорошо известна, важные вопросы о времени и структуре движений лица также остаются без ответа.Спонтанные улыбки удовольствия, кажется, функционируют в рамках временных ограничений, обычно длятся от 0,5 до 4 секунд и имеют более плавные переходы между началом, вершиной и смещением движения (Frank et al., 1993). В исследовании улыбок взрослых женщин детям, наблюдатели по-разному интерпретировали различное время начала и смещения улыбок. Эти дети интерпретировали улыбки с относительно более короткими периодами смещения как менее искренние. Были обнаружены индивидуальные взрослые различия в моделях появления и смещения улыбок, и примерно у 16% (122 из 763) этих улыбок было несколько пиков, что усугубляло трудности в оценке временного хода улыбки (Bugental, 1986).Используя количественную оценку изменения внешнего вида улыбки, Леонард и др. (1991) обнаружили, что наблюдатели воспринимали максимальную разницу в уровнях счастья в пределах тех же нескольких кадров, в которых улыбка изменилась больше всего. Они интерпретировали временное изменение улыбки, обычно происходящее в пределах 100-миллисекундного окна, как шаблон для восприятия улыбки. Это время может соответствовать ограничениям системы восприятия (Fridlund, 1994) и очень похоже на время начала спонтанной вспышки бровей (Grammer et al., 1988). Скорость улыбки (и, возможно, других выражений), вероятно, является особенностью как выражения, так и восприятия.

Также представляют интерес паттерны скоординированных движений, возникающих во время выражения. В случае мелькания бровей вершина выражения также относительно стабильна, без появления новых движений лица (Grammer et al., 1988). Это говорит о том, что даже для очень подвижного и гибкого человеческого лица могут быть ограничения на типы и временной ход спонтанных выражений.Движения головы и глаз также могут происходить во время выражения лица и, вероятно, скоординированы с движениями лица в качестве компонентов в многокомпонентном отображении (Ekman, 1979; Niemitz et al., 2000). Lyons et al. (2000) продемонстрировали, что положение головы оказывает значительное влияние на восприятие выражения лица; изменения положения головы воспринимались как изменения выражения лица даже при отсутствии активности мимических мышц.

Учитывая большое разнообразие человеческих выражений лица, антропологи склонны отмечать гибкость, сложность и произвольный характер выражения лица (Birdwhistell, 1970).По сравнению даже с относительно выразительными нечеловеческими приматами, такими как шимпанзе, выражение лица человека кажется слишком изменчивым, чтобы его можно было разделить на четко определенные наборы фенотипов. Произвольный контроль над лицевыми мышцами, особенно над мышцами рта, является отличительной чертой невербального выражения человека и, вероятно, связан с артикуляционными требованиями человеческого языка (Rinn, 1984). Однако разнообразие произвольных и спонтанных человеческих выражений лица не следует принимать за бесконечную вариативность выражений лица в реальном исполнении.Текущие исследования конфигурации и временного хода выражения лица, кажется, подтверждают эту идею, поскольку до сих пор оно показало большую степень регулярности в выражении лица в разных культурах и среди людей.

Индивидуальные различия в наблюдаемом поведении выражения лица

Помимо основных физических изменений лица и движений, эмпирически измеренное поведение лица варьируется в зависимости от таких факторов, как пол (Briton and Hall, 1995; Chapell, 1997), возраст (Chapell , 1997) и культурный фон (Ekman, 1973; Kupperbusch et al., 1999). В выражении лица также важны индивидуализированные факторы, такие как социальность ситуации (Fridlund, 1994; Friedman and Miller-Herringer, 1991; Jakobs et al., 1999) и вызывающая эмоции природа визуальных или других стимулов (Cohn and Tronick, 1983).

Люди различаются по своим способностям и склонности к выражению лица, и это изменение предположительно связано с лежащими в основе мышечными, нейробиологическими или социальными различиями. Тем не менее, вариации самого сигнала, видимые изменения лица, важны для рассмотрения гипотез о сигнальной ценности выражений лица.Измерения непатологической изменчивости включают межличностный успех невербального общения (Strahan and Conger, 1998) и общую выразительность (DePaulo, 1992). Есть также половые различия в выражении лица, особенно в улыбке, когда женщины улыбаются больше (Briton and Hall, 1995; Chapell, 1997; LaFrance and Hecht, 1999). ЛаФранс и Хехт (1999) утверждают, что женщинам неудобно, если они не улыбаются. Также было показано, что у женщин более толстые большие скуловые мышцы, хотя неизвестно, является ли это причиной или следствием повышенной улыбки (McAlister et al., 1998). Однако половые различия в выражении лица зависят не только от частоты; есть также некоторые свидетельства того, что женщины специализируются на выражении счастья, в то время как мужчины лучше справляются с выражением гнева (Coats and Feldman, 1996). Индивидуальные различия в выражении лица могут быть очевидны даже у новорожденных (Manstead, 1991). Большинство этих результатов получены в индустриальных обществах, и поэтому диапазон человеческих вариаций, вероятно, не полностью представлен. Тем не менее, поведенческие фенотипы, включая универсальные выражения и мимику, явно изменчивы.

Методы исследования выражения лица

Хаузер (1996) подчеркивает важность методов, позволяющих проводить тщательное сравнение исследований общения. В настоящее время существует относительно немного подробных объективных методов, хотя недавняя работа по исследованию выражения лица обещает улучшить анализ выражения. Разработка и использование Системы кодирования движений лица (FACS), системы кодирования на основе анатомии для регистрации изменений внешнего вида, вызванных действием отдельных мышц, были первыми, которые сделали возможным сбор большого объема надежных эмпирических данных об этих выражениях. (Экман и Фризен, 1978; Экман и Розенберг, 1997).Новые методы измерения лица позволяют еще более объективно, количественно измерить движения лица (см.). В настоящее время разрабатываются автоматизированные версии FACS, которые автоматизируют процесс изучения лицевых движений (Cohn et al., 1999). Другие автоматизированные методы использовались для изучения невербальных сигналов в целом (Grammer et al., 1999) и выражения лица в частности (Richardson et al., 2000; Scriba et al., 1999). Эти методы в основном полагаются на общее изменение изображения лица (или всего тела) в процессе невербального выражения.Величины изменений в изображении при условии, что все изображения собраны одинаково, интерпретируются как модели движения (см.).

Фенотипические вариации в восприятии лица

Наряду с изучением нейробиологических, анатомических и поведенческих аспектов лицевых действий, перцепционные аспекты распознавания лиц и распознавания выражений лица также привлекают большое внимание в последние несколько десятилетий. Предполагая, что модели движений лица являются коммуникативными адаптациями, возникает также задача понимания совместной эволюции механизмов восприятия (Chovil, 1997; Endler 1993; Fridlund, 1997; Hauser, 1996).Есть убедительные доказательства того, что нейроны в определенных областях мозга обладают особой чувствительностью к социальным стимулам, включая, помимо прочего, статические лица. Основное свидетельство существования отдельных нейробиологических механизмов распознавания выражений лица поступает из исследований диссоциативных нарушений: способность распознавать лица сохраняется, в то время как способность распознавать выражения лиц теряется при повреждении головного мозга (Ellis and Young, 1998; Young et al. ., 1998) или в случаях аутизма (Celani et al., 1999). Эти данные подтверждают теорию нейробиологической специализации социальных стимулов (Adolphs, 1999; Brothers et al., 1990).

Выражение лица обрабатывается несколькими отдельными областями мозга. Миндалевидное тело в значительной степени отвечает за восприятие выражений страха и печали. Некоторые исследователи предполагают, что миндалевидное тело на самом деле может быть специализировано только для восприятия выражений страха (Morris et al., 1996). Другие области, включая соматосенсорную и орбитофронтальную кору, участвуют в распознавании эмоций и гнева (Adolphs, 1999; Blair et al., 1999; Моррис и др., 1996). Разница между явной обработкой (субъекты, которым поручено судить о выражениях лица) и неявной обработкой (субъекты, которым дано указание судить о поле актера) может влиять на область мозга, используемую для обработки, при этом неявная обработка осуществляется в основном миндалевидным телом (Critchley et al., 2000). ).

Различия в обработке выражений лиц, вероятно, связаны с различиями в адаптивных поведенческих реакциях на выражения. Например, Димберг (1997) обнаружил, что условные обозначения лиц работают намного лучше при страхе, чем при любом другом выражении.Нейробиологическая специализация в обработке выражения лица также соответствует предположению, что восприятие определенных сигналов требует большей чувствительности (восприятие гнева на очень низких уровнях, вероятно, дает преимущество в пригодности; Gosselin et al., 1997).

Хотя вариации, присущие нейробиологическим системам восприятия, неизвестны, существуют доказательства индивидуальных различий в восприятии выражения лица. Самый поразительный результат заключается в том, что женщины, по-видимому, более точны и чувствительны к распознаванию выражения лица, чем мужчины, и что эта способность развивается у детей в возрасте от 3 лет (Boyatzis et al., 1993; Холл, 1984; МакКлюр, 2000). В одном исследовании женщины дали более высокую оценку счастливым выражениям, чем мужчины, и более низкие — нейтральным, что свидетельствует о том, что они больше дифференцируют выражения лица разной интенсивности (Katsikitis et al., 1997). Отта и др. (1996) также обнаружили немного большую дискриминацию среди женщин, воспринимающих улыбки.

Более специфическая способность, обнаружение обмана, также различается у разных людей и, по-видимому, основана на более широко применяемой способности — способности обнаруживать небольшие, чрезвычайно быстрые изменения в выражении лица (Frank and Ekman, 1997).Эта способность обнаруживать тонкие изменения в движениях лица также может быть важным индивидуальным различием. Например, некоторые люди лучше могли точно судить об улыбке удовольствия, особенно те, кто уделял больше внимания области глаз (Frank et al., 1993).

Наконец, культурное происхождение играет важную роль в приписывании личностных черт определенным выражениям лица. Люди с улыбающимися лицами считаются более общительными, чем люди с нейтральными лицами, как японские, так и американские подданные.Однако разница между общительностью нейтральных и улыбающихся лиц у американцев намного выше, чем у японцев (Matsumoto and Kudoh, 1993).

Разнообразие фенотипов выражения лица

Хотя концепция основных универсальных выражений позволила нам рассматривать выражения лица человека как сформировавшиеся поведенческие фенотипы, акцент на универсальности скрывает изобилие вариаций внутри и между выражениями лица. Не все фенотипы выражения лица одинаковы.Например, одни выражения появляются гораздо чаще, чем другие (улыбка; Бавелас и Човил, 1997), так часто, как два или три отдельных проявления в минуту личного взаимодействия (Schmidt, 2000). Другие, такие как улыбка Дюшенна и выражение страха, не могут быть так легко вызваны добровольно. Некоторые из них встречаются довольно редко и / или могут быть не столь узнаваемы, как другие (отвращение, страх, презрение; Фридлунд, 1994). Различные проявления также связаны с определенными вариациями вегетативного функционирования, предполагая разные роли в эмоциональных процессах саморегуляции.Например, выражение страха увеличивало частоту сердечных сокращений, а выражение печали уменьшало ее (Levenson et al., 1990).

Даже выражения, которые кажутся внешне похожими, такие как улыбка и смех (будет обсуждаться позже), сейчас лучше всего изучать как отдельные фенотипы, учитывая наши текущие знания об их формах и функциях (Keltner and Bonanno, 1997; Preuschoft and van Hooff, 1995; Provine, 1996, 1997). Улыбка обычно обнажает зубы, но не обязательно включает вокализацию, в отличие от смеха, который имеет характерный паттерн открытого рта и связанных с ним выдохов / вокализов, а также может включать повторяющиеся паттерны закрытия глаз и рта (Niemitz et al., 2000). Обширные вариации как среди фенотипов выражения лица, так и внутри него явно требуют множества адаптивных объяснений, а не одной гипотезы выражения лица. Соответствие поведенческого фенотипа, экологического контекста и последствий приспособленности для выражения лица специфично для каждого конкретного фенотипа выражения. В целом, однако, выражения лица можно рассматривать как социальные сигналы, что является хорошей отправной точкой для перехода к множеству адаптивных контекстов.

ЭКОЛОГИЧЕСКИЕ КОНТЕКСТЫ И ПОСЛЕДСТВИЯ ДЛЯ ФИТНЕСА

Выражения лица как социальные сигналы

Выражение лица однозначно социальное, в том смысле, что выражения лица возникают с большей частотой и интенсивностью в социальных ситуациях и могут быть напрямую связаны с интерактивными последствиями (Fridlund, 1994; Jancke и Кауфманн, 1994). Если выражения лица (включая проявление эмоций) являются социальной адаптацией, то они являются сигналами, производимыми в первую очередь с социальной целью.Связаны ли эмоции с большинством выражений лица или даже с любым выражением лица, — это вопрос огромной важности в психологии эмоций. Если выражения лица — это просто внешнее выражение эмоций, и для самих выражений не предлагается никаких конкретных последствий для приспособленности, то они подлежат анализу на других уровнях. Однако, когда мимика рассматривается как потенциальная адаптация, взаимосвязь между переживанием эмоций и их выражением не обязательно имеет значение (Hauser, 1996; хотя функциональную гипотезу эмоций в целом см. Keltner and Gross, 1999).Формирование гипотез об адаптивном характере мимики как социальных сигналов требует только описания конкретных экологических контекстов и последствий такого поведения для приспособленности. Адаптивные объяснения самих сигналов могут включать или не включать адаптивные объяснения человеческих эмоций, которые лежат в основе большей части выражения лица. 3

Поскольку они происходят в основном в интерактивном контексте, выражения человеческого лица обычно считаются кооперативными сигнальными системами, приносящими пользу как сигнализатору, так и получателю (Fridlund, 1997).Хотя это обычно не обсуждается, мимику, вероятно, можно считать недорогой, так как энергия, необходимая для создания индивидуального спонтанного выражения, мала. Такие недорогие, частые сигналы ожидаются при взаимовыгодных взаимодействиях (Krebs and Dawkins, 1984) или внутри групп связанных людей (Bergstrom and Lachmann, 1998).

Выражение лица, однако, встречается во многих различных социальных контекстах, не все из них кооперативны. Сложные отношения между социальным контекстом и общими и конфликтующими интересами предполагают, что выражения лица человека имеют несколько сигнальных функций.Как показали обширное моделирование и некоторые эмпирические исследования на нечеловеческих приматах, экологический контекст и последствия поведения для приспособленности имеют решающее значение для определения природы сигналов, которые развиваются (Godfray and Johnstone, 2000; Grafen and Johnstone, 1993; Krebs and Dawkins, 1984).

Социоэкологические контексты выражения лица человека

Человеческие экологические контексты, несомненно, являются социально-экологическими контекстами. Даже несоциальные контексты могут быть сформированы социальными способами из-за прошлого избирательного давления на дизайн разума (Brothers, 1997; Humphrey, 1976; Kummer et al., 1997). Отсутствующие или полуприсутствующие люди обеспечивают достаточный социальный контекст для выражения лица (разговаривает с кем-то по телефону или знает, что друг делает то же самое в соседней комнате; Фридлунд, 1994). Эти типы контекстов, конечно, вряд ли были важны до недавнего времени в нашей эволюционной истории, но они иллюстрируют нашу готовность и готовность производить выражения лица даже при предложении социального взаимодействия.

Люди не могут полностью не реагировать в отсутствие социальных партнеров, но выражения лиц различаются по своей восприимчивости к воздействию аудитории, с изменениями частоты и / или типа движений в зависимости от разных получателей (Jancke and Kauffmann, 1994; Kraut and Johnson, 1979 ).Некоторые выражения мало различаются по социальным параметрам (испуг), в то время как другие значительно различаются (улыбка). Например, Фридлунд (1994) и другие обнаружили, что улыбка монотонно уменьшалась с уменьшением социального контекста (просмотр ленты с другом, просмотр ленты, которую друг смотрит в соседней комнате, просмотр ленты, когда друг не выполняет тесты, просмотр ленты в одиночку). Осознание того, что друг выполняет то же задание, заставляло испытуемых значительно чаще улыбаться. Краут и Джонсон (1979) наблюдали похожий феномен среди боулеров, которые чаще улыбались друзьям, чем запасным или страйковым.Hess et al. (1995), Янке и Кауфманн (1994) и Манстед и др. (1999) обнаружили аналогичные эффекты социальности, совпадающие с эффектами стимулов, вызывающих эмоции. Очевидно, что естественным контекстом выражения лица является социальное взаимодействие, и антропологические, адаптивные объяснения поведения лица требуют внимания к конкретным, натуралистическим экологическим контекстам.

Этот тип подхода был предложен Преушофтом (2000) в отношении положительных эмоций и может быть адаптирован для положительных выражений эмоций на лице.Она включает несколько контекстов для переклассификации положительных эмоций, включая взаимодействие с младенцами, игровое взаимодействие с другими людьми, поиск партнеров и другие социальные контексты. Брэдбери и Веренкамп (1998) предложили аналогичный список: разрешение конфликтов, защита территории, сексуальные сигналы, взаимодействие родителей и потомков, социальная интеграция, контексты окружающей среды и самокоммуникация.

В этой статье мы предлагаем следующий набор социоэкологических контекстов для начала изучения выражения лица как адаптации: взаимодействие младенца и опекуна, кооперативные взаимодействия, речь и внутривидовые конкурентные взаимодействия.Мы рассматриваем каждый отдельно определенный экологический контекст как источник различий в стоимости и преимуществах передачи сигналов по лицу, с отдельными последствиями для каждого из них.

Взаимодействие младенец / опекун

Как совместные, так и конкурирующие интересы опекунов (родителей) и потомства, вероятно, отражаются в сигнальных системах, которые развиваются в контексте этого взаимодействия (Trivers, 1974). Младенцы могут честно сигнализировать о потребности (Grafen, 1990; Godfray and Johnstone, 2000).Другая возможность состоит в том, что младенческие сигналы о потребности являются эксплуататорскими или представляют собой результат конфликта между братьями и сестрами (Godfray and Johnstone, 2000). Выражение лица младенца можно интерпретировать в этих сигнальных контекстах.

Младенцы имеют базовые выражения лица, похожие или такие же, как у взрослых (). Некоторые из движений, составляющих выражение лица, вероятно, являются врожденными (Izard, Malatesta, 1987; Meltzoff, 1996). Кроме того, исследования выражения лица младенцев наиболее доступны с точки зрения адаптации, поскольку исследователи не могут полагаться на самооценку и вместо этого должны смотреть на выражение лица с этической точки зрения и с учетом последствий поведения.

Человеческие детские дисплеи обсуждались в литературе с точки зрения сигнализации. Плач младенца обычно интерпретируется как честный сигнал о потребности, как и ожидалось теоретически (Fridlund, 1997; Hauser, 1996). Выражение лица, связанное с плачем, является частью этого многокомпонентного сигнала, а плач эффективно привлекает внимание.

Улыбка младенца как демонстрация также согласуется с поведением воспитателя. Младенцы смотрят на свою мать независимо от того, внимательна она или нет, но они подают сигнал (улыбается) только в том случае, если она внимательна (Jones et al., 1991). Вероятность того, что младенец улыбнется своей матери, наиболее высока, когда мать наиболее внимательна и также улыбается (Cohn and Tronick, 1987). Приступы улыбки в младенчестве заканчиваются довольно внезапно, когда мать перестает улыбаться (Cohn and Elmore, 1988). Эти результаты предполагают, что улыбка младенцев чувствительна к потенциальным затратам и выгодам, связанным с этим выражением лица. Поскольку младенцы нуждаются как в поддержании, так и в росте, можно ожидать, что они будут изменять даже эти, казалось бы, недорогие сигналы, в зависимости от потенциала положительной реакции.Положительные ответы в этом случае будут напрямую связаны с положительными последствиями для фитнеса, включая увеличение возможностей для взаимодействия, что приведет к более раннему и лучшему результату в социальном взаимодействии. Функция улыбки младенца и взаимодействия матери и ребенка в развитии безопасной привязанности также важна, поскольку было продемонстрировано, что надежная привязанность в младенчестве предсказывает социальную компетентность в более позднем детстве, в то время как небезопасная привязанность имеет негативные последствия (Belsky and Nezworski, 1988).

Кажется, одно из положительных последствий выражения лица — просто привлечь внимание к себе. Лица и мимика привлекают внимание (Vuilleumier, 2000). Большая часть работы над этим простейшим эффектом выражения лица связана с изучением взаимодействия младенцев. Младенцы используют выражение лица, чтобы побудить своих матерей обратить на них внимание, а матери обычно издают звуки или улыбаются в ответ (Jones et al., 1990). Улыбка с оскаленными зубами кажется особенно полезной в этом контексте; Джонс и др.(1990) обнаружили, что улыбка с оскаленными зубами чаще возникает в социальных ситуациях, когда младенец обращает внимание на свою мать, а не на игрушки. Эти оскаленные улыбки впоследствии вызывают у матери отзывчивое и внимательное поведение, что положительно влияет на физическую форму. Влияние родительского внимания на приспособленность к человеческому младенцу потенциально велико, учитывая интенсивные социальные и пищевые потребности младенца, а также возможные риски, связанные с отсутствием материнского внимания, включая неспособность к развитию, физическую опасность и, в крайних случаях, смерть от пренебрежения или заброшенности.Однако, являются ли эти социальные сигналы честными сигналами потребности или нет, трудно оценить, учитывая наши текущие знания о младенческой улыбке и потребностях во внимании. Взаимосвязь между выражением лица младенца и честными сигналами потребности можно было бы исследовать, если бы необходимость была операционализирована как затраты на сохранение физической формы (продолжительность времени с момента последнего кормления, расстояние от матери, присутствие конкурентов-братьев и сестер), а интенсивность и частота сигналов были задействованы для конкретных условий. выражения.

По мере развития младенцы все чаще начинают улыбаться (Cohn and Tronick, 1987). Они координируют отображение лиц со своими опекунами (родителями), сигнализируя только о том, что считается подходящим контекстом. Эта координация сигналов может представлять собой согласование интересов здорового потомства и здоровых родителей (тех, у кого есть стимул продолжать инвестировать). Среди детей старшего возраста становится очевидным, что способность посылать и получать лицевые сигналы различается и связана с положительными последствиями личной и социальной адаптации для фитнеса (Nowicki and Duke, 1994).Когда дети становятся старше, они используют свое восприятие улыбок, чтобы настроить свое выражение лица до тех пор, пока их намеренно наведенные улыбки не станут относительно неотличимы от их спонтанных улыбок. Есть веские доказательства того, что этот процесс основан на визуальном наблюдении. Сознательные улыбки слепых детей можно было отличить от их спонтанных улыбок при наблюдении неподготовленных наблюдателей, в то время как улыбки зрячих детей — нет (Castanho and Otta, 1999). Во взрослом возрасте слепые от рождения люди производят произвольные выражения эмоций, которые значительно менее узнаваемы, чем у зрячих (Galati et al., 1997).

Специализация для младенческих сигналов потребности также специфична для целевых получателей сигнала. Младенцы изменяют свои сигналы в зависимости от родителей (Forbes et al., 2000). Младенческие сигналы по-разному воспринимаются мужчинами и женщинами, а младенческие улыбки повышают точность распознавания младенцев только у женщин (Jones, 1984). Джонс (1984) предположил, что улыбка была сигналом, направленным конкретно женщинам. Младенцы могут по-разному сигнализировать, основываясь на опыте увеличения преимуществ для поведения.Например, при улыбке младенца во время взаимодействия родителей с младенцем младенцы часто начинают с улыбки, отличной от Дюшенна, а затем превращают эту улыбку в улыбку Дюшенна, добавляя сокращение orbicularis oculi вокруг бокового края глаза (60% от наблюдались все младенческие улыбки Дюшенна; Messinger et al., 1999). Не исключено, что это изменение в выражении лица может быть связано с динамическими изменениями в восприятии ребенком преимуществ более энергетически более дорогой улыбки Дюшена.

Долгосрочное совместное социальное взаимодействие

Компетентность младенцев и детей в формировании и восприятии мимики со временем перерастает в навыки взрослых в использовании мимики со сверстниками и другими членами социальной группы.Отношения между родственниками и другими членами группы характеризуются речью, а также выражением лица. Сложность взаимоотношений в этих группах означает, что контексты выражения лица будут часто меняться от взаимодействия к взаимодействию.

Из-за своей необычной стабильности и склонности к долгосрочным отношениям человеческие группы являются вероятным контекстом, в котором может развиваться взаимный альтруизм (Trivers, 1971). Очевидно, что взаимному альтруизму в значительной степени способствовало бы использование сигналов о готовности ответить взаимностью или отрицательной санкции за отказ ответить взаимностью.Именно в этом контексте повторяющихся долгосрочных взаимодействий паттерны повторяющегося выражения лица могут предоставить взаимодействующим лицам именно ту информацию, которая им нужна в отношении намерений других, альтруистических или иных (Brown and Moore, 2000; Silk et al., 2000). Браун и Мур (2000) выдвинули гипотезу, что в некоторых случаях «детектор альтруистов» может быть более ценным, чем механизм «детектора мошенничества». Предположительно, этот детектор будет зависеть от входных сигналов от стимулов, таких как выражение лица, тон голоса и другие невербальные сигналы.В этом контексте можно было бы прогнозировать обычный сигнал относительно небольшой величины, но повторяющуюся работу (Dawkins, 1993). Если паттерн передачи сигналов, соответствующий надежному альтруизму, может быть сохранен, то этот паттерн может стать ритуализированным как представление альтруистического намерения отправителя. Непрерывное выполнение этого паттерна выражения может указывать на то, что другие могут рассчитывать на то, что актер будет действовать альтруистично. Захави (1993) отмечает, что эти типы надежных традиционных сигналов могут работать следующим образом: «сигнал, который, кажется, выполняется одинаково всеми индивидуумами в группе, на самом деле является« стандартом », по сравнению с которым качество различных индивидуумов группы тот же набор оценивается »(Захави, 1993, с.228).

Это объяснение выражения лица в кооперативном взаимодействии согласуется с предположением ДеПауло (1992) о том, что основной целью выражения лица, сознательного или бессознательного, является самопрезентация. Согласно ДеПауло (1992), хотя обман может быть адаптивным, люди не пытаются выставить себя тем, кем они не являются. Вместо этого люди обычно пытаются повысить точность качеств, которые они уже демонстрируют (DePaulo, 1992; Schmidt et al., 2000). В частности, в отношении положительных выражений лица можно предположить, что они пытаются казаться более альтруистическими (Brown and Moore, 2000).

Несколько моделей выражения лица человека подтверждают эту точку зрения на альтруистическую передачу сигналов. Социальный статус соседей по дому ассоциировался с улыбкой, а соседи с высоким статусом улыбаются больше (Cashdan, 1998). Показ оскаленных зубов с закрытым ртом у нечеловеческих приматов обычно интерпретируется как демонстрация покорности или умиротворения (van Hooff, 1972; Preuschoft, 1992; и см. Обсуждение ниже). Ожидается, что такой вид проявления не будет наиболее частым у лиц с самым высоким статусом. Однако другая точка зрения, основанная на совместной передаче сигналов, может объяснить эти данные.Люди с высоким социальным статусом могут сигнализировать о своем высоком потенциале или готовности отвечать взаимностью (Brown and Moore, 2000). Фактически, улыбка в этом исследовании была довольно частой как для мужчин, так и для женщин (улыбка происходила примерно в 10% случаев, когда за ними наблюдали; Cashdan, 1998).

Grammer et al. (1988) обнаружили подобный частый сигнальный паттерн в вспышках бровей, с добавлением того факта, что первоначальная вспышка бровей обычно была наиболее интенсивной (привлечение внимания партнера), за ней следовали разговорные вспышки бровей (регулярные сигналы внимательному партнеру; Grammer et al., 1988).

Одной из проблем с этим объяснением является возможность использования невзаимодействующими повторяющимися недорогими обычными сигналами, такими как улыбки, обманчивым образом. Тогда каким-то образом эти повторяющиеся сигналы должны быть дорогостоящими или, по крайней мере, настолько дорогостоящими, чтобы свести на нет выгоду для мошенника, который использует их правильно, но обманчиво (Zahavi and Zahavi, 1997). Или же сигналы, если они производятся дешево, могут представлять собой координирующую деятельность между людьми, интересы которых иногда находятся в конфликте, но тем не менее получают выгоду от координации действий (Silk et al., 2000).

Сигнал должен правдиво отражать намерения взаимодействующего лица ответить взаимностью: честные сигналы трудно подделать (Keltner and Bonanno, 1997). Автоматическая, бессознательная реакция (электромиографически измеренная реакция собственных лицевых мышц получателя) на улыбку других возникает только на улыбки Дюшенна, которые энергетически более затратны и их труднее подделать (Surakka and Hietanen, 1998). Аналогичная реакция возникает и на невербальные вокальные компоненты речи. Мышца-корругатор активируется в случае гнева, а мышца orbicularis oculi активируется, когда слышит удовлетворенные голоса (Hietanen et al., 1998). В отличие от Фридлунда (1997), эти рефлексивные проявления эмоций могут быть довольно адаптивными, особенно в контекстах, где критически важна автоматическая и быстрая реакция. Эмоциональное считывание может быть мощным социальным инструментом, особенно если оно приводит к положительным последствиям для здоровья отправителей и получателей. Например, мимика играет роль в создании и поддержке эмпатии, эмоционального, но в то же время адаптивного явления (Brothers, 1989; Buck and Ginsburg, 1997; Keltner and Bonanno, 1997). Другие положительные последствия для приспособленности могут включать вероятность того, что получатели будут делиться едой и другими ресурсами с сигнальщиком, выгоды, возникающие из взаимно-альтруистических отношений в целом.

Таким образом, прогнозируемые характеристики спонтанных улыбок в контексте долгосрочного сотрудничества включают в себя честные сигналы, такие как знак Дюшена (активность orbicularis oculi) и характерное время (см.). Мы знаем, что спонтанные улыбки различаются по качеству, при этом большее количество одновременных мышечных движений более скоординировано по сравнению с преднамеренными улыбками (Gosselin et al., 1997; Hager and Ekman, 1997; Hess et al., 1995). Контраст между улыбками Дюшена и не-Дюшенна часто интерпретируется как разница между искренним и менее искренним выражением эмоций.Экман и Фризен (1982) утверждают, что улыбку Дюшенна нелегко подделать, хотя база данных из 105 представленных улыбок содержала до 67% улыбок Дюшена (Kanade et al., 2000; и см.). Независимо от того, можно ли подделать сигнал, это все еще согласуется с гипотезой адаптивного сигнала улыбки. Более честные сигналы, как правило, являются более дорогостоящими сигналами, а улыбка Дюшена, в той мере, в какой она более искренняя, безусловно, обходится дороже (задействует как минимум две мышцы вместо одной; см.).Кроме того, Бугенталь (1986) обнаружил, что более длинные и, следовательно, более дорогие улыбки интерпретировались как более искренние. Для смеха Niemitz et al. (2000) обнаружили, что более длинные выражения смеха с более динамичными движениями глаз и рта взрослыми наблюдателями считались наиболее позитивными и искренними.

Диапазон контекстов, в которых возникают спонтанные улыбки, и ожидаемая в результате степень честности не учитывались. Дополнительные исследования качества невербальных сигналов могут быть ключом к различению выражений в континууме от более честных сигналов лица до менее искренних (Grammer et al., 1997). Например, реакция наблюдателя на спонтанные улыбки Дюшенна и не-Дюшенна одного и того же человека должна быть разной, причем самые длинные спонтанные улыбки Дюшенна вызывают самые положительные ответы.

Тем не менее, эта точка зрения также предполагает, что даже заученные или автоматические сигналы, такие как не-Дюшенна или «социальная улыбка», могут быть важными сигналами о совместном намерении, а не эмоциях. Если социальные улыбки выполняются в соответствии с регулярным шаблоном, то сигнализация о позитивном намерении может состоять из регулярного шаблона или сценария для передачи сигналов, а отклонения от ожидаемого шаблона выражения будут сигнализировать о негативных намерениях.Социальные улыбки и другие выражения скоординированы и рассчитаны с вниманием к слушателю. Обычно они возникают как альтернативная реакция на словесные «обратные каналы», такие как «ага» и «да», которые сигнализируют о продолжении участия в разговоре (Bavelas and Chovil, 1997; Brunner, 1979).

Мы предлагаем новый взгляд на затраты, связанные с этими социальными сигналами. В дополнение к энергетическим затратам на повторную передачу сигналов, которые накапливаются во время социальной встречи, сигнальщику приходится сталкиваться со значительными затратами, если он должен правильно поддерживать паттерн сигналов.Эти затраты заслуживают внимания. Выбор времени требует внимания, а внимание требует перенаправления нейронной обработки и восприятия отправителя к одному взаимодействующему лицу и от других. Только обращая внимание на получателя и ход социального взаимодействия, отправитель может продолжать правильно подавать сигналы. Например, улыбка — это не случайный сигнал. Небольшое количество доступных доказательств показывает, что улыбка тесно связана со значением, а также с невербальными аспектами речи.Улыбка «слишком рано» или «слишком поздно» может сделать человека неискренним (Bugental, 1986; Ekman and Friesen, 1982). Улыбаться, когда тема речи запрещает улыбаться, — серьезная социальная оплошность.

Тогда для улыбки Дюшенна стоимость сигнала — это стоимость внимания, уделяемого взаимодействующему, а не дополнительные физиологические затраты, связанные со спонтанной улыбкой Дюшенна. Это предсказание можно проверить, наблюдая за частотой и временем социальных улыбок и других выражений лица в условиях, когда внимание нарушается.В качестве альтернативы можно измерить потерю внимания к внешним событиям во время типичного взаимодействия, как приблизительное значение риска при сосредоточении внимания на одном человеке, в то время как другие потенциально важные события или взаимодействия имеют место. Уровень вовлеченности во взаимодействие, измеряемый, среди прочего, количеством или интенсивностью социальных сигналов или взгляда, коррелирует со снижением внимания к другим стимулам поблизости.

Если регулярный сигнал о том, что человек сосредоточен на говорящем, осуществляется с помощью улыбки, нарушение может нанести ущерб индивидуальной физической форме.Самопрезентация, возможно, более важна для потенциальных ответчиков, то есть людей, которых вы уже знаете. Таким образом, регулярная улыбка может быть признаком альтруистических намерений и, как ожидается, будет чаще встречаться с друзьями (Jakobs et al., 1999). Социальная улыбка с ее высокой частотой может быть избыточным сигналом, который, по мнению Джонстона (1997), является лучшим для передачи сообщения сородичам. Кребс и Докинз (1984) предсказали, что кооперативные сигналы должны быть небольшими и относительно недорогими.Анализ ЭМГ или другой меры лицевого напряжения должен быть предсказан, чтобы показать, что этот тип улыбки намного дешевле, чем другие выражения, такие как гнев, страх или отвращение, что соответствует тому факту, что он часто используется в совместных взаимодействиях.

Положительные последствия приспособленности

Предполагая, что улыбка или любое другое выражение лица является адаптивным социальным сигналом, важно установить положительные последствия такого поведенческого фенотипа для приспособленности.Есть данные, позволяющие предположить, что функция мимики способствует укреплению сотрудничества и принадлежности во время взаимодействия. Положительные последствия выражения лица для фитнеса включают поощрение социального принятия и принадлежности, а также смягчение последствий социально негативных действий. Хотя в прошлом эффекты мимики и, в частности, улыбки, как правило, не рассматривались как последствия для фитнеса, обзор недавних исследований показывает, что эти последствия значительны, по крайней мере, в отношении социальных переменных, таких как статус.Улыбка влияет на восприятие других важных характеристик улыбающегося, увеличивая атрибуты интеллекта (Otta et al., 1993, 1996), счастья (Otta et al., 1996) и социального статуса (LaFrance and Hecht, 1999). Хотя обычно это не связано с горем, улыбка во время разговора, особенно та, которая включает активность orbicularis oculi по боковому краю глаза, усиливает сочувствие человека, потерявшего близких (Keltner and Bonanno, 1997). У людей улыбка ассоциируется со счастьем и положительными намерениями, направленными на них (симпатия) (Floyd and Burgoon, 1999).Улыбка и в США, и в Японии ассоциируется с повышенной коммуникабельностью (Matsumoto and Kudoh, 1993).

Эти реакции в основном определяются самоотчетами в психологических исследованиях, но есть также прямые физиологические доказательства того, что отображение лица может вызывать положительные реакции даже при отсутствии явной эмоциональной реакции. Например, исследование эффекта от просмотра обнадеживающей улыбки Рональда Рейгана (приподнятые брови, наклоненная голова, расслабленная улыбка с открытым ртом) выявило физиологические признаки положительной реакции даже у тех зрителей, которые заявили, что не поддерживают Рейгана политически (Салливан и Мастерс , 1991).

Очевидно, что улыбающийся дисплей может привести к положительным последствиям для фитнеса и, возможно, даже убедить других в готовности ответить взаимностью. Однако могут быть некоторые люди, которые не могут подавать сигналы регулярно. В этом случае неспособность сигнализировать социальным путем сама по себе является сигналом (Bergstrom and Lachmann, 1998). Неспособность правильно улыбнуться или обеспечить соответствующий уровень выражения лица во время совместного социального взаимодействия может лежать в основе некоторых социальных трудностей людей с плоским аффектом в результате шизофрении, болезни Паркинсона, депрессии или лицевого нерва. паралич (Mueser et al., 1997; Сакамото и др., 1997; VanSwearingen et al., 1999).

Сигнальный альтруизм также подразумевает наличие лечебных социальных сигналов. Для людей, которые не ведут себя альтруистично и попадают в ловушку, также есть проявления смущения и стыда. Интересно, что при демонстрации смущения также присутствует улыбка, хотя здесь она интерпретируется как сигнал умиротворения (Keltner and Buswell, 1997). Отображение стыда немного отличается и обычно не включает улыбку (Keltner, 1997).Хотя нет единого мнения о том, является ли улыбка честным сигналом или нет, покрасневшая реакция кажется намного ближе к определению честного дорогостоящего сигнала. Покраснение, также являющееся компонентом демонстрации стыда, действительно работает со значительными различиями в восприятии взаимодействующих сторон в зависимости от того, покраснел ли человек. Покраснение, которое может быть частью добровольного проявления стыда, включая осмотр и опускание головы, на самом деле снижает негативные оценки поведения актера (deJong, 1999).В качестве лечебного жеста покраснение может быть особенно сильным, поскольку считается, что этот жест невозможно подделать. Неудивительно, что это вызывает у наблюдателей лучшую реакцию, чем просмотр экрана — еще один лечебный жест (deJong, 1999). Keltner et al. (1997) интерпретировали проявления стыда и смущения как проявления умиротворения и поддержали эту гипотезу доказательствами того, что они отрицательно коррелируют с агрессией у мальчиков-подростков.

Выражение лица во время речи

Выражение лица во время социального взаимодействия, возможно, является честным сигналом принадлежности или готовности ответить взаимностью. Однако среди людей социальное взаимодействие почти всегда связано с речью, и существуют уникальные соображения относительно адаптивности отношений между выражением лица и речью. Выражение лица согласовано с речью на нескольких уровнях: использование мускулов выражения лица для артикуляции звуков речи (Massaro, 1998), вклад мимики в синтаксическую структуру и значение конкретных высказываний (Bavelas and Chovil, 1997; Ekman 1979). ), а также ступенчатые или качественные разговорные сигналы, которые относятся к общему значению речи (Ekman 1979).

В дополнение к своим функциям для говорящего, выражение лица также является важной частью активности слушателя (до 20% разговорных выражений были сигналами обратного канала, выполняемыми, когда человек не говорил; Bavelas and Chovil 1997). Улыбки производятся с тем же временем, что и другие разговорные сигналы обратного канала, такие как «ага», которые сигнализируют о продолжении участия в разговоре (Brunner, 1979), а также появляются в конце произнесения (Schmidt, 2000).Смех происходит вместе с речью по согласованной схеме (Provine, 1997). Экман (1979) подробно описал множественные паттерны ассоциации движений бровей с речью: как «дубинки», подчеркивающие определенное слово, как вопросительные знаки, или как «подчеркивающие», подчеркивающие последовательность слов, среди прочего. Хотя роль мимики и других жестов в эволюции языка может быть ограничена, понимание совместной эволюции языка и системы «жест-вызов» имеет решающее значение для понимания речевого поведения человека (Burling, 1993, с комментарием Блаунта, стр.38–39).

Выражение лица также может быть связано с социальными функциями речи. Хотя люди практикуют некоторый социальный уход (Schievenhovel, 1997), Данбар (1996) предполагает, что роль ухода в человеческом обществе в значительной степени взяла на себя беседа. Если невербальные сигналы, в том числе мимика, согласованы с речью, они также могут помочь в функции ухода за речью. Эндрю (1962) отмечает, что причмокивание губ и другие движения губ являются сигналами намерения ухаживать за нечеловеческими приматами.Также возможно, что люди, потенциально «ухаживая» за партнерами с помощью речи, сохранили эти преднамеренные сигналы в виде сосания губ, протирания губ и прикусывания губ (блоки действий 28, 37 и 32, Ekman and Friesen, 1978). Фридлунд (1997) называет кусание губ признаком возбуждения, но это также может быть признаком желания ухаживать, что часто связано с возбуждением. Остается открытым вопрос, являются ли эти движения более частыми во время «ухода за вокалом», чем в других социальных условиях человека.

Ухаживание и выражение лица

Выражение лица составляет лишь небольшую часть большого количества человеческих сигналов ухаживания. Они обычно встраиваются в скоординированные дисплеи, включая движения всего тела и всей головы, а также другие сигналы. Таким образом, они играют роль в сигнале как об интересе, так и о качестве партнера. Сигнальное качество партнера обеспечивается рядом физических характеристик, таких как симметрия, блеск волос и кожи, а также здоровье глаз (Gangestad and Thornhill, 1997).

Из-за множества доступных индикаторов качества потенциального партнера можно утверждать, что выражение лица было ненужным. Однако можно было ожидать, что выражение лица будет действовать таким образом, чтобы усилить положительные черты, маскируя или скрывая менее положительные черты (улучшая самопрезентацию как потенциального партнера). Эйбл-Эйбесфельдт (1989) описывает, как одежда и макияж во многих случаях достигают этих целей, но выражение лица может обеспечить промежуточный поведенческий уровень между культурной модификацией и физическими, биологическими ограничениями.

Описание демонстрации ухаживания молодых немецких и японских женщин, например, показывает важность как выражения лица, так и других невербальных движений в сигнале влечения (готовность вступить в брак или рассмотреть возможность спаривания). Граммер и др. (1999) обнаружили, что во время смешанных половых взаимодействий между молодыми мужчинами и женщинами интерес женщины к партнеру был связан с регулярностью ее невербальных сигналов. Более мелкие, более регулярные движения в невербальных проявлениях женщин были связаны с повышенным уровнем интереса (Grammer et al., 1999). Это может относиться и к выражению лица. В случае взаимодействующих противоположного пола повторяющаяся передача сигналов честными сигналами также может быть интерпретирована как знак готовности инвестировать в партнера и, следовательно, увеличить вероятность репродуктивных возможностей для сигнальщика. Хотя существует мало положительных доказательств в поддержку этой идеи, есть некоторые отрицательные доказательства того, что отсутствие координации движений лица у людей с шизофренией может вызвать серьезные социальные проблемы у людей с шизофренией (Dworkin, 1992).

Что касается симметрии и выбора партнера, возможно, что симметричные выражения лица (обычно спонтанные и трудно воспроизводимые добровольно) вызывают привлекательность так же, как структурная симметрия лица (также очень трудно подделать) (Gangestad and Thornhill, 1997 ; Grammer, Thornhill, 1994). Наконец, можно ожидать, что мимические и другие невербальные сигналы во время ухаживания будут иметь отношение к другим сигналам качества партнера и будут согласовываться с ними. Кокетливая прическа (Grammer et al., 1999), например, динамически показывает качество волос, в то время как выражение лица с открытым ртом может показывать качество зубов, а также тканей во рту.

Незнакомцы, конкуренты и конфликты интересов

Сюда включены различные индивидуальные экологические контексты, в основном из-за общего отсутствия эмпирической информации о выражениях лиц в этих различных контекстах. Однако, в отличие от ранее описанных ситуаций, взаимодействия с незнакомцами и другие взаимодействия, при которых потенциальные конфликты интересов, вероятно, обладают некоторыми основными сигнальными свойствами.

Кребс и Докинз (1984) предлагают сигналы тем, чьи интересы потенциально конфликтуют с сигнальщиком, должны быть стереотипными и четкими, а не скрытыми. Ожидается, что выражение лица вернется к обычным формам, которые раскрывают как можно меньше дополнительной информации (Wagner and Lee, 1999). В классическом исследовании японских и американских студентов, реагирующих на фильмы, выражения лиц меньше всего различаются в присутствии интервьюера, демонстрируя повышенную регулярность мимических сигналов в социально опасной ситуации (с интервьюером, а не в одиночку; Ekman and Friesen, 1978; Вагнер и Ли, 1999).У связистов есть определенное сознательное восприятие своих сигнальных паттернов: студенты могут предсказать, в зависимости от контекста, свою собственную вероятность улыбнуться шутке, рассказанной профессором, по сравнению с шуткой, рассказанной другим студентом (Нагашима и Шелленберг, 1997). Стереотипные невербальные телесные проявления также характерны для взаимодействий, в которых встречаются незнакомцы (Grammer et al., 1997).

Отправитель может изменить обычно полезные честные выражения в этих контекстах, в зависимости от потенциальных затрат или выгод от раскрытия информации.При встрече с незнакомцами люди иногда пытаются скрыть или подавить выражение лица. Например, дети и молодые люди из разных культур ответили на дружелюбного незнакомца похожим образцом прямого взгляда с выражением лица, затем скрыли лицо, а затем еще раз взглянули (Eibl-Eibesfeldt, 1989). Сокрытие также происходит в конкурентных взаимодействиях с известными людьми. При исследовании индивидуальных различий в склонности к самоконтролю за выражением лица было обнаружено, что некоторые люди скрывают выражение радости после победы.Эти улыбки можно было скрыть, прикрывая лицо рукой или скручивая другие мышцы лица в положения, которые сводили к минимуму появление улыбки (Friedman and Miller-Herringer, 1991). Зевание и смех также иногда скрываются прикрытием (Provine, 1997).

Согласно Фридлунду (1997), сокрытие эмоций очень желательно и согласуется с «требованием конфиденциальности» в социальном взаимодействии. Однако это заблуждение, поскольку желательность сокрытия обязательно зависит от конкретного социально-экологического контекста.Ожидается, что от остальной группы будут скрыты только те лицевые сигналы, которые зависят от конфиденциальности между сигнализатором и получателем для положительных последствий. Хотя, вероятно, существуют контексты, в которых люди стремятся скрыть свое выражение лица от других, во многих случаях ожидается, что выражения лица странных сородичей будут четкими и легко читаемыми, независимо от того, сигнализируют ли они о внутреннем состоянии или нет (Endler, 1993).

Встречи между незнакомцами представляют собой очевидную возможность для обмана, поскольку альтруистические тенденции сигнальщика неизвестны получателю.Однако ожидается, что активно вводящие в заблуждение сигналы со временем исчезнут, поскольку они не снабжают получателя полезной информацией (Zahavi and Zahavi, 1997). Активно вводящие в заблуждение сигналы этого типа можно противопоставить сокрытию в основном честных сигналов, например, эффективного подавления выражения лица в контекстах, где на карту поставлены пищевые ресурсы, личная репутация или другой положительный результат (Ekman et al., 1997; Mitchell, 1999). Третья стратегия, изменение внутренних состояний, связанных с выражениями (эмоциональными состояниями), может быть наиболее адаптивной формой обмана.Выражения, сгенерированные в этих условиях самообмана, будут тогда казаться спонтанными и автоматическими (Alexander, 1987). Эмоциональные данные не обязательно являются честным сигналом: они могут быть результатом самообмана и поэтому кажутся честными, когда это не так.

Различные черты лица, связанные с обманом, были описаны и проверены эмпирически (Ekman, 1985; Ekman et al., 1997). Эти исследования предоставляют интересную информацию о социальном интеллекте и, в частности, о интеллекте Макиавелли.Однако те же исследователи также обнаружили, что есть существенные различия в способности людей-наблюдателей обнаруживать эти невербальные признаки обмана. Хотя некоторые люди обладают такой способностью, многие, даже имеющие большой опыт или подготовку (например, полицейские), не могут надежно обнаружить обманщиков, используя эти сигналы (Frank and Ekman, 1997). Фактически, по крайней мере, в отношении выражения лица механизмы обнаружения человека-обманщика кажутся чрезвычайно плохими в обнаружении мошенничества, по крайней мере, среди незнакомцев (DePaulo, 1992; Ekman, 1985; Gosselin et al., 1997). Либо эти механизмы не обеспечивают явного улучшения приспособленности и, следовательно, не подвергались давлению отбора (Bradbury and Vehrencamp, 2000; Zahavi, 1993), либо соответствующий контекст обнаружения мошенников обнаруживается не среди незнакомцев, а среди социальных групп. члены. Способность обнаружения мошенников может зависеть от почти статистического знания нормального характера выражения лица данного партнера по взаимодействию, а не незнакомца.

Механизмы обнаружения читеров, несомненно, являются важной особенностью в эволюции социального интеллекта человека, но в случае выражения лица, возможно, не очень точно настраиваются (DePaulo, 1992).Ответ на эти загадочные открытия, вероятно, кроется в структуре человеческого социального взаимодействия, особенно в далеком прошлом. Обнаружение читеров ожидается от лиц, с которыми мы больше всего общаемся (незнакомцам в любом случае вряд ли можно было бы доверять). Мы предполагаем, что обнаружение обмана путем наблюдения за невербальным поведением может быть ограничено теми людьми, которые имеют регулярный контакт с обманщиком, и этого нельзя ожидать в любом случае от тех, кто не знает этого человека заранее (например, наблюдатели, описанные в Ekman, 1985). и Ekman et al., 1997). Нам не известны какие-либо исследования относительной разницы в эффективности обнаружения мошенников на основе выражения лиц известных и неизвестных субъектов, но мы прогнозируем, что обнаружение мошенников будет значительно лучше для известных людей.

Если выражения лица обычно используются в качестве честных сигналов, как часть упорядоченной последовательности действий, соответствующих определенному социальному контексту, возможно относительно нечастое использование этих сигналов для обманных целей. Митчелл (1999) описывает эти регулярные последовательности событий как социальные сценарии, где обман зависит от успешного поддержания моделей поведения (включая выражения лица), которые сигнализируют о сотрудничестве, в то время как люди действуют обманчиво в своих собственных интересах.Например, поддержание дружелюбного выражения лица, сопровождаемое негативными действиями по отношению к другим, представляет собой обманчивое использование социального сценария, выражения лица, связанного с аффилиативным взаимодействием.

Сигнальные свойства лицевых дисплеев

Выражения лица обычно рассматриваются как интимные, основанные на диадах, таких как взаимодействие родителей и младенцев или разговоры. Однако больше внимания следует уделять отличительным свойствам сигналов лица, таким как их четкость на относительно больших расстояниях (до 45 м; Hager and Ekman, 1979) и под углами, отличными от прямой видимости.Хотя выражения лица обычно наблюдаются с близкого расстояния, их сигнальные свойства могут позволить точное считывание людей на периферии (подслушивающие). Обнаруживаемость сигналов является важным фактором их способности оказывать положительное влияние на пригодность сигналов (Endler, 1993). В этом отношении было бы интересно сравнить расстояние распознавания мимики и среднюю социальную дистанцию ​​у других видов.

Функции выражения лица

Используя эти адаптивные рамки и проясняя фенотип, экологический контекст и фитнес-последствия передачи сигналов лица, становится возможным исследовать выражение лица с эволюционной точки зрения (Fridlund, 1994).Как социальные, так и эмоциональные выразительные функции выражения лица могут быть исследованы с эволюционной точки зрения и представляют разные уровни анализа (Hauser, 1996, с. 495; обсуждение этого вопроса с психологической точки зрения см. В Jakobs et al., 1999). . Последствия фитнеса особенно трудно обнаружить, особенно учитывая перекрестный характер многих психологических исследований выражения лица. Нельзя ожидать, что одно выражение лица, за некоторыми исключениями, принесет значительную пользу или стоимость фитнеса.Скорее, повторяющиеся сигналы намерения или эмоции, вероятно, являются самым большим вкладом в физическую форму, обусловленную выражением лица.

Кроме того, решающим фактором пригодности определенного выражения, такого как улыбка, может быть разница между ним и средней улыбкой актера. Психологические исследования обычно используют кросс-секционный подход, измеряя всего несколько минут выражения у большого числа людей. Лонгитюдные исследования выражения лица немногочисленны и редки (но см. Messinger et al., 1999). Тем не менее, мы можем начать понимать важность выражения лица для фитнеса, рассмотрев некоторые результаты исследований выражения лица.

ФИЛОГЕНЕТИЧЕСКИЕ ПЕРСПЕКТИВЫ ВЫРАЖЕНИЯ ЛИЦА

Гомология в выражениях лица

Теоретико-игровые модели передачи сигналов лица предполагают, что у актеров есть альтернатива — вообще не передавать сигналы, и могут относиться к прошлому поколению, где передача сигналов еще не существовала (Bradbury and Vehrencamp , 2000). Хотя эти вопросы теоретически важны, филогения людей и долгая предыстория социальности в отряде приматов делают маловероятным, что передача сигналов с помощью человеческого выражения лица полностью исчезнет у людей.Это сразу становится очевидным, если принять во внимание радикальные и глубоко разрушительные социальные последствия паралича лицевого нерва (VanSwearingen et al., 1999). Эти и другие формы полного паралича лицевого нерва имеют такие негативные социальные последствия, что трудно представить себе отсутствие лицевых сигналов в качестве альтернативы. В некоторых случаях степень депрессии, связанной с параличом лицевого нерва, напрямую связана со степенью неспособности вызвать прототип улыбки (VanSwearingen et al., 1999).Однако еще предстоит продемонстрировать, функционируют ли выражения лица человека адаптивно или они просто остатки доязыкового прошлого (Darwin, 1872/1998).

Однако очевидно, что у нормальных людей есть различия в частоте и интенсивности выражения лица. Выражение лица не всегда производится тогда, когда оно было бы выгодным, и это может привести к негативным последствиям для фитнеса, которые менее драматичны, чем описанные выше, но все же потенциально дорого обходятся в социальном взаимодействии, в зависимости от культурного и социального контекста.Отрицательные последствия приспособленности здесь концептуализируются как ограниченный доступ к отношениям сотрудничества, которые, как правило, повышают выживаемость и репродуктивный потенциал. Учитывая долгую историю социальной принадлежности в нашей родословной и повсеместное распространение выражения лица в наблюдениях за естественным социальным взаимодействием, мы предполагаем, что должен быть достигнут определенный уровень выражения лица, иначе человек рискует потерять преимущества фитнеса, приобретенные во время более ранних взаимодействий.

Гомология выражения лица человека и нечеловека приматов может иллюстрировать преемственность между фенотипами выражения лица, особенно между обезьянами и людьми.Преушофт и ван Хофф (1995) отмечают замечательную стереотипность выражения лица в отряде, который обычно известен своей поведенческой гибкостью. Производство основных выражений лица, таких как гримаса страха у макак-резусов, также, по-видимому, сильно канализировано (Geen, 1992). Было бы удивительно, если бы уровень стереотипии и гомологии в экспрессии нечеловеческих приматов не распространялся по крайней мере на некоторые образцы человеческого выражения.

Конкретные выражения лиц, в частности безмолвные оскаленные зубы и непринужденный открытый рот, сравнивают с человеческой улыбкой и смехом (Chevalier-Skolnikoff, 1973; Darwin, 1872/1998; Preuschoft, 1992; Preuschoft and van Hooff, 1995; van Хофф, 1972).Учитывая аналогичную структуру лицевых мышц и приспособлений для сосредоточения внимания на лице, была предложена гомология между нечеловеческими приматами и человеческими выражениями лица (van Hooff, 1972). Улыбка была предложена как гомолог бесшумной демонстрации обнаженных зубов (SBT), а смех — как гомолог расслабленной демонстрации открытого рта обезьян и обезьян (van Hooff, 1972; Preuschoft, 1992; Preschoft and van Hooff, 1995). Преушофт (2000) предполагает, что очевидный контраст между улыбкой людей (приподнятые уголки губ) и SBT нечеловеческих приматов может быть просто результатом схожих мышц, растянутых на морду очень разной формы (Preuschoft, 2000; см.).

Гомологические проявления у человека и нечеловеческих приматов. a: Покорная демонстрация макаки-резуса. Фотография Франса ДеВаала, 1989 г. (Показ безмолвных оскаленных зубов). b: Человеческая улыбка. Из Канаде и др., 2000. (Показ бесшумно оскаленных зубов.) c: Игровое лицо бонобо. Фотография Франса ДеВаала, 1988 г. (Расслабленная демонстрация открытого рта.) d: Человеческое игровое лицо, из Forbes et al., 2000. (Расслабленная демонстрация открытого рта.)

Кроме того, существуют общие нейробиологические основы среди людей и людей. другие приматы контролируют выражение лица.Недавнее исследование проекций коры головного мозга на ядро ​​лицевого нерва у макак-резусов выявило закономерность, аналогичную описанной Ринном (1984). Двусторонние кортикальные проекции на лицевые ядра контролируют лобные и orbicularis глазные мышцы, а контралатеральные проекции на противоположное лицевое ядро ​​контролируют мышцы вокруг рта, позволяя полушарным различиям в выразительности, в частности, влиять на нижнюю часть лица (Morecraft et al., 2001). Исследователи начали демонстрировать асимметрию в мимике обезьян, указывая на то, что эти лежащие в основе механизмы контроля также производят аналогичные эффекты у нечеловеческих приматов.Хук-Костиган и Роджерс (1998) обнаружили, что позитивные социальные призывы и выражения мартышек были латерализованы вправо, а негативные социальные выражения (страх) — влево. Хаузер и Акре (2001) также обнаружили, что выражения лица ранее наблюдались на левой стороне лица у макак-резусов, хотя они не обнаружили разницы между выражениями, интерпретируемыми как социально положительные или отрицательные, расширяя исходные данные Хаузера (1996) о том, что резус выражения были левосторонними.

Хотя по крайней мере некоторая степень нейробиологической и физической гомологии экспрессии кажется вероятной, существует также проблема дифференциальной функции. Могут ли человеческие улыбки действительно быть гомологичными дисплею SBT, когда человеческие улыбки сигнализируют о радости, а нечеловеческие улыбки приматов сигнализируют о умиротворении или страхе? С точки зрения выражения лица человека роль улыбки продолжает расширяться благодаря новым исследованиям, и приравнивание человеческой улыбки к счастью было поставлено под сомнение (Ekman, 1985; Fridlund, 1994).Отображение обнаженных зубов нечеловеческих приматов (например,) может быть похоже по значению и функциям на человеческие улыбки, в зависимости от социально-экологического контекста.

Выражения человеческого гнева и выражения гнева / страха обезьяны также могут быть гомологичными (Chevalier-Skolnikoff, 1973). Смущение было предложено в качестве гомолога демонстрации умиротворения приматов, потому что оно разделяет такие характеристики, как замкнутость, минимизация внешнего вида и улыбка при взгляде вниз (Keltner and Buswell, 1997). Гомология была также предложена для зевоты, которая свидетельствует о том, что это социальный сигнал перехода между состояниями активности как у людей, так и у нечеловеческих приматов (Deputte, 1994; Provine, 1997).

Гомология может также применяться к аспектам сокрытия или минимизации выражения. Есть несколько примеров, когда обезьяны не позволяли сородичам видеть свое выражение, закрыв лицо рукой (Tomasello and Call, 1997), и один отчет о шимпанзе, который смог управлять гримасой рта, надавливая рукой на его губы. (Митчелл, 1999). Люди также поднимают руки к лицу, чтобы скрыть выражение лица, возможно потому, что такие выражения могут нанести ущерб их интересам, если их открыто признать (Keltner and Buswell, 1997) за смущение; о зевоте см. Provine (1997).У людей есть дополнительная способность скрывать свое выражение за действиями других лицевых мышц, особенно вокруг рта, где нисходящая тяга мышцы, сокращающей anguli oris, может в некоторой степени скрыть подъем углов губ из-за действия большой скуловой мышцы (Экман, 1985). Спонтанные выражения могут иметь связанные с ними элементы сокрытия, такие как «искривление» улыбки, чтобы не показаться слишком довольным перед другими (Friedman and Miller-Herringer, 1991). В том же исследовании авторы отметили, что контакт рук увеличивался с увеличением улыбки.Возможно, в некоторых случаях действие других лицевых мышц было недостаточным для сокрытия все более очевидного сигнала улыбки.

Рассмотрение выражения лица нечеловеческих приматов, конечно, обязательно должно быть индивидуальным для каждого отдельного вида. Следует ожидать дивергентных систем передачи сигналов на лице, а также некоторой гомологии. Что касается взаимосвязи между общей степенью экспрессии и структурой ядра лицевого нерва, Peburn et al. (2000) обнаружили различия между видами, при этом относительно более выразительные макаки ( Macaca fascicularis ) имели значительно более крупные и лучше очерченные лицевые субъядра, чем относительно менее выразительные обезьяны patas ( Erythrocebus patas ). Aotus , единственный ночной антропоид, практически не имеет выражения лица, и его мускулатура лица также относительно менее дифференцирована (Chevalier-Skolnikoff, 1973; Huber, 1931).

Точно так же многие черты человеческого выражения лица, хотя и универсальные, специфичны для нашего вида. Относительная бесшерстность человеческого лица по сравнению с большинством нечеловеческих приматов предполагает, что комбинация открытой кожи и оставшихся волос может иметь некоторую сигнальную ценность. Брови — важный компонент человеческих приветствий и удивлений, а также некоторых улыбок.Поднятые вверх внутренние брови также сигнализируют о грусти или печали (Eibl-Eibesfeldt, 1989; Ekman, 1979). Результаты интригующего исследования, в котором было проверено межвидовое восприятие выражения лица, показали, что брови — очень заметный сигнал на безволосом человеческом лице — не используются макаками, стремящимися определить грустное человеческое выражение лица. Вместо этого они полагаются на другие, более филогенетически сохраненные черты, такие как движение щеки (Kanazawa, 1998). Сохранение растительности на лице у взрослых мужчин также может играть роль в усилении или сокрытии выражения лица.К сожалению, не проводилось исследований мужских волос на лице, связанных с выражением лица.

Функции мимики у нечеловеческих приматов

Как и люди, многие нечеловеческие виды приматов обращают пристальное внимание на лица других членов группы. Например, сложность восприятия лица и выражения лица у человекообразных обезьян только начинает демонстрироваться. Шимпанзе могут использовать черты лица для распознавания как родственников, так и незнакомых особей, а также для классификации выражений лиц других шимпанзе (Parr et al., 1998, 2000; Parr and deWaal, 1999). Шимпанзе могут следить за взглядом другого человека, обращая внимание на его лицо (Повинелли и Эдди, 1996). Сообщалось, что гориллы, шимпанзе и бонобо следят за взглядами других таким образом, чтобы предположить, что они могут предвидеть влияние выражения своего лица на поведение других (Mitchell, 1999). Ясно, что выражения лица являются важными сигналами в социальной жизни большинства нечеловеческих приматов, так же как и для людей.

Наблюдая за выражением лица, можно сделать вывод о намерениях других людей.Из-за своего относительно стабильного существования социальные группы обеспечивают среду, в которой недорогие повторяющиеся сигналы могут помочь приматам отслеживать других особей, возможно, аналогично тому, что Чедвик-Джонс (1998) описал для бабуинов. Самцы-читеры могут не подавать постоянные сигналы, поэтому за ними следует следить. Несоблюдение социальных сценариев, в том числе моделей выражения лица, привлекает внимание к людям, отказывающимся сотрудничать (Mitchell, 1999). Группы нечеловеческих приматов также могут использовать избыточные, «дешевые» голосовые сигналы для координации своей деятельности (Silk et al., 2000). Haslam (1997) представил список социальных грамматик для взаимодействия приматов, включая совместное использование, ранжирование полномочий, равенство и рыночное ценообразование. Это поведенческие контексты того типа, который может соответствовать функциональным вариациям в выражении лица приматов. Как и у людей, рассмотрение мимики как адаптации потребует определения соответствующих фенотипов, экологического контекста, а также положительных и отрицательных последствий для приспособленности.

Выражения эмоций на лице — IResearchNet

Определение эмоций на лице

Люди и некоторые другие животные обладают замечательным контролем над своими лицевыми мышцами.Выражение эмоций на лице — это закономерные движения мускулов лица, соответствующие внутренним аффективным состояниям.

Выражение важности эмоций на лице

Общение явно важно для эффективного социального взаимодействия. Хотя люди могут общаться друг с другом вербально, они также могут общаться невербально с помощью языка тела и мимики. Выражение эмоций на лице — важный аспект общения, и наши тела и мозг, кажется, настроены на такое общение.

Два аспекта нервной системы подчеркивают биологическую готовность к общению с помощью мимики. Во-первых, кажется, что у людей есть области мозга, специально предназначенные для обработки информации о лицах других людей. Примечательно, что эти области мозга активны и развиваются даже у младенцев. Это говорит о том, что люди рождаются со склонностью и способностью обращать внимание на другие человеческие лица и обрабатывать информацию о них. Во-вторых, у каждого человеческого мозга есть две области коры, содержащие карту собственного тела.Соматосенсорная кора — это часть мозга, которая интерпретирует, какая часть или части тела получают тактильную информацию в любой момент времени. Чем более чувствительна та или иная часть тела, тем больше ей посвящена соматосенсорная кора. Моторная кора — это область мозга, отвечающая за направление мышечных команд к различным частям тела. Чем больше у человека контроля над определенной частью тела, тем больше моторной коры посвящено этой части тела. Лицо непропорционально представлено в обеих корковых областях.То есть существует больше участков соматосенсорной и моторной коры, предназначенных для лица, чем можно было бы ожидать, исходя из размера лица по сравнению с остальной частью человеческого тела. Все это говорит о том, что выражение эмоций на лице играет важную роль и что наши тела способны легко общаться с помощью такого выражения.

Культурные аспекты выражения эмоций на лице

Принимая во внимание коммуникативную важность выражения эмоций на лице, можно предположить, что выражения эмоций универсальны в разных культурах, то есть что все люди делают одинаковые выражения лица, когда испытывают похожие эмоции, и что наблюдатели из всех культур могут интерпретировать то, что каждый конкретный человек чувствует, основываясь на выражении лица.Действительно, Чарльз Дарвин первым отстаивал эту идею, утверждая, что выражение лица зависит от вида, а не от культуры. Эта точка зрения имеет множество доказательств.

Человеческие существа способны с поразительной точностью распознавать выражения лица как минимум шести эмоций: счастье, удивление, страх, гнев, печаль и отвращение. Впечатляюще, это было продемонстрировано даже в культурах, которые ранее не контактировали с западными обществами (предполагая, что участники исследования не усвоили эти эмоциональные выражения из различных средств массовой информации).Более того, когда представителей дописьменных культур просили сделать различные выражения лица, американцы смогли распознать, какие эмоции они выражали. Точность суждений о выражении лица хороша, когда оцениваемой целью является неподвижная фотография выражения лица. Точность таких суждений повышается, когда людям разрешается судить о выражении лица в действии.

Универсальность выражений эмоций на лице (и интерпретация этих выражений) предполагает, что они являются врожденным, а не усвоенным поведением.Подтверждая этот вывод, люди с врожденной слепотой имеют выражение лица, похожее на выражение лица людей со зрением. Кроме того, выражения лиц некоторых приматов очень похожи на выражения лиц людей. Эти данные подтверждают утверждение Дарвина о том, что мимика — это сформировавшееся поведение, которое выполняет важную коммуникативную функцию.

Несмотря на эти культурные сходства, в разных культурах также есть различия в выражении эмоций на лице. Во-первых, люди примерно на 10% точнее интерпретируют выражения лиц членов своей культурной группы, чем выражения лиц представителей различных культурных групп.Однако важно помнить, что люди по-прежнему довольно точны при оценке членов других культурных групп. Во-вторых, разные культуры и подгруппы внутри культур имеют разные правила относительно уместности различных выражений эмоций. Например, американцы гораздо охотнее проявляют гнев, чем японцы. Поэтому в разных культурах люди могут выражать эмоции по-разному. В-третьих, недавнее исследование выявило интересную культурную разницу в том, как люди интерпретируют эмоциональные выражения других.В этом исследовании участники просмотрели изображение социальной сцены, и их попросили определить, какие эмоции испытывает конкретный человек на фотографии. При вынесении этих суждений участники из западных стран использовали только выражение лица целевого человека. Участники из Японии с большей вероятностью использовали весь контекст (то есть выражения лиц других участников сцены) при вынесении этих суждений. Для американцев улыбка всегда означала счастье. Для японских участников улыбка иногда означала счастье, а иногда — ухмылку.

Выражение против переживания эмоций

Исследователи довольно давно обсуждают роль выражения эмоций на лице. Некоторые утверждают, что выражение лица является частью эмоционального опыта, тогда как другие утверждают, что выражение лица просто отражает внутреннее состояние. В настоящее время нет данных, позволяющих определить, какая из этих точек зрения верна. Однако ясно одно: выражения лица и эмоции тесно связаны друг с другом. Исследования показали, что мимика действительно может вызывать эмоциональные переживания.Исследования продемонстрировали это, ненавязчиво заставляя людей улыбаться или хмуриться (произнося разные фонемы или держа карандаш во рту), а затем изучая их влияние на настроение. Улыбка вызывала более приятное настроение, а хмурый взгляд — более отрицательное. Выражение лица может вызывать эмоции, вызывая физиологические изменения в теле. Также возможно, что они вызывают эмоции в процессе самовосприятия, когда люди предполагают, что они должны быть счастливы (или грустны), потому что они улыбаются (или хмурятся).Конечно, в реальном мире эмоции людей обычно вызываются не только выражением лица, но и другими факторами. Однако то, что выражения и переживание эмоций так тесно связаны, является интригующим открытием.

Артикул:

  • Экман П. (1993). Выражение лица и эмоции. Американский психолог, 48, 384-392.

Выражений лица, включая страх, могут быть не такими универсальными, как мы думали | Наука

Когда вы улыбаетесь, вам может казаться, что весь мир улыбается вместе с вами, но новое исследование показывает, что некоторые выражения лица могут быть не такими универсальными.Фактически, несколько выражений, обычно используемых на Западе, в том числе выражение страха, имеют очень разные значения для одного коренного изолированного общества Папуа-Новой Гвинеи. Новые открытия ставят под сомнение некоторые широко распространенные принципы эмоциональной теории и могут подорвать новые технологии, такие как роботы и программы искусственного интеллекта, которым поручено считывать эмоции людей.

Более века ученые задавались вопросом, испытывают ли все люди один и тот же базовый диапазон эмоций — и если да, то выражают ли они их одинаково.В 1870-х годах это был центральный вопрос, который Чарльз Дарвин исследовал в . Выражение эмоций у человека и животных . К 1960-м годам заслуженный психолог Пол Экман, работавший тогда в Калифорнийском университете в Сан-Франциско, разработал общепринятую методологию исследования этого вопроса. Он показал фотографии жителей Запада с разными выражениями лица людям, живущим в изолированных культурах, в том числе в Папуа-Новой Гвинее, а затем спросил их, какие эмоции передаются. Ранние эксперименты Экмана оказались убедительными.От гнева до счастья, от печали до удивления, выражения лиц, казалось, были понятны повсюду во всем мире, что является биологически врожденной реакцией на эмоции.

Этот вывод практически не оспаривался в течение 50 лет и до сих пор занимает видное место во многих учебниках психологии и антропологии, говорит Джеймс Рассел, психолог из Бостонского колледжа и автор-корреспондент недавнего исследования. Но в последние несколько десятилетий ученые начали подвергать сомнению методологии и предположения более ранних исследований.

Психолог Карлос Кривелли был одним из них. В 2011 году он работал со своим коллегой, психологом Хосе-Мигелем Фернандес-Долсом в Автономном университете Мадрида. Вместе они разработали план исследования первоначального исследования Экмана в Папуа-Новой Гвинее. Кривелли и давний друг и партнер по исследованиям Серджио Харилло, антрополог из Американского музея естественной истории в Нью-Йорке, побывали на Тробрианских островах у восточного побережья Папуа-Новой Гвинеи, где проживает около 60 000 коренных тробрианцев.Эти садоводы и рыбаки исторически были изолированы как от материковой части Папуа-Новой Гвинеи, так и от внешнего мира. Чтобы узнать все, что они могли, Кривелли и Харилло внедрились в местную культуру. Они были усыновлены принимающими семьями и приняли клановые имена; Кривелли стал « Келакаси », а Харилло — « Тоногва ». Они потратили много месяцев на изучение местного языка, киливила.

Когда пришло время начать исследование, им не потребовались переводчики или местные гиды.Они просто показали 72 молодым людям в возрасте от 9 до 15 лет из разных деревень, фотографии с установленным набором лиц, которые использовались в психологических исследованиях. Исследователи попросили половину тробрианцев связать каждое из лиц с эмоцией из списка: счастье, печаль, гнев, страх, отвращение или голод. Другой половине было поручено другое задание.

Кривелли обнаружил, что им почти всегда улыбалось счастье. Однако результаты для других комбинаций были неоднозначными. Например, тробрианцы просто не могли прийти к единому мнению, какой эмоции соответствует хмурое лицо.Некоторые сказали это, а некоторые сказали то. То же самое и с морщинистым носом, надутым лицом и нейтральным выражением лица. Однако было одно выражение лица, с которым многие из них действительно согласились: широко раскрытое, задыхающееся лицо с приоткрытыми губами (подобное изображенному выше), которое в западных культурах почти повсеместно ассоциируется со страхом и покорностью. Тробрианцы сказали, что это выглядело «рассерженным».

Удивленный, Кривелли показал другой набор тробрианцев с теми же лицами, но он сформулировал свои вопросы в историях — например, «Кто из этих людей хотел бы начать драку?» — чтобы привлечь больше контекста.Они тоже связали вздох с угрожающим поведением, сообщает сегодня Кривелли в Proceedings of the National Academy of Sciences . «Последствия здесь действительно велики», — говорит он. «Это убедительно свидетельствует о том, что, по крайней мере, такое лицевое поведение не является панкультурным, а скорее культурно специфическим».

Молодой тробрианец из деревни Каулака указывает на задыхающееся лицо, показывая, что он распознает в нем проявление угрозы.

Карлос Кривелли и Серхио Харилло

Это не означает, что эмоции не вызывают естественных физиологических реакций, объясняет Рассел, но исследование предполагает, что реакции и интерпретации могут варьироваться от культуры к культуре. Например, с задыхающимся лицом Рассел предполагает, что это выражение могло быть естественной реакцией на неотложные, тревожные ситуации. В то время как западная культура связала это выражение с чувством страха , возможно, тробрианцы связывают это выражение с , внушающим его .Кривелли соглашается и указывает на другую культуру, чьи ритуальные танцы выражаются угрожающе похожим образом: маори Новой Зеландии.

На основании своего исследования Рассел отстаивает идею, которую он называет «минимальной универсальностью». В нем конечное количество способов, которыми могут двигаться лицевые мышцы, создает базовый шаблон выражений, которые затем фильтруются через культуру для обретения смысла. Если это действительно так, то такое культурное разнообразие в выражениях лиц окажется сложной задачей для новых технологий, которые стремятся декодировать человеческие эмоции и реагировать на них, говорит он, например, программное обеспечение для распознавания эмоций, разработанное для распознавания, когда люди лгут или замышляют насилие.

«Это новая работа и интересный вызов принципу так называемого тезиса универсальности», — написала Диса Заутер, психолог из Амстердамского университета, в электронном письме. Она добавляет, что хотела бы, чтобы результаты исследования были воспроизведены со взрослыми участниками, а также с экспериментами, в которых людей просят изображать угрожающие или сердитые лица, а не просто интерпретировать фотографии выражений лиц. «Крайне важно проверить, обнаруживается ли эта модель выражения« страха », связанная с гневом / угрозой, при производстве мимики, поскольку тезис универсальности в первую очередь сосредоточен на производстве, а не на восприятии.”

Социальный психолог Алан Фридлунд из Калифорнийского университета в Санта-Барбаре говорит, что степень погружения исследователей в культуру тробрианцев дает им уникальный взгляд на отображение угроз, а отказ от переводчиков повышает точность исследования. «Я думаю, что настоящая сила этой статьи в том, что она так хорошо знает своих участников», — говорит он.

Но он добавляет, что метод моментальных снимков может быть не лучшим способом анализа того, как люди видят различные выражения лица — в конце концов, в повседневной жизни люди видят выражения лиц в контексте того, что происходит вокруг них, говорит он.Другая проблема связана с дизайном исследования: «счастье» было единственной положительной эмоцией, которую тробрианцы получили в качестве варианта, говорит Фридлунд, что могло повлиять на результаты. Например, если бы исследователи включили «развлечение» или «удовлетворение» в качестве ответов, очевидное согласие по поводу улыбки могло бы исчезнуть.

Несмотря на то, что Фридлунд в целом согласен с выводами исследования, он сомневается, что оно повлияет на сторонников жесткой линии, убежденных в том, что эмоции возникают из общего источника. Философская школа Экмана, например, возникла в эпоху после Второй мировой войны, когда люди искали идеи, которые укрепили бы нашу общую человечность, — говорит Фридлунд.«Я думаю, это не изменит мнения людей. У людей есть очень веские причины придерживаться универсальности или культурного разнообразия ».

* Исправление, 18 октября, 12:33: Эта история была обновлена, чтобы исправить количество тробрианцев и их образ жизни, а также лучше описать задаваемые им вопросы.

Самый быстрый словарь в мире: Vocabulary.com

  • выражение лица жест, выполняемый лицевыми мышцами

  • самовыражение выражение своей индивидуальности

  • словесное выражение сообщение о ваших убеждениях или мнениях

  • сленговое выражение Неформальный язык, состоящий из слов и выражений, которые не считаются подходящими для официальных случаев; часто оскорбительный или пошлый

  • выражение ваших убеждений или мнений

  • продавец лицо, нанятое для представления бизнеса и продажи его товаров (как покупателям в магазине, так и покупателям, которых они посещают)

  • экспрессия гена преобразование информации, закодированной в гене, сначала в информационную РНК, а затем в белок

  • оборот выражения Отличительное устное или письменное выражение

  • идиоматическое выражение выражение, значение которого не может быть выведено из значений слов, составляющих его

  • анаклитическая депрессия тяжелая и прогрессирующая депрессия у младенцев, потерявших мать и не получивших подходящего заменителя

  • маниакальная депрессия психическое расстройство, характеризующееся эпизодами мании и депрессии

  • психотическая депрессия состояние депрессии настолько тяжелое, что человек теряет контакт с реальностью и страдает различными функциональными нарушениями

  • косвенное выражение косвенный способ выражения чего-либо

  • религиозный человек человек, проявляющий преданность божеству

  • официальный представитель адвокат, представляющий чью-либо политику или цель

  • клиническая депрессия состояние депрессии и ангедонии настолько тяжелое, что требует клинического вмешательства

  • бессонник тот, кто не может уснуть

  • пробный оттиск (печать) оттиск, сделанный для проверки на наличие ошибок

  • испытать содержание наблюдения или участия в событии

  • Дистимическая депрессия хроническая депрессия легкой степени

  • .

    Написать ответ

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *