Поиски смысла: Поиски смысла жизни. Смысл жизни, несомненно, является самой… | by Talal Malik

Содержание

Поиски смысла жизни. Смысл жизни, несомненно, является самой… | by Talal Malik

Поиски смысла жизни

Смысл жизни, несомненно, является самой сложной темой для обсуждения. В разных странах смысл жизни называется по разному, французы называют его резон д’этр, а японцы — икигай, но в любой стране перед каждым поколением часто встает совсем не простой вопрос поиска смысла жизни.

Помочь в решении этого вопроса могут мудрые мысли, начиная с высказываний мыслителей древности и заканчивая современными интернет-мемами в социальных сетях. Живший в первом веке греческий стоик и философ Эпиктет в своей книге «Искусство жизни: Классическое руководство по добродетели, счастью и эффективности» настойчиво ставил перед читателями вопрос: «Как долго человек может позволить себе быть не тем, кем он хочет быть на самом деле?» Цитата, которая, как утверждают, принадлежит американскому писателю девятнадцатого века Марку Твену, гласит: «Два самых важных дня в вашей жизни — день, когда вы появились на свет, и день, когда поняли зачем». Неизвестный автор в социальных сетях предложил следующий афоризм: «Как-нибудь потом или прямо сейчас? Решение за вами».

Поиск смысла жизни по своей природе должен быть вдохновляющим, возвышающим и позитивным стремлением человека познать истину о самом себе — о своем разуме, своем теле и своей душе. В ходе этого поиска стоит задуматься о качестве жизни, ее продолжительности и о том, как она закончится. Достаточно привести в нашем случае три источника мудрых мыслей: уроки обретения смысла жизни и увеличения ее продолжительности, основанные на японской концепции икигай; уроки покойного американского предпринимателя Стива Джобса, возглавлявшего корпорацию Apple Inc., которая менее чем за четыре десятилетия стала самой крупной публичной компанией в мире; и мысли Бронни Уэйр, австралийской медсестры, которая несколько лет проработала в отделении паллиативной терапии, ухаживая за пациентами в течение последних 12 недель их жизни.

Одним из наиболее ценных методов обретения смысла жизни, в частности, в области карьеры, является применение концепции икигай, исходно описанной японским психиатром Кобаяши Цукаса в его статье «Икигай», опубликованной в 1990 г. Данная концепция также рассматривается в недавно выпущенной книге «Икигай: Японский секрет долгой и счастливой жизни» испанских писателей Гектора Гарсиа и Францеска Мирайеса. Икигай — это традиционный для Японии интроспективный процесс глубокого (и часто длительного) поиска самого себя с целью познания смысла и причины своего существования. В Японии его называют «причиной для того, чтобы утром встать с постели». По мнению японских ученых применение этого мотивационного метода способствует увеличению продолжительности жизни людей, в некоторых случаях до 100 лет и более, например в японской провинции Окинава.

В пользующейся широкой популярностью диаграмме Венна икигай используется в качестве ценного метода определения цели, но главным образом, применительно к карьере. Диаграмма Икигай включает четыре сферы, озаглавленных следующим образом: «За что вам могут заплатить?», «Что у вас хорошо получается?», «Что вы любите?» и «Что нужно миру?», пересечение которых может помочь определить Профессию, Увлечение, Призвание и Миссию, которые в комплексе приводят к обретению икигай. Новые версии диаграммы икигай направлены больше не на карьеру, а на разум, тело и душу и включают такие сферы, как «Цель», «Удовлетворенность жизнью» и «Позитивное воздействие».

Икигай

Стив Джобс, один из основателей Apple Inc., умер от рака поджелудочной железы 5 октября 2011 г., но перед своей смертью он превратил Apple в самую большую на в мире публичную компанию и изменил стиль жизни миллиардов людей. 12 июня 2005 г., за шесть лет до своей смерти, Стив Джобс выступил с речью перед выпускниками Стэнфордского Университета, в которой он рассказал три истории: о соединении точек, о любви и потерях и о смерти. Но наибольший эффект произвели не рассказанные им истории, а уроки жизни, которыми он поделился. Эти уроки имеют универсальное значение и смысл этих уроков лучше всего передают слова самого Стива Джобса.

Жизненный урок Стива Джобса о соединении точек, заключается в следующем: «Невозможно соединить точки, пока ты смотришь в будущее — их можно соединить, лишь оглянувшись назад. Поэтому нужно верить, что в будущем точки как-нибудь сойдутся. Нужно верить во что-нибудь: в свои предчувствия, судьбу, жизнь, карму — что угодно. Такой подход никогда не подводил меня, и это изменило мою жизнь».

Затем он рассказал о любви и потерях: «Оказалось, что увольнение из компании Apple — это лучшее, что могло со мной случиться. Иногда жизнь бьет вас по голове кирпичом. Не теряйте веры. Я убежден, что единственная вещь, благодаря которой я продолжал идти вперед — это то, что я любил свое дело. Нужно найти то, что вы любите. И это касается не только работы, но и личной жизни. Работа будет занимать огромное место в вашей жизни, потому единственный способ быть по-настоящему довольным жизнью — это выполнять свою работу отлично. А единственный способ отлично выполнять свою работу — это любить то, что ты делаешь. Если вы еще не нашли того, что любите — продолжайте искать. Не соглашайтесь на меньшее».

В заключении Стив Джобс остановился на смерти: «Мысль о том, что я скоро умру, лучше всего помогает мне принимать важные решения в жизни. Потому что почти все — чужие претензии, амбиции, боязнь оказаться в неловком положении или потерпеть неудачу — теряет смысл пред лицом смерти, и остается лишь то, что по-настоящему важно. Память о смерти — лучший способ избежать мыслей о том, что вам есть что терять. У вас уже ничего нет. У вас больше нет причин не следовать зову своего сердца.

Австралийская медсестра Бронни Уэйр, несколько лет ухаживавшая за пациентами, которым осталось жить 12 недель, написала книгу о своих наблюдениях, которая называется «Пять ситуаций, о которых люди сожалеют особенно часто в конце жизни». Первая и наиболее часто называемая ситуация: «Жаль, что у меня не хватило смелости прожить жизнь так, как хочу я, а не другие», вторая — «Жаль, что я работал слишком много»; третья — «Жаль, что у меня не хватило смелости выразить свои чувства»; четвертая — «Жаль, что я потерял связь со своими друзьями» и пятая «Жаль, что я не позволил себе быть более счастливым».

Таким образом, для того, чтобы найти смысл жизни, нужно сначала подумать о смерти. Что останется после того, как вы умрете? Кто останется после вас? Что о вас будут помнить? Следуя подобному дизайн-мышлению, вы представляете, каким должно быть ваше наследие, а затем живете всю свою жизнь, стараясь добиться поставленной цели.

В заключение уместно еще раз привести слова Стива Джобса, человека покинувшего этот мир, но оставившего после себя наследие, которое продолжает жить: «Смерть, наверное, самое лучше изобретение Жизни. Она — причина перемен. Она удаляет старое, чтобы открыть дорогу новому. Сейчас новое — это вы, но пройдет немного времени, и вы постепенно станете тем старым, которое нужно убрать с дороги. Ваше время ограничено, поэтому не тратьте его на то, чтобы жить чужой жизнью. Не попадайте в ловушку догмы, которая учит жить мыслями других людей. Не позволяйте шуму чужих мнений заглушить ваш внутренний голос. И самое важное, имейте мужество следовать зову своего сердца и интуиции. Они уже каким-то образом знают, кем вы хотите стать на самом деле».

• Талал Малик, председатель и главный исполнительный директор компании Alpha1Corp International, консультант ведущих государственных и коммерческих организаций в разных странах мира, а также убежденный гуманист.

Ученые выяснили, как поиск смысла жизни отражается на здоровье

https://ria.ru/20191210/1562225352.html

Ученые выяснили, как поиск смысла жизни отражается на здоровье

Ученые выяснили, как поиск смысла жизни отражается на здоровье — РИА Новости, 10.12.2019

Ученые выяснили, как поиск смысла жизни отражается на здоровье

Исследование американских ученых выявило, что физические и когнитивные способности людей, ответивших для себя на вопрос, зачем они живут, выше, чем у тех, кто… РИА Новости, 10.12.2019

2019-12-10T21:00

2019-12-10T21:00

2019-12-10T22:08

наука

долголетие

психология

здоровье

открытия — риа наука

сан-диего

калифорния

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdn22.img.ria.ru/images/143486/80/1434868008_0:88:4700:2732_1920x0_80_0_0_360738ee05b6d236b9275986562d5131.jpg

МОСКВА, 10 дек — РИА Новости. Исследование американских ученых выявило, что физические и когнитивные способности людей, ответивших для себя на вопрос, зачем они живут, выше, чем у тех, кто до сил пор ищет смысл жизни. К тому же они меньше болеют. Результаты исследования опубликованы в журнале Journal of Clinical Psychiatry.Исследование, проведенное учеными Калифорнийского медицинского университета в Сан-Диего, показало, что наличие смысла в жизни улучшает физическое и психическое здоровье, в то время как сам процесс поиска смысла связан с переживаниями и ухудшением здоровья.»Когда люди находят смысл своей жизни, они становятся более спокойными и довольными, а когда у них нет цели в жизни и они ее безуспешно ищут, они переживают гораздо больший стресс, — приводятся в пресс-релизе университета слова руководителя исследования Дилипа Джеста (Dilip V. Jeste), доктора медицинских наук, заслуженного профессора психиатрии и нейронаук в Медицинской школе Калифорнийского университета в Сан-Диего. — Многие думают о цели в жизни с философской точки зрения, но понимание смысла связано с улучшением здоровья, хорошим самочувствием и долголетием. Те, у кого есть смысл в жизни, счастливее и здоровее, чем те, у кого его нет».Исходными данными для исследования послужили результаты проводившихся в течение трех лет перекрестных опросов среди 1042 жителей округа Сан-Диего (штат Калифорния) в возрасте от 21 до 100 лет. Состояние поиска смысла описывалось словами «Я ищу цель или миссию для своей жизни», а состояние, когда смысл найден, — «Я нашел удовлетворяющую меня жизнь».Ученые обнаружили, что в разных возрастных группах процент удовлетворенных своей жизнью людей существенно различался. Максимальное их количество было среди 60-летних.»Когда вы молоды, например в двадцать лет, вы не уверены в своей карьере, жизненном партнере и в том, кем вы являетесь как личность. Вы ищете смысл в жизни, — говорит Джест. — По мере того как вы подходите к тридцати, сорока, пятидесяти годам, у вас складываются более устойчивые отношения, может быть, вы состоите в браке и вы устроили карьеру. Поиск уменьшается, а осмысленность жизни увеличивается».»После 60 лет все начинает меняться. Люди уходят с работы и начинают терять свою идентичность. У них развиваются проблемы со здоровьем, их друзья и родственники постепенно уходят из жизни. Они снова начинают искать уже новый смысл в жизни, потому что смысл, который у них когда-то был, изменился».Однако внутри возрастных групп наилучшие показатели по физическому и психическому здоровью демонстрировали именно те, кто на данном жизненном этапе решил для себя вопрос смысла жизни.Ученые считают, что осмысленность существования — важный медицинский, клинически значимый параметр, который можно использовать для улучшения состояния пациентов.»Мы ожидаем, что наши результаты послужат основой для разработки новых терапевтических методов», — говорит Авайс Афтаб (Awais Aftab), доктор медицинских наук и первый автор статьи.По словам авторов, на следующих этапах исследования они хотят изучить, как влияют на здоровье и долголетие такие состояния человека, как мудрость, одиночество и сострадание, а также выяснить, связаны ли с поиском смысла в жизни биомаркеры стресса и старения.

https://ria.ru/20181106/1532227579.html

https://ria.ru/20190224/1551262746.html

сан-диего

калифорния

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2019

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdn24.img.ria.ru/images/143486/80/1434868008_0:0:4178:3133_1920x0_80_0_0_000a7735449c8ec2bc4c26d669d7a244.jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

долголетие, психология, здоровье, открытия — риа наука, сан-диего, калифорния

МОСКВА, 10 дек — РИА Новости. Исследование американских ученых выявило, что физические и когнитивные способности людей, ответивших для себя на вопрос, зачем они живут, выше, чем у тех, кто до сил пор ищет смысл жизни. К тому же они меньше болеют. Результаты исследования опубликованы в журнале Journal of Clinical Psychiatry.

Исследование, проведенное учеными Калифорнийского медицинского университета в Сан-Диего, показало, что наличие смысла в жизни улучшает физическое и психическое здоровье, в то время как сам процесс поиска смысла связан с переживаниями и ухудшением здоровья.

«Когда люди находят смысл своей жизни, они становятся более спокойными и довольными, а когда у них нет цели в жизни и они ее безуспешно ищут, они переживают гораздо больший стресс, — приводятся в пресс-релизе университета слова руководителя исследования Дилипа Джеста (Dilip V. Jeste), доктора медицинских наук, заслуженного профессора психиатрии и нейронаук в Медицинской школе Калифорнийского университета в Сан-Диего. — Многие думают о цели в жизни с философской точки зрения, но понимание смысла связано с улучшением здоровья, хорошим самочувствием и долголетием. Те, у кого есть смысл в жизни, счастливее и здоровее, чем те, у кого его нет».

Исходными данными для исследования послужили результаты проводившихся в течение трех лет перекрестных опросов среди 1042 жителей округа Сан-Диего (штат Калифорния) в возрасте от 21 до 100 лет. Состояние поиска смысла описывалось словами «Я ищу цель или миссию для своей жизни», а состояние, когда смысл найден, — «Я нашел удовлетворяющую меня жизнь».

6 ноября 2018, 18:20НаукаУченые выяснили, как сильно гены влияют на долголетие людей

Ученые обнаружили, что в разных возрастных группах процент удовлетворенных своей жизнью людей существенно различался. Максимальное их количество было среди 60-летних.

«Когда вы молоды, например в двадцать лет, вы не уверены в своей карьере, жизненном партнере и в том, кем вы являетесь как личность. Вы ищете смысл в жизни, — говорит Джест. — По мере того как вы подходите к тридцати, сорока, пятидесяти годам, у вас складываются более устойчивые отношения, может быть, вы состоите в браке и вы устроили карьеру. Поиск уменьшается, а осмысленность жизни увеличивается».

«После 60 лет все начинает меняться. Люди уходят с работы и начинают терять свою идентичность. У них развиваются проблемы со здоровьем, их друзья и родственники постепенно уходят из жизни. Они снова начинают искать уже новый смысл в жизни, потому что смысл, который у них когда-то был, изменился».

Однако внутри возрастных групп наилучшие показатели по физическому и психическому здоровью демонстрировали именно те, кто на данном жизненном этапе решил для себя вопрос смысла жизни.

Ученые считают, что осмысленность существования — важный медицинский, клинически значимый параметр, который можно использовать для улучшения состояния пациентов.

24 февраля 2019, 08:00НаукаХромосома долголетия. Ученые выяснили, почему женщины живут дольше мужчин

«Мы ожидаем, что наши результаты послужат основой для разработки новых терапевтических методов», — говорит Авайс Афтаб (Awais Aftab), доктор медицинских наук и первый автор статьи.

По словам авторов, на следующих этапах исследования они хотят изучить, как влияют на здоровье и долголетие такие состояния человека, как мудрость, одиночество и сострадание, а также выяснить, связаны ли с поиском смысла в жизни биомаркеры стресса и старения.

Блог

21.02.2020

Для современного человека поиск смысла жизни становится всё актуальнее: ведь с каждым годом мир усложняется, а услышать свои собственные желания, цели и смыслы становится всё сложнее. Дело в том, что ежедневно мы сталкиваемся с огромным информационным потоком. Не верите? Посмотрите на количество своих подписок в социальных сетях: десятки сообществ ежедневно выкладывают сотни новостей, а это лишь один канал для получения информации.

Как же в нынешних реалиях научиться слышать себя?

Что такое смысл

Смысл образовано от «с мыслью». То есть, жить «с мыслью» – значит осмысливать себя, свои отношения с окружающими людьми, свою деятельность, а не жить на автомате, словно робот, потому что “все так живут”. Возможно, жить “как все” вам просто не подходит?

Что мы понимаем под осознанностью? Жить осознанно — значит анализировать себя,  ставить цели и стремиться к их достижению, по возможности не отвлекаясь на сиюминутные удовольствия.

Ощущение осмысленности своей жизни также во многом зависит от принадлежности человека к малой (семья, рабочий коллектив, друзья) и большой социальной группе (религиозная коммуна, народность), к причастности какому-то важному делу или цели. Человек начинает получать удовлетворение от жизни, так как он становится частью семьи, рабочего коллектива и чувствует свою нужность: у него есть определённые задачи, обязанности, долг (который не отягощает его, а наоборот – обогащает).  

Советы для обретения смысла

Вот общие рекомендации, соблюдая которые, вы можете наделить свою жизнь новыми смыслами:

1. Вера

Человеку достаточно важно в этой жизни во что-то верить, на что-то надеяться. Это может быть вера религиозная, может быть вера в какую-то идею, а может и в целом вера в науку, искусство или просто человеческую доброту. 

Один из выдающихся психологов 20 века и основатель логотерапии (лечение смыслом) Виктор Франкл, находясь в концлагере заметил, что люди, имеющий богатый внутренний мир, в том числе, и люди религиозные, имели больший процент выживаемости: “Человек верующий, воспринимает то что с ним происходит как испытание, либо наказание за греховную жизнь, что наделяет его страдания смыслом и позволяет ему с достоинством пережить ту ситуацию, в которой он оказался” («Скажи жизни да!», В. Франкл).

2. Цели

Осмысленные и проработанные цели наделяют жизнь смыслом и дают ей вектор, направление для деятельности. Существует несколько основных категорий*, в плоскостях которых люди обычно ставят себе цели:

  • Иметь (цели материального характера: вещи, автомобиль, недвижимость и пр.).

  • Знать (всё что относится к образованию: курсы, повышение квалификации, дипломы, кандидатская диссертация и пр.).

  • Относиться (какие я хочу отношению с мужем/женой, с коллегами по работе и пр.).

  • Быть (кем я вообще в этой жизни хочу быть? Архитектором, бизнесменом, матерью/отцом, филантропом и пр.).

  • Действовать (здесь могут быть какие-то конкретные цели относительно профессионального роста или личностного развития. Например: выполнить план продаж за квартал, или, сбросить 7 кг веса к июню и пр.).

* По материалам книги «Нейропрограммирование успешной судьбы», Ковалёв С.

3. Дело жизни

Достаточно важно найти ту деятельность, которая лучше всего соотносится с вашими ценностями, желаниями и стремлениями. Если вы ещё такого дела для себя не нашли, не отчаиваетесь и продолжайте поиски и попытки. И лучше всего придерживаться в жизни правила Теодора Рузвельта «Делай, что можешь, с тем, что имеешь, там, где ты есть!».

4. Альтруизм

Любая бескорыстная помощь нуждающимся ближним. Это может быть какая-то волонтерская деятельность в рамках социальной помощи бедным. Это может быть милостыня для нищих. Пожертвования одежды в сиротские приюты и пр.

«В своей критической ситуации мои пациенты опирались на несколько родов смысла, как религиозного, так и светского, но ничто не оказалось более важным, чем альтруизм» — «Экзистенциальная психотерапия», И. Ялом.

5. Хобби

Наличие в жизни занятия, которое приносит удовольствие, в независимости от того платят вам за него или нет, также наделяет вашу жизнь смыслом и позитивными эмоциями. Если в вашей жизни нет никакого хобби, обязательно заведите его себе. Пробуйте, будьте любопытными, не теряйте способности удивляться и удивлять.

6. Разумный гедонизм

Чувственные и телесные удовольствия не могут быть смыслом жизни сами по себе, но их отсутствие значительно снижает позитивный эмоциональный фон и общую удовлетворенность от жизни. Не забывайте баловать себя вкусной едой, проведением времени с любимым человеком или семьей на природе. Ходите в кино, театры и в те места, которые вам нравятся и заряжают позитивом.

7. Индивидуальное развитие

Помните и про свой личностный рост. Развивайте себя как профессионала своего дела. Занимайтесь саморазвитием, преодолевайте себя и становитесь лучше день ото дня. Саморазвитие — достаточно важный пункт, но также важно и то, какими людьми вы себя окружаете. Старайтесь, чтобы это были люди, которые интересны вам, которым интересны вы, так как немало зависит и от того, в какой среде вы находитесь и развивайтесь. Вы влияете на среду, но и среда также влияет на вас. 

8. Здоровье

Сюда входит забота о себе. Здоровье тела, психики. Занимайтесь спортом, употребляйте здоровую пищу. Не забывайте уделять внимание информационной гигиене: не засиживайтесь подолгу у компьютера, гаджета или телевизора. Пробуйте отключать все устройства хотя бы за 2 часа до сна и регулярно устраивать себе “диджитал-детокс”.

Заключение

В завершении хочется сказать о том, что наибольшее влияние на ощущение смысла в нашей жизни оказывают качественные позитивные отношения с людьми. Группа ученых во главе с психиатром Робертом Уолдингером провели знаменитое гарвардское 75-летнее исследование 2-ух групп людей: бедных семей из Бостона и выпускников Гарварда. Ученые поставили себе задачей исследовать и выявить, что же на самом деле делает человека счастливым? По окончании исследования и опроса испытуемых, ученые-психологи пришли к выводу, что счастливыми людей делают ни карьера, ни дома, квартиры, машины и деньги, ни социальный статус и достижения, а добрые, хорошие отношения с людьми.

«Самое ясное открытие, которое мы получили в результате 75-летнего исследования: хорошие отношения делают нас счастливее и здоровее», Р. Уолдингер.

Поэтому, если вы будете выстраивать и иметь позитивные отношения со своей семьей, с коллегами по работе, с друзьями вы можете стать счастливым и здоровым человеком. Даже если вам не нравится ваша работа, у вас случились какие-то неприятности или возникли проблемы со здоровьем, но при этом вы живёте в согласии с самим собой, все проблемы, которые случаются с вами, не смогут лишить вас чувства смысла своей жизни. Ведь есть люди, которым небезразлична ваша судьба и которые небезразличны вам, и это наполняет вашу жизнь смыслом, удовлетворением и радостью.

Автор статьи — Баранов Виталий Валерьевич

Виктор Франкл о поисках смысла — T&P

Проявляя заботу о других людям, мы привносим в нашу жизнь смысл — однако это совсем не обязательно делает нас счастливыми. В то же время, именно в обретении смысла психологи видят путь к исцелению от депрессии. T&P перевели статью из журнала The Atlantic о том, почему полезно иметь цель в жизни и как поиск счастья может мешает самому счастью.

В сентябре 1942 года Виктор Франкл, знаменитый еврейский психиатр и невролог, был арестован и вместе со своей женой и родителями отправлен в нацистский концентрационный лагерь. Когда лагерь был освобожден через три года, большинство его родственников врача погибли, включая его беременную жену. Однако он — заключенный номер 119104 — выжил. Книгу о своей жизни в концлагере «Человек в поисках смысла», мгновенно ставшую бестселлером, Виктор Франкл написал за 9 дней. Размышляя о судьбах заключенных, автор пришел к вывод, что разница между теми, кто выжил и тем, кто нет, заключалась в одном — стремлении к Смыслу.

Согласно наблюдениям Виктора Франкла за узниками концлагеря, люди, которые сумели обрести смысл даже при самых ужасающих обстоятельствах, оказались гораздо более стойкими, чем остальные. «У человека можно отнять все, кроме одной вещи», — писал Франкл в своей известной книге, — «последняя из человеческих свобод — это возможность самостоятельно выбирать, как относится к тем или иным обстоятельствам».

В книге «Человек в поисках смысла» Франкл описывает пример с двумя заключенными, у которых прослеживалось суицидальное поведение. Как и многие другие в лагере, эти мужчины потеряли надежду, перестали видеть смысл в жизни. «В обоих случаях важно было дать им понять, что их еще что-то ждет в жизни, что у них есть будущее». Для одного мужчины таким лучом надежды стал младший ребенок, живший тогда заграницей. Для другого — ученого — эту роль сыграла серия книг, которую он должен был завершить. Франкл писал: «Эта уникальность и исключительность, которая выделяет каждую личность и придает смысл ее существованию, имеет отношение к творчеству настолько же, насколько и к человеческой любви. Когда выясняется, что невозможно заменить одного человека другим, в полной мере проявляется ответственность человека за свое существование и его продолжение. Человек, осознавший свою ответственность перед другим человеческим существом, которое страстно его ждет, или перед незаконченной работой, уже не сможет бросаться своей жизнью. Он знает, «зачем» ему жить, и будет способен вынести почти любое «как».

Кажется, что сегодня идеи, представленные в сочинении Франкла — акцентирование на смысле, значимость страданий и ответственность не только перед самим собой, но перед чем-то бóльшим — расходятся с принципами современности, когда человек более заинтересован личным счастьем, нежели поиском смысла. Автор замечает: «В глазах европейцев важной характеристикой американской культуры является императив: опять и опять приказывается и предписывается “быть счастливым». Но счастье не может быть объектом стремления, погони; оно должно быть результатом чего-то другого. Надо иметь основание «быть счастливым”».

Согласно данным Gallup, наличие цели и смысла в жизни увеличивает уровень благополучия и довольства жизнью, улучшает душевное и физическое здоровье, повышает выносливость и уверенность в себе, а также снижает вероятность депрессии. А человек, находящийся исключительно в поиске счастья, оказывается, чувствует себя менее счастливыми. Это же отмечает Франкл, когда говорит, что «поиск счастья мешает самому счастью».

Во время проведения психологического исследовательских 400 американцев в возрасте от 18 до 78 лет ответили на вопрос, есть ли в их жизни смысл и/или счастье. На основе данных, полученных от респондентов — уровне стресса, их финансовых возможностях и наличии детей — ученые пришли к выводу, что жизнь, наделенная смыслом и счастливая жизнь в определенной степени пересекаются, но по сути очень различны. Счастливая жизнь, заявили психологи-исследователи, ассоциируется со способностью брать, в то время как жизнь осмысленная — со способностью давать.

«Счастье без смысла характеризует довольно поверхностную, сконцентрированную только на самом себе, даже эгоистичную жизнь, в которой все идет хорошо, потребности и желания легко удовлетворяются, а сложностей стараются избегать»

«Счастье без смысла характеризует довольно поверхностную, сконцентрированную только на самом себе, даже эгоистичную жизнь, в которой все идет хорошо, потребности и желания легко удовлетворяются, а сложностей стараются избегать», — пишут авторы статьи. Психологи утверждают, что счастье — это ничто иное, как удовлетворение желания. Элементарный пример: вы чувствуете себя счастливым, утолив голод. Другими словами, люди становятся счастливыми, когда получают то, что хотят. Но не только люди способны на подобные чувства — животные тоже имеют потребности и желания, и удовлетворив их, они в равной степени чувствуют себя счастливыми.

Отличает же людей от животных вовсе не поиски счастья, но преследование смысла — исключительной особенности человека. Это заключил Рой Баумайстер, написавший в соавторстве с Джоном Тирни книгу «Сила воли: Заново открывая величайшую силу человека». Мартин Селигман — другой известный ученый-психолог наших дней — описал осмысленную жизнь как «использование ваших сильных сторон и талантов на пользу чему-то большему, чем ваше эго. К примеру, обретение смысла жизни связывают с такими простыми поступками, как покупка подарков другим людям или заботой о детях. Люди, которые обладают высоким уровнем осмысленности жизни, часто продолжают поиски смысла, даже понимая, что это будет во вред их счастью. «Мы проявляем заботу о других людям, посвящаем им себя. Это привносит в нашу жизнь смысл, однако совсем не обязательно делает нас счастливыми», — приходит к выводу Баумайстер.

Возвращаясь к жизни еврейского психотерапевта, важно рассказать об эпизоде, который произошел до его заключения в концентрационный лагерь. Эпизоде, определяющем разницу между поиском смысла и поиском счастья в жизни. Франкл был успешным психологом с международным именем. Еще 16-летним юношей он вступил в переписку с Зигмундом Фрейдом и получал от великого ученого восхищенные комментарии. Во время обучения в медицинской школе он не только основал центр по предотвращению самоубийств среди подростков, но также начал развивать логотерапию — собственную методику в клинической психологии, направленную на преодоление депрессии при помощи поиска личного смысла жизни.

К 1941 году теории Виктора Франкла уже являются достоянием мировой общественности, он работает начальником неврологического отделения в венском госпитале Ротшильда, где, рискуя собственной жизнью и карьерой, ставит ложные диагнозы душевнобольным пациентам, чтобы спасти их от эвтаназии по нацистской программе. В том же году известный врач принимает решение, изменившее всю его жизнь.

Достигнув определенных карьерных высот и осознавая опасность нацистского режима, Франкл запросил визу в Америку и получил ее как раз в 1941 году. В то время нацисты уже начали отправлять евреев в концлагеря, забирая в первую очередь стариков. С одной стороны, Франул понимал, что момента, когда нагрянут в дом его родителей, не придется ждать долго. Также он понимал, что как только это случится, он должен будет отправиться в заключение вместе с ними, чтобы помочь им справиться с ужасами лагерной жизни. С другой стороны, он недавно сам стал мужем, и свежая американская виза соблазняла возможностью оказаться в безопасности и спокойно продолжить успешно начатую карьеру. Виктор Франкл решил пренебречь личными целями, чтобы остаться с семьей и помогать им, а позже и другим узниками в концентрационном лагере.

Истина, извлеченная еврейским доктором из тех невообразимых страданий, через которые ему пришлось пройти в заключении, актуально и сегодня: «Бытие человека всегда направлено к чему-то или кому-то иному, чем он сам — будь это смысл, который надо осуществить, или другой человек, с которым надо встретиться. Чем больше человек забывает себя — отдавая себя служению важному делу или любви к другому человеческому существу — тем более он человечен и тем более он реализует себя».

Баумайстер и его коллеги согласятся, что поиск смысла и есть то единственное, что делает человека человеком. Отставляя в сторону свои эгоистичные желания и посвящая себя другим, мы не только проявляем гуманность, но и осознаем, что хорошая жизнь заключается в чем-то большем, нежели погоне за простым счастьем.

В поисках смысла жизни | «ООН-Женщины» – Европа и Центральная Азия

Меня зовут Наталья Минаева, мне 47 лет. 20 лет назад я узнала, что у меня ВИЧ, я принимала наркотики в то время. Моя первая мысль тогда – я скоро умру.

Дата: 27 октября 2016 г.

История Натальи Минаевой, 47 лет, г. Темиртау

Меня зовут Наталья Минаева, мне 47 лет. 20 лет назад я узнала, что у меня ВИЧ, я принимала наркотики в то время. Моя первая мысль тогда – я скоро умру. Позже были дикие истерики, что не смогу иметь детей. Тогда было мало информации о ВИЧ, было много слухов, додумывания, не было никакого бережного отношения к тем, у кого обнаруживали ВИЧ. До сих пор помню, как ко мне домой приехали медики и начали бесцеремонно брать кровь у всех родственников…

Мне повезло с родителями, у меня очень доверительные отношения с ними. Когда мама узнала о моем статусе, она попросила меня дать шприц, хотела обменяться со мной кровью, чтобы тоже заразиться…. Таким образом она выражала свою поддержку.

В 1996 году у меня выявили ВИЧ, а два года спустя я оказалась в тюрьме. Меня посадили в так называемый «СПИД барак». Я была первым жителем такого барака. Это специальное место в колонии, куда определяли всех, у кого обнаруживали ВИЧ. Нас боялись, нас отделили, все на нас смотрели как на смертников. Сами осужденные нас жалели, а администрация боялась к нам подходить. Тогда было мало информации, люди боялись, но такое встречается очень часто и сейчас.

Будучи в колонии, я познакомилась с Еленой Билоконь (директором Казахстанской Сети женщин, живущих с ВИЧ), которая приехала туда с ознакомительной поездкой, рассказывая о своей программе и работе организации. Она предложила мне работу сразу после освобождения. Я думаю, что Елена сделала мне такое предложение, потому что я, как никто другой, испытала на себе все проблемы и сложности, связанные с дискриминацией лиц, живущих с ВИЧ. Кроме того, я имела опыт отбывания срока в колонии, имея ВИЧ-статус, я прекрасно понимала таких же женщин и могла найти к ним подход. Я стала работать аутрич-сотрудником и помогать женщинам, которые узнали о своем ВИЧ-статусе, сейчас я помогаю тем женщинам, которые либо находятся в местах лишения свободы, либо вышли оттуда. Я консультирую их, помогаю адаптироваться в социуме, отправляю необходимые запросы в государственные органы, оказываю социальное сопровождение – мы направляем таких женщин в СПИД-центр, в центры занятости, помогаем оформить документы, получить необходимые пособия, и т.д. Женщины приходят к нам в офис, но мы также консультируем их по телефону, нам звонят нуждающиеся в помощи из разных регионов страны.

Наталья смотрит в будущее с надеждой.

Моя большая гордость и мой личный прорыв — это то, что я выучилась на уличного юриста, и сейчас являюсь уличным юристом Евразийской сети женщин, живущих с ВИЧ. Таких уличных юристов у нас в стране только двое, и я одна из них. Как уличный юрист я помогаю женщинам по юридическим вопросам, являюсь общественным представителем во время судебных процессов. Мы помогаем людям, употребляющим наркотики, перенаправляем их на заместительную терапию.

Эта работа стала моим смыслом жизни, она дает мне силы, возможность помогать людям, тем, которые оказались в такой сложной ситуации, как и я сама когда-то. Я начала жить по-другому, жизнь приобрела новый смысл. Благодаря тренингам, в рамках проекта «ООН-женщины», я смогла улучшить свои знания, прошла обучение по ораторскому искусству, по лидерским навыкам. Это очень помогает мне в моей работе. Я никогда не могла представить себе, что моя жизнь будет иметь какой-то смысл.

Вы знаете, я очень люблю людей, для меня помощь людям – это стимул. Когда-то мне, женщине, употребляющей наркотики, со статусом ВИЧ, побывавшей в местах лишения свободы, протянули руку помощи. Теперь я возвращаю долг, помогая другим женщинам, и это мой смысл жизни.

«Поиски смысла жизни» Михаил Хасьминский

Поделиться Михаил Хасьминский

У нас в гостях был руководитель Центра кризисной психологии при Патриаршем подворье, храме Воскресения Христова в Москве Михаил Хасьминский.

Разговор шел о поиске смысла жизни, о том, как научиться принимать болезни и трудности, а также как помочь нашим близким прийти к вере. Михаил говорил о том, что при разговоре с неверующим человеком надо стараться давать ему альтернативный взгляд, но при этом не лишать свободы выбора.


А. Митрофанова 

— «Светлый вечер» на радио «Вера». Здравствуйте, дорогие слушатели. Я — Алла Митрофанова. И в нашей студии гость, уже хорошо знакомый нашей постоянной аудитории — Михаил Хасьминский, руководитель Центра кризисной психологии при Патриаршем подворье в храме Воскресения Христова в Москве, на «Семеновской». Михаил, добрый вечер. 

М. Хасьминский 

— Добрый вечер. 

А. Митрофанова 

— Тему вы, конечно, предложили невероятно интересную, важную, но вместе с тем очень острую и, как мне кажется, болезненную. Если я правильно понимаю, она возникла, что называется, от частых случаев в практике: как говорить о смысле жизни с людьми, для которых существование Господа Бога неочевидно — верующими они себя назвать не могут. И при этом они оказались в ситуации, когда своими человеческими силами и своими мозгами понять смысл происходящего невозможно. Чаще всего это бывает в ситуации потери близкого, например. 

М. Хасьминский 

— В ситуации потери близкого, тяжелой болезни, в состоянии кризиса. Я историю этого всего могу рассказать, она интересная и довольно поучительная. Когда я работал в онкологическом центре, там лежал очень известный человек, которого все знают. Из этических соображений не буду говорить — это очень известный артист. Он умирал. Ему то лучше, то хуже было. И вот меня попросил доктор туда зайти. Я зашел: «Чем-то, может, вам помочь?» Он говорит: «А чем вы можете мне помочь?» Я говорю: «Я по психологической линии». — «Скажите, в чем смысл жизни?» — «Ну, вас все знают». Он говорит: «Это я знаю». — «Мы смотрим ваши фильмы». Он говорит: «Я это всё знаю, но это не смысл моей жизни вот сейчас, в данный момент». Я говорю: «Вы знаете, смысл жизни в самой жизни». Он на меня смотрит, как на какого-то не совсем адекватного человека, видимо, потом я понял, почему. Я, имея психологическое образование (сразу вспоминается Франкл), начинаю ему про Франкла говорить, про то, как он в концлагере сидел — «Человек в поисках смысла». А он вот так смотрит на меня, замолчал и говорит: «Зачем вы мне про него рассказываете?» Я говорю: «Ну вот, он тоже был в схожей ситуации…» Он говорит: «Вы не понимаете, что концлагерь здесь и сейчас для меня?» И я понял, что я профессионально ничего не смог ответить. Очень трагичная ситуация. И я думал, что, наверное, мне не стоит вообще заниматься онкобольными, если я на такой простой вопрос не могу ответить. Действительно, я понимаю, что у этого человека теперь нет смысла, который, может быть, у него был год назад. И меня спасло, знаете что? Я подумал, такая спасительная мысль ко мне пришла в тот же день, кстати, что умирали миллиарды людей до нас. И миллиарды разводились, или у них были проблемы с семьями. Умирали близкие у всех. И они в чем-то смысл находили? И я подумал, что, может быть, надо поглубже поискать? И поискал. Поискал и для себя его нашел. И понял, насколько важно именно об этом смысле тактично говорить людям, потому что одно дело, когда мы в теории рассматриваем смысл жизни, в философском смысле. Это научный смысл, он достаточно прикладной, но в сторону науки. А есть практический смысл. Вот перед тобой ребенок, у которого умерла мама; перед тобой человек, который понимает прогноз своего заболевания. А человек, который пережил войну и у которого разрушен дом… смысл страданий проистекает тоже из смысла жизни, в свою очередь. 

А. Митрофанова 

— А когда был этот разговор, как давно это было? 

М. Хасьминский 

— Это было лет 14 назад. Может быть, 16. 

А. Митрофанова 

— Вы тогда еще не были христианином? 

М. Хасьминский 

— Знаете, я был христианином, но не воцерковленным. Мне даже трудно сказать степень… И вот этот случай, кстати, очень сильно меня привел к тому, что единственный смысл, который мне открылся, это как раз был вот этот глубокий смысл жизни, заложенный в христианстве, потому что все остальные… Я на них смотрел — вот этот, это смерть, значит, всё заканчивается. Тогда какой в этом смысл? Знаете, сразу вспоминается математика, что любое число, умноженное на ноль, равняется нулю. И вот так всё… 

А. Митрофанова 

— И все наши действия, умноженные на финал, если воспринимать финалом смерть, то, действительно, всё обнуляется. Помните, как у Державина:  

«Река времен в своем стремленьи  

Уносит все дела людей 

И топит в пропасти забвенья 

Народы, царства и царей…»  

М. Хасьминский 

— «А если что и остается 

Чрез звуки лиры и трубы, 

То вечности жерлом пожрется 

И общей не уйдет судьбы». 

А. Митрофанова 

— Совершенно верно. Это стихотворение, которое может вызвать массу вопросов: как его на смертном одре, на грифельной доске мелом написал человек, ставший автором оды «Бог», переведенной на такое количество языков, которая в себя включает практически весь Символ веры, всю святоотеческую литературу и массу всего остального. И Державин, будучи сам уже при смерти, тем не менее пишет «Реку времен». Может быть, это незавершенное произведение, есть такая версия — дальше шел бы какой-то ответ. Но на данный момент итог его литературной деятельности вот таков, точка такая. Это, конечно, большая загадка. Мне важно было бы понять: а вы для себя как нашли ответ на этот вопрос? Как вы его сформулировали, когда ваши поиски начались? 

М. Хасьминский 

— Поиски начались, как я уже сказал, в тот же самый день, активные поиски. На этот вопрос приходится ведь и себе отвечать. Понятно, что один конкретный пациент, у тебя не получилось что-то, но для себя ты должен что-то понять. И я, конечно, зашел в таком широком смысле. Я как-то интуитивно, наверное, понял, что если Бога нет, то всё обнуляется. И стал искать в каких-то учениях. Как многие, возможно, зашел и в «Бхагавад-гиту». Не то что я был последователем, просто мне было любопытно, интересно. И просто прочитал какие-то материалы, ответы в них тоже… Например, в буддизме ответа как такового нету. Цикл каких-то перерождений. 

А. Митрофанова 

— Ну, смысл в освобождении от страданий.  

М. Хасьминский 

— Освобождение от страданий. Но эти бесчисленные перерождения, я уж не помню, сколько было у Будды, но было очень много. Что-то как-то не впечатлило. И здесь, наверное, всё упало на правильную социокультурную почву, которая уже до этого сформировалась и была. И расцвела. И я залез и понял, что все мои предки — ближайшие были неверующие, но это неважно, а уже за три поколения, четыре — точно совершенно все верующие. И я понял, что понимали, что жизнь конечна и что в самой жизни могут быть цели отдельные, а смысл — это то, чего достигнув, можно уже умирать — это высшая цель такая. Апофеоз. И что в самой жизни вряд ли это можно найти. Можно найти только, так скажем, на следующем этапе. И я тут же подумал, что если бы я зашел в класс или ко мне бы зашли, когда я там учился, и сказали: «Знаете, дети, изучайте всё хорошо, слушайтесь учительницу. Делайте вовремя домашние задания. Но в тот день, когда вы получите диплом, мы умрете». Я бы сказал: «А зачем мне тогда всё это?» То есть понятно, что мы любое свое действие — например, сейчас мы учимся в школе, чтобы потом, следующий этап — поступить в вуз. Дальше мы учимся в вузе, чтобы потом следующий этап — пойти на работу. И далее мы ставим какие-то дальнейшие и дальнейшие… То есть мы никогда не ограничиваем себя определенным жизненным отрезком и не видим в нем как такового смысла. Или известная метафора: младенец у мамы в животе. В чем смысл его там нахождения? — чтобы правильно сформироваться и родиться уже в эту жизнь. В этой жизни правильно свою душу подготовить, чтобы родиться в следующую жизнь. И мне показалось, что это прямо всё очень логично и нет тут, так скажем, ошибок, потому что это, действительно, всё объясняет. И совершенно не объясняет это временное, эту ограниченную часть: живи, чтобы, например, самореализоваться. Ну, хорошо, вот самореализовался я. И умер. И что? Я готов самореализоваться и умереть? Нет. Я хотел бы еще самореализоваться. А где предел? Нет предела. Это не говорит о том, что  самореализовываться не надо. Это не говорит о том, что не нужны, например, деньги. Но это говорит о том, что это не может являться смыслом. 

А. Митрофанова 

— Как же вы для себя нашли выход из этого лабиринта? Если это не смысл, это не смысл, это не смысл… Я узнаю́ вашу логику, у меня тоже такое было. Но, наверное, мне было лет пять, когда интуитивно я почувствовала этот тупик. Я знаю, что в пять лет это тоже типичная ситуация — многие дети, понимая, начиная воспринимать мир более серьезно и понимать, что там есть смерть, задаются этим вопросом. Подходят к взрослым, задают этот неприятный вопрос, который можно назвать детским вопросом, достоевским вопросом, проклятым вопросом. И взрослые, как правило, тоже не очень понимают, а что же на эти вопросы отвечать, если для них этого ответа нет. Что вы для себя в итоге нашли? Как вы успокоились? 

М. Хасьминский 

— Честно говоря, у меня рациональный ум. И, к сожалению, или к счастью, я гораздо в более позднем возрасте пришел к тому, к чему вы пришли в пять лет. 

А. Митрофанова 

— Да это не к сожалению и не к счастью, это просто разные… 

М. Хасьминский 

— У каждого свой путь — кому-то дается сразу, кому-то дается прожить и так далее. Но я чисто рационально к этому подошел. То есть не через чувства какие-то… 

А. Митрофанова 

— Но я девочка, понимаете. 

М. Хасьминский 

 Я просто подумал: не может мир быть устроен без смысла. Всё имеет свой смысл в этом мире — всё, что бы мы ни делали, ни видели, всё имеет какой-то свой смысл, какой-то свой план. Ничего не происходит случайно. К тому времени, кстати говоря, в том же онкологическом центре приходилось… знаете, когда ты работаешь с онкобольными, ты понимаешь, что ты должен войти в палату, и ты должен понимать переживания больного именно в медицинском аспекте. То есть для этого надо реально хорошо учить онкологию, понимать прогноз. И понимать какие-то нюансы лечения. Я так активно этим занимался, что некоторые даже стали думать, что я онколог. Но это, конечно, всё было не так. И вот когда смотришь, как устроен человек, вот эта клеточная история — миллиарды клеток, у здорового человека, в едином каком-то ключе, в едином духе составляют целый организм. А вот злокачественные клетки, эгоистичные, которые ведут к смерти, — они только для себя, эгоисты. Сразу экстраполируешь на мир: а ведь так же и происходит на самом деле. Например, злокачественные клетки — они изломанные, они теряют образ первичной клетки. И этим, кстати, объясняется степень инвазивности, то есть злокачественности. Думаешь: ничего себе! А мы разве не уходим от этого образа, первого образа, который нам дан? А разве злокачественные клетки, так называемая межклеточная адгезия… они друг с другом не могут взаимодействовать, они настолько переломаны, что они не могут между собой общаться. Кстати, это ведет к метастазированию. А мы разве можем друг с другом общаться? Где вот это у нас? Что у нас за адгезия? А еще злокачественные клетки встраивают себе дополнительные сосуды, это называется опухолевый ангиогенез. И этим объясняется истощение больных на поздних стадиях — всё уходит на злокачественную опухоль. То есть они дополнительные сосуды встраивают, они такие потребители! И думаешь: точно так же и в мире происходит, точно такие же потребители. И меня тогда это так поразило! И я думал: но смысл-то есть — есть же здоровье, есть гармония в планетах, макро-, микромир и так далее. Не может быть, чтобы здесь не было смысла. И дальше — путем исключения. Смысл жизни в деньгах — отметается. Даже старые воры и то говорили, что в гробу карманов нету, то есть даже они понимали. Сейчас это не всеми понимается. Ну, и далее по списку: в чем еще может быть смысл жизни? В достижениях твоих? Ну, и что в твоих достижениях? То есть достигать-то надо, но может ли это быть смыслом? Ты-то уже не сможешь воспользоваться этими достижениями. В памяти просто? Тоже как бы не то. Просто чтобы тебе памятник поставили — это как-то не радует. Да и даже если тебя будут помнить, то долго ли будут помнить? 

 
А. Митрофанова 

— В программе «Светлый вечер» на радио «Вера» сегодня Михаил Хасьминский, руководитель Центра кризисной психологии при Патриаршем подворье в храме Воскресения Христова на «Семеновской», в Москве. Мы говорим о поиске смысла жизни и как помочь нашим близким, для которых существование Господа Бога неочевидно. И может быть, дар веры тоже не вот так, по щелчку, приходит в нашу жизнь. Как помочь им нащупать этот смысл и помочь выйти из сложной, может быть, тупиковой ситуации… или когда переживания ухода близкого человека или собственная болезнь. Как научиться ее принимать и отвечать себе на вопрос: зачем? Михаил Хасьминский сейчас делится воспоминаниями о своем собственном пути по этим непростым дорогам. Итак, вы оказались на пороге открытия, отметя всё то, что не работает как смысл жизни. Подошли к самому главному выводу. Что это была за мысль? 

М. Хасьминский 

— Знаете, специфика работы в онкологическом учреждении, причем много паллиативных в нашем отделении было. Человек был два месяца назад еще сохранный. Ты ему помогал, как мог. Помогал и его психологическому состоянию. Опять же возникает вопрос: а что же такое психика тогда? А сейчас чего, когда он умер? Вот эти все вопросы, конечно, требуют конкретного ответа. Я, например, не знаю, кто из специалистов может допустить, реальных, конечно, не ученых каких-то, которые просто теорией занимаются пустой, а реальных практиков, что психика — это аксоны, нейроны, нейрохимические взаимодействия. Слушайте, каждый человек индивидуален, он настолько сложно всё переживает — это невозможно объяснить механистическими вещами. Если бы это было механистически, то механистически это можно было бы и починить, собственно говоря. 

А. Митрофанова 

— То есть, иными словами, мир слишком сложно устроен, чтобы допустить, что произошло это просто случайно и в результате развития клеток. 

М. Хасьминский 

— Это первое. Второе — психика человека это не механистическая вещь, это как раз душа человека. Раз мы начали говорить о клетках, я вам расскажу. У меня был такой случай очень интересный — дискуссия с врачами. Несколько врачей — я проводил семинар в одном из городов. И вот там одна врач сказала: «Вы тут говорите какие-то ненаучные вещи — про душу. Мы такого ничего не знаем — нас вот трое», — остальные врачи сидели и соглашалась, но вот была такая троица. И я говорю: «Послушайте, доктор, давайте так, — я ей выстраданное сказал, а не просто так что-то экспромтом придумал. — Вот смотрите: сколько систем в организме? Двенадцать. Сколько клеток? Триллионы. И все они работают у здорового человека в каком-то едином плане, подчиняясь одним и тем же законам. Митозы, апоптозы, то есть деление, размножение, репликация ДНК — сложнейшая система. Каждая клетка, — я не буду подробно, но думаю, что любой слушатель это понимает, — каждая клетка в миллионы раз сложнее самого современного компьютера. Каждая. А их триллионы! И всё это работает в течение многих десятков лет, само себя исправляет, само реагирует и так далее». Я говорю: «Доктор, что оживотворяет человека, скажите? Что оживотворяет эти клетки, что за план? Как это может быть? Если это программа, значит, должен быть программист. Но программа не может же, например, на 70 лет вперед всё предусмотреть. Это абсурдно же». 

А. Митрофанова 

— Ломоносов вспоминается. Помните, как он к ученым обращался? Его «Вечернее размышления о Божием величестве»: «Вам путь известен всех планет; скажите, что вас так мятет?» То есть, вы всё знаете про Вселенную, но что вас гложет изнутри, почему вы не можете обрести покой. 

М. Хасьминский 

— Примерно то же самое. Я договорю. И вот я задал этот вопрос: раз вы доктор, давайте, объясните мне. Как потом оказалось, это были три гинеколога. Ничего плохого о гинекологах не хочу сказать, хорошие доктора. Но здесь как-то так совпало, видимо. Я говорю: «Есть у вас объяснения материалистические? Пожалуйста, я слушаю. Давайте звонок другу, между собой посоветуйтесь. Вот у меня есть объяснение, что это душа — вот это та энергия, которая оживотворяет все клетки. Вот у меня есть такое объяснение. А у вас какое объяснение?» Села она и дальше сидела. Потому что другого ничего нельзя… 

А. Митрофанова 

— Ну, тут разговор может зайти в тупик, потому что, как говорит атеист: «Докажи мне, что Бог есть, тогда я стану верующим». На что верующий человек ему говорит: «Докажи мне, что Бога нет». Доказать и то и другое невозможно. Точно так же, как и понять, что такое душа или что такое совесть. 

М. Хасьминский 

— Тут я с вами не соглашусь. 

А. Митрофанова 

— Вскроешь человека, этого органа же нет. 

М. Хасьминский 

— Органа нет, но все же видят эту гармонию в клетках? Значит, что-то есть — какой-то единый план. Это очевидно и атеисту и верующему человеку. Просто другое дело, что если верующему человеку есть, как это объяснить, то атеист здесь встает перед загадкой абсолютной… 

А. Митрофанова 

— Здесь, мне кажется, психика наша выставляет определенные уровни защиты. Я помню размышления ученого-океанолога, который рассказывал, как он стал верующим человеком. Впервые спустившись на дно океана, может быть, не на дно, а на серьезную очень глубину, и, высветив лучом прожектора окружающее его пространство, он увидел такой невероятной красоты подводный мир, он увидел там такие краски, такие оттенки. И он подумал: для чего это всё? Здесь глубина 5 тысяч метров, сюда не проходит солнечный свет, нет ни одного существа здесь, на дне океана, которое могло бы отрефлексировать уровень этой красоты. Почему же тогда, зачем это всё создано? И ответ он для себя нашел только один: очевидно, Тот, Кто всё это придумал, просто не умеет иначе. Бог не может творить не красоту. Он сотворил это, потому что он Бог. И то, что рождается из Него, это всё очень красиво. Вот это была его логика. И я понимаю, как многим людям она может быть созвучна и как многим людям она будет не созвучна, потому что, извините, как аргумент тоже не всегда работает, если человек скажет, что это выработано, как естественное развитие в результате естественного отбора… Я на чужой сейчас территории, поэтому не выражаюсь научным языком. 

М. Хасьминский 

— Это хорошо, когда так говорит атеист где-нибудь на телеканале «Спас» в специальной передаче. Там он чувствует себя в достаточной степени уверенным. 

А. Митрофанова 

— Наша с вами задача сейчас — помочь найти слова как раз для человека в таком состоянии. 

М. Хасьминский 

— Когда человек лежит в стационаре… «В окопах атеистов не бывает» — я часто люблю это повторять. Так вот, когда человек лежит в стационаре, я мало знаю таких людей, которые цепляются за какое-то материальное. Дальше что? Уже всё, уже надо признавать какую-то другую, скажем так, реальность, в которой ты уже существуешь отчасти. И вот здесь видишь эти метаморфозы. Понимаете, Алла, здесь в чем дело, здесь надо сказать: есть у вас возможность вот это объяснить? Нет у вас возможности эту гармонию объяснить, вот эту сложность объяснить. Значит, соответственно, наши позиции явно неравны. У меня есть объяснение, а у вас нет. Значит, всё, на этом дискуссия прекращается. Но если, например, мы говорим о больном человеке, мы к этой теме подходили. Если мы говорим о больном человеке, то мы заходили в палату и говорили… Вот понимаешь, что он страдает, он мечется. Может быть, он неверующий, но он же понимает, к чему это всё идет? И вот тогда говоришь: «Послушайте, вам же в любом случае помощь нужна — и психологическая, и медицинская. И духовная, наверное, тоже. Любая нужна. Вы сходите в храм, помолитесь. Может, откроется для вас. Может, будет эта помощь?» То есть не надо так: вам столько-то акафистов, столько-то чего-то и так далее. Главное, чтобы человек этот шаг сделал. И тогда ему открывается другой смысл. То есть он эту фрустрацию может преодолеть — раз, и откроется эта дверь. И Господь ему покажет смысл и так далее. Потому что в противном случае ничего же нету, ничего нельзя предложить человеку умирающему в плане смысла его жизни на данный момент. 

А. Митрофанова 

— Напомню, что в программе «Светлый вечер» на радио «Вера» сегодня Михаил Хасьминский, руководитель Центра кризисной психологии при Патриаршем подворье в храме Воскресения Христова на «Семеновской», в Москве. Мы продолжим этот разговор буквально через минуту. 

 
А. Митрофанова 

— Еще раз добрый светлый вечер, дорогие слушатели. Я — Алла Митрофанова. И напоминаю, что в гостях у нас Михаил Хасьминский, руководитель Центра кризисной психологии при Патриаршем подворье в храме Воскресения Христова на метро «Семеновская», в Москве. Михаил, у нас, конечно же, нет задачи выработать универсальные рецепты в разговорах с людьми, переживающими сложную жизненную ситуацию, как помочь им ответить на вопрос: в чем смысл жизни? Но ваш жизненный опыт при этом очень богат. И я благодарна, что вы делитесь тем, как шли ваши собственные поиски. Мне кажется, это невероятно важно. И ваш опыт как врача, психолога, кризисного психолога (одна из самых сложных, наверное, сфер в области психологии, наверное, токсичная, можно и так сказать), конечно, очень ценен. Вы предлагаете (я позволю себе резюмировать первую часть нашего разговора) в общении с тяжелобольным человеком не выписывать ему духовных рецептов, а просто предложить самостоятельно сделать шаг — например, зайти в храм. Или попробовать произнести какую-то молитву, но самостоятельно к Богу обратиться? Правильно? 

М. Хасьминский 

— Да. Человеку нельзя какой-то смысл, как какую-то компьютерную программу, просто взять и записать. Если что-то не соответствует его мировоззрению или желанию, человек в принципе не войдет — он может подчиняться, но он не будет этого делать. Поэтому можно его к батарее наручниками приковать и заставить его читать акафисты — я утрирую ситуацию. 

А. Митрофанова 

— Да, жестко утрируете. 

М. Хасьминский 

— Но это бесполезно. Потому что прочитать, он прочитает, но это же не магия. Вот метафора: просто подойти к двери, открыть и показать — вот есть она. Вот ты можешь сам за ручку подержаться, в нужный момент ты можешь ее толкнуть — и она откроется для тебя. Просто показать, где эта дверь есть. И эта дверь будет спасением от этой фрустрации, потому что действительно смысла жизни во временной жизни, вот в этой только — цели есть, а смысла нет. Но некоторые, это тоже очень важно — некоторые люди, как суицидиенты, у них же свое мировоззрение, а им же тоже нужно это, потому что смысл жизни открывает за собой все остальные смыслы: смысл страдания, смысл создания семьи, все остальные смыслы, подчиненные. И очень часто без основного смысла нельзя объяснить вот эти второстепенные. И вот тогда, кстати, приходит на помощь очень хорошо пари Паскаля, я думаю, всем небезызвестное. 

А. Митрофанова 

— Я думаю, есть смысл напомнить. 

М. Хасьминский 

— Когда Паскаль, ведя диалог с воображаемым атеистом, сказал, что если я исполняю заповеди, то есть я делаю, как положено Богом, но Бога нет, то я ничего не теряю. А если Бог есть, а я не делаю, то тогда я теряю всё. И вот тогда человек, который болеет тяжело, а ему что уже терять-то, собственно говоря? А вдруг? А вы можете взять и опровергнуть это. Нет, никто не может. Потому что это действительно невозможно опровергнуть. Но предполагать-то тогда надо, последствия чего будут тяжелее. Тем более что здесь ничего не надо: покайся, открой дверь. 

А. Митрофанова 

— Согласна с вами. А давайте тогда на другую ситуацию посмотрим — когда человек не сам болеет, а когда он теряет близкого. Подруга моей мамы недавно, где-то с месяц назад, пережила тяжелейшую потерю — погиб ее сын. Я думаю, что здесь нет смысла пытаться что-то объяснять, передавать, что чувствует человек — внутри ад. И это так больно, что это не лечится ничем. 

М. Хасьминский 

— Не лечится ничем — так говорить нельзя, потому что это первая проблема… Это не сегодняшняя тема, но первые 40 дней, конечно, очень острые. В случае отягчающих обстоятельств это может продлиться, именно острая стадия, прямо острая-острая, до полугода.  Шок, отрицание, агрессия. А потом это переходит в другие формы. И за год, в некоторых случаях за два, человек адаптируется, если оно не идет патологическим путем. Что такое смерть? С точки зрения секулярной — был организованный белок, стал неорганизованный белок. Так? Чего тогда переживать? Но, тем не менее каждый человек переживает, потому что он был связан душой с тем ушедшим человеком. И он не знает, как теперь жить без этих отношений, к которым он привык. Опять же — это болит душа. Вот спроси человека: что у тебя болит? — душа болит в этом случае. Это как раз и доказывает, что душа. И именно на душу усопшего тогда надо этого человека ориентировать — раз ты его любил, давай ему помогать. Только ни в коем случае не думай, что ничего нет. Тогда абсурдны все твои сегодняшние переживания. Если ничего нет, если это просто аксоны, нейроны — у него были какие-то взаимодействия, у тебя такие же взаимодействия, тогда в чем проблема? Никаких проблем нет — ну, успокоятся аксоны, нейроны, и ты умрешь когда-то. И всё, что тут огород-то городить. Но в этот момент как раз все понимают, что это — трагедия. Что это разрыв этих душ временный. И вот когда надо молиться за того человека, когда надо ему помогать, когда надо эту свою любовь превращать не просто в слезы, хотя в слезах тоже ничего плохого нет, то есть если плачет, то надо плакать… 

А. Митрофанова 

— Наоборот даже, очень хорошо не держать это внутри. 

М. Хасьминский 

— Слезы, совмещая с молитвой… На эту тему есть очень хороший рассказ у Юлии Николаевны Вознесенской, который называется «Данилкины жемчужинки». Я ей идею дал написать, и она эту прекрасную метафору реализовала в этом рассказе. Маленький мальчик Данилка, у которого умерла мама, дома плачет. Я очень быстро перескажу. И к нему прилетает Ангел и говорит: «А что с тобой?» — «У меня мама умерла. Взрослые мне не разрешают плакать». И Ангел ему говорит: «Так ты плачь, это нужно. Давай даже наоборот мы сделаем — давай твоей маме сделаем ожерелье от тебя из твоих слез. Ты будешь плакать, а я буду превращать их в бусины. И я твоей маме покажу, она будет рада. Когда-то вы все равно встретитесь». Мальчик начинает плакать и Ангел ему говорит: «Подожди, стоп. У нас только бусины, у нас нет, к сожалению, нитки». Мальчик говорит: «А что же делать?» — «А ты молись, и я буду твою молитву превращать в нить. А слезы превращать в бусины». Рассказ, конечно, более интересный. Это вольный пересказ, но я думаю, что метафора очень понятна — что это всё должно быть вместе. И в этом-то как раз тоже смысл. Если опять же Бога нет, дальнейшей жизни нет, то чего нам плакать-то, собственно говоря? Ешь, пей, веселись, пока у тебя время есть. Но не веселится что-то, потому что интуитивно все это понимают. Все организуют похороны, все организуют поминки, в социокультурных традициях, но тем менее предполагая, что все-таки это не конец. И когда-то будет встреча. Ну, так идите тогда до конца — смысл жизни он и есть в этом, чтобы прожить свою жизнь так, чтобы в будущей жизни вот этот опыт был положительным, а не отрицательным, соответственно, твоей предыдущей жизни. И заметьте, что когда святые люди умирают, никто сильно по этому поводу не переживает. Это светлая радость, потому что человек так прожил жизнь, так видел этот смысл, что он был подготовлен к этому переходу, то есть мы, наоборот, за него как бы рады. А печалимся мы — во-первых, за себя, конечно, печалимся, потому что мы что-то теряем, это у нас тоже не отнять, мы все отчасти эгоисты, в этом тоже нет ничего такого. Люди, одним словом. Но когда что-то совсем плохое случилось, когда человек был не готов, например, он был алкоголик совсем-совсем. И это произошло. Конечно, а что хорошего? 

А. Митрофанова 

— А можно тогда практический вопрос? В какой период вы рекомендовали бы человеку, переживающему такую утрату, обращаться со своей помощью? Или лучше вообще этого не делать и ждать, когда он сам попросит тебя побыть рядом с ним? 

М. Хасьминский 

— Об этом, конечно, надо отдельно разговаривать, это тема большая — помощь в горе. Но я думаю, что повторять это можно, потому что разные люди… 

А. Митрофанова 

— Раз уж мы об этом заговорили. 

М. Хасьминский 

— Когда только что горе произошло, не надо лезть со смыслом жизни, с объяснениями каких-то сложных вещей, если человек их до этого не понимал. Надо просто держать за руку, показывать, что ты здесь, помогать, чем можно, однако, не совсем забирая у него, чтобы и у этого человека была активность, надо оставлять ему что-то. Но помогая всемерно, поддерживая эмоционально. А вот потом, ко дню сороковому, двум-трем месяцам, приходит уже рациональный вопрос: а в чем вообще смысл этой утраты? А почему это случилось именно со мной? И так далее. Вот на эти вопросы уже нельзя ответить эмоционально, через эмоции — это уже рациональный ответ. И рациональные ответы как раз есть в системе христианской — надо человека к этим ответам подтолкнуть. Ни один человек, я таких не знаю, которые могли бы ответить на все вопросы, связанные с этим. Но в целом, в христианстве содержатся все ответы на эти вопросы — много раз данные, систематизированные и так далее. И этого человека, возможно, надо просто подтолкнуть к этим ответам, объяснив ему рационально. Что у тебя? Так вот? Это у тебя фрустрация — ты ничего дальше не видишь, объяснить ты ничего не можешь. Так вот, мы же тебе даем, как можно объяснить — бери, пожалуйста, возьми и пользуйся. 

А. Митрофанова 

— Может, вы какие-то книги могли бы посоветовать? Или, скажем, у вас же есть серия сайтов «Пережить.ру» (www.perejit.ru). 

М. Хасьминский 

— У нас есть сайт «Мемориам. ру» (www.memoriam.ru),  на котором все темы для горюющего человека раскрыты. 

А. Митрофанова 

— «Мемориам. ру» (www.memoriam.ru),   

М. Хасьминский 

— Есть масса книг. Наверное, одна из наиболее любимых в плане помощи людям невоцерковленным, которые просто столкнулись с какой-то трагедией, неважно даже, с какой, с каким-то кризисом — это «Мои посмертные приключения» Юлии Николаевны Вознесенской, которая метафорично всё… 

А. Митрофанова 

— Это художественное произведение? 

М. Хасьминский 

— Художественное произведение, да, православное фэнтези. Там есть какие-то нюансы, некоторые спорят, там какие-то моменты богословские. Но мы даем людям, которые богословие еще не понимают. Те, кто в богословии хорошо и глубоко разбираются, тот, конечно, и сам знает, какие ему книги нужны, и где он может взять ресурс для преодоления любого кризиса — это ресурс колоссальный, наработанный всеми веками христианских святых подвижников. Уж больше, чем этот ресурс, честно говоря, наверное, и нету больше никакого. Поэтому, конечно, воцерковленный человек пусть возьмет уже «твердую пищу», по апостолу, а невоцерковленный пусть питается «молоком» — пока он такой. Но это опять же через метафору, через какие-то примеры. Ведь очень же многих интересует, есть ли жизнь после смерти или нет. Конечно, это тема отдельного разговора — как об этом говорить. Но есть масса примеров, есть масса литературы. Надо же не полениться, что-то сделать для того, чтобы это понять. Никто же не будет тебе в храме сидеть и пересказывать все эти истории и все эти утешения. Надо человеку дать какой-то ресурс, чтобы он мог им сам воспользоваться. Это очень важно. И то же самое по смыслу жизни — как только человек сталкивается с проблемой, с серьезной проблемой, он уже как будто на одной ноге: он готов взять, он готов зять любое объяснение, которое он сможет понять. И вот тут очень важно — здесь целое поле для миссионерской работы именно христианской. У нас это всё есть в удобной форме, просто надо дать. 

 
А. Митрофанова 

— В программе «Светлый вечер» на радио «Вера» сегодня Михаил Хасьминский, руководитель Центра кризисной психологии при Патриаршем подворье в храме Воскресения Христова на метро «Семеновская», в Москве. Скажите, Михаил, а приходилось ли вам сталкиваться с ситуацией, когда человек уже тяжело болен, и перспектива понятна. И вместе с тем ему очень дорога его картина мира — Господа Бога в этой картине нет. По идее, наверное, правильно с уважением относиться к выбору человека тоже? 

М. Хасьминский 

— Конечно. 

А. Митрофанова 

— И не пытаться его всеми силами переубеждать, вызывая таким образом обратную реакцию. Вот как здесь почувствовать — что правильно? 

М. Хасьминский 

— Знаете, я вообще считаю, что ни в какой ситуации навязывать что-то не надо. Не надо лишать человека свободы выбора. А тем более, конечно, неэтично, если человек не хочет, он болеет, просто брать его для решения собственных задач. Кстати, задачи могут далеко стоять от христианских. 

А. Митрофанова 

— Манипуляция это называется. 

М. Хасьминский 

— Некоторым прямо надо, и всё — вот вынь да положь. Я считаю, что не надо ничего брать и навязывать. Можно сказать: «У тебя отец был крещенный, мама была крещена. Они умерли. Ты хочешь с ними встретиться? А если ты не сможешь с ними без этого встретиться, ты будешь упорствовать дальше?» Пусть сам человек выбирает, что ему нужно — надо ему дать альтернативный взгляд. Если есть Бог, то есть другая жизнь. А если есть другая жизнь, значит, к ней нужно подготовиться сейчас, пока есть время. Если ты совсем просто отвергаешь полностью — ну, это твой выбор. Непонятно, правда, на что ты тогда надеешься, но, хорошо, мы его уважаем. Но альтернативное, логическое объяснение надо дать — это чистая логика, не эмоции, не «делай, как я», не вот это всё. А просто: ты видишь, ведь картина мира может быть другой, а ты можешь опоздать. То же самое пари Паскаля привести — как на него можно возразить? В принципе, никак. Я еще не встречал человека, который бы возразил аргументированно. Да и нет там аргументов. И получается, что таким образом мы человеку даем альтернативу. А дальше — это его личный выбор: что хочет дальше, то и делает. И мы считаем, что это правильно. Я бы, кстати, предостерег бы от навязчивого окрещения людей, которые вообще этого не желают сами и недвусмысленно об этом говорят. Это неэтично со всех точек зрения. А вот альтернативный вариант, взгляд — пусть сам подумает. Кстати, очень многие послушают и говорят мне: «Нет, я все равно остался при своем мнении». А потом смотришь, а он и в церкви уже, и на Литургии — сам пришел. Причем уверен, что он сам до этого дошел. 

А. Митрофанова 

— Но это справедливо — он сам, не на поводке же. 

М. Хасьминский 

— И слава Богу! Вот если тактично сделать, то очень часто так и происходит. 

А. Митрофанова 

— Это удачный расклад — в таком случае. 

М. Хасьминский 

— Есть и неудачный — если человек так и не пришел, то остается что? Остается просто за него молиться — за его выздоровление и чтобы Господь продлил его дни, чтобы он мог прийти к покаянию. А может, он через страдания получит какое-то утешение. Мы этого не знаем. Единственное, что мы должны знать — что мы любим своих близких, но Бог их любит не меньше. И каждого своим путем Он ведет к этому спасению. Не надо, конечно, себя чувствовать единственным вообще, кто как-то может повлиять. А уж тем более, специалисту — если ты специалист, то сделай так, пожалуйста, чтобы всё было этично, тактично, но в то же время логично. Для больного альтернатива должна быть. И в большинстве случаев они эту альтернативу берут. 

А. Митрофанова 

— Я сейчас вспоминаю еще одну книгу, которая мне помогла в ответе на этот самый «проклятый вопрос» о смысле жизни. Может быть, даже не открытие свое какое-то, устраивающее меня и понятное мне, сделать, а чуть вперед, что ли, продвинуться в понимании того, зачем мы здесь и куда мы идем. Книга эта, которую нередко мы здесь в эфире упоминаем — «Расторжение брака» Клайва Стейплза Льюиса, где на очень простых примерах, как и у Юлии Николаевны Вознесенской в «Посмертных приключениях», рассказывается в форме сна о путешествии человека из серого города (метафора, видимо, ад, или, может быть, чистилище, потому что Льюис человек из другой культуры) в рай. И как непросто человеку, вырвавшемуся туда, первое время, хотя времени там нет, это другая система, первые шаги сделать в новом цветном осязаемом мире после призрачного мира. Очень непросто. Оказывается, у него внутри в душе не хватает каких-то важных мышц, что ли, и в сердце тоже не хватает мышц, чтобы воспринимать всю эту красоту. У него атрофия, может быть, в каком-то смысле атрофия зрения, где-то атрофия ног или чего-то еще, ему трудно идти по этой траве, которая настоящая. Но всё это лечится. И через какое-то время человек, разрешающий себе увидеть в мире чуть больше, чем эта  привычная ему картина, начинает действительно обретать и силу в ногах, и силу в руках. И зрение у него начинает меняться. И вообще, органы осязания у него начинают меняться. И тот диапазон восприятия, которым он обладает теперь, позволяет ему видеть и чувствовать гораздо больше. Это, как мне кажется, я могу ошибаться, во многом аллегория наших отношений с Господом Богом: чем больше мы эту мышцу, сердечную или душевную, не знаю, как правильнее ее назвать, накачаем, тем больше мы в состоянии воспринять. И я для себя смысл жизни так формулирую: заниматься вот этим очень важным «фитнесом». 

М. Хасьминский 

— Еще одна из многих метафор, которые в том числе и здесь прозвучали, очень убедительная, конечно. И естественно, что именно эти вещи, выходя за пределы… Мы, знаете, еще один аргумент очень многих светских людей не обсудили: а дети могут являться смыслом жизни? А жизнь для других? Это всё цели. Это тоже важно сказать — это цели. 

А. Митрофанова 

— А как вы, кстати, отвечаете на этот вопрос — дети могут ли быть смыслом жизни? 

М. Хасьминский 

— Нет. Смыслом, главным в твоей жизни, вообще самой главной целью — не могут. Дети такие же души, которые тебе даны, можно так сказать, если подойдет, в аренду Богом. Ты же им жизнь не давал сам. Родить мог, а дать жизнь — нет. И дети тоже — это же души. Ты занимаешься их душами, и дети тоже когда-то умрут. Ты должен заниматься детьми, ты должен им давать всё, что можно дать и в первую очередь то, что для их душ полезное, потому что это самое главное. Но просто жить опять же ради временного — это же тоже временное. Если они святыми все станут, тогда в этом случае тут можно подумать… но это будет не для детей тогда, а ради их вечной жизни, жизни вечной твоей души. Опять же ради других людей — да. Любовь — это правильно, это очень хорошо. Это хорошо как цель, это улучшает твою душу — и забота о детях, и любовь к детям, и забота о ближнем и о дальнем, и о ком угодно. Вот эта любовь как раз наращивает ту мышцу, о которой вы сказали, заставляет ее как бы проявиться. И вот эта мышца… потом идет переход в другой мир — и это как раз уже и есть кульминация, вот ради этого, собственно говоря, всё и было — предыдущий, так скажем, этап. 

А. Митрофанова 

— Да, это для многих, я думаю, сложная тема. Ведь ответ «смысл жизни моей в детях» — это один из самых частых ответов. 

М. Хасьминский 

— Поэтому я на нем и остановился, потому что я понимаю, что у радиослушателей будут по поводу этого вопросы. Там не только будет насчет детей. То есть еще раз: детям, естественно, нужно внимание. Жить для того, чтобы они жили и физически, и духовно обязательно нужно. Любовь ко всем людям, в том числе к детям, конечно, нужна и душе самого любящего человека — в этом-то и есть смысл. Но мы, улучшая душу и переходя потом уже на следующий этап… то есть подготовка к следующему этапу — вот и есть смысл жизни человека. А подготавливаться можно разными путями, поэтому лучше подготавливаться тем, что хорошее — то, что нам рекомендует делать Церковь. И по этому поводу тоже очень много говорится — это и добрые дела, и милосердие, и милостыня, и забота, и любовь к детям. 

А. Митрофанова 

— И рождение детей. 

М. Хасьминский 

— И рождение детей, и много-много всего, да. Но это — средства, а не смысл. 

А. Митрофанова 

— Спасибо вам большое за этот разговор. Михаил Хасьминский, руководитель Центра кризисной психологии при Патриаршем подворье в храме Воскресения Христова на метро «Семеновская», в Москве, был в нашей студии. Я не думаю, что мы точку в разговоре поставили. Как и не думаю, что она в принципе возможна. Но что-то поразмышляли. Спасибо. 

М. Хасьминский 

— В другой раз поглубже поразмышляем. 

А. Митрофанова 

— Я, Алла Митрофанова, прощаюсь с вами. До свидания. 

М. Хасьминский 

— Всего доброго. 

Североатлантический альянс в поисках смысла существования

Болгарские военные специалисты объявлены ключевой частью миссии НАТО в Косово

Мирча Джоанэ уверен в агрессивных замыслах российских военных. Фото с сайта www.nato.int

В ознаменование 30-летней годовщины своего создания Атлантический клуб Болгарии (АКБ) провел виртуальную конференцию с названием «Вперед к будущему: подготовка к НАТО-2030». В форуме приняли участие около 20 бывших и действующих мировых политических деятелей. Как указывается в рекламном объявлении о проведении конференции, «оставаясь уже 30 лет верным лозунгу «Вперед к будущему», члены АКБ продолжают заниматься «анализом предсказуемых или непредвиденных перспектив НАТО – до 2030 года, и в ближайшие 20 лет в быстро меняющемся мире».

Перед участниками конференции выступил заместитель генсекретаря НАТО Мирча Джоанэ, румын по происхождению. Он заявил, что Россия использует оккупированный Крым для распространения своего военного влияния в Средиземноморье и в Северной Африке. Хотя ему полагалось бы вспомнить о том, что российские территории находятся у берегов этого моря уже несколько столетий, а НАТО появилось там только после того, как в него вошли Болгария и Румыния в 2004 году. Но первый заместитель Столтенберга предпочел умолчать об этом факте.

Джоанэ подчеркнул, что София – твердый союзник НАТО, вносящий свой вклад в безопасность Запада в самых различных аспектах. Болгария из года в год увеличивает расходы на оборону, которые два года назад превысили 3% ВВП.

Болгарские военные специалисты помогают обучать ВС Афганистана и являются ключевой частью миссии НАТО в Косово. Они вносят, как отметил Джоанэ, существенный вклад в безопасность Черного моря, предоставляя свои корабли патрулям альянса.

«Мы уже давно стали свидетелями агрессивного поведения со стороны России, в том числе ее сил в Грузии, незаконной аннексии Крыма и продолжающихся нарушений суверенитета и территориальной целостности Украины. В настоящее время Кремль использует Крым для проецирования своей власти в Черноморском регионе и далеко за его пределами в Средиземном море и в Северной Африке. Мы должны сохранять бдительность, особенно в свете недавнего и значительного наращивания военного потенциала России в этом регионе», – объявил заместитель генсека НАТО.

Только на прошлой неделе, напомнил он, болгарские официальные лица проинформировали Североатлантический совет о незаконной деятельности России в Болгарии за последнее десятилетие. София ответила судебным иском и высылкой российских дипломатов. НАТО выразило обеспокоенность поведением Москвы и решительно поддержало Болгарию, а также выразило солидарность Чешской Республике. Каждая из этих стран подверглась весьма напористым и агрессивным действиям со стороны России.

«Наше единство и наша способность адаптироваться еще более важны, поскольку мы сталкиваемся с малопредсказуемым и быстроменяющимся миром, а также с растущим числом самых различных проблем», – заявил Джоанэ. Он напомнил об опасности сложных кибератак и дезинформации, радикальном терроризме, угрозе распространения ядерного оружия, росте числа разрушительных технологий, последствиях изменения климата для безопасности всех стран, а также об изменении глобального баланса сил в связи с ростом экономического и военного потенциала Китая.

«Все эти проблемы слишком велики, чтобы одна страна или любой континент могли преодолеть их в одиночку. Но вместе, объединившись в НАТО, страны Европы и Северной Америки не одиноки», – констатировал высокопоставленный чиновник.

Он отметил, что саммит НАТО – это уникальная возможность укрепить Североатлантический союз и разработать эффективную и действенную формулу обеспечения безопасности и обороны союзников и партнеров до 2030 года.

«Мы должны укрепить нашу приверженность коллективной обороне. Мы должны вновь взять на себя все обязательства по увеличению расходов на оборону. И мы должны продолжать более активно взаимодействовать. Обеспечение безопасности населения стран блока зависит от того, останется ли НАТО сильной в военном отношении. Но нам также необходимы эффективные и сильные инфраструктуры в качестве нашей первой линии обороны. Таким образом, НАТО-2030 является расширением наших подходов к обеспечению безопасности», – продекларировал Джоанэ.

Он сказал о необходимости тесного сотрудничества стран НАТО с партнерами в Индо-Тихоокеанском регионе, такими как Австралия, Япония, Новая Зеландия и Республика Корея, о том, что лидеры НАТО видят реальный потенциал для активизации диалога с другими странами, которые разделяют западные ценности, такими как Индия.

Таким образом, альянс, по словам второго лица блока, может и должен играть более глобальную роль. Не забывая о его «общей священной миссии по защите миллиарда граждан, проживающих в странах НАТО в Европе и в Северной Америке». 

Человек в поисках смысла Виктор Э. Франкл

«Смысл жизни» придумал не доктор Франкл.
Но он изобрел Логотерапию, то есть основанную на ней.

Книга состоит из двух частей. Первая — это краткая автобиография его пребывания в концентрационных лагерях, как он пережил это как логотерапевт. Вторая часть книги представляет собой введение в его терапевтическую доктрину логотерапии. Он добавил эту главу в свою книгу, потому что она пользовалась большим спросом у читателей.
Следовательно, вторая глава будет интересна только тем читателям, которые хотят узнать больше о его терапии и о психическом здоровье в целом, или о том, как он пришел к тому, чтобы описать свои переживания в лагере так, как он это сделал.

«Логос — это греческое слово, означающее« значение ». Логотерапия, или, как ее называют некоторые авторы, «Третья венская школа психотерапии», фокусируется на смысле человеческого существования, а также на поисках человеком такого смысла. Согласно логотерапии, это стремление найти смысл в своей жизни является основной мотивационной силой в человеке.

Согласно его доктрине, чувство бессмысленности необходимо лечить, помогая пациенту найти смысл в своей жизни:
«Заявляя, что человек несет ответственность и должен реализовать потенциальный смысл своей жизни, я хочу подчеркнуть, что истинный смысл жизни должен быть обнаружен в мире, а не в человеке или его собственной психике, как если бы это была замкнутая система.Я назвал эту основную характеристику «самопревосхождение человеческого существования». Это означает тот факт, что человеческое существо всегда указывает и направлено на что-то или кого-то, кроме самого себя — будь то смысл, который нужно реализовать, или другое человеческое существо, с которым нужно столкнуться. Чем больше человек забывает себя — отдавая себя делу, чтобы служить или любить другого человека, — тем он более человечен и тем более актуализирует себя ».

«Согласно логотерапии, мы можем открыть этот смысл жизни тремя разными способами: (1) создавая работу или совершая поступок; (2) переживая что-то или встречая кого-то; и (3) нашим отношением к неизбежным страданиям.

Это его учение о смысле жизни, которое можно найти в отношении к страданию, которое доктор Франкл применяет к своему опыту в лагере.
Таким образом, первый раздел книги — это больше исследование его опыта, основанное на этой предпосылке, а не автобиография. Он наблюдал, как он и другие в Освенциме справились (или не справились) с этим опытом.

Для меня это окончательная проверка его доктрины, основанная на универсальном поиске смысла своей жизни.Можно ли действительно найти что-то хорошее в таком ужасно плохом опыте? Можно ли придать страданию более высокий смысл, чтобы пережить страдание?
Вот о чем эта книга.

Доктор Франкл пытается объяснить, как повседневная жизнь в концентрационном лагере отражалась в сознании среднего заключенного; его книга (первая глава) нацелена на психологию концлагеря.

Он описывает три фазы психических реакций заключенного на жизнь в лагере: период после его поступления; период, когда он хорошо закрепился в лагерной жизни; и период после его освобождения и освобождения.

Симптомы, характеризующие первую фазу, — это шок и «мания отсрочки».

Вторая фаза — это фаза относительной апатии, в которой заключенный достигает своего рода эмоциональной смерти. Апатия, главный симптом второй фазы, была необходимым механизмом самозащиты.
Именно в этой части книги доктор Франкл реализует свои теории.
Он убежден, что «то, как человек принимает свою судьбу и все страдания, которые она влечет за собой, то, как он берет свой крест, дает ему широкую возможность — даже в самых трудных обстоятельствах — добавить более глубокий смысл к его жизнь.Он может оставаться храбрым, достойным и бескорыстным.
«Любая попытка бороться с психопатологическим влиянием лагеря на заключенного с помощью психотерапевтических или психогигиенических методов должна была быть направлена ​​на то, чтобы дать ему внутреннюю силу, указав ему на будущую цель, на которую он мог рассчитывать. Инстинктивно некоторые из заключенных попытались найти его самостоятельно. Особенность человека в том, что он может жить, только глядя в будущее — sub specie aeternitatis. И это его спасение в самые трудные моменты его существования, хотя иногда ему приходится заставлять свой разум к задаче.”

Последний этап — это психология освобожденного заключенного. Для большинства это было «разочарование», «не могло быть земного счастья, которое могло бы компенсировать все, что мы пережили».

Это определенно книга, которая заставляет задуматься о смысле жизни в целом и о значении страданий в частности.
Она помогает понять переживания и страдания заключенных и, прежде всего, их поведение в ответ на эти переживания, которые для того, кто там не был, могут показаться невероятными.

Для меня было очень полезно лучше понять биографии переживших Холокост, которые я читал до сих пор. Ностальгические воспоминания Имре Кертеса о лагерной жизни после освобождения; важность религии в лагере, как описал Эли Визель; сильная воля к выживанию со стороны Ольги Ленгьель, чтобы засвидетельствовать о том, что она и другие пережили … И многое другое.

Одна вещь, которую мне не хватало в психологии доктора Франкла заключенного, который был освобожден, — это чувство вины за то, что он, а не другие, выжил.Судя по всему, многие выжившие боролись с этой виной. Мне бы хотелось, чтобы это было описано в книге.

Я также думаю, что небольшая часть заключенных, которые смогли найти более высокий смысл в своих страданиях, по чистой случайности получила возможность найти смысл.
Сам доктор Франкл считал, что его жена еще жива; ему была предоставлена ​​возможность работать врачом в лагере, и он согласился, потому что:
«Я знал, что в рабочем отряде я скоро умру.Но если бы мне пришлось умереть, в моей смерти был бы хоть какой-то смысл. Я думал, что, несомненно, будет больше к цели попытаться помочь моим товарищам в качестве врача, чем прозябать или, наконец, потерять свою жизнь в качестве непродуктивного рабочего, которым я был тогда ».

У меня возникает вопрос, что бы он написал, если бы у него не было этих обстоятельств, которые позволили бы ему увидеть смысл, цель в страдании.

Для многих заключенных, у которых все отняли — их дом и все, что в нем; их семья, друзья и соседи — и кому приходилось выполнять непроизводительный труд в чрезвычайно суровых условиях каждый день, и кто не встречал доброту, а только жестокость, для чего им оставалось жить? Какой смысл можно было найти в их мире?
Никакая терапия в мире не могла помочь этим бедным бедным созданиям, которые были полностью обесчеловечены.

Читая эту книгу, вы зададите себе такие и многие другие вопросы, что само по себе является большим достижением доктора Франкла.
Для доктора Франкла написание своей книги, вероятно, также было формой самолечения, чтобы справиться со своими переживаниями, найти в них смысл.

7/10

Виктор Франкл о человеческих поисках смысла — выбор мозга

Знаменитый австрийский психиатр и переживший Холокост Виктор Франкль (26 марта 1905 г. — 2 сентября 1997 г.) остается наиболее известным своими незаменимыми психологическими мемуарами 1946 года. что ужасный опыт Освенцима научил его главной цели жизни: поиску смысла, который поддерживает тех, кто выжил.

Для Франкла значение пришло из трех возможных источников: целеустремленная работа, любовь и смелость перед лицом трудностей.

Изучая «интенсификацию внутренней жизни», которая помогала заключенным оставаться в живых, он рассматривает трансцендентную силу любви:

Любовь выходит далеко за рамки физического лица любимого человека. Он находит свой самый глубокий смысл в его духовном существе, его внутреннем я. Присутствует он на самом деле или нет, жив он вообще или нет, это каким-то образом перестает иметь значение.

Франкл иллюстрирует это ярким примером того, как его чувства к жене, которая в конечном итоге была убита в лагере, придали ему смысл:

Работали в окопе. Рассвет вокруг нас был серым; серым было небо над головой; серый снег в бледном свете зари; серые лохмотья, в которые были одеты мои товарищи по заключению, и серые их лица. Я снова молча разговаривал с женой, или, возможно, я изо всех сил пытался найти причину моих страданий, моего медленного умирания.В последнем яростном протесте против безнадежности неминуемой смерти я почувствовал, как мой дух проникает сквозь окутывающий мрак. Я чувствовал, что он выходит за пределы этого безнадежного, бессмысленного мира, и откуда-то я услышал победное «да» в ответ на мой вопрос о существовании конечной цели. В этот момент свет зажегся в далеком фермерском доме, который стоял на горизонте, словно нарисованный там, посреди жалкой серости восходящего утра в Баварии. «Et lux in tenebris lucet» — и свет во тьме светит.Я часами стоял, рубя ледяную землю. Мимо прошел охранник, оскорбив меня, и я снова пообщался с любимой. Все больше и больше я чувствовал, что она здесь, что она со мной; У меня было ощущение, что я могу прикоснуться к ней, протянуть руку и схватить ее. Ощущение было очень сильным: она была там. Затем, в этот самый момент, птица бесшумно слетела и села прямо передо мной на кучу земли, которую я выкопал из канавы, и пристально посмотрела на меня.

Юмора, «еще одно оружие души в борьбе за самосохранение», — пишет Франкл:

Хорошо известно, что юмор, более чем что-либо еще в человеческом облике, может позволить себе отстраненность и способность подняться над любой ситуацией, пусть даже всего на несколько секунд.… Попытка развить чувство юмора и смотреть на вещи в юмористическом свете — это своего рода трюк, которому научились при овладении искусством жизни. Тем не менее, можно практиковать искусство жизни даже в концентрационном лагере, хотя страдания вездесущи.

Литография Лео Хааса, художника Холокоста, пережившего Терезиенштадт и Освенцим (общественное достояние)

После обсуждения общих психологических паттернов, которые разворачиваются в заключенных, Франкл осторожно оспаривает предположение о том, что человеческие существа неизменно формируются их обстоятельствами.Он пишет:

А как же человеческая свобода? Нет ли духовной свободы в отношении поведения и реакции на любое данное окружение? … Самое главное, доказывает ли реакция заключенных на необычный мир концлагеря, что человек не может избежать влияния своего окружения? Разве у человека нет выбора действий перед лицом таких обстоятельств?

Мы можем ответить на эти вопросы как из опыта, так и из принципа. Опыт лагерной жизни показывает, что у человека действительно есть выбор действия.… Человек может сохранить остаток духовной свободы, независимости разума даже в таких ужасных условиях психического и физического напряжения.

[…]

У человека можно отнять все, кроме одного: последней из человеческих свобод — выбирать свое отношение в тех или иных обстоятельствах, выбирать свой собственный путь.

Во многом так же, как Уильям Джеймс в своем трактате о привычках, Франкл помещает это понятие повседневного выбора в эпицентр человеческого опыта:

Каждый день, каждый час предоставлялась возможность принять решение, решение, которое определяло, подчинитесь ли вы тем силам, которые угрожали лишить вас самого себя, вашей внутренней свободы; который определял, станете ли вы игрушкой обстоятельств, откажитесь от свободы и достоинства, чтобы принять форму типичного заключенного.

Подобно Генри Миллеру и Филиппу К. Дику, Франкл считает страдание неотъемлемой частью не только существования, но и осмысленной жизни:

Если в жизни вообще есть смысл, значит, в страдании должен быть смысл. Страдание — неискоренимая часть жизни, даже как судьба и смерть. Без страданий и смерти человеческая жизнь не может быть полной.

То, как человек принимает свою судьбу и все страдания, которые она влечет за собой, то, как он берет свой крест, дает ему широкие возможности — даже в самых трудных обстоятельствах — придать своей жизни более глубокий смысл.Он может оставаться храбрым, достойным и бескорыстным. Или в ожесточенной борьбе за самосохранение он может забыть о своем человеческом достоинстве и стать не более чем животным. Здесь кроется шанс для мужчины использовать или отказаться от возможностей достижения моральных ценностей, которые ему может предоставить трудная ситуация. И это решает, достоин он своих страданий или нет. … Такие люди есть не только в концлагерях. Повсюду человек сталкивается с судьбой, с возможностью чего-то добиться своими собственными страданиями.

Работая психиатром с сокамерниками, Франкл обнаружил, что единственный наиболее важный фактор в культивировании своего рода «внутренней хватки», позволяющей мужчинам выжить, — это научить их удерживать в своих мыслях какую-то будущую цель. Он цитирует слова Ницше, который писал, что «Тот, у кого есть , почему , ради чего нужно жить, может смириться почти с любым , как с », и предостерегает от обобщения:

Горе тому, кто не видел больше смысла в своей жизни, ни цели, ни цели, а значит, и смысла продолжать.Вскоре он заблудился. Типичный ответ, которым такой человек отвергает все обнадеживающие аргументы, был: «Мне больше нечего ожидать от жизни». Что на это можно дать?

Что действительно было необходимо, так это коренное изменение нашего отношения к жизни. Мы должны были изучить самих себя, и, более того, мы должны были научить отчаявшихся людей, что не имеет значения на самом деле, чего мы ждем от жизни, а скорее того, что жизнь ожидает от нас . Нам нужно было перестать спрашивать о смысле жизни и вместо этого думать о себе как о тех, кого жизнь спрашивает — ежедневно и ежечасно.Наш ответ должен состоять не в разговорах и размышлениях, а в правильных действиях и правильном поведении. В конечном итоге жизнь означает принятие на себя ответственности за поиск правильного ответа на свои проблемы и выполнение задач, которые она постоянно ставит перед каждым человеком.

Эти задачи и, следовательно, смысл жизни различаются от человека к человеку и от момента к моменту. Таким образом, невозможно определить смысл жизни в общих чертах. На вопросы о смысле жизни никогда нельзя ответить широкими утверждениями.«Жизнь» означает не что-то неопределенное, а что-то очень реальное и конкретное, так же как жизненные задачи также очень реальны и конкретны. Они формируют человеческую судьбу, которая индивидуальна и уникальна для каждого человека. Ни один человек и никакая судьба не могут сравниться ни с одним другим человеком, ни с какой другой судьбой. Никакая ситуация не повторяется, и каждая ситуация требует разной реакции. Иногда ситуация, в которой оказывается человек, может потребовать от него действий. В других случаях для него более выгодно использовать возможность для созерцания и реализовывать активы таким образом.Иногда от человека требуется просто принять судьбу, нести свой крест. Каждая ситуация отличается своей уникальностью, и всегда есть только один правильный ответ на проблему, которую ставит данная ситуация.

Литография Лео Хааса, художника Холокоста, пережившего Терезиенштадт и Освенцим (общественное достояние)

Рассматривая человеческую способность к добру и злу и условия, которые вызывают непристойность у порядочных людей, Франкл пишет:

Человеческую доброту можно найти во всех группах, даже в тех, которые в целом было бы легко осудить.Границы между группами пересекались, и мы не должны пытаться упростить ситуацию, говоря, что эти люди были ангелами, а те были дьяволами.

[…]

Из всего этого мы можем узнать, что есть две расы людей в этом мире, но только эти две — «раса» порядочных людей и «раса» непристойных людей. Оба встречаются повсюду; они проникают во все группы общества. Ни одна группа не состоит полностью из порядочных или неприличных людей. В этом смысле ни одна группа не принадлежит к «чистой расе» — и поэтому среди охранников лагеря иногда находили достойного парня.

Жизнь в концлагере вскрыла человеческую душу и обнажила ее глубины. Разве удивительно, что в этих глубинах мы снова обнаружили только человеческие качества, которые по самой своей природе были смесью добра и зла? Разрыв, отделяющий добро от зла, пронизывающий всех людей, проникает в самые глубины и становится очевидным даже на дне пропасти, открытой концлагерем.

Вторая половина книги представляет особый стиль экзистенциального анализа Франкла, который он назвал «логотерапией» — методом исцеления души путем развития способности обрести значительную жизнь:

В конечном счете, человек не должен спрашивать, в чем смысл его жизни, а должен признать, что спрашивают он .Одним словом, каждого человека ставит под вопрос жизнь; и он может ответить жизни только , отвечая за своей собственной жизни; на жизнь он может ответить, только будучи ответственным. Таким образом, логотерапия видит в ответственности самую суть человеческого существования.

Этот акцент на ответственности отражен в категорическом императиве логотерапии, который гласит: «Живите так, как если бы вы уже жили во второй раз и как если бы вы поступили в первый раз так же неправильно, как вы собираетесь действовать сейчас!»

Франкл вносит свой вклад в самые богатые в истории определения любви:

Любовь — единственный способ постичь другого человека в глубине его личности.Никто не может полностью осознать саму сущность другого человека, если не полюбит его. Благодаря своей любви он получает возможность увидеть основные черты и особенности любимого человека; и даже более того, он видит в нем то, что потенциально возможно, что еще не актуализировано, но еще должно быть актуализировано. Более того, своей любовью любящий человек позволяет любимому человеку реализовать эти возможности. Давая ему понять, кем он может быть и кем он должен стать, он реализует эти возможности.

Франкл писал книгу в течение девяти дней подряд с первоначальным намерением опубликовать ее анонимно, но по настоянию друзей он добавил свое имя в последнюю минуту. Во введении к изданию 1992 года, размышляя о миллионах копий, проданных за полвека с момента первоначальной публикации, Франкл делает острый мета-комментарий к тому, что недавно повторил Джордж Сондерс, отметив:

Во-первых, я вовсе не вижу в статусе бестселлера моей книги достижение и достижение с моей стороны, а, скорее, выражение невзгод нашего времени: если сотни тысяч людей потянутся за книгой, которая сама по себе Заголовок обещает решить вопрос о смысле жизни, это должен быть вопрос, который горит им под ногтями.… Сначала, однако, он был написан с абсолютной убежденностью, что как анонимный опус он никогда не сможет заслужить литературную славу своего автора.

В том же введении он делится вечным советом об успехе, который часто дает своим ученикам:

Не стремитесь к успеху — чем больше вы нацеливаетесь на него и делаете его целью, тем больше вы его пропустите. К успеху, как и к счастью, нельзя стремиться; это должно произойти, и это происходит только как непреднамеренный побочный эффект преданности человека делу, более великому, чем он сам, или как побочный продукт подчинения другому человеку, кроме самого себя.Счастье должно случиться, и то же самое относится к успеху: вы должны позволить этому случиться, не заботясь о нем. Я хочу, чтобы вы прислушивались к тому, что вам велит сделать ваша совесть, и выполняли ее в меру своих знаний. Тогда вы доживете до того, чтобы увидеть, что в долгосрочной перспективе — я говорю, в долгосрочной перспективе! — успех последует за вами именно потому, что вы забыли о нем думать.

(Хью МакЛауд, как известно, выразил то же мнение, когда написал, что : «Лучший способ получить одобрение — это не нуждаться в нем.”)

Если бы когда-либо существовал универсальный список для чтения существенных вещей, «Поиск смысла человека» , без тени сомнения, был бы в нем.

В поисках смысла

В культуре, где ценится скорость, технологии и потребительские предпочтения, можно подумать, что смысл отойдет на второй план. Но стремление людей к значению остается сильным. Согласно обзору литературы, проведенному научным сотрудником Университета Вирджинии Самантой Дж., Более 90 процентов из нас считают, что наша жизнь имеет смысл.Хайнцельман, доктор философии, и социальный психолог из Университета Миссури Лора А. Кинг, доктор философии ( Американский психолог , том 69, № 6, 2014). Более того, смысл жизни, кажется, питает нас, и исследования связывают его с хорошим здоровьем и здоровым поведением ( Health Psychology Review , Vol. 11, No. 4, 2017), долголетием, более высоким качеством жизни и более низким уровнем умственных способностей. расстройства, включая депрессию и посттравматическое стрессовое расстройство.

Чтобы помочь клиентам исследовать и развивать больший смысл своей жизни и пользоваться этими преимуществами, психологи используют стратегии из различных терапий, включая логотерапию, смысловую терапию, экзистенциальную терапию и комбинацию подходов.Хотя необходимы дополнительные исследования, чтобы показать, какие вмешательства работают лучше всего, такая работа, связанная со смыслом, помогает людям определять, расставлять приоритеты и действовать в соответствии с тем, что для них наиболее важно, — говорит Клара Хилл, доктор философии из Университета Мэриленда, Колледж-Парк, профессор психологии и автор. книги «Смысл жизни: руководство для терапевта» (APA, 2018).

«Практически каждая проблема, возникающая в ходе терапии, — говорит она, — неявно связана со смыслом жизни».

Согласно модели, разработанной исследователями из Университета Коннектикута Логином С.Джорджа, доктора философии, и Кристал Л. Парк, доктора философии ( Review of General Psychology , Vol. 20, No. 3, 2016), большинство психологов, изучающих эту тему, согласны с тем, что люди верят, что их жизнь имеет смысл, когда присутствуют три аспекта. :

  • Они чувствуют, что их жизнь имеет смысл и непрерывность.
  • Они направляются и мотивированы значимыми целями.
  • Они верят, что их существование имеет значение для других.

Что касается источников смысла, они, как правило, делятся на две основные категории: значимые отношения и значимое занятие, будь то карьера, хобби или другое творческое занятие.Многие исследования показывают, что отношения занимают первое место, причем исследования показывают, что люди больше всего осознают смысл, когда удовлетворяются наши потребности в общении, когда мы чувствуем, что принадлежим миру, и когда мы чувствуем себя близкими и поддерживаемыми нашими семьями.

В дополнение к изучению того, что составляет смысл, исследователи и практики также изучают то, что Парк называет «смыслообразованием»: что мы делаем, когда сталкиваемся с необходимостью переоценить наше исходное чувство смысла из-за внешнего вызова, например, развода или болезнь.Исследование Пак показывает, что люди склонны либо переоценивать событие, чтобы оно лучше соответствовало их первоначальным убеждениям и целям, либо пересматривать эти убеждения и цели, чтобы приспособиться к новой информации — процесс, который может занять время и не всегда бывает успешным, она Примечания.

Такие периоды потрясений могут вызвать экзистенциальный кризис, который может превратиться в важные возможности для роста, говорит Пол Т.П. Вонг, доктор философии, клинический психолог из Торонто и почетный профессор Трентского университета в Онтарио, Канада.

«Кризисы — это шанс для людей отказаться от мертвой древесины — токсичных привычек или моделей — и изучить, кто они на самом деле и что действительно важно в жизни», — говорит он.

Разнообразие подходов

Вонг — один из психологов, которые разработали методы лечения, которые помогают клиентам вести более осмысленную жизнь. Многие из этих вмешательств берут свое начало от Виктора Франкла, австрийского психиатра и автора книги «Человек в поисках смысла», впервые опубликованной в 1946 году, в которой описывается его опыт в четырех нацистских концентрационных лагерях.После своего освобождения Франкл продолжил создание логотерапии, которая утверждает, что главная мотивация человечества — найти смысл в жизни, а не стремиться в основном к удовольствиям или власти, как подчеркивали другие теоретики.

Логотерапия утверждает, что смысл основан на непреходящих ценностях, которые происходят из трех основных источников: участие в творческой работе или добрые дела; ценить любовь, добро, истину или красоту; и мужественная позиция по отношению к жизненным трудностям. В своей работе с клиентами Франкл использовал такие техники, как дерефлексия (помогая клиентам меньше сосредотачиваться на себе и больше на целях более высокого уровня, таких как помощь другим) и сократовский диалог (задавая открытые вопросы, чтобы помочь людям раскрыть смысловые устремления).Например, если клиент увлечен сохранением окружающей среды, терапевт может помочь ему или ей изучить конкретные способы реализации этого видения, например, участие в очистке реки или запуск программы утилизации отходов на рабочем месте.

Другие с тех пор усовершенствовали работу Франкла. В 2010 году Вонг разработал смысловую терапию, которая включает в себя элементы когнитивно-поведенческой терапии (КПТ), позитивную психологию и результаты исследований смысла. Используя модель, которую он называет ЧИСТЫМ (цель, понимание, ответственное действие и удовольствие / оценка), Вонг помогает людям сбалансировать положительные и отрицательные элементы жизни, помогая им брать на себя личную ответственность и побуждая их преследовать цели или действия, которые выше их самих.Исследования показали, что его подход помогает уменьшить стресс и депрессию и улучшить самочувствие (см. «Клинические перспективы в отношении смысла», Springer, 2016).

Психотерапия, ориентированная на смысл, — это еще одна форма терапии, заимствованная из работ Франкла. Эта программа, разработанная для пациентов с запущенными формами рака Уильямом С. Брейтбартом, доктором медицины, главой психиатрической службы Мемориального онкологического центра им. Слоана Кеттеринга в Нью-Йорке, помогает преодолеть страхи пациентов перед смертью, помогая им исследовать то, что они считают хорошей или значимой смертью. .Это также побуждает пациентов более позитивно относиться к своей жизни, болезни и смерти; подумать о том, как смело выполнять свои обязанности; и соединиться с тем, что заставляет их чувствовать себя наиболее живыми. Кроме того, участники создают «проекты личного наследия», направленные на решение того, что для них наиболее важно, например, исправление разорванных отношений, волонтерство или посещение места, которое они всегда хотели увидеть.

В двух рандомизированных контролируемых исследованиях Брейтбарт и его коллеги обнаружили, что лечение улучшило чувство смысла пациентов, улучшило их качество жизни и уменьшило их депрессию и безнадежность по сравнению с контрольной группой ( Journal of Clinical Oncology , Vol.33, № 7, 2015; Рак, в печати).

Еще одним средством помощи клиентам в раскрытии смысла является экзистенциальная терапия. Основанный современниками Зигмунда Фрейда, включая Отто Ранка и Ролло Мэя, он был обновлен в 1980 году психиатром Стэнфордского университета Ирвином Д. Яломом, доктором медицины. Его модель утверждает, что жизнь по своей природе случайна и бессмысленна, поэтому люди должны создавать собственное ощущение смысла. Ялом утверждает, что способ добиться этого — более полно участвовать в жизни — заниматься делами и людьми, к которым вы привязаны и которые заботятся о вас.Он утверждает, что отсюда естественно возникает смысл. Терапевты могут помочь клиентам преодолеть препятствия на пути к взаимодействию, спросив их, что мешает им делать то, что они хотят, например, больше путешествовать или посещать художественные классы, которые им давно интересны. физические заболевания, результаты исследований ( Journal of Consulting and Clinical Psychology , Vol. 83, No. 1, 2015).

Поиск смысла также играет центральную роль в терапии принятия и приверженности, или ACT, созданной в 1982 году психологом Стивеном К.Хейс, доктор философии из Университета Невады в Рино. Подобно экзистенциальной и смысловой терапии, ACT стремится помочь клиентам жить полноценной жизнью и сталкиваться с экзистенциальными проблемами. Это также помогает им определить свои ценности, выбрать поведение, гармонирующее с этими ценностями, и использовать стратегии внимательности, осознанности и принятия для решения жизненных трудностей. По крайней мере, один метаанализ пришел к выводу, что АКТ эффективна при лечении депрессии и тревоги, но недостаточно доказательств, чтобы считать ее более эффективной, чем другие методы лечения, такие как КПТ ( Journal of Affective Disorders , Vol.190, 2016).

Использование смысла на практике

В то время как некоторые психологи придерживаются этих конкретных методов в своей работе с клиентами, другие включают элементы этих подходов, практикуя более традиционные формы терапии, включая психодинамическую терапию и когнитивно-поведенческую терапию. Например, когда когнитивно-поведенческие терапевты используют поведенческую активацию, они стараются помочь своим клиентам подумать о том, как они могут включить свои ценности в свои действия, — говорит Брюс Лиз, доктор философии, профессор семейной медицины и психиатрии в Университете Канзаса, который изучает КПТ подходы в лечении зависимости.Он отмечает, что КПТ также делает упор на постановку целей, что включает в себя формулирование целей, созвучных осмысленной жизни.

Он и другие предлагают эти дополнительные идеи, чтобы стимулировать поиск смысла у клиентов:

Имейте план. Как и в любом другом виде терапии, структура имеет ключевое значение, — говорит Лизе. При разработке концептуализации случаев он спрашивает клиентов, что для них важно, и использует эту информацию для руководства лечением.

В своей работе Хилл использует модель из трех частей, которая побуждает клиентов исследовать свои проблемы, связанные со смыслом, понимать их и принимать меры, если они того пожелают.Она также считает, что терапевты, выполняющие эту работу, должны сами участвовать в подобных исследованиях.

«Испытывая всю глубину и неоднозначность самоанализа, терапевты с большей вероятностью будут скромными и сострадательными и, таким образом, смогут помочь и воодушевить клиентов на их пути к самосознанию», — говорит она.

Стимулируйте взгляд на картину в целом. Значительная часть смысловой терапии помогает клиентам научиться видеть потенциал в трудных обстоятельствах, развить стойкое отношение к страданиям и внести свой вклад в других или в более крупное дело.С этой целью Вонг использует стратегию «двойного видения», чтобы побудить своих клиентов стремиться к будущим идеалам, с одной стороны, и оставаться в настоящем, с другой. Он использует такие стратегии, как ведение ежедневных дневников клиентов, чтобы выразить благодарность за дары жизни, в том числе за проблемы, и отслеживать иногда ухабистый путь к позитивным изменениям.

Он также использует когнитивные и поведенческие методы, чтобы помочь клиентам изменить свое эгоцентричное отношение и привычки.Например, тому, кто постоянно жалуется, Вонг может прописать домашнее задание, прося его или ее сказать что-нибудь хорошее о человеке или обстоятельствах каждый раз, когда он или она испытывает искушение ворчать.

Откройте для себя всю мощь историй. Точно так же клиницисты могут использовать элементы обзора жизни и нарративной терапии, чтобы помочь клиентам расширить свои взгляды на жизнь и оценить, где они были и куда хотят идти, — говорит Майкл Ф. Стегер, доктор философии, создатель широко используемой книги «Смысл в жизни». Анкета и директор Центра смысла и цели Университета штата Колорадо.Сочетание смыслового и повествовательного подходов «может облегчить то, как мы действительно хотим видеть нашу жизненную историю, как мы хотим писать наши истории», — говорит он, и ставит проблемы в перспективу обучения и роста.

Между тем исследование социального психолога из Канзасского университета Марка Дж. Ландау, доктора философии, предполагает, что метафоры могут быть мощными инструментами для облегчения смысла. Фактически, люди, вероятно, создали метафоры, основанные на культурном или физическом опыте, таком как путешествия или войны, чтобы понять абстрактные жизненные события, говорит Ландау, который вместе с Кэтлин В.Вос, доктор философии, и Рой Ф. Баумейстер, доктор философии, редактировали специальный выпуск о значении в Обзоре общей психологии (том 22, № 1, 2018).

«Когда мы концептуализируем нашу жизнь в терминах этих известных областей, мы придаем ей значение — структуру и структуру, — которых у нее не было раньше», — говорит он.

Серия исследований, которые он провел с Мэтью Болдуином, доктором философии, и Тревором Дж. Свонсоном, доктором философии, показывает, что студенты, которые представляли свою жизнь как путешествие, сообщали о большем значении в жизни, чем те, кто просто писал о своей жизни прямым, буквальным образом. ( Я и личность , т.17, No 2, 2017).

Уважайте индивидуальные различия. Хотя тесные личные связи и целеустремленная работа являются универсальными источниками смысла, смысл жизни также различается в зависимости от таких факторов, как возраст клиента, контекст, культура и религия, говорит Хилл. Неудивительно, что необходимость переформулировать чувство смысла может разделить любую из этих областей: молодая женщина, выросшая в консервативной религиозной семье, может столкнуться с кризисом смысла, когда она осознает, что ее сексуальная ориентация отличается от норм ее веры.Или человек из коллективистской культуры может столкнуться с экзистенциальным конфликтом, когда его жизненные цели не совпадают с целями его родителей. По словам Хилла, из-за сложной, индивидуальной природы смысла лучшая стратегия терапевтов — помочь клиентам исследовать их собственные проблемы смысла и направлять их в поиске собственных ответов.

«Мы должны слушать их, чтобы слышать, что они думают и откуда берутся их убеждения, и исследовать, как это работает для них», — говорит она.

Не навязывайте смысла. Хилл советует, чтобы тема значения возникла органично. Согласно опросу, который она провела с 212 практикующими психотерапевтами ( Counseling Psychology Quarterly , Vol. 30, No. 4, 2017), только около 12 процентов клиентов приходят на терапию с явной просьбой поработать над смысловыми проблемами. В другом качественном исследовании, которое она и ее коллеги провели с 13 опытными психотерапевтами ( Psychotherapy Research , Vol. 27, No. 4, 2017), терапевты рекомендовали подходить к этой теме с осторожностью.Они согласились, что лучше всего делать это, когда клиенты поднимают этот вопрос, или во время серьезных перемен в жизни или кризисов. «Работа терапевта — выяснить, когда полезно поднимать тему смысла, а когда нет», — говорит Хилл.

Не ставьте на пьедестал. Наконец, Королевский университет штата Миссури изучает идею о том, что значение есть везде — в таких простых действиях, как времяпровождение с семьей или прогулка с собакой.

Она и ее коллеги также обнаружили, что простое пребывание в хорошем настроении может вдохновить на большее чувство смысла, и что интуиция, а не анализ, связана с нашей способностью воспринимать значимый мир.

King любит делиться этим исследованием с пожилыми людьми, а также со своими опекунами, чтобы они знали, что повседневные дела — такие простые задачи, как помощь человеку в одевании или совместная прогулка — могут быть столь же ценными, как и более высокие или более амбициозные цели.

«Мы склонны думать о смысле как о самом глубоком из человеческих переживаний», — говорит она. «Тем не менее, все эти более обычные вещи также укрепляют наше чувство смысла. И я думаю, что это невероятно огромное облегчение».

человек в поисках смысла | Психология сегодня

Источник: Wikimedia Commons

[Статья изменена 4 мая 2020 г.]

В книге « Человек в поисках смысла» психиатр и невролог Виктор Франкл (1905–1997) написал о своем испытании в концентрационном лагере во время Второй мировой войны. Интересно, что он обнаружил, что дольше всех в концентрационных лагерях выживали не те, кто был физически сильным, а те, кто сохранял чувство контроля над окружающей их средой.

Он наблюдал:

«Мы, жившие в концентрационных лагерях, можем вспомнить мужчин, которые ходили по хижинам, утешая других, отдавая свой последний кусок хлеба.Возможно, их было немного, но они являются достаточным доказательством того, что у человека можно отнять все, кроме одного: последней из человеческих свобод — выбирать свое отношение в любых данных обстоятельствах — выбирать свой собственный путь ».

Сообщение Франкла, в конечном счете, является посланием надежды: даже в самых абсурдных, болезненных и удручающих обстоятельствах жизни можно придать смысл, как и страданиям. Жизнь в концентрационном лагере научила Франкла, что наша главная движущая сила или мотивация в жизни — это не удовольствие, как считал Фрейд, и не сила, как считал Адлер, а смысл.

После своего освобождения Франкл основал школу логотерапии (от греческого logos , что означает «разум» или «принцип»), которую иногда называют «Третьей венской школой психотерапии», поскольку она пришла после школ Фрейда и Адлер. Цель логотерапии — провести экзистенциальный анализ человека и тем самым помочь ему раскрыть или обнаружить смысл своей жизни.

Согласно Франклу, значение можно найти через:

  • Ощущение реальности путем аутентичного взаимодействия с окружающей средой и другими людьми,
  • Вернуть что-то миру через творчество и самовыражение, и
  • Изменение нашего отношения к ситуации или обстоятельствам, которые мы не можем изменить.

Франклу приписывают создание термина «воскресный невроз» для обозначения подавленности, которую многие люди испытывают в конце рабочей недели, когда, наконец, у них появляется время осознать, насколько пустой и бессмысленной стала их жизнь. Этот экзистенциальный вакуум может открыть дверь для всевозможных эксцессов и компенсаций, таких как невротическая тревога, избегание, переедание, питье, переутомление и чрезмерные траты. В краткосрочной перспективе эти эксцессы и компенсации покрывают экзистенциальный вакуум, но в более долгосрочной перспективе они препятствуют осуществлению действий и поиску смысла.

По Франклу, депрессия возникает, когда разрыв между тем, чем человек является, и тем, чем он должен быть или когда-то хотел быть, становится настолько большим, что его уже нельзя преодолеть. Цели человека кажутся недостижимыми, и он больше не может предвидеть будущее. Как в Псалме 41, abyssus abyssum invocat — «ад рождает ад» или, в альтернативном переводе, «бездна зовет бездну».

Таким образом, депрессия — это наш способ сказать себе, что что-то серьезно не так, что нужно проработать и изменить.Если не удастся внести изменения, несоответствие между нашим жизненным опытом и желаемым опытом, между бессмысленностью повседневной жизни и врожденным стремлением найти смысл, самореализоваться, быть всем, чем мы можем быть, будет по-прежнему. С экзистенциальной точки зрения переживание депрессии обязывает нас осознать свою смертность и свободу и побуждает нас использовать последнее в рамках первого. Приняв решение этой главной задачи, мы можем вырваться из наложенного на нас броска, узнать, кто мы есть на самом деле, и тем самым начать наполнять нашу жизнь глубоким смыслом.

Топ-10 предложений Виктора Франкла

  1. «Наша величайшая свобода — это свобода выбора нашего отношения».
  2. «Когда мы больше не в состоянии изменить ситуацию, перед нами стоит задача изменить себя».
  3. «Но не нужно было стыдиться слез, ибо слезы свидетельствовали о том, что у человека есть величайшее мужество, мужество страдать».
  4. «В некотором смысле страдание перестает быть страданием в тот момент, когда оно обретает значение, такое как значение жертвы.«
  5. «Смысл жизни в том, чтобы придать жизни смысл».
  6. «Те, у кого есть« зачем »жить, могут вынести почти любое« как »».
  7. «Жизнь никогда не бывает невыносимой из-за обстоятельств, но только из-за отсутствия смысла и цели».
  8. «Счастья нельзя достичь; оно должно наступить».
  9. «Дело не в том, чего мы ждем от жизни, а в том, что жизнь ждет от нас».
  10. «Ибо мир в плохом состоянии, но все станет еще хуже, если каждый из нас не сделает все возможное.«

Нил Бертон — автор книги Небеса и ад: Психология эмоций и других книг.

Поиск смысла во времена коронавируса

Во время Второй мировой войны доктор Виктор Франкл, австрийский психиатр, был заключенным в нескольких концентрационных лагерях, в том числе в Освенциме и Дахау. Книга Франкла о его опыте «Человек в поисках смысла» — международный бестселлер, продано более 12 миллионов экземпляров.Франкл нашел смысл в концентрационном лагере, обдумывая будущие лекции, которые он мог бы прочитать о психологическом опыте заключенных. Когда он наблюдал за своим собственным опытом и опытом своих товарищей по заключению, он понял, что есть два типа людей: те, кто потерял веру, смысл и надежду, и те, кто видел жизнь для вызова, который она представляла, цеплялись за смысл в своих живет и имел сильное «почему» в качестве мотивации к жизни.

Хотя наша нынешняя ситуация не может сравниться с тьмой концентрационного лагеря, пандемия COVID-19 привела к трудным временам.Это затронуло всю нашу жизнь: мы напуганы, обеспокоены, беспокойны и одиноки. Поскольку мы сталкиваемся с серьезной проблемой правил социального дистанцирования и запретов на публичные мессы, у нас есть выбор. Мы можем потерять веру, поддаться искушению отчаянием и забыть о своем призвании и цели — или мы можем держаться веры, проявлять великую надежду и сосредоточиться на своем призвании. Этот выбор проявляется на духовном и человеческом уровнях. Ниже приведены советы, как войти в нынешний кризис психологически здоровым образом.

1. Живите настоящим моментом.

Американский военнопленный во время войны во Вьетнаме заметил, что первыми умерли оптимисты. Заключенные, которые сказали: «Мы уходим к Рождеству», видели, как Рождество приходит и уходит; потом они сказали: «Мы уедем к Пасхе» и так далее, в конце концов потеряв надежду.

Вместо того, чтобы рассчитывать на то, что эта пандемия пройдет до определенной даты или времени, мы можем жить настоящим моментом и принимать каждый день со всеми его эмоциями, проблемами и достоинствами, когда он наступает. Мы все можем чему-то научиться у таких групп, как «Ал-Анон», которая побуждает членов жить каждый день один за другим.Одно из чтений, которое поделились членами Церкви, — «Только на сегодня», которое включает в себя серию стихов о жизни настоящим моментом. Я приглашаю вас читать его почаще и с помощью Иисуса сосредоточиться только на текущем дне.

2. Сосредоточьтесь на том, что вы можете контролировать.

Франкл заметил, что те, кто выжил в концентрационных лагерях, сосредоточились на том, что они могут контролировать. Выжившие сосредоточились на мелочах, находящихся под их контролем, таких как поддержание чистоты, помощь другим, поддержание формы и поиск пищи.

Вместо того, чтобы быть ошеломленным всем, что мы не можем сделать прямо сейчас, подумайте о многих вещах, которые мы можем сделать! У нас так много возможностей для творчества и общения, которые не ограничиваются COVID-19. Если вы обнаружите, что сейчас вас одолевают все ограничения и «не могут» в жизни, скажите вслух или про себя: Тссс, тише [произнесите свое имя]. Что я могу сделать прямо сейчас? Подумайте о пяти вещах, которые вы можете сделать! Вы даже можете нарисовать свою собственную диаграмму, как показано ниже:

3.Помните свое «почему».

Франкл считал, что наличие четко определенного «почему» — цели, миссии, смысла жизни — может помочь людям преодолеть любую проблему. Сам Иисус имел ясную цель и миссию на Земле, и Он также оставил нам ясную миссию. Давайте посмотрим на три отрывка из Священного Писания:

«Я пришел, чтобы имели жизнь и имели ее с избытком». (Иоанна 10:10)

«Это жизнь вечная, чтобы они узнали Тебя, единственного истинного Бога и Того, кого ты послал, Иисуса Христа.(Иоанна 17: 3)

«Тем прославится Отец Мой, если вы принесете много плода и будете Моими учениками». (Иоанна 15: 8)

Миссия Иисуса заключалась в том, чтобы привести нас к жизни вечной и показать нам Отца. Наша миссия — познать Его, стать Его учениками и принести плод для Его Царства. Столкнувшись с этими неопределенными временами, давайте вспомним нашу христианскую миссию.

Я призываю вас на следующей неделе провести некоторое время в тихой молитве, вспоминая свое «почему». Почему вы следуете за Христом? Почему вы сказали «да» Его призванию в вашей жизни (вашему призванию, занятию или личной миссии)? Каков конкретный призыв Господа к вам во время пандемии коронавируса? Если у вас есть заявление о личной миссии, сейчас прекрасное время, чтобы рассмотреть его и помолиться о том, как вы можете жить по нему в эти трудные времена.Если вы не написали заявление о личной миссии, я призываю вас потратить некоторое время на размышления и молитвы о миссии, которую Господь возложил именно на вас.

4. Нет ничего плохого в этом.

Мы живем в страшные и смутные времена. Ничего страшного, если ты не в порядке. Ничего страшного, если ты беспокоишься. Чувствуете неуверенность, одиночество, злость или депрессию? Ага, это тоже нормально! Это на 100% нормально, и в такие моменты можно ожидать дополнительных эмоций. Помните: не бывает «плохих» эмоций.Эмоции морально нейтральны. Они хороши или плохи только постольку, поскольку уводят нас к Богу и другим или от них. Бог дал нам эмоции для близости! Позвольте им привести вас к отношениям с Ним и с другими.

Я призываю вас назвать свои эмоции и поделиться ими. Не называйте их хорошими или плохими. Они просто есть. Они являются частью вашего опыта и частью вашей повседневной реальности прямо сейчас — и это , хорошо, .

Если вас переполняют эмоции, вы не одиноки.Вам доступно множество полезных ресурсов по психическому здоровью. Ниже я перечислил несколько полезных ресурсов для вас.

Ресурсы

Если у вас или кого-либо из ваших знакомых возникают мысли о самоповреждении или самоубийстве, воспользуйтесь следующими ресурсами:

  • Национальная горячая линия по предотвращению самоубийств: 1-800-273-8255
  • Текстовая строка по кризису психического здоровья: 741-741

Если вы или кто-либо из ваших знакомых считает, что им нужна небольшая дополнительная поддержка, чтобы пережить это время, вот несколько ресурсов для консультантов:

Ищете католические оздоровительные ресурсы?

Нужны упражнения для психического здоровья?

Найдите приложение What’s Up в магазине приложений

Дополнительная информация о психическом здоровье и коронавирусе:

В жизни есть нечто большее, чем быть счастливым

«Сама погоня за счастьем мешает счастью.»

В сентябре 1942 года Виктор Франкл, известный еврейский психиатр и невролог из Вены, был арестован и отправлен в нацистский концлагерь вместе с женой и родителями. Три года спустя, когда его лагерь был освобожден, большая часть его семьи, включая его беременную жену, погиб, но он, заключенный номер 119104, выжил. В своем бестселлере 1946 года « Man’s Search for Meaning », который он написал за девять дней о своем опыте в лагерях, Франкл пришел к выводу, что разница между теми, кто выжил, и теми, кто умер, сводился к одному: то есть к пониманию, к которому он пришел в раннем возрасте.Когда он был старшеклассником, один из его учителей естественных наук заявил классу: «Жизнь — это не что иное, как процесс горения, процесс окисления». Франкл вскочил со стула и ответил: «Сэр, если это так, то в чем может быть смысл жизни?»

Как он видел в лагерях, те, кто находил смысл даже в самых ужасных обстоятельствах, были гораздо более стойкими к страданиям, чем те, кто этого не делал. «У человека может быть отнято все, кроме одного, — писал Франкл в книге « В поисках смысла », — последней из человеческих свобод — выбирать свое отношение к любому данному стечению обстоятельств, выбирать свой собственный путь».«

Франкл работал терапевтом в лагерях, и в своей книге он приводит пример двух заключенных, склонных к суициду, с которыми он столкнулся там. Как и многие другие в лагерях, эти двое мужчин были безнадежны и думали, что больше нечего ожидать. от жизни, не ради чего жить ». В обоих случаях, — пишет Франкл, — им нужно было заставить их осознать, что жизнь все еще чего-то от них ожидала; от них чего-то ожидали в будущем ». Для одного человека это был его маленький ребенок, который тогда жил в чужой стране.Для другого, ученого, это была серия книг, которые ему нужно было закончить. Франкл пишет:

Эта уникальность и неповторимость, которая отличает каждого человека и придает смысл его существованию, имеет такое же отношение к творческой работе, как и к человеческой любви. Когда осознается невозможность замены человека, это позволяет ответственности, которую человек несет за свое существование и его продолжение, проявиться во всей своей величине. Человек, осознающий ответственность, которую он несет перед человеком, который с любовью ждет его или незавершенную работу, никогда не сможет отказаться от своей жизни.Он знает «почему» своего существования и сможет вынести почти любое «как».
Виктор Франкл [ Хервиг Праммер / Reuters ]

В 1991 году Библиотека Конгресса и Клуб «Книги месяца» включили книгу «В поисках смысла» в число 10 самых влиятельных книг США. Было продано миллионы копий по всему миру. Теперь, более двадцати лет спустя, этос книги — ее акцент на значении, ценности страдания и ответственности перед чем-то большим, чем собственное я — кажется, не соответствует нашей культуре, которая больше заинтересована в поисках индивидуума. счастья, чем в поисках смысла.«Для европейца, — писал Франкл, — это характерная черта американской культуры: снова и снова человеку приказывают и приказывают« быть счастливым ». Но к счастью нельзя стремиться; оно должно наступить. У человека должна быть причина «быть счастливым» ».

Согласно Гэллапу, уровень счастья американцев находится на четырехлетнем максимуме — как, кажется, и число бестселлеров, в названиях которых есть слово «счастье». На момент написания этой статьи Gallup также сообщает, что почти 60 процентов всех американцев сегодня чувствуют себя счастливыми, не испытывая большого стресса или беспокойства.С другой стороны, по данным Центра по контролю за заболеваниями, около 4 из 10 американцев не обнаружили удовлетворительной жизненной цели. Сорок процентов либо не думают, что в их жизни есть четкая цель, либо нейтрально относятся к тому, есть ли у их жизни цель. Почти четверть американцев чувствуют себя нейтральными или не имеют четкого представления о том, что делает их жизнь значимой. Исследования показали, что наличие цели и смысла жизни повышает общее самочувствие и удовлетворенность жизнью, улучшает психическое и физическое здоровье, повышает сопротивляемость, повышает самооценку и снижает вероятность депрессии.Вдобавок к этому, согласно недавнему исследованию, целеустремленная погоня за счастьем по иронии судьбы делает людей менее счастливыми. «Именно погоня за счастьем, — знал Франкл, — мешает счастью».

Вот почему некоторые исследователи предостерегают от погони за простым счастьем. В новом исследовании, которое будет опубликовано в этом году в следующем выпуске журнала Journal of Positive Psychology , ученые-психологи спросили почти 400 американцев в возрасте от 18 до 78 лет, считают ли они свою жизнь значимой и / или счастливой.Изучая их самоотчетное отношение к значению, счастью и многим другим переменным, таким как уровень стресса, модели расходов и наличие детей, в течение месяца, исследователи обнаружили, что осмысленная жизнь и счастливая жизнь частично совпадают. , но в конечном итоге очень разные. Психологи выяснили, что вести счастливую жизнь ассоциируется с «берущим», а полноценная жизнь — с «дающим».

«Счастье без смысла характеризует относительно поверхностную, эгоцентричную или даже эгоистичную жизнь, в которой все идет хорошо, потребности и желания легко удовлетворяются, а трудные или утомительные запутанности избегаются», — пишут авторы.

Чем отличается счастливая жизнь от осмысленной? Они обнаружили, что счастье — это хорошее самочувствие. В частности, исследователи обнаружили, что счастливые люди склонны думать, что жизнь проста, у них хорошее физическое здоровье и они могут покупать то, что им нужно и что они хотят. Несмотря на то, что недостаток денег снижает то, насколько счастливым и значимым вы считаете свою жизнь, он оказывает гораздо большее влияние на счастье. Для счастливой жизни также важно отсутствие стресса и беспокойства.

Почти четверть американцев не имеют четкого представления о том, что делает их жизнь значимой.

Что наиболее важно с социальной точки зрения, стремление к счастью связано с эгоистичным поведением — быть, как уже упоминалось, «берущим», а не «дающим». Психологи дают этому эволюционное объяснение: счастье заключается в уменьшении влечения. Если у вас есть потребность или желание — например, голод — вы удовлетворяете их, и это делает вас счастливыми. Другими словами, люди становятся счастливыми, когда получают то, что хотят.Таким образом, не только люди могут чувствовать себя счастливыми. У животных тоже есть потребности и побуждения, и когда они удовлетворяются, животные тоже чувствуют себя счастливыми, отмечают исследователи.

«Счастливые люди получают много радости от получения благ от других, в то время как люди, ведущие осмысленную жизнь, получают много радости от того, что жертвуют другим», — объяснила Кэтлин Вохс, одна из авторов исследования, на недавней презентации в университете. Пенсильвании. Другими словами, смысл выходит за пределы «я», в то время как счастье заключается в том, чтобы дать себе то, что он хочет.Люди, которые имеют большое значение в своей жизни, с большей вероятностью помогут другим, кто в ней нуждается. «Во всяком случае, чистое счастье связано с тем, что мы не помогаем нуждающимся», — пишут исследователи, в число которых входят Дженнифер Аакер и Эмили Гарбински из Стэнфордского университета.

Что отличает людей от животных, так это не стремление к счастью, которое происходит во всем мире природы, а поиск смысла, который является уникальным для людей, по словам Роя Баумейстера, ведущего исследователя исследования и автора: с Джоном Тирни из недавней книги Сила воли: новое открытие величайшей силы человека .Баумейстер, социальный психолог из Университета штата Флорида, был назван ISI высоко цитируемым научным исследователем в 2003 году.

Участники исследования сообщали, что они черпают смысл в том, чтобы отдать часть себя другим и принести жертву от имени всей группы. По словам Мартина Э. П. Селигмана, одного из ведущих ученых-психологов, живущих сегодня, в осмысленной жизни «вы используете свои самые сильные стороны и таланты, чтобы принадлежать и служить тому, что, по вашему мнению, больше, чем ваше« я ».«Например, обретение большего смысла в жизни было связано с такими действиями, как покупка подарков для других, забота о детях и споры. Люди, чья жизнь имеет высокий уровень смысла, часто активно ищут смысл, даже если они знают, что он придет к за счет счастья. Поскольку они вложили себя во что-то большее, чем они сами, они также больше беспокоятся и имеют более высокий уровень стресса и беспокойства в своей жизни, чем счастливые люди. Например, наличие детей связано с осмысленной жизнью и требует самообладания. жертвоприношение, но, как известно, оно ассоциируется с низким уровнем счастья среди родителей, в том числе тех, кто участвовал в этом исследовании.На самом деле, по словам гарвардского психолога Дэниела Гилберта, исследования показывают, что родители менее счастливы от общения со своими детьми, чем от физических упражнений, еды и просмотра телевизора.

«Отчасти то, что мы делаем как люди, — это заботиться о других и вносить свой вклад в других. Это делает жизнь значимой, но не обязательно делает нас счастливыми», — сказал мне Баумейстер в интервью.

Значение — это не только выход за пределы себя, но и выход за пределы настоящего момента, что, по мнению исследователей, является, пожалуй, наиболее важным выводом исследования.Хотя счастье — это эмоция, испытываемая здесь и сейчас, в конечном итоге она исчезает, как и все эмоции; положительный аффект и чувство удовольствия мимолетны. Количество времени, в течение которого люди сообщают, что они хорошо или плохо, коррелирует со счастьем, но никак не со смыслом.

С другой стороны, смысл сохраняется. Он связывает прошлое, настоящее и будущее. «Мыслить за пределами настоящего момента, в прошлом или будущем, было признаком относительно значимой, но несчастной жизни», — пишут исследователи.«Счастье обычно не бывает в размышлениях о прошлом или будущем». То есть люди, которые больше думали о настоящем, были более счастливыми, но люди, которые тратили больше времени на размышления о будущем или о прошлых трудностях и страданиях, чувствовали больше смысла в своей жизни, хотя и были менее счастливы.

Если с вами случаются негативные события, то, как показало исследование, вы уменьшаете ваше счастье, но увеличиваете значение, которое вы имеете в жизни. Другое исследование 2011 года подтвердило это, обнаружив, что люди, которые имеют смысл в своей жизни в виде четко определенной цели, оценивают свое удовлетворение жизнью выше, даже когда они плохо себя чувствуют, чем те, у кого нет четко определенной цели.«Если в жизни вообще есть смысл, — писал Франкл, — значит, в страдании должен быть смысл».

Это возвращает нас к жизни Франкла и, в частности, к решающему опыту, который он получил до того, как его отправили в концентрационные лагеря. Это был случай, который подчеркивает разницу между поиском смысла и стремлением к счастью в жизни.

Питер Эндрюс / Reuters

В юном возрасте, еще до того, как его и его семью отправили в лагеря, Франкл зарекомендовал себя как один из ведущих психиатров Вены и мира.Например, будучи 16-летним мальчиком, он завязал переписку с Зигмундом Фрейдом и однажды отправил Фрейду двухстраничную статью, которую он написал. Фрейд, впечатленный талантом Франкла, отправил статью в International Journal of Psychoanalysis для публикации. «Надеюсь, вы не возражаете», — писал Фрейд подростку.

Во время учебы в медицинской школе Франкл проявил себя еще больше. Он не только основал центры профилактики самоубийств для подростков — предшественник его работы в лагерях, — но также разработал свой фирменный вклад в область клинической психологии: логотерапию, которая призвана помочь людям преодолеть депрессию и достичь благополучие, найдя свой неповторимый смысл в жизни.К 1941 году его теории получили международное внимание, и он работал главой неврологии в венской больнице Ротшильдов, где рисковал своей жизнью и карьерой, ставя ложные диагнозы психически больным пациентам, чтобы они не были подвергнуты эвтаназии по приказу нацистов. .

Это был тот же год, когда ему нужно было принять решение, решение, которое изменило его жизнь. Поскольку его карьера на подъеме и над ним нависла угроза нацистов, Франкл подал заявку на визу в Америку, которую ему предоставили в 1941 году.К тому времени нацисты уже начали собирать евреев и увозить их в концентрационные лагеря, уделяя в первую очередь пожилым людям. Франкл знал, что нацисты заберут его родителей. Он также знал, что как только они это сделают, он должен будет быть рядом со своими родителями, чтобы помочь им пережить травму, полученную при адаптации к лагерной жизни. С другой стороны, будучи молодым человеком с визой в руке, он испытывал искушение уехать в Америку и бежать в безопасное место, где он мог бы еще больше отличиться в своей области.

Как рассказывает Анна С. Редсанд в своей биографии Франкла, он не знал, что делать, поэтому он отправился в собор Святого Стефана в Вене, чтобы прочистить голову. Слушая органную музыку, он неоднократно спрашивал себя: «Стоит ли мне бросить родителей? … Сказать ли мне до свидания и оставить их на произвол судьбы?» В чем заключалась его ответственность? Он искал «намек с небес».

Когда он вернулся домой, он нашел это. На столе лежал кусок мрамора. Его отец объяснил, что это было из-под обломков одной из близлежащих синагог, разрушенных нацистами.На мраморе был фрагмент одной из Десяти Заповедей — о почитании вашего отца и вашей матери. После этого Франкл решил остаться в Вене и отказаться от любых возможностей для безопасности и карьерного роста, которые ожидали его в Соединенных Штатах. Он решил отложить свои личные занятия, чтобы служить своей семье, а позже и другим заключенным в лагерях.

РЕКОМЕНДУЕТСЯ

Мудрость, которую Франкл извлек из своего опыта там, посреди невообразимых человеческих страданий, столь же актуальна сейчас, как и тогда: «Быть ​​человеком всегда указывает и направлено на что-то или кого-то, кроме себя — будь то смысл, который нужно реализовать, или другое человеческое существо, с которым можно столкнуться.Чем больше человек забывает себя — отдавая себя делу, чтобы служить или любить другого человека, — тем он более человечен ».

Баумейстер и его коллеги согласятся, что поиск смысла — это то, что делает людей уникальными людьми. Отложив в сторону наши эгоистические интересы, чтобы служить кому-то или чему-то большему, чем мы сами — посвятив свою жизнь тому, чтобы «отдавать», а не «брать», мы не только выражаем нашу фундаментальную человечность, но также признаем, что есть нечто большее, хорошая жизнь, чем стремление к простому счастью.

В поисках смысла

Содержание страницы

Спросите руководителя высшего звена, что делает сотрудников счастливыми, и ответ, скорее всего, начнется с зарплаты и льгот и закончится пятницей в гавайской рубашке. Однако этому корпоративному директору может не хватать понимания того, что действительно вдохновляет сотрудников: способности тратить свое время на значимую работу.

Данные показывают, что, хотя профессионалы хотят больше денег и более высоких льгот и уходят с работы из-за плохих менеджеров, стремление к содержательной работе вызывает удовлетворение от работы для многих работников.На самом деле менеджеры высшего звена могут быть удивлены тем, насколько их сотрудники ценят значимую работу.

Согласно опросу более 2000 сотрудников, проведенному в 2017 году BetterUp Labs, платформой для развития лидерских качеств в Сан-Франциско, 9 из 10 профессиональных профессионалов заявили исследователям, что пожертвуют 23 процентами своих будущих доходов — в среднем 21 000 долларов в год — за «всегда значимую работу».

Осмысленная работа окупается и для работодателей.Результаты исследования BetterUp Labs «Смысл и цель в работе» включают следующее:

  • Профессиональные специалисты, которые считают свою работу «очень значимой», вкладывают в среднем один дополнительный час в неделю.
  • Эти сотрудники берут на два дня меньше оплачиваемого отпуска в год.
  • Сотрудники, которые говорят, что они находят смысл в работе, также выражают более высокий уровень удовлетворенности работой, что напрямую связано с большей производительностью. Фактически, исследование сообщает, что сотрудники, оценивающие свою работу как значимую, будут зарабатывать дополнительно 5 437 долларов на одного работника в год.
  • Сотрудники, которые считают свою работу «очень значимой», на 69 процентов реже увольняются в следующие шесть месяцев и будут оставаться в компании в среднем на 7,4 месяца дольше, чем сотрудники, которые не верят, что они занимаются значимой работой. .
  • Обеспечение того, чтобы менеджеры и другие сотрудники более высокого уровня имели значимую работу, особенно важно, поскольку текучесть кадров, связанных с этими должностями, во много раз выше, чем для среднего сотрудника. В крупных корпоративных организациях на каждые 10 000 менеджеров, считающих свою работу очень важной, компания экономит 55 миллионов долларов на ежегодных затратах на оборот.

К сожалению, реальность такова, что слишком многим людям не хватает смысла на работе. В среднем, согласно исследованию BetterUp Labs, сотрудники говорят, что их работа «примерно вдвое менее значима, чем могла бы быть» — и это проблема для компаний.

«Обеспечение значимой работы требует инвестиций в сотрудников как на индивидуальном, так и на культурном уровне», — говорит Габриэлла Розен Келлерман, директор по инновациям BetterUp. «В конечном итоге и то, и другое принесет дивиденды от чистой прибыли компании в виде удержания талантов и производительности.»



Источник: BetterUp Labs.

Определение значимой работы

Чтобы компании могли предоставить сотрудникам возможности для полноценной работы, они сначала должны понять, что это значит для каждого отдельного сотрудника.

«Значимая работа — это работа, которая меняет ситуацию и влияет на общество», — говорит Скотт Ньютон, вице-президент по решениям для моделей ухода в TeleTracking, провайдере медицинских услуг из Питтсбурга.«Имеет смысл иметь работу, которая позволяет вам изменить чью-то жизнь».

Для Ньютона концепция значимой работы универсальна, но способы, которыми люди находят смысл в своей работе, будут разными.

Связанное содержимое

План действий

«Например, продавец может полагать, что их способность продавать спасательные технологии компании придает смысл их работе, в то время как специалист по связям с общественностью может полагать, что продвижение профиля организации, в которой они работают, имеет смысл», — говорит он. .«Каждый человек определяет значение по-своему, но само значение одно и то же».

Структурно значимая работа — это результат трех ингредиентов, отмечает Джуди Данг, инструктор по продуктивности и коуч в Avid at Work из Сан-Франциско. Эти три компонента:

Контроль над работой. «Компании могут способствовать осмысленному опыту работы, создавая культуру, в которой каждый чувствует себя вправе внести важный вклад», — говорит Данг. «Пока сотрудники добиваются результатов, позвольте им определять, как они это делают», — говорит она.«Инженеры должны разговаривать с клиентами и отвечать на звонки в службу поддержки. Менеджеры могут обмениваться вакансиями с рядовым сотрудником в течение недели. Каждый должен занять очередь у стойки регистрации в течение одного дня».

Получение полезных отзывов. «Компании должны избегать обратной связи в частном порядке и избегать наград типа« работник месяца », — говорит Данг. «Это подрывает мотивацию. Когда работа значима, мы делаем ее ради внутреннего вознаграждения, а не ради глупого сертификата. Мы взрослые, а не домашние животные.«И менеджеры могут вознаграждать не только сотрудников, которые достигли цели, но и тех, кто пробовал что-то новое и не добился успеха». Это дает разрешение на инновации без давления, чтобы всегда делать все правильно », — добавляет она. работа служит высшей цели. «Например, моя первая работа после колледжа была в жилищной некоммерческой организации в Сан-Франциско, — говорит Данг. — Я каждый день видел результаты своего вклада в искоренение бездомности. Я занимал должность администратора и не взаимодействовал напрямую с клиентами, но чувствовал, что делаю свою часть работы, чтобы служить высшей цели.»


Если бы больше работы было больше значительных людей, было бы


Источник: Servicenow.

Внесение значимой работы в реальный мир

Компании, желающие инициировать значимые рабочие кампании, могут предпринять несколько шагов, чтобы создать полезный опыт работы для сотрудников:

Обеспечьте сильное сочетание преимуществ. Хотя льготы и преимущества велики, компаниям необходимо сочетать их с дальновидным планом.«Наша команда поддерживает индивидуальные планы роста и трудную работу, и компания должна продемонстрировать лидерство в этом отношении», — говорит Брайан Самсон, президент True North, компании, занимающейся финансовыми технологиями, из Сан-Франциско. «Но льготы тоже выделяются. Мы еженедельно устраиваем барбекю в офисе и предоставляем каждому члену команды по 1000 долларов в год в качестве отпуска».

Расширение возможностей роста. Помощь сотрудникам в развитии их образования и карьеры — еще один важный фактор в обеспечении значимой работы.«Долгосрочное счастье сотрудников создается возможностями роста», — говорит Самсон. «Ежегодной стипендии на образование для нас недостаточно. Мы также предлагаем углубленное карьерное наставничество. Это позволяет нам получить исчерпывающее представление о карьерных целях, поэтому мы можем создавать индивидуальные планы обучения и способствовать продвижению вверх».


Сотрудники говорят мусор о повседневной офисной работе — там, где они тратят 40% своего времени

Источник: Servicenow.

«Мы осознаем важность профессионального развития», — говорит Ньютон из TeleTracking.«Мы инвестируем в каждого сотрудника как в отдельную личность и понимаем, что каждая карьера индивидуальна. Мы знаем, что наши сотрудники хотят расширять свои навыки и узнавать вещи, которые сделают их успешными в карьере».

Поощряйте здоровый баланс между работой и личной жизнью. «Когда вы работаете удаленно, трудно отделить рабочую жизнь от семейной, поэтому мы рекомендуем нашим сотрудникам отключать столько времени, сколько необходимо, предлагая неограниченные дни отпуска», — говорит Самсон. «Отойдя от компьютера и расслабившись, сотрудники смогут зарядиться энергией, повысить их продуктивность и, что более важно, сделать их счастливыми.

Приглашайте сотрудников к значимым изменениям. Значимая работа также может быть платформой на рабочем месте, которая способствует построению лучшего мира, где сотрудники гордо вносят изменения.

«Речь идет о том, чтобы добиться положительных результатов в результате вашей работы либо прямо или косвенно «, — говорит Клэр Бархэм, руководитель группы маркетинговых коммуникаций в N2 Publishing в Нью-Берне, Северная Каролина. Например, Бархам ссылается на свою работу в отделе маркетинга как на способ поделиться историей своей компании с другими людьми, которые могут хорошо подойти. вести собственное издание.

Кроме того, «поскольку я способствую успеху своей компании и поскольку N2 направляет 2 процента годового дохода некоммерческим организациям, которые борются с торговлей людьми, я косвенно помогаю спасти жизни тысяч жертв торговли людьми по всему миру», — говорит она. . «Оба направления воздействия работают вместе, чтобы придать смысл моей работе».

Сделайте конструктивную работу круглогодичной. «Поощрение осмысленной культуры работы начинается с привлечения в вашу команду людей, которые верят в то, что отстаивает компания, а также в продукты и услуги, которые вы предоставляете другим», — говорит Бархам.«Влияние вашей компании на мир не следует просто упоминать один раз на ежегодной праздничной вечеринке. Это следует обсуждать по-разному, много раз в течение года».

Поддерживайте интересы вне рабочего места. Хотя организация должна верить в то, что ее работа имеет смысл, и строить эту веру в опыте сотрудников, также важно осознавать, что у сотрудников есть другие интересы вне компании. «За пределами офиса могут быть причины, которыми увлечены сотрудники, — говорит Ньютон.«Осознайте это, инвестируйте в интересы своих сотрудников и поддерживайте их».

В TeleTracking, по словам Ньютона, отдача — одно из основных убеждений компании. «Мы предлагаем сотрудникам волонтерское время в организации по их выбору», — говорит он.

Следите за выгоранием. Значимая работа может иметь и обратную сторону, говорит Сильвия Мелена, автор книги Поддерживающая подотчетность: как вдохновлять людей и повышать производительность (Melena Consulting Group, 2018). «Значимая работа — такой мощный мотиватор, что он может побуждать людей работать сверх разумных возможностей», — говорит она.«Когда люди чувствуют, что они являются частью чего-то значительного и вынуждены работать с максимальной эффективностью, они могут усилить свои усилия, чтобы компенсировать организационные недостатки, такие как неукомплектованность персоналом, нехватка ресурсов, неэффективность и тому подобное».

Работа сверх допустимой нагрузки, однако, неустойчива в долгосрочной перспективе и вредит здоровью и благополучию сотрудников. «Это повлияет на выгорание сотрудников, стресс и текучесть кадров», — говорит Мелена.


Обычная работа заставляет людей чувствовать


Источник: Servicenow.

Сочетание «работы» с «миссией»

Выводы о содержательной работе? Для Ньютона все дело в том, что работа сотрудников — это также их миссия.

«Вы должны относиться к своим сотрудникам как к людям и поддерживать их индивидуальные интересы», — говорит он. «Если вы сделаете это, вы создадите значимую культуру работы. Это также укрепит лояльность организации, что увеличит мотивацию. Сотрудники будут рады приходить на работу каждый день, и они будут вкладываться в организацию.»

Связанное содержимое

Перспектива генерального директора

Брайан О’Коннелл — внештатный писатель из округа Бакс, штат Пенсильвания.

Написать ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.