Психастеник тип личности – Психастенический тип. Психология и психоанализ характера

Содержание

Психастенический тип. Психология и психоанализ характера

Психастенический тип

Этот тип, так же как и астено-невротический, относится к области тесного соприкосновения психопатий и неврозов. Психастеническая личность особенно расположена к развитию обсессивного невроза («невроз навязчивых состояний»).

Психастенические проявления в детстве незначительны и ограничиваются робостью, пугливостью, моторной неловкостью, склонностью к рассуждательству и ранними «интеллектуальными интересами». Иногда уже в детском возрасте обнаруживаются навязчивые явления, особенно фобии — боязнь незнакомых людей и новых предметов, темноты, боязнь оказаться за запертой дверью и т.п. Реже можно наблюдать появление навязчивых действий, невротических тиков и т.п.

Критическим периодом, когда психастенический характер развертывается почти во всей своей полноте, являются первые классы школы. В эти годы безмятежное детство сменяется первыми требованиями к чувству ответственности. Подобные требования представляют один из самых чувствительных ударов для психастенического характера. Воспитание в условиях «повышенной ответственности», когда родители возлагают недетские заботы по надзору и уходу за младшими или беспомощными стариками, положение старшего среди детей в трудных материальных и бытовых условиях способствует становлению психастении. В прошлые годы, возможно, все это было важнейшими факторами. В наше время материального благополучия пришлось столкнуться с иной формой «повышенной ответственности». Родители лелеют слишком большие надежды на успехи ребенка, требуя только отличной учебы или заметных достижений в занятиях музыкой или языками, или отдавая дань какой-либо очередной моде, вроде фигурного катания на коньках. Склонный к психастении ребенок не остается безучастным к родительским надеждам, чутко воспринимает эти высокие экспектации и страшится их не оправдать, дабы не потерять всей полноты родительского внимания и любви.

По сравнению с другими типами психопатий резких обострений психастении в пубертатном периоде обычно не бывает. Психастенические черты в этот период могут даже несколько сглаживаться. Однако чаще все же выступает склонность к рассуждательству, мудрствованию, чрезмерному самоанализу, но все это обычно не приводит к социальной дизадаптации. Декомпенсации могут наступать опять же в моменты высоких требований к чувству ответственности, например во время экзаменов. Наибольшего расцвета психастения достигает в возрасте 20-40 лет, с началом инволюции ее проявления опять ослабевают.

Главными чертами психастенического типа в подростковом возрасте являются нерешительность и склонность к рассуждательству, тревожная мнительность и любовь к самоанализу и, наконец, легкость образования обсессий — навязчивых страхов, опасений, действий, ритуалов, мыслей, представлений.

Тревожная мнительность психастенического подростка отличается от сходных черт астено-невротического и сенситивного типов. Если астено-невротическому типу присущи страх за свое здоровье (ипохондрическая направленность мнительности и тревоги), а для сенситивного типа свойственных беспокойство по поводу отношения, возможных насмешек, пересудов, неблагоприятного мнения о себе окружающих (релативная направленность мнительности и тревоги), то опасения психастеника целиком адресуются к возможному, даже к маловероятному в будущем (футуристическая направленность). Как бы чего не случилось ужасного и непоправимого, как бы не произошло какого-либо непредвиденного несчастья с ними самими, а еще страшнее с теми близкими, которым они обнаруживают патологическую привязанность. Опасности реальные и невзгоды уже случившиеся пугают куда меньше. У подростков особенно характерной бывает тревога за мать — как бы она не заболела и не умерла, хотя ее здоровье никому не внушает никаких опасений, как бы не попала в катастрофу, не погибла бы под транспортом. Если мать опаздывает с работы, где-то без предупреждения задержалась, психастенический подросток не находит себе места.

Защитой от постоянной тревоги за будущее становятся специально выдуманные приметы и ритуалы. Если, на пример, шагая в школу, обходить все люки, не наступая на их крышки, то не провалишься на экзаменах, если не дотрагиваться до ручек двери, то не заразишься и не заболеешь, если при всякой вспышке страха за мать произносить про себя самим придуманное заклинание, то с ней ничего не случится и т.п. Другой защитой становится специально выработанный педантизм и формализм. Осознанно или подсознательно психастенический подросток исходит здесь из постулата, что если все заранее предусмотреть и поступать в точном соответствии с заранее намеченным решением, то ничего плохого не случится. Педантизм психастеника отличается от такового у эпилептоида. За педантизмом последнего всегда стоят себялюбие, заботы о собственных интересах и благополучии; педантизм психастеника более надуман и формалистичен.

Нерешительность и рассуждательство у психастенического подростка идут рука об руку. Такие подростки бывают сильны на словах, но не в действиях. Всякий самостоятельный выбор, как бы малозначим он не был — например, какой фильм пойти посмотреть в воскресенье — может стать предметом долгих и мучительных колебаний. Однако уже принятое решение должно быть немедленно исполнено. Ждать психастеники не умеют, проявляя удивительное нетерпение. У психастенических подростков нередко приходится видеть реакцию гиперкомпенсации в отношении своей нерешительности и склонности к сомнениям. Эта реакция проявляется у них самоуверенными и безапелляционными суждениями, утрированной решительностью и скоропалительностью действий в моменты, когда требуется неторопливая осмотрительность и осторожность. Постигающие вследствие этого неудачи еще более усиливают нерешительность и сомнения.

Склонность к самоанализу более всего распространяется на размышления по поводу мотивов своих поступков и действий, проявляется в компании в своих ощущениях и переживаниях.

Физическое развитие психастеников обычно оставляет желать лучшего. Спорт, как и все ручные навыки, дается им плохо. Обычно у психастенических подростков особенно слабы и неловки руки при более сильных ногах. Поэтому привлечение к спорту лучше начинать с бега, прыжков, лыж и т.п., что такому подростку облегчает возможность утвердиться.

Специфически-подростковые поведенческие реакции у психастеников выражены слабо или своеобразно. Вместо реакции эмансипации нередко приходится видеть патологическую привязанность к кому-либо из членов семьи, у мальчиков — чаще к матери. Возможно эта привязанность питается несамостоятельностью и нерешительностью. Тяга к сверстникам проявляется в робких формах — места в подростковой группе им обычно не находится, если только не посчастливится попасть в компанию юных интеллектуалов. Психастенические увлечения, как правило, относятся к области интеллектуально-эстетических хобби. Даже коллекционирование более питается этими потребностями, чем страстью накопительства («Я собираю марки, чтобы изучать географию» — заявил 12-летний психастеник).

Сексуальное развитие обычно опережает общее физическое. Нередко наблюдается интенсивный онанизм, который становится источником самоугрызений и символических запретов. Может обнаруживаться также склонность к гомосексуализму.

Все описанные формы проявления подростковых нарушений поведения не свойственны психастеникам. Ни делинквентность, ни побеги из дому, ни алкоголь, ни наркотики, ни даже суицидальное поведение в трудных ситуациях нами не встречались. Их место, видимо, полностью вытеснили навязчивости, мудрствование и самоанализ.

Самооценка, несмотря на склонность к самоанализу, далеко не всегда бывает правильной. Часто выступает тенденция находить у себя самые разнообразные черты характера, включая совершенно несвойственные (например, истероидные).

В зависимости от того, как выражены психастенические явления и насколько они нарушают социальную адаптацию подростка, следует говорить о психастенической психопатии или акцентуации характера.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

psy.wikireading.ru

Психастенический тип — Психологос

Коротко

Психастенический тип определяет склонность к самоанализу и рефлексии. Психастеники часто колеблются при принятии решений и не переносят высоких требований и груза ответственности за себя и других. Такие субъекты демонстрируют аккуратность и рассудительность, характерной чертой для них является самокритичность и надёжность. У них обычно ровное настроение без резких перемен. В сексе они зачастую опасаются совершить ошибку, но в целом их половая жизнь проходит без особенностей.

Подробное описание по А.Е. Личко

Фрагмент из книги «Психопатии и акцентуации характера у подростка»

​Этот тип, так же как астеноневротический, относится к области тесного соприкосновения психопатий и неврозов. Психастеническая личность особенно расположена к развитию того варианта невроза навязчивых состояний, который у подростков обозначен как обсессивно-фобический [Личко А. Е. 1979; Шевченко Ю. С., 1979]. Вслед за тем, как P. Janet (1903) описал психастению, большинство наиболее известных ее исследователей стали рассматривать ее не как невроз, а как аномалию характера.

Психастенические проявления в детстве незначительны и ограничиваются робостью, пугливостью, моторной неловкостью, склонностью к рассуждательству и ранними «интеллектуальными интересами». Иногда уже в детском возрасте обнаруживаются навязчивости, особенно фобии — боязнь незнакомых людей и новых предметов, темноты, боязнь остаться за запертой дверью и т. д. Реже можно наблюдать навязчивые действия, невротические тики.

Критическим периодом, когда психастенический характер развертывается почти во всей полноте, являются первые классы школы. В эти годы безмятежное детство сменяется первыми заботами — первыми требованиями к чувству ответственности. Подобные требования представляют один из самых чувствительных ударов для психастенического характера. В минувшее время, возможно, важнейшим фактором, способствующим становлению психастении, было воспитание в условиях «повышенной ответственности», когда в силу трудных условий жизни родители возлагали недетские заботы по надзору и уходу за малышами или беспомощными членами семьи, когда в тяжелых материальных и бытовых условиях подростку и даже еще ребенку приходилось оказываться в положении старшего среди братьев и сестер [Сухарева Г. Е., 1959].

В нашу эпоху материального благополучия пришлось столкнуться с иной формой воспитания в условиях «повышенной ответственности». Родители лелеют слишком большие надежды на успехи своего чада, требуя только отличной учебы или заметных достижений в какой-либо престижной для них области — в занятиях музыкой или языками, или отдавая дань какой-либо очередной моде вроде фигурного катании на коньках. Склонный к психастении ребенок не остается безучастным к родительским надеждам, чутко воспринимает эти высокие экспектации и страшится их не оправдать, дабы не потерять всей полноты родительского внимания и любви.

По сравнению с другими типами психопатий в пубертатном периоде резких обострений психастении обычно не бывает. Однообразно регламентированная школьная жизнь, отсутствие необходимости самостоятельно принимать важные решения, ставшие уже привычными и легко выполнимыми нагрузки на чувство ответственности (выучить уроки, выполнить данные поручения и т. п.) благоприятствуют удовлетворительной адаптации даже при выраженных психастенических чертах. Декомпенсации могут выступать опять же в моменты особенно высоких требований к чувству ответственности, например во время экзаменов. Известно, что наибольшего расцвета психастения достигает в возрасте 20—40 лет, с началом инволюции ее проявления опять слабеют.

Главными чертами психастенического типа характера в подростковом возрасте являются нерешительность и склонность к рассуждательству, тревожная мнительность и любовь к самоанализу и, наконец, легкость возникновения обсессий — навязчивых страхов, опасений, действий, ритуалов, мыслей, представлений.

Тревожная мнительность психастенического подростка отличается от сходной черты астеноневротического и сенситивного типов. Если астеноневротическому типу присущим бывает опасение за свое здоровье (ипохондрическая направленность мнительности и тревоги), а сенситивному типу свойственно беспокойство по поводу отношения окружающих, возможных насмешек, пересудов, неблагоприятного мнения о себе (релятивная направленность мнительности и тревоги), то страхи и опасения психастеника целиком адресуются к возможному, хотя и маловероятному в его будущем (футуристическая направленность мнительности и тревоги): как бы чего не случилось ужасного и непоправимого, как бы не произошло какого-либо непредвиденного несчастья с ними самими, а еще страшнее — с теми близкими, к которым они обнаруживают страстную, порою патологическую привязанность. Опасности реальные и невзгоды уже случившиеся пугают куда меньше. У подростков особенно ярко выступает тревога за мать — как бы она не заболела и не умерла, хотя ее здоровье не внушает никому опасений, как бы не погибла под транспортом, не попала в катастрофу. Если мать опаздывает с работы, где-то без предупреждения задержалась, такой подросток не находит себе места.

Психологической защитой от постоянной тревоги за будущее становятся специально придуманные приметы и ритуалы. Если, например, шагая в школу, обходить ЕСС люки, не наступая на их крышки, то «не провалишься», отвечая уроки, на экзаменах и т. п.; если не дотрагиваться до ручек дверей, то не заразишься и не заболеешь; если при всякой вспышке страха за мать произносить про себя самим выдуманное заклинание, то с нею ничего плохого не случится.

Другой формой защиты бывают особо выработанный формализм и педантизм. Осознанно или подсознательно, не отдавая себе отчета, психастенический подросток исходит здесь из постулата, что если все заранее предусмотреть и действовать в точном соответствии с намеченным планом, то ничего неожиданного и плохого случиться не должно. Педантизм психастеника отличается от такового при эпилептоидном типе. За педантизмом эпилептоида всегда стоят себялюбие, забота о собственных интересах и благополучии, понуждение окружающих к соблюдению в мелочах выгодного для него порядка. Педантизм психастеника надуман и формалистичен, никаких «земных» выгод ему не сулит.

Нерешительность в действиях и рассуждательство у психастенического подростка идут рука об руку. Такие подростки бывают сильны на словах, но не в поступках. Всякий самостоятельный выбор, как бы малозначим он ни был (например, какой фильм пойти посмотреть в воскресенье), может стать предметом долгих и мучительных колебаний. Однако уже принятое решение должно быть немедленно исполнено. Ждать психастеники не умеют, проявляя здесь удивительное нетерпение.

У психастенических подростков приходится видеть реакцию гиперкомпенсации в отношении своей нерешительности и склонности к сомнениям и колебаниям. Эта реакция проявляется у них неожиданными самоуверенными и безапелляционными суждениями, утрированной решительностью и скоропалительностью действий в моменты и в обстоятельствах, когда требуются именно неторопливая осмотрительность и осторожность. Постигающие вследствие этого неудачи еще более усиливают нерешительность и сомнения.

Склонность к самоанализу более всего распространяется на размышления по поводу мотивов своих поступков и действий, проявляется в копании в своих переживаниях И ощущениях.

Физическое развитие психастеников обычно оставляет желать лучшего. Спорт и все ручные навыки даются им плохо. Обычно у психастенических подростков особенно слабы и неловки руки при более сильных ногах. Поэтому в спортивных занятиях им легче даются бег, прыжки, ходьба на лыжах, езда на велосипеде. Элементарные ручные навыки (даже ровно вбить гвоздь или очинить карандаш) иногда бывают камнем преткновения.

Подростковые поведенческие реакции при психастеническом типе характера бывают выражены слабо и своеобразно. Вместо реакции эмансипации нередко приходится видеть патологическую привязанность к кому-либо из членов семьи — у мальчиков чаще к матери. Возможно, эта привязанность питается нерешительностью и тоже служит психологической защитой. Тяга к сверстникам проявляется в робких формах — места в подростковой группе им обычно не находится, если только не посчастливится попасть в компанию юных интеллектуалов. Увлечения, как правило, относятся к области интеллектуально-эстетических хобби. Даже собирание коллекции у подростков этого типа более питается этими потребностями, чем страстью накопительства («Я собираю марки разных стран, чтобы изучить географию»,— заявил 12-летний мальчик с психастеническим типом характера).

Сексуальное развитие обычно опережает общее физическое. Нередко наблюдается интенсивный онанизм, который становится источником самоугрызений и символических запретов. Может обнаружиться также склонность к транзиторному подростковому гомосексуализму.

Все описанные формы нарушений поведения (подростковая делинквентность, ранняя алкоголизация и т. д.) психастеникам несвойственны. Даже суицидального поведения в трудных ситуациях нам встречать не приходилось. Место этих нарушений, видимо, полностью вытесняют навязчивости, мудрствование и самокопание.

Самооценка, несмотря, казалось бы, на склонность к самоанализу, далеко не всегда бывает правильной. Часто выступает тенденция находить у себя самые разнообразные черты характера, включая диаметрально противоположные (например, истероидные).

Юрий Ч., 15 лет. Из хорошей, дружной семьи Мать склонна к чрезмерной опеке сына. С детства отличался пугливостью. В возрасте полутора лет, после того, как испугался включенного пылесоса, появилось заикание. Посещал специализированный детский сад для детей с нарушениями речи — к 6 годам заикание полностью исчезло. Был застенчив, играть любил с девочками В 7 лет — легкая черепно-мозговая травма без последствий В школе учился хорошо, старательно, но был робок, нерешителен. Постоянно тревожился за мать, отца, старшую сестру — как бы с ними чего-нибудь не случилось плохого Если мать опаздывала с работы — бежал из дому ее встречать.

С 12 лет появились первые навязчивости. После того как тайком от старших прочитал брошюру о венерических болезнях, стал бояться заразиться ими — начал часто мыть руки. С того же возраста — онанизм Сперва подолгу мыл руки после мастурбации, затем — всякий раз, когда появлялись «плохие мысли» или чтобы «избавиться от неприятностей:». С 14 лет перед окончанием восьмилетней школы появилась масса других навязчивостей. Перед уходом в школу выполнял ряд ритуалов — чтобы не получить неудовлетворительной отметки, чтобы не случилось ничего плохого. Одевался в строго определенной последовательности, несколько раз дотрагивался до выключателя, шел в школу по строго определенному маршруту. Считал «счастливой» цифру три — символ удовлетворительной отметки, а также символ троих самых дорогих ему людей — матери, отца и старшей сестры Появилась страсть к самоанализу — подолгу раздумывал о мотивах своих поступков, желаний и т. п. За онанизм подвергал себя «наказаниям» — не смотрел интересующую его передачу по телевизору.

Тяготился придуманными им ритуалами, но избавиться от них не мог — их исполнение, по его словам, давало «разрядку внутреннего напряжения». Никогда не выполнял ритуалов при посторонних или старался замаскировать их под необходимые или случайные действия. Например, будучи госпитализирован в соматическую больницу, вместо того, чтобы часто мыть руки, только дотрагивался до мыла или водопроводного крана.

Учился хорошо. Общался с товарищами, но близкого друга найти не мог. Был влюблен в одноклассницу, но старался никак не показать свои чувства. Иногда даже нарочито пренебрегал общением с нею. Увлекался чтением классической литературы, любил слушать классическую музыку.

В 15 лет сам попросил мать отвести его к психиатру, чтобы избавиться от мучивших его навязчивостей и от онанизма. После рациональной психотерапии и лечения меллерилом навязчивости значительно ослабли — по словам больного, «их стало легко маскировать от посторонних».

При неврологическом, соматическом и электроэнцефалографическом обследовании — без отклонений.

Обследование с помощью ПДО. По шкале объективной оценки диагностирован смешанный — психастенический и сенситивный — тип. Признаков, указывающих на возможность психопатии, не отмечено. Конформность умеренная, реакция эмансипации слабая. Имеется высокая откровенность в выборе ответов, что свойственно психастеническому типу. Склонности к делинквентности не обнаружено. Отмечено выраженное отрицательное отношение к алкоголизации. По шкале субъективной оценки самооценка недостаточная: черт никакого типа не выделилось. Однако достоверно отвергает черты типов меланхолического (что часто встречается у здоровых подростков), неустойчивого (что наиболее присуще психастеническим подросткам) и гипертимного (склонность к субдепрессивным состояниям).

Диагноз. Обсессивно-фобический невроз на фоне психастенической акцентуации характера.

Катамнез через 2 года. Успешно окончил 10 классов школы, хотел поступать в вуз. Однако перед конкурсными экзаменами навязчивости усилились настолько, что мешали к ним готовиться. Часами выполнял различные ритуалы. После психотерапии и лечения элениумом принял решение отказаться от попытки поступления — навязчивости почти прекратились. Поступил на работу и на подготовительное отделение в институт.

При психастенической психопатии в отличие от акцентуации того же типа имеются постоянные, хотя и колеблющиеся по интенсивности, обсессии и фобии. Навязчивости и чрезвычайная нерешительность нарушают трудоспособность, крайне затрудняют общение и семейную адаптацию. Утрированными оказываются и гиперкомпенсаторные механизмы — нетерпеливость при уже принятом решении, неожиданная и ненужная безапелляционность, доходящий до карикатуры педантизм.

В тяжелых случаях нередко возникает необходимость дифференцировать эту психопатию с обсессивно-фобическим синдромом при неврозоподобной вялотекущей шизофрении (см. гл. VII).

Психастеническая психопатия является чаще всего конституциональной аномалией характера. Возможно, однако, и психопатическое развитие на основе акцентуации того же типа при неправильном воспитании (условия повышенной моральной ответственности, доминирующая гиперпротекция).

Первая из них сказывается еще у подростка, а при доминирующей гиперпротекции несостоятельность чаще проявляется при вступлении в самостоятельную жизнь.

www.psychologos.ru

Психастенический тип личности — расстройства на его фоне: ананкастное, тревожное

Психастенический тип личности относится к одному из видов акцентуаций характера А.Е. Личко. В детстве такие дети часто пугливые, неуверенные в себе. Склонны к самоанализу. Любят все рационализировать.

Акцентуации характера – это обострившиеся черты характера, образующие единую некую систему личностных особенностей. Человек часто проявляет их уже в детстве, но особенно эти черты проступают обычно в подростковом возрасте. Иногда с возрастом акцентуация «сглаживается», становится неявно выраженной. Исчезает ли она? Трудный вопрос. Но то, что в детстве или пубертате было критически важным для человека, с возрастом может утратить значимость и силу воздействия на личность. Порой одна акцентуация трансформируется в другую.

За годы развития психологии и психиатрии как науки было множество классификаций личностей. Одной из известных является классификация, предложенная российским ученым – А. Е. Личко. В частности, психастеническая личность рассматривается им как тип личности, предрасположенный к развитию неврозов, а именно обсессивно-фобических.

В современной классификации к психастении, как к расстройству личности приближены два вида: ананкастное и тревожное расстройство личности. На самом деле, все будет зависеть от специалиста, занимающегося конкретным случаем психастении. Как диагноз, в современном классификаторе она отсутствует. То, что называли раньше психопатией, а сейчас расстройством личности, остается с человеком на всю жизнь. Некоторые специалисты к психастении относят невроз (F 48.8) в рамках существующей систематизации.

Содержание статьи:

Характеристика психастенического типа личности (по А.Е. Личко)

Среди всех акцентуаций психастения в подростковом возрасте обычно не проявляется ярко. Зато примерно от 20 до 40 лет такие люди легко различимы. Так как психастеники склонны к проявлениям повышенной ответственности, то обучение в школе, в средних и старших классах помогает сглаживать их характерологические особенности. Но младшие классы становятся периодом частых стрессов. В первом классе жизненный устрой резко меняется, на ребенка накладывается тяжелая ответственность, с которой он не всегда может сразу успешно справиться, но стараться он будет изо всех сил. В некоторых источниках эмотивный психотип сравнивают с психастениками, но сам А.Е. Личко проводил параллель психастеника с педантичным типом акцентуации.

Именно в этот период психастенические черты проявляются ярко у детей – они тревожны, переживают из-за невыученных уроков, мнительны. Постепенно входят в ритм, усердно выполняются домашние задания, успешно осваивают учебные программы, показывая хорошие результаты. Школьный период улучшает их уровень социальной адаптации. Режим обучения их устраивает, важных решений принимать не приходится. Все уже распределено за них. Хорошо учишься – получаешь положительные оценки. Главное, следовать правилам.

Мнительность и неуверенность в себе – основные признаки

В период экзаменов, на первый план выступают явления декомпенсации. У личности, не справившейся с возникшими трудностями, выявляются нарушения – у психастеников в этот период проявляются фобии или навязчивости. В период стрессовых ситуаций им крайне необходима поддержка близких. Особенно, родителей или иных значимых взрослых.

Их тревожная мнительность достигает высоких значений. Они часто боятся неизвестно чего. Их страшит будущее. Но реализациях их представлений о чем-то страшном маловероятна. Они не боятся чего-то реально им угрожающего, их страхи надуманы. Но они способны «застревать» на этих страхах, которые трансформируются в фобии. Именно такие личности сильно переживают за мать или отца, которые не пришли вовремя с работы, поэтому они не отходят от окна, ожидая их прихода или звонят им через каждые 5 минут. Их страхи чаще всего ничем не обоснованы. Они боятся, что с близкими или с ними случится что-то страшное. Что именно? На этот вопрос психастеники не способны вразумительно ответить. То они боятся автокатастроф, потому что посмотрели новостной блок и статистику ДТП, то вдруг начинают всерьез опасаться за здоровье своей матери, хотя ничто к этому не предрасполагает.

Страхи – мнимые и действительные как постоянный источник внутреннего напряжения

Из-за постоянных или частых страхов за свое будущее и будущее близких, они придумывают ритуальные действия, которые помогают им справиться со страхами и возникающим напряжением. Такие люди склонны к странным, только им понятным ритуалам. Чтобы успешно сдать экзамен, например, они придумают себе особый маршрут до учебного заведения или условие – не наступать на камни, например. Или дотронуться три раза до выключателя в ванной, например. Их ритуалы выглядят странно в глазах окружающих. Они это знают, поэтому усиленно это скрывают. Но отказаться от этих действий не могут.

Например, в монографии А.Е. Личко был описан один подросток, боящийся заразиться венерического заболеваниями. Он узнал об их распространении по телевидению, в связи с этим стал бесконечное количество раз мыть руки с мылом, стремясь избавиться даже от малейшей вероятности заболевания. Эти действия потом приобрели характер настоящей патологии навязчивости. Попав в клинику, он стремился скрыть свои особенности от окружающих, но не делать их не мог, поэтому несколько раз на дню дотрагивался до крана с водой или мыла.

Отличная учеба как способ справиться с напряжением

Они часто отлично учатся, интеллект выше среднего. Даже увлечения склонны выбирать интеллектуально-эстетические. Например, если собирают марки, то делают это с целью изучения чего-то – географии, животных, растений и т.д., в зависимости от тематики. Страсть именно к собирательству у них при этом отсутствует.

Подростки и дети, у которых психастенический тип личности, со сверстниками общаются нормально, но им трудно заводить близких друзей. У них часто наблюдаются навязчивые страхи. Перед принятием любого решения, даже незначительного, долго сомневаются. Но бывают удивительно нетерпеливыми, если уже приняли решение, стремятся как можно быстрее осуществить желаемое. Обнаруживается некоторая противоречивость – при принятии важных решений, где нужно как следует подумать, наоборот, проявляют поспешность. А чтобы решить, какой фильм посмотреть или какое платье выбрать к празднику будут долго сомневаться.

Ответственность и педантизм – так им проще жить

Раньше, именно такие подростки ухаживали за младшими детьми в семье. Родителям было очень легко поручить им это. Впоследствии, когда в семьях стало рождаться уже меньше детей, да и особенности воспитания поменялись, такие дети стали объектом завышенных ожиданий родителей. Психастеники, чтобы не потерять любовь и расположение близких изо всех сил стараются «не ударить в грязь лицом», хотят соответствовать самым высоким ожиданиям родителей, чаще всего в учебе. Любят заниматься «самокопанием», рассуждать о глобальных проблемах человечества.

Вообще часто в неудачах обвиняют именно себя, а не других. Они вяло радуются даже своим успехам. Справедливо относятся к другим, не склонны к агрессии и обвинительству. Не будут с «пеной у рта» доказывать свою правоту, даже если это очевидно. Плохо переносят ситуации соперничества. Не стремятся к лидерству. Но сами хотят быть «правильными» во всем. Любят заведенный порядок, плохо переносят перемены. Склонны к педантизму, но только лишь потому, что им трудно привыкать к новому. Им легче поддерживать порядок, чем по новой все обустраивать.

Если говорить о спорте, то здесь уже сложнее. Подростки с психастенической акцентуацией чаще всего неловки в движениях, у них слабые руки, но зато сильные ноги, они успешны в беге, прыжках. В занятиях, требующих отличного развития мелкой моторики, они не показывают высоких результатов. Они не склонны к деликвентному поведению, у них редко бывает алкоголизация или наркотизация. Они не проявляются также и суицидальных намерений.

Психастеническая акцентуация характера является крайним вариантом нормы. Но существует также психопатия или расстройство личности по психастеническом типу. Здесь уже говорится о более глубоком изменении личности. Мешающем нормальной адаптации личности к окружающему миру.

Психастеническая психопатия или ананкастное расстройство личности

Когда психастенический или ананкастный тип характера приобретает патологические черты, то имеется ввиду уже расстройство личности, окончательно излечить его сложно, код по МКБ 10 F 60.5. В центре расстройства – мнительность и постоянный страх за себя, свою безопасность, постоянная неуверенность в себе. Ананкасты малообщительны, но не из-за нежелания общаться, а из-за своей природной стеснительности. Им трудно первыми вступать в разговор. Они постоянно о чем-то тревожатся.

Все их переживания направлены внутрь себя, они больше интроверты. Берясь за дело, они заранее настроены на неудачу, хотя в силу высокого интеллекта и повышенного чувства ответственности как раз они выполняют поручения тщательно, а результат работы обычно выше среднего.

Их страхи становятся настоящими фобиями, их мнительность сильно мешает им нормально жить, они тревожатся из-за любой мелочи. Трудно решаются на что-то.

Это расстройство личности разными авторами называлось также по-разному – Э.Кречмер характеризовал таких людей сенситивными, П. Ганнушкин психастеническими, К. Шнейдер ананкастными.

Это щепетильные и ужасающе педантичные люди. Они абсолютно все делают правильно и ни на йоту не отступают от своего стиля поведения и своих правил. У них все размерено, у каждой вещи свое место. Педантизм сильно утрирован. Это они следуют каждой предложенной инструкции. Кажутся при этом эмоционально закрытыми. Они не проявляют открыто чувств. Их стремление к чистоте и порядку носит болезненный характер. Ананкастический тип личности – классический пример домашних тиранов в стремлении командовать и делать все только по им нужному укладу.

Они не любят неожиданностей ни в чем, да собственно и не умеют адаптироваться к ним должным образом, трудно привыкают к новому и усиленно сопротивляются изменениям. Именно у них нередко развивается обсессивно-компульсивное расстройство, которое уже невозможно вылечить окончательно, так как у него хронический характер. Часто диагностируются навязчивые состояния. На фоне повышенной тревожности у них нередко развивается бессонница. Внезапные изменения приводят их в состояние паники.

Психастеническая психопатия или тревожное (уклоняющееся) расстройство личности

Наблюдаем личность, глубоко неуверенную в себе. Это тихие и впечатлительные люди. Внушают доверие и производят впечатление милых и застенчивых. Они не агрессивны, редко спорят, не склонны отстаивать свою точку зрения, даже если заведомо правы. В детстве у них нередки страхи темноты, одиночества, высоты. Они избегают контактов с людьми в силу робости и боязни насмешки. В литературе типичным психастеником является Пьер Безухов.

Они стремятся все делать правильно, потому что постоянно чего-то боятся. Их педантизм дает им иллюзию защиты от плохого в будущем. Они патологически совестливы, постоянно сверяя свое поведение со всеми мыслимыми и немыслимыми правилами. Но в состоянии опасности они проявляют истинное бесстрашие, диктуемое глубоким отчаянием и безысходностью. Такие люди всегда доброжелательны, умеют сопереживать и искренне сочувствовать. В этом они напоминают эмотивный психотип личности. Они с трудом способны брать на себя ответственность за какие-либо решения. Если у них обнаруживается малейшая проблема в здоровье, то делают из этого сразу огромную проблему. Они действительно трудолюбивы, нацелены на результат. Но постоянно недовольны собой. Часты вегетативные проявления в виде учащенного сердцебиения, покраснение лица и т.д. Наблюдается дереализация, когда человек не понимает, что реально, а что вымысел.

Диагностика, лечение и прогнозы

Психастению диагностируют при помощи беседы, наблюдения и тестирования. Хотя результаты тестирования нельзя считать основополагающими для дифференциации акцентуации или психопатии. Диагностика трудна и многоэтапна. Она включает консультации психиатра, психолога, экспериментально-психологические методы, возможно привлечение других специалистов – терапевта, невролога. Среди тестов используют личностные опросники MMPI, Shmishek, Айзенка и проч.

В целом прогнозы довольно благоприятные. Как лечить? При помощи психотерапии в основном, медикаменты играют подчиненную роль, хотя иногда жизненно необходимы. Такие люди готовы сотрудничать с терапевтом, хотя иногда проявляют упрямство, злословят в адрес психотерапевта. Основной задачей становится установление контакта. Если проводится терапия с подростком, то лучше сначала получить основные сведения от матери, она обычно может больше сообщить об особенностях характера подростка. С родителями лучше беседовать порознь. От родителей получают сведения также об особенностях воспитания, об уровне развития ребенка, его способностях, увлечениях, манере общения. О его друзьях, особенностях протекания раннего детства и т.д.

При терапии в первую очередь пациенты избавляются от стремления все делать правильно, вместе с этим уходит напряжение. Неуверенность в себе порождается низкой самооценкой, с этим также необходимо работать. Терапия будет эффективной только при отсутствии внутреннего сопротивления пациента. Когда есть готовность к изменению себя.

opsihoze.ru

Психастенический тип. Характеры и роли

Психастенический тип

…Иа остановился и посмотрел в воду.

Я так и думал, вздохнул он. С этой стороны ничуть не лучше. Но всем наплевать. Никому нет дела. Душераздирающее зрелище — вот как это называется.

«Винни–Пух и все, все, все» А.А. Милн.

Этот тип характера труден для понимания, он окружен конфликтами с окружающими людьми и часто отягощен выраженными невротическими изменениями.

В раннем детстве у ребенка отмечаются незначительные астенические проявления: робость, пугливость, некоторая нерешительность.

Однако нагрузка — физическая, психическая, перенесенные заболевания — не только усиливает эти черты, но и провоцирует появление страхов: страх темноты, страх высоты, страх выходить на балкон, страх переходить через мосты, страх перед животными. Возрастает страх новых людей и предметов, поэтому такого ребенка пугает необходимость знакомства с новыми людьми.

Могут появляться навязчивости: накручивание прядки волос, навязчивый счет, бесконечное повторение одной и той же операции. Реже наблюдаются невротические тики. При самой незначительной невротизации усиливается склонность к бессмысленному рассуждательству и нерешительность.

«…Ослик Иа стоял один–одинешенек в заросшем чертополохом уголке леса, широко расставив передние ноги и свесив голову набок, и думал о Серьезных Вещах. Иногда он грустно думал: «Почему?», а иногда: «По какой причине?», а иногда он думал даже так: «Какой же отсюда следует вывод?»

Психастеники чрезвычайно впечатлительны к событиям настоящего. Но еще в большей степени пугают их возможные события будущего. «А что, если…» Психастенический ребенок выдвигает какое–нибудь предложение и мучительно ищет на него ответ.

Пожалуй, одним из наиболее тяжелых периодов жизни психастеника является начальная школа. Для этого характера свойственно повышенное чувство долга, и школьные обязанности являются первым серьезным ударом.

Ситуация еще более углубляется, если родители возлагают на ребенка слишком большие ожидания. К школьной нагрузке добавляется еще и нагрузка в кружках, музыкальной школе, спортивных секциях. Ребенок в силу повышенного чувства долга и страха потерять родительскую любовь старается изо всех сил выполнить все самым лучшим образом. Постоянное напряжение изматывает его и неизбежно приводит к невротизации.

Подростки–психастеники выделяются среди сверстников нерешительностью, которая проявляется при любом выборе. Они истязают себя своей склонностью к рассуждательству, тревожной мнительностью, любовью к самоанализу. У них часто возникают навязчивости.

Их страхи «целиком адресуются к возможному, хотя и маловероятному в его будущем (футуристическая направленность мнительности и тревоги): как бы чего не случилось ужасного и непоправимого, как бы не произошло какого–либо непредвиденного несчастья с ними самими, а еще страшнее — с теми близкими, к которым они обнаруживают страстную, порой патологическую привязанность. Опасности реальные и невзгоды уже случившиеся пугают куда меныие»(2).

Чтобы снизить свою тревогу, психастеник пускает в ход различные специально придуманные приметы и ритуалы. Так, подросток считает, что « если по дороге в школу обходить все люки, то «не провалишься», отвечая у доски… Если при вспышке страха за мать, повторять про себя самим выдуманное заклинание, то с ней ничего плохого не случится» (2).

Сверстники не жалуют его теплым отношением. Ведь он педант и формалист, он избегает какого–либо риска, он хочет все заранее предусмотреть, все время боится, что случится что–то плохое.

Хотя он нерешительная мямля, он ни с того ни с сего может высказывать самоуверенные заявления и безапелляционные суждения. Его реакции гиперкомпенсации (утверждение себя в слабых сторонах натуры) всегда вызывают чувство удивления и раздражения у сверстников.

У взрослого психастеника сохраняется нерешительность, склонность к сомнениям и бессмысленному рассуждательству, самоедство, обостренная впечатлительность.

Однако эти черты могут оттесняться на задний план при восприятии психастеника окружающими, а на первый план властно выходят удивительные особенности его мышления. Высокий интеллектуальный потенциал, способность глубоко разрабатывать какую–нибудь научную идею, высочайшая требовательность к себе делают его незаменимым работником во многих областях.

На работе он ценный специалист, но, несмотря на это, психастеника часто не покидает сомнение в правильности сделанного. Из–за недоверия к себе он часто перепроверяет себя, и этот постоянный контроль может делать работу медленной и мучительной.

Психастеник не любит физический труд, очень неловок и с большим трудом привыкает к ручной работе.

Интеллектуальная деятельность — наука, литература и т.п. — является успешной, если она не содержит необходимости выбора, частого самостоятельного принятия решений.

Любой самостоятельный выбор может стать причиной долгих и мучительных колебаний. Так, у большинства психастеников принятие решения об эмиграции приводило к сильнейшим нервным истощениям.

Трудность выбора и самостоятельного принятия решения проявляется и в жизненно важных ситуациях, и при совершении покупки. Эта черта будет изводить самого психастеника и доставлять много хлопот его близким людям в течение всей жизни.

В эмоциональной жизни сохраняется робость, боязливость: «…Он отступает не только перед действительной опасностью, но и существующей только в его воображении; он боится не только того, чего следует опасаться, нет, он боится даже и того, чего он просто не знает; всякое новое, незнакомое дело, всякая инициатива является для него источником мучений»(2).

Психастеник боится нового, плохо переносит состояние неизвестности. Изменение ситуации, ломка жизненного стереотипа влечет за собой панику.

В его привычках проявляется высокий внутренний контроль и своеобразная психологическая защита в виде педантизма. Он аккуратен, чрезмерно привязан к порядку. Он стремится установить дома строго регламентированный образ жизни. И самое мелочное нарушение его привычек выводит его из равновесия и раздражает.

Необычайно тяжелы невротизированный психастеник в роли пожилого родителя, тещи, свекрови. Сужение сознания, «сжатие горизонта в точку» приводят к сильнейшему нарушению тестирования реальности. Он проявляет жесткую привязанность лишь к привычному, знакомому. Он не способен адаптироваться к любому из стремительных изменений мира, он цепляется за привычные мерки и стереотипы, проявляет нелюбовь, почти ненависть к любым изменениям, постоянно оглядывается назад: «А вот в наше время»…

Нетерпимость, отсутствие гибкости отталкивают от него окружающих и приводят к одиночеству. Состояние одиночества, соединенное с ощущением собственной беспомощности перед миром, приводит к повышенному требованию внимания от детей и внуков. Ослепленный невротическим эгоцентризмом, он не хочет понять всех жизненных проблем своих детей, бесконечно обижается и ворчит.

Присущее психастенику негативное восприятие мира усиливается по мере невротизации. При общении со взрослыми детьми и внуками он постоянно выявляет недостатки окружающих, обрушивает на близких поток негативизма. В силу реакции гиперкомпенсации он высказывает безапелляционные суждения о вещах, в которых ничего не понимает.

Если человек с тревогой или депрессией осознает свое нездоровье и обращается к помощи психотерапии, то невротизированный психастеник всегда считает себя здоровым, адекватным, правым в любом споре.

Он не осознает свою «слепоту» в тестировании реальности, и ему ничего невозможно доказать, его ни в чем нельзя убедить. Он по–прежнему отстаивает свою куцую картину мира, теряя при этом друзей, знакомых, мучая своих взрослых детей и утрачивая связь с поколением внуков.

Психастеник — человек пунктуальный, чистоплотный, чрезвычайно требовательный не только к себе, но и к другим. Он часто педант, формалист и, как считают другие, большой зануда. Психастеник предъявляет повышенные требования не только к себе, но и к окружающим, что приводит к постоянным конфликтам.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

psy.wikireading.ru

Психастенический тип. Самоучитель по психологии

Психастенический тип

Помните ослика Иа-Иа? Так вот, это и есть психастеник. Милый и неуловимо трогательный, но способный довести до белого каления своей тревожностью, мнительностью, пессимизмом и любовью к печально-отвлеченным рассуждениям на неясные темы. Необходимость совершить какой-либо выбор погружает его в оцепенение. Психастеник постоянно занят самоанализом, при этом все открытия, которые он совершает в ходе странствий по глубинам собственной души, вызывают у него лишь тревогу и опасения. Нередко у психастеников имеются какие-то навязчивые страхи.

При внешней замкнутости и необщительности они на самом деле очень нуждаются в общении и испытывают сильную привязанность к тому, кто уделяет им свое внимание. Психастеники обычно бывают ярыми противниками алкоголя и наркотиков, никакие нарушения поведения им не свойственны.

Вообще, это мягкие, домашние люди, по-настоящему преданные своим близким, нередко обладающие обширными познаниями в самых разных областях, тонко чувствующие искусство и душевное состояние других людей.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

psy.wikireading.ru

Психастенический тип психопатий. Избранные лекции по психиатрии

Психастенический тип психопатий

В любом руководстве или специальном труде, посвященном психастении, вы обязательно прочтете много добрых слов и сочувствия этим людям. Многие психиатры, ни мало не сумятясь, называют себя психастениками. Однако, этому состоянию до настоящего времени не дано единого определения. А. С. Суханов называл таких пациентов тревожно-мнительными личностями, П. Б. Ганнушкин — психастениками, К. Шнайдер ассоциировал их с сенситивными шизоидами, а Н. Петрелович определял их как ананкастов. И так можно продолжать очень долго. В 10-й международной классификации заболеваний они описываются под рубрикой «обсессивно-компульсивных расстройств личности». Множество наименований одной и той же нозологии небезосновательно говорит о неопределенности этого состояния, а также подчеркивает различные грани характера одной и той же личности. Последнее, по-видимому, наиболее верное предположение.

Попытаемся и мы выделить главные, наличествующие у любого психастеника особенности психики. По моему глубокому убеждению, в основе характера психастеника лежит его неспособность из множественного ряда вариантов решения задач (а вся жизнь состоит из бесконечного решения тех или иных задач) выбрать что-то одно. Приняв же решение — неукоснительно следовать ему. В этом отношении они напоминают небезызвестного буриданова осла, который, как вы знаете, околел от голода рядом с двумя равновеликими охапками сена. Естественная для любого человека рефлексия гипертрофируется у больных до крайности, превращая пациента, по сути дела, в инвалида, не способного самостоятельно принять ни одного решения. Именно это расстройство мышления, по нашему мнению, приводит к основным характерологическим качествам психастеника. Какие это качества?

В первую очередь, крайняя нерешительность с бесконечными переборами возможных вариантов суждений, поступков, оценок людей, истинности чувств как своих, так и окружающих. Их решения никогда не определяются непосредственными чувствами, а бесконечно выверяются. Это в итоге, приводит к тому, что психастеники вынуждены обращаться за советами к родным, близким, сослуживцам по любому поводу. Если вопросы касаются мелких бытовых проблем, то помощь окружающих оказывается вполне адекватной и достаточной (какой купить костюм, в какой театр пойти и т. д.). Настоящая трагедия разыгрывается при необходимости принятия сугубо личных решений, касающихся кардинальных для личности проблем: выбора специальности, спутника жизни и т. д. Их естественные желания и тенденции постоянно входят в противоречие с зачастую утрированными этическими нормами, гипертрофированными по строгости моральными принципами. Наиболее сложными и болезненными для них оказываются решения морально-этических проблем. Именно такие ситуации декомпенсируют пациентов. Они непрерывно обращаются за советами ко всем, естественно, получают противоречивые рекомендации и, в конце концов, вынуждены искать предлог, который позволит хотя бы на время отложить решение проблемы. Появляется мнительность по отношению к своему здоровью, формируются ипохондрические идеи (доминирующие, навязчивые, сверхценные), легко трансформирующиеся в обсессивно-фобический невроз. Только не надо думать, что неврозом пациенты заболевают по собственному желанию, это, все-таки, патологическая психологическая защита, болезненная адаптация к среде. Неуверенные, стеснительные, застенчивые, постоянно озабоченные, как бы не утрудить собой окружающих, в невротической декомпенсации они становятся назойливыми, эгоистичными, иной раз беспардонными (не в этом ли истинная сущность психастеничных?). Принятое, наконец-то, решение могут реализовывать с паранойяльной настойчивостью и бескомпромиссностью.

Но и вне декомпенсации психастеники постоянно находят повод для сомнений и бесконечной рефлексии. Их сомнения всегда направлены в будущее, как в отношении себя, так и близких. Предполагаемая командировка родных в их воображении сопрягается с возможными катастрофами и несчастьями. Больные не находят себе места, тревожатся по любому поводу, начинают верить, иной раз, в самые нелепые приметы. Именно такие пациенты являются крайне заботливыми родителями, опекающими своих детей в любых ситуациях, боящимися малейших простуд и просто переходов улицы с оживленным транспортным движением.

Жестко формализованные быт и производство позволяют психастеникам достаточно хорошо компенсироваться. Например, строгая регламентация обязанностей в воинских частях, нередко привлекает пациентов к службе в армии. Исполнительные, обязательные, они могут проявить незаурядное упорство в исполнении уставов, наставлений. Настоящим бедствием для окружающих становится психастеник на какой-либо бюрократической должности. Понимая, сочувствуя и сопереживая просителю, он ни на йоту не отступит от предписаний, какими бы устаревшими и даже нелепыми они ни были. Именно такие бюрократы, не умея и не желая принимать на себя ответственность, могут до бесконечности откладывать и согласовывать решение в нетрадиционных ситуациях. Психастеник-преподаватель ни на шаг не отступит от программы, какой бы недостаточной она ни была, притом, что в частной беседе может блеснуть незаурядной эрудицией, тонкими и правильными суждениями, критическим отношением.

Еще Т. И. Юдин выделял как бы две подгруппы психастеников. Одни приближаются к астеничным шизоидам, в основе характерологических особенностей которых лежат тревожная мнительность, сенситивность, конфузливость, робость, стеснительность, гипертрофированные морально-этические установки. Именно эти больные декомпенсируются обсессивно-фобическими расстройствами. Другие, напротив, ближе к стеничному полюсу. Они тоже мнительны и неуверенны, но сомневаются больше в других, чем в себе. Недоверчивые, настороженные, вплоть до подозрительности, они стремятся проверять и перепроверять идеи и действия окружающих. Этот круг пациентов демонстрирует некоторую эмоциональную сухость, отгороженность. Они внешне холодны, беспристрастны, аккуратны и безукоризненно корректны. Жизнь для них, как бы, лишена полутонов и обертонов, а поэтому их суждения весьма категоричны. В вопросах морали они столь же излишне категоричны и ригидны. В практической деятельности, они нередко, предстают весьма стеничными личностями, хотя и ограниченными строгими рамками регламента. Внешне больные подтянуты, аккуратны, большие приверженцы порядка и стереотипных форм поведения. В рабочей среде формальны, педантичны, эгоистичны. Встречая препятствия, становятся раздражительными до гневливости (особенно с подчиненными), занудливыми и назойливыми вплоть до кратковременных сутяжных реакций. Т. е. этот вариант психастеников чем-то напоминает эпилептоидов. Для них наиболее патогенной оказывается ситуация с ломкой динамического стереотипа, на которую они реагируют невротическими депрессиями различной продолжительности, и которые, в свою очередь, могут декомпенсировать их в среде.

Но, как нам представляется, подобное деление весьма условно. В различных жизненных коллизиях психастеники поворачиваться к наблюдателю то одной, то другой стороной характера. Большую роль, по-видимому, играет и приобретаемый в процессе жизни опыт. В юности и молодости — тревожно-мнительные, в зрелом возрасте — как одна из форм психологической защиты, начинают превалировать аккуратность и педантизм. Т. е., наверное, мы видим всего лишь определенную динамику развития характерологических особенностей психастеника.

Становление психастенического характера в детстве хорошо описано Г. Е. Сухаревой. Уже в дошкольном возрасте и начальных классах можно отметить застенчивость, робость, боязнь незнакомых, всего нового. С раннего детства они отличаются повышенной впечатлительностью и склонностью к фантазированию, как результат богатого воображения — ночные детские страхи, боязнь закрытых помещений, темноты (зарницы психоза?). В школе психастеничные подростки боятся опоздать на уроки, не выполнить задание, оконфузиться у доски. Они склонны к суеверию, рано и легко формируют защитные ритуалы. В третьем пубертатном кризе опасения усложняются, легко перерастают в истинные фобии типа страха покраснеть, скомпрометировать себя перед окружающими какими-либо физиологическими отправлениями — как результат, почти обязательные дисморфофобии, надолго сохраняющиеся у больных. К концу третьего пубертатного криза психастеников, буквально, обуревают морально-этические проблемы с обсессивно-фобическими реакциями, которые к 30–40 годам и декомпенсируют пациентов в среде. А позже постепенно формируются педантизм, занудливость, определенная эмоциональная холодность, которые при ломке динамического стереотипа могут декомпенсировать психастеников зрелого возраста депрессиями.

Прошу обратить внимание на то, что почти вся жизнь психастеников сопровождается деперсонализационными расстройствами (обсессии, фобии). Постепенно, к зрелому возрасту, нарастает черствость, холодность (нарушение эмоционального резонанса?). Социальные контакты сохраняются, по большей части, только с родными и близкими. Мы уже говорили о постепенном изменении характера. Добавим замедление онтогенетического развития личности и стеничность, способствующая сохранению консервативных установок, отторжению всего нового и нестереотипного. Невольно возникает вопрос, а не дисфренический ли мы видим синдром, и чем подобная динамика заболевания отличается от малопрогредиентной, так называемой, психастенической формы шизофрении? В 60-е годы Н. Д. Лакосина опубликовала свои катамнестические наблюдения за 17-тью больными, страдающими психастенией. По ее мнению, в зрелом возрасте пациенты стали напоминать больных, страдающих вялотекущей формой шизофрении. Конечно, 17-ть случаев — далеко нерепрезентативное наблюдение, но, в свете сказанного, заставляет весьма основательно задуматься над нозологической самостоятельностью психастении. Естественно, имеются в виду те случаи, когда пациенты декомпенсируются в среде.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

med.wikireading.ru

Тревожно-сомневающийся характер (психастеник). О характерах людей

Тревожно-сомневающийся характер (психастеник)

Подробно-клинические описания этого склада личности в его болезненной усиленности (психастеник, психастенический психопат – от psychastenia (душевная слабость, с греч.), описания, замечательно дополняющие и углубляющие одно другое, сделаны П. Жане (1903, 1911), С.А. Сухановым (1905, 1912), П.Б. Ганнушкиным (1907, 1933), И.П. Павловым (1935).

Существо тревожно-сомневающегося (психастенического) радикала – обусловленная природной, изначальной тревожностью-дефензивностью, вкупе с чувственной жухлостью-блеклостью и засильем реалистической аналитической работы мысли, тревожно-тягостная неуверенность в своих достаточно реалистически-земных чувствах, особенно при обстоятельстах, когда эти чувства принято, следует как-то естественно обнаруживать (в беседе с малознакомым человеком, в обстановке радостного или горестного события и т. п.).

Дефензивность (defenso – оборонять, латин.) – понятие, по содержанию противоположное понятию «агрессивность». Это – переживание своей неполноценности, сказывающееся в робости, застенчивости, стеснительности, нерешительности, тревожной мнительности, в малодушии, склонности к сомнениям, неуверенности в себе, – и, наконец, все это проникнуто ранимым самолюбием. Дефензивность свойственна и людям иного склада (например, дефензивным сангвиникам, многим замкнуто-углубленным), но у тревожно-сомневающихся (психастеников) она затуманена изнутри еще и деперсонализационным* переживанием неестественности своих чувств, неуверенности в своих чувствах с попытками более или менее подробного тревожного анализа происходящего.

Это тревожное засилье мысли (анализа) над чувством (непосредственным чувственным переживанием) сказывается в том, что такой человек в общении с не самыми близкими ему людьми, с ощущением своей неестественности и тревогой по этому поводу, постоянно неуверенно рассматривает, обдумывает свое эмоциональное к ним отношение, стараясь этим помочь себе чувствовать. Собеседник может заметить в его глазах некоторую тревожную растерянность или отсутствие (погруженность в свои мысли, рассеянность, смотрение «сквозь» людей). По этой причине психастенику часто легче написать человеку письмо, нежели встретиться с ним.

Природный смысл этой мягкой деперсонализационности – в защите чувствительной души от ранящих ее прикосновений действительности. Во всяком случае, если случается какая-то беда (смерть близкого человека, угроза собственной жизни), Природа помогает выключением способности остро тревожиться-переживать в углубившейся деперсонализации. Но в легкой тревожной деперсонализации, общаясь с людьми, организуя, например, какие-то совещания, такой человек нередко по рассеянности что-то упустит или скажет не то, кого-то не поблагодарит – и потом жестоко мучается этими своими упущениями и старается готовиться к подобным испытаниям предварительными записями по пунктам.

А бывает, что, при всей своей нравственной щепетильности, тревожной добросовестности в соблюдении законов и инструкций, тревожно-сомневающийся (психастеник) вдруг по рассеянности переступит черту разрешенного. Иногда возможно это и не по рассеянности, а по причине душевной отваги, вспыхивающей в замученной совести.

Наедине с собою, с книгами, в творчестве в своей комнате или в общении с самыми близкими чувство собственной эмоциональной измененности (чаще это тревожное душевное онемение) ослабевает-отпускает, чтобы вскоре, по обстоятельствам, вновь появиться.

Тревожная сосредоточенность на мыслях об ускользающих непосредственных чувствах нередко объясняет и несобранность, житейскую рассеянность этих людей. Дефензивность, загруженная подробным аналитическим размышлением, сотканным из сомнений, обнаруживает себя сложными нравственно-этическими переживаниями с обычным здесь тягостным самообвинением.

Таким образом, тревожно-сомневающийся (психастеник) не есть просто бесчувственный человек. Он способен остро голодать, но утоляет голод без острых, пьянящих гурманистических или сексуально-эротических подробностей. Чувственность здесь недостаточно художественна, остра, чтобы человек мог сойти с ума в чувственной близости. Возможно для него часто даже исследовательски наблюдать в это время за вяловатыми проявлениями своей чувственности, в которых невозможно забыться. Но нередкая здесь чеховская нежность-лиричность одухотворенного тревожно-сомневающегося (психастеника) может сводить с ума самых чувственных, легко суживающихся сознанием женщин.

Одухотворенно-застенчивая, затаенная нежность-лиричность свойственна и многим психастеническим женщинам.

Тревожно-сомневающийся (психастеник) – человек не с непосредственно-чувственной, а с мыслительной (неяркой, реалистически-аналитической) эмоциональностью, дефензивностью, испытывающий по отношению к другому человеку именно на расстоянии (вспоминая прошлое или воображая будущее) гораздо более цельное чувство, нежели в непосредственном общении. Ему трудно без подлинного практического чутья, чувственной хватки интуитивно оценить другого человека – и потому он его тщательно обдумывает-анализирует, «раскладывая по полочкам».

Он может быть великим актером, режиссером, но и тогда «раскладывает по полочкам», как Станиславский, – на потеху непосредственным, чувственным, живущим прежде всего сердцем актерам. Другие знаменитые тревожно-сомневающиеся (психастенические) люди, являющие нам в творчестве свой склад (радикал), – это Баратынский, Белинский, Дарвин, Чехов, Павлов, Моне, богатые не чувственностью, но размышляющей одухотворенностью.

Не будучи достаточно практичным, такой человек должен воспитывать в себе готовность действовать, одолевать свою лень в сложной работе мечтаний. Бывает, тревожно-сомневающийся (психастеник) любит свою заболевшую собаку, а к ветеринару все не отведет ее (ленив на подъем). Неорганизованному по природе своей психастенику (тревожно-сомневающемуся) необходимо жить по расписанию, в режиме, радуясь и тому, что выполнил расписание хоть на две трети.

Непрактичность, обусловленная во многом инертностью-медлительностью, обнаруживает себя и в том, что тревожно-сомневающийся не предложит вовремя помочь знакомой женщине с тяжелой сумкой, не спохватится сказать вовремя доброе слово нуждающемуся в нем – с последующим внутренним раскаянием. И тут ему также ничего не остается, как заранее дрессировать в себе готовность действовать, дабы не мучиться потом угрызениями совести.

Многие из таких людей, особенно в молодости, способны так сильно гиперкомпенсироваться (вольно или невольно являть в поведении своем свою противоположность), что их считают сверхуверенными, «неистовыми». Но это все есть «нахальство от застенчивости», готовое в любой момент, по обстоятельствам, рассыпаться в жалкое самообвинение.

Гиперкомпенсация неуверенности в себе здесь нередко выражается в излишней порою категоричности, учительском (менторском) тоне – при способности, однако, самокритически на все это посмотреть.

От чувственной бедности, деперсонализационности многие тревожно-сомневающиеся (психастеники), живущие в деперсонализационном тумане прежде всего своими тревожными сомнениями (сомнение – мыслительная работа, в отличие от тревожной мнительности, то есть склонности в основном чувством преувеличивать опасность), не запоминают в достаточных подробностях яркие события, которые происходят с ними в жизни. Не запоминается, например, лицо, облик человека, вкус пирога, который так нахваливал, потому что в самом деле было вкусно. Забывается ощущение влюбленности с воспаленной яркостью мира вокруг, будто прошло что-то больное, ненастоящее. Видимо, необходима достаточно сильная повседневная чувственность, чтобы в подробностях вспоминать прежние особенно яркие чувственные переживания, когда «захлебывался» чувствами. Иначе же остается от жизни пронзительно-грустное ощущение чеховского восьмидесятилетнего Фирса: «Жизнь-то прошла, словно и не жил…» Дабы этого, по возможности, избежать, следует побольше записывать, фотографировать, рисовать свою жизнь, дни своей радости, чтобы творчески ярче отпечатывать их в душе и чтобы можно было, перечитывая дневник, рассматривая альбомы, оживить в себе то эмоциональное, чувственное, что было, все-таки было.

Но житейские обиды, личностные оскорбления, чьи-то попытки нарушить духовную свободу, так легко забываемые (вытесняемые из сознания) многими чувственными людьми, до самой смерти занозами сидят в уязвимой душе тревожно-сомневающегося (психастеника) и без всякого записывания. Мужчина с таким характером обычно ищет с людьми прежде всего духовного, идейного, личностного созвучия и не способен долго любить женщину одними лишь вяловатыми своими чувственными ощущениями. По этой причине он может гораздо сильнее любить духовно созвучного ему неродного человека или даже созвучную ему застенчивостью собаку, нежели несозвучного близкого родственника (слабый «голос крови», в отличие от, например, сангвиника).

Главное в переживаниях тревожно-сомневающегося (психастеника), если он достаточно сложен, – это тонкие нравственно-этические мотивы, служение (в том числе научное) Добру. Именно это его по-настоящему волнует, и это он в подробностях запоминает своей весьма средней (не чувственной, не механической) памятью. Она не удерживает в себе ни подробности семейных романов, ни детективные происшествия, но хранит многое из творчества названных выше созвучных тревожно-сомневающихся (психастенических) художников и ученых, а также – из творчества созвучных тревожно-сомневающемуся (психастенику) своей психастенической гранью психастеноподобных эпилептиков Достоевского и Толстого.

Непрактичность в широком смысле (происходящая, прежде всего, от слабой чувственности) выражается здесь и в том, что тревожно-сомневающийся (психастеник) не рассчитает время на дорогу, накупит в магазинах больше, чем сможет унести, купит одежду не того размера, запланирует больше дел, нежели сможет выполнить, плохо ориентируется зрительно-географически. От рассеянности он слишком много времени теряет на поиски какой-то вещи или бумаги.

Тревожно-сомневающийся человек (психастеник), реалист по своей природе, мало способный к религиозным переживаниям, обычно живет не чувственными радостями, не организаторскими делами, не борьбой, не сладостью власти. Он способен довольствоваться в жизни немногим, но хочет делать какое-то свое, посильное благородно-нравственное дело для людей. Или женщина готова помогать мужу это делать.

Важно, однако, знать, что выполняешь свой долг, как-то служить Добру. На этом и держится здесь мироощущение. Если нет возможности это делать, то человек страдает. Охваченный изначальной размышляющей тревогой, он и страшных болезней, смерти, сумасшествия боится потому, что ужасно для него не выполнить в каком-то более или менее завершенном виде свой жизненный долг Добра.

Вегетативная неустойчивость (сердцебиения, головные боли от сосудистых спазмов, пустая отрыжка и проч.), которая здесь врожденна, как и у других дефензивных людей, остеохондрозные ощущения, боли, геморрой и другие хронические, обычно не опасные, неприятности, к которым так предрасположены дефензивные люди – все это составляет богатую, пышную почву для тревожно-ипохондрических переживаний (переживаний о страшных болезнях, которых на самом деле нет).

Размышляющая тревога и слабая, жухлая чувственность, отсутствие богатого чувственного жизненного опыта мешают трезво ощутить маловероятность беды и обусловливают здесь почти постоянные тревожные сомнения по поводу и самых крохотных сбоев в организме. Эти сбои (например, мышечная боль, гнойничок, изжога) нередко со страхом-тревогой воспринимаются как нечто злокачественное, как возможное «начало конца». «Всю жизнь будто хожу по минному полю», – сказал о подобных своих ипохондрических переживаниях один психастеник. При этом известно, что такого рода душевно страдающие ипохондрики, каждодневно рассматривающие свое тело (в том числе и с лупой), погружаются в медицинские справочники, надоедающие вопросами врачам, нередко доживают до глубокой старости (Грушевский, 1994).

Тревожно-сомневающийся (психастенический) человек не способен не думать о плохом, о том, о чем не хочется думать. Он всегда тревожно знает, что во всяком случае когда-нибудь тяжело заболеет и когда-нибудь (а может быть, скоро!) умрет. Его душевная защита, включающаяся в обстановке опасности для жизни, благополучия – именно деперсонализационная: онемение души с неспособностью остро переживать и с ясным пониманием происходящего. Бессмертие для него – это реальная жизнь после смерти в памяти близких и, может быть, не известных, но созвучных ему душевно людей, – своими делами, которые стремится более или менее завершить в своей жизни. Хочется остаться в памяти, разговорах именно таким, каким и жил, а не в виде «безликого привидения». Пусть это бессмертие будет не таким долгим, как у Шекспира или Гомера, он готов довольствоваться и малым: только бы не умереть сразу же, вместе со своим телом. Ахматова полагала, что нерелигиозный Чехов несовместим со стихами, видимо, потому, что всю поэзию, как известно, понимала-чувствовала как Божественное звучание, цитату из Господа.

Отмеченная выше вегетативная неустойчивость обычно спаяна с так называемой раздражительной слабостью (истощающейся раздражительностью), которая сказывается то в бессонницах, то в тягостном чувстве усталости, в лени, то в капризной нетерпеливости.

Размышляющая неуверенность в себе выражается и в «вяловато-неуверенных» формах тела при склонности к узкому (лептосомному – от leptos – узкий, греч.) сложению с некоторой нескладностью. Выражается она и мягкой неловкостью движений тела, частой здесь нелюбовью к физкультуре.

Тревожно-сомневающаяся (психастеническая) женщина не есть классическая (в принятом смысле) теплая, слабая, чувственная, мило кокетничающая женщина. Размышляющая и чувственно суховато-глуховатая (хотя по-своему задушевно застенчиво-милая, нежная), она нередко пожизненно переживает, что не чувствует себя ни заботливой женой, ни горячей любовницей, ни трудолюбивой матерью, ни хорошей хозяйкой (непрактично-медлительная «рассеянная неряха»), ни полезным работником в своей профессии, а просто, дескать, неудачное, «недоделанное» существо, ни то, ни се, «ни рыба, ни мясо». Не чувствует интуитивно по-женски, практически людей; ригидным мышлением своим не понимает, например, почему муж оказался другим, нежели папа (не помогает по хозяйству, не делает, как папа когда-то, с детьми зарядку и не сообщает, когда сегодня придет домой). Непрактичность, отсутствие чувственной хватки, высокая тревожность мешают ей выбирать для себя что-то из одежды в магазине: всматривается тупо-напряженно в каждый шовчик, не может ясно уловить оттенки цвета и, к ужасу своей спешащей уже сангвинической подруги, помогающей ей покупать, просит еще поразмышлять с ней вместе, стоит ли брать это. И вообще. «Все только порчу, не создана я для этой жизни».

Лишь немногие из психастеников без помощи психотерапевта способны познать-прочувствовать свои духовные ценности, другие характеры, собраться как-то и, благодаря всему этому, найти свое незаурядное место в жизни, среди близких, созвучных им людей, навсегда обретая свой, свойственный своей природе смысл.

Особенно для примитивных, несложных душой тревожно-сомневающихся (психастенических) людей, без творческой смелости, без чувства юмора, благородного хулиганского полета в душе, жизнь превращается нередко в назойливо-строгое, механически-утомительное в своей тревоге выполнение какого-то свода правил (а то как бы чего не вышло!), навязчиво-скучное служение своему нравственному долгу, что может быть весьма тягостно для близких и даже, по сути дела, безнравственно. В этом смысле чеховский Беликов («Человек в футляре»), по-видимому, являет собою сгусток самого скверного психастенического.

Нередко и сложный ранимый психастеник (тревожно-сомневающийся) сухо отталкивает от себя людей, которые кажутся ему сразу же или с некоторых пор в чем-то лучше, значительнее его, а то и просто тот человек выше чином, ученой степенью. Или психастеник (тревожно-сомневающийся) избегает общения с этими людьми (хотя прежде, например до «повышения кого-то в чине», были друзьями). И все это – дабы не чувствовать себя рядом с таким «преуспевающим» человеком еще более неполноценным.

Или, например, иной психастенический профессор может быть весьма тяжелым своей раздражительной категоричностью, от которой несправедливо не видит в статье своего ученика что-то поистине хорошее из-за каких-то действительных недостатков. Однако он способен (во всяком случае, со временем) понять эту свою несправедливость и жестоко помучиться самообвинением. Самообвинение, однако, самообвинением, а эгоизм психастеника, нередко отталкивающего от себя практически все, что не помогает служить делу (иногда ненужно-вымученному), – эгоизмом.

Может психастеник мучать близких своей, хоть и истощающейся, раздражительностью, мелочно-патологической добросовестностью-ответственностью, «великой» мечтательной ленью на диване от неспособности действовать активно-энергично.

Тем не менее и нравственно-психологические мечты-размышления чеховского интеллигента о светлом будущем (тесно связанные с его неспособностью живо и быстро практически действовать, упорно и добросовестно работать), и «ты меня уважаешь?» ленивого, непрактичного, пьяного русского мужика Емели есть все-таки составные части одного из российских деревьев, и мужик – корень этого дерева.

Подобные поступки и переживания-страдания не свойственны ни сангвинику, ни напряженно-авторитарному. Но в отличие от сангвиников и напряженно-авторитарных даже безнравственные психастеники крайне редко совершают какие-либо преступления, так как испытывают неимоверный страх перед возможным наказанием и даже перед самой процедурой следствия и не способны этот страх забыть, вытеснить в бессознательное. У них нет для этого ни пышно-красочных занавесок-эмоций, ни прямолинейной сверхуверенности в том, что преступное дело сладится без осложнений для них, а главное – жалит-мучает больная совесть.

Старые психастеники (тревожно-сомневающиеся), видимо, по причине, прежде всего, возраста, склеротической чувствительности, усугубившейся тормозимости-инертности и неспособности даже в старости естественно принять положение о полной смерти человека – могут сделаться, как и сангвиники, верующими в вечную жизнь души, в возможность встречи с любимыми, ушедшими из жизни. Религиозное это чувство, однако, проникнуто реальными земными красками. Думается нередко о материальности мысли, переживания и т. п.

Вообще говоря, болезнь и старость каждого из нас по-своему предрасполагают к вере.

* Деперсонализация (франц. depersonnalisation; де- + латин. persona – личность) – переживание своей эмоциональной измененности.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

psy.wikireading.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о