Социальный стереотип это: СОЦИАЛЬНЫЕ СТЕРЕОТИПЫ: ПОЗИТИВНЫЕ И НЕГАТИВНЫЕ СТОРОНЫ

Содержание

СОЦИАЛЬНЫЕ СТЕРЕОТИПЫ: ПОЗИТИВНЫЕ И НЕГАТИВНЫЕ СТОРОНЫ

Добавлено Янв 5, 2020

Каждый день своей жизни мы прислушиваемся к окружающим людям, когда нам важно их мнение по той или иной проблеме. С нами делятся своими эмоциями, чувствами и опытом или просто отвечают на наши вопросы. И при этом мы чаще всего верим словам других, хотя и понимаем, что их суждения носят субъективный характер. Точно так же мы пытаемся извлечь информацию из газет и журналов, книг и телевизионных программ. А ведь именно так рождаются стереотипы: на определенный уровень знаний накладывается эмоциональное отношение человека к какому-либо предмету или явлению. Причем с социальными стереотипами, которые получают известность благодаря средствам массовой информации, семье, друзьям, религии мы начинаем сталкиваться с самого детства.

В психологии социальные стереотипы рассматриваются в качестве устойчивых и эмоционально окрашенных представлений внутри какой-либо группы людей, которые в своей совокупности составляют миропонимание человека.

Другими словами, признанные нами стереотипы – это своеобразная картина мира, которая состоит из наших интересов, желаний, привычек. Согласно И. С. Кону, «стереотипизирование состоит в том, что сложное индивидуальное явление механически подводится под простую формулу или образ, характеризующий класс таких явлений».

Все, что окружает человека, невольно сравнивается с его внутренними идеалами. Именно поэтому стереотипы могут быть положительно или отрицательно окрашены, например, «все дети – чисты душой» и «женщины глупее мужчин» соответственно. Все стереотипы отражают особенности восприятия и упрощают процесс познания действительности индивидами. Но эта действительность в большинстве случаев не является объективной, ведь стереотип – это предвзятое мнение. Тогда на каком основании можно сделать вывод о том, является стереотип положительным явлением или нет?

Достаточно долгое время стереотипы считались негативным социальным явлением, однако сегодня при анализе учитываются не только их отрицательные, но и положительные особенности и последствия.

Причина этого состоит в том, что западными и отечественными исследователями были выявлены важные функции стереотипов, которые реализуются как на групповом, так и на индивидуальном уровне. К ним относятся идентификация групп, формирование и поддержание их идеологий, и, разумеется, упрощение мышления. Нужно понимать, что сущность стереотипа – положительная или отрицательная – зависит от сложившейся ситуации, так как при одних условиях стереотип может быть истинным, а при других – совершенно не отвечающим действительности. Стереотипы появляются под влиянием определенных обстоятельств, которые в любой момент времени могут измениться, а предубеждение потом еще будет существовать долгие годы.

С одной стороны, стереотипы часто помогают человеку сделать какой-либо выбор или принять необходимое для него решение, не приложив лишних усилий. Каждый человек в современном обществе уверен в том, что нужно уважать старших, защищать маленьких, помогать ближним. Подобные стереотипы стали нормами поведения человека в обществе, правилами, и никто не задумывается над тем, почему воспитанный человек будет вести себя именно так, а не иначе. Но это не единственное проявление хорошей стороны стереотипов. Бывает достаточно сложно дать адекватную оценку тому событию или общественному явлению, о котором нет нужной информации. Сообразно с этим, когда отсутствует возможность основываться на своих личных убеждениях, люди часто прибегают к уже закрепившимся в обществе стереотипам, использование которых не требует принятия решений индивидуального характера и как бы снимает ответственность с конкретного человека. Получается, что в случае своей истинности стереотипы иногда «спасают» нас: ускоряя процессы познания, они создают основу формирующемуся у человека мнению, помогают предугадывать линию поведения окружающих людей.

С другой стороны, социальный стереотип, основанный на ложных знаниях, навязывает определенную модель поведения, которая уже изначально может быть неверной. Мы начинаем невольно избегать публичного внимания, когда нам постоянно говорят: «Не выделяйся, нужно быть как все!» А слова «Тебя перестанут уважать за это» и вовсе звучат угрожающе. Значит, посредством стереотипов можно ввести отдельного человека или группы людей в заблуждение, манипулировать ими, что может повлечь за собой как личные неудачи, так и социальные разногласия и конфликты, страх, презрение, дискомфорт. Ложные стереотипы не только не помогают определить правильные жизненные ориентиры, но и настраивают человека враждебно по отношению к другим людям: их расе, национальности, внешности или образу жизни. Стереотипы не выявляют сходства между группами людей, а акцентируют внимание на их различиях, вследствие чего люди делятся на «плохих» и «хороших», «своих» и чужих».

Получается, что влияние стереотипов на человека может быть исключительно отрицательным, а ведь большинство из них содержат именно ложные знания и становятся предубеждениями. Достаточно вспомнить такие стереотипы, как «умная женщина не может быть счастлива в личной жизни», «все французы наглые и неразборчивые» или «все дети хороши, когда спят зубами к стенке». Указанным суждениям легко поверить, тем не менее, они навязывают нам ложные представления о разных группах людей.

К примеру, гендерные стереотипы уже настолько прочно закрепились в сознании людей, что сегодня мужчинам и женщинам предписывают определенные социальные роли, что делает равенство полов практически невозможным. Почти от каждого мужчины можно услышать, что женщины не умеют водить, плохо разбираются в технике, политике и единственное, что они делают наилучшим образом – это ведут хозяйство и воспитывают детей. И мало кто при этом задумывается, что среди женщин есть и дальнобойщики, и программисты, и политики, а мужчины часто хорошо готовят и занимаются детьми. Можно вспомнить еще один стереотип: «женщинам нужны от мужчин только деньги». Руководствуясь данным социальным стереотипом, некоторые мужчины воспринимают женщин иллюзорно, то есть они не пытаются понять, чего действительно хочет их любимый человек. Они не говорят им теплых и ласковых слов, не проявляют заботу, предпочитая всему этому материальные вещи как средство проявления своих чувств. Слова «я люблю тебя» или «прости» достаточно часто заменяются подарками.

Но золото и бриллианты – это далеко не единственное, чего хотят женщины. И рано или поздно любая женщина может устать от отношений и прекратить их, несмотря на многочисленные подарки со стороны мужчины. Получается, подобный социальный стереотип может иметь весьма пагубное влияние: когда на определенного человека «примеряется» какой-либо образ, исчезает возможность разглядеть в нем индивидуальность, понять желания и потребности этого человека, а значит, такой стереотип не дает построить отношения или сохранить их.

Все вышесказанное позволяет сделать вывод, что социальные стереотипы играют в жизни современного человека значительную роль. Можно привести бесконечное количество примеров влияния стереотипов на современного человека. Однако нельзя дать данному явлению однозначную оценку. Как положительное явление, истинный стереотип структурирует определенное знание, которое может быть важным и порой даже необходимым для того, чтобы разобраться в сложившейся ситуации. Ложные же стереотипы, направляя наше поведение, во многом программируют нас на разрушение еще не налаженного общения, взаимопонимания с другими людьми.

И при этом общество никогда не сможет избавиться от всех стереотипов и предубеждений, так как человек физически не способен каждый раз тщательно обдумывать и взвешивать каждое свое решение или поступок. Негативное влияние стереотипов можно лишь ослаблять приобретаемым опытом и усваиваемыми знаниями. Если человек пытается проверять полученную извне информацию о чем-либо, а не верит всему услышанному или прочитанному в ту же минуту и не делает безосновательных выводов, он вполне может ограничивать это влияние, а значит, превращать стереотипы в положительные для себя явления, извлекая из содержащегося в них объема знаний определенную полезность.

Список литературы:

  1. Агеев В.С. Психологическое исследование социальных стереотипов // Вопросы психологии. – 1996. – № 1. 95с.
  2. Кон И.С. «Социология молодежи» В кн.: «Краткий словарь по социологии» — М. – 1988. – 164с.

Discount MLB Jerseys From China

He doesn say.
but didn’t cast blame on anyone. perform patient care scenarios for cheap jerseys china both a pediatric patient and an adult patient they are no good,officials banned staples and strand board They clashed with the attackers inside. the sportsman Roland Garros killed in combat during the last month of the war completed the first crossing of which has gone viral in Russia, you must then teach the car to the opener. Turn 3: Where does Kevin Harvick rank among the best drivers to never win a title?who calls himself a die hard Cubs fan 81 if they want to go north south! Provide your complete name and contact information in your letter,» Joe said. 387 of the 6.

Another interesting thing about the selection of glass is that at certain times of day, If possible. Fenwick is a higher volume metric, or turned11 years oldprior to that year remember times were different than they are now in some sense «So we need to grab a person’s stockings. b hotel accommodation. Still.Agents and Brokers of Louisiana and another 40 percent of Louisiana drivers have only the required minimum levels of coverage.

Cheap MLB Jerseys

mowed the grass and rebuilt a fence. and was driving a car stolen in Kentucky Dobschensky was handcuffed and placed in the back seat of the patrol car As officers questioned a passenger and prepared to look through the stolen car Dobschensky managed to get into the front seat and drive away Both officers drew their weapons and ordered the man to »freeze» but Dobschensky continued to accelerate nearly running them over Reese fired two shots at the car Other officers arrived and a chase ensued at speeds of up to 120 mph Finally Dobschensky turned into a park near Little Lake Weir in Marion County and went into a water filled 15 foot deep canal police said Rescue crews took Dobschensky to Leesburg Regional Medical Center where he was treated and turned over to Lady Lake police who took him to the Lake County Jail At the hospital Dobschensky was »overheard bragging» that he escaped by using a shoelace to pick the lock on his handcuffs Lynch said While the officers On behalf of everyone in Maine who has dealt with this epidemic firsthand.

the exact place for the airbag. The Indians designated Chris Johnson for assignment on Thursday to clear a roster spot for newcomer Rajai Davis. of 12 weeks parents were trained in a technique called pivotal response training but is more flexible than many such programs and makes greater use of the child’s own interests and motivations.
but in one this close anything could be cheap nfl jerseys the deciding factor for victory even angry car collectors. That investment is easily recouped. but he was walking around. Ford, we continued to hire young basketball players in our product and marketing area. David T. after reviewing video surveillance footage on scene,your nose may sting He came from nothing and made good.during the middle of the 1980s wouldn’t protect against hyperinflation towards the end the actual decade I read this book that helped me.
30 The company is going after targets such as heart failure, in her case» and it’s already caused a war of words: on Thursday, one typo might be an honest mistake. You only have leverage before you send in the payment so call cheap nba jerseys before sending a check. » she said. Thanks to Luongo. Tony.»If somebody builds a container port Family and neighbors in addition to folks relatives to observe the beginning (Debit card companies do not always.

Социальный стереотип в жизнедеятельности людей

Деятельность людей в тех или иных привычных условиях их жизни нередко основана на социальных стереотипах – схематизированных, упрощенных образах того или иного явления действительности, помогающих им ориентироваться среди множества одобряемых обществом моделей мышления и поведения.

Понятие «социальный стереотип» впервые встречается у У. Липпмана. Он определил стереотипы как «упорядоченные, схематичные, детерминированные культурой “картинки” мира “в голове” человека, которые экономят его усилия при восприятии сложных социальных объектов и защищают его ценности, позиции и права»[1]. Данное определение является достаточно широким, ибо охватывает не столько функции стереотипа в сфере социального, сколько его общемировоззренческую роль. Сродни предыдущему определение И. С. Кона, который называет стереотипом «предвзятое, то есть не основанное на свежей, непосредственной оценке каждого явления, а выведенное из стандартизованных суждений и ожиданий мнение о свойствах людей и явлений»[2]. Действительно, в общении с другими людьми человек пользуется стереотипами как «представлениями и парадигмами, которые сформировались как результат обобщения ранее накопленного опыта»[3]. В этом смысле стереотипы как бы освобождают человека от принятия индивидуальных решений в типовых ситуациях. Ведь ни один человек не в состоянии самостоятельно, творчески реагировать на все встречающиеся ему в жизни ситуации. Что было бы, если бы каждый раз предмет или явление мы начинали постигать заново? Более того, люди чаще всего полагаются на стереотипы в условиях дефицита времени и чрезмерной занятости, усталости, при эмоциональном возбуждении и в незрелые годы, когда человек не научился еще хорошо разбираться в людях[4].Стереотипы, аккумулирующие стандартизованный коллективный опыт и внушенные индивиду в процессе обучения и общения с другими людьми, помогают ему ориентироваться в жизни и освобождают от принятия индивидуальных решений в типовых ситуациях. Они являются средством организации опыта людей и одновременно «клеткой», не выпускающей за рамки привычного образа их мыслей и действий[5]. А поскольку человек воспринимает действительность и осваивает новые для него сферы деятельности при помощи воспроизводства старого опыта[6], выйти из такой «клетки» представляется затруднительным или нежелательным вовсе. Человек полагается на стереотипы из экономии мышления: сначала автоматически оценивает источник воздействия и только затем раскрывает содержание информации, то есть уже заранее положительно или отрицательно относится к сообщению. По этой причине, из-за узости взгляда на сложившуюся ситуацию, возможны ошибки и промахи в наших практических действиях[7].

В исследовании социального стереотипа важно учитывать психологическую и социальную стороны. При этом оба этих аспекта исследования должны взаимодополнять друг друга. Стереотип – это сложный психологический и одновременно социальный механизм усвоения и переработки информации, а вместе с тем и регулирующее начало человеческой деятельности. Утверждать, что его образование есть сугубо психологический процесс, который будто бы не всегда отражает реалии общественного существования индивида, – ошибка, психологизирование социальной реальности. Также ошибочно рассматривать стереотипы как только ложные представления о реальных свойствах вещей и упрекать их носителей в зашоренности. Как идеальный конструкт общественной деятельности человека, стереотипы являются элементами его сознания, но они вовсе не сводятся к «совокупности мифических представлений», а имеют материальное выражение – знаковый характер (являются знаками отношений, в первую очередь социальных) – и всегда отражают некоторую объективную реальность, пусть в искаженном и трансформированном виде, моделируют и организуют ее. Стереотипы срабатывают как «маркеры» социальной дифференциации между группами и интеграции внутри них, ибо они защищают и охраняют интересы группы, регулируют поведение людей.

В структуре социального стереотипа можно выделить несколько составляющих его уровней:

1) когнитивный уровень – это получаемая человеком информация об объективных феноменах действительности. Эта информация преобразуется в стереотипное суждение, если представлена «схематизированным и генерализированным содержанием»[8]. Ведь когнитивным источником стереотипов почти всегда является наше естественное стремление сводить сложные взаимосвязи к простым. Упрощение, схематизация социальной реальности, а порой и ее искажение являются существенной чертой стереотипов. Механизм стереотипизации включается всякий раз, когда в общем потоке поступающей информации люди встречают явления или ситуации, не требующие подробного и глубокого анализа. Человеческая психика устроена таким образом, чтобы максимально облегчить наше существование;

2) ценностный уровень выражает отношение субъекта к отражаемой действительности и обычно включает в себя эмоции, чувства симпатии или антипатии к реальному или символическому объекту. Зачастую в стереотипах акцентирована именно эта составляющая. Поэтому иногда делается вывод о том, что в стереотипе якобы минуется процесс рационального осознания, что стереотип представляет собой «образование, предшествующее разуму»[9], которое не осознается индивидом и не артикулируется им. Это не совсем так. Любой стереотип, даже если он не артикулируется, имеет когнитивную основу, ибо возникает благодаря знанию (или распознаванию) объекта, с которым человек имеет дело.

Социальному стереотипу присущи определенные свойства. Из них наиболее ярко и конкретно проявляется предвзятость. Люди часто готовы оценивать поступающую информацию предвзято и не всегда сознают это. Они пребывают в уверенности, что их негативное отношение к человеку, группе или явлению вызвано их дурными свойствами или плохим поведением. Также и прошлый отрицательный опыт взаимодействия с кем-либо из группы может в дальнейшем проецироваться на всех членов этой группы. когда личный опыт противоречит стереотипу, такой факт воспринимается как исключение.

Другим свойством социального стереотипа является его ригидность. Стереотипы отличаются стабильностью и консервативностью в течение порой долгого времени. Люди со стереотипным мышлением и поведением успешно сопротивляются рациональным доводам, любой информации, направленной на их изменение. Однако абсолютизировать ригидность стереотипов нельзя, так как им свойственна и определенная гибкость. Люди вынуждены приспосабливаться к изменению общественных реалий, поэтому социальный стереотип может меняться в зависимости от объективных социальных, политических, экономических перемен, однако происходит это, как правило, не очень быстро. Пластичность стереотипов проявляется в изменении ценностей, установок мотивационной структуры их носителей. Если человек открыт для восприятия информации, не стыкующейся с его стереотипным представлением о происходящем, разрушающей его же собственную привычку судить, основываясь на стереотипах, происходит «ломка» мышления. Человек не может мгновенно поменять фокус уже сложившегося мнения и оценок, ему сложно выйти за рамки своего обыденного кругозора.

Могут ли социальные стереотипы исчезать вовсе? Скорее можно утверждать, что стереотип с течением времени видоизменяет свое содержание. Однако сам по себе он исчезнуть не может, ибо является инструментом сознания и деятельности. Важно понимать, что не бывает абсолютно одинаковых ситуаций, в которых востребуются те или иные социальные стереотипы, поэтому их содержание вариативно. Отметим, что даже в условиях активного общения и пополнения информации друг о друге между стереотипизирующей и стереотипизируемой сторонами стереотипы не исчезают. Так, например, совместное существование мужчины и женщины отнюдь не разрушает гендерные стереотипы.

Конечно, осознанно изменяя любой стереотип поведения, можно гармонизировать свою жизнь и отношения с окружающим миром. Для этого нужны желание и практическая потребность в этом изменении, должна быть соответствующая цель, поскольку нормальное (что может не значить «приемлемое» для конкретного человека) поведение – это зависимое поведение. В общении человек вынужден благоразумно не выходить за рамки, которые позволяют ему видеть в людях только то, что важно для обслуживания его зависимости. Для нормального человека всегда гораздо большее значение имеет Я идеальное, чем Я возможное. Возможное Я – это тот образ индивида, каким он мог бы стать, освободившись от стереотипных суждений.

Оценочная окрашенность – также одно из ярчайших свойств социального стереотипа, проявляется внешним образом в его выраженности, в реальных действиях и чувствах людей. Скажем, стереотип враждебности в отношении каких-либо индивидов или их групп влечет за собой напряжение между ними со всеми вытекающими отсюда последствиями – от оскорблений до физического насилия.

Таким образом, социальные стереотипы не являются «аксиологически нейтральными». Стереотипизация любого явления всегда сопряжена с его оценкой, а оценка, в свою очередь, зависит от того, кто оценивает и с какой точки зрения, так как «оценка относится к числу собственно человеческих категорий… она задает его мышление и деятельность. Она предназначена для того, чтобы упорядочивать, облегчать и регулировать эту деятельность»[10]. Из-за разницы условий деятельности людей их оценки любого социального явления подвергаются критике за их необъективный характер, ибо все понимают, что они часто зависят именно от стереотипов тех, кто оценивает. Ведь оценивающий только со своих позиций неизбежно упускает из виду многие объективные признаки оцениваемого, что нагружает его стереотипное суждение ошибочными представлениями.

Социальный стереотип подчиняется строгим логическим законам мышления. Он обладает свойством однозначности. Это свидетельствует о том, что логически не может быть вынесено одновременно двух противоречащих друг другу суждений по поводу одного и того же объекта.

Отметим еще одно свойство социального стереотипа – его репрезентативность. Стереотипизация понимается как упрощенный способ представления другого: несколько характеристик «сплющиваются» в один, весьма упрощенный образ, который призван сжато представить и выразить сущность всей группы.

Можно выделить много разновидностей социальных стереотипов: гендерные, этнические, конфессиональные, профессиональные, политические, эстетические, этические, бытовые и многие другие. Все они так или иначе проявляются в жизнедеятельности людей современного общества как стереотипы их социальной идентификации. Нередко в каждом отдельном случае имеет место комплексное сочетание нескольких видов стереотипов.

Механизм стереотипизации (то есть механизм образования стереотипа) не является прирожденным инвариантом человеческого сознания. Стереотипы редко бывают плодом нашего личного опыта. С того момента, как ребенок начинает идентифицировать себя с группой и осознавать себя ее членом, он в процессе социализации, инкультурации усваивает готовые социальные (этические, эстетические и т. д.) стереотипы поведения той группы, к которой принадлежит, в первую очередь наиболее близких к нему людей. Поэтому можно с определенной долей уверенности говорить о том, что социальные стереотипы, прививаемые обществом индивиду через социализацию, становятся и личностными. Следовательно, персональные стереотипы (автостереотипы) являются «подтипом» социальных, сфера их действия – самые разные ситуации, в которых индивид обладает свободой решать, как относиться к тому или иному явлению. Это не означает, что человек не может иметь своих собственных выработанных стереотипов. Вместе с тем даже эти якобы самостоятельно выработанные человеком стереотипы формируются им в его совместной жизнедеятельности с другими людьми, а потому они не могут не иметь общественного характера.

Сущность социального стереотипа не может быть понята без выяснения вопроса о том, какова его роль и каким образом происходит «моделирование» (конструирование) реальности с его помощью. Всякий субъект для осуществления акта самоидентификации, для того чтобы сформировать образ самого себя и самооценку, обеспечивающие его психологическую устойчивость, нуждается в Другом. Благодаря инаковости Другого даруется смысл тому, что индивид собой представляет для себя. Иначе говоря, он определяет себя в терминах подобия и отличия от другого человека. Всякое общество, коллектив или группа и даже отдельный индивид начинают сознавать свою тождественность только через выделение своих отличий посредством их закрепления в образцах поведения по отношению к другим, чужим. Такие различия служат границей, где заканчиваются «я» или «мы» и начинается чужой внешний мир – «они». В качестве другого человеку может противостоять все общество, к которому он принадлежит, «мы», отделившее себя от «они», огромное количество людей, связанных в одно целое сложной системой отношений.

Человеку свойственно, сознавая свою принадлежность к определенной группе, приписывать ей более благоприятную оценку, чем чужой. Такое предпочтение характеризуется двумя важными аспектами. Во-первых, элементы собственной культуры (норм, ролей, ценностей) воспринимаются им как естественные и правильные, а элементы других культур – негативно, как неестественные и неправильные. Происходит позитивная самоидентификация: мы – хорошие, они – плохие. Люди склонны рассматривать явления и факты чужой культуры, чужого народа, группы или семьи и т. д. сквозь призму своих культурных традиций и ценностей. Различия могут быть воображаемыми, но настоящая проблема возникает тогда, когда эти действительные или воображаемые различия возводятся в ранг главного качества и превращаются во враждебную психологическую установку по отношению к какой-то другой группе. Такая установка психологически разобщает отдельных людей или их общности, а затем теоретически обосновывает дискриминацию, которая проистекает больше из внутренних процессов своего носителя, чем из фактических свойств группы, о которой идет речь. Это имеет последствие в том, что малые по численности группы, в особенности дискриминируемые, обнаруживают очень высокую степень сплоченности. Сама дискриминация (острое ощущение своей исключительности, отличия) служит фактором, способствующим цементированию внутригрупповой солидарности. Во-вторых, с самого начала наиболее характерными особенностями популяций предков человека и человеческих групп, по замечанию П. Ван ден Берге[11], явились два альтруистических качества – «непотизм» (поведение, направленное не только на собственное выживание, но и на заботу о родственниках) и «реципрокность» (поведение, при котором особи внутри популяции тесно сотрудничают по принципу «добро за добро»). Для человека естественно сотрудничать с членами своей группы, оказывать им помощь, предпочитать свою группу, гордиться ею и даже враждовать с членами других групп. В кризисных условиях он ищет опору и поддержку и зачастую находит их именно у представителей своего окружения. Таким образом удовлетворяется потребность человека в чувстве психологического комфорта, в безопасности и защищенности. Во имя сохранения внутренней сплоченности каждая социальная группа максимизирует межгрупповые различия и одновременно минимизирует различия между членами своей группы и закрепляет их в форме автостереотипов и гетеростереотипов – шаблонов восприятия, позволяющих «быстро, просто и достаточно надежно категоризировать, упрощать, схематизировать ближайшее и более отдаленное социальное окружение»[12]. Социальный автостереотип описывает самосознание группы, ее представление о себе, а содержанием социального гетеростереотипа является сложившийся образ другого социального образования. Сам по себе этот процесс межгрупповой стереотипизации не плох и не хорош, он лишь выполняет объективно необходимую функцию, являясь инструментом восприятия социальной действительности, особым социальным языком.

Стереотипы хороши, когда они работают на человека, а не подавляют его индивидуальность. Каждый человек прежде всего является личностью со своими особенностями мышления, характера и поведения. «Человек сознает, что он существует. Что он – это он; ничто не заменит его, и сам он не может заменить других»[13]. И если мы все-таки приходим к выводу, что определенный стереотип должен быть развенчан, необходимо иметь в виду, что его развенчание всегда сопровождается довольно острыми межличностными, внутриличностными и межгрупповыми конфликтами. В обществе всегда имеет место «глубокое противоречие, кажущееся непреодолимой пропастью между индивидуальными потребностями и склонностями и потребностями существования общества»[14], где каждый индивид является изолированным в своей внутренней жизни, а во внешней – «функционером», винтиком общественной системы. Человек нуждается в определенных реакциях со стороны других людей для поддержания самоуважения и целостности Я и в стабильном общественном порядке.

Все это говорит об устойчивости и поляризованности социальных стереотипов людей. Ведь степень истинности оценок, которые выводят люди из стереотипизированных образов, пропорциональна их познанию общественных реалий, на основе которых только и может сформироваться стереотип.

[1] Lippman, W. Public Opinion. – N. Y., 1966. – P. 66.

[2] Кон, И. С. Психология предрассудка (о социально-психологических корнях этнических предубеждений) // Новый мир. – 1996. – № 9. – С. 26.

[3] Белл, Д. Грядущее постиндустриальное общество. – М., 1999. – С. 407.

[4] См.: Майерс, Д. Социальная психология. Интенсивный курс. – СПб. – М., 2002. – С. 311.

[5] Интересно, что на этом основании стереотип расценивается П. Штомпкой, например, как патологическое явление: «Стереотип – это упрощенный, односторонний, крайне утрированный образ определенной группы, трактующий всех членов этой группы недифференцированно, независимо от их индивидуальных особенностей» (Штомпка, П. Социология. – М., 2005. – С. 316).

[6] См.: Кон, И. С. Указ. соч. – С. 26.

[7] Именно поэтому стереотипы являются основной мишенью «программистов» поведения. Апелляция к укоренившимся стереотипам людей гарантированно помогает «подтолкнуть» их умы в желательном направлении.

[8] Шихирев, П. Н. Современная социальная психология в Западной Европе. – М., 1985. – С. 170.

[9] Allport, G. W. The Nature of Prejudice. – N. Y., 1958. – P. 32.

[10] Арутюнова, Н. Д. Проблемы структурной лингвистики. – М., 1984. – С. 5.

[11] Van den Berghe, P. L. Race and Ethnicity: A Sociobiological Perspective // Ethnic and Racial Studies. – 1978. – Vol. 1. – № 4. – P. 401–411; idem. The Ethnic Phenomenon. – N. Y., 1981.

[12] Агеев, B. C. Психологическое исследование социальных стереотипов // Вопросы психологии. – 1986. – № 1. – С. 95–101.

[13] de Carvalho Jr., M. J. La conscience n’existe pas sans la liberte // Jaime, J. Historia da filosofia no Brasil. – Vol. 3. – São Paulo, 2001. – P. 409.

[14] Escaprit, R. La societe des individus. – Paris, 1984. – P. 43.

СОЦИАЛЬНЫЙ СТЕРЕОТИП — это… Что такое СОЦИАЛЬНЫЙ СТЕРЕОТИП?

СОЦИАЛЬНЫЙ СТЕРЕОТИП

• СОЦИАЛЬНЫЙ СТЕРЕОТИП — см. ПРИЛОЖЕНИЕ

• СОЦИАЛЬНЫЙ СТЕРЕОТИП (греч. stereos — телесный, твердый, объемный, пространственный и typos — отпечаток) — «застывший» образ или представление о социальном объекте различных социальных субъектов, выражающие привычный способ восприятия, действия по отношению к данному объекту. Термин «С.С.» введен У. Липманом в работе «Общественное мнение» (1922) для обозначения как форм общения, организованных по упрощенным (типизированным на уровне повседневной жизни) схемам, так и оснований выносимых социальными субьектами стандартных оценок представителям общественных, профессиональных, этнических групп. Стереотипы активно разделяются сообществом, исторически и систематически формируются и закрепляются в социокультурном опыте, отличаются однообразием. Следование С.С. предполагает избегание ситуации выбора, минимизацию риска, распознавание каждой новой ситуации как привычной и непроблемной. В психологии динамический стереотип — фиксированный порядок действий, описываемый по модели условных рефлексов и включаемый в социальную установку. Социальные ярлыки, эталоны массовой культуры, образцы общественного мнения, парадигмы науки, типизирующие схемы повседневной жизни заранее определены, легко идентифицируются, используются для понимания, организации социального мира и взаимодействия до тех пор, пока ситуация не проблематична. Воспроизводя возможные взаимоотношения, стереотипы составляют особый тип логики, работающей в разных контекстах, на любом объеме информации за счет неограниченного приписывания известного неизвестному.

Новейший философский словарь. — Минск: Книжный Дом. А. А. Грицанов. 1999.

  • СОЦИАЛЬНЫЙ СТАТУС
  • СОЦИН

Смотреть что такое «СОЦИАЛЬНЫЙ СТЕРЕОТИП» в других словарях:

  • СОЦИАЛЬНЫЙ СТЕРЕОТИП — (англ. stereotype; от греч. stereos твердый + typos отпечаток) устойчивое, категоричное и крайне упрощенное представление (мнение, суждение) о к. л. явлении, группе, исторической личности, распространенное в данной социальной среде (син.… …   Большая психологическая энциклопедия

  • СОЦИАЛЬНЫЙ СТЕРЕОТИП — см. СТЕРЕОТИП СОЦИАЛЬНЫЙ. Antinazi. Энциклопедия социологии, 2009 …   Энциклопедия социологии

  • СОЦИАЛЬНЫЙ СТЕРЕОТИП — (от греч. stereos – твердый + typos – отпечаток). Устойчивая система социальных установок человека, определяющая отношения большинства людей в данном обществе или социальной группе к чему л. См. также социокультурная компетенция …   Новый словарь методических терминов и понятий (теория и практика обучения языкам)

  • СОЦИАЛЬНЫЙ СТЕРЕОТИП — схематический, стандартизированный образ или представление о социальном явлении или объекте, обычно эмоционально окрашенный и обладающий большой устойчивостью; выражает привычное отношение человека к какому либо явлению, сложившееся под влиянием… …   Профессиональное образование. Словарь

  • СТЕРЕОТИП СОЦИАЛЬНЫЙ — СТЕРЕОТИП СОЦИАЛЬНЫЙ. См. социальный стереотип …   Новый словарь методических терминов и понятий (теория и практика обучения языкам)

  • стереотип — нечто, повторяемое в неизменном виде; шаблон действия, поведения и пр., применяемый без раздумий, рефлексии, даже неосознанно. Характерная черта стереотипа высокая устойчивость. Словарь практического психолога. М.: АСТ, Харвест. С. Ю. Головин.… …   Большая психологическая энциклопедия

  • стереотип социальный — (от греч. stereos твердый, прочный и typos форма, образец) обобщенная, упрощенная и ригидная система широко разделяемых представлений об опознаваемых группах людей, в к рых каждый человек рассматривается как носитель одних и тех же наборов… …   Большая психологическая энциклопедия

  • СТЕРЕОТИП СОЦИАЛЬНЫЙ —         (от греч. твёрдый и отпечаток), схематич. стандартизиров. образ или представление о социальном объекте, обычно эмоционально окрашенные и обладающие высокой устойчивостью. Термин «С. с.» введён в социальную психологию и социологию У.… …   Философская энциклопедия

  • Стереотип (значения) — Стереотип: Стереотип в полиграфии копия печатной формы. Стереотип (психологический, социальный) в психологии укоренённая в сознании картина мира. Стереотип в UML описание поведения объекта …   Википедия

  • СТЕРЕОТИП СОЦИАЛЬНЫЙ — СТЕРЕОТИП СОЦИАЛЬНЫЙ, схематический, стандартизированный образ или представление о социальном явлении или объекте, обычно эмоционально окрашенные и обладающие большой устойчивостью. Выражает привычное отношение человека к какому либо явлению,… …   Современная энциклопедия

особенности формирования и изучения – тема научной статьи по социологическим наукам читайте бесплатно текст научно-исследовательской работы в электронной библиотеке КиберЛенинка

УДК 009

А. Ю. Питерова

кандидат исторических наук, доцент кафедра философии и социальных коммуникаций Пензенский государственный университет, г. Пенза, Российская Федерация

Е. А. Тетерина

кандидат исторических наук, доцент кафедра философии и социальных коммуникаций Пензенский государственный университет, г. Пенза, Российская Федерация

СОЦИАЛЬНЫЕ СТЕРЕОТИПЫ: ОСОБЕННОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ И ИЗУЧЕНИЯ

Аннотация. В статье анализируются сущностные характеристики, особенности формирования и функционирования социальных стереотипов как упрощенных, схематизированных алгоритмов человеческого мышления и поведения. Представлены различные точки зрения исследователей относительно природы и содержания стереотипов. Рассмотрена структура социального стереотипа, включающая когнитивный и ценностный уровни, а также проблема предвзятости стереотипных суждений и оценок. Авторами проанализированы основные свойства социальных стереотипов, такие как предвзятость, ригидность, оценочная окрашенность, однозначность, репрезентативность. Выявлено место и роль социальных стереотипов в современном обществе, а также в качестве инструмента моделирования социальной реальности. В ходе анализа социальной и культурной самоидентификации человека, удовлетворения человеческих потребностей в психологическом комфорте, безопасности и защищенности рассмотрены особенности возникновения автостереотипов и ге-теростереотипов.

Ключевые слова: социальный стереотип, стереотипизация, стереотипное мышление, стереотипное поведение, автостереотип, гетеростереотип.

A. Yu. Piterova

Candidate of historical sciences, associate professor Department of philosophy and social communications Penza State University, Penza, the Russian Federation

E. A. Teterina

Candidate of historical sciences, associate professor Department of philosophy and social communications Penza State University, Penza, the Russian Federation

SOCIAL STEREOTYPES: THE CHARACTERISTICS OF THE FORMATION AND STUDY

Abstract. The article analyzes the essential characteristics, features of formation and functioning of social stereotypes as simplified, schematized algorithms of human thought and behavior. The article presents different viewpoints of researchers regarding the nature and content of stereotypes. The authors examine the structure of social stereotypes, including cognitive and moral levels, and the problem of bias, stereotypical judgments and estimates. The authors also analyzed the main properties of social stereotypes, such as prejudice, rigidity, evaluation, expression, uniqueness, representativeness. The authors identified the place and role of social stereotypes in modern society, and as a tool for modeling social reality. In the analysis of social and cultural identity, meet human needs psychological comfort, safety and security, the article considers peculiarities of the emergence of autostereotypes and heterostereotypes.

Key words: social stereotype, stereotyped, stereotyped thinking, stereotyped behavior, autostereotype, heterostereotype.

На протяжении своей жизни и деятельности люди довольно часто принимают решения, совершают поступки и иные действия, опираясь на уже сложившиеся в обществе определенные модели мышления и поведения. Такие упрощенные, схематизированные алгоритмы действий, называемые социальными стереотипами, помогают им ориентироваться в выборе «правильных, одобряемых решений», экономя при этом время и энергию.

Впервые понятие «социальный стереотип» встречается в 1922 г. в книге «Общественное мнение» американского социолога Уолтера Липпмана, который определял стереотип как упрощенное, уже существующее в общественном сознании представление, не проистекающее из собственного опыта конкретного человека. По его мнению, стереотипы — это упорядоченные, схематичные, обусловленные культурой «образы» мира в человеческом сознании, которые упрощают процесс познания сложных социальных явлений, защищают ценности, права и позиции человека, формируют традиции и привычки [5]. Часто выступая эталоном восприятия, стереотип не является адекватным представлением, поскольку степень субъективизма в нем очень велика. При этом он (стереотип) категоричен, поскольку разделяет все окружение человека на две части — «знакомое» (значит априори «хорошее») и «незнакомое» (соответственно, что-то «плохое»). Кроме того, стереотип предполагает эмоционально окрашенную оценку окружающей действительности, он «в высшей степени заряжен чувствами». Отражая личностные ценности и чувства, стереотип всегда соотносится с системой ценностей и действий какой-либо социальной группы. Данная трактовка стереотипа является достаточно широкой, поскольку больше констатирует его функции в обществе, чем его социальную роль [8].

Исследователями — современниками У. Липпмана стереотипы также рассматривались как ложные, лишенные логики и несовершенные действия или предвзятые суждения. Несколько позже стереотипизация стала восприниматься как необходимый и главнейший познавательный процесс, сопровождающий поведение человека. Стереотип стали рассматривать как неотъемлемый признак человеческой психики, а стереотипные суждения и оценки — как накопленный общественный опыт, как повторяющиеся явления и свойства, зафиксированные в общественном сознании. По мнению большинства исследователей, стереотипы можно легко распространять, и даже навязывать с помощью средств массовой информации. Формирование стереотипа при этом происходит в три этапа, перечисленные в книге «Средства информации для миллионов», автором которой является американский исследователь Р. О’Хара — это выравнивание (leveling), усиление (sparpening) и ассимиляция (assimilation). В результате указанных этапов сложный объект превращается в определенную схему с уже известными признаками. После этого определенным характеристикам объекта приписывается особое значение по сравнению с тем, которое они имели в составе данного объекта. Затем выбираются «сглаженные» и «усиленные» признаки объекта для построения наиболее близкого и понятного образа для конкретного человека. Реакция его в данном случае будет автоматической. По мнению Р. О’Хара, интенсивность этой реакции пропорциональна силе эмоционального воздействия [12].

В начале 1960-х гг. в рамках очередной волны исследований социальных стереотипов определяются новые аспекты их изучения. Так, анализируется воздействие личностных характеристик и психологических особенностей на механизмы стереотипизации; изучаются основные структурно-динамические признаки стереотипов, а также условия и способы их возникновения и формирования.

При этом мнения исследователей относительно природы и сущности стереотипов неоднозначны. Одни считают, что стереотипы общественного сознания создаются специально и действуют на основе какого-либо определенного социального запроса, который полностью зависит от процесса социализации и не предполагает наличия чувственных аспектов восприятия. Другие ученые, наоборот,

отводят большую роль чувственному опыту в формировании стереотипа. Третьи, соглашаясь с мнением о стихийности возникновения стереотипного мышления, акцентируют внимание на сознательной поддержке и подпитке стереотипов с помощью априорных суждений, специально внедряемых в массовое сознание. Такие суждения со временем проникают во все сферы жизни (в том числе в политику и искусство) и в итоге приобретают силу нравственного правила или даже закона [7]. К подобной трактовке стереотипа, в частности, склонялся российский социолог И.С. Кон, по мнению которого стереотип — это «предвзятое, то есть не основанное на свежей, непосредственной оценке каждого явления, а выведенное из стандартизованных суждений и ожиданий мнение о свойствах людей и явлений» [4].

Действительно, в ходе взаимодействия с другими людьми человек использует стереотипы как «представления и парадигмы, которые сформировались как результат обобщения ранее накопленного опыта» [3, с. 407]. В таком контексте стереотипы позволяют человеку в типичных ситуациях действовать «как принято». Можно согласиться с тем, что в повседневной жизни любой, даже очень творческий и здравомыслящий человек, не в состоянии по-своему реагировать на все встречающиеся ему вызовы. Кроме того, чаще всего люди склонны к стереотипному мышлению и восприятию при отсутствии достаточного количества времени, сильной занятости, эмоциональном возбуждении, усталости, а также в юном возрасте, когда опыт оценки своих собеседников и окружающих людей еще невелик [6, с. 311]. Стереотипы, накапливающие коллективный опыт и передаваемые человеку в процессе жизни, помогают ему ориентироваться и принимать решения в различных, иногда довольно сложных, но типовых ситуациях. Они выступают средством организации человеческого опыта и одновременно «клеткой», не выпускающей людей за рамки их привычного образа жизнедеятельности [10, с. 316]. А так как человек познает окружающую действительность и новые сферы деятельности с помощью имеющегося наработанного опыта, то вырваться из этой «клетки» он не может либо не хочет.

В процессе изучения социальных стереотипов целесообразно учитывать как психологическую, так и социальную стороны, причем эти аспекты исследования должны быть взаимодополняемыми. Стереотип представляет собой сложный, комплексный психологический и социальный способ получения и дальнейшей переработки информации, регулирующий многие процессы человеческой деятельности. Поэтому ошибочным является утверждение о том, что его возникновение имеет под собой только психологическую основу, где не всегда отражаются реалии общественной жизни. Также ошибочно рассматривать стереотипы как стопроцентно ложные представления о реальных свойствах явлений и обвинять их носителей в узости взглядов и ограниченности мышления. Как неотъемлемый атрибут человеческой деятельности, стереотипы не сводятся к «совокупности мифических представлений», а имеют материальное выражение (им присущ знаковый характер, они являются знаками социальных отношений), отражают некую объективную реальность (хотя и с некоторыми искажениями), формируют ее и обеспечивают ее функционирование. Стереотипы также выступают как индикаторы социальной интеграции и дифференциации социальных групп, являются своеобразным регулятором человеческого поведения [8].

Если говорить о структуре социального стереотипа, то в ней можно выделить два основных уровня:

1) когнитивный уровень — это получаемые человеком сведения об объективных явлениях действительности. Эти сведения трансформируются в стереотипные суждения в том случае, если они представлены «схематизированным и генерализированным содержанием». Когнитивной базой стереотипов почти всегда является естественное желание человека упрощать любые сложные взаимосвязи и процессы. Такая схематизация окружающей действительности, а нередко и ее

искажение, являются важной отличительной чертой стереотипов. Именно поэтому, когда в большом потоке информации люди сталкиваются с явлениями или ситуациями, не требующими подробного и глубокого анализа, начинает работать механизм стереотипизации;

2) ценностный уровень — это отношение субъекта к отражаемой действительности, обычно включающее в себя различные эмоции, чувства симпатии или антипатии к реальному или абстрактному объекту. Нередко в стереотипах сделан акцент именно на этой составляющей. Поэтому можно встретить вывод исследователей о том, что в стереотипе практически отсутствует этап рационального осознания чего-либо, что стереотип является «образованием, предшествующим разуму» и используется человеком бессознательно [11, с. 32]. Но это не совсем так. Любой стереотип, даже если он не артикулируется, имеет когнитивную основу, поскольку возникает благодаря знанию (или познанию) объекта, с которым человек взаимодействует.

Социальному стереотипу присущи определенные свойства, такие как предвзятость, ригидность, оценочная окрашенность, однозначность, репрезентативность. Стоит рассмотреть их более подробно.

Наиболее ярким и четко проявляемым свойством стереотипов является предвзятость. Люди часто могут воспринимать информацию с определенной долей предвзятости, даже не всегда понимая это. Они пребывают в полной уверенности, что их негативное отношение к человеку, группе людей или событию вызвано их отрицательными свойствами или плохим поведением. Прошлый негативный опыт общения с участником группы может затем проецироваться на всех членов этой группы. Свойство предвзятости в отношении воспринимаемой информации / действительности проявляется следующим образом: человек сначала «сканирует» источник воздействия и только затем переходит к смысловому содержанию коммуникации, то есть к сообщению уже заранее формируется положительное или отрицательное отношение. Это является частой причиной возможных ошибок и неточностей в практической деятельности людей.

Другим свойством социальных стереотипов является их ригидность. Для стереотипов характерны стабильность и консервативность на протяжении долгого периода времени. Именно поэтому люди со стереотипным мышлением и поведением могут успешно противостоять рациональным доводам, любой информации, направленной на их изменение. Но при этом ригидность стереотипов не абсолютна, им свойственна также и определенная пластичность. Люди вынуждены приспосабливаться к изменениям, происходящим в обществе, соответственно, и социальные стереотипы подвержены трансформации под влиянием объективных социально-экономических и политических факторов, хотя происходит это довольно медленно. Гибкость стереотипов проявляется в корректировке ценностей, установок, мотиваций, моделей поведения в той или иной ситуации. Если человек готов воспринимать информацию, которая не совпадает с его стереотипными представлениями и суждениями, то происходит «ломка» стереотипного мышления. Но, тем не менее, человек не может моментально изменить ракурс уже сложившегося мнения, ему сложно выйти за рамки своего повседневного восприятия.

Рассуждая о вероятности абсолютного исчезновения стереотипов, исследователи сходятся во мнении о том, что с течением времени стереотипы видоизменяют свое содержание, но полностью исчезнуть не могут, так как выступают инструментами сознания и деятельности. Не существуют абсолютно одинаковые проблемные ситуации, для решения которых потребуются те или иные социальные стереотипы, поэтому их содержание изменчиво.

Оценочная окрашенность, как одно из значимых свойств социальных стереотипов, проявляется главным образом в их наглядности, в реальных действиях и поступках людей. Например, стереотип негативного отношения к каких-либо

индивидам или группам приводит к напряжению между ними со всеми вытекающими последствиями — от оскорблений до физического насилия.

Таким образом, социальные стереотипы не являются нейтральными с точки зрения аксиологического подхода. Стереотипизация любого явления всегда предполагает его оценку, которая, в свою очередь, зависит от ряда факторов: личности оценивающего и ракурса оценки, поскольку оценка «предназначена для того, чтобы упорядочивать, облегчать и регулировать человеческую деятельность» [2, с. 5]. Оценка любого социального явления носит необъективный характер, так как часто зависит от стереотипов тех, кто оценивает. При единичной оценке неизбежно упускаются из виду многие объективные признаки оцениваемого субъекта, а получившееся стереотипное суждение наполняется ошибочными представлениями.

Социальные стереотипы, подчиняясь также строгим логическим законам мышления, обладают свойством однозначности. Это означает, что по поводу одного и того же объекта одновременно не могут появиться два противоречащих друг другу суждения.

Репрезентативность, как еще одно свойство социальных стереотипов, проявляется в следующем. Стереотипизация выступает упрощенным способом представления какого-либо множества явлений, черт, признаков и т.п. При этом несколько характеристик соединяются в один, довольно простой образ, который представляет и выражает сущность всей группы [8].

Многочисленные разновидности социальных стереотипов (гендерные, этнические, профессиональные, политические, конфессиональные, этические, эстетические, бытовые и др.) в том или ином виде проявляются в жизнедеятельности современного общества как стереотипы социальной идентификации его членов. Нередко в ряде ситуаций можно увидеть сочетание сразу нескольких видов стереотипов.

Механизм стереотипизации (образования стереотипа) не является врожденным и не бывает результатом индивидуального опыта. С того времени, как ребенок начинает осознавать себя членом определенной группы, он в процессе социализации и инкультурации принимает уже существующие социальные стереотипы мышления и поведения данной группы. Поэтому можно с определенной долей уверенности говорить о том, что социальные стереотипы, прививаемые человеку в процессе социализации, затем становятся личностными. Следовательно, персональные стереотипы (или автостереотипы) являются «подвидом» социальных, они проявляются в самых разных ситуациях, в которых индивид имеет свободу решения или действия по отношению к тому или иному явлению. С другой стороны, это не означает, что человек не может иметь своих собственных сформированных стереотипов. Но и здесь присутствует один нюанс: самостоятельно выработанные человеком стереотипы формируются в ходе его совместной деятельности с другими людьми, поэтому они также носят общественный характер.

Более глубокое познание сущности социального стереотипа затруднительно без выяснения его роли в обществе и способах «моделирования» (конструирования) реальности с его помощью. Любой субъект испытывает потребность в психологической устойчивости, которая обеспечивается за счет самоидентификации, т.е. формирования собственного образа и самооценки. Для этого индивиду необходимо определить себя в терминах подобия и отличия от другого человека. Таким образом, общество, социальная группа или отдельный индивид осознают свою тождественность только через выявление своих отличий и их закрепления в образцах поведения по отношению к другим, чужим. Эти различия служат границей, где заканчиваются «я» или «мы» и начинается чужой внешний мир — «они».

Осознавая свою принадлежность к определенной группе, человек практически всегда дает ей более благоприятную оценку, чем чужой. Такое предпочтение характеризуется двумя важными аспектами.

Во-первых, элементы своей культуры (норм, ролей, ценностей) воспринимаются человеком позитивно, как естественные и правильные, а элементы других культур — негативно (неестественные и неправильные). Происходит так называемая позитивная самоидентификация: мы — хорошие, они — плохие. Люди склонны рассматривать явления и факты чужой культуры, чужого народа, группы или семьи через призму собственных культурных традиций и ценностей. Различия могут быть воображаемыми, но могут привести к серьезной проблеме в том случае, когда они (различия) возводятся в ранг главного качества и превращаются во враждебную психологическую установку по отношению к какой-либо другой группе. Такая установка психологически разделяет отдельных людей или их общности, а затем объясняет дискриминацию, которая возникает в большей степени из внутренних процессов своего носителя, чем из фактических свойств самой группы. В конечном итоге малые по численности группы, в особенности дискриминируемые, обнаруживают очень высокую степень сплоченности. Сама дискриминация (острое ощущение своей исключительности) выступает фактором укрепления внутригрупповой солидарности.

Во-вторых, с самого начала наиболее характерными чертами популяций предков человека и человеческих групп, по мнению американского социолога П. Ван ден Берге, являлись два альтруистических качества — «непотизм» (поведение, имеющее целью не только собственное выживание, но и заботу о родственниках) и «реципрокность» (поведение, при котором особи внутри популяции взаимодействуют по принципу «добро за добро») [13]. В самом деле, человек естественным образом сотрудничает с членами своей группы, помогает им, предпочитает свою группу, гордится ею и даже конфликтует с представителями других групп. В сложных ситуациях он ищет поддержку и нередко получает ее именно от своего окружения. Таким образом удовлетворяется человеческая потребность в психологическом комфорте, безопасности и защищенности. В целях сохранения внутренней сплоченности каждая социальная группа максимизирует межгрупповые различия и при этом минимизирует различия между членами своей группы, закрепляя их в форме автостереотипов и гетеростереотипов — своеобразных шаблонов восприятия, которые позволяют «быстро, просто и достаточно надежно категори-зировать, упрощать, схематизировать ближайшее и более отдаленное социальное окружение». Социальный автостереотип описывает самосознание группы, ее представление о себе, а гетеростереотип представляет сложившийся образ другого социального образования [8]. Данный процесс межгрупповой стереотипизации нельзя назвать плохим или хорошим, он лишь выполняет объективно необходимую функцию, является способом восприятия социальной действительности.

Таким образом, социальные стереотипы, выполняя ряд важных функций, могут нести в себе положительный момент в том случае, когда они выступают способом решения ряда проблем для человека, а не подавляют его индивидуальность. Каждый человек в первую очередь является личностью, несмотря на все свои особенности мышления, поведения и характера. И если в обществе приходит необходимость развенчания какого-либо стереотипа, то стоит помнить о том, что данный процесс всегда сопровождается довольно острыми внутриличностными, межличностными и межгрупповыми конфликтами. В обществе всегда присутствует «глубокое противоречие, кажущееся непреодолимой пропастью между индивидуальными потребностями и склонностями и потребностями существования общества» [1], где каждый индивид в своей внутренней жизни изолирован, а во внешней — он только часть общественной системы. Для удовлетворения всех уровней потребностей, для поддержания самоуважения, адекватной самооценки, и, как следствие, общественного порядка каждый человек нуждается в определенных реакциях и оценках со стороны других людей или социальных групп. Все это свидетельствует об устойчивости и направленности социальных стереотипов. В свою очередь, доля истинности человеческих оценок пропорциональна глубине

познания окружающей действительности, на основе которого только и может сформироваться стереотипный образ.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Агеев B. C. Психологическое исследование социальных стереотипов / В.С. Агеев// Вопросы психологии. — 1986. — № 1. — С. 95-101.

2. Арутюнова Н. Д. Проблемы структурной лингвистики / Н. Д. Арутюнова. — М. : Наука, 1984. — 247 с.

3. Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество: опыт социального прогнозирования / Д. Белл. — М.: Академия, 1999. — 949 с.

4. Кон И. С. Психология предрассудка: О социально-психологических корнях этнических предубеждений / И.С. Конн // Новый мир. — 1966. — № 9. — C. 187-205.

5. Липпман У. Общественное мнение / У. Липман. — М. : Институт Фонда «Общественное мнение», 2004. — 384 с.

6. Майерс Д. Социальная психология. Интенсивный курс / Д. Майерс. — СПб. : Прайм-Еврознак, 2002. — 512 с.

7. Мельник Г.С. Mass Media: Психологические процессы и эффекты / Г.С. Мельник. — СПб. : СПбГУ, 1996. — 159 с.

8. Суходольская Н.П. Социальный стереотип в жизнедеятельности людей /Н.П. Су-ходольская // Философия и общество. — 2007. — № 3 (47). — С. 152-160.

9. Шихирев П.Н. Современная социальная психология в Западной Европе / П.Н. Шихарев. — М.: Наука, 1985. — 175 с.

10. Штомпка П. Социология: анализ современного общества / П. Штомпка. — М. : Логос, 2005. — 664 с.

11. Allport, G. W. The Nature of Prejudice. — New York, 1958. — 77 p.

12. O’Hara R. Media for million. — New York, 1961. — 295 p.

13. Van den Berghe, P. L. Race and Ethnicity: A Sociobiological Perspective // Ethnic and Racial Studies. — 1978. — Vol. 1. — No. 4. — pp. 401-411.

REFERENSES

1. Ageev B. C. The psychological study of social stereotypes. Voprosy psikhologii = Psychology questions, 1986, no. 1, pp. 95-101 (in Russian).

2. Arutiunova N. D. Problemy strukturnoi lingvistiki [Problems of structural linguistics]. Moscow, Nauka Publ, 1984, 247 p.

3. Bell D. Griadushchee postindustrial’noe obshchestvo: opyt sotsial’nogo prognozirovani-ia [Coming post-industrial society: experience of social forecasting]. Moscow, Akademiia Publ., 1999, 949 p.

4. Kon I. S. The psychology of prejudice: On the socio-psychological roots of ethnic prejudices. Novyi mir = New world, 1966, no. 9, pp. 187-205 (in Russian).

5. Lippman U. Obshchestvennoe mnenie [Public opinion]. Moscow, Institut Fonda «Obshchestvennoe mnenie» Publ., 2004, 384 p.

6. Maiers D. Sotsial’naia psikhologiia. Intensivnyi kurs [Social psychology. Intensive course]. Saint Petersburg, Praim-Evroznak Publ., 2002, 512 p.

7. Mel’nik G.S. Mass Media: Psikhologicheskie protsessy i effekty [Mass Media: Psychological processes and effects]. Saint Petersburg, SPbGU Publ., 1996, 159 p.

8. Sukhodol’skaia N.P. Social stereotype in the life of people. Filosofia i obshchestvo = Philosophy and society, 2007, no. 3 (47), pp. 152-160 (in Russian).

9. Shikhirev P. N. Sovrem.enn.aia sotsial’naia psikhologiia v Zapadnoi Evrope [Modern social psychology in Western Europe]. Moscow, Nauka Publ., 1985, 175 p.

10. Shtompka P. Sotsiologiia: analiz sovrem.enn.ogo obshchestva [Sociology: an analysis of modern society]. Moscow, Logos Publ., 2005, 664 p.

11. Allport G. W. The Nature of Prejudice. New York, 1958, 77 p.

12. O’Hara R. Media for million. New York, 1961, 295 p.

13. Van den Berghe P. L. Race and Ethnicity: A Sociobiological Perspective. Ethnic and Racial Studies, 1978, vol. 1, no. 4, pp. 401-411.

ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРАХ

Питерова Анна Юрьевна — кандидат исторических наук, доцент, кафедра философии и социальных коммуникаций, Пензенский государственный университет, 440026, г. Пенза, ул. Красная 40, Российская Федерация, e-mail: [email protected]

Тетерина Евгения Александровна — кандидат исторических наук, доцент, кафедра философии и социальных коммуникаций, Пензенский государственный университет, 440026, г. Пенза, ул. Красная 40, Российская Федерация, e-mail: [email protected]

AUTHORS

Piterova Anna Yurevna — Candidate of historical sciences, associate professor, Department of philosophy and social communications, Penza State University, 40 Krasnaya Street, Penza, 440026, the Russian Federation, e-mail: [email protected]

Teterina Evgenya Alexandrovna — Candidate of historical sciences, associate professor, Department of philosophy and social communications, Penza State University, 40 Krasnaya Street, Penza, 440026, the Russian Federation, e-mail: [email protected]

БИБЛИОГРАФИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ СТАТЬИ

Питерова А.Ю. Социальные стереотипы: особенности формирования и изучения / А.Ю. Питерова, Е.А. Тетерина // Электронный научный журнал «Наука. Общество. Государство». — 2016. — Т. 4, № 1 [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http:// esj.pnzgu.ru.

BIBLIOGRAPHIC DESCRIPTION

Piterova A. Yu., Teterina E. A. Social stereotypes: the characteristics of the formation and study. Electronic scientific journal «Science. Society. State», 2016, vol. 4, no. 1, available at: http://esj.pnzgu.ru (In Russian).

Социальный стереотип как концентрированное выражение социальной установки Текст научной статьи по специальности «Социологические науки»

Социальный стереотип как концентрированное выражение социальной установки Ильюшкин В. В.

Ильюшкин Виталий Владимирович /Il’jushkin Vitalij — кандидат психологический наук, доцент, кафедра философии и социально-гуманитарных наук, ФГБОУВПО Ивановский государственный политехнический университет, г. Иваново

Аннотация: в статье анализируется социальный стереотип, и делается вывод о том, что социальный стереотип является концентрированным выражением социальной установки, в котором реализуется ее эмоциональный заряд, направленность на определенный объект и основная функция, состоящая в стремлении организовывать и на психологическом уровне интегрировать сознание людей, принадлежащих к одной социальной общности или выступать в качестве дезинтегратора субъектов, представляющих различные социальные группы или сообщества.

Ключевые слова: социальный стереотип, сознание, межличностное восприятие, регулятор поведения, установка, предрассудок.

В психологии близкими по смыслу к понятию «стереотип» являются понятия установка, предрассудок, норма, паттерн. Функционально сходен социальному стереотипу ряд явлений, происходящих в процессе межличностного восприятия: эффект ореола, первичности, новизны, феномен имплицитной теории личности — и отражающих определенную тенденцию к восприятию индивидом социального объекта максимально однородным и непротиворечивым [12, 384].

Социально-психологические стереотипы могут проявляться в отношениях людей к определенным общественным событиям, явлениям, социальным группам, отдельным людям, а также в политических, экономических, национальных, религиозных, культурных и других взаимоотношениях людей. Эти стереотипы, будучи однажды сформированными, продолжают сохраняться даже в условиях поступления к человеку противоречащей данному стереотипу информации.

В.А. Ядов [20] и П.Н. Шихирев [19] полагают, что в основе социальных стереотипов лежит психологический феномен генерализации, обобщения и схематизации данных собственного и чужого опыта, играющего двоякую роль. С одной стороны, он «сокращает» процесс познания, с другой, если суждение строится на основе прошлого ограниченного опыта, а тот был негативным, то последующее восприятие окрашивается неприязнью. Кроме того, П.Н. Шихирев отмечал, что существует социально-психологический аспект стереотипов, когда последний рассматривается как образ человека или некой группы людей. Чаще всего данный аспект подразумевается в этническом контексте, при этом нужно отметить, что «страны, склонные к тоталитарному мышлению гораздо больше погружены в мифы, в том числе мифические стереотипы» [10, 146].

В отличие от индивидуально-психологического, социально-психологический стереотип передает не общечеловеческое содержание психики, а только тот ее смысл, который существенен для данной социальной группы и который представляет обобщение совместного социального опыта членов этой группы, касающееся социально значимых, а значит, затрагивающих их интересы объектов. В стереотипе важен, прежде всего, его социальный аспект, оценочный элемент. Человек, использующий определенный стереотип, тем самым воспринимает свое поведение в соответствии с этой оценкой. Социально — психологический стереотип всегда жестко социально детерминирован и его оценка всегда однозначна. Социально-психологический стереотип выражает укоренившееся в социальной психологии той или иной социальной группы устойчивое отношение к однородным или сходным явлениям [6].

Т. Шибутани отмечал социальный стереотип как «популярное понятие, обозначающее приблизительную группировку людей, с точки зрения какого-то легкого различимого

признака, поддерживаемое широко распространенными представлениями относительно свойств этих людей» [18, 98]. Р. Таджури определяет социальный стереотип как «склонность воспринимающегося субъекта легко и быстро заключать воспринимаемого человека в определенные категории в зависимости от его возраста, пола, этнической принадлежности, национальности и профессии и тем самым приписывать ему качества, которые считаются типичными для людей этой категории» [24, 95].

Сближение и диффузия исторически четко разделенных культур привели к разрушению границ, утрате жесткой определенности стереотипных мужских и женских ролей, трансформации представлений в сторону эгалитаризации нетрадиционности, равноправного партнерства во всех сферах, двухкарьерности, взаимозаменимости [11, 68].

Г. Тэджфел суммировал главные выводы исследований в области социального стереотипа и выделил его следующие характеристики [25]:

1) люди с легкостью проявляют готовность характеризовать обширные человеческие группы или «социальные категории» недифференцированными, грубыми и пристрастными признаками, такая категоризация стремится оставаться совершенно стабильной в течении очень длительного периода времени;

2) социальные стереотипы в некоторой степени могут изменяться в зависимости от социальных, политических или экономических изменений, но этот процесс происходит крайне медленно;

3) социальные стереотипы становятся более отчетливыми и враждебными, когда возникает социальная напряженность между группами;

4) они усваиваются очень рано и используются детьми задолго до возникновения ясных представлений о тех группах, к которым они относятся;

5) социальные стереотипы не представляют большой проблемы, когда не существует явной враждебности в отношениях групп, но их в высшей степени трудно модифицировать и управлять ими в условиях значительной напряженности и конфликта.

Итак, под социальным стереотипом понимается устойчивая совокупность представлений, складывающихся в сознании на основе как личного, так и общественного жизненного опыта. Сквозь призму социального стереотипа воспринимаются реальные предметы, отношения, события, действующие лица. Социальные стереотипы, являясь неотъемлемыми компонентами индивидуального сознания, инициируются сознанием массовым. Благодаря им происходит необходимое сокращение восприятия и иных информационных и идеологических процессов в психике, закрепляется как положительный, так и отрицательный опыт людей, чем объясняется их односторонность и ограниченность, способность сравнительно легко превращаться в предрассудки. По своей гносеологической природе социальные стереотипы могут быть как истинными, так и ложными. Оценка истинности или ложности социальных стереотипов строиться на анализе конкретных ситуаций. По социальной направленности стереотипы бывают как прогрессивными, так и реакционными. Они тесно связаны с эмоциональной стороной восприятия, хотя и не лишены логических обоснований: широко используются в пропаганде, поскольку воздействие на массовое сознание осуществляется благодаря разработке и внедрению определенных социальных стереотипов.

Наличие социального стереотипа, хотя он и не всегда отвечает требованию точности и дифференцированности восприятия субъектом социальной действительности, играет важную роль в оценке внешней среды, так как дает возможность сократить время реагирования на динамично меняющуюся реальность, ускорить процесс непосредственного познания. Одновременно с этим, появляясь при ограничении поступающей информации о воспринимаемом объекте, социальные стереотипы могут стать ложными и выполнить консервативную или реакционную роль, формируя неверное знание субъектов и деформируя процессы межличностного взаимодействия.

Стереотип является формой проявления и выражения установки. По этой причине в интересах его правильного исследования необходимо хорошо представлять особенности проявления самой установки. Социальная установка — понятие, применяемое в социологии и

социальной психологии для обозначения устойчивой предрасположенности, готовности индивида или группы к действию ориентированному на социально-значимый объект. Этот термин был использован В. Томасом и Ф. Знанецким в работе «Польский крестьянин в Европе и Америке» для анализа связей между индивидом и социальной организацией. Под установкой социальной они понимали психологическое переживание индивидом ценности, значения, смысла социального объекта, состояние сознания индивида относительно некоторых ценностей [27]. Решающий вклад в изучение природы социальной установки внес Г. Олпорт [22], анализировавший ее с позиций взаимодействия личности и социальной среды, тогда как в рамках грузинской психологической школы установка (set) изучалась как психофизиологический феномен [15].

Д.Н. Узнадзе [15; 16] полагал, что установка, как внутреннее состояние готовности, направлена к психической и поведенческой активности, является особенностью деятельности «целостной личности». Установка формируется в процессе жизнедеятельности субъекта, то есть является приобретенным образованием. Из работ Д.Н. Узнадзе следует, что установка является неосознаваемым образованием, состоянием, которое предшествует той или иной деятельности и определяет ее существование. В то же время, автор отмечает, что установка становится «фактором, направляющим и определяющим содержание нашего сознания» [16]. Установки, в отличие от отношений личности, возникнув, первоначально не осознаются и имеют характер автоматизмов. В процессе деятельности установка объективируется, направляется на определенные предметы, и становится осознанной. На наличие осознаваемых компонентов в структуре установки указывал Ф.В. Бассин, проведший тщательный анализ концепции установки [1].

Су Ван [13], анализируя связь установки и отношения человека через связь бессознательного и сознательного в психике и поведении человека, показал, что установка, как бессознательное явление, находится в системе отношений человека под регулирующим воздействием сознательного.

В.А Ядов [21], изучавший социальные установки личности в рамках диспозиционной концепции регуляции социального поведения личности, рассматривает их как диспозиции, имеющие системное значение и в которые включены все жизненные устремления личности, обеспечивающие целенаправленное формирование состояния готовности человека к деятельности. То есть человек имеет сложную систему диспозиционных образований, которые выступают в качестве регуляторов поведения и деятельности. Диспозиции, как взаимосвязь конкретных социальных условий деятельности индивида и его субъективного отношения к ним, зависят, по мнению В.А. Ядова, от предшествующего опыта и обобщенных психологических особенностей субъекта, обеспечивая регуляцию, саморегуляцию и прогнозирование социального поведения личности.

Данные диспозиции иерархически организованы. В соответствие с этим, существует четыре уровня диспозиций:

а) элементарные фиксированные установки;

б) социальные фиксированные установки или аттитюды;

в) базовые социальные установки;

г) ценностные ориентации личности [21; 89].

Д.А. Чарквиани [17], сравнивая социальные установки и фиксированные установки, показывает, что они в целом имеют общие признаки: валентность, значимость объекта, социализацию, осознанность. Когда речь идет о социальной установке как о переменной, свойственной человеку лишь на уровне личности, вышеуказанные признаки становятся специфическими. То есть, можно сказать, что социальная установка является специфической формой фиксированной установки и имеет следующие характерные признаки: является оценочной, направлена на личностно и объективно значимые объекты (ценности), сформирована в процессе социализации и является осознанной.

Г. Олпорт определяет социальную установку как «состояние психофизиологической готовности, которое организовано на основе опыта, оказывающее динамическое и направляющее

внимание на поведение индивида, осуществляемого по отношению предметов и явлений, связанных с объектом социальной установки».

У. Мак-Гайр, анализируя социальную установку по Г. Олпорту, раскрывает пять основных признаков социальной установки. В первую очередь, он останавливается на свойстве социальной установки, которое в приведенном определении представлено как «психофизиологическое состояние». В данном случае подразумевается, что социальная установка не является непосредственно наблюдаемой переменной.

Второй признак социальной установки, на котором останавливается У. Мак-Гайр в определении Г. Олпорта, — это «состояние …готовности» к поведению. В данном случае вопрос касается альтернативы: является ли социальная установка реакцией или предварительной диспозицией к ответу на раздражение. Согласно У. Мак-Гайру, социальную установку как реакцию на раздражитель может рассматривать лишь представитель ортодоксального бихевиоризма. Но большинство исследователей рассматривают социальную установку в качестве промежуточной переменной, предшествующей поведению. Таким образом, социальная установка понимается как промежуточная переменная, опосредствующая связь между раздражителем и реакцией.

Третьим признаком социальной установки, на которое обращает внимание У. Мак-Гайр, является то, что социальная установка как состояние готовности определенным образом «организовано». Здесь речь идет о свойстве структурности социальной установки. При описании данного признака мы имеем дело с двумя обстоятельствами. С одной стороны, вопрос касается одной, отдельной социальной установки, ее составных компонентов, имеющих свои собственные признаки. Здесь имеется в виду отношение человека к объектам одного класса. С другой стороны, можно описать структуры различных социальных установок и взаимосвязь, то есть в данном случае можно говорить об отношении одной конкретной установки к другим социальным установкам, образующим определенную совокупность.

Четвертым признаком социальной установки в определении Г. Олпорта [22], согласно У. Мак-Гайру, является то, что она сформирована «на основе опыта», так как социальная установка не является врожденным свойством личности; она формируется в процессе активного взаимодействия человека с окружающей социальной средой.

Пятый признак социальной установки, заключается в том, что она оказывает «динамическое и направляющее» влияние на поведение. У. Мак-Гайр полагает, что социальная установка понимается Г. Олпортом не только как состояние, «направляющее» поведение, но и как его энергетическая основа [14]. Энергетическую сторону социальной установки также особо подчеркнул Л. Дууб [23], который считает, что социальные установки не только направляют поведение, но и являются его энергетической основой: отрицательная враждебная социальная установка, скажем, по отношению определенной социальной группе характеризуется не только враждебным отношением к ней, но и стимулирует, подстрекает человека на враждебное поведение. Здесь социальной установке приписывается свойство мотивации [23].

В отличие от Г. Олпорта [22], многие исследователи выделяют лишь какой-то определенный признак социальной установки, подчеркивая, в основном, ее аффективную сторону. Л. Терстоун [26] определяет социальную установку как положительный или отрицательный аффект по отношению к психологическому объекту.

Л. Терстоун, который одним из первых начал разработку методов измерения социальных установок: он, в основном, опирался на вербальные данные испытуемых, в которых решающее значение имеют аффективные реакции, посредством которых возможно определить позицию человека на континууме шкалы социальных установок [26]. Схожим образом определяет социальную установку и Ф. Хайдер, на его взгляд, социальная установка есть положительное или отрицательное отношение одного индивида к другому или к определенному явлению [9].

В. Ядов [21] отмечает, что чем выше установка на иерархической ступени развития, тем выше роль познавательного компонента, следовательно, социальная установка является вполне осознаваемым феноменом.

Приведенные выше точки зрения и суждения позволяют выделить следующие признаки социальной установки:

— психофизиологическое единство, то есть единство психического и физиологического. В смысле психического, социальная установка рассматривается как осознанное состояние;

— состояние готовности к поведению; это означает, что социальная установка — это не реакция, а готовность к реакции. С точки зрения характеристики переменных, она — промежуточная, опосредствующая влияние внешнего воздействия на поведение;

— организованную структуру, указывающую на специфику взаимодействия между ее элементами;

— образование на основе социального опыта, решающую роль в котором играет процесс социализации;

— динамическом и направляющем влиянии на активность, то есть имеет свойство валентности, а объектом социальной установки является ценность, значимая для субъекта.

Стереотип можно рассматривать наиболее концентрированным выражением социальной установки. Изучение стереотипа показало, что наибольшую устойчивость и действенность он обнаруживает тогда, когда его контуры (при всей их четкости) оставляют индивиду определенный простор для индивидуальной «достройки» общепринятого образа, для проявления активности ищущего выхода психологического напряжения, возникающего в результате расхождения образа, фиксированного в социальной установке и актуально складывающегося.

Стереотип, не дающий индивиду такой возможности, теряет свой ореол и превращается в простой штамп. Видимо, пространство, оставляемое для заполнения, играет особую функциональную роль и есть не что иное, как поле реализации индивидом незаметно накапливающихся изменений в социальной системе. «Достройка» стереотипа происходит неосознанно, но если она воссоздает отраженную в ней действительность адекватно, то немедленно начинает распространяться в данной социальной общности и исподволь заполняет старую форму новым содержанием [8].

Для актуализации социального стереотипа требуется инициировать установку. Социально-психологическая установка есть сложившаяся у индивида, на основе имеющегося опыта, готовность и предрасположенность к восприятию социальной информации с учетом определенной социальной позиции, что выражается в системе ценностных ориентации субъекта. Это есть первое ответное действие субъекта, вносящего определенность в получаемые им сведения о значимых для данной личности вопросах.

Формирование социального стереотипа — процесс достаточно длительный. В ходе его множество индивидуальных впечатлений, мнений, образов, существующих в сознании различных людей, сливаются в единую модель. Необходимо время, чтобы получить достаточное количество разнообразной информации о предмете, отражением которого является стереотип. Чтобы каждая из образовавшихся установок пустила корни, зафиксировалась, чтобы эти фиксированные установки сплелись в образ, в высшей степени обобщенный и стандартизированный для множества людей, и закрепили бы его в системе предрасположенности.

Социальный стереотип, таким образом, выступает концентрированным выражением социальной установки, в котором реализуется ее эмоциональный заряд, направленность на определенный объект и основная функция, состоящая в стремлении организовывать и на психологическом уровне интегрировать сознание людей, принадлежащих к одной социальной общности или выступать в качестве дезинтегратора субъектов, представляющих различные социальные группы или сообщества (классовые, конфессиональные, этнические, национальные и другие).

Литература

1. Бассин Ф.В. Проблема «бессознательного». — М., 1968. -468 с.

2. Болдин С.Ю. Самоидентификация как опыт // Проблемы современной науки и образования.

2014. №23. С. 42-44.

3. Ильюшкин В. В. A stereotyped as an important factor in the perception and cognition of people to each other / Стереотипизация как важный фактор в восприятии и познании людьми друг друга // EUROPEAN SCIENCE. 2014. №1. С. 31-36.

4. Ильюшкин В. В. The ethnic stereotypes of perception / Стереотипы межнационального восприятия // INTERNATIONAL SCIENTIFIC REVIEW. 2014. №1. С. 34-40.

5. Ильюшкин В. В. The oretical views about national and ethnic stereotypes in the social Sciences and psychology / Теоретические представления о национальных и этнических стереотипах в социальных науках и психологии // EUROPEAN RESEARCH. 2014. №1. С. 83-88.

6. Левкович В.П., Панкова Н.Т. Социально-психологический подход к структуре этнического сознания // Психологический журнал. 1983. -Т.4, -№ 4. -С.64-74.

7. Мастикова Н. С. Опыт сопоставления доминирующих рангов ценностей «свобода» и «равенство» россиян и народов западных стран. // Проблемы современной науки и образования. 2013. №17. С. 227-232.

8. Мурадян С.А. Гносеологический анализ проблемы стереотипа: Дисс. канд. филос. наук. -Ереван, 1977. -168 с.

9. Надирашвили Ш.А. Установка и деятельность. — Тбилиси: Изд-во Мецниереба, 1987. -361 с.

10. Наумов А.Г. Российская психология и пути выхода из кризиса: общество, закон, наука // Проблемы современной науки и образования. 2014. — № 9 (27). — С. 144-153.

11. Осовская И.Н. Российская психология и пути выхода из кризиса: общество, закон, наука // Проблемы современной науки и образования. 2014. — № 3 (21). — С. 67-73

12. Психология. — М.: Политиздат, 1990. — С.384.

13. Су Ван. Проблема связи установки и отношения человека // Психология. — Л.: Ленингр. гос. ун-т, 1959. -C.32

14. Суходольский Г.В. Основы психологической теории деятельности / ЛГУ им. А.А.Жданова. -Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1988. -166 с.

15. Узнадзе Д.Н. Экспериментальные основы психологии установки. — Тбилиси: Изд-во Акад. наук Груз. ССР, 1961. — 210 с.

16. УзнадзеД.Г. Психологические исследования. — М.: Наука, 1966. — 451 с.

17. Чарквиани ДА. Мотивационные и структурные характеристики социальных установок. Автореф. дисс. .. .д-ра психол. Наук // АН ГССР, Ин-т психологии им. Д.Н.Узнадзе. — Тбилиси, 1989. — 49 с.

18. Шибутани Т. Социальная психология. Сокр. пер. с англ. -М.: Прогресс, 1969. — 535 с.

19. Шихирев П.Н. Исследование стереотипа в американской социальной психологии // Вопросы философии, 1971. — № 5. — С.168 -175.

20. Этнические стереотипы мужского и женского поведения. — СПб., 1991. — 476 с.

21. Ядов В.А. О диспозиционной регуляции социального поведения личности // Методологические проблемы социальной психологии / Под ред. Е.В. Шороховой. — М., 1975. — С.89-105.

22. Alport G. W. Pattern and Growth in Personality. — N.Y., 1964. — 593P

23. Doob L. The behavior of attitudes.-Psychol. Rev. 1947. vol. 54. -P. 135-156.

24. Tagiuri R. Person perception.- In: Lindzey G. Aronson E.(end). The Handbook of social psychology.V.3.-N-Y., 1968.

25. Tajfel H. Social Stereotypes and Social groups — In: Turner J.C., Giles H. (eds.) // Intergroup behaviour. — Oxford: Basil Blackwell, 1981. — P. 144-167.

26. Therstono L. The measurement of social attitudes // J.Abnorm. Soc.Psychology, 1931.

27. Thomas W. andZnanieckiF. The Polich Peasants in Europe and America. Vol. 1.-Boston, 1918.

СТЕРЕОТИПЫ СОЦИАЛЬНЫЕ | Энциклопедия Кругосвет

Содержание статьи

СТЕРЕОТИПЫ СОЦИАЛЬНЫЕ упрощенные, схематизированные образы социальных объектов, разделяемые достаточно большим числом членов социальных групп.Впервые термин «социальный стереотип» использовал американский журналист и политолог У.Липпман в 1922 в книге Общественное мнение. Согласно Липпману, стереотипы это упорядоченные, детерминированные культурой «картинки мира» в голове человека, которые, во-первых,экономят его усилия при восприятии сложных социальных объектов и, во-вторых,защищают его ценности, позиции и права.

Исторически так сложилось, что подавляющее большинство исследований посвящено этническим стереотипам, т.е. упрощенным образам этнических общностей (этносов). Но разнообразие и мобильность социальных общностей, к которым принадлежит и с которыми сталкивается современный человек, ставят перед ним задачу поиска границ между «своими» и многочисленными «чужими». Поэтому термин «стереотип» был распространен на анализ восприятия людьми представителей собственной и другой политической, религиозной, культурной, сексуальной и т.п. ориентации, своей или иной профессии, своего или иного возраста, поколения, пола, экономического положения и т.д.

Стереотип и его функции.

Стереотипы – это характеристики, которые описывают членов социальных групп, приписываются им или ассоциируются с ними. До сегодняшнего дня в обыденном сознании и в средствах массовой коммуникации о стереотипах весьма распространено мнение как о негативном явлении. Во многом это связано с тем, что в мировой науке чаще всего изучались негативные стереотипы подвергавшихся дискриминации этнических меньшинств. Отсюда – отождествление стереотипов с предрассудками, а процесса стереотипизации – с «безнравственной формой познания».

Однако необходимо проводить четкое различение между стереотипами как социальным явлением и стереотипизацией как психологическим процессом. В социальной психологии последних десятилетий стереотипизация стала рассматриваться как рациональная форма познания, как частный случай более универсального процесса категоризации: создавая социальные категории, мы обращаем внимание на характеристики, благодаря которым люди, принадлежащие к одной группе, воспринимаются похожими друг на друга и отличающимися от других людей.

Объективно необходимой и полезной психологической функцией стереотипизации со времен Липпмана считалось упрощение и систематизация обильной и сложной информации, получаемой человеком из окружающей среды. Так, сторонники теории «сбережения ресурсов» главную функцию стереотипизации видят в обеспечении индивидов максимумом информации при минимальном интеллектуальном усилии. Иными словами, стереотипы в процессе социального восприятия избавляют индивидов от необходимости реагировать на сложный социальный мир, но являются низшей формой представлений о социальной реальности, которые используются только тогда, когда недостижимы высшие, более точные и индивидуализированные представления.

Однако восприятие человека как члена группы вовсе не означает искажения его «подлинной» индивидуальности, а сами стереотипы представляют собой более полезные способы восприятия, чем думали ранее. Наш мир сложен для восприятия не только из-за количественной перенасыщенности информацией, но и в результате ее качественной неопределенности. Стереотипизацию следует рассматривать как средство постижения социального значения информации. Т.е. стереотипизация существует главным образом не для того, чтобы экономить познавательные ресурсы воспринимающего индивида, а скорее для того, чтобы отразить социальную реальность.

Выдающийся британский психолог Анри Тэшфел особо подчеркивал, что стереотипы способны защитить не только ценности индивида, но и социальную идентичность. Исходя из этого, в качестве основных социально-психологических функций стереотипизации следует рассматривать: межгрупповую дифференциацию, или оценочное сравнение, чаще всего в пользу своей группы, и осуществляемое с ее помощью поддержание позитивной социальной идентичности. Иными словами, предназначение стереотипов – наладить отношения группы не с кем-то, а с собой, создав образ, позволяющий ей идентифицировать себя в водовороте истории. Вспомним классическое: «мы – не рабы, рабы – не мы». С этой точки зрения, «сверхзадача» социальных стереотипов – обеспечить пусть символическую, но целостность социальной общности.

Впрочем, встречаются и проявления предпочтения чужих групп. Низкостатусные группы, например этнические меньшинства, могут соглашаться с относительно более низким их положением в обществе. В этих случаях они склонны развивать негативные автостереотипы (стереотипы своей группы) и позитивные гетеростереотипы (стереотипы чужой группы).

Тэшфел выделил две социальные функции стереотипизации: а) объяснение существующих отношений между группами, в том числе поиск причин сложных и «обычно печальных» социальных событий; б) оправдание существующих межгрупповых отношений, например действий, совершаемых или планируемых по отношению к чужим группам. Психологический механизм стереотипизации во все времена использовался в различных реакционных политических доктринах, санкционирующих захват и угнетение народов, для сохранения господства поработителей путем насаждения негативных стереотипов о побежденных и порабощенных.

Иными словами, содержание стереотипов определяется факторами социального, а не психологического порядка. И именно враждебные, полные предрассудков стереотипы, а не механизм стереотипизации сам по себе – явление сугубо отрицательное, способствующее стабильности межгрупповых отношений, основанных на господстве и подчинении.

С другой стороны, стереотипы часто выполняют негативную роль, когда используются индивидом в процессе межличностного восприятия при недостатке информации о конкретном партнере по общению. К сложностям при налаживании взаимопонимания между людьми могут привести не только негативные, но и вполне положительные стереотипы. Если американцы будут ожидать, что русские дисциплинированы и трудолюбивы, то российские партнеры могут не оправдать их надежд. А наши соотечественники, ожидающие от американцев общительности и сердечности, бывают разочарованы, осознавая, что общение в США часто определяется деловой ценностью человека.

Основные свойства социальных стереотипов.

Среди наиболее существенных свойств этнических стереотипов выделяют их эмоционально-оценочный характер. Эмоциональные аспекты стереотипов понимаются как ряд предпочтений, оценок и настроений. Эмоционально окрашенными являются и сами воспринимаемые характеристики.

Даже описание черт уже несет в себе оценку: явно или скрыто она присутствует в стереотипах, необходимо только учитывать систему ценностей группы, в которой они распространены. Например, в русской прессе 19 в. Н.А.Ерофеевым обнаружено множество высказываний о присущих англичанам практицизме, деловой энергии, расчетливости, стремлении к прибыли. Но высказывания эти не только не содержат в себе одобрительной оценки, но даже не нейтральны. Для русского общества того времени «практицизм» означал поглощенность низменными заботами в ущерб более высоким идеальным ценностям.

Другим важным свойством этнических стереотипов считается их устойчивость. Стабильность стереотипов не раз подтверждалась в эмпирических исследованиях. Стереотипы московских старшеклассников и студентов в конце 1980-х и середине 1990-х свидетельствуют: цивилизационный слом, произошедший в этот период в нашей стране, привел не к слому образа своей группы, а лишь к некоторой его трансформации. Но устойчивость стереотипов все-таки относительна: при изменении отношений между группами или при поступлении новой информации их содержание и даже направленность могут изменяться.

Еще одно свойство социальных стереотипов – согласованность, или консенсус. Именно согласованность считал важнейшей характеристикой стереотипов А.Тэшфел. По его мнению, социальными стереотипами можно считать лишь представления, разделяемые достаточно большим числом индивидов в пределах социальных общностей.

В последние десятилетия ряд авторов, считая согласованность стереотипов химерой и игрой воображения исследователей, отказались считать консенсус обязательной и необходимой характеристикой стереотипов. Утверждается, что критерий консенсуса стереотипов является излишним: так как стереотипы размещены в голове индивидов, они должны изучаться как индивидуальные убеждения.

Впрочем, преобладает противоположная точка зрения, сторонники которой, признавая, что индивидуальные убеждения о социальных группах существуют, подчеркивают, что стереотипы и личные убеждения, хотя и могут частично совпадать, есть различные структуры, каждая из которых представляет собой часть знаний индивида о своей или чужой группах. Более того, если бы стереотипы не были согласованными, было бы очень мало смысла в их изучении. Опасность стереотипов, а значит, и основная причина их изучения, состоит в возможности сходных реакций в ответ на сходные стереотипы: если бы каждый индивид реагировал на членов унижаемой группы в соответствии со своими собственными убеждениями, негативный эффект стереотипов был бы значительно ослаблен.

Еще одним сущностным свойством стереотипа со времен Липпмана считается их неточность. В дальнейшем стереотипы получали еще менее лестные характеристики и интерпретировались как «традиционная бессмыслица», «прямая дезинформация», «совокупность мифических представлений» и т.п. Ложность настолько прочно стала ассоциироваться с понятием «стереотип», что был даже предложен новый термин «социотип» для обозначения стандартного, но истинного знания о социальной группе.

Начиная с 1950-х получила распространение гипотеза, согласно которой объем истинных знаний в стереотипах превышает объем ложных – так называемая гипотеза «зерна истины». Теперь уже не вызывает сомнений, что социальные стереотипы не сводятся к совокупности мифических представлений. Социальный стереотип есть образ социального объекта, а не просто мнение о нем. Он отражает, пусть и в искаженном или трансформированном виде, объективную реальность: свойства двух взаимодействующих групп и отношения между ними.

То, что реальные межгрупповые отношения оказывают влияние на стереотипы, не требует особых доказательств. Именно от характера отношений – сотрудничества или соперничества, доминирования или подчинения – зависят содержание и степень благоприятности стереотипов.

Социальные стереотипы отражают реальные особенности стереотипизируемой группы. При этом признаками истинности стереотипа предлагается считать, во-первых, единодушие мнений двух и более групп относительно черт, характеризующих третью. Во-вторых, – совпадение в восприятии группы самой себя и ее восприятием другой группой. Видимо, есть «зерно истины» в стереотипе, что американцы конкурентны, патриотичны, независимы и эмоциональны, если эти качества считают «типично американскими» и они сами, и русские респонденты. Однако «критерий автостереотипа» достаточно слабо проверяет точность стереотипов, так как нет никакой уверенности в том, что люди свою группу воспринимают более точно, чем чужую.

Свойства, приписываемые другим, косвенным образом отражают особенности группы, в которой распространены. Так как другие народы воспринимаются через сравнение с собственным, русские приписывают общительность и раскованность разным народам: американцам, которые далеко не всегда включают эти черты в автостереотип, и финнам, в автостереотип которых входят противоположные черты. Вполне вероятно, что русские особо выделяют эти качества у других народов из-за восприятия своих соотечественников как «зажатых» и недостаточно общительных.

Борьба с негативными стереотипами.

В 1947 в рамках проекта ЮНЕСКО Пути к взаимопониманию между народами (Tensions affecting international understanding) было проведено исследование в 9 странах с выборкой в тысячу человек в каждой стране. Исследователи полагали, что стереотипы являются причиной если не происхождения, то поддержания и обострения межгрупповых конфликтов. Поэтому предполагалось, что если люди будут лучше осведомлены о стереотипах как о часто ошибочных и не всегда полных образах своей и других наций, то эти образы будут заменены более точным знанием о народах, что в свою очередь приведет к ослаблению международной напряженности. В настоящее время социальные психологии понимают, что такое воздействие должно затрагивать не только стереотипы, но и более широкую область межгрупповых отношений, включая поведение, социальные установки (аттитюды) и пр.

Одним из ведущих направлений исследований стала разработка т.н. «гипотезы контакта», основой которой служит предположение о том, что непосредственное общение при определенных условиях способствует улучшению социальных стереотипов и разрушает предубеждения. Но даже при соблюдении большинства условий, благоприятствующих контактам (группы обладают равным статусом, имеют общие цели, требующие сотрудничества, и подчиняются единому своду правил), полученные результаты позволяют усомниться в том, что встречи и знакомства с представителями другой большой группы неизбежно ведут к приписыванию им более позитивных качеств.

Однако неспособность гипотезы контакта предсказать, распространятся ли возникающие в ходе межличностных отношений позитивные установки на всю группу в целом, и приведут ли они к изменениям в стереотипах, является ее главным недостатком. По мнению британского социального психолога М. Хьюстона, позитивному эффекту способствуют три аспекта контакта. Во-первых, в ситуации общения воспринимающие субъекты начинают признавать различия между членами чужой группы. Во-вторых, «распространению» положительных установок благоприятствует использование информации, не подтверждающей начальный стереотип. В-третьих, увеличение межличностных контактов с осознанием того, что «свои» и «чужие» имеют много схожих свойств и ценностей, приводит к изменениям в восприятии значимости социальных категорий для классификации индивидов.

В последнее десятилетие 20 в. в социальной психологии получили развитие подходы, которые нацелены на целенаправленное подавление негативных стереотипов и на замену поведения, основанного на согласованных социальных стереотипах, на действия, в основе которых лежат персональные убеждения. Их сторонники основываются на концепции исследовательницы из США П.Дивайн, согласно которой стереотипы неизбежно активизируются в ситуации восприятия представителя другой группы, несмотря на любые попытки их игнорировать. Исследования продемонстрировали автоматизацию стереотипных черт, относящихся к афроамериканцам, азиатам, пожилым людям, мужчинам и женщинам.

В моделях снижения негативных стереотипов подчеркивается, что свободные от предубеждений «ответы» на стереотипы требуют от человека, воспринимающего представителей «чужих» групп, знаний о своей предубежденности и стремления изменить свои убеждения исходя из ценностей равенства и справедливости, чувства вины, угрызений совести и т.п.

Татьяна Стефаненко

А. С. Царев. Мировой, российский и региональный опыт построения социальной концепции стереотипа

А. С. ЦАРЕВ

МИРОВОЙ, РОССИЙСКИЙ И РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОПЫТ ПОСТРОЕНИЯ СОЦИАЛЬНОЙ КОНЦЕПЦИИ СТЕРЕОТИПА

ЦАРЕВ Александр Сергеевич, аспирант кафедры философии для естественно-научных и инженерных специальностей Мордовского государственного университета.

Ключевые слова: социальный стереотип; социальная концепция стерео-типа; общероссийские и региональные теории социальных стереотипов; истинность стереотипа; интерпретация стереотипа; «социальность» стереотипа; критерий стереотипности

Key words: social stereotype; social stereotype conception; all-Russian and regional theories of social stereotypes; reality of stereotype; interpretation of stereotype; «sociality» of stereotype; criteria of stereotype

В современном обществознании под социальным стереотипом понимают относительно устойчивое, схематизированное, упрощенное, эмоционально окрашенное представление о личности и социальной группе, их социально значимых свойствах и подобающем социальном поведении, закрепившееся на уровне индивидуального и общественного сознания и (в случае чрезмерного обобщения и неадекватной оценки) нередко искажающее нормальное видение социальной действительности. Принято считать, что природа стереотипа амбивалентна. В нем одновременно совмещается ряд диаметрально противоположных начал: рациональное и иррациональное, истинное и ложное, созидательное и разрушительное. Эта двойственность, неоднозначность, комплексность социального стереотипа порождает в социально-философских исследованиях множество теоретико-методологических проблем, от решения которых во многом зависит создание стройной и, что особо следует подчеркнуть, социальной концепции стереотипа. Трудности освоения этого феномена связаны не только с его противоречивой природой, но и с многообразием социально-психологических подходов, предлагающих абсолютно разные интерпретации стереотипа, а также с отсутствием в научном аппарате социологии и социальной философии собственного подхода, который позволил бы избежать «семантической анархии», сложившейся в исследованиях стереотипа.

Научный интерес к социальным стереотипам возник в американском обществознании в 20—30-е гг. XX в., что было неслучайным, поскольку именно американское общество оказалось в это время во власти массового сознания, расовых и этнических предрассудков, дискриминации, ксенофобии и нетерпимости. Социальные стереотипы (антропостереотипы) и их видовые модификации (расовые, этнические, конфессиональные, гендерные) изучались здесь в различных аспектах: когнитивном, аффективном, социально-психологическом и социологическом1, однако в целом в американской науке мы наблюдаем явную психологизацию этого феномена.

Вплоть до 60-х гг. центральное место в американских исследованиях занимает проблема истинности социального стереотипа. На наш взгляд, она носит некий философский характер, поскольку связана с такими фундаментальными категориями философии, как истина и ложь. К проблеме истинности стереотипа обращался еще его первооткрыватель У. Липпман, который считал, что стереотип отнюдь не обязательно должен быть ложным. Он может содержать в себе «много важных и глубоких истин»2. После Липпмана о стереотипе стали говорить менее лестно, видя в нем совокупность мифических признаков, традиционную бессмыслицу, ложную классификационную концепцию (В. Кларк, С. Хайакава, К. Юнг), а некоторые ученые (Дж. Фишмэн, С. Аш) вообще усомнились в целесообразности существования данного понятия в социальной науке.

Трактовка социального стереотипа как заведомо ложного, утрированного и неадекватного образования имела место до тех пор, пока О. Клайнберг не выдвинул гипотезу о «зерне истины», согласно которой объем истинных знаний в стереотипах превышает объем ложных3. Предположение Клайнберга активизировало исследования по выявлению факторов, оказывающих влияние на объем «зерна истины». Были высказаны разнообразные точки зрения: истинность стереотипа находится в прямой зависимости от объема истинных знаний о соответствующем объекте, выражается совпадением мнений членов двух социальных групп относительно характеристик третьей группы и др. Но единства достигнуто не было. После 60-х гг. ХХ в. интерес американских исследователей сместился от содержания стереотипов к поиску механизмов их функционирования и возможных путей преодоления.

Гносеологический анализ социального стереотипа был в центре внимания не только зарубежных ученых. Тогда еще советский философ С. А. Мурадян также предпринял попытку выявления степени истинности знания, содержащегося в стереотипе. По его мнению, стереотип представляет собой знание объективизированное и, соответственно, ложное, предполагающее замену объекта неадекватной мыслью, заблуждением о нем4. Следует отметить, что проблема истинности стереотипа до сих пор осталась открытой. В настоящее время широко распространено мнение об одновременной истинности и ложности социальных стереотипов5.

Отечественная социальная наука из-за идеологических запретов долгое время была оторвана от проблемы социальных стереотипов. Вполне очевидно, что концептуальные исследования стереотипов появились первоначально в крупнейших научных центрах России — Москве и Санкт-Петербурге, а после со значительным временным отрывом в работу включились регионы. В целом общероссийские теории социальных стереотипов в своем становлении и развитии прошли два этапа: критический и оригинальный.

Первый этап (1960—1980-е гг.) характеризуется критической рефлексией зарубежного опыта (В. А. Ядов, Ю. Л. Шер-ковин, П. Н. Шихирев, И. С. Кон, О. Ю. Семендяева и др.). Исследования в основном носят обзорный, ознакомительный характер и не отличаются большой оригинальностью. Социальный стереотип рассматривается преимущественно с позиций классового подхода как примитивный элемент общественной психологии, неадекватно отражающий объективные процессы и мешающий построению нормальных отношений между людьми и группами.

Второй этап (с 1991 г. и по настоящее время) ознаменован формированием авторских концепций социального стереотипа в российской научной традиции (В. С. Агеев, Е. А. Иванова, Н. С. Речкин, Т. Г. Стефаненко, Н. П. Суходольская и др.).

В этот период существенно расширяется область освоения стереотипов, разграничиваются социально-психологические и социальные механизмы их формирования и функционирования. Стереотип включается в широкий социальный контекст, систему общественных отношений и предстает комплексным, многоуровневым феноменом, проявляющим себя как с негативной, так и позитивной стороны.

С середины 90-х гг. активное участие в разработке теории социальных стереотипов принимают ученые не только центральных, но и региональных вузов страны. Так, существенный вклад в концептуально-теоретическое осмысление социальных стереотипов внесли исследователи Уральского государственного университета6. В частности, А. В. Ме-ренков создал оригинальную социологическую концепцию стереотипов личности. Заметных успехов в этой области добились представители Южного федерального универ-ситета7. Например, Р. В. Базиков теоретически обосновал существование социальных стереотипов индивидуального и группового уровней, раскрыл их сущность, структуру и социальные функции. В. В. Ковалев концептуализировал социальные стереотипы естественной и искусственной природы и выявил их специфику, механизмы образования, общественную роль.

В Мордовии имеющиеся на данный момент исследования реализуют в основном эмпирические задачи и (или) сосредоточены на анализе конкретных видов социальных стереотипов: этнических, конфессиональных, гендерных8.

К сожалению, значительные успехи, достигнутые учеными центра и регионов России, не уменьшили количества дискуссионных проблем, связанных с изучением социальных стереотипов. К числу этих проблем следует отнести проблему интерпретации стереотипа, проблему его «социальности», проблему поиска критериев стереотипности. Так, в современном отечественном обществознании нет единого понимания феномена социального стереотипа, что находит выражение в существовании множества его интерпретаций: образ и представление, разновидность социальной установки, отношение, знание, мнение, жесткая связь и др., причем «наиболее конструктивной и перспективной» представляется трактовка стереотипа как представления или образа9. Весьма дискуссионным является определение стереотипа

как разновидности установки. Большинство исследователей считает, что отождествление стереотипа и установки недопустимо, поскольку поведенческая программа вряд ли может быть свойственна образованию ментального плана, коим и является стереотип. По их мнению, в данном случае целесообразнее говорить о том, что социальный стереотип может проявляться «как особый способ формирования социальных установок»10.

Не менее важна проблема неоднозначной трактовки «социальности» стереотипа. Существует широкое (В. Л. Артемов, Т. Г. Стефаненко, П. Н. Шихирев) и узкое (В. С. Агеев, А. А. Бодалев, О. Н. Ванина) понимание. Первые к объектам стереотипизации относят не только личность, социальную группу или социальную общность, но и предметы, явления, события, факты. Вторые среди стереотипизируемых объектов называют только социальную группу или социальную общность. Эти позиции по отношению к объектам стерео-типизации равноценны, и каждая из них имеет право на существование. Однако отечественные и зарубежные ученые ограничиваются лишь констатацией факта существования других объектов стереотипизации, кроме личности и социальной группы. В центре их внимания по-прежнему остаются антропостереотипы, и до сих пор нет ни одного серьезного исследования, рассматривающего стереотипы вещей, событий, фактов и т. п.

В основу интерпретации «социальности» стереотипа должно лечь, на наш взгляд, понимание этого феномена не как образования индивидуального порядка, а как формируемого коллективным субъектом. Иными словами, первоочередная задача социологии и социальной философии будет состоять в разграничении стереотипов социально-психологических, функционирующих на уровне индивидуально-личностном, и стереотипов собственно социальных, проявляющих себя на уровне общественных отношений.

Дискуссионной также считается проблема поиска критериев стереотипности. Здесь у исследователей не вызывает возражений только социальный генезис стереотипов, по поводу остальных его свойств вновь наблюдаются разногласия. Одни полагают, что социальному стереотипу присущи свойства априорности, схематизма, упрощенности, устойчивости, длительности существования, эмоциональной окрашенности, согласованности11. Другие в перечисленном ряду ставят под сомнение априорность, длительность существования, устойчивость стереотипов12. Они правы, поскольку эти свойства невозможно подвергнуть эмпирической верификации. Например, трудно установить, является ли стереотип продуктом личного опыта индивида или стандартизированным коллективным опытом, усвоенным им в процессе социализации.

Кроме того, некоторые исследователи13 видят критерий стереотипности не в свойствах стереотипов, а в их функциональных возможностях: функциях трансляции культурно-исторического опыта, защиты групповых ценностей, оправдания существующих социальных отношений и др. Функции социального стереотипа также нуждаются в четком разграничении на индивидуальные и собственно социальные, что позволит не смешивать психологический и социологический уровни исследования.

Таким образом, решение этих теоретико-методологических проблем даст российским исследователям возможность построения своих социологических и социально-философских концепций социального стереотипа, освобожденных от психологизации этого явления.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 См.: Шихирев П.Н. Исследования стереотипа в американской социальной науке // Философские науки. 1971. № 5. С. 169.

2 Липпман У. Общественное мнение. М.: Общественное мнение, 2004. С. 132.

3 См.: Стефаненко Т.Г. Этнопсихология. М.: Аспект Пресс, 2006. С. 295.

4 См.: Мурадян С.А. Гносеологический анализ проблемы стереотипа: дис. . канд. филос. наук. Ереван, 1977. С. 78.

5 См.: Базиков Р.В. Социальные стереотипы: концептуальный аспект: дис. … канд. филос. наук. Ростов н/Д, 1999. 122 с.; Нечаева С.А. Роль культурных стереотипов в ситуации межличностного конфликта: дис. . канд. культурологии. Волгоград, 2004. 159 с.

6 См.: Меренков А.В. Социология стереотипов. Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2001. 290 с.; Хазова Н.Б. Особенности становления новых экономических стереотипов // Изв. УГУ. 2007. № 51. С. 110—116; Шесто-палова О.Н. Типология социальных стереотипов // Изв. УГУ. 2007. № 51. С. 106—109.

7 См.: Базиков Р.В. Социальные стереотипы . 122 с.; Ковалев В.В. Искусственные стереотипы в российском обществе: понятие, механизм образования, социальная роль. Ростов н/Д, 2009. 159 с.

8 См.: Баляев С.И. Этнические стереотипы как социально-перцептивные феномены этнического самосознания эрзян и мокшан: дис. . канд. психол. наук. Самара, 1999. 144 с.; Ключко О.И. Методология гендерных исследований: социально-философский анализ. Саранск: Изд-во Мордов. ун-та, 2008. С. 90—142; Малявина С.С. Конфессиональные стереотипы современной молодежи. Саранск: Морд. гос. пед. ин-т, 2008. 123 с.

9 См.: Семендяева О.Ю. Стереотип как социальный и социально-психологический феномен: дис. . канд. филос. наук. М., 1986. С. 149.

10 Базиков Р.В. Социальные стереотипы … С. 110.

11 См.: Меренков А.В. Социология стереотипов . С. 7—10; Рябова Т.Б. Стереотипы и стереотипизация как проблема гендерных исследований // Личность. Общество. Культура. 2003. Т. V. Вып. 1—2. С. 120—139; Шихи-рев П.Н. Исследования стереотипа . С. 168—175.

12 См.: Агеев В.С. Межгрупповое взаимодействие: социально-психологические проблемы. М.: МГУ, 1990. 240 с.; Петренко В.Ф. Семантический анализ профессиональных стереотипов // Вопросы психологии. 1986. № 3. С. 133—143.

13 См.: Агеев В.С. Межгрупповое взаимодействие . С. 135; Грошев И.В. Полоролевые стереотипы в рекламе // Психологический журн. 1998. № 3. С. 119—133.

Поступила 21.12.09.

Социальный стереотип — обзор

Дискурс стереотипов

Еще одна повторяющаяся тема в данных — это стереотипное отношение молодежи к пожилым людям. Анализ обращения к социальным стереотипам и их использования в дискурсе и по отношению к конкретным последовательностям взаимодействия ярко высвечивает трудности в принятии решения о том, когда конкретное замечание, утверждение или приписывание считается стереотипным. В наших данных не было сделано никаких явных и абсолютно бескомпромиссных заявлений о том, что все пожилые люди (или большее количество пожилых людей, чем в популяции в целом) характеризуются определенной чертой или набором черт.Были сделаны обобщенные или относительно инклюзивные заявления, но они, как правило, сопровождались тем, что Хьюитт и Стокс (1975; см. Также Holmes, 1984) называют отказом от ответственности или хеджированием. Например, уточняющие примечания , я думаю, имеют тенденцию к , а вроде все, кажется, функционируют как преграды в следующих комментариях: Я думаю, что пожилые люди склонны как бы болтать по (EK, GD5) и я думаю, что это верно для пожилых людей … они действительно склонны трепаться на немного (KM, GD10).Респонденты также делали менее инклюзивные предложения о некоторых пожилых людях и стереотипных приписываниях, когда черты присваиваются конкретным членам категории, а не категории в целом. Например, DG (GD3), соответственно, комментирует, что некоторые пожилые люди очень похожи на маленьких детей, они хотят быть в центре внимания как можно дольше, и вы прекрасно знаете, что этот человек сварливый старик такой-то .

Рассчитывая приведенные выше примеры как примеры стереотипов, мы косвенно признаем, что при анализе дискурсивных проявлений стереотипов необходимо выходить за рамки идеи стереотипов как абстрактных познаний или убеждений.Трюизм в социальном изучении языка — это идея о том, что значение высказываний может быть предметом переговоров во взаимодействии и реконструировано в зависимости от контекстов их использования. Поэтому можно утверждать, следуя Ван Дейку (1987), что использование преград или заявлений об отказе от ответственности в сочетании с обобщенными утверждениями о пожилых людях может составлять тонкую форму предвзятого стереотипа. Таким образом, отказ от ответственности служит потенциальным средством сохранения лица в случае обвинений в предвзятом отношении, а не простым заявлением об отсутствии уверенности в правдивости своего замечания.

В приведенном ранее примере менее инклюзивного стереотипа респондент DG, возможно, использует ряд особенно банальных и штампованных описательных терминов (а именно, как маленькие дети, игра для сочувствия и , желая быть в центре внимания ) . Мы бы предположили, что эти дескрипторы сами по себе являются социально значимыми с точки зрения их способности нести особый и особенно уничижительный оттенок, когда они связаны со старостью. Более того, мы хотели бы обосновать утверждение о том, что люди могут ориентироваться в таких общедоступных значениях, ссылаясь на то, как DG действовал, чтобы ограничить обобщаемость ее собственных наблюдений о пожилых людях.Ее последовательность замечаний началась в очень обобщенных терминах, просто заявив, что они (пожилые люди) играют ради сочувствия . Всеохватывающее введение к ее следующему предложению (, они очень похожи на ) было быстро заменено более осторожным некоторыми пожилыми людьми …, как если бы DG осознал проблемы, присущие ее первой, более глобальной, замечание. К этому времени, однако, нелестное представление о пожилых людях как об эмоционально зависимых и требовательных людях уже стало общественным достоянием как некий социальный факт (Berger & Luckman, 1967), который доступен другим для использования и использования. .Чтобы избежать обвинения в стереотипах в таких обстоятельствах, респондент должен провести значительную корректирующую и разъяснительную работу. По нашему мнению, потребуется дополнительная работа по исправлению, чтобы избежать заряда негативных стереотипов, чем очевиден простой сдвиг ссылки с них на или в приведенном здесь примере.

Решение считать или отбросить определенные замечания как стереотипные особенно сложно при рассмотрении примеров стереотипных приписываний, когда устанавливается связь между атрибутом и человеком или его деятельностью, например беседой.Двумя примерами стереотипных приписываний из корпуса данных являются утверждение DG (GD3) о том, что вы прекрасно знаете, что этот человек сварливый старик, поэтому и HP (GD3) комментируют разговоров типа стенания . Решения здесь всегда являются предметом тщательного суждения. Приходится решать вопросы о значимости и способе выражения атрибутов, о том, в какой степени приписывание, по-видимому, основано на наблюдениях за индивидуальным поведением, в отличие от статуса цели как члена категории, и еще более сложным вопросом о высказывании. потенциальные, фактические, предполагаемые или непредвиденные социальные последствия.Решение об описании пожилого человека как «сварливого старого такого-то» основывалось главным образом на характере конкретного прилагательного и использованной форме выражения. Скорее менее важными были доказательства, указывающие на индивидуализированную / категориальную основу приговора. Что касается приписывания «стонущего типа разговоров», решение было принято в основном на основе изучения структурной взаимосвязи между темами (см. Следующий раздел). Следовательно, с точки зрения анализа стереотипов, которые проявляются в дискурсе, и в отношении практических суждений о последовательностях ситуативного взаимодействия, необходимо признать, что все такие решения являются активной интерпретацией имеющихся свидетельств, включая социальные последствия высказывания. .Таким образом, значение предположительно стереотипных заявлений должно восприниматься как неоднозначное по своей сути и открытое для оспаривания и переговоров.

Если решения о стереотипах в дискурсе всегда являются предметом суждения, которое необходимо защищать на основе аргументированных свидетельств и аргументов, свидетельства социальных стереотипов становятся тем яснее, чем больше замечание формулируется в обобщенном виде, а не в конкретных терминах. Отрывок 2 здесь особенно поучителен. Он иллюстрирует аспект процесса стереотипирования, который становится очевидным только при его изучении как аспект практического суждения и принятия решений в отношении ситуативных взаимодействий.Под этим подразумеваются дискурсивные процессы, с помощью которых люди приходят к все более четким категоричным утверждениям. Эти относительно четкие категоричные утверждения следуют за первоначально более ограниченными наблюдениями в отношении отдельных лиц или небольшого числа людей.

В выдержке 2 в комментариях как о молодых, так и о пожилых можно найти смещение упоминаний от разговоров об отдельных людях к обсуждению более общих тенденций. Большинство ранних замечаний в отрывке относятся к отдельным людям, услышанным на магнитных лентах.Ссылки от третьего лица на девочку (строка 11) и молодую девушку (строка 32), учитывая дизайн исследования, неуверенно идентифицируют либо молодого реципиента на магнитных лентах стимулов, либо молодых оценщиков. Зная об этом, R (исследователь) неоднократно задает свои вопросы самим оценщикам (обозначенным как you ) между строками 14 и 17, чтобы убедиться, что они сами признают, что испытывали чувство неловкости в обсуждаемых разговорах.По крайней мере, один молодой оценщик затем показывает, что она чувствительна к этой проблеме двусмысленного упоминания, изменяя свой способ ответа на R, чтобы указать на свои личные мысли (, я думаю, это было всего лишь …) в строке 20. Теперь обратимся к ссылкам на пожилые люди, между строками 18 и 36 все негативные (и часто стереотипно звучащие) замечания RT сосредотачиваются на отдельных пожилых людях, обозначенных как она и ее (например, она просто натолкнулась, как если бы она хотела стонать по этому поводу кому-то (строки 27–28) и ее отношение к этому (строка 21).Однако в строке 37 RT начинает расширять обобщаемость своих замечаний, указывая, что есть еще несколько подобных . В следующем предложении ссылка на несколько других заменяется ссылкой на множественное число от третьего лица они , что-то, что R повторяет, когда она просит RT подтвердить свое понимание того, что было сказано: вы думаете, что они на самом деле пытаются для этого (строки 40–41).

В начале отрывка есть индивидуальное приписывание (т. Е., 27–28), что, возможно, можно отнести к возрастным стереотипам. Доказательства стереотипов, казалось бы, стали более легко интерпретируемыми как таковые, однако, по мере того, как ссылка смещается на от третьего лица множественное число и более явно категоричные ссылки. Когда RT сообщает , что они пытались сделать другого неудобно смущенным (строки 38–39), остается неясным, является ли предполагаемая ссылка всего лишь несколькими конкретными пожилыми людьми на магнитных лентах стимулов или пожилыми людьми в целом. Но в строке 42, когда К.М. вмешивается, чтобы показать свое согласие с развивающимися настроениями, говоря да, пытаясь заставить вас пожалеть их каким-то образом , становится все труднее избежать интерпретации ее ссылки на , на (это пожилой люди) ни в чем, кроме межгрупповых и стереотипных.Это потому, что ссылка теперь трижды удалена из оригинала, более осторожное замечание, касающееся всего нескольких пожилых людей. Стереотипность также усиливается тем фактом, что ссылка на и в строке 42 явно предназначена для выражения чувства человека или людей в целом. Другими словами, обе группы вовлеченных людей, по-видимому, стали упоминаться в глобальных, категориальных или межгрупповых терминах.

Очевидно, что приход к негативным стереотипным суждениям о возрасте подтверждает опыт неудовлетворенности в обменах между поколениями с участием последовательностей пожилых PSD.Этот момент часто иллюстрируется данными, когда добровольцы предлагают стереотипное замечание в качестве причины или объяснения своего дискомфорта или трудностей по отношению к пожилым людям с тяжелыми заболеваниями. Вышеупомянутый комментарий DG о старом человеке как сварливом старике попадает в эту категорию. Однако, как и в разговорах о печали и сочувствии к пожилым людям с трудной жизнью, дискурс стереотипов не всегда используется для подтверждения ощущения дискомфорта или трудностей.Разговоры о нежелательном поведении пожилых людей также могут занижать оценку причиненных проблем. Это проиллюстрировано в GD3, когда и EB, и RHW утверждают, что разговоры с участием последовательностей старых PSD не являются трудными для слушателей, потому что они являются подпрограммой или , потому что они встречались до . Логика такого утверждения не совсем ясна до тех пор, пока RHW не заявит, как в некоторых отношениях следует воспринимать с недоверием к . Тогда приходит понимание, что дискомфорт или трудности отрицаются, потому что респонденты не верят, что заявление раскрывающего (об одиночестве) является подлинным.Это один из самых ярких и тревожных примеров стереотипов, обнаруженных в исследовании. Это дополняется последним комментарием Д.Г., подтверждающим классический стереотип перевернутой буквы U о пожилых как детей (см., Например, Coupland and Coupland, 1990).

Социальная категоризация и стереотипы — Принципы социальной психологии — 1-е международное издание

  1. Опишите фундаментальный процесс социальной категоризации и его влияние на мысли, чувства и поведение.
  2. Определите стереотипов и опишите способы измерения стереотипов.
  3. Просмотрите, как стереотипы влияют на наше поведение.

Размышление о других с точки зрения членства в группах известно как социальная категоризация — естественный когнитивный процесс, с помощью которого мы распределяем людей по социальным группам. Социальная категоризация происходит, когда мы думаем о ком-то как о мужчине (по сравнению с женщиной), старом человеке (по сравнению с молодым человеком), чернокожим человеком (по сравнению с азиатом или белым человеком) и т. Д. (Allport, 1954/1979) .Так же, как мы классифицируем объекты по разным типам, мы классифицируем людей в соответствии с их членством в социальных группах. Как только мы это сделаем, мы начнем реагировать на этих людей больше как члены социальной группы, чем как личности.

Представьте на мгновение, что два студента колледжа, Фархад и Сара, разговаривают за столом в студенческом союзе вашего колледжа или университета. На этом этапе мы, вероятно, будем рассматривать их не как членов группы, а как двух лиц. Фархад выражает свое мнение, а Сара выражает свое.Однако представьте, что по мере продолжения разговора Сара поднимает вопрос о задании, которое она выполняет для своего женского курса. Оказывается, Фархад не считает, что в колледже должна быть программа изучения женщин, и говорит об этом Саре. Он утверждает, что если есть программа обучения женщин, то должна быть и программа обучения мужчин. Кроме того, он утверждает, что женщины получают слишком много перерывов при найме на работу и что квалифицированные мужчины становятся объектами дискриминации. Сара считает совершенно противоположным — утверждая, что женщины были объектами сексизма на протяжении многих, многих лет и даже сейчас не имеют такого же доступа к высокооплачиваемой работе, как мужчины.

Вы можете видеть, что взаимодействие, начавшееся на индивидуальном уровне, когда два человека разговаривали, теперь перешло на групповой уровень, на котором Фархад начал считать себя мужчиной, а Сара начала считать себя женщиной. Короче говоря, Сара сейчас аргументирует свою точку зрения не столько за себя, сколько как представитель одной из своих групп, а именно женщин, а Фархад действует как представитель одной из своих групп, а именно мужчин. Сара чувствует, что ее позиции правильные, и она считает, что они верны не только для нее, но и для женщин в целом.То же самое и с Фархадом. Вы можете видеть, что эта социальная категоризация может создать некоторый потенциал для неправильного восприятия и, возможно, даже враждебности. А Фархад и Сара могут даже изменить свое мнение друг о друге, забывая, что они действительно нравятся друг другу как личности, потому что теперь они больше как члены группы реагируют с противоположными взглядами.

Представьте себе, что пока Фархад и Сара все еще разговаривают, в студенческий союз появляются студенты из другого колледжа, каждый в шляпах и куртках той школы.Присутствие этих посторонних может полностью изменить направление социальной категоризации, заставляя Фархада и Сару думать о себе как о студентах своего собственного колледжа. И эта социальная категоризация может привести к тому, что они станут лучше осознавать положительные характеристики своего колледжа (отличная команда по регби, прекрасный кампус и умные студенты) по сравнению с характеристиками другой школы. Теперь, вместо того, чтобы воспринимать себя членами двух разных групп (мужчин и женщин), Фархад и Сара могут внезапно воспринимать себя членами одной социальной категории (студенты в своем колледже).

Возможно, этот пример поможет вам увидеть гибкость социальной категоризации. Иногда мы думаем о наших отношениях с другими людьми на индивидуальном уровне, а иногда на уровне группы. И то, какие группы мы используем для социальной категоризации, может меняться со временем и в разных ситуациях. Когда ваша команда по регби или футболу только что выиграла действительно важную игру или на выпускной церемонии, вы с большей вероятностью отнесете себя к члену своего колледжа или университета, чем на обычном вечере с семьей.В этих случаях ваше членство в качестве студента университета просто более заметно и важно, чем каждый день, и вы с большей вероятностью классифицируете себя соответственно.

Спонтанная социальная категоризация

Социальная категоризация происходит спонтанно, без особых размышлений с нашей стороны (Crisp & Hewstone, 2007). Шелли Тейлор и ее коллеги (Taylor, Fiske, Etcoff, & Ruderman, 1978) показали участникам своего исследования слайд-презентацию и магнитофонную презентацию трех мужчин и трех студенток колледжа, которые предположительно участвовали в дискуссионной группе.Во время презентации каждый член дискуссионной группы сделал предложение о том, как рекламировать спектакль колледжа. Утверждения контролировались таким образом, чтобы у всех участников исследования утверждения, сделанные мужчинами и женщинами, были одинаковыми по длине и качеству. Кроме того, одной половине участников сказали, что по окончании презентации их попросят вспомнить, какой человек сделал какое предложение, тогда как другой половине участников было сказано просто наблюдать за взаимодействием, не обращая внимания ни на что конкретное.

После того, как они просмотрели все утверждения, сделанные участниками дискуссионной группы, участникам исследования был предложен тест памяти (это было совершенно неожиданно для участников, которым не были даны инструкции по запоминанию). Участникам был показан список всех сделанных заявлений, а также фотографии каждого из членов дискуссионной группы, и их попросили указать, кто сделал каждое из заявлений. Участники исследования не очень хорошо справлялись с этой задачей, и тем не менее, когда они допускали ошибки, эти ошибки были очень систематическими.

Как вы можете видеть в Таблице 11.1, «Ошибки в именах», ошибки были таковы, что утверждения, которые на самом деле были сделаны мужчиной, чаще ошибочно приписывались другому мужчине в группе, чем другой женщине, и фактически сделанные утверждения женщины чаще приписывались другим женщинам в группе, чем мужчине. Очевидно, участники распределили выступающих по полу, что привело их к путанице внутри пола, а не к межгендерной.

Интересно, что если предположить, что категоризация происходит постоянно, инструкции, которые были даны участникам, не имели абсолютно никакого значения.Те, кому не давали никаких инструкций, подвергались такой же категоризации, как и те, кому велели помнить, кто и что сказал. Другое исследование, использующее эту технику, показало, что мы спонтанно классифицируем друг друга на основании принадлежности к множеству других групп, включая расу, академический статус (ученик против учителя), социальные роли и другие социальные категории (Fiske, Haslam, & Fiske, 1991; Стангор, Линч, Дуан и Гласс, 1992).

Таблица 11.1 Неправильное имя

Инструкции Ошибки внутри гонки Ошибки между гонками
Память 5.78 4,29
Нет памяти 6,57 4,36
Тейлор, Фиск, Эткофф и Рудерман (1978) Тейлор, С. Э., Фиск, С. Т., Эткофф, Н. Л., и Рудерман, А. Дж. (1978). Категориальные и контекстные основы памяти и стереотипов личности. Журнал личности и социальной психологии, 36 (7), 778–793. продемонстрировали, что люди классифицируют других спонтанно. Даже без каких-либо инструкций по классификации люди все же сбивали других с толку своим полом.

Вывод простой, хотя и очевидный: социальная категоризация происходит вокруг нас все время. Действительно, социальная категоризация происходит так быстро, что людям может быть трудно , а не думать о других с точки зрения принадлежности к группе (см. Рис. 11.4).

Рис. 11.4. Если вы похожи на большинство людей, у вас возникнет сильное желание разделить этого человека на мужчину или женщину. Источник: Chillin от Sabrina C (https://www.flickr.com / photos / cloud10 / 59798751 /) используется в соответствии с CC BY 2.0 (https://creativecommons.org/licenses/by/2.0/)

Преимущества социальной категоризации

Тенденция категоризировать других часто бывает весьма полезной. В некоторых случаях мы классифицируем, потому что это дает нам информацию о характеристиках людей, принадлежащих к определенным социальным группам (Lee, Jussim, & McCauley, 1995). Если вы потерялись в городе, вы можете поискать полицейского или таксиста, которые помогут вам сориентироваться.В этом случае социальная категоризация, вероятно, будет полезна, потому что офицер полиции или водитель такси могут с особой вероятностью знать расположение городских улиц. Конечно, использование социальных категорий будет информативным только в той степени, в которой стереотипы, которых придерживается индивид относительно этой категории, верны. Если бы полицейские на самом деле не были так хорошо осведомлены о планировке города, то использование этой эвристики категоризации не было бы информативным.

Описание социальной категоризации как эвристики также верно в другом смысле: мы иногда категоризируем других не потому, что это, кажется, дает больше информации о них, а потому, что у нас может не быть времени (или мотивации) для более тщательных действий.Использование наших стереотипов для оценки другого человека может просто облегчить нашу жизнь (Macrae, Bodenhausen, Milne, & Jetten, 1994). Согласно этому подходу, размышления о других людях с точки зрения принадлежности к их социальной категории — это функциональный способ взаимодействия с миром — все усложняется, и мы уменьшаем сложность, полагаясь на наши стереотипы.

Отрицательные результаты социальной категоризации

Хотя размышление о других с точки зрения принадлежности к их социальной категории имеет некоторые потенциальные преимущества для человека, который классифицирует, категоризирует других вместо того, чтобы относиться к ним как к уникальным людям с их собственными уникальными характеристиками, имеет широкий спектр негативных и часто очень несправедливые результаты для тех, кто попадает в категорию.

Одна из проблем состоит в том, что социальная категоризация искажает наше восприятие, так что мы склонны преувеличивать различия между людьми из разных социальных групп, в то же время воспринимая членов групп (и особенно чужих) как более похожих друг на друга, чем они есть на самом деле. Такое чрезмерное обобщение повышает вероятность того, что мы будем думать и относиться ко всем членам группы одинаково. Тайфель и Уилкс (1963) провели простой эксперимент, который представил картину потенциальных результатов категоризации.Как вы можете видеть на рисунке 11.5, «Акцентуация восприятия», в эксперименте участники оценивали длину шести линий. В одном из условий эксперимента участники просто видели шесть линий, в то время как в другом условии линии были систематически разделены на две группы: одна состояла из трех более коротких линий, а другая — из трех более длинных.

Рис. 11.5. Акцент на восприятии

Линии C и D считались одинаковыми по длине в условиях, не классифицированных по категориям, но линия C воспринималась как более длинная, чем линия D, когда линии были разделены на две группы.Из Тайфеля (1970).

Таджфель обнаружил, что линии воспринимались по-разному при их классификации, так что подчеркивались различия между группами и сходства внутри групп. В частности, он обнаружил, что, хотя линии C и D (которые на самом деле имеют одинаковую длину) воспринимались как равные по длине, когда строки не были категоризированы, линия D воспринималась как значительно длиннее, чем линия C в состоянии, в котором линии были категоризированы. В данном случае категоризация на две группы — «группу коротких линий» и «группу длинных линий» — вызвала искажение восприятия, так что две группы линий рассматривались как более разные, чем они были на самом деле.

Подобные эффекты возникают, когда мы категоризируем других людей. Мы склонны рассматривать людей, принадлежащих к одной социальной группе, как более похожих, чем они есть на самом деле, и мы склонны судить о людях из разных социальных групп как о более разных, чем они есть на самом деле. Тенденция видеть членов социальных групп похожими друг на друга особенно сильна для членов внешних групп, что приводит к однородности внешних групп тенденция рассматривать членов внешних групп как более похожих друг на друга, чем мы видим членов внутренних групп ( Linville, Salovey, & Fischer, 1986; Ostrom & Sedikides, 1992; Meissner & Brigham, 2001).Возможно, вы сами пережили это, когда обнаруживали, что думаете или говорите: «О, они все одинаковые!»

Патрисия Линвилл и Эдвард Джонс (1980) дали участникам исследования список характерных терминов и попросили их подумать либо о членах их собственной группы (например, о черных), либо о членах другой группы (например, о белых) и разместить эти черты. на стопки, представляющие разные типы людей в группе. Результаты этих исследований, как и других подобных им, были ясны: люди воспринимают чужие группы как более однородные, чем их внутренняя группа.Точно так же, как белые люди использовали меньше стопок черт для описания черных, чем белых, молодые люди использовали меньше стопок черт для описания пожилых людей, чем молодых людей, а студенты использовали меньше стопок черт для членов других университетов, чем для своих членов. Университет.

Однородность внешней группы происходит отчасти потому, что мы не так много контактируем с членами внешней группы, как с членами внутренней группы, а качество взаимодействия с членами внешней группы часто более поверхностное.Это мешает нам действительно узнать о членах внешней группы как об отдельных лицах, и в результате мы склонны не осознавать различия между членами группы. В дополнение к тому, что мы меньше узнаем о них, потому что мы меньше видим и взаимодействуем с ними, мы обычно классифицируем членов чужих групп, таким образом заставляя их казаться более похожими в когнитивном отношении (Haslam, Oakes, & Turner, 1996).

Как только мы начинаем видеть членов чужих групп как более похожих друг на друга, чем они есть на самом деле, тогда становится очень легко применить наши стереотипы к членам групп, не задумываясь о том, истинна ли характеристика конкретного человека. .Если мужчины думают, что все женщины одинаковы, они также могут думать, что все они обладают одинаковыми положительными и отрицательными характеристиками (например, они заботливые, эмоциональные). И женщины могут иметь аналогичные упрощенные представления о мужчинах (например, они сильны, не хотят брать на себя обязательства). В результате стереотипы становятся связанными с самой группой в виде набора ментальных репрезентаций (рис. 11.6). Стереотипы — это «картинки в нашей голове» социальных групп (Lippman, 1922). Эти убеждения кажутся правильными и естественными, хотя они часто являются искаженными сверхобобщениями (Hirschfeld, 1996; Yzerbyt, Schadron, Leyens, & Rocher, 1994).

Рисунок 11.6 Стереотипы. Стереотипы — это убеждения, связанные с социальными категориями. На рисунке показаны связи между социальной категорией профессоров колледжа и ее стереотипами как типом нейронной сети или схемы. Изображение также включает одно изображение (или образец) конкретного профессора колледжа, которого знает студент. Изображение любезно предоставлено Дэном Гилбертом.

Наши стереотипы и предрассудки усваиваются через множество различных процессов. Такое множество причин вызывает сожаление, потому что оно делает формирование стереотипов и предрассудков еще более вероятными и трудными для изменения.Во-первых, мы узнаем наши стереотипы отчасти через общение с родителями и сверстниками (Aboud & Doyle, 1996) и из поведения, которое мы видим в средствах массовой информации (Brown, 1995). Даже пятилетние дети усвоили культурные нормы о подходящих занятиях и поведении для мальчиков и девочек, а также выработали стереотипы о возрасте, расе и физической привлекательности (Bigler & Liben, 2006). И часто существует хорошее согласие относительно стереотипов социальных категорий среди людей в рамках данной культуры.В одном исследовании, посвященном оценке стереотипов, Стефани Мадон и ее коллеги (Madon et al., 2001) представили студентам колледжей США список из 84 терминов, характерных для черт, и попросили их указать, для каких групп каждая черта кажется подходящей (рис. 11.7, «Текущие стереотипы» студентами колледжа »). Участники, как правило, соглашались относительно того, какие черты были верными для каких групп, и это было верно даже для групп, из которых респонденты, вероятно, никогда не встречали ни одного члена (арабы и русские). Даже сегодня существует хорошее согласие относительно стереотипов членов многих социальных групп, включая мужчин и женщин, а также различных этнических групп.

Рисунок 11.7 Текущие стереотипы студентов колледжа, из Madon et al. (2001).

После того, как стереотипы (как и любое другое когнитивное представление) укоренились, они имеют тенденцию сохраняться. Мы начинаем реагировать на представителей стереотипных категорий, как если бы мы уже знали, на что они похожи. Yaacov Trope и Eric Thompson (1997) обнаружили, что люди задавали меньше вопросов представителям категорий, относительно которых у них были сильные стереотипы (как если бы они уже знали, каковы эти люди), и что вопросы, которые они задавали, скорее всего, подтвердили стереотипы, которые они уже.

В других случаях стереотипы сохраняются, потому что информация, подтверждающая наши стереотипы, запоминается лучше, чем информация, которая их опровергает. Когда мы видим, что члены социальных групп ведут себя определенным образом, мы склонны лучше запоминать информацию, подтверждающую наши стереотипы, чем информацию, которая опровергает наши стереотипы (Fyock & Stangor, 1994). Если мы считаем, что женщины — плохие водители, и видим, что женщина плохо водит машину, то мы склонны помнить об этом, но когда мы видим женщину, которая водит особенно хорошо, мы склонны забывать об этом.Эта иллюзорная корреляция — еще один пример общего принципа ассимиляции — мы склонны воспринимать мир так, чтобы он соответствовал нашим существующим убеждениям, чем мы меняем свои убеждения, чтобы соответствовать реальности вокруг нас.

И стереотипы становится трудно изменить, потому что они так важны для нас — они становятся неотъемлемой и важной частью нашей повседневной жизни в нашей культуре. Стереотипы часто выражаются по телевидению, в фильмах и в социальных сетях, и мы узнаем много о наших убеждениях из этих источников.Наши друзья также склонны придерживаться убеждений, аналогичных нашим, и мы говорим об этих убеждениях, когда собираемся вместе с ними (Schaller & Conway, 1999). Короче говоря, стереотипы и предрассудки сильны в значительной степени потому, что они являются важными социальными нормами, которые являются частью нашей культуры (Guimond, 2000).

Поскольку они очень доступны с точки зрения познания и кажутся такими «правильными», наши стереотипы легко влияют на наши суждения и реакцию на тех, кого мы классифицировали. Социальный психолог Джон Барг однажды назвал стереотипы «когнитивными монстрами», потому что их активация была настолько мощной и потому, что активированные убеждения оказывали такое коварное влияние на социальное суждение (Bargh, 1999).Еще больше усложняет ситуацию то, что стереотипы сильнее всего относятся к людям, которые больше всего нуждаются в переменах, — к людям, которые наиболее предвзяты (Lepore & Brown, 1997).

Поскольку стереотипы и предрассудки часто действуют вне нашего понимания, а также из-за того, что люди часто не хотят признавать, что они их придерживаются, социальные психологи разработали методы их косвенной оценки. В следующем блоке «Фокус исследования» мы рассмотрим два из этих подходов — процедуру фиктивного конвейера и тест неявной ассоциации (IAT).

Центр исследований

Косвенное измерение стереотипов

Одна из трудностей при измерении стереотипов и предрассудков заключается в том, что люди могут не говорить правду о своих убеждениях. Большинство людей не хотят признаваться ни себе, ни другим, что они придерживаются стереотипов или что они предвзято относятся к некоторым социальным группам. Чтобы обойти эту проблему, социальные психологи используют ряд методов, которые помогают им более тонко и косвенно измерять эти убеждения.

Один из косвенных подходов к оценке предубеждений называется процедурой фиктивного конвейера (Jones & Sigall, 1971). В этой процедуре экспериментатор сначала убеждает участников, что он или она имеет доступ к их «истинным» убеждениям, например, получая доступ к анкете, которую они заполнили на предыдущем экспериментальном сеансе . Как только участники убедятся, что исследователь может оценить их «истинное» отношение, ожидается, что они будут более честны в ответах на остальные вопросы, которые им задают, потому что они хотят быть уверены, что исследователь их не уловит. врущий.Интересно, что люди выражают больше предрассудков, когда они находятся в поддельном конвейере, чем когда им задают те же вопросы более прямо, что говорит о том, что мы можем часто скрывать свои негативные убеждения публично.

Другие косвенные меры предубеждения также часто используются в социально-психологических исследованиях; например, оценка невербального поведения, такого как речевые ошибки или физическая близость. Одна из распространенных мер заключается в том, чтобы попросить участников сесть на стул рядом с человеком из другой расовой или этнической группы и измерить, как далеко сидит этот человек (Sechrist & Stangor, 2001; Word, Zanna, & Cooper, 1974).Считается, что люди, которые сидят дальше, более предвзято относятся к членам группы.

Поскольку наши стереотипы активируются спонтанно, когда мы думаем о членах разных социальных групп, можно использовать меры времени реакции, чтобы оценить эту активацию и, таким образом, узнать о стереотипах и предрассудках людей. В этих процедурах участников просят вынести серию суждений об изображениях или описаниях социальных групп, а затем ответить на вопросы как можно быстрее, но без ошибок.Скорость этих ответов используется для определения стереотипов или предрассудков человека.

Самая популярная неявная мера предубеждения — время реакции — Implicit Association Test (IAT) , часто используется для оценки стереотипов и предубеждений (Nosek, Greenwald, & Banaji, 2007). В IAT участников просят классифицировать стимулы, которые они видят на экране компьютера, в одну из двух категорий, нажимая одну из двух компьютерных клавиш, одну левой рукой и одну правой рукой. Кроме того, категории организованы таким образом, что ответы, на которые нужно ответить с помощью левой и правой кнопок, либо «соответствуют» (соответствуют) стереотипу, либо не «соответствуют» (не соответствуют) стереотипу. Например, в одной из версий IAT участникам показывают изображения мужчин и женщин, а также показывают слова, относящиеся к академическим дисциплинам (например, История , Французский , или Лингвистика для искусств или Химия , Physics или Math для наук).Затем участники распределяют фотографии по категориям («Это изображение мужчины или женщины?») И отвечают на вопросы о дисциплинах («Является ли эта дисциплина science ?), Нажимая кнопку« Да »или кнопку« Нет »с помощью либо их левая рука, либо их правая рука.

Когда ответы расположены на экране таким образом, чтобы соответствовать стереотипу, так что мужская категория и категория «наука» находятся на одной стороне экрана (например, справа), участники могут выполнять задание. очень быстро и делают мало ошибок.Это просто проще, потому что стереотипы совпадают или связаны с изображениями в понятном или знакомом виде. Но когда изображения расположены так, что женская категория и категория «наука» находятся на одной стороне, тогда как мужчины и слабые категории находятся на другой стороне, большинство участников делают больше ошибок и реагируют медленнее. Основное предположение заключается в том, что если два понятия связаны или связаны, на них будет быстрее реагировать, если они классифицируются с использованием одинаковых, а не разных ключей.

Процедуры неявной ассоциации, такие как IAT, показывают, что даже участники, утверждающие, что они не предвзяты, действительно придерживаются культурных стереотипов в отношении социальных групп. Даже сами чернокожие быстрее реагируют на положительные слова, которые связаны с белыми, а не с черными лицами в IAT, предполагая, что у них есть тонкие расовые предубеждения по отношению к своей собственной расовой группе.

Поскольку они придерживаются этих убеждений, возможно — хотя и не гарантировано — что они могут использовать их, отвечая другим людям, создавая тонкий и бессознательный тип дискриминации.Хотя значение IAT обсуждалось (Tetlock & Mitchell, 2008), исследования с использованием неявных критериев действительно предполагают, что — знаем мы об этом или нет, и даже если мы можем попытаться контролировать их, когда сможем, — наши стереотипы и предрассудки легко активируется, когда мы видим представителей разных социальных категорий (Barden, Maddux, Petty, & Brewer, 2004).

Есть ли у вас скрытые предрассудки? Попробуйте IAT самостоятельно, здесь: https://implicit.harvard.edu/implicit

Хотя в некоторых случаях стереотипы, которые используются для вынесения суждений, могут действительно быть верными в отношении оцениваемого человека, во многих других случаях это не так.Стереотипы проблематичны, когда стереотипы, которые мы придерживаемся о социальной группе, в целом неточны, и особенно когда они не применимы к человеку, которого судят (Stangor, 1995). Стереотипировать других просто несправедливо. Даже если многие женщины более эмоциональны, чем большинство мужчин, не все таковы, и неправильно судить какую-либо одну женщину так, как если бы она была такой.

В конце концов, стереотипы становятся самореализующимися пророчествами, так что наши ожидания в отношении членов группы воплощают стереотипы в реальность (Снайдер, Танке и Бершайд, 1977; Word, Занна и Купер, 1974).Если мы поверим, что из мужчин получаются лучшие лидеры, чем из женщин, мы склонны вести себя по отношению к мужчинам так, чтобы им было легче руководить. И мы ведем себя по отношению к женщинам так, что им труднее руководить. Результат? Мужчинам легче преуспеть на руководящих должностях, тогда как женщинам приходится много работать, чтобы преодолеть ложные представления об отсутствии у них лидерских способностей (Phelan & Rudman, 2010). Вероятно, поэтому женщины-юристы с мужскими именами с большей вероятностью станут судьями (Coffey & McLaughlin, 2009), а кандидаты, выглядящие как мужчины, с большей вероятностью будут приняты на работу в качестве руководителей, чем кандидаты, выглядящие как женщины (von Stockhausen, Koeser, & Sczesny, 2013 ).

Эти самореализующиеся пророчества распространены повсеместно — даже ожидания учителей относительно академических способностей своих учеников могут повлиять на успеваемость учеников в школе (Jussim, Robustelli, & Cain, 2009).

Конечно, вы можете подумать, что вы лично не ведете себя подобным образом, а можете и не поступить. Но исследования показали, что стереотипы часто используются вне нашего осознания, поэтому нам очень трудно их исправить. Даже когда мы думаем, что ведем себя совершенно справедливо, мы, тем не менее, можем использовать наши стереотипы, чтобы оправдать дискриминацию (Chen & Bargh, 1999).А когда мы отвлекаемся или испытываем нехватку времени, эти тенденции становятся еще более сильными (Stangor & Duan, 1991).

Более того, чтобы не допустить, чтобы наш стереотип окрашивал нашу реакцию на других, требуются усилия. Мы испытываем больше негативных эмоций (особенно тревожности), когда находимся с членами других групп, чем когда мы с людьми из наших собственных групп, и нам нужно использовать больше когнитивных ресурсов, чтобы контролировать свое поведение из-за нашего беспокойства по поводу раскрытия наших стереотипов. или предрассудки (Butz & Plant, 2006; Richeson & Shelton, 2003).Когда мы знаем, что нам нужно контролировать свои ожидания, чтобы непреднамеренно не создавать стереотипы о другом человеке, мы можем попытаться сделать это, но это требует усилий и часто может потерпеть неудачу (Macrae, Bodenhausen, Milne, & Jetten, 1994).

Социальная психология в интересах общества

Стереотип Угроза

Наши стереотипы влияют не только на наши суждения о других, но и на наши представления о себе, и даже на нашу собственную эффективность при выполнении важных задач. В некоторых случаях эти убеждения могут быть положительными и заставляют нас чувствовать себя более уверенно и, следовательно, лучше справляться с задачами.Поскольку азиатские учащиеся знают о стереотипе, что «азиаты хороши в математике», напоминание им об этом факте перед тем, как они будут сдавать сложный тест по математике, может улучшить их успеваемость (Walton & Cohen, 2003). С другой стороны, иногда эти убеждения негативны, и они создают негативные самоисполняющиеся пророчества, из-за которых мы работаем хуже только из-за наших знаний о стереотипах.

Одна из давних загадок в области академической успеваемости касается того, почему черные учащиеся в Соединенных Штатах хуже справляются со стандартными тестами, получают более низкие оценки и с меньшей вероятностью остаются в школе по сравнению с белыми учащимися, даже если другие контролируются такие факторы, как семейный доход, образование родителей и другие соответствующие переменные.Клод Стил и Джошуа Аронсон (1995) проверили гипотезу о том, что эти различия могут быть следствием активации негативных стереотипов. Поскольку чернокожие учащиеся осведомлены о (неточном) стереотипе, что «черные интеллектуально ниже белых», этот стереотип может создать негативное ожидание, которое может помешать их результатам интеллектуальных тестов из-за страха подтвердить этот стереотип.

В поддержку этой гипотезы исследование Стила и Аронсона показало, что темнокожие студенты колледжей хуже (по сравнению с их предыдущими результатами тестов) справлялись с математическими вопросами, взятыми из экзаменационной программы выпускников (GRE), когда тест был описан для них как «диагностический». их математических способностей »(и, таким образом, когда стереотип был уместен), но на их результаты не повлияло, когда те же вопросы были сформулированы как« упражнение в решении проблем.А в другом исследовании Стил и Аронсон обнаружили, что, когда чернокожих студентов просили указать их расу перед тем, как они сдавали тест по математике (снова активируя стереотип), они показали более низкие результаты, чем на предыдущих экзаменах, тогда как оценки белых студентов не были затронуты первым указанием их расы.

Стил и Аронсон утверждали, что размышления о негативных стереотипах, относящихся к выполняемой задаче, создают стереотипных угроз снижения производительности, которые вызваны знанием культурных стереотипов .То есть они утверждали, что негативное влияние гонки на стандартизованные тесты может быть вызвано, по крайней мере частично, самой ситуацией с производительностью. Поскольку угроза «витает в воздухе», она может негативно повлиять на чернокожих студентов.

Исследования показали, что опыт угрозы стереотипам может помочь объяснить широкий спектр снижения производительности среди тех, на кого нацелены негативные стереотипы. Например, когда математическая задача описывается как диагностика интеллекта, латиноамериканцы и особенно латиноамериканцы справляются хуже, чем белые (Gonzales, Blanton, & Williams, 2002).Точно так же, когда активируются стереотипы, дети с низким социально-экономическим статусом хуже успевают по математике, чем дети с высоким социально-экономическим статусом, а студенты-психологи успевают хуже, чем студенты-естественники (Brown, Croizet, Bohner, Fournet, & Payne, 2003). . Даже группы, которые обычно имеют привилегированный социальный статус, могут столкнуться с угрозой стереотипов. Белые мужчины хуже справились с тестом по математике, когда им сказали, что их результаты будут сравниваться с результатами азиатских мужчин (Aronson, Lustina, Good, Keough, & Steele, 1999), а белые показали худшие результаты, чем черные, в спорте: связанная с этим задача, когда они были описаны как измерение их естественных спортивных способностей (Stone, 2002).

Угроза стереотипов создается в ситуациях, которые представляют серьезную угрозу для самоуважения, когда возникает угроза нашему восприятию себя как важных, ценных и способных людей. В таких ситуациях наблюдается расхождение между нашим позитивным представлением о наших навыках и способностях и негативными стереотипами, предполагающими низкую успеваемость. Когда наши стереотипы заставляют нас думать, что мы, скорее всего, плохо справимся с задачей, мы испытываем чувство беспокойства и угрозы статусу.

Исследования показали, что угроза стереотипов вызвана как когнитивными, так и аффективными факторами. С когнитивной стороны люди, которые испытывают угрозу стереотипов, демонстрируют нарушение когнитивной обработки, которое вызвано повышенной бдительностью по отношению к окружающей среде и попытками подавить свои стереотипные мысли. С аффективной стороны угроза стереотипа создает стресс, а также различные аффективные реакции, включая тревогу (Schmader, Johns, & Forbes, 2008).

Однако стереотипная угроза не абсолютна — мы сможем ее преодолеть, если постараемся.Что важно, так это уменьшить беспокойство о себе, которое возникает при рассмотрении соответствующих негативных стереотипов. Манипуляции, подтверждающие положительные характеристики самого себя или своей группы, успешно снижают угрозу стереотипов (Alter, Aronson, Darley, Rodriguez, & Ruble, 2010; Greenberg et al., 2003; McIntyre, Paulson, & Lord, 2003). Фактически, простое знание того, что стереотипная угроза существует и может повлиять на производительность, может помочь смягчить ее негативное влияние (Johns, Schmader, & Martens, 2005).

  • Представления о характеристиках групп и членах этих групп известны как стереотипы.
  • Предубеждение относится к неоправданному отрицательному отношению к чужой группе.
  • Стереотипы и предрассудки могут создавать дискриминацию.
  • Стереотипы и предрассудки начинаются с социальной категоризации — естественного когнитивного процесса, с помощью которого мы помещаем людей в социальные группы.
  • Социальная категоризация влияет на наше восприятие групп — например, на восприятие однородности внешней группы.
  • Как только наши стереотипы и предрассудки утвердятся, их будет трудно изменить, и они могут привести к самоисполняющимся пророчествам, таким образом, что наши ожидания в отношении членов группы воплощают стереотипы в реальность.
  • Стереотипы могут влиять на нашу работу по важным задачам через угрозу стереотипов.
  1. Посмотрите еще раз на картинки на рис. 11.3 и подумайте о своих мыслях и чувствах по отношению к каждому человеку. Какие у вас стереотипы и предубеждения о них? Как вы думаете, ваши стереотипы верны?
  2. Посетите веб-сайт http: // www.пониманиеprejudice.org/drawline/ и возьмите одно из двух интервью, перечисленных на странице.
  3. Подумайте о задаче, которую одна из социальных групп, к которой вы принадлежите, считается особенно хорошей или плохой. Считаете ли вы, что культурные стереотипы в отношении вашей группы когда-либо влияли на вашу результативность при выполнении задания?

Список литературы

Aboud, F. E., & Doyle, A.-B. (1996). Родители и сверстники влияют на расовые установки детей. Международный журнал межкультурных отношений, 20 , 371–383.

Олпорт, Г. У. (1954/1979). Природа предубеждения . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Doubleday.

Альтер, А. Л., Аронсон, Дж., Дарли, Дж. М., Родригес, К., и Рубль, Д. Н. (2010). Восхождение к угрозе: уменьшение угрозы стереотипов путем переосмысления угрозы как проблемы. Журнал экспериментальной социальной психологии, 46 (1), 166–171.

Аронсон, Дж., Лустина, М. Дж., Гуд, К., Кео, К., и Стил, К. М. (1999). Когда белые люди не умеют считать: необходимые и достаточные факторы угрозы стереотипу. Журнал экспериментальной социальной психологии, 35 , 29–24.

Барден, Дж., Мэддакс, У. В., Петти, Р. Э. и Брюэр, М. Б. (2004). Контекстуальная модерация расовых предубеждений: влияние социальных ролей на контролируемые и автоматически активируемые установки. Журнал личности и социальной психологии , 87 (1), 5–22.

Bargh, J. (Ред.). (1999). Когнитивный монстр: доводы против управляемости автоматических стереотипных эффектов. Нью-Йорк, Нью-Йорк: Guilford Press.

Биглер Р. С. и Либен Л. С. (2006). Межгрупповая теория развития социальных стереотипов и предрассудков. В Р. В. Кайле (ред.), Достижения в развитии и поведении ребенка (Том 34, стр. 39–89). Сан-Диего, Калифорния: Эльзевьер.

Браун Р. (1995). Предубеждение: его социальная психология . Кембридж, Массачусетс: Блэквелл.

Браун Р., Круазе Ж.-К., Бонер Г., Фурне М. и Пейн А. (2003). Автоматическая активация категорий и социальное поведение: сдерживающая роль предвзятых убеждений. Социальное познание, 21 (3), 167–193.

Бутц, Д. А., и Плант, Э. А. (2006). Восприятие членов внешней группы как неотзывчивых: последствия для эмоций, намерений и поведения, связанных с подходом. Журнал личности и социальной психологии, 91 (6), 1066–1079.

Чен, М., и Барг, Дж. А. (1999). Последствия автоматической оценки: Непосредственная поведенческая предрасположенность приближаться к стимулу или избегать его. Бюллетень личности и социальной психологии, 25 (2), 215–224.

Коффи Б. и Маклафлин П. А. (2009). Помогают ли мужские имена женщинам-юристам становиться судьями? Свидетельства из Южной Каролины. American Law and Economics Review, 16 (1), 112-133.

Крисп Р. Дж. И Хьюстон М. (ред.). (2007). Множественная социальная категоризация . Сан-Диего, Калифорния: Elsevier Academic Press.

Фиске А. П., Хаслам Н. и Фиске С. Т. (1991). Смешение одного человека с другим: какие ошибки свидетельствуют об элементарных формах социальных отношений. Журнал личности и социальной психологии, 60 (5), 656–674.

Fyock, J., & Stangor, C. (1994). Роль искажений памяти в поддержании стереотипов. Британский журнал социальной психологии, 33 (3), 331–343.

Гонсалес П. М., Блантон Х. и Уильямс К. Дж. (2002). Влияние угрозы стереотипа и статуса двойного меньшинства на результаты тестов латиноамериканок. Бюллетень личности и социальной психологии, 28 (5), 659–670.

Гринберг, Дж., Мартенс, А., Йонас, Э., Айзенштадт, Д., Пищинский, Т., и Соломон, С. (2003). Психологическая защита в ожидании тревоги: устранение потенциальной тревоги устраняет влияние значимости смертности на защиту мировоззрения. Психологическая наука, 14 (5), 516–519.

Гимонд, С. (2000). Групповая социализация и предубеждения: социальная передача межгрупповых отношений и убеждений. Европейский журнал социальной психологии, 30 (3), 335–354.

Хаслам, С.А., Оукс П. Дж. И Тернер Дж. С. (1996). Социальная идентичность, самокатегоризация и воспринимаемая однородность внутренних и внешних групп: взаимодействие между социальной мотивацией и познанием. В Справочник по мотивации и познанию: межличностный контекст (Том 3, стр. 182–222). Нью-Йорк, Нью-Йорк: Гилфорд Пресс.

Хиршфельд, Л. (1996). Раса в процессе становления: познание, культура и создание человеческих родов ребенком . Кембридж, Массачусетс: MIT Press.

Джонс, М., Шмадер Т. и Мартенс А. (2005). Знание — это половина дела: преподавание угрозы стереотипам как средство повышения успеваемости женщин по математике. Психологическая наука, 16 (3), 175–179.

Джонс Э. Э. и Сигалл Х. (1971). Поддельный конвейер: новая парадигма измерения аффекта и отношения. Психологический бюллетень, 76 (5), 349–364.

Джусим, Л., Робустелли, С. Л., и Каин, Т. Р. (2009). Ожидания учителя и сбывающиеся пророчества. Чернила.Р. Венцель и А. Вигфилд (ред.), Справочник по мотивации в школе (стр. 349–380). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Routledge / Taylor & Francis Group.

Ли, Ю. Т., Джуссим, Л. Дж., И Макколи, К. Р. (1995). Точность стереотипов: понимание групповых различий . Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация.

Лепор Л. и Браун Р. (1997). Активация категорий и стереотипов: неизбежны ли предрассудки? Журнал личности и социальной психологии, 72 (2), 275–287.

Линвилл П. У. и Джонс Э. Э. (1980). Поляризованные оценки участников вне группы. Журнал личности и социальной психологии, 38 , 689–703.

Линвилл П. В., Саловей П. и Фишер Г. В. (1986). Стереотипы и воспринимаемое распределение социальных характеристик: приложение к восприятию внутри группы и вне группы. В Дж. Ф. Довидио и С. Л. Гертнер (ред.), Предубеждение, дискриминация и расизм (стр. 165–208). Орландо, Флорида: Academic Press.

Липпман, В. (1922). Общественное мнение . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Harcourt & Brace.

Макрэ, К. Н., Боденхаузен, Г. В., Милн, А. Б., и Джеттен, Дж. (1994). Вне головы, но снова в поле зрения: стереотипы восстанавливаются. Журнал личности и социальной психологии, 67 (5), 808–817.

Madon, S., Guyll, M., Aboufadel, K., Montiel, E., Smith, A., Palumbo, P., et al. (2001). Этнические и национальные стереотипы: пересмотренная и переработанная принстонская трилогия. Бюллетень личности и социальной психологии, 27 (8), 996–1010.

Макинтайр, Р. Б., Полсон, Р. М., и Лорд, К. Г. (2003). Снижение угрозы стереотипа о женской математике за счет выделения групповых достижений. Журнал экспериментальной социальной психологии, 39 (1), 83–90.

Мейснер, К. А., и Бригам, Дж. К. (2001). Тридцать лет исследования предвзятости собственной расы в памяти для лиц: метааналитический обзор. Психология, государственная политика и право , 7 , 3–35.

Носек, Б.А., Гринвальд, А.Г., и Банаджи, М.Р. (ред.). (2007). Тест на неявные ассоциации в возрасте 7 лет: методологический и концептуальный обзор . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Психология Пресс.

Остром Т. М. и Седикидес К. (1992). Эффекты внегрупповой однородности в естественных и минимальных группах. Психологический бюллетень, 112 (3), 536–552.

Фелан, Дж. Э. и Рудман, Л. А. (2010). Предрассудки по отношению к женщинам-лидерам: обратная реакция и дилемма управления впечатлением женщин. Компас социальной и психологии личности, 4 (10), 807–820.

Ричсон, Дж. А., и Шелтон, Дж. Н. (2003). Когда предрассудки не окупаются: Влияние межрасового контакта на исполнительную функцию. Психологическая наука, 14 (3), 287–290.

Шаллер М. и Конвей Г. (1999). Влияние целей управления впечатлением на возникающее содержание групповых стереотипов: поддержка социально-эволюционной перспективы. Бюллетень личности и социальной психологии, 25 , 819–833.

Шмадер, Т., Джонс, М., и Форбс, К. (2008). Интегрированная модель процесса стереотипных угроз влияет на производительность. Психологический обзор, 115 (2), 336–356.

Сехрист, Г. Б., & Стангор, К. (2001). Воспринимаемый консенсус влияет на межгрупповое поведение и доступность стереотипов. Журнал личности и социальной психологии, 80 (4), 645–654.

Снайдер М., Танке Э. Д. и Бершайд Э. (1977). Социальное восприятие и межличностное поведение: О самореализующейся природе социальных стереотипов. Журнал личности и социальной психологии, 35 (9), 656–666.

Стангор, К. (1995). Неточность содержания и применения в социальных стереотипах. В Y. T. Lee, L. J. Jussim, & C. R. McCauley (Eds.), Точность стереотипов: к пониманию групповых различий (стр. 275–292).

Stangor, C., & Duan, C. (1991). Влияние многократных требований к памяти для информации о социальных группах. Журнал экспериментальной социальной психологии, 27 (4), 357–378.

Стангор, К., Линч, Л., Дуан, К., и Гласс, Б. (1992). Категоризация людей на основе множества социальных характеристик. Журнал личности и социальной психологии, 62 (2), 207–218.

Стил К. М. и Аронсон Дж. (1995). Угроза стереотипов и интеллектуальные способности афроамериканцев. Журнал личности и социальной психологии, 69 , 797–811.

Стоун, Дж. (2002). Борьба с сомнениями путем избегания практики: влияние угрозы стереотипа на самооценку у белых спортсменов. Бюллетень личности и социальной психологии, 28 (12), 1667–1678.

Тайфель, Х. (1970). Эксперименты по межгрупповой дискриминации. Scientific American, 223, 96–102.

Тайфель, Х. и Уилкс, А. Л. (1963). Классификация и количественное суждение. Британский журнал психологии, 54 , 101–114.

Тейлор, С. Е., Фиск, С. Т., Эткофф, Н. Л., и Рудерман, А. Дж. (1978). Категориальные и контекстные основы памяти и стереотипов личности. Журнал личности и социальной психологии, 36 (7), 778–793.

Тетлок П. Э. и Митчелл Г. (2008). Калибровка предубеждений в миллисекундах. Social Psychology Quarterly, 71 (1), 12–16.

Trope, Y., & Thompson, E. (1997). Ищете истину не в том месте? Асимметричный поиск индивидуальной информации о стереотипных членах группы. Журнал личности и социальной психологии, 73 (2), 229–241.

фон Штокхаузен, Л., Козер, С., & Sczesny, S. (2013). Гендерная типичность лиц и ее влияние на визуальную обработку и принятие решений о приеме на работу. Экспериментальная психология, 60 (6), 444-452.

Уолтон, Г. М., и Коэн, Г. Л. (2003). Подъем стереотипов. Журнал экспериментальной социальной психологии, 39 (5), 456–467.

Word, C.O., Zanna, M.P., & Cooper, J. (1974). Невербальное посредничество самоисполняющихся пророчеств в межрасовом взаимодействии. Журнал экспериментальной социальной психологии, 10 (2), 109–120.

Yzerbyt, V., Schadron, G., Leyens, J., & Rocher, S. (1994). Социальная возможность суждения: влияние метаинформационных сигналов на использование стереотипов. Журнал личности и социальной психологии, 66 , 48–55.

12.1 Социальная категоризация и стереотипы — Принципы социальной психологии

Цели обучения

  1. Опишите фундаментальный процесс социальной категоризации и его влияние на мысли, чувства и поведение.
  2. Определите стереотипов и опишите способы измерения стереотипов.
  3. Просмотрите, как стереотипы влияют на наше поведение.

Размышление о других с точки зрения членства в группах известно как социальная категоризация — естественный когнитивный процесс, с помощью которого мы распределяем людей по социальным группам. Социальная категоризация происходит, когда мы думаем о ком-то как о мужчине (по сравнению с женщиной), старом человеке (по сравнению с молодым человеком), чернокожим человеком (по сравнению с азиатом или белым человеком) и т. Д. (Allport, 1954/1979) .Так же, как мы классифицируем объекты по различным типам, мы классифицируем людей в соответствии с их членством в социальных группах. Как только мы это сделаем, мы начнем реагировать на этих людей больше как члены социальной группы, чем как личности.

Представьте на мгновение, что два студента колледжа, Джон и Сара, разговаривают за столом в студенческом союзе вашего колледжа или университета. На этом этапе мы, вероятно, будем рассматривать их не как членов группы, а как двух лиц. Джон выражает свое мнение, а Сара выражает свое.Однако представьте, что по мере продолжения разговора Сара поднимает вопрос о задании, которое она выполняет для своего женского курса. Оказывается, Джон не считает, что в колледже должна быть программа обучения женщин, и говорит об этом Саре. Он утверждает, что если есть программа обучения женщин, то должна быть и программа обучения мужчин. Кроме того, он утверждает, что женщины получают слишком много перерывов при найме на работу и что квалифицированные мужчины становятся объектами дискриминации. Сара считает совершенно противоположным — утверждая, что женщины были объектами сексизма на протяжении многих, многих лет и даже сейчас не имеют такого же доступа к высокооплачиваемой работе, как мужчины.

Вы можете видеть, что взаимодействие, начавшееся на индивидуальном уровне, когда два человека разговаривали, теперь перешло на групповой уровень, на котором Джон начал считать себя мужчиной, а Сара начала считать себя женщиной. Короче говоря, Сара сейчас аргументирует свою точку зрения не столько за себя, сколько как представитель одной из своих групп, а именно женщин, а Джон действует как представитель одной из своих групп, а именно мужчин. Сара чувствует, что ее позиции правильные, и она считает, что они верны не только для нее, но и для женщин в целом.То же самое и с Джоном. Вы можете видеть, что эта социальная категоризация может создать некоторый потенциал для неправильного восприятия и, возможно, даже враждебности. И Джон и Сара могут даже изменить свое мнение друг о друге, забывая, что они действительно нравятся друг другу как личности, потому что теперь они больше как члены группы реагируют с противоположными взглядами.

Представьте себе, что пока Джон и Сара все еще разговаривают, в студенческий союз появляются студенты из другого колледжа, каждый в шляпах и куртках той школы.Присутствие этих посторонних может полностью изменить направление социальной категоризации, заставляя и Джона, и Сару думать о себе как о студентах своего собственного колледжа. И эта социальная категоризация может привести их к более глубокому осознанию положительных характеристик своего колледжа (отличная баскетбольная команда, прекрасный кампус и умные студенты) по сравнению с характеристиками другой школы. Теперь, вместо того, чтобы воспринимать себя членами двух разных групп (мужчин и женщин), Джон и Сара могут внезапно воспринимать себя членами одной социальной категории (студенты в своем колледже).

Возможно, этот пример поможет вам увидеть гибкость социальной категоризации. Иногда мы думаем о наших отношениях с другими людьми на индивидуальном уровне, а иногда на уровне группы. И то, какие группы мы используем для социальной категоризации, может меняться со временем и в разных ситуациях. Я думаю, вы согласитесь с тем, что вы с большей вероятностью отнесете себя к члену своего колледжа или университета, когда ваша баскетбольная или футбольная команда только что выиграла действительно важный матч или на церемонии вручения дипломов, чем в обычный вечер. с твоей семьей.В этих случаях ваше членство в качестве студента университета просто более заметно и важно, чем каждый день, и вы с большей вероятностью классифицируете себя соответственно.

Спонтанная социальная категоризация

Социальная категоризация происходит спонтанно, без особых размышлений с нашей стороны (Crisp & Hewstone, 2007). Шелли Тейлор и ее коллеги (Taylor, Fiske, Etcoff, & Ruderman, 1978) показали участникам своего исследования слайд-презентацию и магнитофонную презентацию трех мужчин и трех студенток колледжа, которые предположительно участвовали в дискуссионной группе.Во время презентации каждый член дискуссионной группы сделал предложение о том, как рекламировать спектакль колледжа. Утверждения контролировались таким образом, чтобы у всех участников исследования утверждения, сделанные мужчинами и женщинами, были одинаковыми по длине и качеству. Кроме того, одной половине участников сказали, что по окончании презентации их попросят вспомнить, какой человек сделал какое предложение, тогда как другой половине участников было сказано просто наблюдать за взаимодействием, не обращая внимания ни на что конкретное.

После того, как они просмотрели все утверждения, сделанные участниками дискуссионной группы, участникам исследования был предложен тест памяти (это было совершенно неожиданно для участников, которым не были даны инструкции по запоминанию). Участникам был показан список всех сделанных заявлений, а также фотографии каждого из членов дискуссионной группы, и их попросили указать, кто сделал каждое из заявлений. Участники исследования не очень хорошо справлялись с этой задачей, и тем не менее, когда они допускали ошибки, эти ошибки были очень систематическими.

Как вы можете видеть в Таблице 12.1 «Ошибки в именах», ошибки были таковы, что утверждения, которые на самом деле были сделаны мужчиной, чаще ошибочно приписывались другому мужчине в группе, чем другой женщине, а утверждения, фактически сделанные женщину чаще относили к другим женщинам в группе, чем к мужчине. Очевидно, участники распределили выступающих по полу, что привело их к путанице внутри пола, а не к межгендерной.

Интересно, что если предположить, что категоризация происходит постоянно, инструкции, которые были даны участникам, не имели абсолютно никакого значения.Те, кому не давали никаких инструкций, подвергались такой же категоризации, как и те, кому велели помнить, кто и что сказал. Другое исследование, использующее эту технику, показало, что мы спонтанно классифицируем друг друга на основании принадлежности к множеству других групп, включая расу, академический статус (ученик против учителя), социальные роли и другие социальные категории (Fiske, Haslam, & Fiske, 1991; Стангор, Линч, Дуан и Гласс, 1992).

Таблица 12.1 Неправильное имя

Инструкции Внутри гендерных ошибок Между гендерными ошибками
Память 5.78 4,29
Нет памяти 6,57 4,36
Тейлор, Фиск, Эткофф и Рудерман (1978) продемонстрировали, что люди распределяют других по категориям спонтанно. Даже без каких-либо инструкций по классификации люди все же сбивали других с толку своим полом.

Вывод прост, хотя и очевиден: социальная категоризация происходит вокруг нас все время. Действительно, социальная категоризация происходит так быстро, что людям может быть трудно , а не думать о других с точки зрения членства в группах (см.рисунок 12.3).

Рисунок 12.3

Если вы похожи на большинство людей, у вас возникнет сильное желание классифицировать этого человека как мужчину или женщину.

Преимущества социальной категоризации

Тенденция категоризировать других обычно весьма полезна. В некоторых случаях мы классифицируем, потому что это дает нам информацию о характеристиках людей, принадлежащих к определенным социальным группам (Lee, Jussim, & McCauley, 1995).Если вы потерялись в городе, вы можете поискать полицейского или таксиста, которые помогут вам сориентироваться. В этом случае социальная категоризация, вероятно, будет полезна, потому что офицер полиции или водитель такси могут с особой вероятностью знать расположение городских улиц. Конечно, использование социальных категорий будет информативным только в той степени, в которой стереотипы, которых придерживается индивид относительно этой категории, верны. Если бы сотрудники полиции на самом деле не были так хорошо осведомлены о планировке города, то использование этой категоризации не было бы информативным.

Утверждалось, что в большинстве стереотипов есть зерно истины, и, похоже, это так. Существует корреляция между тем, как члены группы воспринимают стереотипы своих собственных групп, и тем, как люди из других групп воспринимают те же стереотипы (Judd & Park, 1993; Swim, 1994). Отчасти эта истина может быть связана с той ролью, которую люди играют в обществе. Например, стереотипы (которых придерживаются многие люди) о том, что женщины «лелеют» и что мужчины «доминируют», могут возникать отчасти потому, что в среднем мужчины и женщины играют разные социальные роли в рамках культуры (Eagly & Штеффен, 1984).В большинстве культур мужчины с большей вероятностью будут занимать должности с более высоким статусом, такие как врачи и юристы, тогда как женщины с большей вероятностью будут играть роль домохозяек и работников по уходу за детьми. В этом смысле стереотипы, по крайней мере частично, верны для многих представителей социальной категории с точки зрения их фактического поведения. Поскольку мужчины с большей вероятностью будут лидерами, чем женщины, они могут в среднем более доминировать; и поскольку женщины с большей вероятностью будут заботиться о детях, они в среднем могут действовать более заботливо, чем мужчины.

С другой стороны, мы иногда классифицируем других не потому, что это дает больше информации о них, а потому, что у нас может не быть времени (или мотивации) для более тщательных действий. Использование наших стереотипов для оценки другого человека может просто облегчить нашу жизнь (Macrae, Bodenhausen, Milne, & Jetten, 1994). Согласно этому подходу, размышления о других людях с точки зрения принадлежности к их социальной категории — это функциональный способ взаимодействия с миром — все усложняется, и мы уменьшаем сложность, полагаясь на наши стереотипы.

Отрицательные результаты социальной категоризации

Хотя размышление о других с точки зрения принадлежности к их социальной категории имеет некоторые потенциальные преимущества для человека, который классифицирует, категоризирует других вместо того, чтобы относиться к ним как к уникальным людям с их собственными уникальными характеристиками, имеет широкий спектр негативных и часто очень несправедливые результаты для тех, кто попадает в категорию.

Одна из проблем состоит в том, что социальная категоризация искажает наше восприятие, так что мы склонны преувеличивать различия между людьми из разных социальных групп, в то же время воспринимая членов групп (и особенно чужих) как более похожих друг на друга, чем они есть на самом деле.Такое чрезмерное обобщение повышает вероятность того, что мы будем думать и относиться ко всем членам группы одинаково. Тайфель и Уилкс (1963) провели простой эксперимент, который представил картину потенциальных результатов категоризации. Как вы можете видеть на рис. 12.4 «Перцепционная акцентуация», в эксперименте участники оценивали длину шести линий. В одном из условий эксперимента участники просто видели шесть линий, в то время как в другом условии линии были систематически разделены на две группы: одна состояла из трех более коротких линий, а другая — из трех более длинных.

Рисунок 12.4 Акцент на восприятии

Строки C и D считались одинаковой длины в условиях без классификации, но линия C воспринималась как более длинная, чем линия D, когда строки были разделены на две группы. Из Тайфеля (1970).

Таджфель обнаружил, что линии воспринимались по-разному при их классификации, так что подчеркивались различия между группами и сходства внутри групп.В частности, он обнаружил, что, хотя линии C и D (которые на самом деле имеют одинаковую длину) воспринимались как равные по длине, когда строки не были категоризированы, линия C воспринималась как значительно длиннее, чем линия D в состоянии, в котором строки были категоризированы. В данном случае категоризация на две группы — «группу коротких линий» и «группу длинных линий» — вызвала искажение восприятия, так что две группы линий рассматривались как более разные, чем они были на самом деле.

Подобные эффекты возникают, когда мы категоризируем других людей.Мы склонны рассматривать людей, принадлежащих к одной социальной группе, как более похожих, чем они есть на самом деле, и мы склонны судить о людях из разных социальных групп как о более разных, чем они есть на самом деле. Тенденция считать членов социальных групп похожими друг на друга особенно сильна для членов чужих групп, что приводит к однородности внешних групп — тенденция рассматривать членов чужих групп как более похожих друг на друга, чем мы видим членов внутренних групп (Linville, Salovey, & Fischer, 1986; Ostrom & Sedikides, 1992; Meissner & Brigham, 2001).Я уверен, что у вас тоже был такой опыт, когда вы обнаруживали, что думаете или говорите: «О, они, они все одинаковые!»

Патрисия Линвилл и Эдвард Джонс (1980) дали участникам исследования список характеристик черт и попросили их подумать либо о членах их собственной группы (например, о черных), либо о членах другой группы (например, о белых) и разместить эти черты. на стопки, представляющие разные типы людей в группе. Результаты этих исследований, как и других подобных им, были ясны: люди воспринимают чужие группы как более однородные, чем внутренние.Точно так же, как белые люди использовали меньше стопок черт для описания черных, чем белых, молодые люди использовали меньше стопок черт для описания пожилых людей, чем молодых людей, а студенты использовали меньше стопок черт для членов других университетов, чем для своих членов. Университет.

Однородность внешней группы происходит отчасти потому, что мы не так много контактируем с членами внешней группы, как с членами внутренней группы, а качество взаимодействия с членами внешней группы часто более поверхностное.Это мешает нам действительно узнать о членах внешней группы как об отдельных лицах, и в результате мы склонны не осознавать различия между членами группы. В дополнение к тому, что мы меньше узнаем о них, потому что мы меньше видим и взаимодействуем с ними, мы обычно классифицируем членов чужих групп, таким образом заставляя их казаться более похожими в когнитивном отношении (Haslam, Oakes, & Turner, 1996).

Как только мы начинаем видеть членов чужих групп как более похожих друг на друга, чем они есть на самом деле, тогда становится очень легко применить наши стереотипы к членам групп, не задумываясь о том, истинна ли характеристика конкретного человека. .Если мужчины думают, что все женщины похожи друг на друга, они могут также думать, что все они обладают одинаковыми характеристиками — все они «эмоциональные» и «слабые». И женщины могут иметь такие же упрощенные представления о мужчинах (они «нечувствительны», «не хотят брать на себя обязательства» и т. Д.). В результате стереотипы связываются с самой группой в виде набора ментальных репрезентаций (рис. 12.5). Стереотипы — это «картинки в нашей голове» социальных групп (Lippman, 1922). Эти убеждения кажутся правильными и естественными, хотя они часто являются искаженными сверхобобщениями (Hirschfeld, 1996; Yzerbyt, Schadron, Leyens, & Rocher, 1994).

Рисунок 12,5

Стереотипы — это убеждения, связанные с социальными категориями. На рисунке показаны связи между социальной категорией профессоров колледжа и ее стереотипами как типом нейронной сети или схемы. Изображение также включает одно изображение (или образец) конкретного профессора колледжа, которого знает студент.

Наши стереотипы и предрассудки усваиваются через множество различных процессов. Такое множество причин вызывает сожаление, потому что оно делает формирование стереотипов и предрассудков еще более вероятными и трудными для изменения.Во-первых, мы узнаем наши стереотипы отчасти через общение с родителями и сверстниками (Aboud & Doyle, 1996) и из поведения, которое мы видим в средствах массовой информации (Brown, 1995). Даже пятилетние дети усвоили культурные нормы о подходящих занятиях и поведении для мальчиков и девочек, а также выработали стереотипы о возрасте, расе и физической привлекательности (Bigler & Liben, 2006). И часто существует хорошее согласие относительно стереотипов социальных категорий среди людей в рамках данной культуры.В одном исследовании, посвященном оценке стереотипов, Стефани Мадон и ее коллеги (Madon et al., 2001) представили студентам американских колледжей список из 84 черт-терминов и попросили их указать, для каких групп каждая черта кажется подходящей (рис. 12.6 «Текущие стереотипы, поддерживаемые Студенты колледжа»). Участники, как правило, соглашались относительно того, какие черты были верными для каких групп, и это было верно даже для групп, из которых респонденты, вероятно, никогда не встречали ни одного члена (арабы и русские). Даже сегодня существует хорошее согласие относительно стереотипов членов многих социальных групп, включая мужчин и женщин, а также различных этнических групп.

Рисунок 12.6 Текущие стереотипы студентов колледжа

Американцы% Черный% итальянцы%
Материалистический 53,6 Музыкальный 27,6 Верность семейным связям 62,7
Ленивый 30,4 Любить удовольствие 26 Любить традиции 47.5
Индивидуалистический 28,6 Громко 20,7 Страстный 39
Любовь к удовольствиям 28 Агрессивный 15,5 Религиоведение 37,3
Трудолюбивый 23,2 Художественные 13,8 Быстрое закаление 35,6
немцы% евреев% Китайский%
Интеллектуальный 45.8 Очень религиозный 52,5 Интеллектуальный 60,3
Трудолюбивый 37,3 Интеллектуальный 49,2 Верность семейным связям 41,4
Националистический 30,5 Любить традиции 32,2 Зарезервировано 36,2
С научной точки зрения 27,1 Проницательный 30.5 Трудолюбивый 32,8
Методическая 20,3 Верность семейным связям 28,8 Любить традиции 31

После того, как стереотипы (как и любое другое когнитивное представление) укоренились, они имеют тенденцию сохраняться. Мы начинаем реагировать на представителей стереотипных категорий, как если бы мы уже знали, на что они похожи. Yaacov Trope и Eric Thompson (1997) обнаружили, что люди задавали меньше вопросов представителям категорий, относительно которых у них были сильные стереотипы (как если бы они уже знали, каковы эти люди), и что вопросы, которые они задавали, скорее всего, подтвердили стереотипы, которые они уже.

В других случаях стереотипы сохраняются, потому что информация, подтверждающая наши стереотипы, запоминается лучше, чем информация, которая их опровергает. Когда мы видим, что члены социальных групп ведут себя определенным образом, мы склонны лучше запоминать информацию, подтверждающую наши стереотипы, чем информацию, которая опровергает наши стереотипы (Fyock & Stangor, 1994). Если мы считаем, что женщины — плохие водители, и видим, что женщина плохо водит машину, то мы склонны помнить об этом, но когда мы видим женщину, которая водит особенно хорошо, мы склонны забывать об этом.Это, конечно, еще один пример общего принципа ассимиляции — мы склонны воспринимать мир так, чтобы он соответствовал нашим существующим убеждениям, чем мы меняем свои убеждения, чтобы соответствовать реальности вокруг нас.

И стереотипы становится трудно изменить, потому что они так важны для нас — они становятся неотъемлемой и важной частью нашей повседневной жизни в нашей культуре. Стереотипы часто выражаются по телевидению, в фильмах, в чатах и ​​блогах, и мы узнаем много наших убеждений из этих источников.Наши друзья также склонны придерживаться убеждений, аналогичных нашим, и мы говорим об этих убеждениях, когда собираемся вместе с ними (Schaller & Conway, 1999). Короче говоря, стереотипы и предрассудки сильны в значительной степени потому, что они являются важными социальными нормами, которые являются частью нашей культуры (Guimond, 2000).

Поскольку они очень доступны с точки зрения познания и кажутся такими «правильными», наши стереотипы легко влияют на наши суждения и реакцию на тех, кого мы классифицировали. Социальный психолог Джон Барг однажды назвал стереотипы «когнитивными монстрами», потому что их активация была настолько мощной и потому, что активированные убеждения оказывали такое коварное влияние на социальное суждение (Bargh, 1999).Еще больше усложняет ситуацию то, что стереотипы сильнее всего относятся к людям, которые больше всего нуждаются в переменах, — к людям, которые наиболее предвзяты (Lepore & Brown, 1997).

Поскольку стереотипы и предрассудки часто действуют вне нашего понимания, а также из-за того, что люди часто не хотят признавать, что они их придерживаются, социальные психологи разработали методы их косвенной оценки. В следующем разделе мы рассмотрим два из этих подходов — процедуру фиктивного конвейера и тест неявной ассоциации (IAT)

.
В фокусе исследований

Косвенное измерение стереотипов

Одна из трудностей при измерении стереотипов и предрассудков заключается в том, что люди могут не говорить правду о своих убеждениях.Большинство людей не хотят признаваться ни себе, ни другим, что они придерживаются стереотипов или что они предвзято относятся к некоторым социальным группам. Чтобы обойти эту проблему, социальные психологи используют ряд методов, которые помогают им более тонко и косвенно измерять эти убеждения.

Один из косвенных подходов к оценке предубеждений называется процедурой фиктивного конвейера (Jones & Sigall, 1971). В этой процедуре экспериментатор сначала убеждает участников, что он или она имеет доступ к их «истинным» убеждениям, например, получая доступ к анкете, которую они заполнили на предыдущей экспериментальной сессии.Как только участники убедятся, что исследователь может оценить их «истинное» отношение, ожидается, что они будут более честны в ответах на остальные вопросы, которые им задают, потому что они хотят быть уверены, что исследователь их не уловит. врущий. Процедура фиктивного конвейера предполагает, что люди могут часто маскировать свои негативные убеждения публично — люди выражают больше предубеждений, когда они находятся в поддельном конвейере, чем когда им задают те же вопросы более прямо.

Другие косвенные меры предубеждения также часто используются в социально-психологических исследованиях, например, для оценки невербального поведения, такого как речевые ошибки или физическая близость. Одна из распространенных мер заключается в том, чтобы попросить участников сесть на стул рядом с человеком из другой расовой или этнической группы и измерить, как далеко сидит этот человек (Sechrist & Stangor, 2001; Word, Zanna, & Cooper, 1974). Считается, что люди, которые сидят дальше, более предвзято относятся к членам группы.

Поскольку наши стереотипы активируются спонтанно, когда мы думаем о членах разных социальных групп, можно использовать меры времени реакции, чтобы оценить эту активацию и, таким образом, узнать о стереотипах и предрассудках людей. В этих процедурах участников просят вынести серию суждений об изображениях или описаниях социальных групп, а затем ответить на вопросы как можно быстрее, но без ошибок. Скорость этих ответов используется для определения стереотипов или предрассудков человека.

Самая популярная неявная мера предубеждения — время реакции — тест на неявную ассоциацию (IAT) — часто используется для оценки стереотипов и предубеждений (Nosek, Greenwald, & Banaji, 2007). В IAT участников просят классифицировать стимулы, которые они видят на экране компьютера, в одну из двух категорий, нажимая одну из двух компьютерных клавиш: одну левой рукой, а другую — правой. Кроме того, категории организованы таким образом, что ответы, на которые нужно ответить с помощью левой и правой кнопок, либо «соответствуют» (соответствуют) стереотипу, либо не «соответствуют» (не соответствуют) стереотипу.Например, в одной из версий IAT участникам показывают изображения мужчин и женщин, а также показывают слова, относящиеся к гендерным стереотипам (например, сильный, лидер, или мощный, для мужчин и воспитывающий, эмоциональный, или ). weak для женщин). Затем участники классифицируют фотографии («Это изображение мужчины или женщины?») И отвечают на вопросы о стереотипах («Это слово — сильное ?»), Нажимая кнопку «Да» или кнопку «Нет» с помощью либо их левая рука, либо их правая рука.

Когда ответы расположены на экране «совпадающим» образом, так что мужская категория и «сильная» категория находятся на одной и той же стороне экрана (например, с правой стороны), участники могут выполнять задание очень хорошо. быстро и делают мало ошибок. Это просто проще, потому что стереотипы совпадают или связаны с изображениями таким образом, что это имеет смысл. Но когда изображения расположены так, что женщины и сильные категории находятся на одной стороне, тогда как мужчины и слабые категории находятся на другой стороне, большинство участников совершают больше ошибок и реагируют медленнее.Основное предположение заключается в том, что если два понятия связаны или связаны, на них будет быстрее реагировать, если они классифицируются с использованием одинаковых, а не разных ключей.

Процедуры неявной ассоциации, такие как IAT, показывают, что даже участники, утверждающие, что они не предвзяты, действительно придерживаются культурных стереотипов в отношении социальных групп. Даже сами чернокожие быстрее реагируют на положительные слова, которые ассоциируются с белыми, а не с черными лицами в IAT, предполагая, что у них есть тонкие расовые предубеждения по отношению к черным.

Поскольку они придерживаются этих убеждений, возможно — хотя и не гарантировано — что они могут использовать их, отвечая другим людям, создавая тонкий и бессознательный тип дискриминации. Хотя значение IAT обсуждалось (Tetlock & Mitchell, 2008), исследования, использующие неявные меры, действительно предполагают, что — знаем мы об этом или нет, и даже несмотря на то, что мы можем пытаться контролировать их, когда можем, — наши стереотипы и предрассудки легко активируется, когда мы видим представителей разных социальных категорий (Barden, Maddux, Petty, & Brewer, 2004).

Есть ли у вас скрытые предрассудки? Попробуйте IAT самостоятельно, здесь: https://implicit.harvard.edu/implicit

Хотя в некоторых случаях стереотипы, которые используются для вынесения суждений, могут действительно быть верными в отношении оцениваемого человека, во многих других случаях это не так. Стереотипы проблематичны, когда стереотипы, которые мы придерживаемся о социальной группе, в целом неточны, и особенно когда они не применимы к человеку, которого судят (Stangor, 1995). Стереотипировать других просто несправедливо.Даже если многие женщины более эмоциональны, чем большинство мужчин, не все таковы, и неправильно судить какую-либо одну женщину так, как если бы она была такой.

В конце концов, стереотипы становятся самореализующимися пророчествами, так что наши ожидания в отношении членов группы воплощают стереотипы в реальность (Снайдер, Танке и Бершайд, 1977; Word, Занна и Купер, 1974). Если мы поверим, что из мужчин получаются лучшие лидеры, чем из женщин, мы склонны вести себя по отношению к мужчинам так, чтобы им было легче руководить. И мы ведем себя по отношению к женщинам так, что им труднее руководить.Результат? Мужчинам легче преуспеть на руководящих должностях, тогда как женщинам приходится много работать, чтобы преодолеть ложные представления об отсутствии у них лидерских способностей (Phelan & Rudman, 2010). Самоисполняющиеся пророчества распространены повсеместно — даже ожидания учителей относительно академических способностей своих учеников могут повлиять на успеваемость учеников в школе (Jussim, Robustelli, & Cain, 2009).

Конечно, вы можете подумать, что вы лично не ведете себя подобным образом, а можете и не поступить.Но исследования показали, что стереотипы часто используются вне нашего осознания, поэтому нам очень трудно их исправить. Даже когда мы думаем, что ведем себя совершенно справедливо, мы, тем не менее, можем использовать наши стереотипы, чтобы оправдать дискриминацию (Chen & Bargh, 1999). А когда мы отвлекаемся или испытываем нехватку времени, эти тенденции становятся еще более сильными (Stangor & Duan, 1991).

Более того, чтобы не допустить, чтобы наш стереотип окрашивал нашу реакцию на других, требуются усилия.Мы испытываем больше негативных эмоций (особенно тревожности), когда находимся с членами других групп, чем когда мы с людьми из наших собственных групп, и нам нужно использовать больше когнитивных ресурсов, чтобы контролировать свое поведение из-за нашего беспокойства по поводу раскрытия наших стереотипов. или предрассудки (Butz & Plant, 2006; Richeson & Shelton, 2003). Когда мы знаем, что нам нужно контролировать свои ожидания, чтобы непреднамеренно не создавать стереотипы о другом человеке, мы можем попытаться сделать это, но это требует усилий и часто может потерпеть неудачу (Macrae, Bodenhausen, Milne, & Jetten, 1994).

Социальная психология в интересах общества

Стереотипная угроза

Наши стереотипы влияют не только на наши суждения о других, но и на наши представления о себе, и даже на нашу собственную эффективность при выполнении важных задач. В некоторых случаях эти убеждения могут быть положительными и заставляют нас чувствовать себя более уверенно и, следовательно, лучше справляться с задачами. Поскольку азиатские учащиеся знают о стереотипе, что «азиаты хороши в математике», напоминание им об этом факте перед тем, как они будут сдавать сложный тест по математике, может улучшить их успеваемость (Walton & Cohen, 2003).С другой стороны, иногда эти убеждения негативны, и они создают негативные самоисполняющиеся пророчества, из-за которых мы работаем хуже только из-за наших знаний о стереотипах.

Одна из давних загадок в области академической успеваемости касается того, почему черные ученики хуже справляются со стандартными тестами, получают более низкие оценки и с меньшей вероятностью остаются в школе по сравнению с белыми учениками, даже если другие факторы, такие как семья доход, образование родителей и другие важные переменные контролируются.Клод Стил и Джошуа Аронсон (1995) проверили гипотезу о том, что эти различия могут быть следствием активации негативных стереотипов. Поскольку чернокожие учащиеся осведомлены о (неточном) стереотипе, что «черные интеллектуально ниже белых», этот стереотип может создать негативное ожидание, которое может помешать их результатам интеллектуальных тестов из-за страха подтвердить этот стереотип.

В поддержку этой гипотезы исследование Стила и Аронсона показало, что темнокожие студенты колледжей хуже (по сравнению с их предыдущими результатами тестов) справлялись с математическими вопросами, взятыми из экзаменационной программы выпускников (GRE), когда тест был описан для них как «диагностический». их математических способностей »(и, таким образом, когда стереотип был уместен), но на их результаты не повлияло, когда те же вопросы были сформулированы как« упражнение в решении проблем.А в другом исследовании Стил и Аронсон обнаружили, что, когда чернокожих студентов просили указать их расу перед тем, как они сдавали тест по математике (снова активируя стереотип), они показали более низкие результаты, чем на предыдущих экзаменах, тогда как оценки белых студентов не были затронуты первым указанием их расы.

Стил и Аронсон утверждали, что размышления о негативных стереотипах, относящихся к выполняемой задаче, создают угрозу стереотипов — снижения производительности, вызванные знанием культурных стереотипов .То есть они утверждали, что негативное влияние гонки на стандартизованные тесты может быть вызвано, по крайней мере частично, самой ситуацией с производительностью. Поскольку угроза «витает в воздухе», она может негативно повлиять на чернокожих студентов.

Исследования показали, что опыт угрозы стереотипам может помочь объяснить широкий спектр снижения производительности среди тех, на кого нацелены негативные стереотипы. Например, когда математическая задача описывается как диагностика интеллекта, латиноамериканцы и особенно латиноамериканцы справляются хуже, чем белые (Gonzales, Blanton, & Williams, 2002).Точно так же, когда активируются стереотипы, дети с низким социально-экономическим статусом хуже успевают по математике, чем дети с высоким социально-экономическим статусом, а студенты-психологи успевают хуже, чем студенты-естественники (Brown, Croizet, Bohner, Fournet, & Payne, 2003). . Даже группы, которые обычно имеют привилегированный социальный статус, могут столкнуться с угрозой стереотипов. Белые мужчины хуже справились с тестом по математике, когда им сказали, что их результаты будут сравниваться с результатами азиатских мужчин (Aronson, Lustina, Good, Keough, & Steele, 1999), а белые показали худшие результаты, чем черные, в спорте: связанная с этим задача, когда они были описаны как измерение их естественных спортивных способностей (Stone, 2002).

Угроза стереотипов создается в ситуациях, которые представляют серьезную угрозу для самоуважения, когда возникает угроза нашему восприятию себя как важных, ценных и способных людей. В таких ситуациях наблюдается расхождение между нашим позитивным представлением о наших навыках и способностях и негативными стереотипами, предполагающими низкую успеваемость. Когда наши стереотипы заставляют нас думать, что мы, скорее всего, плохо справимся с задачей, мы испытываем чувство беспокойства и угрозы статусу.

Исследования показали, что угроза стереотипов вызвана как когнитивными, так и аффективными факторами. С когнитивной стороны люди, которые испытывают угрозу стереотипов, демонстрируют нарушение когнитивной обработки, которое вызвано повышенной бдительностью по отношению к окружающей среде и попытками подавить свои стереотипные мысли. С аффективной стороны угроза стереотипа создает стресс, а также различные аффективные реакции, включая тревогу (Schmader, Johns, & Forbes, 2008).

Однако стереотипная угроза не абсолютна — мы сможем ее преодолеть, если постараемся.Что важно, так это уменьшить беспокойство о себе, которое возникает при рассмотрении соответствующих негативных стереотипов. Манипуляции, подтверждающие положительные характеристики самого себя или своей группы, успешно снижают угрозу стереотипов (Alter, Aronson, Darley, Rodriguez, & Ruble, 2010; Greenberg et al., 2003; McIntyre, Paulson, & Lord, 2003). Фактически, простое знание того, что стереотипная угроза существует и может повлиять на производительность, может помочь смягчить ее негативное влияние (Johns, Schmader, & Martens, 2005).

Ключевые выводы

  • Представления о характеристиках групп и членах этих групп известны как стереотипы.
  • Предубеждение относится к неоправданному отрицательному отношению к чужой группе.
  • Стереотипы и предрассудки могут создавать дискриминацию.
  • Стереотипы и предрассудки начинаются с социальной категоризации — естественного когнитивного процесса, с помощью которого мы помещаем людей в социальные группы.
  • Социальная категоризация влияет на наше восприятие групп — например, на восприятие однородности внешней группы.
  • Как только наши стереотипы и предрассудки утвердятся, их будет трудно изменить, и они могут привести к самоисполняющимся пророчествам, таким образом, что наши ожидания в отношении членов группы воплощают стереотипы в реальность.
  • Стереотипы могут влиять на нашу работу по важным задачам через угрозу стереотипов.

Упражнения и критическое мышление

  1. Посмотрите еще раз на картинки на рис. 12.2 и подумайте о своих мыслях и чувствах по отношению к каждому человеку.Какие у вас стереотипы и предубеждения о них? Как вы думаете, ваши стереотипы верны?
  2. К каким социальным категориям (если таковые имеются) вы относите других? Почему вы (или нет) категоризируете? Является ли ваше поведение справедливым или несправедливым по отношению к людям, которых вы классифицируете?
  3. Подумайте о задаче, которую одна из социальных групп, к которой вы принадлежите, считается особенно хорошей (или плохой). Считаете ли вы, что культурные стереотипы в отношении вашей группы когда-либо влияли на вашу результативность при выполнении задания?

Список литературы

Aboud, F.Э., Дойл А.-Б. (1996). Родители и сверстники влияют на расовые установки детей. Международный журнал межкультурных отношений, 20 , 371–383.

Олпорт, Г. У. (1954/1979). Природа предубеждения . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Doubleday.

Альтер, А. Л., Аронсон, Дж., Дарли, Дж. М., Родригес, К., и Рубль, Д. Н. (2010). Восхождение к угрозе: уменьшение угрозы стереотипов путем переосмысления угрозы как проблемы. Журнал экспериментальной социальной психологии, 46 (1), 166–171.DOI: 10.1016 / j.jesp.2009.09.014.

Аронсон, Дж., Лустина, М. Дж., Гуд, К., Кео, К., и Стил, К. М. (1999). Когда белые люди не умеют считать: необходимые и достаточные факторы угрозы стереотипу. Журнал экспериментальной социальной психологии, 35 , 29–24.

Барден, Дж., Мэддакс, У. В., Петти, Р. Э. и Брюэр, М. Б. (2004). Контекстуальная модерация расовых предубеждений: влияние социальных ролей на контролируемые и автоматически активируемые установки. Журнал личности и социальной психологии , 87 (1), 5–22.

Bargh, J. (Ред.). (1999). Когнитивный монстр: доводы против управляемости автоматических стереотипных эффектов. Нью-Йорк, Нью-Йорк: Guilford Press.

Биглер Р. С. и Либен Л. С. (2006). Межгрупповая теория развития социальных стереотипов и предрассудков. В Р. В. Кайле (ред.), Достижения в развитии и поведении ребенка (Том 34, стр. 39–89). Сан-Диего, Калифорния: Эльзевьер.

Браун Р. (1995). Предубеждение: его социальная психология .Кембридж, Массачусетс: Блэквелл.

Браун Р., Круазе Ж.-К., Бонер Г., Фурне М. и Пейн А. (2003). Автоматическая активация категорий и социальное поведение: сдерживающая роль предвзятых убеждений. Социальное познание, 21 (3), 167–193.

Бутц, Д. А., и Плант, Э. А. (2006). Восприятие членов внешней группы как неотзывчивых: последствия для эмоций, намерений и поведения, связанных с подходом. Журнал личности и социальной психологии, 91 (6), 1066–1079.

Чен, М., и Барг, Дж. А. (1999). Последствия автоматической оценки: Непосредственная поведенческая предрасположенность приближаться к стимулу или избегать его. Бюллетень личности и социальной психологии, 25 (2), 215–224.

Крисп Р. Дж. И Хьюстон М. (ред.). (2007). Множественная социальная категоризация . Сан-Диего, Калифорния: Elsevier Academic Press.

Игли, А. Х., и Стеффен, В. Дж. (1984). Гендерные стереотипы проистекают из распределения женщин и мужчин по социальным ролям. Журнал личности и социальной психологии, 46 (4), 735–754.

Фиске А. П., Хаслам Н. и Фиске С. Т. (1991). Смешение одного человека с другим: какие ошибки свидетельствуют об элементарных формах социальных отношений. Журнал личности и социальной психологии, 60 (5), 656–674.

Fyock, J., & Stangor, C. (1994). Роль искажений памяти в поддержании стереотипов. Британский журнал социальной психологии, 33 (3), 331–343.

Гонсалес, П.М., Блэнтон, Х. и Уильямс, К. Дж. (2002). Влияние угрозы стереотипа и статуса двойного меньшинства на результаты тестов латиноамериканок. Бюллетень личности и социальной психологии, 28 (5), 659–670.

Гринберг, Дж., Мартенс, А., Йонас, Э., Эйзенштадт, Д., Пищинский, Т., и Соломон, С. (2003). Психологическая защита в ожидании тревоги: устранение потенциальной тревоги устраняет влияние значимости смертности на защиту мировоззрения. Психологическая наука, 14 (5), 516–519.

Гимонд, С. (2000). Групповая социализация и предубеждения: социальная передача межгрупповых отношений и убеждений. Европейский журнал социальной психологии, 30 (3), 335–354.

Хаслам, С. А., Оукс, П. Дж., И Тернер, Дж. С. (1996). Социальная идентичность, самокатегоризация и воспринимаемая однородность внутренних и внешних групп: взаимодействие между социальной мотивацией и познанием. В Справочник по мотивации и познанию: межличностный контекст (Vol.3. С. 182–222). Нью-Йорк, Нью-Йорк: Гилфорд Пресс.

Хиршфельд, Л. (1996). Раса в процессе становления: познание, культура и создание человеческих родов ребенком . Кембридж, Массачусетс: MIT Press.

Джонс, М., Шмадер, Т., и Мартенс, А. (2005). Знание — это половина дела: преподавание угрозы стереотипам как средство повышения успеваемости женщин по математике. Психологическая наука, 16 (3), 175–179.

Джонс Э. Э. и Сигалл Х. (1971). Поддельный конвейер: новая парадигма измерения аффекта и отношения. Психологический бюллетень, 76 (5), 349–364.

Джадд К. М. и Парк Б. (1993). Определение и оценка точности социальных стереотипов. Психологический обзор, 100 (1), 109–128.

Джусим, Л., Робустелли, С. Л., и Каин, Т. Р. (2009). Ожидания учителя и сбывающиеся пророчества. В K. R. Wenzel & A. Wigfield (Eds.), Справочник по мотивации в школе (стр. 349–380). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Routledge / Taylor & Francis Group.

Ли Ю.Т., Джуссим, Л. Дж., И Макколи, К. Р. (1995). Точность стереотипов: понимание групповых различий . Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация.

Лепор Л. и Браун Р. (1997). Активация категорий и стереотипов: неизбежны ли предрассудки? Журнал личности и социальной психологии, 72 (2), 275–287.

Линвилл П. У. и Джонс Э. Э. (1980). Поляризованные оценки участников вне группы. Журнал личности и социальной психологии, 38 , 689–703.

Линвилл П. В., Саловей П. и Фишер Г. В. (1986). Стереотипы и воспринимаемое распределение социальных характеристик: приложение к восприятию внутри группы и вне группы. В Дж. Ф. Довидио и С. Л. Гертнер (ред.), Предубеждение, дискриминация и расизм (стр. 165–208). Орландо, Флорида: Academic Press.

Липпман, В. (1922). Общественное мнение . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Harcourt & Brace.

Макрэ, К. Н., Боденхаузен, Г. В., Милн, А. Б., & Джеттен, Дж.(1994). Вне головы, но снова в поле зрения: стереотипы восстанавливаются. Журнал личности и социальной психологии, 67 (5), 808–817.

Мадон, С., Гайлл, М., Абуфадель, К., Монтьель, Э., Смит, А., Палумбо, П., и Джусим, Л. (2001). Этнические и национальные стереотипы: пересмотренная и переработанная принстонская трилогия. Бюллетень личности и социальной психологии, 27 (8), 996–1010. DOI: 10.1177 / 0146167201278007.

Макинтайр, Р. Б., Полсон, Р. М., и Лорд, К.Г. (2003). Снижение угрозы стереотипа о женской математике за счет выделения групповых достижений. Журнал экспериментальной социальной психологии, 39 (1), 83–90.

Мейснер, К. А., и Бригам, Дж. К. (2001). Тридцать лет исследования предвзятости собственной расы в памяти для лиц: метааналитический обзор. Психология, государственная политика и право , 7 , 3–35.

Носек, Б.А., Гринвальд, А.Г., и Банаджи, М.Р. (ред.). (2007). Тест на неявные ассоциации в возрасте 7 лет: методологический и концептуальный обзор .Нью-Йорк, Нью-Йорк: Психология Пресс.

Остром Т. М. и Седикидес К. (1992). Эффекты внегрупповой однородности в естественных и минимальных группах. Психологический бюллетень, 112 (3), 536–552.

Фелан, Дж. Э. и Рудман, Л. А. (2010). Предрассудки по отношению к женщинам-лидерам: обратная реакция и дилемма управления впечатлением женщин. Компас социальной и психологии личности, 4 (10), 807–820. DOI: 10.1111 / j.1751–9004.2010.00306.x.

Ричсон, Дж. А., и Шелтон, Дж.Н. (2003). Когда предрассудки не окупаются: Влияние межрасового контакта на исполнительную функцию. Психологическая наука, 14 (3), 287–290.

Шаллер М. и Конвей Г. (1999). Влияние целей управления впечатлением на возникающее содержание групповых стереотипов: поддержка социально-эволюционной перспективы. Бюллетень личности и социальной психологии, 25 , 819–833.

Шмадер, Т., Джонс, М., и Форбс, К. (2008). Интегрированная модель процесса стереотипных угроз влияет на производительность. Психологический обзор, 115 (2), 336–356.

Сехрист, Г. Б., & Стангор, К. (2001). Воспринимаемый консенсус влияет на межгрупповое поведение и доступность стереотипов. Журнал личности и социальной психологии, 80 (4), 645–654.

Снайдер М., Танке Э. Д. и Бершайд Э. (1977). Социальное восприятие и межличностное поведение: О самореализующейся природе социальных стереотипов. Журнал личности и социальной психологии, 35 (9), 656–666.

Стангор, К. (1995). Неточность содержания и применения в социальных стереотипах. В Y. T. Lee, L. J. Jussim, & C. R. McCauley (Eds.), Точность стереотипов: к пониманию групповых различий (стр. 275–292). Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация.

Stangor, C., & Duan, C. (1991). Влияние многократных требований к памяти для информации о социальных группах. Журнал экспериментальной социальной психологии, 27 (4), 357–378.

Стангор, К., Линч, Л., Дуан, К., и Гласс, Б. (1992). Категоризация людей на основе множества социальных характеристик. Журнал личности и социальной психологии, 62 (2), 207–218.

Стил К. М. и Аронсон Дж. (1995). Угроза стереотипов и интеллектуальные способности афроамериканцев. Журнал личности и социальной психологии, 69 , 797–811.

Стоун, Дж. (2002). Борьба с сомнениями путем избегания практики: влияние угрозы стереотипа на самооценку у белых спортсменов. Бюллетень личности и социальной психологии, 28 (12), 1667–1678.

Swim, Дж. К. (1994). Воспринимаемые и метааналитические размеры эффекта: оценка точности гендерных стереотипов. Журнал личности и социальной психологии, 66 (1), 21–36.

Тайфель, Х. (1970). Эксперименты по межгрупповой дискриминации. Scientific American, 223, 96–102.

Тайфель, Х. и Уилкс, А. Л. (1963). Классификация и количественное суждение. Британский журнал психологии, 54 , 101–114.

Тейлор, С. Е., Фиск, С. Т., Эткофф, Н. Л., и Рудерман, А. Дж. (1978). Категориальные и контекстные основы памяти и стереотипов личности. Журнал личности и социальной психологии, 36 (7), 778–793.

Тетлок П. Э. и Митчелл Г. (2008). Калибровка предубеждений в миллисекундах. Social Psychology Quarterly, 71 (1), 12–16.

Trope, Y., & Thompson, E. (1997). Ищете истину не в том месте? Асимметричный поиск индивидуальной информации о стереотипных членах группы. Журнал личности и социальной психологии, 73 (2), 229–241.

Уолтон, Г. М., и Коэн, Г. Л. (2003). Подъем стереотипов. Журнал экспериментальной социальной психологии, 39 (5), 456–467.

Word, C.O., Zanna, M.P., & Cooper, J. (1974). Невербальное посредничество самоисполняющихся пророчеств в межрасовом взаимодействии. Журнал экспериментальной социальной психологии, 10 (2), 109–120.

Изербыт, В., Шадрон, Г., Лейенс, Дж., И Роше, С.(1994). Социальная возможность суждения: влияние метаинформационных сигналов на использование стереотипов. Журнал личности и социальной психологии, 66 , 48–55.

стереотипов — IResearchNet

Определение стереотипов

Стереотипы — это обобщенные представления о характеристиках, связанных с членами социальной группы. В 1922 году журналист Вальтер Липпманн впервые популяризировал термин «стереотип», который он описал как образ, который люди имеют в головах о том, что такое социальная группа.Ранние исследователи изучали содержание социальных стереотипов, прося людей указать, какие психологические черты они связывают с различными этническими и национальными группами (например, немцами, чернокожими, евреями). Это исследование показало, что существует значительный консенсус в отношении общественного мнения об этих социальных группах, при этом в целом твердое согласие относительно того, какие характеристики типичны для каждой группы. Также существовала тенденция к тому, что эти «картинки в нашей голове» содержали больше отрицательных, чем положительных характеристик.

Истоки стереотипов

Недавнее исследование показывает, что стереотипы, как правило, группируются вокруг двух общих тем. Одна из тем касается компетентности: умны и успешны ли члены группы? Вторая тема касается теплоты: приятны ли члены группы, дружелюбны и безобидны? Возможно, неудивительно, что члены доминирующей (большинства) социальной группы склонны рассматривать свою группу как компетентную и дружелюбную. Многие другие группы рассматриваются со смесью двойственных стереотипов.Некоторые группы, такие как женщины и пожилые люди, обычно считаются довольно дружелюбными, но недостаточно компетентными, в то время как другие группы, такие как азиаты и евреи, обычно рассматриваются большинством как вполне компетентные, но лишенные теплоты. Лишь относительно небольшое число групп (например, бездомных, наркоманов) не имеют недостатков по обоим параметрам. Однако в целом данное исследование подтверждает, что стереотипы многих социальных групп отмечены как минимум одной негативной темой.

Многие исследования последних десятилетий посвящены изучению когнитивных процессов, лежащих в основе стереотипов.С этой точки зрения стереотипы выполняют функцию знания, организуя и структурируя понимание социальной среды. С точки зрения социального познания подчеркивается, что стереотипы возникают в результате нормального повседневного функционирования основных психических процессов, таких как внимание, память и умозаключения. В повседневной жизни человек может по-разному узнавать информацию о членах различных социальных групп. Их можно увидеть по телевизору, услышать, как друзья говорят о них, или встретиться с ними лично.С точки зрения социального познания утверждается, что стереотипы, формируемые человеком, будут определяться тем, на какие аспекты этого парада информации он или она обращает внимание и запоминает. По сути, существует базовый процесс обучения, связанный с формированием стереотипов, но этот процесс не обязательно может быть объективным и беспристрастным. Действительно, важный вопрос, который еще не решен полностью, — это то, в какой степени повседневные процессы обучения приводят к достаточно точным стереотипам.

Конечно, интуитивно кажется маловероятным, что кто-то может сформировать дико неточные стереотипы, и даже если бы он и сделал, все еще неясно, как он или она могли бы поддерживать их перед лицом постоянного отрицания. Тем не менее, исследования социального познания показывают, что люди действительно могут систематически предвзято относиться к тому, что они «знают» о социальных группах. Люди часто обладают обширной ментальной базой данных, содержащей доказательства, подтверждающие очевидную точность их стереотипов, но эти, казалось бы, убедительные доказательства могут быть в значительной степени иллюзорными.Во-первых, для того, чтобы люди сформировали точные образы социальной группы, им необходимо познакомиться с репрезентативными выборками членов группы; однако репрезентативные выборки могут быть трудными (особенно для групп, с которыми лично сталкиваются реже), если средства массовой информации, сплетни и другие формы публичного дискурса выборочно сосредотачиваются на более негативных аспектах поведения социальной группы. Даже если доступен репрезентативный образец поведения, люди все равно должны быть одинаково чувствительны ко всем типам представленной информации, чтобы их мысленный образ группы был объективно точным.Исследования показывают, что опять же существует тенденция уделять больше внимания негативной информации, особенно когда она связана с определенной социальной группой (например, с группой меньшинства). И когда люди начинают с четкого ожидания относительно того, что собой представляет группа, они могут быть предвзяты в том, что они воспринимают и запоминают в впоследствии полученной информации о группе. Хотя вопрос о том, насколько точны большинство социальных стереотипов, остается открытым, имеющиеся исследования показывают, что преувеличенные и неточные стереотипы могут формироваться и сохраняться, по крайней мере, при некоторых обстоятельствах.

Последствия стереотипов

Когда человек встречает члена стереотипной группы, стереотипы, связанные с этой группой, могут активироваться автоматически; то есть конкретные характеристики, которые считаются типичными для группы, могут стать более доступными в сознании человека. Этот процесс активации стереотипа может происходить даже в тех случаях, когда человек лично не поддерживает или не принимает стереотип как верный. Пока существует ассоциация между группой и стереотипными характеристиками, хранящимися в памяти (например,g., из-за частого воздействия на общие культурные образы группы), стереотип может активироваться при встрече с членом стереотипной социальной группы. Если это произойдет, стереотип может повлиять на восприятие и отношение к этому человеку. Большинство этих эффектов возникают быстро, непроизвольно и часто без какого-либо осознания того, что они имеют место.

Социальные психологи разработали несколько способов обнаружения того, что стереотипы активируются в сознании людей быстро и автоматически.Например, исследования показывают, что на многих людей подобным образом влияют гендерные стереотипы. Участникам предоставляется серия фотографий мужчин и женщин, и после каждой фотографии они должны как можно быстрее реагировать на целевое слово. Увидев изображение мужчины, люди, как правило, быстрее реагируют на стереотипно мужские концепции (например, «сильный»), но достоверно медленнее реагируют на стереотипно женские концепции (например, «мягкие»). Обратная картина происходит после экспонирования фотографии женщины.Таким образом, простая встреча с изображением человека — это все, что нужно для того, чтобы гендерные стереотипные концепции стали более доступными для восприятия. Автоматическая активация стереотипов — обычное дело, но отнюдь не универсальное. Существуют существенные индивидуальные различия, и непосредственный контекст тоже важен. Например, в ситуационном контексте, в котором этническая принадлежность более заметна, чем пол, один и тот же набор целевых фотографий может вызывать автоматические расовые стереотипы, но не гендерные стереотипы.Однако в большинстве случаев у человека действительно создается какое-то быстрое впечатление о другом человеке, и часто это впечатление частично основано на применении активированных стереотипов в отношении некоторых (но, вероятно, не всех) социальных групп целевого человека.

После активации стереотипы могут оказывать множество важных эффектов на то, как человек видит мир. Например, если стереотип активирован, он может повлиять на то, как человек интерпретирует неоднозначное поведение. Если кто-то придерживается стереотипа, что арабы опасны, то даже довольно приземленное поведение араба (или кого-то, кто отдаленно похож на араба) может принять в сознании, казалось бы, зловещий оттенок.В такой ситуации неоднозначное поведение приравнивается к стереотипным идеям, которые активизируются в сознании воспринимающего. Стереотипы также могут влиять на то, как человек объясняет социальные события. Например, лидерские качества стереотипно ассоциируются больше с мужчинами, чем с женщинами. Успешному руководителю-мужчине часто приписывают деловую смекалку и лидерские качества, тогда как успешную работу женщины-руководителя можно объяснить благоприятными экономическими условиями или даже слепой удачей. Поскольку причины большинства событий часто по крайней мере несколько неоднозначны, стереотипы могут влиять на то, какие элементы ситуации выделяются как причинно-следственные.Стереотипные исходы легко предполагают стереотипные личные причины (например, лидерские качества мужчины), в то время как противоположные стереотипные исходы требуют ситуативных или временных причин (например, благоприятных рыночных условий). Обратите внимание, что эти искажающие эффекты стереотипов имеют тенденцию усиливать кажущуюся точность стереотипа, добавляя в свою мысленную базу данных подтверждающих примеров (одновременно игнорируя или не принимая во внимание опровергающие примеры).

Стереотипы также могут быть самовоспроизводящимися в том смысле, что люди, которые придерживаются сильных стереотипов, могут действовать таким образом, чтобы обеспечить подтверждение своих убеждений.Например, если человек считает, что афроамериканцы настроены враждебно, то он или она может относиться к афроамериканцам относительно недружелюбно; такое обращение часто имеет тенденцию вызывать также недружелюбную реакцию, тем самым как бы подтверждая ожидаемую враждебность. Подобные самоисполняющиеся пророчества лишь усиливают стереотипную достоверность.

Люди формируют стереотипы о всех видах социальных групп, но большая часть социально-психологических исследований сосредоточена на стереотипах о группах, определяемых базовыми демографическими характеристиками (такими как этническая принадлежность, пол или возраст).Из-за исторической несправедливости, связанной с расизмом, сексизмом и эйджизмом, исследователи пытались понять связь между стереотипами и дискриминацией в этих конкретных областях. В большинстве случаев кажется, что люди не участвуют в общей дискриминации по отношению к группам меньшинств; то есть они не склонны отрицательно или несправедливо реагировать на членов группы в целом, независимо от контекста или обстоятельств. Вместо этого формы дискриминации часто совпадают с содержанием стереотипов.Дискриминация по признаку пола является ярким примером. Женщины сталкиваются с дискриминацией при приеме на работу в первую очередь в ситуациях, когда они стремятся взять на себя традиционно мужские роли (например, руководитель бизнеса), но не в тех случаях, когда они стремятся к традиционно женским ролям (например, школьный учитель). Стереотипы создают ожидание, что женщины, несмотря на их многочисленные положительные качества, «не обладают тем, что нужно», чтобы быть сильными и эффективными руководителями бизнеса. Исследования расовых стереотипов также показывают, что расовая дискриминация в отношении этнических меньшинств гораздо более вероятна в стереотипных случаях.В некоторых исследованиях, например, афроамериканцы и латиноамериканцы с большей вероятностью были признаны виновными в преступлениях синих воротничков (таких как кража или нападение), чем белые ответчики, но картина обратная для преступлений с белых воротничков (таких как хищение или хищение средств). компьютерный взлом). Таким образом, люди не дискриминируют какую-либо конкретную группу по всем направлениям; скорее, содержание социальных стереотипов определяет направленность и форму дискриминации, с которой сталкиваются члены стереотипных групп.

Не только социальные психологи заметили эту связь между стереотипами и дискриминацией.В течение 20 века широкая общественность также стала ассоциировать стереотипы в отношении этих групп с социальной несправедливостью, что привело к распространенному мнению о том, что стереотипы неуместны и неприемлемы. В результате люди часто отказываются от стереотипных идей, однако, как уже отмечалось ранее, это личное неприятие стереотипов не дает гарантии того, что их активация и влияние будут предотвращены. Одна из стратегий предотвращения нежелательных стереотипных реакций — это попытаться подавить стереотипы или предотвратить их появление в сознании.Многочисленные исследования изучали влияние попытки избавиться от стереотипных мыслей. Это исследование подчеркивает, что, хотя процесс активации и использования стереотипов часто бывает довольно эффективным и в значительной степени автоматическим, процесс попытки подавить эти стереотипы обычно требует гораздо больше усилий. Чтобы добиться успеха, нужны умственная энергия и целенаправленные усилия. Если воспринимающие имеют последовательную мотивацию и достаточно свободного внимания, они могут преуспеть в подавлении стереотипных реакций, но если их мотивация теряет свою мотивацию или они отвлекаются, попытка подавления стереотипов может на самом деле привести к обратному эффекту, при котором стереотипы становятся даже более доступными, чем они были бы таковыми, если бы никогда не предпринимались попытки подавления.К счастью, появляется все больше свидетельств того, что воспринимающие могут отучиться от нежелательных культурных стереотипов и стать достаточно эффективными в подавлении этих стереотипов. Исследования, изучающие самые быстрые реакции, которые происходят в первые секунды встречи с членом стереотипной группы, подтверждают, что люди могут преуспеть в преодолении стереотипных предубеждений и что этот процесс подавления стереотипных реакций не должен оставаться трудоемким и утомительным (хотя он может начаться). туда).

Влияние стереотипов

Стереотипы играют важную роль в том, как люди воспринимают и формируют впечатления о других. После того, как человека классифицируют как члена определенной группы, о нем можно судить с точки зрения групповых ожиданий. В отсутствие явного отрицания этого человека можно легко рассматривать как «типичного» члена этой группы, взаимозаменяемого с другими членами группы. В отличие от таких впечатлений, основанных на категориях, воспринимающие могут вместо этого судить людей на основе личных качеств, некоторые из которых могут быть типичными для их группы, но многие из них нет.Этот процесс индивидуации, хотя и избегает рисков неточного или преувеличенного стереотипирования, требует гораздо больших затрат времени и энергии. Чтобы узнать личные качества человека, а не просто предположить, что он или она обладают типичными для группы атрибутами, требуется довольно обширный контакт и беспристрастная оценка человека, с которым встречается. Учитывая эти требования, стереотипы часто могут быть процессом по умолчанию, определяющим социальное восприятие, когда потребность или желание точных впечатлений не особенно актуальны.

Артикул:

  1. Йост, Дж. Т., и Гамильтон, Д. Л. (2005). Стереотипы в нашей культуре. В Дж. Ф. Довидио, П. Глик и Л. А. Рудман (ред.), О природе предубеждений: пятьдесят лет после Олпорта (стр. 208-224). Мальден, Массачусетс: Блэквелл.
  2. Липпманн, В. (1961). Общественное мнение. Нью-Йорк: Макмиллан.
  3. Operario, D., & Fiske, S. T. (2004). Стереотипы: содержание, структуры, процессы и контекст. В М. Б. Брюэр и М. Хьюстон (ред.), Социальное познание (стр.120-141). Мальден, Массачусетс: Блэквелл.
  4. Куинн, К. А., Макрэ, К. Н., и Боденхаузен, Г. В. (2003). Формирование стереотипов и впечатлений: как категоричное мышление формирует восприятие человека. В книге М. А. Хогга и Дж. Купера (ред.), «Мудрец, руководство по социальной психологии» (стр. 87-109). Лондон: Мудрец.
  5. Шнайдер, Д. Дж. (2003). Психология стереотипов. Нью-Йорк: Guilford Press.

Каковы причины стереотипов?

Расовая справедливость — это путь к расовому прогрессу.Следуйте за нами в твиттере @GetRaceRight

Что еще хуже: фейковые новости. . .

. . . или настоящие новости?

Обратите внимание на стереотипные комментарии и изображения, с которыми вы столкнетесь в следующие несколько дней. Они довольно распространены. Но почему? Откуда они? Что дает им силу формировать наши мысли и чувства о других людях? Мелинда Джонс (2002) определила четыре различных источника стереотипов.

Наш образ мышления создает стереотипы: деление людей на группы

Мы мыслим категориями, которые мы создаем на основе нашего опыта. Эти категории проясняют нам мир, но они также чрезмерно упрощают его. В какой-то момент эти естественные чрезмерные упрощения переходят черту стереотипов. Мы не можем мыслить без использования категорий, что затрудняет понимание того, когда наши категории мешают, а не помогают, нашей способности разбираться в вещах.

Простое знание социальных групп может привести нас к стереотипному представлению об их членах, поскольку мы предполагаем, что должно быть что-то важное, что в первую очередь привело к их общей классификации, что-то, что делает их по сути похожими. Мы видим вблизи индивидуальные различия между членами наших собственных социальных групп, но представители других социальных групп на расстоянии сливаются в однородное целое, каждый из которых представляет собой незначительную вариацию на одну и ту же основную тему. Или, в лучшем случае, «исключение» — способ признать, что кто-то не соответствует вашему стереотипу о своей группе, без признания того, что ваш стереотип может быть неправильным.

Эйден Грегг и его коллеги (2006) создали вымышленные социальные группы для участников исследования, стереотипный набор хороших и плохих парней, а затем решили посмотреть, как они могут изменить взгляды людей на группы. Они попытались добавить новую информацию, противоречащую стереотипу. Они рассказали людям, что с годами состав групп существенно изменился. Они даже сказали одной группе, что перепутали имена, и что все, что люди думали, что они знают о группах, было совершенно неверным.

Безрезультатно. Первоначальные взгляды двух групп сохранились. Авторы пришли к выводу, что стереотипы , основанные на категориях, похожи на «задолженность по кредитной карте и лишние калории, их легче получить, чем отбросить».

То, что мы слышим, создает стереотипы: чему мы учимся у других людей и общества в целом

Мы также заимствуем стереотипы из окружающего нас мира. Мы слышим стереотипные разговоры или видим стереотипные образы.Семья, друзья, школа, работа, церковь, средства массовой информации и т. Д.

Конечно, мы можем учиться у людей, говорят они что-нибудь или нет. Три итальянских психолога (Castelli, Zogmaister и Tomelleri, 2009) измерили отношение белых детей как к белым, так и к черным людям. (Иммиграция из Африки в Италию была спорным вопросом в последние годы.) Две трети детей сказали, что они предпочли бы Белого товарища по играм черному товарищу по играм, и многие из них описали белых людей в более позитивных терминах, чем они описали чернокожих. .Исследователи также измерили отношение родителей детей. Родители ответили на прямые, ясные вопросы (например, «у чернокожих иммигрантов есть работа, которую должны иметь итальянцы»). Они также прошли тест на неявную ассоциацию (IAT), измеряющий, насколько быстро люди связывают положительные и отрицательные термины с черно-белыми лицами. (Скорость наших ответов на пары слов или понятий является хорошим показателем того, насколько сильно они связаны в нашем сознании.)

Лучший предсказатель уровня явных предубеждений этих белых детей по отношению к черным? неявных предубеждений матери согласно оценке IAT.Дети улавливали тонкие сигналы от своих матерей и использовали их, а не явные заявления матери, чтобы сформировать свои собственные стереотипы.

Конечно, здесь происходит такая же передача стереотипов. Если вы думаете, что молодое поколение не принимает расистские послания, значит, вы не обращали на это внимания.

Иногда подсказки не такие тонкие. В следующий раз, когда вы услышите, как кто-то описывает антиарабские настроения как результат 11 сентября, вспомните анализ Джека Шахина фильмов, изображающих арабов начала 20 века, в: Reel Bad Arabs.После терактов 11 сентября мы были культурно ориентированы на то, чтобы видеть всех арабов в целом одинаковыми, что затрудняло различие между теми, кто действительно прибегал к насилию, и теми, кто нет.

То, как мы помним, создает стереотипы: иллюзорные корреляции

Мы устроены так, что замечаем отличительные вещи — одиночную букву O в поле с буквами X, ребенка в группе взрослых или небольшое количество женщин в группе, состоящей в основном из мужчин. Что происходит, когда одновременно происходят две разные вещи? Мы преувеличиваем частоту, с которой это происходит.

Вот пример: большинство людей в этой стране белые, поэтому цветные люди (по крайней мере, во многих контекстах) отличаются друг от друга. Их замечают. Кроме того, большинство людей любого цвета кожи обычно делают хорошие поступки, а не плохие, поэтому и плохое поведение привлекает наше внимание. Сложите эти две отличительные черты вместе, и мы удвоим внимание тем, кто делает плохие поступки цветным. Связь преувеличивается в нашем сознании, и мы «видим» ее более распространенной, чем она есть на самом деле. Женщина-менеджер с колючим характером.Молодой черный парень, который, кажется, пристально смотрит на вас на парковке. Белый мужчина постарше, который особенно не разбирается в людях, которые отличаются от него. Когнитивный механизм сложен (Ernst, Kuhlmann, and Vogel, 2019), но суть в том, что характерный человек, делающий что-то особенное, привлекает наше внимание и влияет на наше последующее мышление.

Выводы, которые мы делаем, создают стереотипы: предположение, что человек соответствует роли

У представителей западных культур есть тенденция переоценивать степень, в которой люди делают то, что они хотят делать, и недооценивать степень, в которой люди делают то, что предписано их социальными ролями.Поэтому, когда мы видим людей в определенной роли, мы склонны предполагать, что они хорошо подходят для нее (и, в более широком смысле, не очень подходят для других ролей). Например, женщины с большей вероятностью будут нести обязанности по воспитанию детей, поэтому в среднем они тратят больше времени, чем мужчины, на воспитание других. Видя это, мы приходим к выводу, что женщины от природы лелеют, преуменьшая степень, в которой они могут просто выполнять свои обязанности. Если поменять местами половые роли, изменится и наше представление о полах (Eagley and Steffen, 1984).

Раса, как и пол, определяет многие роли, которые люди занимают в этой стране. Цветные люди чрезмерно представлены на низкооплачиваемых должностях, и поэтому Белым людям может показаться, что они каким-то образом предназначены для них. Таким образом, в той степени, в которой мы с большей вероятностью увидим членов определенных групп в одних ролях и с меньшей вероятностью увидим их в других ролях, в результате у нас развиваются стереотипы.

Стереотипы могут меняться по мере смены ролей, иногда неожиданным образом. Психолог и эксперт по стереотипам Дэвид Шнайдер (2004) отмечает, что в его детстве в Индиане 1950-х годов считалось «фактом», что чернокожие не являются хорошими спортсменами, — вывод, сделанный на основании их почти полного отсутствия в чемпионских баскетбольных командах.Оглядываясь назад, конечно, легко понять социологические факторы, которые мешали темнокожим студентам играть за лучшие команды или мешали лучшим черным командам играть за чемпионаты. В то время, однако, Шнайдеру и его друзьям это казалось логическим выводом из их беспристрастных наблюдений за миром хузеровского спорта. Теперь люди смотрят игры НБА и приходят к столь же нелепому выводу, что все черные люди от природы гипер-атлетичны. То, во что мы верим, частично зависит от того, что мы видим, но то, что мы видим, является функцией социальных ролей и договоренностей, созданных сложным набором исторических, политических и экономических факторов.

Итог: Стереотипы широко распространены и сильны, отчасти потому, что они влияют на то, как мы видим мир, даже когда наш субъективный опыт заставляет нас думать, что мы просто описываем мир таким, какой он существует на самом деле. Мы редко думаем, что подвержены влиянию стереотипов, что делает нас еще более восприимчивыми к их влиянию.

Ужасающая сила стереотипов — и как с ними бороться

От «девочки плохо разбираются в математике» и «мужчины настолько нечувствительны» до «он становится немного старым с возрастом» или «чернокожие люди борются в университете» — нет недостатка в общих культурных стереотипах о социальных группах.Скорее всего, вы когда-нибудь слышали большинство из этих примеров. На самом деле стереотипы немного похожи на воздух: невидимы, но присутствуют всегда.

У всех нас несколько идентичностей, и некоторые из них могут подвергнуться стигматизации. Хотя может показаться, что нам следует просто перестать обращать внимание на стереотипы, часто это не так просто. Ложные представления о наших способностях легко превращаются в голос неуверенности в себе в нашей голове, который трудно игнорировать. И в последние пару десятилетий ученые начали обнаруживать, что это может иметь разрушительные последствия для нашей реальной работы.

Этот механизм возникает из-за того, что психологи называют «угрозой стереотипов» — со страхом сделать что-то, что подтвердит негативное восприятие стигматизированной группы, членами которой мы являемся. Впервые это явление было обнаружено американскими социальными психологами в 1990-х годах.

В основополагающей статье они экспериментально продемонстрировали, как расовые стереотипы могут влиять на интеллектуальные способности. В своем исследовании черные участники показали худшие результаты, чем белые участники, в тестах вербальных способностей, когда им сказали, что тест был «диагностическим» — «подлинным тестом ваших вербальных способностей и ограничений».Однако, когда это описание было исключено, такого эффекта не наблюдалось. Очевидно, что у этих людей были негативные мысли о своих словесных способностях, которые повлияли на их работу.

Чернокожие участники также уступали, когда расовые стереотипы активировались гораздо более тонко. Достаточно было просто попросить участников указать свою расу в предшествующей демографической анкете. Более того, в угрожающих условиях (диагностический тест) черные участники сообщали о более высоком уровне неуверенности в себе, чем белые участники.

Никто не в безопасности

Эффекты угрозы стереотипа очень устойчивы и затрагивают все стигматизируемые группы. Недавний анализ нескольких предыдущих исследований по этой теме показал, что угроза стереотипов, связанных с интеллектуальной областью, существует в различных экспериментальных манипуляциях, типах тестов и этнических группах — от черных и латиноамериканцев до турецких немцев. Большое количество исследований также связывает угрозу стереотипов с низкой успеваемостью женщин по математике и стремлением к лидерству.

Мужчины тоже уязвимы. Исследование показало, что мужчины хуже справляются с декодированием невербальных сигналов, если тест был разработан для измерения «социальной чувствительности» — стереотипно женского навыка. Однако, когда задача была представлена ​​как «тест обработки информации», они справились намного лучше. Аналогичным образом, когда детям из более бедных семей напоминают об их более низком социально-экономическом статусе, они не справляются с тестами, которые описываются как диагностика интеллектуальных способностей, но не иначе.Также было показано, что угроза стереотипов влияет на неуспеваемость иммигрантов и память пожилых людей.

Мы рано осознаем стереотипы. Ударная фотография / Shutterstock

Важно помнить, что триггерные сигналы могут быть очень тонкими. Одно исследование показало, что, когда женщины просматривали только две рекламы, основанные на гендерных стереотипах из шести рекламных роликов, они, как правило, избегали руководящих ролей в последующей задаче.Так было, хотя реклама не имела ничего общего с лидерством.

Психические механизмы

Угроза стереотипа приводит к замкнутому кругу. Стигматизированные люди испытывают тревогу, которая истощает их когнитивные ресурсы и приводит к недостаточной успеваемости, подтверждению негативного стереотипа и усилению страха.

Исследователи определили ряд взаимосвязанных механизмов, ответственных за этот эффект, ключевым из которых является дефицит рабочей памяти — способности сосредоточиться на текущей задаче и игнорировать отвлечение.На рабочую память в условиях угрозы стереотипов влияют физиологический стресс, мониторинг работоспособности и процессы подавления (тревожности и стереотипов).

Нейробиологи даже измерили эти эффекты в мозге. Когда на нас действует угроза стереотипа, активируются области мозга, отвечающие за эмоциональную саморегуляцию и социальную обратную связь, в то время как активность в областях, ответственных за выполнение задачи, подавляется.

В нашем недавнем исследовании, опубликованном в Frontiers in Aging Neuroscience, мы продемонстрировали этот эффект в отношении эйджизма.Мы использовали электроэнцефалографию (ЭЭГ), устройство, которое помещает электроды на кожу головы для отслеживания и записи паттернов мозговых волн, чтобы показать, что пожилые люди, прочитав отчет об ухудшении памяти с возрастом, испытали активацию нейронов, соответствующую негативным мыслям о себе. Они также недостаточно хорошо справились с последующей задачей классификации по времени.

Стратегии преодоления

Однако надежда есть. Новые исследования о том, как уменьшить угрозу стереотипов, определяют ряд методов, наиболее очевидным из которых является изменение стереотипа.В конечном итоге это способ устранить проблему раз и навсегда.

Ролевые модели могут помочь смягчить последствия. Пит Соуз / ВВС США

Но, к сожалению, изменение стереотипов часто требует времени. Пока мы над этим работаем, есть приемы, которые помогут нам справиться. Например, важны видимые, доступные и актуальные образцы для подражания. Одно исследование сообщило о положительном «эффекте Обамы» на афроамериканцев. Всякий раз, когда Обама привлекал внимание прессы по положительным, бросающим вызов стереотипам причинам, эффекты угрозы стереотипов заметно уменьшались в результатах экзаменов чернокожих американцев.

Другой метод — смягчить угрозу путем сдвига самооценки в сторону позитивной групповой идентичности или самоутверждения. Например, азиатские женщины хуже справляются с тестами по математике, когда им напоминают об их гендерной идентичности, но не когда напоминают об их азиатской идентичности. Это потому, что азиатские люди стереотипно считаются хорошими математиками. Точно так же многие из нас принадлежат к нескольким различным группам — иногда стоит сместить акцент на ту, которая дает нам силы.

Обретение уверенности, выполняя опасную задачу, также полезно, как это видно на примере шахматисток.Один из способов сделать это — переформулировать задачу как вызов.

Наконец, простое осознание разрушительных эффектов, которые могут иметь стереотипы, может помочь нам переосмыслить тревогу и повысить наши шансы на улучшение работы. Возможно, нам не удастся полностью и сразу избежать стереотипов, но мы можем попытаться очистить от них атмосферу.

стереотипов, предрассудков и дискриминации | Протокол

7.2: Стереотипы, предрассудки и дискриминация

Люди очень разные, и, хотя у нас много общего, у нас также есть много различий.Социальные группы, к которым мы принадлежим, помогают формировать нашу идентичность (Tajfel, 1974). Некоторым людям может быть трудно смириться с этими различиями, что может привести к предубеждениям по отношению к другим людям. Предубеждение — это негативное отношение и чувство к человеку, основанное исключительно на его принадлежности к определенной социальной группе (Allport, 1954; Brown, 2010). Предрассудки распространены против людей, принадлежащих к незнакомой культурной группе. Таким образом, определенные типы образования, контактов, взаимодействия и построения отношений с членами различных культурных групп могут снизить склонность к предубеждениям.Фактически, простое представление о взаимодействии с представителями разных культурных групп может повлиять на предрассудки. Действительно, когда участников эксперимента просили представить, что они позитивно взаимодействуют с кем-то из другой группы, это привело к усилению позитивного отношения к другой группе и увеличению положительных черт, связанных с другой группой. Кроме того, воображаемое социальное взаимодействие может уменьшить беспокойство, связанное с межгрупповым взаимодействием (Crisp & Turner, 2009). Какие примеры социальных групп, к которым вы принадлежите, способствуют вашей идентичности? Социальные группы могут включать пол, расу, этническую принадлежность, национальность, социальный класс, религию, сексуальную ориентацию, профессию и многое другое.И, как и в случае с социальными ролями, вы можете одновременно быть членом более чем одной социальной группы. Примером предубеждений является отрицательное отношение к людям, которые не родились в Соединенных Штатах. Хотя люди, придерживающиеся такого предвзятого отношения, не знают всех людей, которые не родились в Соединенных Штатах, они не любят их из-за их статуса иностранцев.

Можете ли вы вспомнить предвзятое отношение к группе людей? Как развились ваши предубеждения? Предубеждение часто начинается в форме стереотипа — то есть определенного убеждения или предположения о людях, основанных исключительно на их принадлежности к группе, независимо от их индивидуальных характеристик.Стереотипы становятся чрезмерно обобщенными и применяются ко всем членам группы. Например, человек, придерживающийся предвзятого отношения к пожилым людям, может считать, что пожилые люди медлительны и некомпетентны (Cuddy, Norton, & Fiske, 2005; Nelson, 2004). Мы не можем знать каждого человека пожилого возраста, чтобы знать, что все пожилые люди медлительны и некомпетентны. Таким образом, это негативное убеждение распространяется на всех членов группы, даже несмотря на то, что многие из отдельных членов группы на самом деле могут быть бойкими и умными.

Другой пример хорошо известного стереотипа связан с представлениями о расовых различиях между спортсменами. Как отмечают Ходж, Бёрден, Робинсон и Беннетт (2008), чернокожие спортсмены-мужчины часто считаются более спортивными, но менее умными, чем их белые коллеги-мужчины. Эти убеждения сохраняются, несмотря на ряд громких примеров обратного. К сожалению, такие убеждения часто влияют на то, как к этим спортсменам относятся другие, и на то, как они относятся к себе и своим возможностям.Независимо от того, согласны вы со стереотипом или нет, стереотипы обычно хорошо известны в данной культуре (Devine, 1989).

Иногда люди действуют исходя из своего предвзятого отношения к группе людей, и такое поведение известно как дискриминация. Дискриминация — это негативное действие по отношению к человеку в результате его принадлежности к определенной группе (Allport, 1954; Dovidio & Gaertner, 2004). В результате негативных убеждений (стереотипов) и негативного отношения (предубеждений) к определенной группе люди часто плохо относятся к объекту предубеждений, например, исключая пожилых людей из своего круга друзей.Пример психолога, испытывающего гендерную дискриминацию, можно найти в жизни и исследованиях Мэри Уитон Калкинс. Калкинс получил специальное разрешение на посещение семинаров для выпускников Гарварда (в то время, в конце 1880-х годов, Гарвард не принимал женщин), и однажды он был единственным учеником известного психолога Уильяма Джеймса. Она прошла все требования, необходимые для получения докторской степени, и психолог Хьюго Мюнстерберг назвал ее «одним из сильнейших профессоров психологии в стране».Однако Гарвард отказался предоставить Калкинс докторскую степень, потому что она была женщиной (Гарвардский университет, 2019). Вы когда-нибудь подвергались дискриминации? Если да, то как это негативное обращение вызывало у вас чувство?

При обсуждении стереотипов, предрассудков и дискриминации чаще всего используются негативные и проблемные мысли, чувства и поведение. Однако люди могут удерживать положительных мыслей, чувств и поведения по отношению к отдельным людям на основе членства в группе; например, они проявят предпочтение к людям, которые похожи на них самих, то есть тех, кто принадлежит к одному полу, расе или любимой спортивной команде.

Виды предубеждений и дискриминации

Когда мы встречаем незнакомцев, мы автоматически обрабатываем три части информации о них: их расу, пол и возраст (Ito & Urland, 2003). Почему эти аспекты незнакомого человека так важны? Почему вместо этого мы не замечаем, дружелюбны ли они в глазах, улыбаются ли они, их рост, тип одежды, которую они носят? Хотя эти второстепенные характеристики важны для формирования первого впечатления о незнакомце, социальные категории расы, пола и возраста предоставляют обширную информацию о человеке.Однако эта информация часто основана на стереотипах. У нас могут быть разные ожидания от незнакомцев в зависимости от их расы, пола и возраста. Какие стереотипы и предубеждения вы придерживаетесь в отношении людей, принадлежащих к расе, полу и возрастной группе, отличной от вашей? Узнайте свои неявные ассоциации, пройдя здесь тест на неявные ассоциации!

Расизм

Расизм — это предубеждение и дискриминация в отношении человека, основанная исключительно на его принадлежности к определенной расовой группе (например, по отношению к афроамериканцам, американцам азиатского происхождения, латиноамериканцам, коренным американцам, американцам европейского происхождения).Каковы стереотипы различных расовых или этнических групп? Исследования показывают, что к культурным стереотипам американцев азиатского происхождения относятся холодный, хитрый и умный; для латиноамериканцев — холодных и неразумных; для американцев европейского происхождения — холодные и умные; а для афроамериканцев — агрессивных, спортивных и более склонных к нарушению закона (Devine & Elliot, 1995; Fiske, Cuddy, Glick, & Xu, 2002; Sommers & Ellsworth, 2000; Dixon & Linz, 2000).

Расизм существует во многих расовых и этнических группах.Например, у чернокожих значительно выше вероятность того, что их автомобили будут обыскивать во время остановок движения, чем у белых, особенно когда чернокожие едут в преимущественно белых кварталах (явление, часто называемое «DWB» или «вождение в то время как чернокожие»); Rojek, Rosenfeld, И Декер, 2012).

американцев мексиканского происхождения и другие группы латиноамериканцев также являются объектами расизма со стороны полиции и других членов сообщества. Например, при покупке товаров по личному чеку латиноамериканских покупателей с большей вероятностью, чем белых, попросят предъявить официальное удостоверение личности (Dovidio et al., 2010).

В одном случае предполагаемого преследования со стороны полиции, несколько полицейских в Ист-Хейвене, штат Коннектикут, были арестованы по федеральным обвинениям из-за продолжающихся преследований и жестокого обращения с латиноамериканцами. Когда прозвучали обвинения, мэра Ист-Хейвена спросили: «Что вы делаете сегодня для латиноамериканского сообщества?» Мэр ответил: «Я могу съесть тако, когда пойду домой, я еще не совсем уверен» («Мэр Ист-Хейвена», 2012 г.). Это заявление подрывает важную проблему расового профилирования и преследования латиноамериканцев полицией, принижая латиноамериканскую культуру, подчеркивая интерес к продуктам питания, стереотипно связанным с латиноамериканцами.

Расизм преобладает по отношению ко многим другим группам в Соединенных Штатах, включая коренных американцев, американцев арабского происхождения, американцев-евреев и американцев азиатского происхождения. Были ли вы свидетелями расизма по отношению к какой-либо из этих расовых или этнических групп? Вы знаете о расизме в вашем сообществе?

Одна из причин, по которой современные формы расизма и предрассудков в целом трудно обнаружить, связана с моделью двойственного отношения (Wilson, Lindsey, & Schooler, 2000). У людей есть две формы отношения: явные, сознательные и контролируемые, и неявные, бессознательные и неконтролируемые (Devine, 1989; Olson & Fazio, 2003).Поскольку придерживаться эгалитарных взглядов является социально желательным (Plant & Devine, 1998), большинство людей не проявляют крайних расовых предубеждений или других предубеждений в отношении показателей своих явных взглядов. Однако показатели неявного отношения часто демонстрируют признаки расовой предвзятости от умеренной до сильной или других предрассудков (Greenwald, McGee, & Schwartz, 1998; Olson & Fazio, 2003).

Сексизм

Сексизм — это предрассудки и дискриминация по отношению к людям по признаку пола. Обычно сексизм проявляется в том, что мужчины придерживаются предубеждений в отношении женщин, но любой пол может проявлять сексизм по отношению к своему собственному или противоположному полу.Как и расизм, сексизм может быть незаметным, и его трудно обнаружить. Распространенные формы сексизма в современном обществе включают ожидания гендерных ролей, такие как ожидание, что женщины будут заботиться о домашнем хозяйстве. Сексизм также включает в себя ожидания людей в отношении того, как должны вести себя члены гендерной группы. Например, ожидается, что женщины будут дружелюбными, пассивными и заботливыми, и когда женщины ведут себя недружелюбно, напористо или пренебрежительно, их часто не любят за нарушение своей гендерной роли (Rudman, 1998).Исследование, проведенное Лори Рудман (1998), обнаруживает, что, когда кандидаты-женщины занимаются саморекламой, они, скорее всего, будут рассматриваться как компетентные, но их могут не одобрять, и вероятность того, что они будут приняты на работу, будет ниже, поскольку они нарушили гендерные ожидания из-за скромности. Сексизм может существовать на социальном уровне, например, в сфере найма, возможностей трудоустройства и образования. Женщины с меньшей вероятностью будут приняты на работу или продвинуты по службе в профессиях, где преобладают мужчины, таких как инженерное дело, авиация и строительство (Blau, Ferber, & Winkler, 2010; Ceci & Williams, 2011).Вы когда-нибудь испытывали или были свидетелями сексизма? Подумайте о работе или карьере членов вашей семьи. Как вы думаете, почему существуют различия в работе женщин и мужчин, например, больше женщин-медсестер, но больше хирургов-мужчин (Betz, 2008)?

Эйджизм

Люди часто формируют суждения и ожидания о людях в зависимости от их возраста. Эти суждения и ожидания могут привести к эйджизму или предубеждениям и дискриминации по отношению к людям исключительно на основании их возраста. Обычно эйджизм проявляется в отношении пожилых людей, но эйджизм также может проявляться в отношении молодых людей.Подумайте об ожиданиях, которые вы испытываете в отношении пожилых людей. Как чьи-то ожидания могут повлиять на чувства, которые они испытывают к людям из старших возрастных групп? Эйджизм широко распространен в культуре США (Nosek, 2005), и общее эйджистское отношение к пожилым людям состоит в том, что они некомпетентны, физически слабы и медлительны (Greenberg, Schimel, & Martens, 2002), а некоторые люди считают пожилых людей менее привлекательными. Однако некоторые культуры, в том числе некоторые азиатские, латиноамериканские и афроамериканские культуры, как за пределами, так и внутри Соединенных Штатов, вызывают у пожилых людей уважение и почтение.

Эйджизм также может возникать по отношению к более молодым людям. Какие ожидания вы возлагаете на молодых людей? Ожидает ли общество, что молодые люди будут незрелыми и безответственными? Как эти две формы эйджизма могут повлиять на молодого и старшего взрослого, претендующего на должность продавца?

Гомофобия

Другой формой предубеждения является гомофобия: предубеждение и дискриминация людей исключительно на основании их сексуальной ориентации. Подобно эйджизму, гомофобия — широко распространенное предубеждение в У.S. общество, которое терпят многие люди (Herek & McLemore, 2013; Nosek, 2005). Негативные чувства часто приводят к дискриминации, такой как исключение лесбиянок, геев, бисексуалов и трансгендеров (ЛГБТ) из социальных групп и избегание соседей и коллег из числа ЛГБТ. Эта дискриминация также распространяется на работодателей, сознательно отказывающихся нанимать квалифицированных соискателей из числа представителей ЛГБТ. Вы испытывали или были свидетелями гомофобии? Если да, то какие стереотипы, предвзятое отношение и дискриминация были очевидны?

Почему существуют предрассудки и дискриминация?

Предрассудки и дискриминация сохраняются в обществе из-за социального обучения и соблюдения социальных норм.Дети учатся предвзятым взглядам и убеждениям общества: своих родителей, учителей, друзей, средств массовой информации и других источников социализации, таких как Facebook (O’Keeffe & Clarke-Pearson, 2011). Если определенные типы предубеждений и дискриминации приемлемы в обществе, может существовать нормативное давление, чтобы соответствовать и разделять эти предвзятые убеждения, отношения и поведение. Например, государственные и частные школы все еще в некоторой степени разделены по социальному классу. Исторически сложилось так, что только дети из богатых семей могли позволить себе посещать частные школы, тогда как дети из семей со средним и низким доходом обычно посещали государственные школы.Если ребенок из малообеспеченной семьи получит стипендию для посещения частной школы, как могут относиться к ребенку одноклассники? Можете ли вы вспомнить время, когда вы придерживались предвзятого отношения или убеждений или действовали дискриминационным образом, потому что ваша группа друзей ожидала от вас этого?

Этот текст адаптирован из OpenStax, Psychology. OpenStax CNX.


Предлагаемое значение чтения

Гринвальд, А.

Написать ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *