16.Стереотипы восприятия.
Стереотипы — это стабильно повторяющиеся цепочки мыслей, чувств и поступков. Стереотипы — это привычные нам способы воспринимать и реагировать на ситуации,это наш способ думать, смотреть и реагировать на мир.
Стереотипы восприятия свидетельствуют о представлениях людей о своей и чужой народности и проявляются в наборе характеристик и черт линости..
Примеры стереотипов восприятия:
Эффект ссылки на себя
Эффект ссылки на себя иллюстрирует основополагающий факт жизни: в центре нашего мира находится восприятие нашего собственного Я. Поскольку нам свойственно видеть себя главным действующим лицом, мы переоцениваем степень нацеленности на нас поведения окружающих.
Нередко
мы считаем себя ответственными за
события, в которых играли лишь
второстепенные роли Оценивая действия
или поведение других людей, мы нередко
непроизвольно сравниваем их с собственными
действиями и поведением А если во время
какого-либо разговора мы услышим, что
кто-то, не участвующий в нем, произнес
наше имя, наш «слуховой радар»
мгновенно переключает наше внимание с
собеседника на этого человека.
Эффект ложного согласия
Людям свойственно считать, что любой человек ведет себя так же, как и они сами. Мы склонны рассматривать свое собственное поведение в качестве типичного. Тенденция преувеличивать степень того, насколько наше поведение и мнение общепринято,
Симпатия
Как правило, мы охотнее всего соглашаемся выполнять требования тех, кого мы знаем и кто нам нравится.
Принцип контраста
В
человеческом восприятии важную роль
играет принцип контраста, который влияет
на то, какой мы видим разницу между двумя
вещами, представленными одна за другой.
Проще говоря,
если второй предмет явно отличается от
первого, мы будем склонны преувеличивать
их различие. Поэтому
если мы сначала поднимем легкий предмет,
а затем — тяжелый, мы будем оценивать
второй предмет как более тяжелый, чем
если бы мы подняли его, не пытаясь сначала
поднять легкий.
Эффект Барнума
человек склонен принимать на свой счет общие, расплывчатые, банальные утверждения, если ему говорят, что они получены в результате изучения каких-то непонятных ему факторов.
Перенос образа родителей и их отношений на отношения с партнером.Самоутверждение за счет унижения других
17.Психология восприятия цвета.
Психология восприятия цвета — способность человека воспринимать, идентифицировать и называть цвета.
Ощущение
цвета зависит
от
комплекса физиологических, психологических и культурно-социальных
факторов. Первоначально исследования
восприятия цвета проводились в рамках
цветоведения.
Цветоведение — наука об анализе процесса восприятия и различения цвета н
Все цвета делятся на две большие группы: цвета ахроматические и цвета хроматические. К ахроматическим относятся белый, черный и серый. К хроматическим относятся все остальные цвета (красный, синий, зеленый и т.д.).
Солнечный
свет, как и свет любого искусственного
источника, состоит из волн различной
длины. В то же время любой предмет или
физическое тело будет восприниматься
в строго определенном цвете (сочетании
цветов). Цвет конкретного предмета
зависит от того, какие волны и в какой
пропорции отражаются этим предметом.
Если предмет равномерно отражает все
волны, т. е. он характеризуется отсутствием
избирательности отражения, его цвет
будет ахроматическим. Если же он
характеризуется избирательностью
отражения волн, т.
Ахроматические цвета отличаются друг от друга только светлотой. Светлота зависит от коэффициента отражения предмета, т. е. от того, какую часть падающего света он отражает. Чем больше коэффициент отражения, тем светлее цвет. Так, например, белая писчая бумага в зависимости от ее сорта отражает от 65 до 85 % падающего на нее света. Черная бумага, в которую заворачивают фотобумагу, имеет коэффициент отражения 0,04, т. е. отражает всего лишь 4 % падающего света, а хороший черный бархат отражает всего 0,3 % падающего на него света – его коэффициент отражения составляет 0,003.
Хроматические
цвета характеризуются тремя свойствами: светлотой,
цветовым тоном и насыщенностью. Цветовой тон зависит от того, какие
именно длины волн преобладают в световом
потоке, отражаемом данным предметом.
Насыщенностью называется степень
выраженности данного цветового тона,
т. е. степень отличия цвета от серого,
одинакового с ним по светлоте. Насыщенность
цвета зависит от того, насколько
преобладают в световом потоке те длины
волн, которые определяют его цветовой
тон.
Как стереотипы влияют на вашу психику и восприятие
Автор: Taтьянa Bлaдимиpовна Барлас, кандидат психологических наук, старший преподаватель Московского психологического университета.
Тема данной публикации — стереотипы в восприятии человека человеком, то есть устойчивые мнения о личностных качествах групп людей, определяющие отношение к ним и поведение при взаимодействии с представителями этих групп. Примерами стереотипов являются суждения вроде «женщины более эмоциональны, чем мужчины» или «англичане сдержанны и чопорны».
Психологическая предпосылка формирования стереотипов состоит в необходимости обобщения информации об окружающих нас людях. Следуя стереотипу, мы упрощаем картину мира, делаем ее более понятной. Поэтому использование стереотипов — целесообразная стратегия социального познания. Проблемы возникают тогда, когда стереотипы оказываются чрезмерно обобщенными или неверными.
Стереотипы могут действовать как на сознательном, так и на неосознаваемом уровне. Например, негативные суждения по отношению к национальным и расовым меньшинствам, как правило, являются социально неодобряемыми, и на сознательном уровне стереотипы превосходства рас и наций не выражены. Однако это не значит, что они исчезли вовсе.
Допустим, аргументируя выбор в пользу претендента на важную должность представителя своей национальности против человека другой национальности, сделавшие этот выбор, возможно, будут искренне протестовать против того, что расовые предпочтения сыграли решающую роль. Сути выбора это не изменит. Приведем примеры аналогичных экспериментов, продемонстрировавших роль стереотипов пола.
Испытуемым предъявлялись фотографии «группы, работающей над исследовательским проектом», и просили предположить, кто из участников внес наибольший вклад в работу.
Большая часть стереотипов — это стереотипы пола, возраста, расы, национальности, профессии, социальной принадлежности. Примеры широко известны и достаточно очевидны. Для межличностного взаимодействия существенны также стереотипы внешности (поджатые губы — злой человек, очкарик — умный и пр.)
Примером стереотипа внешности, действующего в основном на бессознательном уровне, служит стереотип «красивый — значит, хороший». Выражается он в том, что внешне более привлекательным людям приписываются положительные личностные качества, а менее привлекательным — пороки и недостатки. Действие этого стереотипа отмечается уже с четырехлетнего возраста.
Феномен внутригрупповой пристрастности также можно условно отнести к стереотипам. Выражается он в более высокой оценке членов группы, к которой принадлежим мы сами, и более низкой — членов других групп. Понятие «группа» в данном случае может варьироваться в очень широком диапазоне — от жильцов одного дома до жителей одной страны. Действенность данного стереотипа выражена даже тогда, когда принадлежность к той или иной группе определяется случайными факторами (школьный класс, болельщики одной команды).
Что определяет формирование того или иного стереотипа? Безусловно, в их основе лежат реально существующие различия между женщинами и мужчинами, лицами разных профессий, возрастов, национальностей. Информацию о них мы получаем из собственного опыта, от своих знакомых и близких, из средств массовой информации.
Однако, как мы сами, так и другие источники информации, которыми мы пользуемся, подвержены действию различного рода искажающих феноменов, снижающих точность социальной перцепции (социального восприятия). Некоторые из этих феноменов имеют самое непосредственное отношение к формированию стереотипов; к их рассмотрению мы и переходим.
Чрезмерная обобщенность стереотипов приводит к тому, что реально существующие небольшие различия очень сильно преувеличиваются. Оценивая людей, мы склонны преувеличивать сходство внутри группы и различия между группами. Так, по данным одного исследования, мужчины оказались незначительно более уверенными и доминантными, а женщины — нежными и склонными к состраданию. Однако в стереотипах мужчины и женщины эти характеристики различались примерно вдвое.
Влияние единичной яркой информации на формирование стереотипов гораздо больше, чем влияние информации более обширной и точной, но малоэмоциональной. Так, описание кровавого преступления, совершенного лицом национальности Х, будет способствовать формированию соответствующего стереотипа в большей степени, чем статистическая таблица, из которой ясно, что наибольший процент преступлений совершают лица национальности Y.
Примерно такое же воздействие, как единичная яркая информация, оказывает единичная информация, полученная лично, от друзей и знакомых. Таким образом, мы с легкостью обобщаем единичные факты до закономерности и с гораздо большим трудом применяем общие закономерности к конкретным людям.
Устойчивость стереотипов обеспечивается, в частности, тем, что информация, соответствующая стереотипу, способствует его упрочению, а противоречащая — игнорируется. Более того, в одной и той же информации можно найти подтверждение противоположным стереотипам.
Группа студентов смотрела видеозапись беседы с девочкой, в ходе которой та отвечала на вопросы теста способностей. Одной группе было сказано, что девочка — дочь родителей из низших слоев общества, проживающая в бедном квартале, другой — что это дочь интеллигентов из респектабельного пригорода. Первая группа оценила способности девочки ниже среднего уровня и вспомнила, что она не ответила почти на половину вопросов теста. Вторая группа оценила уровень способностей девочки как высокий, вспомнив, что на большинство вопросов она ответила правильно.
Устойчивость стереотипов выражается в том, что единичные противоречащие им примеры могут сосуществовать со стереотипом, например, «все лица национальности Х — жулики и пройдохи, но к моему соседу, хоть он и той же национальности, это отношения не имеет». Если же примеров, противоречащих стереотипу, достаточно много, они могут быть выделены в отдельную группу, для которой будет создан свой стереотип, например, стереотип феминистки, существенно отличающийся от стереотипа просто женщины.
Как стереотипы влияют на поведение и психику? Помимо очевидных социальных последствий, стереотипы оказывают воздействие и на тех, кто оказывается их объектом. Один из главных механизмов воздействия стереотипов — феномен самоисполняющегося пророчества, основанный на том, что стереотипы меняют поведение тех, кто их разделяет, в свою очередь воздействующее на поведение их партнеров по общению в сторону соответствия стереотипу.
Белые американские испытуемые разыгрывали ситуацию собеседования при приеме на работу. Их поведение существенно различалось в зависимости от расы «претендента на должность»: если им был чернокожий, интервьюеры садились на большем расстоянии от него, реже смотрели ему в глаза, заканчивали беседу быстрее и делали больше ошибок в речи.
В следующем эксперименте специально тренированные имитаторы опрашивали «претендентов» (только белых) таким образом, чтобы это походило на интервьюирование белых и чернокожих. Те, кого интервьюировали в той же манере, что и чернокожих, выглядели более нервными и менее собранными, чаще сбивались и путались, были меньше удовлетворены тем впечатлением, которое они произвели на интервьюера.
Стереотипы часто определяют атрибуцию поведения, объяснение его причин теми или иными факторами. Так, стереотип «старые люди дряхлеют и много болеют» приводит к тому, что основной причиной болезней и немощей престарелых людей как они сами, так и окружающие считают именно возраст, в то время как таковой может являться, например, изменение образа жизни в связи с выходом на пенсию или переживания в связи со смертью близкого человека.
Если индивид разделяет стереотип, соответствующий его полу, возрасту, профессии и пр., то он не может не влиять на его я-концепцию и самооценку, которые, в свою очередь, определяют поведение, интерпретацию событий и т. д.
В эксперименте был продемонстрирован феномен, названный «уязвимость стереотипом». Студентам с одинаковыми способностями давали контрольную работу. Перед ее началом им говорили одно из двух: 1) мужчины и женщины обычно показывают одинаковые результаты; 2) женщины обычно уступают мужчинам. В обоих случаях результаты подтверждали «стереотип»: в первой ситуации и женщины и мужчины набирали в среднем около 15 баллов по 100-балльной шкале, во второй женщины набирали в среднем по 5 баллов, мужчины — по 25.
В заключение необходимо отметить случаи, когда стереотипы «не работают». Такое случается прежде всего в ситуации тесного и длительного общения, когда люди взаимодействуют не с представителем своего пола или национальности, а с конкретным человеком, причем, как уже отмечалось, позитивное отношение к человеку может сосуществовать с негативным стереотипом по отношению с социальной группе, которую он представляет. Однако иногда сознательно декларируемые стереотипы «не срабатывают» и в ситуации поверхностного контакта, о чем свидетельствует результат широко известного исследования, названного «Парадокс Ла-Пьера».
В 1934 году на пике антиазиатских настроений в США психолог Ла-Пьер обратился с письменным запросом в 251 ресторан и отель: «Не согласитесь ли вы принять в качестве гостей китайцев?» Ответило 128 заведений, 92% ответов были отрицательными и лишь 1% — полностью положительным. Но до этого Ла-Пьер вместе с парой своих студентов-китайцев уже объехали все эти заведения и всюду, кроме единственного случая, встретили радушный прием.
Приведенный пример неслучайно имеет четкую «привязку» во времени и пространстве. Несмотря на то, что стереотипы подразумевают «сопротивляемость изменениям», они в целом достаточно чувствительны к социальным условиям той среды, в которой возникают. Поэтому если меняется среда, то и стереотипы меняются. Для примера достаточно вспомнить многочисленные метаморфозы, которые претерпели за последние годы стереотипы «коммуниста» и «демократа». Поэтому стереотипы одной культуры (а большинство приведенных в этом разделе данных были получены в культурах США и Западной Европы) могут не подтвердиться в условиях другой культуры (например, российской).
Больше знаний — меньше стереотипов. Составьте свою учебную программу и учитесь только самому интересному и нужному.
Неизвестная Беларусь. Стереотипы восприятия
В старых материалах изображения недоступны. Приносим извинения за неудобства
Беларусь – это страна-легенда, страна-сказка. Кое-что о ней знают на востоке, с трудом догадываются о существовании на западе. Но даже те немногие, которые слышали о Беларуси, имеют о ней в основном стереотипное представление, заложенное еще во времена Советского Союза.
Почему Беларусь описывают общепринятыми стереотипами даже те, кто здесь побывал и все видел своими глазами, сказать сложно. Возможно ответ кроется в том, что беларусы сами о себе мыслят стереотипно, заложенными в школе схемами, и именно такими показывают себя и свою страну иностранцам. Возможно.
Я хочу рассказать о самых распространенных стереотипах о Беларуси и высказать свое мнение о данном явлении.
Я часто слышал от людей, приезжающих из Питера и Москвы в Минск, о «нездоровой» чистоте города, об ощущении того, что улицы моют с порошком. Ну что на это скажешь, конечно, после белорусского вокзала в Москве Минск кажется чистым. К тому же поезд приезжает утром, после ночной уборки города.
О чистоте Минска могут говорить лишь те люди, кто не сидел на ковровом покрытии полов бельгийских поездов и трамваев или просто не ходил по улицам Берлина. Вот где действительно чисто. В Минске не моют улицы с порошком и шампунем, как это делают в Германии. И если вы начнете обращать внимание себе под ноги во второй половине дня, то миф о нереальной чистоте города развеется сам по себе. Вывод: Минск чище Москвы и Питера, но он гораздо меньше, а в сравнении с городами Западной Европы проигрывает гонку дворников безоговорочно. Не надо мифологизировать отсутствующую чистоту.
Еще один советский миф – это про разрушения Минска во второй мировой войне. Минск рушили и до это, но гораздо больше после. Не следует списывать действия нерадивых архитекторов и их заказчиков на происки военного времени. После войны в городе оставалось огромное количество уцелевших зданий, к несчастью они все были в центре, где необходимо было строить проспект. Вот и разрушила их война в конце 40-х – начале 50-х.
Немного о людях, населяющих сказочный край. Два наиболее распространенных стереотипа, что белорусы очень толерантный народ, и белорусский народ мульти культурный. Кто вообще придумал сказку о толерантности нарда, который всю историю существования своего государства вплоть до 20 века вел непрерывные войны с соседями, пока действительно сам не поверил в свою толерантность.
Несмотря на веру беларусов в самих себя, как в людей толерантных, им бы не мешало поучиться действительной, а не показной терпимости. Проиллюстрирую одним примером из жизни. Она беларуская бабушка очень мило разговаривала с молодым немцем, а когда этот немец попрощался и отошел, она так смачно сказала, чтобы он ее не слышал «Вали, вали отсюда, фриц поганый». Вот вам и толерантность. Будьте бдительны на улицах беларуских городов.
Про мульти культуру вообще смешно говорить. Два государственных языка: русский и беларуский. При этом 90% населения не говорит нормально ни на одном из них, создавая своеобразную тросянку. Вот и вся мульти культура. На негров и китайцев в городском транспорте до сих пор смотрят косо и с опаской, навряд ли считая их за людей.
И последний крупный стереотип. Картошка – беларуское всё. Самая картофельная страна. То, что картошка это продукт №1, не поспоришь, вот только беда, что картошка-то не беларуская, а голландская, надо внимательнее читать ценники в магазинах.
Вот такая она стереотипная Беларусь.
О стереотипахДжек Нахбар (Jack Nachbar) и Кевин Лаузе (Kevin Lause), авторы исследования «Введение в популярную культуру» (Popular Culture: An Introductory Text), отмечают, что стереотипы являются составной частью массовой культуры. Они могут формироваться на основе возраста («Молодёжь слушает только рок-музыку»), пола («все мужчины хотят от женщин только одного»), расы («японцы неотличимы друг от друга»), религии («Ислам — религия террора»), профессии («все адвокаты — жулики») и национальности («все евреи — жадные»). Впервые термин «стереотип» использовал классик американской журналистики Уолтер Липпман (Walter Lippmann), который в 1922 году опубликовал книгу «Общественное мнение» (Public Opinion). Этим словом он пытался описать метод, с помощью которого общество пытается категоризировать людей. Как правило, общественное мнение просто ставит «штамп» на основе некоторых характеристик. Липпман выделил четыре аспекта стереотипов (впоследствии появилось много других градаций, которые, тем не менее, во многом следовали идеям Липпмана). Во-первых, стереотипы всегда проще, чем реальность — сложнейшие характеристики стереотипы «укладывают» в два-три предложения. Во-вторых, люди приобретают стереотипы (от знакомых, средств массовой информации и так далее), а не формулируют их сами на основе личного опыта. Примером этого может являться представление о так называемой идеальной женщине: она должна быть блондинкой, с голубыми глазами, без лишнего веса, с высокой грудью и длинными ногами. Этому идеалу в точности соответствует лишь кукла Барби. В-третьих, все стереотипы ложны, в большей или меньшей степени. Всегда они приписывают конкретному человеку черты, которыми он обязан обладать лишь из-за своей принадлежности к определённой группе. В-четвёртых, стереотипы очень живучи. Даже если люди убеждаются в том, что стереотип не соответствует действительности, они склонны не отказаться от него, а утверждать, что исключение лишь подтверждает правило. Сэра Хан (Saera R. Khan), профессор Университета Сан-Франциско (University of San Francisco) опубликовала статью в журнале Journal of Cross-Cultural Psychology, в которой утверждает, что доверять стереотипам крайне опасно. Стереотипы имеют, прежде всего, познавательную и мотивационную функции. С познавательной точки зрения, стереотип представляет собой обоюдоострое оружие — он даёт информацию в лёгкой и удобоваримой форме. Однако эта информация весьма далека от реальности и способна дезориентировать человека. С мотивационной точки зрения, стереотипы ещё более ненадёжны. Фред Джандт (Fred E. Jandt), профессор Университета штата Калифорния в Сан-Бернардино (CSU San Bernardino), автор книги «Введение в межкультурную коммуникацию» (An Introduction to Intercultural Communication: Identities in a Global Community), отмечает, что в большинстве случаев стереотипы используют не для добрых целей. Стереотипы часто являются оружием пропаганды расизма и ксенофобии. К примеру, антисемитская пропаганда, основанная на стереотипах, активно велась в Германии в 1920–1930-е годы — в результате, немецкий народ достаточно индифферентно и даже одобрительно отнёсся к геноциду евреев. В США длительное время в средствах массовой информации превалировали негативные стереотипы по отношению к чернокожим. Подобные взгляды прослеживаются и во многих произведениях литературы и кинематографе — к примеру, современные афроамериканцы крайне негативно относятся к образу главного героя знаменитого романа Гарриет Бичер-Стоу (Harriet Beecher-Stowe) «Хижина дяди Тома» (Uncle Tom’s Cabin). Поэтому борьба афроамериканцев за свои гражданские права сопровождалась и борьбой с привычными стереотипами: Мартин Лютер Кинг (Martin Luther King) активно выступал против предубеждений в отношении своей расы, сложившихся в американском обществе. Его тайный оппонент, директор ФБР Эдгар Гувер (J. Edgar Hoover), наоборот, пытался усилить негативные стереотипы в отношении чернокожих. В 2002 году Колумбийский Университет (Columbia University) опубликовал результаты своего исследования о применении смертной казни в мире. Как оказалось, суды изначально пристрастны к определённым группам людей. Стереотипы имеют свойство видоизменяться в зависимости от меняющихся условий. Грегори Тиллетт (Gregory Tillett), автор исследования «Разрешая конфликт. Практический подход» (Resolving Сonflict. A Practical Approach), отмечает, что предубеждение по отношению к мигрантам и иммигрантам, как правило, базируется на двух разных стереотипах. В период экономического спада население воспринимает пришельцев как захватчиков, отбирающих у местных жителей рабочие места. В период экономического подъёма, местные жители обращают внимание прежде всего на обычаи мигрантов, которые противоречат местным традициям. На каком бы стереотипе не основывалась ненависть, она приводит к тому, что установить доверительные и продуктивные отношения с ненавидимыми группами населения не представляется возможным. Бенджамин Барбер (Benjamin Barber), автор книги «Джихад Против МакМира» (Jihad vs. McWorld), считает, что нынешняя волна международного терроризма во многом вызвана стереотипами. Исламский мир воспринимает Запад как мир материализма, потребительства, нарциссизма, безнравственности и так далее. Естественно, что подобные взгляды являются питательной средой для появления экстремистов. Цитаты на темуСтереотипы существуют и в отношениях между народами, которые, в общем, достаточно хорошо знают друг друга и имеют общее историческое прошлое. Например, подобные предубеждения вновь проявили свою силу в ситуации, когда Франция не поддержала США в иракском вопросе. В средствах массовой информации обеих стран немедленно появились публикации, в которых вспоминались старые предубеждения относительно американцев и французов. Паскаль Бодри (Pascal Baudry), профессор в области делового администрирования и глава консалтинговой фирмы WDHB Consulting Group, длительное время живущий в США, опубликовал книгу «Французы и Американцы. Другой Берег» (French and Americans, The Other Shore), в которой привёл перечень качеств, которыми, по мнению французов, обладает типичный житель США. Американец — дружелюбный и общительный, шумный, грубый, интеллектуально недоразвитый, трудолюбивый, экстравагантный, самоуверенный, полный предубеждений, недооценивающий достижения иных культур, богатый, щедрый, неразборчивый и вечно куда-то спешащий. В свою очередь, Хэрриет Рошфор (Harriet Welty Rochefort), американка, живущая во Франции, в книге «Французский тост» (French Toast: An American in Paris Celebrates the Maddening Mysteries of the French) привела перечень типичных представлений американцев о французах. Французы пользуются репутацией лентяев, не говорящих по-английски по идеологическим соображениям. Они самодовольны, невежливы и непредупредительны, тем не менее, весьма предупредительны к дамам и артистичны. Дипломатия непонимания: Стереотипы и международные отношенияСтереотипы и незнание иных культур оказывают влияние и на международные отношения. Есть достаточно много примеров, когда ляпсусы дипломатов и политиков становились причиной конфликтов. Стереотипы периодически проявляются в выступлениях глав государств. Последними примерами такого рода являются, например, слова президента Франции Жака Ширака, который заявил, что единственным вкладом англичан в сельское хозяйство является «коровье бешенство», и президента России Владимира Путина, который отметил, что в отличие от Африки, в России политических оппонентов не поедают. Профессиональные дипломаты, как правило, в состоянии избегать ошибок, основанных на стереотипах, однако и они не застрахованы от них. Примером разночтений могут быть даже базовые международные соглашения. Крис Браун (Chris Brown), автор исследования «Глобализация мировой политики» (The Globalisation of World Politics) упоминает, например, Универсальную Декларацию Прав Человека, принятую ООН в 1948 году. Рэймонд Кохен (Raymond Cohen), автор книги «Переговоры вокруг культур» (Negotiations Across Cultures), приводит показательный пример такого рода. В 1938 году в Вашингтоне скончался бывший посол Японии в США. Президент США Франклин Рузвельт (Franklin Roosevelt), неоднократно встречавшийся с покойным и испытывавший к нему чувство глубокой симпатии, распорядился выделить крейсер для немедленной доставки тела дипломата на родину. Аналогичные проблемы возникали и в отношениях между иными государствами. В начале 1977 года японский дипломат Хироши Кимура опубликовал статью, в которой проанализировал свой опыт участия в советско-японских переговорах, проходивших в Москве. Он отметил, что советские представители неверно воспринимали японскую традицию оказывать повышенный почёт хозяину дома (в данной ситуации МИДу СССР) — Москва восприняла японскую вежливость и предупредительность, как готовность к уступкам. Кроме того, в процессе переговоров советские представители пытались всемерно продемонстрировать своё превосходство, что вызывало у японских делегатов возмущение. В 1989 году американский дипломат Рэймонд Смит (Raymond Smith) опубликовал книгу «Переговоры с Советами» (Negotiating with the Soviets), в котором собрал опыт своих коллег, участвовавших в различных американо-советских переговорах. По мнению Смита, советские дипломаты всегда руководствовались тремя принципами: страхом перед руководством, стремлением избежать риска и стремлением всегда и во всем демонстрировать своё доминирование. Эти принципы вступали в противоречие с понятиями американских дипломатов о процессе переговоров, что приводило к долгим и часто бесплодным обсуждениям. В ряде случаев стереотипы, бытовавшие в том или ином обществе, оказывали влияние на дипломатические формулы и концепции. История дипломатии полна примеров того, как незнание истории и культуры иного народа приводило или потенциально могло привести к печальным последствиям. История международных отношений также знает примеры того, как политики и дипломаты, нашедшие в себе силы отказаться от господствовавших в их странах воззрений, добивались серьёзных успехов. В 1977 году президент Египта Анвар Садат совершил официальный визит в Израиль, нарушив бойкот, установленный арабскими странами в отношении еврейского государства. Герберт Келман (Herbert Kelman), профессор Гарвардского Университета (Harvard University), специалист в области конфликтологии, считает подлинным достижением Садата то, что в ходе визита он поздоровался за руку с членами израильской делегации. Многие государства затрачивают значительные средства на формирование собственного позитивного имиджа. К примеру, США тратят на эти цели ежегодно до $ 1 млрд, Саудовская Аравия, по различным оценкам — $ 4–5 млрд, Канада — $ 65 млн. (бюджет 2005 года), Нигерия — $ 20 млн. (2005 год). Фактически, эти действия являются борьбой с негативными стереотипами в отношении той или иной страны, бытующими у иных народов. Бизнес и культуры. Стереотипы и бизнесРазличия в культурах оказывают влияние и на бизнес. Это влияние особенно усилилось благодаря процессам глобализации, в результате которых представители разных народов и цивилизаций вынуждены тесно сосуществовать на рабочем месте. В результате появилась особая сфера науки о бизнес-управлении — «мульткультурный» или «этнический менеджмент», которая анализирует традиции и стереотипы, которыми оперируют представители разных народов, волей судьбы работающие совместно. Сара Ланье (Sarah Lanier), автор книги «От непонятного до знакомого» (Foreign to Familiar: A Guide to Understanding Hot — And Cold — Climate Cultures), высказала гипотезу, согласно которой все культуры мира можно разделить на культуры «горячего» и «холодного климата». «Горячий климат» (он же «племенной») подразумевает, что отношения между людьми базируются на их личных связях, «холодный» (он же «урбанизированный») — что отношения строятся на совместном решении задач и достижении общих целей. Первая система отношений построена на приоритетах группы, а вторая — на приоритетах отдельной личности. Эти культуры зачастую противоречат друг другу, что особенно проявляется в процессе совместной работы. Например, начальник, представляющий «горячую» культуру предпочтёт не увольнять бесполезного сотрудника, если тот хорошо вписывается в коллектив. Напротив, босс, действующий по принципам «холодной» культуры, предпочтёт держать на работе эффективно работающего сотрудника даже в том случае, если тот перессорился со всеми коллегами. Другую градацию предложил Эдвард Холл (Edward T. Hall), автор книги «За Культурой» (Beyond Culture). Он делит культуры на два типа — «высококонтекстные» и «низкоконтекстные» на основе того, насколько укоренены в тех или иных обществах традиции поведения. В первом типе культур традиции возникли давно — столетия и даже тысячелетия назад — видоизменить или отменить их невозможно. Люди, принадлежащие к этой культуре, привыкли действовать формализовано, они уделяют огромное значение этикету и так далее. Второй тип культур сформировался в молодых государствах, их население более разнообразно, традиций здесь мало, они, как правило, не имеют большого значения. Американский исследовательский центр Институт за Культурную Демократию (Institute for Cultural Democracy) сформулировал шесть ключевых принципов, которые предлагаются американским менеджерам и бизнесменам, ведущих международный бизнес или управляющих компаниями, в которых работают представители различных народов. Эти принципы перечислены ниже. 1. Общение:У каждого народа есть свой язык жестов — разные жесты часто имеют противоположное значение в разных культурах. Кроме того, даже отдельные слова и выражения имеют различное смысловое наполнение. Даже в англоязычных странах слово «да» (yes) может вызывать разные ассоциации — от «может быть, когда-нибудь я подумаю об этом» до «полностью согласен». 2. Конфликт:Некоторые народы считают конфликты позитивным явлением, другие стараются их всемерно избегать. В США конфликты принято разрешать на основе личной и открытой дискуссии, в некоторых восточных культурах лучший метод — разделение враждующих сторон, поскольку открытый конфликт неприемлем. 3. Выполнение заданий:Различия обусловлены многими причинами, в том числе разницей в понимании времени, в критериях успеха и так далее. К примеру, азиаты и латиноамериканцы уделяют больше внимания, чем европейцы и американцы, построению межличностных отношений. Жители Европы и Северной Америки, в свою очередь, во главу угла ставят выполнение совместной задачи, рассчитывая, что отношения наладятся сами собой в процессе совместной работы. Это отнюдь не означает, что люди работают лучше или хуже. 4. Принятие решений:В США принято, что начальник делегирует часть своих полномочий подчинённому, который полностью отвечает за выполнение того или иного задания. Во многих южноевропейских и латиноамериканских странах, начальник принимает всё решения сам. В случае, когда решение принимается коллегиально, в США принято принимать точку зрения большинства. В Японии стороны пытаются найти компромисс, устраивающий всех. 5. Открытость:Это различие особенно проявляется в ходе конфликтов. 6. Знание:Представители разных культур по-разному приобретают знания и навыки. Европейцы склонны к процессу познания на основе жёстких критериев, например, они читают книги, считают или измеряют, уделяя меньше внимания неким априори имеющимся представлениям о предмете. Африканцы больше внимания уделяют неким символическим оценкам и воображению. В азиатских культурах лучшим путём приобретения знания считаются трансцедентальные методики. В результате, чтобы получить информацию о предмете европейцы предпочтут пойти в библиотеку, африканцы — будут стремиться ознакомиться с ситуацией на месте, а азиаты попытаются найти знатока-эксперта. В свою очередь, пакистанец Фарид Элашмави (Farid Elashmawi), руководитель консалтинговой фирмы Global Success и автор учебника «Мультикультурный менеджмент», опубликовал в журнале Certified Management Digest простые советы о том, как вести бизнес с американскими менеджерами.
|
Механизмы восприятия и взаимопонимание в процессе общения
Представление о другом человеке тесно связано с уровнем собственного самосознания. Анализ осознания себя через другого человека производится с помощью двух понятий: идентификация и рефлексия.
Идентификация — один из механизмов познания и понимания человека, заключающийся в неосознанном уподоблении себя значимому другому.
Здесь значимый другой — это человек, являющийся авторитетом для данного субъекта общения и деятельности. Обычно это происходит тогда, когда в реальных ситуациях взаимодействия индивид делает попытки поставить себя на место партнера по общению. При идентификации устанавливается определенная эмоциональная связь с объектом.
Следует различать понятия «идентификация» и «референтность». Если для первого понятия основой является процесс уподобления субъекта партнеру по общению, т. е. уподобление значимому другому, то для второго понятия («референтность») главным является зависимость субъекта от других людей, выступающая как избирательное отношение к ним. Объектом референтных отношений может выступать или группа, членом которой является субъект, или другая группа, с которой он себя соотносит, не будучи реальным ее участником. Функцию референтного объекта может выполнять и отдельный человек, в том числе не существующий реально (литературный герой, вымышленный идеал для подражания и т. п.). И в том и в другом случае субъект заимствует для себя цели, ценности, идеи, нормы и правила поведения объекта референтности (группы, отдельного человека.
Понятие «идентификация» по своему содержанию близко к понятию «эмпатия».
Эмпатия — постижение эмоциональных состояний человека в форме сопереживания. Механизм эмпатии схож с механизмом идентификации.
Эта схожесть состоит в умении поставить себя на место другого, взглянуть на вещи с его точки зрения. Однако это не обязательно означает отождествление с этим другим человеком (как это происходит при идентификации). Просто при эмпатии принимается во внимание линия поведения партнера, субъект относится к нему с сочувствием, но межличностные отношения с ним строятся, исходя из стратегии своей линии поведения.
Рефлексия — осознание индивидом того, как он воспринимается партнером по общению, т. е. как будет партнер по общению понимать меня.
При взаимодействии взаимно оцениваются и изменяются определенные характеристики друг друга.
Эффекты межличностного восприятия
Каузальная атрибуция
Люди, познавая друг друга, не ограничиваются получением сведений путем наблюдения. Они стремятся к выяснению причин поведения партнеров по общению и выяснению их личностных качеств. Но так как информация о человеке, полученная в результате наблюдения, чаще всего недостаточна для надежных выводов, наблюдатель начинает приписывать вероятностные причины поведения и характерологические черты личности партнера по общению. Эта причинная интерпретация поведения наблюдаемого индивида может существенно влиять и на самого наблюдателя.
Таким образом, каузальная атрибуция — это интерпретация субъектом межличностного восприятия причин и мотивов поведения других людей. Слово «каузальный» означает «причинный». Атрибуция — это приписывание социальным объектам характеристик, не представленных в поле восприятия.
Смотрите также Я сам обманываться рад…На основе исследования проблем, связанных с каузальной атрибуцией, исследователи сделали вывод о том, что атрибутивные процессы составляют основное содержание межличностного восприятия. Показательно, что одни люди склонны в большей мере в процессе межличностного восприятия фиксировать физические черты (в этом случае сфера «приписывания» существенно сокращается), другие воспринимают преимущественно психологические черты характера окружающих. В последнем случае открывается широкий простор для приписывания.
Выявлена определенная зависимость «приписывания» от установки в процессе восприятия человека человеком. Особенно значительна эта роль приписывания при формировании первого впечатления о незнакомом человеке. Это было выявлено в экспериментах А.А. Бодалева. Так, двум группам студентов была показана фотография одного и того же человека. Но предварительно первой группе было сообщено, что человек на предъявленной фотографии является закоренелым преступником, а второй группе о том же человеке было сказано, что он крупный ученый. После этого каждой группе было предложено составить словесный портрет этого человека. В первом случае были получены соответствующие характеристики: глубоко посаженные глаза свидетельствовали о затаенной злобе, выдающийся подбородок — о решимости «идти до конца в преступлении» и т. д. Соответственно во второй группе те же глубоко посаженные глаза говорили о глубокой мысли, а выдающийся подбородок — о силе воли в преодолении трудностей на пути познания и т. д.
Подобные исследования должны дать ответ на вопрос о роли характеристик, которые дают партнерам по общению в процессе межличностного восприятия, и степени влияния установок на эти характеристики.
Эффект ореола (галоэффект)
Формирование оценочного впечатления о человеке в условиях дефицита времени на восприятие его поступков и личностных качеств. Эффект ореола проявляется либо в форме позитивной оценочной пристрастности (положительный ореол), либо в негативной оценочной пристрастности (отрицательный ореол).
Так, если первое впечатление о человеке в целом благополучное, то в дальнейшем все его поведение, черты и поступки начинают переоцениваться в положительную сторону. В них выделяются и преувеличиваются в основном лишь положительные моменты, а отрицательные недооцениваются или не замечаются. Если же общее первое впечатление о человеке в силу сложившихся обстоятельств оказалось отрицательным, то даже положительные его качества и поступки в последующем или не замечаются вовсе, или недооцениваются на фоне гипертрофированного внимания к недостаткам.
Эффекты новизны и первичности
С эффектом ореола тесно связаны эффекты новизны и первичности. Эти эффекты (новизны и первичности) проявляются через значимость определенного порядка предъявления информации о человеке для составления представления о нем.
Эффект новизны возникает тогда, когда по отношению к знакомому человеку наиболее значимой оказывается последняя, т. е. более новая информация о нем.
Смотрите также Стереотипы о различии поколений или как найти подход к любому сотрудникуЭффект первичности же возникает, когда по отношению к незнакомому человеку более значимой оказывается первая информация.
Все описанные выше эффекты можно рассматривать как частные случаи или варианты проявления особого процесса, сопровождающего восприятие человека человеком, называемого стереотипизацией.
Стереотипизация
Восприятие и оценка социальных объектов на основе определенных представлений (стереотипов). Стереотипизация проявляется в приписывании сходных характеристик всем членам какой-либо социальной группы без достаточного осознания возможных различий между ними.
Стереотип — упрощенное, зачастую искаженное, характерное для сферы обыденного сознания представление о социальной группе или отдельном человеке, принадлежащем к той или иной социальной общности.
Стереотип возникает на основе ограниченного прошлого опыта в результате стремления строить выводы на базе недостаточной информации. Чаще всего стереотипы возникают относительно групповой принадлежности человека.
Стереотипизация является одной из важнейших характеристик межгруппового и межличностного восприятия и сопровождается проявлениями социальных установок, эффектов ореола, первичности и новизны. В межличностной перцепции стереотипизация выполняет две основные функции:
1) поддержание идентификации;
2) оправдание возможных негативных установок по отношению к другим группам.
Особенное распространение получили так называемые этнические стереотипы, когда на основе ограниченной информации об отдельных представителях тех или иных этнических групп строятся предвзятые выводы относительно всей группы. Стереотипизация в процессе познания людьми друг друга может привести к двум различным следствиям. С одной стороны, к определенному упрощению процесса познания другого человека, и тогда это упрощение ведет к замене образа человека штампом, например «все бухгалтеры — педанты», «все учителя — надзиратели». С другой стороны, это ведет к предубеждениям, если суждение о социальном объекте строится на основе прошлого ограниченного опыта, который чаще всего может оказаться негативным.
Аттракция
При восприятии людьми друг друга формируются определенные отношения с включением эмоциональных регуляторов — от неприятия того или иного человека до симпатии, дружбы, любви.
Социальная аттракция — особый вид социальной установки на другого человека, в котором преобладают положительные эмоциональные компоненты.
Выделяют три основных уровня аттракции: симпатия, дружба, любовь. Аттракция проявляется в эмоциональной привлекательности, влечении одного человека к другому.
Взаимопонимание партнеров по общению предполагает знание каждым из них психологии другого человека: его ценностных ориентаций, мотивов и целей деятельности, уровня притязаний и установок, черт характера и т. п. Люди обладают различной степенью способности к общению, к развитию межличностной чувствительности. Эти способности могут быть развиты и совершенствоваться в процессе проведения социально-психологических тренингов по межличностной чувствительности. В настоящее время в практике зарубежной психологии организуются так называемые Т-группы (Т — начальная буква слова «тренинг»), в которых проводятся тренировки межличностной чувствительности. Организуются социально-психологические тренинги с применением сенситивной методики. Сенситивный метод относится к категории методов межличностной чувствительности. Основной целью сенситивного тренинга является развитие и совершенствование способности индивидов понимать друг друга.
Участники не должны быть ранее знакомы друг с другом. Не предусматривается никаких попыток при формировании группы структурировать ее по признаку образования, занимаемой должности, квалификации или профессии. В ходе такого тренинга участники включаются в совершенно для них новую сферу социального опыта, благодаря которой узнают, как они воспринимаются другими членами группы и получают возможность сравнивать эти перцепции с самовосприятием.
Взгляд из-за Атлантики Какими видят русских американцы: Политика: Мир: Lenta.ru
Подводя итоги уходящего года, «Лента.ру» составила список лучших публикаций 2016-го года. Этот текст — один из них. Далекая холодная страна, где медведи бродят по улицам, водка льется рекой, а Путин восседает на троне, унаследованном непосредственно от Сталина. Действительно ли все американцы именно так представляют себе Россию? Как сложились и кем поддерживаются в США наиболее распространенные стереотипы о русских? «Лента.ру» постаралась в этом разобраться.
Как американцы относятся к русским? Перед тем как отвечать на этот вопрос, уместно поставить другой: какие именно американцы? Есть сложная реальность с тремя уровнями — массовое сознание, разделенное на группы, СМИ и государство. На каждом из них формируется определенный тип отношений к русским. Начнем с массового сознания — как принято говорить, с рядовых американцев.
Материалы по теме
00:06 — 7 июля 2016
Вряд ли я кого-то сильно удивлю, если скажу, что большинство американцев мало интересуются Россией, мало знают об этой стране и ее жителях. Американцы заботят русских куда сильнее. Американцы гораздо большие изоляционисты, чем русские.
Начну с личного опыта. В последние 16 лет мне приходилось выступать с курсами и отдельными лекциями в различных американских учебных заведениях и повсюду выяснялось, что мои студенты недостаточно информированы о России. Их представления стереотипны и воспроизводят клише СМИ и Голливуда. Согласно этим представлениям, русские мрачны, грубы, умеют воевать, более всего ценят силу etc. Любой русский воспринял бы это как карикатуру или упрощение. Когда на занятиях, иронизируя, я говорю, что на Западе думают, будто русские зимой пьют водку, а летом завоевывают другие народы, это веселит аудиторию. Шутка воспринимается, поскольку массовое сознание к ней подготовлено.
Материалы по теме
06:02 — 10 марта 2016
Взять измором
Документ дня: Истоки американского поведения в отношении России
В блокбастере 1988 года «Красная жара», где Арнольд Шварценеггер играет капитана советской милиции, проводящего совместную операцию с американцами, есть такой эпизод. Главный герой оказывается в Нью-Йорке в полицейском участке. Напарник спрашивает его: «Как вы вообще снимаете стресс?» Персонаж Шварценеггера поворачивается вполоборота и мрачно произносит лишь одно слово: «Водка». Стереотип о русских как круглосуточных потребителях водки жив и сегодня. Что касается Голливуда, то он в значительной мере создавался выходцами из России с либерально-космополитическими убеждениями. Это наложило отпечаток на то, как воспринимали Россию тогда и как ее изображают сегодня.
Помимо Голливуда и СМИ (о которых поговорим отдельно), примитивные образы России эксплуатируются коммерческими группами. Расскажу недавнюю историю. Один мой американский приятель пошел покупать подарок для своего русского друга. Услужливый продавец со словами «вашему другу это понравится» предложил галстук, на котором была целая россыпь изображений: водка, селедка, танк, АК-74… Пришлось объяснять, что друг такому подарку, мягко говоря, не обрадуется.
Арнольд Шварценеггер в роли советского милиционера Ивана Данко
Кадр: фильм «Красная жара»
Истоки всех этих танков и автоматов на «русском» галстуке следует искать во временах Холодной войны. Именно тогда укоренилось представление о том, что русские (советские) люди везде и всюду сопротивлялись американцам, а идеология, которой следуют в России, — жесткая и человеконенавистническая. В сознании американцев практически нет пространства, позволяющего воспринять мысль о сложностях и нюансах русской ментальности, об интеллигентской неуверенности и рефлексии, о чрезвычайной открытости русского характера, сочетающейся с обидчивостью и ранимостью, тем, что Бердяев называл «вечно бабьим» в русской душе. Без этих сложностей и антимоний, совестливости и постоянных борений в русской душе трудно понять национальный характер, столь мощно выраженный в творениях русской культуры и философии.
Отчасти это осознают в группах, знакомых с Россией более основательно. Такое понимание есть среди высокообразованных американцев, в число которых входят слависты, люди, давно занимающиеся бизнес-проектами с Россией, а также выходцы из незападных стран, сумевшие занять в США высокое положение. В силу колониального прошлого, у них сложилось критическое отношение к Западу и они гораздо более склонны воспринимать российскую позицию. Все вышеперечисленные группы никогда не будут подвержены русофобским настроениям. Немалыми знаниями о России и русских обладают и представители внешнеполитического сообщества и спецслужб. Здесь тоже необходима дифференциация, и далеко не всех следует относить к огульным критикам России, но о теплом отношении к русским, разумеется, говорить в данном случае не приходится.
Плакат времен холодной войны
Образованные элиты США прекрасно понимают, что Россия — страна, достаточно независимая от Запада, страна, внесшая явно не меньший, по сравнению с Америкой, вклад в мировую культуру, если говорить, например, о литературе, философии, живописи, музыке и так далее. И это — основа российской мягкой силы, российского влияния, так же как и выделенные группы — основа его восприятия. Из писателей, по моим ощущениям, у американцев наиболее популярны Чехов и Достоевский, хотя знают и Толстого (читали, видели экранизации), Пастернака… Но многие из интересующихся русской культурой, в том числе и профессионально, хотя и симпатизируют России, считают, что «той» России уже нет, что она осталась в истории.
Те русские, с которыми американцы сталкиваются в быту, тоже образуют крайне неоднородную группу, поэтому из общения с ними сложно сделать общие выводы о народе. Покажу на примере Сан-Франциско, области залива, где я живу. В старой части города есть православная христианская община, потомки белой эмиграции, у них свои представления о том, что такое Россия и какой она должна быть. Далеко не все из них хорошо интегрированы в американское общество, но зато у многих есть полноценный контакт с американскими христианами. Другое дело — полностью секуляризованные люди, нередко даже воинствующие атеисты, которые приехали зарабатывать. Многие из них живут и работают в Кремниевой долине, их знают как молодых и талантливых предпринимателей, программистов, современных людей. В этих образованных секуляризованных кругах принято считать, что президент Владимир Путин — это архаика, что он навязал свою позицию основной части России и что, как только он лишится власти, страна преобразится. Эта точка зрения схожа с той, что транслируют основные американские СМИ. Как у части российских эмигрантов, так и у большей части американцев, нет понимания того, что у России сложилась самобытная культура и что основным общественным слоям созданная в стране система правления по ряду причин ближе американской.
Православный храм в Сан-Франциско
Фото: Александр Лыскин / РИА Новости
Здесь уместно перейти ко второму уровню реальности, который я выделяю — СМИ. Полагаю, что именно пресса определяет то, как американцы (причем не только рядовые граждане, но и представители власти, то есть третий уровень реальности) относятся к русским. Сегодня СМИ навязывают образ России как неосоветской, ревизионистской, авторитарной (и даже приближающейся к более жесткому режиму) страны, которая решает все свои проблемы за счет вмешательства в дела соседей. Прежде чем этот образ «неосоветской автократии» был подхвачен политическим истеблишментом и государственной элитой, он возник в СМИ.
Материалы по теме
00:16 — 24 февраля 2016
Образ авторитарной России сформировался в американских СМИ примерно в середине 2000-х годов. Поскольку я исследовал эту тему специально, то с уверенностью могу утверждать, что нарратив «неосоветской автократии» был в основном сформирован тремя газетами: The Wall Street Journal, The Washington Post и The New York Times. Это можно было бы проследить и на примере ТВ. Новый образ России вырастал из освещения определенных событий: ареста Михаила Ходорковского в 2003 году, российской критики американской кампании в Ираке, ряда внутрироссийских трагедий (например, Беслана), российско-американского саммита в Братиславе. Каждый раз позиция СМИ отражала настроения тех, кто не терпел отклонений от «единственно правильного» курса США в мировой политике. Немалую роль сыграли группы неоконсервативной и либерально-интервенционистской ориентации (о них сейчас немало написано, в том числе и в моей книге «Русофобия»). Настрой в отношении России становился все более негативным. Газеты как бы сигнализировали, что страна перешла к другой, «нежелательной» системе и представляет теперь угрозу для США.
Материалы по теме
00:17 — 29 октября 2015
Вообще, историю восприятия Соединенными Штатами новой России можно разделить на три периода. Первый — это эйфория. Случилось чудо: развалился Советский Союз — «империя зла», и наконец-то Россия становится такой, как мы, демократической! На смену эйфории пришли усталость и неопределенность. Этот период начинается во второй половине 1990-х — когда в России с трудом переизбрали Ельцина и произошел финансовый коллапс 1998-го года. Возникло охлаждение, после которого в СМИ Россию стали изображать чуть ли не как банановую республику с ракетами. «Что-то у них там происходит, но ясно, что они не переходят к демократии, а движутся непонятно куда» — таков был лейтмотив американской прессы. В середине 2000-х начался третий период — в СМИ возник образ России как авторитарной державы (о нем было сказано выше).
Представление о том, что Россия — другая и представляет опасность, конечно, формировалось не само по себе, а под влиянием специализированных групп. В частности, в 2005 году влиятельная организация Freedom House, создающая глобальные рейтинги демократии (читай: союзников США), перевела Россию из разряда смешанных стран в «несвободные», то есть диктаторские. В начале 2006-го вышел важный доклад Совета по внешней политике о движении России «в неправильном» направлении (Russia’s Wrong Direction). После чего начался тот период, который продолжается и сейчас: Россию воспринимают как негативного значимого другого, то есть Россия — «не такая как мы», и все ее действия препятствуют распространению демократии. СМИ помогли растиражировать этот образ.
Владимир Путин
Фото: Алексей Панов / РИА Новости
Олицетворяет «неправильную» Россию, конечно, Владимир Путин. Его в США воспринимают как неосоветского правителя и редко как «царя», в России этот образ самодержавного правителя используется активнее. На самом деле, как мне кажется, есть больше оснований говорить о том, что Россия наследует не советской, а досоветской традиции и досоветскому периоду. На это указывает выстроенная модель политико-экономических отношений, используемые образы идеологического строительства и так далее. В американской же политической культуре — отчасти опять-таки в силу недостаточного знания и понимания русской истории — гораздо более сильны засевшие в памяти относительно свежие советские образы. Американцы полагают, что Россия наследует худшим сторонам СССР. Устойчив образ Путина как нового Сталина, как деспота, который стремится навязать все сверху. Живуче восприятие того, что советская система была едина, и никто не вникает в то, что после 1950-х годов, после Сталина, возникла иная система правления, напоминавшая скорее олигархию.
Примерно с 2012 года риторика о России как опасной неосоветской автократии подхвачена государством. Элиты, Белый дом, президент Обама активно ее используют. Еще раз подчеркну, что, по моему убеждению, эта риторика пришла из СМИ и во многом под влиянием прессы стала частью политического истеблишмента. Массовое же американское сознание до того не было подвержено политической русофобии, негативных установок в отношении России не было, они были характерны от силы для 20 процентов населения. Но в результате десятилетнего прессинга отношение американцев к России меняется, и оно теперь существенно хуже, хотя и не такое плохое, как отношение СМИ.
«Лента.ру» выражает благодарность клубу «Валдай» за помощь в подготовке этой статьи
вышла в свет новая книга об истории Пакистана — Российская газета
Специалисты Центра анализа стратегий и технологий выпустили в свет научный труд «Пакистан: за рамками стереотипов». Читается он как остросюжетная повесть о стране, нам почти неведомой.
Пакистан совсем рядом с Россией. Но познания большинства наших соотечественников, в том числе, сидящих в высоких кабинетах, об этой стране можно сравнить со знанием немецкого языка персонажа из романа «12 стульев» Кисы Воробьянинова. Если кто помнит, «сдавая экзамен» по попрошайничеству на французском и немецком, Воробьянинов сказал: «гебен зи мир битте», после чего его наставник Остап Бендер, не дослушав окончания фразы, изрек: ну это вы знаете.
Так и о Пакистане. Что мы знаем? Часть бывшей Британской колонии на Индостанском полуострове со столицей — Исламабад. Находится в постоянной конфронтации с Индией. Страна, которая поддерживала душманов, воевавших с советскими войсками в Афганистане, укрывала зловещего Усаму бен Ладена. А еще в ней сильно влияние исламских фундаменталистов и часто случаются военные перевороты. В общем, не друг нам и не союзник.
Интересно, но в восприятии пакистанской действительности мы не одиноки. Так думают почти во всем мире.
На самом деле все гораздо сложнее и интересней. Об этом и попытался рассказать коллектив авторов Центра АСТ в своем, стоит отметить, солидном научном труде с убедительной аргументацией. Данная работа, по словам ее авторов, представляет собой попытку восполнить имеющиеся пробелы и, не избегая обсуждения существующих проблем, ознакомить читателя c достижениями Пакистана в различных сферах — экономике, политике, оборонной промышленности.
Эта страна, как и Индия, образовалась в самом начале Холодной войны. В отличие от гораздо более богатой и развитой Индии была вынужден сразу искать тех, кто помог бы встать на ноги и экономически и политически. СССР был разорен войной и никакой помощи оказать не мог. Так что объективно первым союзником Исламабада стал Вашингтон. Под его давлением Пакистан стал членом Организации договора Юго-Восточной Азии (СЕАТО) в 1954 году, Багдадского пакта и Организации центрального договора (СЕНТО) в 1955 году. Кто сейчас помнит эти военно-политические блоки? А когда-то они играли значительную роль в западной политике.
Впрочем, как показано в работе Центра АСТ, американо-пакистанские отношения развивались как-то хаотично — от союзнических до почти враждебных. В итоге именно Исламабад стал, можно сказать, движущей силой ликвидации перечисленных выше блоков, направленных прежде всего против СССР.
В 1959 году США получили в районе Пешавара земли для строительства «пункта связи» (таким было официальное обозначение базы), а также право на осуществление вылетов самолетов-разведчиков Lockheed U-2 c аэродрома Пешавар, находившегося там же.. Благодаря своему выгодному расположению вблизи афганской границы и, соответственно, среднеазиатских республик Советского Союза данная база стала важным элементом разведывательной сети США в регионе. Именно Пешавар стал пунктом вылета того самого U-2, который был сбит 1 мая 1960 года в районе Свердловска.
Американцы стали поставлять Пакистану различную военную технику, обучать пакистанских военных. Но в народе отношение к заокеанскому партнеру было более чем прохладное. А в 1979 году в ходе антиамериканских демонстраций и уличных беспорядков в Исламабаде даже сожгли посольство США.
Но вскоре СССР ввел свои войска в Афганистан, и Западу удалось перевести протестное движение на Москву, представив ее политику главной угрозой исламскому миру. Как известно, именно США стали чуть ли не главными идеологами и спонсорами террористических групп, действовавших с территории Пакистана против советского контингента и правительственных войск Афганистана.
Авторы работы, о которой идет речь, подчеркнули, что «добившись своей основной цели, а именно вывода советского контингента из Афганистана, США одновременно способствовали появлению почвы для распространения в регионе радикальных идей, жертвой последователей которых они сами же позднее и стали». И это так. В полном соответствии с выражением: не рой яму другому.
В мае 2011 года армейские спецподразделения США в ходе тайной операции «Копье Нептуна», не согласованной с руководством и спецслужбами Пакистана, в Абботтабаде (пакистанский город в 55 км от Исламабада) уничтожили лидера «Аль-Каиды» Усаму бен Ладена. А в ноябре того же года силы НАТО, как утверждалось, по ошибке нанесли удар по одному из пакистанских блокпостов на границе с Афганистаном, в результате чего погибло 28 военнослужащих. В ответ на данные действия Пакистан заявил о прекращении транзита грузов НАТО через свою территорию.
Исламабад недвусмысленно намекнул, что в дальнейшем не станет ориентироваться только на США, а будет во внешней политике проводить курс на диверсификацию, развивая связи с Китаем, Россией, странами Ближнего Востока.
Показательны результаты опроса Института Гэллапа (США), проведенные в 2011 году. Согласно им, Пакистан оказался в четверке стран, к которым жители США относились наиболее негативно (после Ирана, Северной Кореи и Афганистана). А по данным Pew Research Center в 2012 году 74% пакистанцев рассматривали Соединенные Штаты как врага.
Весьма интересно развивались отношения между Москвой и Исламабадом.
СССР был первым государством, установившим дипломатические отношения с Индией еще 13 апреля 1947 года, то есть за четыре месяца до формального провозглашения Индией независимости. А вот получение независимости Пакистаном было проигнорировано советским руководством. Сталин даже не ответил на официальное приглашение посетить Исламабад.
Парадоксальным образом к установлению полноценных дипломатических отношений с Пакистаном Советский Союз подтолкнули индийцы.
В мае 1949 года премьер-министр Индии Джавахарлал Неру объявил о своем решении нанести государственный визит в США. Решение это было принято на фоне первого большого послевоенного кризиса советско-американских отношений. СССР в тот момент ввел блокаду Западного Берлина, только что (в апреле 1949 года) была создана Организация Североатлантического договора (НАТО), в нарушение договоренностей бывших союзников готовилось создание Федеративной Республики Германия.
В этих условиях визит Неру в США Москва восприняла очень негативно, было принято решение ответить индийцам началом развития отношений с Исламабадом. Премьер-министр Пакистана Али Хан получил приглашение посетить Москву, а советский МИД — указание договориться об обмене посольствами. Впрочем, до Москвы Али Хан не доехал — он тоже предпочел сначала съездить в Вашингтон, так как Пакистан остро нуждался в кредитах и технологиях, а США были богаче разоренного войной СССР. Однако полноценные дипотношения между странами были установлены. Первый посол СССР Александр Георгиевич Стеценко прибыл в Пакистан 13 февраля 1950 года.
Увы, нормальные отношения наших стран долго не выстраивались. Лишь в 1966 году удалось подписать Соглашение об экономическом и техническом сотрудничестве в энергетической, аграрной и коммуникационной сферах. Кроме того, тогда же впервые СССР поставил в Пакистан некоторое количество вооружений — танки T-54 и Т-55, вертолеты Ми-8Т, буксируемую артиллерию. В апреле 1968 года визит в Исламабад совершил глава правительства СССР А. Н. Косыгин.
В 1971 году в Пакистане разразился серьезнейший политический кризис. Результатом которого стала гражданская война в Восточной Бенгалии, ее отделение и образование независимого государства Бангладеш. СССР решительно поддержал новое государство и помогавшую его становлению Индию. Итогом стала эвакуация почти всех советских граждан из Пакистана и чуть ли не разрыв дипотношений.
Однако парадоксальным образом именно это негативное событие скоро привело к улучшению межгосударственных отношений. В декабре 1971 года пост президента Пакистана занял лидер Пакистанской народной партии Зульфикар Али Бхутто. При нем пакистано-советские отношения вышли на самый высокий уровень за всю свою историю. Что не удивительно.
Политическое кредо Пакистанской народной партии сводилось к трем основным тезисам: «Ислам — наша религия, демократия — наша форма правления, социализм — наша экономическая система». Бхутто считал задачей своей партии построение в стране бесклассового общества, основанного на социальной справедливости. Придя к власти, Бхутто приступил к реализации идей исламского социализма — так как он его понимал. Хотя исламский социализм был далек от модели, существовавшей в СССР и странах народной демократии, он импонировал советскому руководству гораздо больше, чем предыдущие авторитарные или олигархические режимы.
Но в 1977 году Бхутто свергли в результате очередного госпереворота, а в 1978 году тайно казнили. Взаимоотношения Исламабада и Москвы опять пошли на спад. Восстанавливаться они стали лишь в новом тысячелетии.
Что удивительно, вывести пакистано-российские отношения на новый уровень помогли американцы. Как говорилось выше, в ноябре 2011 года американские ударные вертолеты AH-64 Apache и ганшип AC-130H Spectre из состава развернутого в Афганистане контингента ISAF вторглись в воздушное пространство Пакистана и произвели обстрел контрольно-пропускных пунктов в районе горной гряды Салала. Погибло 28 пакистанских военнослужащих, еще 12 солдат и офицеров получили ранения. Расстрел КПП Салала стал лишь самым кровавым в череде подобных инцидентов. В период 2008-2012 гг. произошло по меньшей мере семь нападений со стороны войск НАТО, в ходе которых погибло 42 пакистанских военнослужащих. Но именно этот случай переполнил чашу терпения руководства Пакистана. Премьер-министр страны Юсуф Реза Гилани заявил о необходимости полного пересмотра прежних договоренностей с США и НАТО, ускорения более тесных отношений с Россией.
Москва публично поддержала заявку Исламабада на вступление Пакистана в Шанхайскую организацию сотрудничества. Присоединение Пакистана к организации было форсировано, и в июле 2015 года эта страна стала полноправным членом ШОС. В июне 2014 года ряд СМИ со ссылкой на главу госкорпорации «Ростех» Сергея Чемезова сообщили о том, что Россия сняла эмбарго на поставки вооружений и военной техники в Пакистан.
Впрочем, де-юре такого эмбарго, как юридически обязывающего документа, никогда не было. Речь шла о самоограничениях в развитии военно-технического сотрудничества с Пакистаном, по собственной инициативе наложенных российским руководством ввиду приоритетности партнерства с Индией.
В 2015 году был подписан контракт на поставку четырех ударных вертолетов Ми-35 для армейской авиации Пакистана, машины были поставлены в 2017 году. В ноябре 2014 г. состоялся визит в Исламабад министра обороны РФ Сергея Шойгу, в рамках которого был подписан договор о сотрудничестве в оборонной сфере. В 2015 году военнослужащие Пакистана приняли участие в Армейских международных играх, с тех пор принимают в них участие постоянно. Состоялись первые в истории пакистано-российские военные учения «Дружба-2016». В августе 2018 года было подписано соглашение, согласно которому пакистанские военные могут проходить обучение в российских военных вузах.
Стоит отметить, что официальный Дели неоднократно выражал свою обеспокоенность началом развития российско-пакистанского военно-технического сотрудничества. Но ведь не секрет, что, например, США и Франция продают оружие и военную технику как Индии, так и Пакистану. Почему же мы должны исключать для себя торговлю в этой сфере? Впрочем, более привлекательные перспективы открываются в области сотрудничества в экономической и особенно в энергетической сфере. И оно развивается по нарастающей.
Специалисты Центра АСТ убедительно показали, что Пакистан достаточно сложное государство, неоднократно колебавшееся во внешней политике из крайности в крайность, как в отношениях с Западом, так Востоком и Севером. Тем не менее, все больше свидетельств того, что Исламабад склонен к кардинальному улучшению отношений с Москвой. И странно было бы этим не воспользоваться. Тем более, что неоднократно и на самом высоком уровне подчеркивалось, что «Пакистан является важным партнером России в Южной Азии и мусульманском мире».
Кстати, взаимоотношения Пакистана со странами, в которых Ислам — официальная религия очень интересны. И анализу этих отношений в научной работе «Пакистан: за рамками стереотипов» уделено много места. Рассказать даже кратко о роли Исламабада в мусульманском мире невозможно. Кстати, до сих пор нет однозначного ответа на вопрос: что означает название государства?
По одной из версий оно образовано от прилагательного «пак», что на урду (язык исламской общины Индостана) означает «чистый», но не в физиологическом значении, а в духовном смысле, то есть духовный, правоверный. Основатели государства будто бы считали, что смогут построить действительно высокодуховное государство, чистое от пороков, разъедающих человеческую цивилизацию.
Встречается также утверждение, что это аббревиатура, образованная из названий провинций, составлявших новое государство: П — Пенджаб, А — Афгани, К — Кашмир, С — Синд и окончание «СТАН» от Белуджистана. Действительно, активист Всеиндийской мусульманской лиги Чаудхри Рахмат Али предложил такое название еще в 1933 году, сделав слово «Пакстан» (без буквы и) популярным в среде сторонников отдельного исламского государства. Но окончательный вариант «Пакистан» все-таки полноценной аббревиатурой назвать нельзя. Половину страны на момент ее образования составляли бенгальцы, которые в названии страны никак представлены не были.
Вполне возможно, что на уровне подсознания пакистанские лидеры, исповедующие ислам, хотят видеть свою страну «чистой» и хотели бы строить политику на основе высоких моральных критериев. Нынешний премьер-министр Имран Хан в одном из выступлений сказал: «Мы должны быть сострадательными к нашим соотечественникам: к тем, кто не может позволить себе поесть два раза в день. Мы должны спросить, что будет с 25 миллионами детей, которые не могут ходить в школу. Мы должны спросить, как мы должны бороться с изменением климата. Это время, когда мы решаем изменить нашу судьбу!»
И Пакистан пока еще остается загадочной страной, даже по своему названию, не только для России, но и всего мира.
Неявные стереотипы и прогнозирующий мозг: познание и культура в «предвзятом» восприятии человека
Взгляд на стереотип как на фиксированный набор атрибутов, связанных с социальной группой, основан на основополагающем исследовании экспериментальной психологии, проведенном Кацем и Брэйли (1933). Сто студентов Принстонского университета попросили выбрать атрибуты, которые они ассоциируют с десятью конкретными национальностями, этническими и религиозными группами, из списка, состоящего из 84 характеристик. Затем исследователи собрали атрибуты, наиболее часто связанные с каждой группой.Кац и Брэйли (1933: 289) назвали эти ассоциации «групповой ошибочной установкой», подразумевающей ошибочное мнение (или отношение) от имени участников. Исследование было повторено в Принстоне Gilbert (1951) и Karlins et al. (1969), и подобные атрибуты, как правило, становились наиболее частыми для групп. Стойкость этих ассоциаций, таких как англичане как приверженцы традиций и консервативность, на протяжении более 35 лет часто узко истолковывалась как свидетельство фиксированной природы стереотипов.Тем не менее, более пристальный взгляд на данные показывает обратное. Редко был выбран атрибут более чем половиной участников: у англичан только «спортивный» в 1933 году, а «консервативный» в 1969 году достиг этого показателя. Также со временем менялись и проценты, и выбранные атрибуты. К 1969 году «спортивность» англичан упала до 22%. К 1969 г. количество атрибутов в первой пятерке некоторых групп упало до менее 10%. Кроме того, стереотипы в целом имели тенденцию становиться более позитивными с течением времени.Однако то, что исследования действительно установили, было методологическим подходом к стереотипам как экспериментальному исследованию атрибутов «характера», связанных с социальными группами в сознании человека.
Понятие неявных стереотипов основано на двух ключевых теоретических концепциях: ассоциативных сетях в семантической (знания) памяти и автоматической активации. Предполагается, что понятия в семантической памяти связаны вместе в терминах ассоциативной сети, при этом связанные концепции имеют более сильные связи или находятся ближе друг к другу, чем несвязанные концепции (Collins and Loftus, 1975).Таким образом, «врач» имеет более сильную связь с «медсестрой» (или считается более близкой в сети), чем с не связанными понятиями, такими как «корабль» или «дерево». Связанные понятия объединяются в кластер, например больница, врач, медсестра, пациент, палата, санитар, операционная и т. Д., В локальной сети (Payne and Cameron, 2013), которую иногда называют схемой (Ghosh and Gilboa, 2014; см. Hinton, 2016). Активация одного понятия (например, чтение слова «врач») распространяется на связанные понятия в сети (например, «медсестра»), делая их более доступными в период активации.Доказательства в пользу ассоциативной сетевой модели прибывают из времени отклика в ряде исследовательских парадигм, таких как распознавание слов, лексическое решение и предварительные задачи: например, Нили (1977) показал, что слово «медсестра» распознается быстрее в задаче на время реакции. после слова «доктор», чем когда перед ним стоит нейтральный штрих (например, ряд X) или несвязанное простое слово (например, «таблица»). Был проведен значительный объем исследований природы семантической ассоциации, которая отражает субъективный опыт, а также лингвистическое сходство, хотя люди, похоже, организуют свои семантические знания таким же образом, как и другие.Слабо связанные концепции могут быть активированы путем распространения активации на основе тематической ассоциации, а сложность структуры ассоциаций развивается с течением времени и опыта (De Deyne et al., 2016).
Распространение активации одной концепции на другую рассматривалось как происходящее бессознательно или автоматически. В середине 1970-х годов было проведено различие между двумя формами умственной обработки: сознательной (или контролируемой) обработкой и автоматической обработкой (Shiffrin and Schneider, 1977).Сознательная обработка требует ресурсов внимания и может использоваться гибко и справляться с новизной. Однако для этого требуется мотивация и время, что может привести к относительно медленной последовательной обработке информации. Автоматическая обработка работает вне пределов внимания, происходит быстро и включает параллельную обработку. Однако он, как правило, негибкий и (в значительной степени) неконтролируемый. Канеман (2011) называет их Системой 2 и Системой 1 соответственно. Шиффрин и Шнайдер (1977) обнаружили, что обнаружение буквы среди чисел может быть выполнено быстро и без усилий, что подразумевает автоматическое обнаружение категориальных различий букв и цифр.Обнаружение элементов из группы целевых букв среди второй группы фоновых букв потребовало времени и концентрации, требуя (сознательной) обработки внимания. Однако новые ассоциации (определенные буквы как цели и другие буквы как фон) можно было усвоить путем обширной практики, пока ассоциации были последовательными (цели никогда не использовались в качестве фоновых букв). После многих тысяч испытаний время обнаружения значительно сократилось: участники сообщали, что цели «выскакивают» из фоновых букв, подразумевая, что практика привела к автоматической активации целевых букв (на основе новых категорий букв-мишеней).Таким образом, последовательность опыта (практики) может привести к новым автоматически активируемым заученным ассоциациям. Однако, когда Шиффрин и Шнайдер (1977) поменяли местами цели и фоновые буквы после тысяч последовательных испытаний, производительность упала намного ниже начального уровня — время обнаружения было чрезвычайно медленным, требуя сознательного внимания, поскольку участники боролись с автоматической активацией старого, но -сейчас неверные цели. Медленно и с дополнительной практикой в виде тысяч испытаний производительность постепенно улучшалась с новой конфигурацией целевых и фоновых букв.Таким образом, хорошо отработанные семантические ассоциации, согласующиеся с опытом человека, могут автоматически активироваться при обнаружении категории, но однажды усвоенные, их чрезвычайно трудно отучить.
Используя эти теоретические идеи, стереотипная ассоциация (например, «черный» и «агрессивность») может храниться в семантической памяти и автоматически активироваться, создавая неявный стереотипный эффект. Это было продемонстрировано Дивайном (1989). Белых участников попросили воспроизвести черты стереотипа чернокожих, а также заполнить анкету для определения предубеждений.Девайн обнаружил, что люди с низкими и высокими предрассудками знали характеристики стереотипа черных. На следующем этапе исследования участники оценили враждебность человека, которого называли только Дональдом, описанного в абзаце из 12 предложений, как совершающего неоднозначно враждебное поведение, например, требуя вернуть свои деньги за то, что он только что купил в магазине. Перед описанием слова, относящиеся к стереотипу Блэка, быстро отображались на экране, но слишком быстро, чтобы их можно было распознать сознательно.Было показано, что эта автоматическая активация стереотипа влияет на суждение о враждебности Дональда участниками как с низким, так и с высоким уровнем предубеждений. Наконец, участников попросили анонимно перечислить свои взгляды на чернокожих. Люди с низким уровнем предубеждений дали больше положительных утверждений и больше убеждений (например, «все люди равны»), чем черт характера, тогда как участники с высоким уровнем предубеждений указали больше негативных высказываний и больше черт (таких как «агрессивность»).
Дивайн объяснил эти результаты, утверждая, что в процессе социализации члены культуры изучают существующие в этой культуре верования в отношении различных социальных групп.Благодаря своей частоте возникновения стереотипные ассоциации о людях из стереотипной группы прочно закрепляются в памяти. Из-за их широкого распространения в обществе более или менее каждый в культуре, даже непредвзятый человек, имеет неявные стереотипные ассоциации, доступные в семантической памяти. Следовательно, стереотип автоматически активируется в присутствии члена стереотипной группы и может влиять на мысли и поведение воспринимающего.Однако люди, чьи личные убеждения отвергают предрассудки и дискриминацию, могут сознательно подавлять влияние стереотипа в своих мыслях и поведении. К сожалению, как описано выше, сознательная обработка требует выделения ресурсов внимания, и поэтому влияние автоматически активируемого стереотипа может быть подавлено только в том случае, если человек осознает его потенциальную предвзятость в отношении активации и мотивирован на выделение времени и усилий для подавления это и заменить его в принятии решений преднамеренным нестереотипным суждением.Дивайн (1989: 15) рассматривал процесс утверждения сознательного контроля как «отказ от дурной привычки».
Утверждалось, что ресурсы сознательного внимания используются только в случае необходимости, когда воспринимающий действует как «когнитивный скряга» (Fiske and Taylor, 1991): в результате Macrae et al. (1994) утверждали, что стереотипы можно рассматривать как эффективные «инструменты» обработки, позволяющие избежать необходимости «расходовать» ценные сознательные ресурсы обработки. Тем не менее, Девайн и Монтейт (1999) утверждали, что они могут быть сознательно подавлены, когда ищется непредвзятое восприятие.Кроме того, неявный стереотип автоматически активируется только тогда, когда член группы воспринимается с точки зрения определенного социального значения (Macrae et al., 1997), поэтому автоматическая активация не гарантируется при представлении члена группы (Devine and Sharp, 2009). Дивайн и Шарп (2009) утверждали, что сознательная и автоматическая активация не исключают друг друга, но в социальном восприятии существует взаимодействие между двумя процессами. Социальный контекст также может влиять на автоматическую активацию, так что в контексте «заключенных» существует стереотипное предубеждение к черным (по сравнению с белыми), но не в контексте «юристов» (Wittenbrink et al., 2001). Действительно, Дивайн и Шарп (2009) утверждали, что ряд ситуационных факторов и индивидуальных различий может повлиять на автоматическую активацию стереотипов, а сознательный контроль может подавить их влияние на социальное восприятие. Однако Барг (1999) был менее оптимистичен, чем Дивайн в отношении способности индивидуального сознательного контроля подавлять автоматически активируемые стереотипы, и предположил, что единственный способ остановить влияние имплицитного стереотипа — это «искоренение самого культурного стереотипа» (Барг (1999) : 378).Вместо модели когнитивно-скупой обработки когнитивных функций Барг предложил «когнитивного монстра», аргументируя это тем, что у нас нет той степени сознательного контроля, которую предлагает Девайн, чтобы смягчить влияние неявных стереотипов (Bargh and Williams, 2006; Bargh, 2011).
Гринвальд и Банаджи (1995) призвали к более широкому использованию косвенных мер имплицитного познания, чтобы продемонстрировать эффект активации вне сознательного контроля воспринимающего. Они были особенно обеспокоены неявными стереотипами, утверждая, что «автоматическое действие стереотипов обеспечивает основу для неявных стереотипов», ссылаясь на исследования, такие как исследования Гертнера и Маклафлина (1983).В этом последнем исследовании, несмотря на низкие баллы участников по прямому самоотчету о предубеждениях, они по-прежнему достоверно быстрее реагировали на связь между «белым» и положительными качествами, такими как «умный», по сравнению с сочетанием «черного» с «черным». те же положительные качества. Таким образом, они пришли к выводу, что косвенная мера времени реакции выявляла неявный стереотипный эффект. Следовательно, Greenwald et al. (1998) разработали тест неявной ассоциации (или IAT). Этот тест на время реакции ассоциации слов представляет пары слов в последовательности испытаний на пяти этапах, при этом на каждом этапе проверяется время реакции на различные комбинации пар слов.По результатам на разных этапах можно проверить время реакции на различные словесные ассоциации. Например, полюса концепции возраста, «молодой» и «старый», можно последовательно соединить с «хорошим» и «плохим», чтобы увидеть, соответствует ли время реакции на пару молодой-хороший и / или старый-плохой. достоверно быстрее, чем альтернативные пары, что свидетельствует о неявном стереотипе возраста. В качестве метода IAT может применяться к любой комбинации пар слов и, как результат, может использоваться для изучения ряда неявных стереотипов, таких как «белый» и «черный» для этнических стереотипов или «мужчины» и «женщины» для гендерные стереотипы в сочетании с любыми словами, связанными со стереотипными атрибутами, такими как агрессия или зависимость.Результаты были весьма впечатляющими. Последующее использование IAT последовательно демонстрирует неявные стереотипы для ряда различных социальных категорий, в частности, пола и этнической принадлежности (Greenwald et al., 2015). Неявные стереотипы теперь рассматриваются как один из аспектов неявного социального познания, который участвует в ряде социальных суждений (Payne and Gawronski, 2010).
Критика результатов IAT поставила под сомнение, действительно ли он идентифицирует конкретное бессознательное предубеждение, не связанное с сознательным суждением (Oswald et al., 2013) или, как предположил Дивайн (1989), просто знание культурной ассоциации, которая может быть управляемой и запрещенной при принятии решений (Payne and Gawronski, 2010). В поддержку IAT, Greenwald et al. (2009) метаанализ 184 исследований IAT показал, что существует прогностическая достоверность неявных ассоциаций с поведенческими результатами в целом ряде предметных областей, а Greenwald et al. (2015) утверждают, что это может иметь значительные социальные последствия. Как следствие, если неявные стереотипы указывают на потенциально неконтролируемое когнитивное предубеждение, тогда возникает вопрос, как справиться с его результатами при принятии решений, особенно для человека, искренне стремящегося к непредвзятому суждению.С явными предубеждениями борются с помощью ряда социально-политических мер — от антидискриминационных законов до обучения интервьюеров, но вмешательства в основном направлены на то, чтобы убедить или заставить людей действовать сознательно и без предубеждений. Lai et al. (2016) исследовали ряд методов вмешательства для уменьшения скрытых расовых предрассудков, таких как знакомство с контр-стереотипными образцами или поощрение мультикультурализма, но выводы были несколько пессимистичными. Различные вмешательства по-разному влияли на неявный стереотип (по данным IAT).Например, яркий контр-стереотипный пример (который участники читали) — вообразить, как идете в одиночестве ночью и подвергаться жестокому нападению со стороны белого и спасаемому чернокожим — оказался весьма эффективным. Однако из девяти вмешательств, рассмотренных Lai et al. (2016), все в какой-то степени были эффективны, но последующее тестирование показало, что положительный эффект исчез в течение дня или около того. Авторы пришли к выводу, что, хотя неявные ассоциации были гибкими в краткосрочной перспективе, эти (краткие) вмешательства не имели долгосрочного эффекта.Это может указывать на то, что неявные стереотипы прочно укоренились и могут реагировать только на интенсивные и долгосрочные вмешательства (Devine et al., 2012). Lai et al. (2016) также предполагают, что дети могут быть более восприимчивы к неявному изменению стереотипов, чем взрослые.
Проблема в том, что если люди не способны сознательно изменить свои неявные «предубеждения», в какой степени они несут ответственность за действия, основанные на этих неявных стереотипах? Профессор права Кригер (1995) утверждал, что законодатели и юристы должны принимать во внимание психологические объяснения неявной предвзятости в своих суждениях.Например, в исследовании Cameron et al. (2010) участники оценили ответственность белого работодателя, который иногда дискриминировал афроамериканцев, несмотря на сознательное желание быть справедливым. Когда эта дискриминация была представлена как результат неосознанной предвзятости, о которой работодатель не подозревал, тогда участники сочли, что личная ответственность за дискриминацию ниже. Однако, когда ему сказали, что скрытая предвзятость была автоматическим «внутренним ощущением», о котором работодатель знал, но который трудно контролировать, не привело к такому же снижению моральной ответственности.Это также имеет потенциальное юридическое значение (Krieger and Fiske, 2006), поскольку закон традиционно предполагал, что ответственность за дискриминационный акт лежит на индивидуальном предприятии, совершающем это действие, с допущением о лежащей в основе дискриминационной мотивации (намерении). Эффектом неявной стереотипной предвзятости может быть дискриминационное действие, которое человек не планировал и не осознавал.
Неявная стереотипная предвзятость бросает вызов человеку как единственному источнику и причине его мыслей и действий.В огромном исследовании, в котором приняли участие более двухсот тысяч участников, все граждане США, Axt et al. (2014) использовали MC-IAT, вариант IAT, для изучения неявной предвзятости в суждениях об этнических, религиозных и возрастных группах. В то время как участники демонстрировали фаворитизм внутри группы, во время их ответа возникла последовательная иерархия социальных групп. Что касается этнической принадлежности, с точки зрения положительности оценки, белые были самыми высокими, за ними следовали азиаты, чернокожие и латиноамериканцы, причем такой же порядок был получен от участников из каждой из этнических групп.В отношении религии был создан последовательный порядок христианства, иудаизма, индуизма и ислама. Что касается возрастного исследования, положительные оценки были связаны с молодежью, с постоянным порядком детей, молодых людей, взрослых среднего возраста и пожилых людей среди участников всех возрастов, от подростков до шестидесяти лет. Axt et al. утверждал, что последовательные неявные оценки отражают культурные иерархии социальной власти (и социальных структур), «глубоко укоренившиеся в социальном сознании» (Axt et al., 2014: 1812). Они также предполагают, что эти неявные предубеждения могут «не поддерживаться и даже противоречить сознательным убеждениям и ценностям» (Axt et al., 2014: 1812). Сосредоточение внимания на когнитивной предвзятости, с ее следствием предвзятого суждения человека, как правило, игнорировало важность культуры в познании. Именно этот вопрос сейчас и рассматривается здесь.
Стереотипы — обзор | Темы ScienceDirect
Неявное социальное познание
На протяжении десятилетий социальные и когнитивные ученые изучали стереотипы и отношения (называемые «предрассудками» в межгрупповом контексте), чтобы понять механизмы, которые их поддерживают.Эти исследования показали, что формирование стереотипов или оценка людей на основе ошибочного предположения о том, что определенные характеристики (например, доброта, доверие, интеллект) универсально верны для всех членов группы, могут быть неточными и самовоспроизводящимися (Снайдер и Суонн, 1978; Харрис и Розенталь, 1985; Stangor and McMillan, 1992; Steele and Aronson, 1995; Stone et al., 1997; Fiske, 1998), что привело к ошибочным суждениям (Tajfel and Wilkes, 1963; Hamilton and Gifford, 1976; McGarty and Turner, 1992), которые могут сопротивляться опровергающим свидетельствам (Kunda and Oleson, 1997; Reuben et al., 2014).
Важно отметить, что исследования стереотипов и установок показали, что эти процессы могут происходить при относительно небольшом сознательном осознании или сознательном контроле над своим поведением. Это открытие оказало глубокое влияние, поскольку поднимает вопрос о дискриминационном поведении, происходящем без ведома актера и часто противоречащем его собственным сознательным ценностям справедливости и эгалитаризма (Banaji and Greenwald, 2013).
Исследование стереотипов и отношений, возникающих вне сознательного осознания, было охвачено термином имплицитное социальное познание (Greenwald and Banaji, 1995).В частности, имплицитное социальное познание — это изучение когнитивных процессов и ментальных представлений индивидов, касающихся трех психологических конструкций: имплицитных установок, имплицитных стереотипов и имплицитной идентичности (Greenwald and Banaji, 1995).
Неявное социальное познание основывается на косвенных методах захвата психологических построений, недоступных сознанию. В отличие от явных мер (т. Е. Самоотчетов), в которых контент оценивается напрямую, неявные меры выявляют конструкты, представляющие интерес, через поведенческие характеристики (например,g., задержка ответа отдельных лиц или ошибки в конкретных задачах). Одним из наиболее широко используемых показателей неявного социального познания является тест Implicit Association Test ( IAT) (рис. 1; Greenwald et al., 1998).
Рис. 1. Иллюстрация теста на неявную расовую ассоциацию (IAT)
В IAT, оценивающем расовые установки, участники классифицируют четыре типа стимулов: изображения белых и черных людей и слова, относящиеся к оценочным атрибутам, хорошие и плохие. В одном условии (конгруэнтное условие с расовым отношением) участники классифицируют изображения, принадлежащие Белым людям, и хорошие слова с помощью одного ключа ответа, в то время как классифицируют изображения, принадлежащие темнокожим людям, и плохие слова, используя другой ключ ответа.В другом условии (несовместимое с расовым отношением) участники классифицируют одни и те же стимулы, но с другой конфигурацией реакции: изображения белых людей и плохих слов классифицируются с помощью одного ключа, тогда как изображения черных людей и хорошие слова классифицируются с помощью Другие. Более быстрые задержки в конгруэнтном, чем неконгруэнтном состоянии, указывают на неявную про-белую позицию.
По материалам Marini et al. (2018).Хотя неявные и явные меры, как правило, показывают положительную корреляцию, они могут отображать большую степень диссоциации (например,ж., возрастные отношения; Носек и Смит, 2007; Носек и др., 2007; Greenwald and Nosek, 2008) или даже противоположные эффекты (например, отношение веса; Marini et al., 2013; Marini, 2017). Эти данные свидетельствуют о том, что неявные и явные меры оценивают связанные, но разные конструкции (Nosek, 2007). Например, исследование, проведенное на большой выборке, показало, что, хотя белые люди одобряли эгалитарные взгляды на явном уровне и про-белых взглядов на неявном уровне, неявные и явные меры имели умеренно положительную корреляцию, что указывает на некоторую общую и независимую вариативность (Nosek et al. al., 2007). Более того, Cunningham et al. (2004b) использовали моделирование структурным уравнением, чтобы показать, что, хотя неявные и явные межгрупповые отношения довольно сильно коррелированы (∼0,50), их нельзя моделировать как один фактор и, таким образом, рассматривать как уникальные конструкции. Этот результат не может быть легко объяснен как функция вариативности методов (то есть, что методы выявления неявных и явных межгрупповых отношений сильно различаются), потому что неявные отношения не связаны с неявным межгрупповым познанием (например,, имплицитное отношение насекомого-цветка) не согласуется с имплицитным межгрупповым отношением.
Исследование неявного социального познания продемонстрировало, что неявное отношение и стереотипы широко распространены (Nosek et al., 2007; Sabin et al., 2012; Marini and Banaji, 2020) и во многих случаях предсказывают вариации в поведении по множеству тем. помимо явных мер (Fazio et al., 1995; Dovidio et al., 1997; Greenwald et al., 2009) (метааналитическое сравнение предсказательной силы неявных и явных показателей приведено в Kurdi et al.(2019)). Например, было показано, что имплицитное про-Белое отношение предсказывало решение врачей предоставить больше рекомендаций по тромболизису белым, чем чернокожим пациентам с острым коронарным синдромом (Green et al., 2007), наций с более сильными неявными стереотипами, связывающими науку с мужчинами, чем женщина предсказывала больший разрыв на национальном уровне между женщинами и мужчинами в науке и математике (Nosek et al., 2009), а неявная идентичность, связывающая себя со смертью, предсказывала суицидальные мысли и вероятность совершения суицидальной попытки в следующие шесть месяцев ( Нок и др., 2010). Недавно концепция, охваченная термином «предвзятость толпы», была использована, чтобы показать, что неявные отношения, полученные на агрегированном уровне, надежно и достоверно предсказывают поведение (Payne et al., 2017): например, агрегированные данные IAT сегодня, Представленные на макроуровне штатами в США, отражают более раннюю пропорцию рабов к не рабам. То есть штаты с более высоким уровнем расовой предвзятости IAT сегодня также являются штатами, в которых в прошлом было большее количество рабов (Payne et al., 2019). В качестве другого примера, совокупная предвзятость IAT к расе по регионам предсказывала летальное применение силы полицией (Hehman et al., 2018).
Кроме того, исследования, изучающие податливость имплицитного социального познания, показали, что имплицитные установки и стереотипы относительно стабильны. То есть, хотя они могут быть немедленно изменены в ответ на кратковременное вмешательство, эти эффекты не сохраняются во времени (Dasgupta and Greenwald, 2001; Marini et al., 2012; Lai et al., 2016). Например, исследование с большой выборкой показало, что даже самые эффективные меры по снижению скрытых расовых отношений (Lai et al., 2014) привели к краткосрочным изменениям, которые сохранялись только после задержки в один или несколько дней (Lai et al., 2016). Однако теперь у нас есть первая демонстрация того, что скрытые установки могут измениться в долгосрочной перспективе. Анализируя совокупные данные за 10-летний период и используя анализ временных рядов, Чарльзуорт и Банаджи (2019) показали, что неявное отношение может меняться стабильно и предсказуемо, ярким примером которого является отношение к сексуальности (гетеросексуальные геи). Почему произошло такое изменение, пока не известно, и необходимы дальнейшие исследования, чтобы понять, изменяются ли социальные изменения (например,g., законодательство, репрезентация конкретных социальных групп в СМИ) могут быть движущими силами изменения отношения на индивидуальном уровне.
С применением нейробиологических методов исследователи показали, что имплицитное социальное познание включает области мозга, связанные с обработкой эмоций и исполнительными функциями (Phelps et al., 2000; Richeson and Ambady, 2003; Cunningham et al., 2004a). Например, Phelps et al. (2000) обнаружили, что индивидуальные различия в скрытых расовых установках коррелировали с активностью миндалины.То есть, белые участники с более сильными имплицитными про-белыми настроениями проявили большую активность в этой подкорковой области, когда им были представлены лица черных, а не белых. Поскольку миндалевидное тело играет решающую роль в приобретении, хранении и выражении условных рефлексов страха и неприятных эмоций (например, отвращения) (Phelps and LeDoux, 2005), ученые предположили, что эти результаты отражают негативные оценки по отношению к представителям других рас, основанные на культурное и историческое социальное обучение индивидов, прошлый личный опыт и членство в собственных группах (Phelps et al., 2000; см. также Senholzi et al., 2015).
Аналогичным образом Richeson et al. (2003) обнаружили, что более сильное отношение к белому было связано с большей активностью передней поясной коры (ACC) и дорсолатеральной префронтальной коры (DLPFC). ACC — это область мозга, участвующая в обнаружении и мониторинге когнитивного конфликта, то есть, когда автоматические и преднамеренные реакции конкурируют друг с другом, в то время как DLPFC играет решающую роль в реализации процессов когнитивного контроля и регулирования (Carter et al., 1998; Макдональд и др., 2000; Barch et al., 2001; Botvinick et al., 2001).
Эти данные побудили исследователей предположить роль опыта конфликта между неявным и сознательным познанием, например, намерения ответить справедливо. То есть люди могут стремиться контролировать свои неявные отношения или стереотипы, потому что они социально неприемлемы или находятся в противоречии с их сознательными убеждениями в справедливости и эгалитаризме. Чтобы проверить эту гипотезу, Amodio et al. (2004) измерили величину связанной с ошибкой негативности (ERN), электрофизиологического компонента, который возникает при возникновении ошибок у людей, которые сообщили о желании и мотивации быть свободными от предрассудков.В этом исследовании участников попросили выполнить предварительное задание, оценивая их неявный стереотип, связывающий чернокожих людей с оружием (то есть насилием). То есть их попросили быстро классифицировать серию изображений, представляющих оружие или ненасильственные инструменты, путем нажатия двух клавиш ответа; каждое изображение было загрунтовано лицом черного или белого человека. Результаты показали, что участники с большей вероятностью ошибочно классифицировали изображение инструмента как оружие, когда это поведение было ориентировано на черное, чем на белое лицо, что указывает на наличие неявного стереотипа, связывающего чернокожих американцев с оружием.Кроме того, эти ошибки были связаны с более высоким компонентом ERN по сравнению с теми, которые связаны с белым простым (то есть, когда изображение инструмента, заправленного лицом белого человека, было ошибочно классифицировано как оружие) и замедлением производительности в следующих испытаниях задания. Эти результаты свидетельствуют о том, что неявные стереотипы законно связаны с электрофизиологической активностью мозга, вызываемой во время процессов ошибок, и подтверждают гипотезу о том, что люди пытаются преодолеть свои автоматические расовые ассоциации, избегая дополнительных предвзятых ошибок.
В целом, эти исследования показывают, что мы делаем выводы о людях на основе социальных категорий или групп, к которым они принадлежат. Этот процесс является неявным и автоматическим (т.е. он может происходить без осознания и преднамеренного контроля), и он может привести к неправильной оценке других, порождая предубеждения и дискриминацию. Неявные установки и стереотипы касались областей мозга и электрофизиологических механизмов, связанных с обработкой эмоций и исполнительных функций.
Стереотипы | Просто Психология
- Отношения
- Стереотипы
Стереотипы
Автор: Dr.Саул МакЛеод, обновлено 2017 г.
В социальной психологии стереотип — это фиксированное, чрезмерно обобщенное представление о конкретной группе или классе людей. Создавая стереотипы, мы делаем вывод, что человек обладает целым рядом характеристик и способностей, которые, как мы предполагаем, есть у всех членов этой группы. Например, байкер «адский ангел» одевается в кожу.
Одно преимущество стереотипа состоит в том, что он позволяет нам быстро реагировать на ситуации, потому что мы, возможно, уже имели подобный опыт раньше.
Один из недостатков состоит в том, что он заставляет нас игнорировать различия между людьми; поэтому мы думаем о людях то, что может быть неправдой (т. е. делаем обобщения).
Использование стереотипов — главный способ упрощения нашего социального мира; поскольку они сокращают объем обработки (т. е. мышления), который мы должны выполнять, когда встречаем нового человека.
Стереотипы приводят к социальной категоризации, что является одной из причин предвзятого отношения (т.е. Менталитет «они» и «мы»), что ведет к внутренним и чужим группам.
Положительные примеры стереотипов включают судей (фраза «трезвый, как судья» предполагает, что это стереотип с очень респектабельным набором характеристик), людей с избыточным весом (которых часто считают «веселыми») и телеведущих (обычно считается очень надежным, респектабельным и беспристрастным). Однако негативные стереотипы кажутся гораздо более распространенными.
Расовые стереотипы
Расовые стереотипы
Исследователи обнаружили, что стереотипы существуют в отношении разных рас, культур или этнических групп.Хотя термины «раса», «культура» и «этнические группы» имеют разные значения, в настоящий момент мы будем понимать, что они означают примерно одно и то же.
Самое известное исследование расовых стереотипов было опубликовано Кацем и Брэйли в 1933 году, когда они сообщили о результатах анкетирования студентов Принстонского университета в США.
Они обнаружили, что студенты придерживаются четких негативных стереотипов — немногие студенты затруднились ответить на вопросник.
Большинство студентов в то время были белыми американцами, а изображения других этнических групп включали евреев как проницательных и наемных, японцев как проницательных и хитрых, негров как ленивых и беспечных и американцев как трудолюбивых и умных.
Неудивительно, что расовые стереотипы всегда благоприятствуют расе держателя и принижают другие расы. Вероятно, верно сказать, что каждая этническая группа имеет расовые стереотипы по отношению к другим группам.
Некоторые психологи утверждают, что это «естественный» аспект человеческого поведения, который, как видно, приносит пользу каждой группе, поскольку помогает в долгосрочной перспективе идентифицировать себя с собственной этнической группой и, таким образом, находить защиту и способствовать безопасности и успеху. группы.
Однако нет никаких доказательств этой точки зрения, и многие авторы утверждают, что это просто способ оправдать расистские взгляды и поведение.
Кац и Брэли (1933) —
Расовые стереотипыКац и Брэйли (1933) —
Расовые стереотипы Цель: исследовать стереотипное отношение американцев к разным расам.
Метод : Для исследования стереотипов использовался метод анкетирования. Студентам американских университетов был предоставлен список национальностей и этнических групп (например,грамм. Ирландцы, немцы и др.), А также список из 84 личностных качеств. Их попросили выбрать пять или шесть черт, которые, по их мнению, были типичными для каждой группы.
Результаты : Наблюдалось значительное согласие по выбранным признакам. Белые американцы, например, считались трудолюбивыми, прогрессивными и амбициозными. Афроамериканцы считались ленивыми, невежественными и музыкальными. Участники были вполне готовы оценить этнические группы, с которыми у них не было личных контактов.
Заключение : Этнические стереотипы широко распространены и разделяются членами определенной социальной группы.
Оценка исследования
Оценка исследования
Исследования Каца и Брэли проводились в 1930-х годах, и можно утверждать, что с тех пор культуры изменились, и мы гораздо менее склонны придерживаться этих стереотипов.
Более поздние исследования, проведенные в 1951 и 1967 годах, обнаружили изменения в стереотипах и в степени их сохранения. В целом стереотипы в более позднем исследовании имели тенденцию быть более позитивными, но вера в то, что определенные этнические группы обладают определенными характеристиками, все еще существовала.
Также следует отметить, что это исследование полностью полагалось на устные отчеты и, следовательно, имеет крайне низкую экологическую значимость.
Тот факт, что участники исследования будут выдвигать стереотипы, когда их спросят, не означает, что люди постоянно действуют в соответствии с ними. Люди не обязательно ведут себя так, как будто стереотипы верны.
Ограниченная информация, которую дают эксперименты, также может создавать характеристики спроса (т.е. участники выясняют, о чем эксперимент, и изменяют свое поведение, например, дают результаты, которые хочет психолог).
Наконец, существует проблема социальной желательности анкетного исследования — люди могут лгать.
Стереотипная угроза
Стереотипная угроза
Стереотипная угроза возникает, когда человек находится в ситуации, когда он боится сделать что-то, что может нечаянно подтвердить негативный стереотип. Это вызвано простым признанием того, что негативный групповой стереотип может применяться к вам в данной ситуации.
Важно понимать, что человек может столкнуться с угрозой. даже если он или она не верит стереотипу.
Стил и Аронсон (1995) провели эксперимент с участием афроамериканцев и белых студенты колледжа, которые прошли сложный тест, используя предметы из тест на пригодность (американский экзамен GRE Verbal) под один из двух условий.
В состоянии угрозы стереотипа ученикам сказали, что их результативность на тесте была бы хорошим индикатором их основные интеллектуальные способности. В условиях отсутствия угрозы им сказали, что тест был просто упражнение по решению проблем и не было диагностическим способности.
Производительность сравнивалась в двух условиях, и результаты показали, что афроамериканские участники хуже, чем их белые коллеги, в состоянии стереотипной угрозы, но в отсутствии угрозы состояние их производительности равнялось с их белыми коллегами.
В другом исследовании (Shih, Pittinsky, and Ambady, 1999) азиатским женщинам тонко напомнили (с анкета) об их азиатской или женской идентичности перед сдачей сложного теста по математике.
Результаты показали, что женщины, напомнившие об их «азиатскости», показали лучшие результаты, чем контрольная группа, а женщины напомнили об их женской идентичности хуже, чем в контрольной группе.
Согласно Стилу, стереотипная угроза порождает «тревогу со стороны внимания» (Steele & Aronson, 1995, p. 809), которая вызывает эмоциональный стресс и «бдительное беспокойство», которые могут снизить производительность.
Студенты беспокоятся, что их будущее может быть скомпрометировано восприятием общества и отношением к его группе, поэтому они не сосредотачиваются внимание на вопросы теста.
Студенты, сдающие тест под угрозой стереотипов, также могут стать неэффективными на тесте, перечитав вопросы и варианты ответов, а также перепроверив их ответы, более чем когда не находится под угрозой стереотипов.
Это также может вызвать «атрибутивную двусмысленность» — человек получает низкую оценку и спрашивает: «Это что-то обо мне или из-за моей расы?»
Как ссылаться на эту статью: Как ссылаться на эту статью:McLeod, S.А. (2015, 24 октября). Стереотипы . Просто психология. https://www.simplypsychology.org/katz-braly.html
Ссылки на стиль APACardwell, M. (1996). Психологический словарь . Чикаго, Иллинойс: Фицрой Дирборн.
Кац, Д., и Брэли, К. (1933). Расовые стереотипы ста студентов колледжа. Журнал аномальной и социальной психологии , 28, 280-290.
Ши М., Питтинский Т. Л. и Амбади Н. (1999).Восприимчивость к стереотипам: заметность идентичности и сдвиги в количественных показателях. Психологические науки, 10 (1) , 80-83.
Стил, К. М., и Аронсон, Дж. (1995). Угроза стереотипов и результаты интеллектуального тестирования афроамериканцев. Журнал личности и социальной психологии, 69 (5) , 797.
Как ссылаться на эту статью: Как ссылаться на эту статью:McLeod, S.A. (2015, 24 октября). Стереотипы . Просто психология. https://www.simplypsychology.org/katz-braly.html
Стереотипы, предубеждения и дискриминация | Навыки делового общения для менеджеров
Результаты обучения
- Опишите различия между стереотипами, предрассудками и дискриминацией
Социальное восприятие является относительным, отражая как положительные, так и отрицательные впечатления людей, основанные на ряде факторов. Наше восприятие людей помогает нам принимать решения и делать поспешные суждения, но также может приводить к предвзятым или стереотипным выводам.Хотя они часто используются как синонимы, термины, используемые для описания этих ошибок восприятия — стереотип, предубеждение и дискриминация, — имеют разные значения и коннотации.
Стереотипы — это упрощенные обобщения о группах людей; стереотипы могут быть основаны на расе, этнической принадлежности, возрасте, полу, сексуальной ориентации — практически любой характеристике. Они могут быть положительными (обычно при упоминании собственной группы, например, когда женщины предполагают, что у них лучшие навыки межличностного общения), но часто отрицательными (обычно в отношении других групп, например, когда члены доминирующей расовой группы предполагают, что расовая группа меньшинства является опасно или глупо).
В любом случае стереотип — это обобщение, которое не принимает во внимание индивидуальные различия. Как объясняет писатель Чимаманда Нгози Адичи в своем выступлении на TED Global под названием «Опасность отдельного рассказа», проблема стереотипов не в том, что они ошибочны, а в том, что они неполны. Адиечи — превосходный рассказчик; с хорошим юмором и острой наблюдательностью, ее выступление помогает нам осознать повседневные ошибки и является мощным противоядием от стереотипов.
Предубеждение относится к убеждениям, мыслям, чувствам и отношениям, которых кто-то придерживается в отношении группы.Предрассудки не основаны на собственном опыте; напротив, это предубеждение, берущее свое начало за пределами реального опыта. В документальном фильме 1970 года «Глаз бури» Джейн Эллиот показывает, как развиваются предрассудки. Документальный фильм показывает, как определение одной категории людей как высших (в данном случае детей с голубыми глазами) приводит к предубеждениям против людей, которые не относятся к категории привилегированных.
В то время как предубеждение относится к предвзятому мышлению, дискриминация состоит из действий против группы людей.Дискриминация может быть основана на возрасте, расе, религии, состоянии здоровья и других показателях. Дискриминация может принимать разные формы, от несправедливых жилищных условий до предвзятых систем найма. Законодательство о равных возможностях трудоустройства и его применение EEOC — это попытка предотвратить дискриминацию на рабочем месте. Однако мы не можем стереть дискриминацию из нашей культуры, просто приняв законы о ее отмене. Как упоминалось при обсуждении расы, дискриминация — это сложный вопрос, который касается образовательной, экономической, правовой и политической систем в нашем обществе.
Предрассудки и дискриминация могут накладываться друг на друга и пересекаться. Одна из областей, где есть особые возможности, — это повышение осведомленности о неосознанной предвзятости. В статье Fast Company под названием «Как бессознательная предвзятость влияет на все, что вы делаете» автор Говард Росс приводит классический пример того, как крупные оркестры преодолели систематическую предвзятость при найме на работу для достижения относительного гендерного равенства. Хотя был ряд факторов (например, рекламные прослушивания вместо того, чтобы полагаться только на приглашения), решающим фактором было проведение слепых прослушиваний, когда оценщики не видели музыкантов.Важным аспектом этого примера является то, что предвзятость не была преодолена до тех пор, пока слушателей не попросили снять обувь перед входом в зону прослушивания. До этого на суждения оценщиков влиял звук обуви человека (т. Е. Звук каблуков или туфлей на плоской подошве заставлял оценщиков выносить суждение о поле слушателя).
Подсознательная предвзятость не ограничивается определенной отраслью или полом. Росс отмечает, что «более 1000 исследований только за последние 10 лет убедительно показали, что если вы человек, у вас есть предвзятость, и это влияет почти на все вариации человеческой идентичности: расу, пол, сексуальную ориентацию, размер тела, религию, акцент, рост, доминирование рук и т. д.Вывод: «Вопрос не в том« есть ли у нас предвзятость? », А скорее в том,« какие из них наши? »»
Внесите свой вклад!
У вас была идея улучшить этот контент? Нам очень понравится ваш вклад.
Улучшить эту страницуПодробнее
Восприятие людей и впечатления окружающих
В социальной психологии термин «восприятие человека» относится к различным психическим процессам, которые мы используем для формирования впечатлений от других людей. Это включает не только то, как мы формируем эти впечатления, но и различные выводы, которые мы делаем о других людях на основе наших впечатлений.Взаимодействие с другими людьми
Подумайте, как часто вы делаете подобные суждения каждый день. Когда вы встречаетесь с новым коллегой, у вас сразу же складывается первое впечатление об этом человеке. Когда вы посещаете продуктовый магазин после работы, вы можете сделать выводы о кассире, который вас проверяет, даже если вы очень мало о нем знаете.
Это позволяет нам делать поспешные суждения и решения, но также может привести к предвзятому или стереотипному восприятию других людей. Давайте подробнее рассмотрим, как работает человеческое восприятие и какое влияние оно оказывает на наше повседневное взаимодействие с другими людьми.Взаимодействие с другими людьми
Как мы формируем впечатление
Очевидно, что восприятие человека — это очень субъективный процесс, на который может влиять ряд переменных. Факторы, которые могут влиять на впечатления, которые вы формируете о других людях, включают характеристики человека, за которым вы наблюдаете, контекст ситуации, ваши личные качества и ваш прошлый опыт.
Люди часто формируют впечатление о других очень быстро, имея лишь минимальную информацию. Мы часто строим свои впечатления на ролях и социальных нормах, которые мы ожидаем от людей.Например, вы можете сформировать впечатление водителя городского автобуса на основе того, как вы ожидаете, что человек в этой роли будет вести себя, учитывая индивидуальные характеристики личности только после того, как вы сформировали это первоначальное впечатление.
Физические подсказки также могут играть важную роль. Если вы видите женщину, одетую в профессиональный костюм, вы сразу можете предположить, что она работает в официальной обстановке, например, в юридической фирме или банке. Важность информации, которую мы воспринимаем, также важна.Как правило, мы склонны сосредотачиваться на наиболее очевидных моментах, а не обращать внимание на справочную информацию.
Чем новее или очевиднее фактор, тем больше вероятность, что мы сосредоточимся на нем. Если вы видите женщину, одетую в сшитый на заказ костюм, с волосами, уложенными в ярко-розовый ирокез, вы, вероятно, уделите больше внимания ее необычной прическе, чем ее разумной деловой одежде.
Социальная категоризация
Один из умственных ярлыков, который мы используем в восприятии человека, — это социальная категоризация.В этом процессе мы мысленно разделяем людей на разные группы на основе общих характеристик. Иногда этот процесс происходит осознанно, но по большей части социальная категоризация происходит автоматически и бессознательно. Некоторые из наиболее распространенных социальных категорий — это возраст, пол, род занятий и раса.
Как и многие другие «умственные ярлыки», социальная категоризация имеет как положительные, так и отрицательные стороны. Социальная категоризация позволяет быстро принимать решения. На самом деле у вас просто нет времени познакомиться с каждым человеком, с которым вы вступаете в контакт.Использование социальной категоризации позволяет вам принимать решения и устанавливать ожидания относительно того, как люди будут вести себя быстро, позволяя вам сосредоточиться на других вещах.
Проблемы с этим методом включают тот факт, что он может привести к ошибкам, а также к стереотипам или даже предубеждениям. Представьте, что вы садитесь в автобус. Доступно только два места. Один рядом с миниатюрной пожилой женщиной; другой — рядом с крупным мужчиной с мрачным лицом. Судя по вашему непосредственному впечатлению, вы сидите рядом с пожилой женщиной, которая, к сожалению, довольно искусно ковыряет в карманах.
Из-за социальной категоризации вы сразу же сочли женщину безобидной, а мужчину опасным, что привело к потере вашего кошелька. Хотя социальная категоризация иногда бывает полезной, она также может приводить к ошибочным суждениям подобного рода.
Неявные теории личности
Неявная теория личности — это совокупность наших убеждений и предположений о том, как определенные черты связаны с другими характеристиками и поведением. Узнав что-то о кардинальной характеристике, мы предполагаем, что у человека есть и другие черты, которые обычно связаны с этой ключевой характеристикой.
Например, если вы заметили, что новый коллега очень счастлив, вы можете сразу предположить, что он также дружелюбен, добр и великодушен. Как и в случае с социальной категоризацией, неявные теории личности помогают людям быстро делать суждения, но они также могут способствовать формированию стереотипов и ошибок.
предрассудков, дискриминации и стереотипов | Noba
Вы — личность, полная убеждений, идентичностей и многого другого, что делает вас уникальным. Вы не хотите, чтобы на вас навешивали ярлыки только по вашему полу, расе или религии.Но какими бы сложными мы ни казались, мы часто определяем других просто по их наиболее отличной социальной группе. [Изображение: caseorganic, https://goo.gl/PuLI4E, CC BY-NC 2.0, https://goo.gl/VnKlK8]Даже в собственной семье каждый хочет, чтобы его видели такими, какие они есть, а не как «Просто еще один типичный X.» Но, тем не менее, люди объединяют других людей в группы, используя этот ярлык для информирования о своей оценке человека в целом — процесс, который может привести к серьезным последствиям. Этот модуль фокусируется на предубеждениях против социальных групп, которые социальные психологи разделяют на эмоциональные предрассудки, ментальные стереотипы и поведенческую дискриминацию.Эти три аспекта предвзятости связаны, но каждый из них может проявляться отдельно от других (Dovidio & Gaertner, 2010; Fiske, 1998). Например, иногда люди имеют негативную эмоциональную реакцию на социальную группу (предрассудки), не зная даже самых поверхностных причин, чтобы не любить их (стереотипы).
Этот модуль показывает, что сегодняшние предубеждения во многих отношениях не являются вчерашними, но в то же время они очень похожи. Во-первых, мы обсудим старомодные предубеждения, которые могли быть присущи нашим бабушкам и дедушкам, прабабушкам и дедушкам — или даже людям в наши дни, которым еще предстоит покинуть те тяжелые времена.Далее мы обсудим предубеждения конца 20-го века, которые повлияли на наших родителей и до сих пор сохраняются. Наконец, мы поговорим о предрассудках 21-го века, которые бросают вызов справедливости и уважению ко всем.
Сегодня трудно найти человека, который открыто признает, что не верит в равенство. Независимо от демографии большинство людей считает, что все имеют одинаковые естественные права. Однако, как бы мы ни верили в это сейчас, не так давно в нашей истории этот идеал равенства был непрактичным чувством.Из всех стран мира лишь немногие имеют равенство в своей конституции, и те, кто это делает, изначально определили его для избранной группы людей.
В то время старомодные предубеждения были простыми: люди открыто подавляли тех, кто не принадлежал к их собственной группе. Например, всего 80 лет назад американские студенты колледжей беззастенчиво считали турок «жестокими, очень религиозными и предательскими» (Katz & Braly, 1933). Итак, откуда они взяли эти идеи, если предположить, что большинство из них никогда не встречали никого из Турции? Старомодные стереотипы были явными, непримиримыми и ожидаемыми, что их разделяют другие — то, что мы теперь называем «вопиющими предубеждениями».
Вопиющие предубеждения — это сознательные убеждения, чувства и поведение, которые люди вполне готовы признать, которые в большинстве случаев выражают враждебность по отношению к другим группам (чужие группы) при чрезмерном предпочтении своей собственной группы (внутри группы). Например, организации, проповедующие презрение к другим расам (и хвалу к своим собственным), являются примером вопиющего пристрастия. И, что пугает, эти явные предубеждения имеют тенденцию собираться группами: люди, открыто ненавидящие одну внешнюю группу, ненавидят и многие другие. Чтобы проиллюстрировать эту закономерность, мы обратимся к двум шкалам личности.
Ориентация на социальное доминирование
Люди с ориентацией на социальное доминирование с большей вероятностью будут привлечены к определенным типам карьеры, например к правоохранительным органам, которые поддерживают групповую иерархию. [Изображение: Томас Хок, https://goo.gl/qWQ7jE, CC BY-NC 2.0, https://goo.gl/VnKlK8]Ориентация на социальное доминирование (SDO) описывает убеждение, что групповые иерархии неизбежны во всех обществах. и даже являются хорошей идеей для поддержания порядка и стабильности (Sidanius & Pratto, 1999). Те, кто набрал высокие баллы по SDO, считают, что одни группы по своей природе лучше других, и поэтому не существует такого понятия, как групповое «равенство».«В то же время, однако, SDO — это не просто личное доминирование и контроль над другими; SDO описывает предпочтительное расположение групп, при этом некоторые из них находятся наверху (предпочтительно, собственная группа), а некоторые — внизу. Например, кто-то с высоким уровнем SDO, вероятно, будет расстроен, если кто-то из чужой группы переедет в его или ее район. Дело не в том, что человек, занимающий высокое положение в SDO, хочет «контролировать» то, что делает этот член внешней группы; Дело в том, что переезд в этот «хороший район» разрушает социальную иерархию, в которую верит человек, занимающий высокое положение в SDO (т.е. проживание в хорошем районе означает свое место в социальной иерархии — место, отведенное для членов своей группы).
Хотя исследования показали, что люди с более высоким уровнем SDO, скорее всего, будут политически консервативными, есть и другие черты, которые более точно предсказывают SDO. Например, исследователи обнаружили, что те, кто набирает более высокие баллы по SDO, обычно ниже среднего по толерантности, эмпатии, альтруизму и ориентации на сообщество. В целом, высокопоставленные сотрудники SDO твердо верят в трудовую этику: тяжелая работа всегда окупается, а досуг — пустая трата времени.Люди с более высоким статусом в SDO, как правило, выбирают и преуспевают в профессиях, которые поддерживают существующую групповую иерархию (полиция, прокуратура, бизнес), по сравнению с теми, кто ниже в SDO, которые, как правило, выбирают более уравнивающие профессии (социальная работа, общественная оборона, психология).
Дело в том, что SDO — предпочтение неравенства как нормального и естественного — также предсказывает одобрение превосходства определенных групп: мужчин, коренных жителей, гетеросексуалов и верующих в доминирующую религию. Это означает, что вы должны относиться к женщинам, меньшинствам, гомосексуалистам и неверующим как к неполноценным.Понятно, что первая группа групп имеет тенденцию получать более высокие баллы по SDO, тогда как вторая группа имеет тенденцию получать более низкие баллы. Например, гендерное различие SDO (мужчины выше, женщины ниже) проявляется во всем мире.
В основе SDO лежит фундаментальная вера в то, что мир жесток и конкурентоспособен, имея лишь ограниченное количество ресурсов. Таким образом, те, кто имеет высокий уровень SDO, видят, что группы борются друг с другом за эти ресурсы, причем победители находятся на вершине социальной иерархии, а проигравшие — внизу (см. Таблицу 1).
Таблица 1. Старомодные предубежденияПравый авторитаризм
Правый авторитаризм (RWA) фокусируется на конфликтах ценностей, тогда как SDO фокусируется на экономических. То есть RWA поддерживает уважение к послушанию и авторитету на службе группового соответствия (Altemeyer, 1988). Возвращаясь к предыдущему примеру, домовладельцу с высоким уровнем SDO может не понравиться переезд члена внешней группы в его или ее район, потому что это «угрожает» его экономическим ресурсам (например,грамм. снижение стоимости собственного дома; меньше вакансий в школе; так далее.). Те, у кого высокий уровень RWA, могут в равной степени не любить переезд члена чужой группы в район, но по разным причинам. Здесь это потому, что этот член внешней группы привносит ценности или убеждения, с которыми не согласен человек, занимающий высокое положение в RWA, тем самым «угрожая» коллективным ценностям своей группы. RWA уважает групповое единство, а не индивидуальные предпочтения, желая сохранить групповые ценности перед лицом различных мнений. Однако, несмотря на свое название, RWA не обязательно ограничивается людьми справа (консерваторами).Как и SDO, похоже, существует связь между этой шкалой личности (то есть предпочтением порядка, ясности и общепринятых ценностей) и консервативными убеждениями. Однако, независимо от политической идеологии, RWA фокусируется на конкурирующих ценностных рамках групп. Экстремальные оценки по RWA предсказывают предубеждения против чужих групп при одновременном требовании внутригрупповой лояльности и конформизма. Примечательно, что сочетание высокого RWA и высокого SDO предсказывает присоединение к группам ненависти, которые открыто поддерживают агрессию против групп меньшинств, иммигрантов, гомосексуалистов и сторонников недоминирующих религий ( Альтемейер, 2004).
К счастью, старомодные предубеждения уменьшились в течение 20-го века и в 21-м веке. Открыто выражать предубеждения — все равно что пускать сигаретный дым кому-то в лицо: в большинстве кругов этого больше не делают, а если и есть, то людей охотно критикуют за свое поведение. Тем не менее, эти предубеждения существуют в людях; они просто сейчас менее заметны, чем раньше. Эти тонкие предубеждения неизучены и иногда бессознательны, но имеют реальные последствия. Они автоматичны, двусмысленны и амбивалентны, но, тем не менее, предвзяты, несправедливы и неуважительно относятся к вере в равенство.
Автоматические предубеждения
Фактический снимок экрана из теста неявной ассоциации (IAT), который предназначен для проверки времени реакции человека (измеряется в миллисекундах) на массив стимулов, отображаемых на экране. Этот конкретный предмет проверяет бессознательную реакцию человека на представителей различных этнических групп. [Изображение: любезно предоставлено Энтони Гринвальдом из Project Implicit]Большинство людей достаточно хорошо себя любят, и большинство людей идентифицируют себя как членов определенных групп, но не относятся к другим.Таким образом, логика подсказывает, что, поскольку мы нравимся себе, нам больше нравятся группы, с которыми мы ассоциируемся, независимо от того, являются ли эти группы нашим родным городом, школой, религией, полом или этнической принадлежностью. Любовь к себе и своим группам — это человеческая природа. Однако более серьезная проблема заключается в том, что предпочтение собственной группы часто приводит к снижению симпатии к другим группам. И независимо от того, признаете ли вы этот «фаворитизм» ошибочным, этот компромисс является относительно автоматическим, то есть непреднамеренным, немедленным и непреодолимым.
Социальные психологи разработали несколько способов измерения этого относительно автоматического предпочтения собственной группы, самым известным из которых является Тест неявных ассоциаций (IAT; Greenwald, Banaji, Rudman, Farnham, Nosek, & Mellott, 2002; Greenwald, McGhee, & Schwartz). , 1998).Сам по себе тест довольно прост, и вы можете испытать его сами, если погуглите «неявно» или зайдете на сайт standingprejudice.org . По сути, IAT выполняется на компьютере и измеряет, насколько быстро вы можете сортировать слова или изображения по различным категориям. Например, если вас попросят классифицировать «мороженое» как хорошее или плохое, вы быстро классифицируете его как хорошее. Однако представьте, что каждый раз, когда вы ели мороженое, у вас замораживались мозги. Когда приходит время классифицировать мороженое как хорошее или плохое, вы все равно можете классифицировать его как «хорошее», но, скорее всего, вы будете делать это немного медленнее, чем тот, кто думает о мороженом только положительно.Что касается групповых предубеждений, люди могут прямо заявлять, что они не дискриминируют чужие группы — и это, скорее всего, правда. Однако, когда им дается компьютерная задача классифицировать людей из этих чужих групп, это автоматическое или бессознательное колебание (результат неоднозначных оценок внешней группы) проявится в тесте. И, как показали бесчисленные исследования, люди в основном быстрее объединяют свою собственную группу с хорошими категориями, чем объединяют другие группы. Фактически, этот вывод обычно сохраняется независимо от того, измеряется ли группа по расе, возрасту, религии, национальности и даже временному незначительному членству.
Эта слишком человечная тенденция останется просто интересным открытием, за исключением того, что время реакции людей на IAT предсказывает фактические чувства к людям из других групп, решения в отношении них и поведение по отношению к ним, особенно невербальное поведение (Greenwald, Poehlman, Uhlmann , & Banaji, 2009). Например, хотя интервьюер не может быть «явно предвзятым», его или ее «автоматические или неявные предубеждения» могут привести к бессознательному поведению отстраненно и безразлично, что может иметь разрушительные последствия для способности подающего надежды собеседника работать хорошо (Word, Zanna , & Купер, 1973).Хотя это несправедливо, иногда автоматические ассоциации — часто вызванные стереотипами общества — превосходят наши собственные, явные ценности (Devine, 1989). И, к сожалению, это может привести к последующей дискриминации, такой как выделение меньшего количества ресурсов для нелюбимых чужих групп (Rudman & Ashmore, 2009). См. Таблицу 2, в которой приводится сводка этого раздела и следующих двух разделов о тонких предубеждениях.
Таблица 2: Тонкие предубежденияНеоднозначные предубеждения
Знаем мы об этом или нет (а обычно мы не знаем), мы сортируем мир на категории «мы» и «они».Мы с большей вероятностью будем относиться с предубеждением или дискриминацией к любому, кто, по нашему мнению, находится за пределами нашей группы. [Изображение: Кира Макфи, https://goo.gl/gkaKBe, CC BY 2.0, https://goo.gl/BRvSA7]Как показывает IAT, предубеждения людей часто возникают из-за спонтанной тенденции отдавать предпочтение своим собственным, на за счет другого. Теория социальной идентичности (Tajfel, Billig, Bundy, & Flament, 1971) описывает эту тенденцию отдавать предпочтение своей внутренней группе по сравнению с другой. И в результате неприязнь внешней группы проистекает из этой симпатии внутри группы (Brewer & Brown, 1998).Например, если два класса детей хотят играть на одном и том же футбольном поле, классы будут испытывать неприязнь друг к другу не из-за каких-либо реальных, нежелательных черт в другой группе. Неприязнь проистекает из фаворитизма каждого класса по отношению к себе и того факта, что только одна группа может играть на футбольном поле одновременно. С этой предпочтительной перспективой для одной группы люди не столько наказывают другую, сколько пренебрегают ею в пользу своей собственной. Однако, чтобы оправдать такое предпочтение, люди часто преувеличивают различия между своей внутренней и внешней группой.В свою очередь, люди считают, что внешняя группа более похожа на личность, чем они есть на самом деле. В результате создается впечатление, что «они» действительно отличаются от нас, и «они» все похожи. Спонтанно люди делят людей на группы так же, как мы классифицируем мебель или продукты питания по тем или иным типам. Разница в том, что мы, люди, сами населяем категории, как указывает теория самокатегоризации (Turner, 1975). Поскольку атрибуты групповых категорий могут быть как хорошими, так и плохими, мы склонны отдавать предпочтение группам с такими же людьми, как мы, и, случайно, неблагоприятно относимся к другим.Внутригрупповой фаворитизм — это неоднозначная форма предвзятости, потому что она отрицательно влияет на внешнюю группу путем исключения. Например, если политик должен выбрать между финансированием той или иной программы, он / она с большей вероятностью предоставит ресурсы группе, которая более точно представляет его внутреннюю группу. И это решение, изменяющее жизнь, проистекает из простой естественной склонности человека к тому, чтобы чувствовать себя комфортнее с такими же людьми, как вы.
Особый случай комфорта с внутренней группой называется аверсивным расизмом, так называемым потому, что люди не любят признавать свои собственные расовые предубеждения перед собой или другими (Dovidio & Gaertner, 2010).Напряжение между, скажем, собственными благими намерениями Белого человека и дискомфортом из-за, возможно, новой ситуации тесного взаимодействия с Черным человеком может вызвать у Белого чувство неловкости, скованность или отвлечение. В результате Белый человек может дать хороший повод, чтобы полностью избежать ситуации и предотвратить любую неловкость, которая могла возникнуть из-за этого. Однако такая реакция будет неоднозначной для обеих сторон и ее трудно интерпретировать. То есть был ли прав Белый человек, избегая ситуации, чтобы ни один из них не чувствовал себя неловко? Показатели аверсивного расизма коррелируют с дискриминационным поведением, несмотря на то, что они являются неоднозначным результатом плохих намерений.
Предубеждение может быть осложнено — амбивалентные предубеждения
Не все стереотипы о чужих группах плохи. Например, этнических азиатов, проживающих в Соединенных Штатах, обычно называют «модельным меньшинством» из-за их предполагаемого успеха в таких областях, как образование, доход и социальная стабильность. Другой пример — это люди, которые благосклонно относятся к традиционным женщинам, но враждебно относятся к нетрадиционным женщинам. Или даже люди, склонные к возрасту, которые уважают пожилых людей, но в то же время беспокоятся о том бремени, которое они возлагают на программы общественного благосостояния.Простой способ понять эти смешанные чувства в различных группах является результатом модели содержания стереотипов (Fiske, Cuddy, & Glick, 2007).
Когда люди узнают о новой группе, они сначала хотят знать, хорошие или плохие намерения людей в этой группе. Как сторож ночью: «Кто идет, друг или враг?» Если у другой группы хорошие намерения к сотрудничеству, мы считаем их добрыми и заслуживающими доверия и часто считаем их частью «нашей стороны». Однако, если другая группа холодна и конкурентоспособна или полна эксплуататоров, мы часто рассматриваем их как угрозу и относимся к ним соответствующим образом.Однако после изучения намерений группы мы также хотим знать, достаточно ли они компетентны, чтобы действовать в соответствии с ними (если они некомпетентны или неспособны, их намерения имеют меньшее значение). Эти два простых измерения — теплота и компетентность — вместе показывают, как группы относятся друг к другу в обществе.
Рисунок 1: Модель содержания стереотипов — 4 вида стереотипов, которые формируются на основе восприятия компетентности и теплоты.Существуют общие стереотипы о людях всех видов категорий и профессий, которые приводят к их классификации по этим двум параметрам.Например, стереотипная «домохозяйка» будет восприниматься как теплая, но менее компетентная. Конечно, это не означает, что настоящие домохозяйки некомпетентны, но что их компетентность не так широко известна, как пионеры науки, законодатели моды или промышленные руководители. На другом конце спектра находятся бездомные и наркоманы, которых стереотипно считают не имеющими добрых намерений (возможно, эксплуатирующими из-за того, что они не пытаются играть по правилам), а также некомпетентными (неспособными) сделать что-либо полезное.Сообщается, что эти группы вызывают у общества большее отвращение, чем любые другие группы.
Некоторые групповые стереотипы смешаны, высоки по одному измерению и низки по другому. Группы, которые стереотипно воспринимаются как компетентные, но не дружелюбные, например, включают богатых и хороших в бизнесе посторонних. Эти группы, которые считаются «компетентными, но холодными», вызывают у людей некоторую зависть, признавая, что у других, возможно, есть некоторый талант, но возмущаясь их тем, что они «не такие, как мы». Упомянутый ранее стереотип «модельного меньшинства» включает людей с такой чрезмерной компетентностью, но недостаточной коммуникабельностью.
Другая смешанная комбинация — высокая сердечность, но низкая компетентность. Группы, подходящие под это сочетание, включают пожилых людей и людей с ограниченными возможностями. Другие жалуются на них, но только до тех пор, пока они остаются на своем месте. Пытаясь бороться с этим негативным стереотипом, активисты, выступающие за права инвалидов и пожилых людей, стараются избавиться от этой жалости, надеясь, что в процессе заработают уважение.
В совокупности эти четыре вида стереотипов и связанные с ними эмоциональные предрассудки (гордость, отвращение, зависть, жалость) встречаются во всем мире для каждой из групп общества.Эти карты группового ландшафта предсказывают определенные типы дискриминации для определенных типов групп, подчеркивая, что предвзятость не совсем равные возможности.
Рис. 2: Сочетание воспринимаемой теплоты и уверенности и связанных с ним поведенческих / эмоциональных предрассудков.По мере того, как мир становится более взаимосвязанным — больше сотрудничества между странами, больше браков между разными группами — все больше и больше людей сталкиваются с большим разнообразием других в повседневной жизни. Просто спросите себя, спрашивали ли вас когда-нибудь: «Что такое , вы?» Такой вопрос был бы абсурдным, если бы вас окружали только члены вашей собственной группы.Таким образом, категории становятся все более и более неопределенными, неясными, изменчивыми и сложными (Bodenhausen & Peery, 2009). Идентичность людей многогранна, пересекается по полу, расе, классу, возрасту, региону и многому другому. Идентичности не так просты, но, возможно, по мере развертывания 21 века мы узнаем друг друга по содержанию нашего персонажа, а не по внешней оболочке.
Стереотип (неточность) в восприятии групп и отдельных лиц в JSTOR
AbstractСтереотипы точны или неточны? Мы суммируем доказательства того, что точность стереотипов — один из крупнейших и наиболее воспроизводимых результатов социальной психологии.Мы обращаемся к противоречиям в этой литературе, включая давний и продолжающийся, но неоправданный упор на неточность стереотипов, на то, как определять и оценивать точность стереотипов, и можно ли рационально использовать стереотипную (по сравнению с индивидуальной) информацию в восприятии человека. В заключение мы приводим предложения по теории построения и будущим направлениям исследования (не) точности стереотипов.
Информация журналаCurrent Directions in Psychological Science рассматривает современные тенденции и противоречия в психологии.Он содержит краткие обзоры исследований по всем разделам научной психологии. Обзоры, опубликованные в Current Directions in Psychological Science, написанные ведущими экспертами в терминах, доступных за пределами их конкретных областей, охватывают такие актуальные темы, как теория разума, нейронные основы памяти, распознавание лиц, выражение эмоций, познание и старение, а также привязанность и личность у млекопитающих.
Информация об издателеСара Миллер МакКьюн основала SAGE Publishing в 1965 году для поддержки распространения полезных знаний и просвещения мирового сообщества.SAGE — ведущий международный поставщик инновационного высококачественного контента, публикующий более 900 журналов и более 800 новых книг каждый год, охватывающий широкий спектр предметных областей. Растущий выбор библиотечных продуктов включает архивы, данные, тематические исследования и видео. Контрольный пакет акций SAGE по-прежнему принадлежит нашему основателю, и после ее жизни она перейдет в собственность благотворительного фонда, который обеспечит дальнейшую независимость компании. Основные офисы расположены в Лос-Анджелесе, Лондоне, Нью-Дели, Сингапуре, Вашингтоне и Мельбурне.www.sagepublishing.com
.