Как жили женщины в средневековье: Чего могла добиться женщина в Средневековой Европе

Содержание

Как жили в позднем средневековье

Общество делало мужей первой и основной инстанцией социально­го контроля над женами; это утверждалось не только светскими свода­ми законов, составлявшимися начиная с XIII в., но и церковным пра­вом, которое подчеркивало ответственность мужа за жену.

Что говорит закон о подчиненном статусе женщины

Правовое положение мужчин и женщин в Средние века определялось установленными для них особыми правилами, правами и привилегия­ми. Важную роль играли географическое положение, принадлежность к общественному классу и этносу, а в случае с евреями и религия. Жизнь горожан обычно регулировалась городскими статутами, кото­рые начали создавать в XII и XIII вв. Исключением были члены рели­гиозных орденов, для которых большее значение имели церковные за­коны. В начале эпохи сельские жители центральной Европы жили по традиционным этническим законам, таким как Sachsеnspiegel, который был кодифицирован в 1200 г. и имел силу на севере Германской импе­рии, и Schwabenspiegel на юге. В большинстве средиземноморских ре­гионов продолжало применяться римское право, а в северной Франции преобладали соutumes, система традиционных прав и привилегий, позд­нее кодифицированных. Возросшая в позднем Средневековье социаль­ная подвижность породила поистине непроходимые заросли противоречивых правовых актов, которые продолжали существовать во мно­гих местах на протяжении веков. Во Франции, например, кларификация права не завершилась до введения нового кодекса во время и после революции (1789—1795), и даже тогда была только частичной.

Почти все эти законы содержали особые указания для женщин, в большинстве — ограничивавшие их права как в семейной, так и в со­циальной сфере. Самым поразительным является почти всеобщее от­рицание правовой компетенции женщин, которые рассматривались как опекаемые мужчинами их семей. Традиционное право Германии исключает всех женщин, свободных и рабынь, из всех видов общест­венных дел и взаимодействий. Они не могут появиться в суде, но могут быть представлены своими «опекунами», обычно отцом или мужем. В случае сиротства или вдовства опекунство переходило к ближайше­му родственнику мужского пола по мужской линии. Обладатель этого статуса имел

право не только выступать от имени подопечной в суде, но также пользоваться и распоряжаться ее собственностью, наказы­вать ее за преступления с санкциями вплоть до смертной казни в край­них случаях, выдать ее замуж, если видел подходящую партию, и даже продать ее.

Угнетенное положение женщин, существенно ограничивавшее их экономическую независимость и доступ к политической власти в каче­стве феодальной владычицы и монархини (хотя иногда женщины в позднем Средневековье и исполняли такие роли), было несколько об­легчено в позднем Средневековье, особенно в западной и центральной Европе. Незамужние женщины в особенности приобрели большие пра­ва; кодексы законов XIII в. гарантировали им значительно большую свободу в принятии решений и действиях, чем старая германская система. В личной сфере, например, они могли свободнее располагать своей личной собственностью, а также быть опекунами своих малолет­них детей.

Замужние женщины, однако, оставались под опекой своих мужей, с возможными исключениями, если они занимались ремеслом или держали свою лавку самостоятельно. Статус старой девы или жены стано­вился все важнее для свободы действий женщины. Хотя большая се­мья или клан никогда не исчезали как жизненная реальность в средне­вековой экономике и политике, институты брака и нуклеарной семьи набрали вес в позднем Средневековье, особенно в городах, где семьи часто были меньше и ограничивались двумя поколениями. Положение женщины внутри и вне семьи определялось более, чем когда-либо, ста­тусом супруги и отношениями с супругом.

Место женщины: брак и семья

Брачные обычаи, включая средний возраст брачующихся, были под­вержены воздействию экономических и демографических колебаний. Начиная с XIV в., например, работникам, живущим на заработную плату, становилось все легче создать семью. Каждый класс общества развивал свою особую стратегию заключения выгодного брака. Религи­озные и философские ценности также играли свою роль; например, средневековая Церковь старалась повлиять па брачные обычаи и на нравственность их участников.

Жорж Дюби показал, что Церковь со все большим успехом внуша­ла населению, прежде жившему и думавшему совершенно иначе, свой взгляд на брак как таинство и пожизненный моногамный союз. Таким образом, начиная приблизительно с ХШ в., можно говорить о широко распространенной «христианской модели» брака, которая хорошо сохранилась и по сей день: нерасторжимый союз, основанный на взаим­ной привязанности и согласии обоих партнеров. Это усовершенство­вание вызвало сдвиг во взаимоотношениях не только между феодала­ми и зависимым от них население — так как «брак по согласию» упрочил право вассалов на независимое решение — но также между ро­дителями и детьми и между полами. Для мужчин концепция моногам­ного брака означала ограничение количества законных детей и наслед­ников, хотя старшее поколение видело в браке по согласию вызов тра­диционному иерархическому порядку. В прежние века браки часто были предметом переговоров между кланами. Позволяли ли теперь молодым людям самим выбирать себе будущих партнеров? Будут ли несовершеннолетние дочери участвовать в поиске или сами вести трудный поиск подходящего мужа или сами определять, выходить ли им замуж вообще? И означает ли согласие на брак, что с женами будут считаться наравне с мужьями во всех случаях?

Брак с женской точки зрения

Теоретическая свобода принятия решения, данная женщинам церков­ной моделью, имела мало шансов победить в реальном мире поздне­го Средневековья, где господствовали авторитаризм, культ семейных ценностей и установлений. Огромное значение брака как средства при­обретения и сохранения власти и собственности означало, что молодые девушки, в частности, — высших классов, мало что значили в пла­нах старших, касающихся их судьбы. Несмотря на учение Церкви о согласии между супругами, старшее поколение продолжало решать будущие судьбы своих молодых родственниц; ненамного больше влияния имели и юноши, особенно если были наследниками. Большая свобода в принятии таких решений встречалась только среди селян и низших городских классов.

Недостаток свободы в выборе супруга не мог рассматриваться как форма подчинения или угнетении женщин. В этом просто отражался организационный принцип знатных или богатых семей зрелого и позд­него Средневековья, наложивший сходные ограничения на свободу действий всех «зависимых»: молодых мужчин и женщин в одинаковой степени, а также детей и слуг.

Специфическое угнетение женщины в браке по сговору можно най­ти в сведении их жизни к существованию при муже для обслуживания его (или его семьи) интересов и потребностей. Это было сопряжено со строгом контролем над их телом и сексуальностью, и с деформацией их психики, неизбежной, если рассматривать женщину как «чужерод­ный» элемент. Однако молодые женщины постоянно пытались сопротивляться планам своих семей, обращались в церковные суды для признания уже заключенных браков недействительными, искали защиты за монастырскими стенами, заблаговременно дав обет целомудрия. Последним путем успешно пошли Агнесса Богемская в середине XIII в. и принцесса Изабелла, сестра французского короля Людовика IX Святого.

Патрилокальный тип семьи — правило среди семей знати и многих городских патрициев в позднем Средневековье — требовал, чтобы де­вушка была передана на попечение ее будущим родственникам, как только произошел брачный сговор. В то время как мужчины остава­лись в своем семейном окружении, будущие невесты часто отлучались от своих семей, хотя были еще детьми. Иногда эти драгоценные пешки политических и/или экономических интересов помещались в женские монастыри; в других случаях они росли под одной крышей с будущи­ми мужьями, и к ним относились как к своим детям.

Многие девочки невесты не приобретали, пожалуй, неприятного опыта; соответственно, многие женщины чувствовали, что коль скоро брак — это лучший доступный выбор, то нужно найти дочерям мужей как можно раньше. Так была узаконена широко распространенная практика детских браков в высших слоях общества. Но и среди менее знатных и мелкопоместных дворян в девочках 12-15 лет видели невест на выданье. В таком возрасте их шансы выразить свою волю и добиться того, чтобы ее учли, еще больше снижались.

Современные источники свидетельствуют, что отсрочка брака до достижения девочкой более зрелого возраста была первым необходи­мым условием для улучшения ее положения при переговорах, и все-та­ки не было гарантии, что ее интересы будут защищены. Литература и юридические документы наводят на мысль, что только вдовы могли быть относительную самостоятельны в вопросе повторного замужест­ва; они могли выбирать из нескольких поклонников.

Девушка, противящаяся браку, не могла ожидать большой под­держки от клира. В деле французской принцессы Изабеллы (1270), которая приводила религиозные возражения, сам папа понуждал ее к браку «ради хорошего влияния, которое добродетельная дама могла бы оказывать на своего мужа». Как известно из жизнеописаний не­скольких видных средневековых женщин, девочки, желавшие изба­виться от железной хватки клана, были вынуждены прибегать к обману и хитростям в надежде, что Бог поможет тем, кто сам себе помогает. Клара Ассизская, основательница ордена Св. Клары и аббатиса Сан Дамиано, и ее младшая сестра Агнесса тайно покинули дом под покро­вом ночи и нашли убежище у Франциска и его монахов. Без Божьей помощи, говорят житиеписатели, они никогда не смогли бы выдер­жать угроз, ругательств и побоев своих родственников (мужчин).

То, что эти рассказы не просто благочестивый вымысел, доказыва­ют судебные отчеты по делам о признании браков недействительными, начиная с позднего Средневековые Браки, заключенные против воли родителей супругов, продолжали рассматриваться как недействитель­ные еще долгое время после Тридентского собора (1546-1562), во Франции — вплоть до революции 1789 г. Вступившие в такой брак мог­ли быть лишены наследства родителями или семьями. Судебные дела касаются в большей степени мужчин, и это подтверждает предположе­ние, что авторитарные методы заключения брака могли так же сильно затрагивать и их. В тоже время они показывают, что к женщинам за­кон относился иначе, и их действия измерялись по другим стандартам. Данные о проявлении молодыми женщинами независимости в выборе супруга вероятнее найти в случаях, рассматриваемых как «похище­ния»» и «брак по принуждению». Поскольку средневековые взгляды не оставляют места самостоятельному действию женщины, такие невесты рассматривались как жертвы мужской aгpeccии. Событие, описанное как «похищение», есть результат исключительно мужской деятельно­сти, хотя в большинстве случаев оно не могло произойти без участия самой молодой женщины.

Ранние помолвки, запугивание и применение силы, судебное пресле­дование в случае неповиновения — вот средства, которые применяло старшее поколение для обеспечения согласия молодых, и дочерей в особенности. Как эти девочки и молодые женщины жили изо дня в день рядом с человеком, которого только что узнали, и к которому, в большинстве случаев, испытывали мало чувств или вообще их не ис­пытывали?

Власть мужей

Церковная доктрина о «браке по согласию» мало влияла на социаль­ную реальность; не породила она и серьезных усилии для того, чтобы участников брака сделать равными партерами: «Жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу, потому что муж есть глава жены, как и Христос Глава Церкви» (Еф. 5:22—23). Это предписание Нового За­вета ничуть не утратило своей ценности в Средние века. В глазах Церк­ви, как и мирян, требованием к хорошему браку было, чтобы муж управлял», а жена подчинялась — безоговорочно. Писатели женских житий позднего Средневековья часто ссылались на подчиненное положение жен. Мать Клары Ассизской описывается как maritali jugo svbdita, «под ярмом своего мужа», а герцогиня Хедвига Силезская (ок. 1240) была «подданной могущественного герцога Генриха по за­кону». Если верить житиям, эти мужья, со своей стороны, часто проявляли дурной и вспыльчивый прав, отслеживали мельчайшие детали жизни и (религиозной) деятельности своих жен. Многие мужья отвергали своих супруг из-за бесплодия или непреодолимой антипатии.

Отражают ли общую практику рассказы о брачной жизни, где с од­ной стороны — власть, а с другой — подчинение? Некоторый свет на этот вопрос проливают документы XIV и XV вв. парижского епископ­ского суда, учрежденного для рассмотрения, прежде всего, семейных дел. Неудивительно, что в большинстве случаев речь шла о жалобах жен на жестокое обращение мужей. Это показывает, что даже в ари­стократических кругах мужья присваивали себе неограниченное право наказывать, такое же, как у феодала по отношению к слугам. Но то, что уже с XIII в. в таких случаях жены или их семьи обращались в суд с требованием раздельного проживания или даже развода, показыва­ет, что женщины не подчинялись ярму брака так охотно, как того же­лали теологи и светские моралисты.

Другие случаи, когда жены вызывались в суд за оскорбления и из­биения мужей, подтверждают подозрение, что женщины не всегда пас­сивно принимали супружескую дисгармонию и были способны защи­щать свои интересы, если необходимо, то и действием. Целенаправленное применение силы в конфликте, тем не менее, не было типичным; чаще они находились в словесной оппозиции, игнорируя распоряжения супруга или глумясь над ними, или же не повинуясь тайно. В судебных делах нередки случаи, когда женщинам напоминали их теоретическую обязанность подчиняться, которую они не соблюдали на практике.

Абсолютам власть мужей, утверждавшаяся снова и снова и церковными, и светскими властями, была скорее идеалом патриархального общества, чем реальностью — как и их взгляд на брак в целом. Тем не менее, эта идеология создавала рамки, в которых проходили и повсе­дневная жизнь женщин, и конфликты внутри и вне семьи. Особенно ясно репрессивная для женщин природа патриархальных властных структур обнаруживается в некоторых из уголовных дел, которые слушались судами позднего Средневековья. Обвиняемым женщинам часто вменялись попытки избавиться от мужей колдовством или отрав­лением. Неравное разделение власти между супругами часто должно было быть невыносимо для женщин; и у них все еще не было способа сбросить «ярмо брака».

Общество делало мужей первой и основной инстанцией социально­го контроля над женами; это утверждалось не только светскими свода­ми законов, составлявшимися начиная с XIII в., но и церковным пра­вом, которое подчеркивало ответственность мужа за жену. Эта док­трина нашла яркое отражение в праве мужа воспитывать и наказывать жену, поддерживаемом и светскими и церковными властями, и в мужской привилегии прелюбодействовать безнаказанно.

Код для вставки на сайт или в блог:

Скачать эту статью в формате doc

Биоархеологическая реконструкция позволяет узнать о жизни людей, от которых остались только кости

В научном мире искусство считывания информации с костей обрело название биоархеологической реконструкции и палеопатологии. Информационные ресурсы для этого научного направления накапливались с эпохи среднего палеолита, когда в обществе стали формироваться погребальные традиции. Однако искусству дешифровки этой нерукотворной письменности научились лишь в 80-е годы XX века. Первые результаты суммированы в книге директора НИИ и Музея антропологии МГУ, члена-корреспондента РАН Александры Бужиловой «Homo sapiens: история болезни».

Продолжительность жизни

Глядя на кости, антрополог не сможет сказать день, месяц и год рождения «индивида», однако по общему состоянию организма можно узнать его приблизительный биологический возраст.

Продолжительность жизни в древности зависела от климатических условий и географии проживания, а начиная с эпохи позднего железа — от социальных факторов. Среди них наиболее частые — голод, болезни и войны.

Удалось узнать, что предки человека (австралопитек, homo erectus, неандерталец) жили примерно 20-23 года. Появившийся в эпоху мустье современный человек жил в среднем на 3 года дольше, до 26 лет. Люди верхнего палеолита стали жить 31 год. При этом мужчины чаще жили до 33 лет, а женщины — до 28. В мезолите мужчины жили до 35 лет, а женщины — до 29. В неолите продолжительность жизни мужчин сократилась на год, а женщины стали жить на полгода дольше. С момента освоения человеком равнинных пространств и до конца XVIII века продолжительность жизни человека была от 31 до 39 лет. При этом женщины жили на 5 лет меньше мужчин. Эта разница считается антропологами нормой. Если женщины живут столько же, сколько и мужчины, или переживают их, это свидетельствует о нарушении баланса в природе или обществе. Однако с началом промышленной революции человек стал жить по другим законам. Начиная с конца XVIII века средняя продолжительность жизни человека увеличилась до 73 лет. Причем женщины стали жить на 6 лет дольше мужчин.

Секрет долголетия

Антропологи заметили, что развитие человека и приматов принципиально состоит из одних и тех же этапов: эмбриональное состояние, детство, отрочество, репродуктивный и пострепродуктивный периоды. Причем в действительности у приматов пострепродуктивного периода не бывает. Означает ли появление дополнительного по сравнению с предками этапа шаг к увеличению продолжительности жизни? Наблюдения показали, что, начиная с эпохи верхнего палеолита, стала увеличиваться и продолжительность каждого этапа.

Дальнейшие исследования привели к выводу, что чем больше времени занимает у человека детский и подростковый период, тем дольше будет длиться и пострепродуктивный период. Значит, увеличится и общая продолжительность жизни. Возможно, повсеместный инфантилизм в современном обществе связан с новым этапом эволюции человека.

В зависимости от темпа развития ученые делят современных людей на несколько типов.

Первый тип людей рано созревает и рано стареет. Это самый древний тип развития человека, мало изменившийся со времен верхнего палеолита. Он встречается у современных аборигенов северных районов (лесные ненцы, саамы, чукчи, эскимосы).

Второй тип дольше созревает и дольше стареет. Это новейший этап развития человечества. У населения с повышенным уровнем долголетия и в популяциях долгожителей наблюдается позднее созревание костной системы при низких темпах возрастных изменений.

Третий тип считается промежуточным, или комбинированным. Он встречается в популяциях средней полосы, южных и пустынных районах.

Эпохивремя
Нижний палеолитОк. 2,6 млн лет назад — 100 тыс. лет назад
Средний палеолит300 — 30 тыс. лет назад.
Верхний палеолит50 — 10 тыс. лет назад
Мезолит15 — 6 тыс. лет назад.
НеолитVI — III тыс. до н.э.
ЭнеолитIV-III тыс. до н.э.
Бронзовый век35-33 — 13-11 вв. до н.э.
Железный век13-11 вв. до н.э. — 3-4 вв. н.э.

Загадки для антропологов

При дешифровке нерукотворной письменности антропологи сталкиваются с большим количеством загадок, ответы на которые найти не просто. Вот одна из них.

Считается, что продолжительность жизни увеличивается при благоприятных условиях среды. Рост человека зависит от этих же факторов (питание, образ жизни, климатическое и географическое воздействие). То есть чем больше продолжительность жизни, тем выше рост. Однако эту закономерность опровергает сложившаяся в железном веке ситуация, когда человек стал жить дольше, но рост его уменьшился. Антропологи попытались разгадать эту загадку.

Самым простым ответом казалось возможное изменение генофонда. Ученые называют это явление «стресс мигрантов», когда при освоении новых территорий снижаются биологические показатели. Однако в таком случае уменьшилась бы и продолжительность жизни. Значит, ответ неверен.

Иной вариант ответа дало наблюдение за колебаниями климата и роста человека: оба фактора оказались связаны с атлантическими циклонами. Возможно, периоды влажности и засушливости определяли характер жизнедеятельности, а значит, и уровень жизни популяций. Влажный климат способствовал развитию земледелия и других форм хозяйства, что значительно повышало уровень жизни. Эта версия выглядит более логичной. Однако она не объясняет уменьшения длины тела и продолжительности жизни в ближневосточных популяциях, где вне зависимости от циклонов были прекрасные условия для земледелия.

Правильный ответ удалось найти, наблюдая изменения зубной системы. Начиная с эпохи неолита увеличивается процент заболеваний зубным камнем. Значит, в этот период в рационе увеличилась доля углеводов и продуктов с повышенным уровнем сахароз, что, в свою очередь, говорит о высоком уровне земледелия. Далее процент заболеваний зубным камнем падает, зато увеличивается количество углублений на зубах (эмалевая гипоплазия) и количество больных анемией. Эти углубления говорят о том, что в детском возрасте организм переболел инфекциями, которые стали расплатой человечества за переход к оседлому образу жизни и, как следствие, к большой скученности. Детский организм при борьбе с инфекциями расходует все свои силы, в том числе и строительные белки. Поэтому переболевшие дети становятся ниже ростом.

Получается, что в раннем железном веке человек стал жить лучше, а значит, дольше. Однако из-за большой скученности населения появилось множество инфекций, которые замедлили развитие длины тела. В результате люди стали меньше ростом, но продолжительность их жизни увеличилась.

Еда

Анализ структуры костной ткани показывает, какие продукты составляли основу питания человека. И если узнать о нюансах вкусовых предпочтений каждого отдельного человека пока невозможно, то количество углеводов и белков в рационе вполне определяется.

Оказывается, рацион неандертальцев практически не отличался от рациона гиен и других хищников. Основу его питания составляли белки наземных животных. А вот в эпоху палеолита пища человека была жесткой и грубоволокнистой, она состояла из растительной пищи и жесткого мяса. Об этом говорят здоровые зубы со стертой жевательной поверхностью.

С наступлением мезолита происходят кардинальные перемены. Впервые в мариупольской культуре замечено, что стало различаться питание женщин и мужчин. Женщины ели растительную пищу и практически не употребляли белки. Дети обоего пола питались так же, как и мужчины, в основном белковой и реже растительной пищей. В мезолите человек изобретает лыжи и сани, лук и стрелы, гарпуны, крючки и прочие рыболовные снасти. Наблюдается серьезный разрыв в продолжительности жизни на севере и юге Европы. На севере средний возраст умерших составляет 30, а на юге —40 лет. В это время население прибрежных зон предпочитает питаться белками морских и пресноводных животных. А население внутренних территорий по-прежнему питается белками наземных животных. Среди кухонных останков на поселениях этого времени находят останки северного оленя, лося, медведя, кабана, косули и собаки.

Уже в эпоху неолита на юге Европы появляются первые вегетарианцы. Население внутренних территорий в это время отдает предпочтение мясу пресноводных, а не наземных животных, и чаще ест растительную пищу.

В эпоху бронзы на Ближнем Востоке и в других регионах с теплым климатом появляется традиция консервирования (вяление, сушка, соление). Пищевые новации отразились на состоянии зубов — повсеместно появился кариес. В северных территориях в это время рацион не менялся.

В последующие эпохи питание человека в большей степени начинает зависеть от самого человека, а не от климатических условий.

Болезни

Антропологи подтвердили тезис о том, что «ты есть что ты ешь». Изменения в питании привели и к изменению внешнего вида и продолжительности жизни людей.

Наиболее впечатляющи выводы о жизни скифов. Ученые заметили, что на большинстве скифских черепов с обратной стороны лба есть роговидные наросты (лобный внутренний гиперостоз). Исследовав захоронения скифов, антропологи пришли к выводу, что культурные традиции скифов влияли на «формирование особого гормонального статуса у населения скифской культуры». Роговидные наросты связывают с последствиями изменения гормональной деятельности. Оказалось, что скифское население из-за большого количества мужских гормонов у женщин и их недостаточного количества у мужчин отличалось повышенным жироотложением; женщины становились мужеподобны, толстели, у них начинала расти борода, а мужчины — женоподобны, все жировые отложения у них скапливались в нижней части живота.

Выводы антропологов косвенно подтверждают и письменные источники. Гиппократ в трактате «О воздухах, водах и местностях» пишет: «… по внешнему виду скифы толсты, мясисты, нерасчлененны, влажны и слабы; вследствие тучности и гладкости тела по внешнему виду все похожи друг на друга …»; «Такая природа не может быть плодовитою». Кстати, последнее объясняет небольшое количество детских погребений (12-16%).

Сегодня такое заболевание связывают с эндокринными нарушениями. Возможной его причиной считается калорийное питание с большой долей жиров и углеводов, приводящее к ожирению и диабету.

В древности этим заболеванием могло болеть 4% населения (по археологическим выборкам). Самый ранний случай болезни зафиксирован у неандертальца из пещеры Шанидар. В серии скифского могильника Колбино такие больные — как мужчины, так и женщины — составляют 20%. Любопытно, что у сменивших скифов сарматов лобный гиперостоз чаще встречается у мужчин (8% от всего населения). В позднесредневековых сериях из Великобритании этот синдром встречается у 6% населения. Гормональные изменения практически не отмечаются в древних популяциях, но с конца XIX века встречаются у каждой четвертой женщины и каждого двадцатого мужчины на территории Америки. Сегодня гормональные дисфункции встречаются у 90% женщин.

Соотечественники

В XIII веке на всей Руси жило в два раза меньше народу, чем в современной Москве. Численность населения средней Руси была равна 6 млн человек. В то время на территории Южной Руси на 1 кв. км жило 6 человек, а на севере — лишь 2 человека.

Продолжительность жизни россиянина была невысока — от 32 до 43 лет. На юге и на западе Русской равнины население жило дольше, чем на севере и востоке. Разница в продолжительности жизни объясняется голодом, болезнями, военными нашествиями и эпидемиями. Наименьшая продолжительность жизни была у словен новгородских и кривичей ярославских. Наибольшая — в северо-восточных территориях (Белозерье и Поонежье). Питание на всей Руси было одинаковым.

Самыми высокими из мужчин были московские вятичи (173,3 см) и жители Смоленска (170 см), а самыми низкорослыми — группы словен новгородских (163 см) и Новгорода (164 см). Самые высокие женщины жили в Новгороде (163 см), а самые низкие — в новгородской сельской округе (155 см).

Длина тела и продолжительность жизни



Период
Средняя
длина,
мужчины
Средняя
длина,
женщины
Продолжитель
ность жизни,
мужчины
Продолжитель
ность жизни,
женщины
Неолит172 см158 см34,329,8
Медно-каменный век169 см156 см33,329,5
Бронза174 см159 см36,330,8
Железо168 см154 см39,433,3

Население городов страдало от высокой скученности. С X по XII век семьи жили в однокомнатных домах-полуземлянках. К началу XIII века появились двухкамерные пятистенки и трехкамерные дома, состоящие из избы, сеней и клети. В XIII-XIV веках вместо полуземлянок стали строить однокамерные срубные дома. К XV веку население городов стало тонкокостным (грацильным) из-за плохих бытовых условий. Ведь жители городов голодали чаще сельчан, часто мерзли, страдали из-за высокой плотности населения, плохих гигиенических условий, грязи, массовой зараженности паразитами, инфекций, плохого качества пищи, малодоступности медицинской помощи.

Питание древнерусских горожан состояло из разного рода мучных и крупяных продуктов. Наиболее частыми болезнями мужчин в городах были сифилис и туберкулез, у женщин — воспаления суставов, из-за частого деторождения они страдали от зубочелюстных болезней, нарушения обмена веществ и анемии.

Мужское население Москвы в XV веке отличалось особой агрессивностью. У каждого третьего москвича встречаются черепные травмы. Такой высокий уровень травматизма встречается на Руси только в пограничной зоне домонгольского времени.

Наука, которой 30 лет

Один из первых отечественных археологов граф Уваров в конце XIX века по завершении археологических изысканий ежегодно отпевал и хоронил по православному обряду все человеческие костные останки, будь то скиф или хазар. В советские годы археологи отработали методику, при которой все кости привозились из экспедиций наравне с находками. Благодаря накопившемуся у археологов материалу антропологам удалось создать новые направления в науке. Не прошло еще и 30 лет, а на основании того, что раньше тихо пылились в коробках, уже получены интереснейшие данные.

Изменения продолжительности жизни человека


ПопуляцииМужчиныЖенщиныВ среднем
Австралопитеки19,8
Homo Erectus22,8
Неандертальцы22,9
Верхний палеолит33,328,731,0
Мезолит35,329,332,3
Неолит34,329,832,1
Эпоха ранней бронзы33,329,531,4
Эпоха средней бронзы36,330,833,6
Эпоха поздней бронзы36,432,134,3
Ранний железный век
Западная Европа39,433,337,5
Римская империя40,234,637,4
Восточная Европа35,332,734,4
Поздний железный век
Западная Европа34,431,734,3
Восточная Европа36,131,934,1
Раннее Средневековье34,631,934,1
Средневековье35,330,532,9
Постсредневековые
популяции
40,237,338,9
С конца XVIII века по
н. вр.
70,376,373,3

Ольга Брилева, кандидат исторических наук


Средневековье: культ Прекрасной Дамы | Наука и жизнь

Из глухих времен Средневековья, окутанных плотным туманом легенд, позднейших вымыслов и экзальтированного христианского мистицизма, дошли до нас с десяток понятий, каждое из которых прочно укоренилось в сознании вереницы поколений. Оставим в стороне футбол, значки и прочие детали современного быта, введенные в обиход именно тогда. Сквозь тьму времен перед нами отчетливо высвечивается таинственный женский лик — Прекрасная Дама! Средневековье — время чудес. Именно к области чудесного можно отнести волшебное преображение женского образа из малозаметной детали семейного обихода в загадочную и многоликую, пережившую столетия Незнакомку.

Наука и жизнь // Иллюстрации

Прекрасные дамы из рода Бабенбергов — Герберга, дочь Леопольда III (слева), и польская принцесса, вошедшая в семью австрийских королей. XII век.

В своих песнях-кансонах трубадуры воспевали любовь к Прекрасной Даме. Старинная миниатюра.

Знаменитый замок Альказар в Сеговии (Испания), заложенный королем Альфонсом VI в XI веке, — один из красивейших в Европе.

Трубадур вручает даме сердца свою кансону. Миниатюра в рукописи начала XVI века.

Битва в Ронсевальском ущелье.

Улица в средневековой Сиене (Италия). XIII век.

Франкские крестоносцы атакуют сарацинов в Святой земле. Миниатюра около 1200 года.

В раннее Средневековье женщины, как правило, не принимали участия в пиршествах. Старинный рисунок.

Занятия музыкой и танцами. Средневековая миниатюра.

Игра с мячом напоминает современный хоккей с мячом. Только тогда мяч был большим.

Сколько стоит первородный грех

Средневековье отвело женщине очень скромное, если не сказать ничтожное, место в стройном здании социальной иерархии. Патриархальный инстинкт, традиции, сохранившиеся еще со времен варварства, наконец, религиозная ортодоксия — все это подсказывало средневековому человеку весьма настороженное отношение к женщине. Да и как еще можно было к ней относиться, если на священных страницах Библии рассказывалась история о том, как злокозненное любопытство Евы и ее наивность довели Адама до греха, имевшего столь ужасные последствия для рода человеческого? Поэтому вполне естественным казалось возложить всю тяжесть ответственности за первородный грех на хрупкие женские плечи.

Кокетство, изменчивость, легковерие и легкомыслие, глупость, жадность, завистливость, богопротивная хитрость, коварство — далеко не полный список нелицеприятных женских черт, ставших излюбленной темой литературы и народного творчества. Женскую тему эксплуатировали с самозабвением. Библиография ХII, ХIII, ХIV веков полна антифеминистических произведений самых разных жанров. Но вот что удивительно: все они существовали рядом с совершенно иной литературой, которая настойчиво воспевала и славила Прекрасную Даму.

Но сначала поговорим о социальном статусе женщины. Средневековье заимствовало его из знаменитого Римского права, которое наделяло ее, по сути, единственным правом, вернее, обязанностью — рожать и воспитывать детей. Правда, Средневековье наложило на этот безликий и бесправный статус свои особенности. Поскольку главной ценностью при тогдашнем натуральном хозяйстве была земельная собственность, то женщины зачастую выступали в качестве пассивного орудия для захвата земельных владений и прочей недвижимости. И не нужно обольщаться героизмом рыцарей, завоевывающих руку и сердце возлюбленных: они не всегда делали это бескорыстно.

Совершеннолетним возрастом, позволяющим вступать в брак, считалось 14-летие для мальчиков и 12-летие для девочек. При таком положении вещей выбор супруга целиком зависел от родительской воли. Неудивительно, что освященный церковью брак для большинства становился пожизненным кошмаром. Об этом свидетельствуют и тогдашние законы, очень подробно регламентирующие наказания для женщин, убивших своих мужей, — видимо, такие случаи были не редкостью. Доведенных до отчаяния преступниц сжигали на костре или закапывали живьем в землю. А если еще вспомнить, что средневековая мораль настоятельно рекомендовала жену бить и желательно почаще, то легко представить, как «счастлива» была Прекрасная Дама в своей семье.

Типичны для той эпохи слова доминиканского монаха Николая Байарда, писавшего уже в конце XIII века: «Муж имеет право наказывать свою жену и бить ее для ее исправления, ибо она принадлежит к его домашнему имуществу». В этом церковные воззрения несколько расходились с гражданским правом. Последнее утверждало, что муж может бить жену, но только умеренно. Вообще, средневековая традиция советовала мужу относиться к жене, как учитель к ученику, то есть почаще учить ее уму-разуму.

Брачный контракт с точки зрения Средневековья

К браку в это время относились противоречиво и, на современный взгляд, странно. Далеко не сразу церковь вообще сумела найти достаточно оснований, чтобы оправдать брак как таковой. Очень долго считалось, что настоящим христианином может быть только девственник. Эта концепция, впервые сформулированная Святым Иеронимом и папой Григорием Великим, безоговорочно принималась церковью. Однако уже Блаженный Августин на рубеже IV и V веков утверждал, что брак все-таки не так уж плох. Святой отец тоже признавал превосходство девственников над женатыми, но считал, что в законном супружестве плотский грех превращается из смертного в простительный, «ибо лучше вступить в брак, чем разжигаться». При том строго оговаривалось, что в браке соитие должно совершаться не ради наслаждения, а только с целью рождения детей, у которых, коли они будут вести праведную жизнь, появляется шанс заменить в раю падших ангелов.

Такой взгляд возобладал в церковных кругах лишь в начале IX века, и с той поры брачные союзы стали освящать таинством венчания. А прежде отсутствовало даже само понятие — «брак». Семьей называлось более или менее постоянное совместное проживание многочисленных родственников со стороны «мужа». Количество «жен» никак не нормировалось; более того, их можно было менять, отдавать во временное пользование друзьям или кому-то из родни, наконец, просто выгнать. В Скандинавских странах жена, даже уже венчанная, длительное время вообще не считалась родственницей мужа.

Но и после того, как церковь стала освящать брак, общественная мораль строго делила брачные отношения (более похожие на политический, юридический и финансовый договор) и подлинную любовь. Так, например, одна из высокородных дам XII века Эрменгарда Нарбоннская на вопрос, где привязанность сильнее: между любовниками или между супругами, — ответила так: «Супружеская привязанность и солюбовническая истинная нежность должны почитаться различными, и начало свое они берут от порывов весьма несхожих».

Главное, что требовалось от женщины в браке, — рождение детей. Но сия благословенная способность часто оказывалась для средневековой семьи не благом, а горем, так как сильно осложняла процедуру наследования имущества. Делили добро по-всякому, но самым распространенным способом распределения наследства был майорат, при котором львиную долю имущества, прежде всего земельные наделы, получал старший сын. Остальные сыновья либо оставались в доме брата в качестве приживалов, либо пополняли ряды странствующих рыцарей — благородных, но нищих.

Дочери и жены долгое время вообще не имели никаких прав на наследование супружеского и родительского имущества. Если дочь не удавалось выдать замуж, ее отправляли в монастырь, туда же шла и вдова. Только к XII веку жены и единственные дочери приобрели право наследования, но и тогда (и много позже) они были ограничены в возможности составлять завещания. Английский парламент, например, приравнивал их в этом отношении к крестьянам, бывшим собственностью феодала.

Особенно тяжело приходилось девушкам-сиротам, они целиком попадали в зависимость от опекунов, редко испытывавших родственные чувства к своим подопечным. Если же за сиротой стояло большое наследство, то ее брак обычно превращался в весьма циничную сделку между опекуном и предполагаемым женихом. Например, английский король Иоанн Безземельный (1199-1216), ставший опекуном малютки Грейс, наследницы Томаса Сейлби, решил отдать ее в жены брату главного королевского лесничего Адаму Невилю. Когда девочке исполнилось четыре года, тот заявил о своем желании немедленно вступить с ней в брак. Епископ воспротивился, сочтя такой брак преждевременным, однако во время его отсутствия священник обвенчал новобрачных. Грейс очень скоро овдовела. Тогда король за 200 марок передал ее в жены своему придворному. Однако и тот вскоре скончался. Последним мужем несчастной стал некий Бриан де Лиль. Теперь предприимчивый король получил уже 300 марок (Грейс, видимо, росла и хорошела). На сей раз муж прожил долго, имел зверский характер и постарался, чтобы жизнь его жены не была сладка.

Несмотря на явный родительский и опекунский произвол, церковный обряд венчания предполагал сакраментальный вопрос: согласна ли невеста вступить в брак? Мало у кого доставало смелости ответить «нет». Впрочем, не бывает правил без исключений. Один из испанских королей на дворцовом приеме объявил, что выдает дочь, шестнадцатилетнюю красавицу Урсулу, замуж за своего маршала, которому к тому времени было далеко за 60. Мужественная девушка во всеуслышание отказалась от брака с престарелым маршалом. Король тут же заявил, что проклинает ее. В ответ принцесса, прежде известная своею кротостью и набожностью, сказала, что немедленно покидает дворец и пойдет в публичный дом, где станет зарабатывать на жизнь своим телом. «Я заработаю много денег, — добавила Урсула, — и обещаю воздвигнуть на главной площади Мадрида памятник своему отцу, по великолепию превышающий все памятники, когда-либо стоявшие на земле». Обещание она сдержала. Правда, до публичного дома все-таки не дошла, став наложницей какого-то знатного вельможи. Но когда отец умер, Урсула действительно воздвигла на свои средства пышный памятник в его честь, на несколько веков ставший чуть ли не главным украшением Мадрида.

История отчаянной принцессы на этом не закончилась. После смерти короля на престол взошел брат Урсулы, тоже вскоре скончавшийся. Проклятая дочь по правилам испанского престолонаследия стала королевой и, как в сказке, правила долго и счастливо.

Рождение легенды

Сколь ни многотрудной и причудливой была реальность тех лет, воображению средневекового человека чего-то явно недоставало. Сквозь вековые пелены традиций и религиозных ограничений экзальтированного Средневековья рисовался некий туманный, мерцающий неразгаданной загадкой женский образ. Так возникла легенда о Прекрасной Даме. С относительной точностью можно сказать, что на свет она появилась в конце XI — начале XII века, местом ее рождения считается южная область Франции, Прованс.

Провансом, с которого началось победное шествие Прекрасной Дамы по миру, ныне именуется вся южная окраина Франции, объединяющая несколько провинций: Перигор, Овернь, Лимузин, Прованс и т. д. Вся эта обширная область во времена Средневековья носила название Окситании, так как народ, ее населяющий, говорил на языке «ок», который теперь известен как провансальский. Традиционное разграничение между романскими языками связано с употребляемой в них утвердительной частицей. В провансальском использовалась частица «ок». Она же, кстати, вошла в название одной из южных провинций — Лангедок.

Трубадурами назывались поэты, слагавшие свои песни именно на языке «ок». Стихи на этом языке, посвященные Прекрасной Даме, были первыми произведениями высокой литературы, написанными не на «вечной» латыни, а на разговорном языке, что делало их понятными всем. Великий Данте в трактате «О народном красноречии» писал: «…А другой язык, то есть «ок», доказывает в свою пользу, что мастера народного красноречия впервые стали сочинять стихи на нем, как на языке более совершенном и сладостном».

Образ нашей героини, естественно, собирательный. Но одна особая примета у него все же есть: она безусловно красива. Детские годы Прекрасной Дамы прошли в суровом мужском окружении. Ее породили введенные рыцарским кодексом чести традиции светского обхождения, хороших манер, умения вести приятную беседу, а главное, слагать песни в честь Дамы. Из этих-то песен, к счастью, сохранившихся до наших дней, можно узнать кое-что о ней самой, а также о ее современниках мужчинах, знаменитых трубадурах.

Прекрасная любовь Прекрасной Дамы

Поэты Окситании, воспевавшие Прекрасную Даму, обычно рисовали ее замужней. Замужество было той непреодолимой преградой, благодаря которой любовь приобретала необходимую степень трагической безнадежности. Эта безнадежность и составляла главный предмет лирики трубадуров. Любовь вдохновенного поэта далеко не всегда оказывалась взаимной и только в редких случаях завершалась близостью. Таков был закон рыцарской верности, предполагавший максимальную идеализацию чувства и желательно более полный отказ от плотского наслаждения.

Капризная Дама хотела, чтобы ей служили ради самого служения, а не ради удовольствия, которым она в силах осчастливить возлюбленного. В источниках того времени только однажды встречается история о том, как некая дама пустила воздыхателя в свои покои и, подняв юбку, накинула ее на голову рыцаря. Но и в этом случае счастливчиком оказался не бедный трубадур, а человек с положением, не затруднявший себя сочинением песен. Поведение дамы было сочтено изрядной дерзостью, и обиженный поэт, подсмотревший всю сцену в щелочку, нескромную возлюбленную осуждает.

Впрочем, властвовавшее тогда в умах любовное право имело довольно слабое отношение к современной морали и видело мало преград для настоящей любви. Даже брак, несмотря на некоторые естественные сложности, вроде ревности, не представлял особой помехи в отношениях возлюбленных. Ведь законное супружество не имело ничего общего с любовью. Известен, например, случай, когда так называемый «суд любви» (суды, которые разбирали спорные случаи в отношении дам и их благородных воздыхателей) признал недостойным поведение дамы, отказавшей в «обычных утехах» любовнику после своего замужества. Приговор по этому делу гласил: «Несправедливо, будто последующее супружество исключает прежде бывшую любовь, разве что если женщина вовсе от любви отрекается и впредь не намерена любить».

Вряд ли можно обвинять тех женщин и в меркантильности. Общественное мнение Средневековья весьма и весьма одобряло браки родовитых женщин с менее знатными мужчинами. А потом в трубадуре ценилось прежде всего не происхождение, а его поэтический дар и иные таланты. Ведь жизнь средневекового замка была предельно замкнута. Трубадуры, ведущие кочевой образ жизни, становились желанными гостями при любом дворе. Они часто брали на себя обязанности дворцовых распорядителей и отвечали за все, связанное с приемом гостей и развлечением хозяев.

Иногда трубадурами становились сами господа. Например, один из первых известных нам трубадуров, Гильем Аквитанский, граф Пуатевинский, богатством далеко превосходил самого французского короля, хотя и считался его подданным. А его молодой современник, поэт Маркабрюн, не имел ни рода, ни богатства, как гласят источники, его в младенчестве нашел у своих ворот некий господин. Однако Маркабрюн обладал таким талантом, что «пошла о нем по свету великая молва, и все его слушали, боясь его языка, ибо настолько он был злоречив…».

Сурова, но справедлива…

В мире рыцарской доблести и чести женщины неожиданно приобретают огромные права, возносятся в сознании мужского окружения на недосягаемую высоту — вплоть до небывалой доселе возможности вершить суд над мужчиной. Правда, все эти права и возможности осуществлялись в очень узкой сфере рыцарской эротики, но и это уже было победой женщины. Дворы знаменитых куртуазных королев того времени — Алиеноры Аквитанской (внучки «первого трубадура» герцога Гильема Аквитанского, бывшей замужем за Людовиком VII Французским, а позже — за Генрихом II Английским) или ее дочери Марии Шампанской и племянницы Изабеллы Фландрской — предстают самыми блестящими центрами рыцарской культуры конца XII века. Именно при их дворах торжественно вершились знаменитые «суды любви».

«Суд любви» в данном употреблении нисколько не метафора. Разбирательства в области любовного права происходили с полным соблюдением всех норм морали и существовавшей тогда судебной практики. Разве только смертных приговоров «суды любви» не выносили.

Вот классический пример решения такого суда. Некий рыцарь страстно и преданно возлюбил даму, «и лишь о ней было все возбуждение духа его». Дама же в ответной любви ему отказала. Видя, что рыцарь упорствует в своей страсти, дама спросила его, согласен ли он достичь ее любви при том условии, что будет исполнять все ее пожелания, каковыми бы они ни были. «Госпожа моя, — ответил рыцарь, — да минует меня толикое помрачение, чтобы в чем-либо я твоим перечил повелениям!» Услышав это, дама тотчас приказала ему прекратить все домогательства и перед прочими восхвалять ее не сметь. Рыцарь вынужден был смириться. Но в одном обществе сей благородный господин услышал, как даму его хулили поносными словами, не смог удержаться и защитил честное имя своей возлюбленной. Возлюбленная, услышав об этом, объявила, что навсегда отказывает ему в любви, так как он нарушил ее повеление.

По этому делу графиня Шампанская «проблистала» таким решением: «Слишком сурова была дама в повелении своем… За любовником же нет провинности в том, что он праведным отпором восстал на хулителей госпожи своей; ибо клятву он дал с тем, чтобы вернее достигнуть любви своей дамы, и потому неправа была она в своем ему повелении более о той любви не ратовать».

И еще одно подобное судебное разбирательство. Некто, влюбленный в достойнейшую женщину, стал настоятельно домогаться любви другой госпожи. Когда цель его была достигнута, «возревновал он об объятиях прежней госпожи, а ко второй своей любовнице спиною обратился». По этому делу графиня Фландрская высказалась следующим приговором: «Муж, столь искушенный в измышлениях обмана, достоин быть лишен и прежней и новой любви, да и впредь бы ему не наслаждаться любовью ни с какой достойной дамой, поелику явственно царит в нем буйное сладострастие, а оно всецело враждебно истинной любви».

Как видим, в сферу влияния женщины вдруг отошла огромная область тогдашней жизни, практически все, что имело значение в отношениях полов. Впрочем, не надо обольщаться. Все свои новые права она приобрела не на пути эмансипации и не в борьбе, а благодаря все той же мужской воле, которая вдруг захотела смирения.

Территория любви

Женщины не преминули воспользоваться новым своим положением. Документы сохранили огромное количество легенд, многие из них позже стали материалом для бесконечного числа обработок и переложений. Сюжетами этих легенд пользовались и Боккаччо, и Данте, и Петрарка. Ими интересовались западные романтики и русские символисты. Одна из них, кстати, положена в основу известной драмы Блока «Роза и Крест». Во всех легендах самую активную роль играют именно женщины.

Трубадур Ричард де Барбезиль долгое время был влюблен в некую даму, жену Джуафре де Тонне. И она ему «благоволила сверх всякой меры, а он ее Всех-Лучшая величал». Но тщетно услаждал он слух любимой песнями. Она оставалась неприступна. Узнав об этом, другая дама предложила Ричарду оставить безнадежные попытки и пообещала одарить его всем, в чем ему отказывала госпожа де Тонне. Поддавшийся искушению Ричард действительно отказался от прежней возлюбленной. Но когда он явился к новой даме, она отказала ему, объяснив, что если он был неверен первой, то и с ней может поступить так же. Обескураженный Ричард решил вернуться туда, откуда ушел. Однако госпожа де Тонне в свою очередь отказалась принять его. Правда, вскоре она смягчилась и согласилась его простить при условии, что сто пар влюбленных явятся к ней и на коленях будут умолять ее об этом. Так и было сделано.

История с противоположным сюжетом связывается с именем трубадура Гильема де Балауна. Теперь уже сам трубадур испытывает любовь дамы и, демонстрируя полное охлаждение, доводит бедную женщину до последних унижений и с побоями (!) изгоняет ее прочь. Однако же настал день, когда Гильем понял, что натворил. Дама же видеть его не захотела и «повелела гнать из замка с позором». Трубадур удалился к себе, скорбя по содеянному. Даме, видимо, было не лучше. И вскоре через благородного сеньора, взявшегося примирить возлюбленных, дама передала Гильему свое решение. Она согласна простить трубадура только при условии, что он вырвет ноготь на большом пальце и принесет его ей вместе с песней, в коей корил бы себя за содеянное безумие. Все это Гильем проделал с великой готовностью.

Как видим из приведенных примеров, дамы были суровы, но справедливы. Дошли до нас и истории куда более трагические, отчасти напоминающие современные некрофильские ужасы. Некий Гильем де ла Тор похитил будущую свою жену у миланского цирюльника и любил ее больше всего на свете. Прошло время, и жена умерла. Гильем, от горя впавший в безумие, не поверил этому и стал каждый день приходить на кладбище. Он извлекал покойницу из склепа, обнимал, целовал и просил, чтобы она простила его, перестала притворяться и поговорила с ним. Люди из округи стали гнать Гильема прочь от места захоронения. Тогда тот пошел к колдунам и гадалкам, пытаясь выведать, не может ли мертвая воскреснуть. Какой-то недобрый человек научил его, что если каждый день читать определенные молитвы, раздавать милостыню семи нищим (обязательно до обеда) и поступать так целый год, то жена его оживет, только не сможет ни есть, ни пить, ни разговаривать. Гильем обрадовался, но когда по прошествии года увидел, что все без толку, впал в отчаяние и вскоре умер.

Разумеется, далеко не все подобные сюжеты основываются на реальных фактах. Для создания легенды достаточно было изъять из кансоны (песни о любви) одно-два опорных слова, остальное додумывало изощренное воображение первых комментаторов и жонглеров — исполнителей песен трубадуров. История несчастного де ла Тора — яркий тому пример. В одной из своих песен он действительно обращается к теме смерти. Но как раз вопреки легенде утверждает, что подруге не будет проку, если возлюбленный из-за нее умрет.

А вот история трубадура Гаусберта де Пойсибота звучит, на наш взгляд, весьма правдоподобно. Вполне вероятно, что нечто похожее и впрямь произошло. Гаусберт де Пойсибот по большой любви женился на девице, знатной и прекрасной. Когда муж надолго уехал из дома, за красавицей-женой стал ухаживать некий рыцарь. В конце концов он увел ее из дома и долгое время держал у себя в любовницах, а потом бросил. На пути домой Гаусберт случайно оказался в том же городе, где обреталась его жена, брошенная любовником. Вечером Гаусберт отправился в публичный дом и обнаружил там супругу в самом плачевном состоянии. Дальше анонимный автор продолжает, как в романе эпохи романтизма: «И как увидели они друг друга, то испытали оба стыд великий и великую скорбь. Ночь он с нею провел, а наутро вместе вышли они, и он отвел ее в монастырь, где и оставил. От такого горя бросил он пение и трубадурское художество».

Что впереди? – бессмертие

Условность, которой обставлялся рыцарский быт, предполагала, несмотря ни на что, предельную искренность своих адептов. То, что теперь кажется нам наивным и неправдоподобным, тогда воспринималось со всей чистотой и глубиной чувства. Именно поэтому многим сюжетам средневековой лирики взыскательная культура христианского мира даровала вечную жизнь. Такова история «дальней любви» трубадура Джуафре Рюделя, который имел несчастье влюбиться в принцессу Триполитанскую, никогда ее не видев. Он отправился на ее поиски, но во время морского путешествия заболел смертельной болезнью. В Триполи его поместили в странноприимный дом и дали знать об этом графине. Она пришла и заключила трубадура в объятия. Он же сразу пришел в себя, узнав Даму своего сердца, и возблагодарил Господа за жизнь, сохраненную до тех пор, пока он не увидел своей любви. Он умер у нее на руках. Она же велела его похоронить с великими почестями в храме тамплиеров, а сама в тот же день постриглась в монахини.

Одна из кансон, сочиненная Джуафре Рюделем в честь дальней возлюбленной, звучит так:

Длиннее дни, алей рассвет,
Нежнее пенье птицы дальней,
Май наступил — спешу я вслед
За сладостной любовью дальней.
Желаньем я раздавлен, смят,
И мне милее зимний хлад,
Чем пенье птиц и маки в поле.
Мой только тот правдив портрет,
Где я стремлюсь к любови дальней.
Сравню ль восторги всех побед
С усладою любови дальней?..

К числу бессмертных историй, порожденных этой блистательной эпохой, относится и знаменитый сюжет о «съеденном сердце». Прекрасный и доблестный рыцарь Гильем де Кабестань полюбил жену своего сеньора, господина Раймона де Кастель-Россильон. Узнав о такой любви, Раймон преисполнился ревностью и запер неверную жену в замке. Затем, пригласив к себе Гильема, увел его далеко в лес и там убил. Раймон вырезал сердце несчастного влюбленного, отдал его повару, а приготовленное кушанье приказал подать за обедом жене, ни о чем не подозревавшей. Когда Раймон спросил ее, понравилось ли ей угощение, дама ответила утвердительно. Тогда муж объявил ей правду и в доказательство показал голову убитого трубадура. Дама ответила, коль скоро муж угостил ее таким прекрасным блюдом, то иного она не отведает вовек, и бросилась с высокого балкона вниз.

Услышав о чудовищном злодеянии, король Арагонский, чьим вассалом был Раймон, пошел на него войной и отнял у него все имущество, а самого Раймона заключил в тюрьму. Тела обоих возлюбленных он приказал с подобающими почестями похоронить у церковного входа в одной могиле, а всем дамам и рыцарям Россильона повелел ежегодно собираться в этом месте и отмечать годовщину их смерти.

Эта история переработана Боккаччо в «Декамероне» и с тех пор пользуется огромной известностью в мировой литературе. Из современных ее обработок достаточно вспомнить фильм Питера Гринуэя «Повар, вор, его жена и любовник».

*

Прекрасная Дама просуществовала недолго. Уже в первой половине XIII века, в период с 1209 по 1240 год, Прованс подвергся четырем крестовым походам из Северной Франции, возглавляе мым знаменитым Симоном де Монфором. В истории Франции они остались под именем альбигойских войн.

Формальным поводом к началу военных действий стали ереси самого разного толка, распространившиеся по всему Провансу, отличавшемуся крайней веротерпимостью. Одним из наиболее мощных еретических движений было движение так называемых катаров с центром в городе Альби. Отсюда и название войн. Впрочем, как обычно бывает, главным поводом к войне стал не столько религиозный фанатизм, сколько тот факт, что Прованс, исторически самая развитая, прогрессивная и богатая часть Франции, фактически жил жизнью, от нее не зависящей.

С падением Прованса трубадурское искусство быстро пришло в упадок и скоро забылось. Но дело было сделано. Нравы стали изысканнее и гуманнее, а Прекрасная Дама, сменившая с тех пор тысячи имен, жива по сей день.

Иллюстрация: «Битва в Ронсевальском ущелье»

На средневековой миниатюре изображена битва в Ронсевальском ущелье, в Пиренеях, в которой погиб Бретонский маркграф Роланд, — это случилось в августе 778 года. О подвиге маркграфа рассказывает «Песнь о Роланде», сложенная около 1100 года.

Жизнь девушки из народа в средние века мало чем отличалась от современной — поздний брак и молодой муж не были редкостью | Yle Uutiset

«У ткацкого станка», Берндт Годенхьелм, (19 век, без даты). Фото: Kansallisgalleria

Молодых женщин из народа, живших в прежние времена, таких, как служанки и батрачки, чаще всего принято представлять несчастными созданиями, которыми пользовались без зазрения совести. В действительности картина была иной, утверждает историк, защитившая докторскую диссертацию о жизни и быте женщин в средневековой Финляндии.

– То, что якобы все молодые служанки становились жертвами, не соответствует истине. С кем-то, бывало, случалась беда, но были тысячи тех, с которыми не происходило ничего из ряда вон выходящего, — рассказывает Тиина Миеттинен.

Миеттинен исследовала жизнь женщин в 17 и 18 веках. Она оказалась удивительно похожей на современную: как и сейчас, молодые женщины долго не выходили замуж, и прислуживали, строя карьеру.

– В брак вступали ближе к 30-ти. А перед этим служили в разных домах и набирались умений, зарабатывали имущество.

Батрачки и служанки могли развиваться в своей профессии – из простых подёнщиц в пастушек, скотниц или кухарок. Самые способные становились экономками и управляющими. За лучших служанок шла нешуточная борьба. Умелые работницы могли очень неплохо зарабатывать, а кто-то мог даже выбиться в горничные.

Когда приходило время вступать в брак, довольно часто женщины выбирали себе мужей сильно моложе себя. Разница в возрасте могла доходить до 10 лет.

– Думаю, что мужчинами тоже в какой-то мере руководил расчет: у женщины должны были быть умения, деньги, что-то, что можно было бы вложить в совместное хозяйство.

Как и сейчас, в былые времена браки не ограничивались одним. Новые союзы заключались, правда, не из-за разводов, а потому, что смерть уносила еще молодых супругов.

– Вдовцы и вдовы вновь заключали брак, создавались новые семьи, в которых были «мои, твои и наши» дети, — комментирует историк.

Как жили женщины в раннем Средневековье :: Культура

Отгремел салютами и широкими народными гуляниями женский день 8 марта. Кто-то вспомнил и о предпосылках этого празднества

Отгремел салютами и широкими народными гуляниями женский день 8 марта. Кто-то вспомнил и о предпосылках этого празднества. Блогеры зубоскалят на тему эмансипации или рассуждают, что смысл женского протеста больше века назад был в уменьшении рабочего дня, увеличении заработной платы и праве голосовать наравне с мужчинами.

Фото: агентство исторических проектов «Ратоборцы» 

На самом деле, уже мало кого волнует, какие цели преследовали суфражистки XIX-XX веков. Ведь 23 февраля тоже изначально праздновался как годовщина создания Красной Армии (1922 г.). С 2002 года он был переименован в День защитника Отечества, но на наших глазах постепенно превращается в «день гипотетического защитника» и просто в абстрактный «мужской день». Сейчас 23 февраля и 8 марта — это просто общественные праздники, нерабочие дни, повод мужчинам поздравить женщин, а женщинам — мужчин. Эдакие дни обостренной гендерной учтивости.

Но есть люди, для которых вопросы правовых отношений мужчин и женщин актуальны по сей день, на уровне архетипов поведения. Это исторические реконструкторы — увлеченные люди, чье хобби — это воссоздание средневекового быта, культуры, вооружения. Самая популярная эпоха у реконструкторов — Раннее Средневековье IX-XI вв. Это время становления европейских государств, расцвет Руси и легендарная эпоха викингов. В этом году, например, можно будет лицезреть сие эпоху своими глазами.

16 июля на Дьяковском городище парка Коломенское развернётся средневековый лагерь фестиваля «Битва Тысячи Мечей» с масштабной реконструкцией биты. Но вернемся к разговору о правах. 

Если говорить о правах женщины IX-XI веков, то показательными окажутся своды законов средневекового общества, установленные и записанные в Скандинавии.

Фото: агентство исторических проектов «Ратоборцы»

Женщина эпохи викингов имела высокий статус в обществе, так как играла значительную роль в хозяйстве. Муж обязательно советовался с хозяйкой дома по важным делам. Когда он уезжал, именно жена становилась главой усадьбы. Скандинавки обладали широкими имущественными правами, жена сохраняла права на свое приданое и была наследницей наравне с потомками мужского пола.

Если мы говорим о жене правителя, то ей полагалась половина дружины, которую королева должна была содержать самостоятельно, на что ей причитались подати и налоги. 

Были законы, которые защищали жизнь и честь скандинавской женщины. В случае оскорбления словом и делом (даже если оскорбит или ударит муж) женщине полагались большие суммы возмещения. В германской варварской традиции даже тяжёлые преступления можно было возместить материально. Но убийство женщины не подлежало возмещению (вергельду) и каралось объявлением вне закона и лишением всех прав. Однако сама женщина не несла полной ответственности за свои поступки: если она убила мужчину, то отвечал её ближайший родственник-мужчина. 

Дети наследовали статус матери, если он был выше, чем у отца. Статус мужчины становился выше, когда он женился на женщине более высокого рода, и снижался при более низком. Женщина имела право разводиться с мужем, если считала того недостойным. Арабские путешественники вообще писали, что скандинавская женщина может развестись, когда пожелает.

Фото: агентство исторических проектов «Ратоборцы»

В скандинавской эпической традиции существует огромное количество героинь, действующих по собственной воле, не довольствуясь ролями статисток — их имена могут быть знакомы вам по художественным фильмам: Брюнхильд, Гудрун, Сигню, Свава, Сигрун, Сигдрива, Гримхильд.

Скандинавские (как и древнерусские) женщины пировали вместе с мужчинами, в отличие, например, от древнегреческих, которые должны были оставаться на женской половине. Скандинавы считают нормой беседовать с женщинами, находя в этом большое удовольствие. Более того, мужчины спрашивают совета у женщин и следуют им. В Киевской Руси и простолюдины, и великие князья также часто действуют «по слову с жёнами своими». Арабский поэт Аль-Газал, глава дипломатической миссии в Дании, приобрёл большое расположение жены конунга (короля) тем, что посвятил ей стихи. А восточные люди редко делают что-то просто так.

Что же в наше время происходит в мире северных людей? Женщины стран Скандинавии занимают посты мэров больших городов, спикеров в парламентах, лидеров политических партий. В 1980-90-е годы Гру Гарлем Брунтланд трижды была премьер-министром Норвегии, завоевав себе большой авторитет внутри страны и на международной арене. В феврале 2000 года в Финляндии Тарья Халонен в острой борьбе победила на президентских выборах своего соперника-мужчину и стала первой женщиной-президентом в Скандинавии.

Фото: агентство исторических проектов «Ратоборцы»

Швеция — ведущая страна в вопросах ведения корректной гендерной статистики. Все шведские статистические данные формируются раздельно для каждого пола. А под принципом количественного равноправия подразумевается одинаковое представительство мужчин и женщин во всех сферах жизни.

Как вы могли убедиться, традиция равноправия полов старше, чем Клара Цеткин. Эпоха тёмного средневековья из-за обострения религиозного фанатизма свела на ноль многие прогрессивные достижения «варварской» цивилизации. Вернуться на светлый путь стоило больших усилий. А многим странам это ещё только предстоит.

Познакомиться с ранним Средневековьем можно будет 15 июля на Дьяковом городище парка Коломенское. Здесь состоится фестиваль «Битва тысячи мечей», посвященный противостоянию русичей и викингов.

Как развлечься в Средние века • Arzamas

Поглазеть на диковинных зверей, подраться колбасами, выпить из винного фонтана, напасть на рыцаря с граблями, поиграть в «Святого Косму», посетить «славный дом», посплетничать у фонтана и другие способы развлечься, доступные жителям городов в Средние века   

Подготовила Анна Пузырева

Пятьдесят два обычных воскресенья, по неделе на празднование главных христианских праздников — Пасхи, Рождества и Пятидесятницы, другие обязательные праздники — Богоявление, Крещение, Сретение, Пальмовое воскресенье, Вознесение, Троица, праздник Тела и Крови Христовых, День Пресвятого Сердца Иисуса, Преображение, Воздвижение Креста, День Святого семейства, День Непорочного зачатия, День святого Иосифа, День святых апостолов Петра и Павла, Успение Девы Марии, День Всех Святых, плюс дни разных святых — покровителей города, ремесленных цехов и так далее, дни их поминовения и дни разных событий, с ними связанных, а также въезды правителей, епископов и других важных персон — итого около трети года проводил средневековый горожанин в праздности. Каким образом можно было убить это время?


Сходить в церковь и послушать проповедника Миниатюра Жана Фуке из Часослова Этьена Шевалье. XV век © Wikimedia Commons

Праздничные богослужения совершались с большой пышностью при участии лучших хоровых певцов. Уже с IX–X веков праздничная месса становится похожа на аллегорический спектакль благодаря инсценировкам ветхозаветной, евангельской или житийной истории. Такие представления просуществовали примерно до XIII века, когда их место заняли городские театральные действа.

В праздник женщины старались принарядиться: они шли не только на богослужение, но и «в люди» — посмотреть на других и показать себя. У каждого в церкви было свое место, которое определялось положением в обществе. В воскресные и праздничные дни работать было запрещено и после мессы прихожанам хотелось поразвлечься: танцы и пение нередко происходили прямо на церковном дворе, хотя клирики по крайней мере декларативно осуждали такое времяпрепровождение.

Иногда в город заезжал проповедник, и тогда, если он не выступал во дворе храма, бюргеры сооружали для него помост, где гость мог помолиться вместе с присутствующими, а потом выступить с изобличительной проповедью. 

Посмотреть представление

Танец «диких людей». Миниатюра из «Хроник» Жана Фруассара. 1470–1472 годы © British Library

Средневековые театральные представления главным образом отвечали за духовное развлечение горожан и на народном языке в той или иной форме поясняли Священное Писание. Основой миракля были апокрифические евангелия, агиография, рыцарские романы. В Англии миракли ставились обычно членами ремесленных цехов в честь своих патронов. Во Франции они были популярны в среде участников пюи — городских объединений для совместной благочестивой деятельности, музицирования и поэтических состязаний. Сюжетом мистерии, как правило, были страсти Христовы, ожидание Спасителя, жития святых. Изначально мистерии были частью церковной службы, потом стали разыгрываться во дворе или на кладбище церкви, а позже переместились на городские площади. При этом разыгрывали их не профессиональные актеры, а духовные лица и члены пюи.

Моралите — нечто среднее между религиозным и комическим театром. В аллегорической форме в них показывалась борьба добра и зла в мире и в человеке. Исходом этой борьбы было спасение или гибель души.

О спектаклях объявляли заранее, на городских воротах вывешивались плакаты, а во время представления город тщательно охраняли, «чтобы никакие неведомые люди не вошли в упомянутый город в этот день», как написано в одном из документов 1390 года, хранящемся в архиве городской ратуши в Туре.

При всей условности постановок происходящее на сцене для зрителей полностью сливалось с реальностью, а трагические события соседствовали с комическими сценами. Зрители часто включались в действие как участники событий.

Можно было развлечься и без нравоучений. Например, поглазеть на бродячих артистов. Примерно с XIV века во Франции образуются труппы профессиональных актеров — «Братство страстей», «Беззаботные ребята» и тому подобные. Странствующие актеры — гистрионы, шпильманы, жонглеры — старались всевозможными приемами удивить и рассмешить публику. «Поучение трубадура Гиро де Калансона жонглеру» (он жил в начале XIII века) содержит целый список необходимых актеру умений:

 «…[Он] должен играть на разных инструментах; вертеть на двух ножах мячи, перебрасывая их с одного острия на другое; показывать марионеток; прыгать через четыре кольца; завести себе приставную рыжую бороду и соответствующий костюм, чтобы рядиться и пугать дураков; приучать собаку стоять на задних лапах; знать искусство вожака обезьян; возбуждать смех зрителей потешным изображением человеческих слабостей; бегать и скакать по веревке, протянутой от одной башни к другой, смотря, чтобы она не поддалась…»

Послушать музыку или стихи

Миниатюра из «Истории» Гирона ле Куртуа. 1380–1390 годы © Bibliothèque nationale de France

Инструментальная музыка была по преимуществу занятием жонглеров и менестрелей, поющих, пляшущих и дающих представления под звуки своих инструментов. Помимо различных духовых (трубы, рога, свирели, флейты Пана, волынки), со временем в музыкальный быт вошли также арфа и разновидности смычковых — предки будущей скрипки: кротта, ребаб, виела, или фидель.

Переходя с места на место, жонглеры выступали на праздниках при дворах, у замков, на городских площадях. Несмотря на преследования со стороны церкви, жонглерам и менестрелям удалось в XII–XIII веках добиться возможности участвовать в духовных представлениях.

На юге Франции лирические поэты назывались трубадурами, на севере — труверами, в Германии — миннезингерами. Лирика миннезингеров была достоянием знати, и огромное влияние на нее оказали рыцарская поэзия и любовные песни трубадуров. Позже искусство стихосложения в немецких городах переняли мейстерзингеры, для которых поэзия превратилась в особую науку. 

Как и ремесленники, поэты-горожане составляли целые общества, подобные цехам. В Ипре, Антверпене, Брюсселе, Генте и Брюгге проводились праздники цеха так называемых риториков — ремесленников и купцов, взявших на себя попечение о поэзии. У каждого цеха был свой герб и девиз в виде шарады, а также особая иерархическая структура: декан, знаменосец, шут и другие члены «бюро старейшин». Городские власти финансировали состязания риториков в области поэзии и актерского мастерства, по результатам которых вручали несколько призов: за литературные успехи, за лучшую реплику шута, за самый богатый костюм, за самый роскошный въезд в город.

Потанцевать

Дух любви. Миниатюра из «Романа о Розе». 1420–30-е годы © Wikimedia Commons

Танец — излюбленное развлечение всех слоев средневекового общества, ни один праздник не обходился без плясок. Жонглеры усложняли технику, добавляя акробатические элементы, но горожане любили подвигаться сами, а не только посмотреть на профессионалов. Церковь обычно была против подобных развлечений, да и городское правление не во все времена хорошо относилось к танцам. Впрочем, позже власти начали давать разрешение на устройство танцев в залах городских ратуш, а с конца XIV века стали появляться так называемые танцевальные дома. Обычно танцевальный дом находился по соседству с ратушей и церковью или напротив них. Громкая музыка и смех нарушали благочестивое настроение прихожан и служителей храма, вызывая их недовольство и бесконечные жалобы.

В баварском Нордлингене танцевальный дом располагался в трехэтажном помещении. Первый этаж во время ярмарок соединялся переходами с расположенными рядом лавками мясников и пивной, и посетители могли курсировать между заведениями. Там, где танцевальные дома занимали несколько этажей, залы верхнего этажа обычно предназначались для бюргеров благородного происхождения, а нижние были в распоряжении простых горожан. В некоторых городах в таком доме, помимо прочего, располагалась гостиница, а в Мюнхене и Регенсбурге в подвале городского «танцхауза» даже содержались заключенные. 

Кроме того, существовали танцевальные дома, предназначенные исключительно для простых горожан: над деревянным настилом, слегка приподнятым над землей, сооружали крышу на четырех столбах. На них располагались музыканты, а вокруг плясали в кругу мужчины и женщины. Если знать предпочитала размеренные и церемониальные танцы-процессии, а на цеховых праздниках господствовали танцы с обручами, мечами и другими предметами, символизирующими изделия ремесленного производства, то среди городского люда были распространены танцы-импровизации и хороводы, которые церковь называла грубыми и бесстыдными. 

Сходить на ярмарку

Ярмарка. Миниатюра к «Политике» Аристотеля. XV век © Bibliothèque nationale de France

Каждую неделю к услугам горожан были мелкие городские рынки, а вот ярмарки проводились довольно редко — один или несколько раз в год: на Рождество, Пасху или на день местного святого — покровителя города или патронов торговых и ремесленных цехов.

Например, ярмарка в Сен-Дени у стен Парижа происходила раз в год, зато длилась целый месяц. На это время вся торговля в Париже прекращалась и перемещалась в Сен-Дени. Жители стремились туда не только за покупками, но и поглазеть на диковинные вещи из дальних стран, на выступления жонглеров, акробатов и дрессированных медведей, послушать истории, которые рассказывали купцы, побывавшие в заморских странах. Зрелище было настолько популярным, что Карл Великий дал своим управляющим особый наказ «следить, чтобы наши люди выполняли работу, которую они обязаны делать по закону, а не теряли время, болтаясь на рынках и ярмарках».

Ярмарки привлекали много всякого сброда, так что на них часто случались драки и беспорядки. Вот почему долгое время их было разрешено проводить только в городах, где был епископ или правитель, который смог бы поддерживать порядок и решать споры, возникавшие между участниками ярмарки. В средневековой Англии даже существовали особые суды с упрощенной судебной процедурой, которая обеспечивала скорое решение дел. Они назвались «суды запыленных ног» (court of piepowder, pie poudre или pepowder) — в 1471 году английский парламент постановил, что все лица, связанные с ярмарками, имеют право требовать для себя именно такого суда.

Поучаствовать в карнавале

Карнавал неотделим от поста: это было последнее многодневное торжество, предварявшее долгое время воздержания, и сопровождалось оно пирами, маскарадами, шествиями и потешным драками на сырах и колбасах. Карнавал — это царство обжорства, хаоса и прославления всего телесного. Маски и ряженые, полузвери-полулюди и короли шутов, корабль дураков и избрание ослиного папы — все церковные и светские ритуалы переводились на язык буффонады, а символы власти подвергались публичному осмеянию. Вся церковная служба и священные тексты выворачивались наизнанку. Главные события карнавала происходили в церкви, хотя уже с XIII века эти непристойности пытались запрещать официальными интердиктами.

В послании богословского факультета в Париже, разосланного епископам Франции в 1445 году, карнавал описывается очень красочно:

«Можно видеть священников и клириков, во время службы носящих маски и чудовищные личины. Они танцуют в хоре, переодетые женщинами, сводниками и менестрелями. Они поют непристойные песни. Они едят по углам алтаря колбасы, в то время как священник служит обедню. Там же они играют в кости. Они кадят вонючим дымом, исходящим от подошв старых башмаков. Они прыгают, бегают по церкви, не стесняясь. А затем разъезжают по городу в грязных повозках и тележках, вызывая смех своих спутников и сотоварищей, проделывая непристойные жесты и произнося постыдные и грязные слова».


Во время карнавала можно было все, что запрещалось в обычные дни, иерархия нарушалась, привычные нормы переворачивались — но как только заканчивался праздник, жизнь возвращалась в обычное русло.

Поприветствовать гостя или правителя

Миниатюра из немецкой хроники. 1383 год © Württembergische Landesbibliothek

Торжественные въезды императоров, королей, князей, легатов и прочих господ в подвластные им города всегда были обременены многоуровневым символическим смыслом: напоминали о природе власти, отмечали победу, утверждали политическое владычество над удаленными территориями. Происходили они довольно часто: в Средние века и даже в Новое время королевские дворы были кочевыми — для того чтобы удержать власть, короли должны были постоянно перемещаться с места на место.

Церемония состояла из нескольких актов, каждый из которых был строго регламентирован. Начиналось все с приветствия правителя, чаще далеко за городом; затем следовали прием коронованной особы у городских стен, передача ключей, открытие городских ворот, депутации знати и духовенства. От ворот кортеж двигался по главным улицам города, которые посыпали живыми цветами и зелеными ветками. Наконец, на центральной городской площади зажаривались быки и дичь и выкатывались бочки вина для всех жителей города. В 1490 году во Вьене во время въезда Карла VIII был установлен фонтан добра и зла, который с одной стороны бил красным вином, а с другой — белым. Такие угощения были призваны воплотить образ сказочной страны изобилия, явить которую своим подданным государь должен был хотя бы однажды.

Для гостя устраивали инсценировки. В 1453 году в Реджо был поставлен целый спектакль: покровитель города святой Просперо парил в воздухе со множеством ангелов, которые просили у него ключи от города, чтобы потом передать их герцогу под гимны в его честь. Когда процессия достигла главной площади, к ним с церкви слетел святой Петр и надел на голову герцога венок.

В германских землях государь нередко въезжал в город в окружении преступников, приговоренных к изгнанию, причем они двигались не просто в свите, а держались за край одежды покровителя, сбруи, седла или стремени его коня — таким образом, они могли вернуться в город. Так, в 1442 году король Фридрих III велел взять с собой в Цюрих 11 человек, а в 1473 году в Базель — 37. Правда, городские власти могли выгнать преступника снова, как только властитель покинет город.

Посмотреть рыцарский турнир

Миниатюра из цюрихского песенника «Манесский кодекс». XIV век © Wikimedia Commons

Турнир был настоящим праздником демонстрации воинской доблести и рыцарской чести. Любому хотелось если не принять в нем участие, то хотя бы посмотреть, как добывает себе славу и добычу знатная молодежь. Первоначально все действо напоминало смесь ярмарки и настоящего боя: участники сходились стенка на стенку, некоторые получали серьезные ранения или даже погибали, а вокруг собиралась разношерстная толпа, которая, помимо рыцарей, их оруженосцев, пеших воинов и слуг, состояла также из кузнецов, продавцов, менял и зевак.

Под влиянием рыцарских романов турниры постепенно приобрели большую организованность, участники стали использовать особое оружие, рыцари сходились для поединка один на один, а ристалище обносили забором. Для зрителей строили трибуны, причем каждая из них имела свою «королеву», а приз лучшему турнирному бойцу традиционно вручали женщины. В 1364 году Франческо Петрарка так описывает атмосферу, царившую во время венецианской джостры (от итальянского слова giostre — «поединок»):

«Внизу нет свободного местечка… огромная площадь, самый храм [Святого Марка], башни, крыши, портики, окна не только полны, но переполнены и набиты: невероятное множество народа скрывает лицо земли, и радостное, многочисленное население города, разлившись вокруг по улицам, еще увеличивает веселье».

В конце концов турниры превратились в дорогостоящую и изощренную придворную забаву, сопровождавшую различного рода празднества по случаю свадьбы правителя, коронации, заключения мира или союза — вместе с праздничными мессами, шествиями, обедами и балами, по большей части не предназначенными для простых горожан.

Горожане отвечали на это пародийным «рыцарским турниром» (часто он устраивался во время большого карнавала на Масленицу), на котором весь рыцарский ритуал переворачивался с ног на голову. Человек, имитировавший рыцаря, выезжал на поединок со шлемом-корзиной на голове, сидя на старой кляче или бочке, и угрожал противнику граблями или чем-нибудь из кухонной утвари вместо копья. После окончания события все немедленно отправлялись отметить его веселой пирушкой.

Принять участие в спортивных состязаниях

У бюргеров были все возможности поупражняться и посоревноваться во владении настоящим оружием. Для тренировок организовывались общества стрелков из лука и фехтовальные школы, которые существовали во фламандских, североитальянских, английских, французских и немецких городах, а также в Кракове, Киеве и Новгороде. Объединения лучников и фехтовальщиков имели свои уставы и напоминали цехи. Подготовка велась по разным направлениям, но для состязаний в каждом городе выбирали определенный вид единоборства. Например, в испанских городах предпочтение отдавалось поединкам с применением холодного оружия и конной корриде, в Южной Англии и Новгороде — кулачному бою, в немецких и фламандских городах — фехтованию и борьбе.

В Италии игры и состязания жителей городов-республик напоминали учения. В Павии, например, горожан делили на две группы, выдавали деревянное оружие, на голову надевали защитные шлемы. Победителям присуждали призы. В речных городах могли устраиваться схватки за символический захват моста. Изображение бурлящей толпы сражающихся на таком мосту — любимый сюжет гравюр той эпохи: на переднем плане гондольеры подбирают свалившихся в воду, а в окнах и на крышах окружающих домов толпятся многочисленные болельщики.

В Англии популярным видом отдыха для юношей была игра в мяч. Участие принимали все желающие, а правил почти не было. Набитый отрубями или соломой мяч можно было бить и вести ногами, катить и нести в руках. Цель соревнования состояла в том, чтобы доставить мяч за определенную черту. В городах подобные многолюдные схватки были сопряжены с большими опасностями, и не случайно в Лондоне, Нюрнберге, Париже и других местах довольно рано были введены ограничения, с помощью которых власти стремились умерить пыл игроков.

Поиграть

Миниатюра из трактата Альфонсо Мудрого. 1283 год © Real Academia de la Historia

Для тех, кому уличное веселье было не по душе, существовали домашние развлечения. Например, жмурки и «Лягушка посередине». Правила последней игры такие: человек садился в центр, а остальные дразнили и били его. Задачей было поймать одного из игроков, не выходя из круга, и тогда тот становился «лягушкой». 

Были и спокойные игры: по правилам одних нужно было без утайки ответить на вопрос ведущих, других — рассказать историю. Кроме того, играли в «Святого Косму»: один из участников брал на себя роль святого, а другие становились перед ним по очереди на колени. Ведущий должен был любым способом рассмешить коленопреклоненного игрока, и тогда тот выполнял какое-нибудь задание.

Уже в Средние века популярностью пользовались шашки, шахматы, кости и даже карты. Шахматы были забавой дворянства, а шахматные доски из дерева или металла считались предметом роскоши и часто были настоящим произведением искусства.

Правила игры в карты были разные: например, один из участников вынимал из колоды карту, все присутствующие ставили на нее деньги. Если после этого из колоды вынимались три или четыре карты той же масти подряд, то игрок, вынувший первую карту, получал всю поставленную на нее сумму. 

Но самой популярной игрой были кости. Этой игре предавались представители всех социальных категорий — в хижинах, замках, тавернах и даже монастырях — и проигрывали деньги, одежду, лошадей и жилища. Многие жаловались, что потеряли в этой игре все, чем владели. К тому же нередко встречались случаи мошенничества, особенно из-за поддельных костей: одни имели намагниченную поверхность, у других одна и та же грань воспроизводилась дважды, у третьих одна сторона утяжелялась за счет примеси свинца. В результате возникали многочисленные распри, порой перераставшие даже в частные войны.

Сходить в баню и хорошенько выпить

В большинстве средневековых городов существовали городские бани. В Париже в конце XIII века числилось 26 бань, полвека спустя в Нюрнберге — 12, в Эрфурте — 10, в Вене — 29, во Вроцлаве — 12. Посещение бани не сводилось единственно к гигиеническим процедурам, скорее это было место для развлечения, удовольствия и светского общения. После купания посетители участвовали в приемах и обедах, играли в мяч, в шахматы, в кости, пили и танцевали.

В немецких городах виноторговцы выкатывали на улицы к баням винные бочки, расставляли кругом табуреты, выносили кружки и давали всем желающим попробовать вино. На улице немедленно составлялась попойка, так что городские советы были вынуждены запретить этот обычай. Исключение делалось только для нескольких дней в году, например Дня святого Мартина, когда было принято открывать молодое вино. Но зато в эти дни люди стояли, сидели и лежали на улицах — и пили вино.

Вопреки запретам со стороны властей и церковников часть бань и примыкающих к ним таверн приобрела характер публичного дома: к услугам горожан были не только еда и выпивка, но и массаж и услуги проституток, которых часто называли «банщицами».

Вообще же проституция хотя и осуждалась церковью, считалась неизбежным явлением. «Дома для женщин», или «славные дома», принадлежали знатным семьям, купцам, королевским чиновникам и даже епископам и аббатам, а самые престижные из них нередко находились вблизи магистрата или здания суда. В Высокое Средневековье посещение публичного дома неженатыми мужчинами не считалось постыдным — в этом видели скорее признак здоровья и благополучия.

Отдохнуть у городского фонтана

Природа снится Жану де Курси, спящему у фонтана. Миниатюра из поэмы «Путь доблести». XV век © British Library

Далеко не все горожане могли позволить себе иметь отдельный сад или водоем, сооруженный за домом: многие жили в комнатах, каморках и пристройках, взятых внаем. Воду для хозяйства брали в общественном колодце или фонтане, расположенном на площади, обычно недалеко от церкви. В Позднее Средневековье такие фонтаны служили не только украшением и источником питьевой воды, но и местом встреч и прогулок горожан. 

Посмотреть казнь

Миниатюра из «Хроник» Жана Фруассара. Не позднее 1483 года © British Library

Лобное место могло располагаться перед городом, по другую сторону крепостного рва, могло — на площади или даже перед домом потерпевшего, но казнь неизменно была публичным действом. Место и время казни, а также путь преступника были заранее известны всем горожанам. Зрителей созывали глашатаи. Оптимальным временем считался полдень, часто власти устраивали казни в рыночный день, чтобы добиться максимального стечения народа, — правда, не в дни религиозных праздников.

Толпа собиралась вокруг преступника постепенно, по мере продвижения процессии по городу. Весь ритуал наказания провинившегося был рассчитан на зрителей, медлительное театральное действо предполагало участие окружающих в церемонии. В некоторых случаях преступнику предоставлялось право на поединок с палачом и люди могли способствовать его освобождению. Так произошло в Сен-Кантене в 1403 году, когда во время борьбы палач упал на землю и толпа горожан потребовала от королевского прево отпустить победителя. Зрители следили за точным исполнением ритуала и могли потребовать пересмотра дела, если что-то шло не так.

Тела преступников было запрещено хоронить на кладбище, и трупы их оставались на виселице по многу лет до полного разложения, служа назиданием для гуляющей вокруг публики.  

ожидание vs. реальность – WARHEAD.SU

Парадоксально, но во времена Средневековья — тёмные, невежественные времена — у женщин было едва ли не больше возможностей, чем в эпоху более просвещённую. Разумеется, больше не только возможностей, но и нагрузки. И с контрацепцией беда какая-то, и половина детей в младенчестве умирает, и медицина не слишком развита — так что есть все шансы умереть молодой, но уже не очень красивой.

Тем не менее, реальное положение горожанки в Средневековье сильно отличается от ожиданий, которые сформировали у нас фильмы и книги.

Не только домашнее хозяйство

Ожидание: женщины не работают.
Реальность: женщины учатся ремеслу, организуют цеховые гильдии, занимаются бизнесом.

Ну согласитесь, есть у нас представление, что женщина Средневековья — эдакое забитое, согбенное существо, которое занимается исключительно домом и детьми и дом покидает только для променада на рынок или в церковь.

Казалось бы, да, — но нет!

Горожанки в это время вполне активно занимались и ремёслами, и торговлей: хватало как ремесленниц, так и купчих, не считая уличных торговок. То есть домашнее хозяйство — это понятно, это само собой, этого никто не отменял. Но помимо этого приходилось ещё и работать.

Некоторые помогали мужьям в семейном бизнесе. Например, твой муж ткач. ОК, ты занимаешь важную нишу в его деле — готовишь пряжу. И все твои пять дочерей, кроме умершей во младенчестве Аннабель, тоже готовят пряжу. И заниматься им этим, пока они не выйдут замуж и не уйдут, к примеру, в семью скорняков.

Однако по-настоящему хардкорные дамы устраивали свой бизнес сами, без оглядки на мужа. Например, в XIV веке были выделены следующие официально дозволенные для женщин ремёсла: разные стадии производства ткани (шерсти, льна, шёлка), выпечка хлеба, пивоварение и торговля. Ах да. Ещё проституция. Тоже, кстати, вполне себе оплачиваемое занятие!

Хотелось бы, однако, более подробно остановиться на почтенных ремесленницах.

Перечисленными занятиями сферы деятельности средневековых дам не ограничивались. Сохранились упоминаниях о женщинах-каменщицах и… здесь новая этика требует срочно образовать феминитив к профессии кузнеца, однако русский язык этому сопротивляется. Не кузнечиха ведь? В общем, о женщинах-кузнецах.

Врачи женского пола тоже были (в городе Франкфурте в XV веке, например, их насчитывалось пятнадцать — не одна на миллион, так-то!). Были среди барышень менялы, были ювелиры, мельники, иллюстраторы книг (а также переплётчики), были циркачки, были владелицы, так сказать, гостиничного бизнеса — харчевен и постоялых дворов. Были те, кто занимался изготовлением и продажей галантерейных товаров, скобяных изделий, были скорнячихи и швеи.

В общем, если хранительница очага хотела отвлечься от своих двенадцати детей (и ещё восьми умерших во младенчестве), ей было куда податься.

В Париже конца XIII века из ста двадцати цехов шесть были чисто женскими. Восемьдесят же из них, то есть подавляющее большинство, — «смешанными», где женщины трудились наряду с мужчинами.

Как горожанка могла стать членом цеха? Ну, во-первых, традиционный путь — несколько лет обучения. Парижский статут 1407 года предписывал отцу снабдить деньгами дочь, чтобы та могла выйти замуж или пойти обучаться ремеслу (для знатных девиц альтернативой браку служил, понятное дело, монастырь). Второй вариант — через замужество. Но в этом случае жена обычно просто помогала мужу и не шла в цеховую гильдию.

Так что это получается: у нас Средневековье — эра победившего феминизма, что ли?

Нет, конечно.

Во-первых, женщины за ту же работу, которую выполняли мужчины, получали меньше. Процентов так на тридцать. Во-вторых, представители мужского пола довольно сильно переживали, что из-за представительниц женского им самим не останется рабочих мест — и активно провозглашали свои переживания. В-третьих, не будет же глава семейства дома стирать и детей воспитывать. Хотя если семья не бедствовала, могли взять и прислугу. Но если женщина шла работать, чтобы не голодать, — тогда работу ей приходилось совмещать с домашним хозяйством.

В общем, век, конечно, непросвещённый, но возможностей у горожанки было намного больше, чем мы себе представляем.

А выдавливать женщин из ремесленников стали после XV века. К XVII веку уже окончательно решили, что женщина предназначена в основном для замужества.

Развод и девичья фамилия

Ожидание: разводы не предусмотрены.
Реальность: если развестись не получилось — просто уходи от мужа и живи отдельно!

Ну то есть смотря что считать разводом.

Если официальный церковный развод и раздел имущества, то это действительно было редкостью и организовывали себе такое представители высших сословий, а никак не горожане. Даже у власть предержащих добиться развода с неподходящим супругом не всегда получалось. Однако если супругам было совсем уж невмоготу жить вместе, практиковался развод, так сказать, гражданский: пара попросту расходилась и дальше каждый жил своей жизнью. «Разделение» — так это называлось. Вопрос о разделении решался в судебном порядке.

Что могло стать основанием для разделения? Например, отказ одного из супругов от секса — мог стать. А вот побои — по-разному: могли стать, могли не стать.

Был случай, когда муж при свидетелях набросился на жену с ножом, ранил её, сломал ей ребро, однако на суде заявил, что хотел лишь проучить женщину, — и суд не позволил им «разделиться».

Бесплодие или пьянство жены, импотенция мужа, проматывание мужем семейного имущества, обнаружение факта родства между супругами после брака — всё это могло стать основанием для разделения супругов. Особенно если очень постараться.

Бесправные существа

Ожидание: женщины не имели никаких прав
Реальность: скорее де-юре, чем де-факто

Вообще, в целом в Средневековье было распространено мнение, что дама, скажем, не может свидетельствовать в суде. Точнее, может, но показания её не представляют ценности.

Французский юрист Бомануар, живший в XIII веке, настаивал на том, что на основании показаний женщины нельзя осудить никакого мужчину. Но на практике это не работало.

Горожанки выступали как свидетели в случае тяжких преступлений. Например, если их показания подкреплялись другими свидетельствами или если жертвой был их близкий родственник.

Девушки выступали на делах о насилии, как в качестве жертв, так и в качестве свидетельниц, в процессах о первородстве (например, повитуха могла свидетельствовать, какой из близнецов родился первым), в процессах о канонизации. Дамы избирались даже в присяжные.

Любая горожанка могла пожаловаться в суд на преступление, совершённое по отношению к ней: насилие, оскорбление, нанесение телесных повреждений. За насилие, кстати, наказание было довольно строгое, правда, больше теоретически. Например, считалось, что если женщина в результате насилия забеременела, то она испытала удовольствие, — а значит, и насилия как такового не было.

Невесело обстояли дела и с домашними побоями: если муж жену бил не до крови, то никакого наказания ему не угрожало.

Повальная безграмотность

Ожидание: женщины были поголовно необразованными
Реальность: женщины не слишком отставали в образовании от мужчин

Не считая, конечно, крестьянства и городской бедноты: здесь у женщин не было никакой возможности получить образование. Но вполне практиковали дамы-адвокатессы, да и про врачей женского пола мы помним.

Горожанки работали учительницами, в единичных случаях даже преподавали в университетах. Например, в XIV веке Алессандра Джиллани из Болоньи объясняла студентам устройства человеческих тел, бесстрашно препарируя трупы. В это же время Доротея Букка там же преподавала не только медицину, но и моральную философию.

Однако вот парадокс: преподавать в университетах женщины могли (разумеется, в качестве исключения из правил), а учиться — нет (хотя и есть версия, что некоторые знатные дамы посещали лекции тайно).

Существовал запрет для горожанок на то, чтобы профессионально заниматься интеллектуальным трудом — но, как видим, особо небанальные дамы его успешно обходили. Были женщины-учёные — например, до нас дошёл трактат Тротулы из Салерно, датирующийся XI–XII веками «О болезнях женщин до и после деторождения и в период вынашивания». Были женщины-художницы, переписчицы, даже писательницы.

То есть пока центрами образования были монастыри, у барышень были почти такие же возможности получить знания, как у мужчин. Когда центры образования сместились в университеты, — тут эти возможности и кончились.

В общем, жизнь средневековой горожанки в среднем была не очень долгой, не очень счастливой и не очень богатой. Но не стоит и умалять возможности женщин в это удивительное время: как видим, они изрядно отличаются от того, что живописуют авторы лавбургеров «про Средневековье».

Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора.

женщин в средневековой литературе и обществе

Характерные черты женщин в средневековой литературе
На протяжении всего средневекового периода женщины рассматривались как граждане второго сорта, и их потребности всегда были второстепенными. Их либо признали полностью лживыми, сексуальными, невиновными или некомпетентными. Таким образом, женщинам в большинстве случаев не позволяли занимать руководящие должности или высказывать свой голос; мужчины принимали решения за них, и их жизнь была продиктована мужчинами, которые управляли обществом.Однако, несмотря на отсутствие подтверждения и подавления, женщины в средневековой литературе, безусловно, присутствовали во многих произведениях и в различных формах. Некоторые ходы питают идею о том, что женщины подчиняются и уступают мужчинам, например, Дева, которая изображает женщин как пассивных и слабых, или мать, сама жизнь которой вращается вокруг того, чтобы улучшить жизнь своей семьи и особенно ее мужа, или даже шлюха, которая не имеет власти в своей сексуальности и должна отдать ее ради благополучия своей семьи или мужчин в обществе.Однако есть некоторые архетипы, которые разрывают этот цикл, такие как Трикстер или Ведьма, которые нарушают социальные нормы и выделяются, демонстрируя качества хитрого ума, запугивания и силы. В нижеследующих разделах мы подробнее рассмотрим несоответствие между тем, как женщины рассматривались в средневековом обществе, и тем, как их изображали в литературе того времени.


«Богородица»
Возможно, самый распространенный и наиболее позитивно воспринимаемый образ персонажа, связанный с женщинами в литературе, — это «Дева».Согласно большинству ранних публикаций, основная функция женщин заключалась в том, чтобы оставаться «чистыми» до тех пор, пока они не выйдут замуж, а затем не смогут иметь детей. Если бы незамужняя женщина появилась в литературе еще в средние века, она почти на неопределенное время превратилась бы в добродетельную, чистую женщину.

Как и многие литературные образы, идеология этого персонажа зародилась в Библии. Святая Мария, мать Иисуса Христа, также называемая Девой Марией, является первой известной личностью, в которой записано все это всеобъемлющее самосознание.Святая Мария приняла обет девственности и осталась верна ему всю свою жизнь, несмотря на то, что родила ребенка. У Мэри был такой чистый характер, что ее беременность была безупречным зачатием. Ангел Гавриил пришел к ней и сказал, что она родит сына Божьего. Святая Мария прожила свою жизнь полностью в рамках идеальной христианской женщины. Именно ее жизнь и ее поведение создали эту «идеальную» религиозную женщину.

В средневековой литературе Дева часто является голосом разума.Она рациональна, приземленна и руководит (в том смысле, что ведет главного героя к пути, который проложил для них Бог). Рассказать герою о том, что Бог приготовил для него, — основная задача Девы. Она устает держать героя на своем пути. Ее часто называют красивой, изящной. Хотя «Дева» по-прежнему является второстепенным или даже второстепенным персонажем средневековой литературы, она по-прежнему важна для сюжета. На протяжении всей истории ее уважают и защищают. Даже когда она в беде, автор не причиняет ей никакого физического вреда, часто просто усыпляет или запирает где-нибудь, пока герой не сможет ее спасти.

В романе Спенсера « Королева фей » Уна — святая принцесса, которую рыцарь Красного Креста должен защищать в своем путешествии. Она появляется едущим рядом с Рыцарем Красного Креста, верхом на осле «белый, чем снег, но она намного белее» (783). Все мы знаем, что белый цвет означает чистоту, и указание на то, что она белее, чем ее верховая езда, дает нам представление о том, насколько она девственна. Далее мы читаем: «Такая чистая и невинная, как тот же самый ламбе, она была при жизни и всякими болтовнями, и произошла от линажа Ройяля» (783), объясняя, что Уна получает свои добродетели от своего королевского воспитания.Во время повествования Уна буквально держит Рыцаря в лесу, не давая ему сбиться с пути и найти другие занятия: «Знайте, — сказала тогда эта леди Милде, — как минимум неожиданного озорства, которое вы слишком опрометчиво спровоцируете: Опасность. спрятал, место неизвестное и дикое »» (785).



«Мать»
На протяжении всего средневекового периода наиболее важной ролью женщины была роль матери или ребенка, вынашивающего ребенка, независимо от того, богатая она или бедная, дети были ее главным приоритетом. Роль женщин в обществе часто сравнивали с тем, что написано в Библии.В реальной жизни женщины были подчиненными и угнетенными из-за того, что Библия диктовала им, что они должны быть такими, а религия так строго соблюдалась. Ева, создательница первородного греха, часто рассматривалась как причина подавления и послушания женщин, хотя Дева Мария контрастировала с Евой и считалась великой. Она сделала все, чтобы поддержать мужчин в своей семье, как утверждает Аликс Бови: «Так же, как сельские женщины помогали своим мужьям, городские женщины помогали своим отцам и мужьям в самых разных профессиях и ремеслах».Все, что делает женщина, связано с тем, как это улучшает жизнь мужчин. Женщины были полностью преданы своим мужьям и семьям. Воспитание сына, хорошо подходящего для общества, было лучшим и самым важным делом, которое могла сделать женщина, потому что мужчины вносили настоящий вклад в общество. Более богатые женщины, которые были матерями, напрямую не воспитывали своих детей, хотя вынашивать их по-прежнему было их самой важной работой в семье. Мужчины по-прежнему правили насестом, особенно когда К. Труман утверждает, что «создание наследника мужского пола в богатой семье считалось жизненно важным».Бедным женщинам нужно было иметь много детей, предпочтительно мальчиков, чтобы создать рабочую силу для своего мужа. Все возвращается к важности мужчин и женщин, обеспечивающих мужчин и мужчин в обществе.
Средневековая литература часто изображает женщин в очень ярком свете, и большинство из них не очень кстати. Хотя свет не всегда может быть хорошим, он всегда светит на женщин, поскольку они обычно занимают центральное место в истории. Роль матери часто необходима, но часто рассматривается как подчиненный, охраняющий издалека персонаж, который классифицировал реальную средневековую женщину.Женщины, которые изображаются матерями, например, в фильме «Игра второго пастыря» , являются примером для отражения женщин в Библии, таких как Дева Мария, во время пьесы внутри пьесы, потому что это мистическая игра, в которой реальные люди Средневековья были бы способны. касаться во время просмотра. Считается, что мать, которая не действует как Дева Мария или не является воплощением совершенства, терпит неудачу в своей единственной работе в жизни. Как сказал один из пастухов, Мак, «[Моя жена] лежит, блуждая, у крестьянина, У огня, вот! И дом, полный выводков.Она тоже хорошо пьет: Я ускорю другое хорошее, Что она сделает! Но шо Ешь как можно быстрее; и подобный год приходит к человеку. Она рождает лакана, а некоторые года два »(340-350). По стандартам мужчины она падает на свои супружеские обязанности, но то, что должно быть ее искупительным качеством, рожать много детей, похоже, даже не поднимает ему настроение. Мужчины диктуют, какой именно должна быть женщина, и этот мужчина считает, что если его жена не заботится о своих детях, то она не должна их рожать.Каждая женщина должна быть матерью, но только если она хорошая. Эта женщина определяется тем, что ее муж думает о ней, и хотя она выполняет свой долг, она не выполняет его достаточно хорошо для него, и поэтому ее полностью принижают.
В эпической поэме « Беовульф», мать Гренделя олицетворяет другой тип защиты. Хотя она и берет на себя более мужскую роль, она просто приспосабливается к обществу, в котором ее ставят так, как другие матери в средневековой литературе соблюдают все правила общества.«Она демонстрирует понимание и принятие кодекса чести, когда она стремится отомстить за смерть своего сына. «В европейском средневековье, как и практически во все периоды истории человечества, война рассматривается как мужское занятие» (О’При-Рейнольдс). Хотя она не подчиняется нормальной матери и подчиненной женщине, она становится тем, кем должна быть, чтобы поддерживать идеалы общества. Хотя она не берет на себя нормальную роль женщины в обществе, для этого требуется, чтобы она защищала своего сына иным образом, и поэтому она делает то, что должна, чтобы быть лучшей матерью, которой она может быть.


Портрет средневековой матери работы Джеремиаса ван Винге


«Ведьма»

Ведьмы — это женщины, обладающие знаниями и силой, в зависимости от того, когда в истории жила ведьма, она могла быть либо важным членом общества, либо жить в опасности утонуть или сгореть заживо. Во время сенной охоты на ведьм любая женщина, которая отличается от социальных ожиданий женщин, подвергнется риску быть судимой как ведьма. Из-за этого страха перед ведьмами часто смотрят как на злодеев.

Происхождение тропа
Колдовство, народная магия и магические фигуры были частью человеческой жизни, восходящей к эпохе палеолита, с иллюстрациями в пещерах шаманов. Время шло, люди перемещались по миру и эволюционировали, и их магия росла. В средневековый период существовало два типа ведьм: белые ведьмы и черные ведьмы. Белые ведьмы часто были мудрыми старухами, которые работали с травами (такими как мандрагора, дурман, каннабис, белладонна, белена, болиголов и т. Д.), Пытаясь лечить плавниками или, по крайней мере, лечить недуги, от которых нет лечения.Эти женщины были невероятно важными членами средневекового европейского общества.
Тем не менее, черные ведьмы не так высоко оценивались обществом. Они практиковали тайное искусство колдовства, которое причиняет вред другим.

Характеристики тропа
Ведьмы — это женщины, обычно пожилые женщины, многие из них были мудрыми женщинами, и их ремесло передавалось из поколения в поколение. Черные ведьмы — это ведьмы, о которых мы часто думаем сегодня, с темными заклинаниями и зловещими зельями.
Различие между этими двумя категориями ведьм было потеряно во время бубонной чумы, в это время, наполненное смертью, отчаянием и замешательством, люди стремились найти козла отпущения за всю смерть.Ведьмы были одной из групп людей, которые были «разными» и виноваты в смертях от чумы. Затем, около века спустя, в 1486 году, Якоб Шпренгер и Генрих Крамер написали Malleus Maleficarum (или Молот ведьм ). В этой книге ведьм были описаны как «сатанинские и сексуальные мерзости», и хотя черная смерть, возможно, закончилась, это было время, наполненное голодом и смертью. Страдающие люди хотели козла отпущения; поэтому они обратились к ведьмам, которые теперь виноваты во всех несчастьях в жизни людей, таких как: смерть животных, неурожай, сожженные дома и простокваша.Примерно при написании Молота ведьм Папа Лев X издал законопроект, согласно которому все осужденные за колдовство должны быть казнены.

Примеры в литературе
Ведьмы были источником вдохновения в литературе на протяжении сотен лет, независимо от того, являются ли они просто персонажами или источником вдохновения для целого литературного произведения. Морган ла Фей — часть многих литературных произведений, она была источником вдохновения для многих молодых девушек из серии Mists of Avalon . Она всегда является старшей сестрой Артура, всегда присутствует в сюжетной линии и часто играет очень заметную роль в сюжетных линиях Артура, но в «Сэр Гавейн» и «Зеленый рыцарь » она играет минимальную роль там, где ее видят зрители.Она очень подробно представлена ​​в начале сюжетной линии как старая старуха, и не будет снова появляться в главных ролях до конца сюжетной линии, когда персонажи, препятствующие замку, раскрывают себя такими, какие они есть на самом деле, и мы видим старуха — это на самом деле Морган ла Фей, которая с помощью магии превратила короля Бертилака в Зеленого рыцаря и является сердцем этого волшебного приключения.

Ведьмы появляются не только в эпических сказках, но и в Библии (это один из многих примеров влияния языческой и христианской идеологий друг на друга).В Библии те, кто практикует колдовство или любую магию, считаются грешниками, достойными смерти. Хотя в раннем католическом христианстве наличие святых и реликвий было шагом от множества языческих религиозных божеств, и христианами использовалась магия. Эта магия фокусировалась не на демонах, а на заклинаниях и механических средствах от болезней, и молитва лорда часто произносилась при смешивании зелий для этих средств.

Значение / влияние тропа
В то время, когда не было врачей, которых мы знаем сегодня, не было чистой воды или больниц, ведьмы должны были помочь тем, у кого нет известных лекарств.Эти женщины помогли продвинуть медицинские знания вперед от греческих идей балансировки юмора. Но однажды ведьм обвиняли в проблемах в жизни людей, и церковь поощряла судебное преследование ведьм, и определение того, кто был ведьмой, расширилось до всех, кто работал с травами, чтобы найти лекарство. Было сказано, что «
тех, кто использовал травы для лечения, сделали это только через договор с Дьяволом, явный или подразумеваемый», этот страх перед женщинами, обладающими разумом и властью, остановил медицинский прогресс.

Изображение колдовства Ульриха Молитора
Короткая пьеса с персонажами Артура


«Шлюха»
Из множества характеров персонажей, с которыми приходится ассоциироваться при обсуждении средневековой литературы, «Шлюха», вероятно, является самым негативным. В средние века женщины считались ниже мужчин и, следовательно, не достойны выполнения той же задачи или действий, которые обычно выполняются мужчинами.

Большая часть средневековой социальной структуры затрудняла женщинам поиск своего места в обществе.Женщины не имели тех же прав, что и мужчины, или привилегий, что и мужчины, поэтому многие из них просто делали то, что им велело общество. С течением времени, когда женщинам постоянно говорили об их месте в обществе, многие женщины начали выполнять свою преподаваемую роль средневековой проститутки, также известной как «шлюха» средневекового общества. С течением времени в XVI и XVII веках женская проституция стала огромной проблемой для европейской нации, где женщины обычно вымогали свое тело за деньги на улицах европейских стран.«Средневековая проститутка» стала популярной темой для глубоких писателей века, которую они исследовали и использовали в своих литературных произведениях.

История средневековой проституции уходит корнями далеко в европейские временные рамки, начиная почти с начала эпохи средневековья. Согласно статье в Интернете, «проституция не обязательно была единственным выбором женщины в карьере, и есть много примеров, когда женщины использовали проституцию для пополнения своего повседневного дохода» (Fantaesque).Большинство женщин не хотели становиться проститутками или «шлюхами» европейских улиц, но они признавали тот факт, что им нужно зарабатывать деньги, чтобы поддерживать себя и выжить в тяжелые времена. Из-за плохих условий жизни и нищеты многие женщины не имели другого выбора, чтобы стать средневековыми проститутками. Многих женщин, особенно бедных, в средневековом обществе всегда принижали по интеллектуальной шкале по сравнению с мужчинами. В конце концов, эти бедные женщины начали соответствовать представлениям о своей цели и месте в обществе, которые им говорили официальные лица и мир, так родились средневековые проститутки.Точно так же, как в нашем нынешнем обществе было много проблем с проституцией, многие женщины в средние века, которые занимались проституцией, подвергались серьезному снисхождению, а некоторые даже были убиты за свою практику вымогательства.

Несмотря на то, что средневековая индустрия проституции представлялась «грязным бизнесом», практика средневековых проституток привлекла внимание многих людей и, в конечном итоге, рассматривалась значительной частью Европы как форма институционального зарабатывания денег.Поначалу большая часть Европы не одобряла индустрию проституции и дала ей отрицательный ярлык еще в самом начале ее существования. Однако где-то по мере роста средневековой индустрии проституции некоторые страны Европы начали признавать сексуальные желания и потребности женатых и неженатых мужчин. Многие средневековые городские лидеры и городские власти начали принимать идею и практику проституции и в конечном итоге создали специально отведенные места, где женщинам было разрешено по закону ухаживать за своим телом.Они начали использовать эту деятельность в своих интересах для получения прибыли. В этих конкретных областях, «где женщинам разрешалось заниматься своей профессией без вмешательства или притеснений». (Fantesque) назывались «публичными домами» и создавались как в общественной, так и в частной среде. Согласно некоторым исследованиям по истории средневековой проституции, закон о принятии решений, вводящих в действие эти «публичные дома», фактически давал властям города или поселка определенный уровень контроля над практикой вымогательства.

В литературе писатели используют свой язык и литературные приемы, чтобы привлечь наше внимание к всемирным темам. Одна из самых важных тем, которые мы раскрыли в литературных произведениях, которые мы прочитали в течение этого семестра, — это роль женщин в обществе.

Многие женские персонажи в литературе, которую мы читали, были восприняты как слабые и некомпетентные. Писатели, такие как Чосер, намекают нам на мысль о предназначении и месте женщины в обществе. В своем рассказе «Кентерберийские рассказы» «Жена из рассказа Бата» Чосер неоднократно ссылается на традиционные идеи женской культуры и на то, чего женщины хотят.Старуха из «Жены из сказки Бата» во многом символизирует образ «Шлюхи». В контексте сказки старуха, жена, представляет себя авторитетной фигурой в браке. Однако ее поведение на протяжении большей части пролога наводит на мысль, что она исполняет роль «шлюхи» средневековых женщин в литературе. В частности, строки из пролога «Жены из сказки Бата» ниже служат прекрасным примером намеков Чосера на средневековую проституцию и на то, как старуха проявляет некоторые черты «шлюхи».

«Они hadde me yiven hir land and hir tresor / Мне нужно было nat do lenger усердие / Чтобы винить их любовь или почтение к ним» (Строки 210-213)
Эти строки из сказки сильно освещают традиционное представление о женщине проститутка заботится только о деньгах или богатстве своего мужчины. С аналитической точки зрения Чосер, кажется, использует эти строки в этой конкретной истории из Кентерберийских рассказов, чтобы укрепить идею о том, что эта старая женщина говорит, что ее даже не волнует, что эти мужчины, с которыми она спит, могут делать все, что им хочется. хотят ее и изменяют ей, потому что они уже отдали ей свои богатства и землю.Эту идею можно сравнить с традиционным поведением средневековых проституток того времени. Старуха в этой сказке изначально воспринимается как обманщик, похожий на обманщика, поскольку она манипулирует своими первыми тремя мужьями, но ее персонаж также демонстрирует характеристики средневекового литературного тропа «Шлюха». Старая женщина в этой сказке только после богатства и богатой земельной собственности своих мужей соглашается переспать с ними, чтобы получить их богатство. Хотя мысль о том, что женщины вступают в половые отношения с мужчинами только для того, чтобы получить свои деньги, не применима ко всем женщинам, это поведение, как было традиционно известно, присуще многим проституткам еще в средние века, и до сих пор широко считается важной характеристикой современной жизни. дневные проститутки.Точно так же Чосер предоставляет больше доказательств

«Если я сделаю свою красавицу и мою сердцевину / Широта, прощай, девел идет с ними! / Мука тупица, здесь намор сказать: / Брен, который я лучше всего могу теперь продать»; (Строки 481-484)
Эти строки из рассказа Жены Бата из Кентерберийских рассказов Чосера демонстрируют намек Чосера на образ женщины «Шлюха» в средневековой литературе. С помощью языка, использованного в этой строке, Чосер сообщает нам, как старуха расплачивается перед обществом, заставляя своего четвертого мужа думать, что она тоже спит.Многие женщины в первые века Европы, особенно в Англии, подвергались дискриминации со стороны большей части общества и всегда считались «шлюхами» за то, что они спали с другими мужчинами. В средневековом обществе спать для женщин считалось огромным грехом и преступлением во многих частях Европы в средние века. Сказав это и обдумав это, Чосер, кажется, передает свой намек на женщин, борющихся против средневековых проституток и придерживающихся их традиционных взглядов, упоминая эти строки в «Сказке жены Бата».Похоже, что Чосер использует старуху в этой сказке как символ стремления женщин бороться против традиционных ценностей и целей, которые, по словам средневекового общества, они придерживаются и служат. Женский персонаж в «Жене из сказки Бани» в конечном итоге демонстрирует раннесредневековое противоречие с представлением о том, что женщины не должны были иметь более одного мужа в жизни. Интересно, что Чосер также использует своего персонажа, чтобы передать свое сообщение о том, чего «все» женщины должны хотеть, а именно о богатстве и богатстве.


Портрет средневековой проститутки Мартена Ван Клеве


«Обманщик»
Как утверждает Лиза Перфетти, «Обманщики и шутники — одни из самых распространенных персонажей средневековой комической литературы» (633). В этой литературе женщины обычно используют образ трикстера, уходящий своими корнями в Ветхий Завет Библии. Архетип сформировался в ответ на действия Евы, которая совершила первый грех, съев плод знания, и «убедила» Адама сделать то же самое.Столкнувшись с Богом, Адам вспоминает: «Женщина, которую ты дал мне, она дала мне плод с дерева, и я ел» (qtd. В Perfetti 633). Ева показана как обманчивая и лживая причина падения человечества. Сара С. Форт пишет: «Никто не получает больше плохой прессы, чем Первая женщина, которую обвиняют в том, что она и ее партнер были изгнаны из рая и запустили человечество по нисходящей спирали» (57). Это изображение глубоко влияет на то, как средневековое общество рассматривало роль женщин, поскольку Церковь была глубоко укоренилась в их культуре и определяла их образ жизни.Это привело к возникновению цикла недоверия, не позволив женщинам занять влиятельные должности или получить слишком большой контроль над решениями, принимаемыми семьей и обществом. Люди полагали, что женщины в конечном итоге сделают выбор, который приведет к падению общества, точно так же, как Ева совершила грех, который «разрушил» Рай. Это объясняется в «Средневековых женщинах»: «Средневековое общество было очень традиционным. Женщины не играли или не играли никакой роли в стране в целом. В городах общество фактически диктовало, какую работу может выполнять женщина, и ее роль в средневековой деревне заключалась в том, чтобы поддерживать своего мужа.Свобода женщин была сильно ограничена. Им не разрешалось вступать в брак без согласия родителей, они не могли вести бизнес без специального разрешения и не могли владеть какой-либо собственностью »(Trueman 1). Было установлено, что если бы женщины обладали какими-либо из вышеперечисленных полномочий, они бы злоупотребляли ими или принимали неблагоприятное, необразованное решение. Поскольку церковь была авторитетом в обществе, мужчины должны были контролировать все дела, чтобы не допускать совершения женщинами каких-либо грехов или ведущих к падению и погрому.Люди считали: «Когда женщины пользуются властью, они часто рассматриваются как« манипулятивные, обманчивые, незаконные или неважные ». Это объясняет выдающееся место в Библии женских фигурок-обманщиков. . . » (Форт 217). Они считали, что было бы в пользу Бога не допускать женщин к любой политике и влиятельным постам, поскольку Ева изначально ослушалась его. Однако в средневековой литературе женщины не всегда изображались некомпетентными или плохо подготовленными. Их изображали обманщиками, которые демонстрировали хитрые качества, но также, будучи верными роли Евы, обманывали людей и были чрезвычайно обманчивы.


Изображение Евы Джузеппе Арчимбольдо

У архетипа трикстера в средневековой литературе есть особая цель. Он «выполнял консервативную функцию, служа восстановлению социальных норм. . . ценится за врожденное остроумие, является активом для выживания в любом обществе. Они действуют как творец и разрушитель, преступая границы, но также определяясь ими »(Perfetti 633). Этот образ оживает в Жена из Банной сказки с характером старой ведьмы.Старуха служит советником рыцаря в сказке, являясь источником, который открывает ему, чего женщины больше всего желают. Когда он приближается к ней, она получает власть в отношениях и задается вопросом, какова его цель блуждать по дороге, по которой она шла. Он спрашивает: «Мой leve moder, — сказал этот рыцарь, — определенно / Я назвал это, но если это я могу сказать, / Что именно женщины больше всего желают / Можете ли вы меня поумневать, я хорошо понимаю, что вас наняли. ”(1012-1014). Рыцарь, кажется, знает, что эта женщина обладает уникальными знаниями и остроумием, и тот факт, что он доверяет свою жизнь в ее руках, показывает, что он знает, что она способна выжить в обществе.Она переступает границы, за которые ее держало средневековое общество, а именно тишина и бессилие, и заставляет рыцаря пойти на сделку, заявив: «Сдавай мне свою форель, она в моей руке», quod she / Следующее, что я требую от тебя / Ты сделай это, если оно будет в твоей мощи / И я скажу тебе, что это будет ночь »(1015-1018). Обладая властью в этой ситуации, она связывает рыцаря на сделку, ставя его в подчиненное положение по своей воле. Его жизнь скорее в ее руках, чем наоборот.Это ставит ее в оптимальное положение, чтобы обмануть его, поскольку он находится в ее власти. Когда они добираются до Двора, женщина просит, чтобы Рыцарь женился на ней, и даже при том, что он умоляет ее передумать, поскольку она находится в положении власти, он не может. Как утверждает Джонатан Блейк в своей статье: «Трикстеры нарушают нормальные иерархии и правила повседневного или официального поведения — либо по уму, либо по глупости». Старуха, используя свою доминирующую роль, заманивает Рыцаря в ловушку обязывающего соглашения. Затем она просит его выбрать, хочет ли он, чтобы она была молодой и неверной или старой и верной.Он отвечает: «Моя госпожа и моя любовь / и, если так, я поставил меня в твою мудрую власть: / ты сам, что может быть очень приятно» (1236–1238). Благодаря ее хитрости и положению, в которое она его поставила, Рыцарь подчиняется воле старушки, и она получает то, чего женщины больше всего желают.

Значение архетипа трикстера в средневековой литературе заключается в том, что «хитрость или глупость, или и то, и другое, шалости и игры Трикстера служат уравновешивающим средством и тем самым повышают осведомленность» (Саттон 1).Средневековое общество руководствуется правилом, согласно которому женщины должны подчиняться мужчинам, не доверять серьезные дела и неадекватно принимать решения. Поэтому часто голоса женщин подавляются и игнорируются, и поэтому они становятся несчастными в браке и неудовлетворенными. Старушка в фильме «Жена из бани» дает иную картину, рассказывая обществу о том, что женщины на самом деле настолько одарены и хитры, что могут перехитрить мужчин и добиться своего. На самом деле то, что они говорят, настолько важно, что может стоить жизни человеку, если это не будет сказано в суде.Архетип женщины-обманщика позволил сделать вывод в конце рассказа о том, что если с женщиной будут обращаться с уважением и ее желания будут выполнены, отношения будут взаимовыгодными: «И она повиновалась ему во всем. сделай ему удовольствие или симпатию / И так они живут своей жизнью, / In parfit joy. . . И я молюсь, чтобы Иисус сократил свои жизни / Чтобы ничто не могло управляться их женами »(1261–1264, 1267–1268). Это учение о том, что мужья и жены должны слушать друг друга и позволять друг другу обладать властью, является важным идеалом.Это не было бы передано, если бы женщина-обманщик в сказке не поставила на карту жизнь Рыцаря из-за своего знания.


Цитируемые работы
Алчин, Линда. «Средневековое колдовство». Средневековое колдовство . Siteseen Ltd, 1 июня 2014 г. Web. 3 декабря 2015 г.

Арчимбольдо, Джузеппе. Портрет Евы. 1578. .

Бови, Аликс. «Женщины в средневековом обществе». Британская библиотека .Интернет. 10 декабря 2015 г.

Чосер, Джеффри. «Жена Пролога и сказки Бата». Антология английской литературы Нортона: Средневековье. Ed. Стивен Гринблатт. Нью-Йорк: W.W. Norton & Company, 2012. 282–310. Распечатать.

Fantaesque. «Средневековая проститутка». История в процессе (пере) становления. 6 января 2015 года.

Forth, Сара С. Библия Евы: Женский справочник по Ветхому Завету. Нью-Йорк: Гриффин Святого Мартина, 2008. Интернет.

Крох, Карл.«Коллекция колдовства Корнельского университета». Коллекция колдовства библиотеки Корнельского университета . Корнелл Университет. Интернет. 9 декабря 2015 г.
Молитор, Ульрих. De Lamiis et Phitonicis Mulieribus, 1493. .

О’Прай-Рейнольдс, Анита Кей. «Мужчины и женщины в средневековой литературе и обществе». Интернет. 10 декабря 2015 г.

Перфетти, Лиза. «Обзор книги Эллисон Уильямс« Обманщики и шутники: мошенничество во французской и немецкой литературе средневековья и эпохи Возрождения ».«Обманщики и шутники: мошенничество во французской и немецкой литературе средневековья и эпохи Возрождения». Speculum 2003: 633. Web.

«Сэр Гавейн и Зеленый рыцарь». Антология английской литературы Нортона: Средневековье. Э. Стивен Гринблатт. 9 изд. Нью-Йорк: W.W. Norton & Company, 2012. 162–213. Распечатать.

Соммервиль, Иоганн. «Голландский трактат». Голландский трактат . Висконсинский университет. Интернет. 4 декабря 2015 г.

Спенсер, Эдмунд.«Королева фей». Антология английской литературы Нортона: Средневековье. Э. Стивен Гринблатт. Нью-Йорк: W.W. Norton & Company, 2012. 282–310. Распечатать.

Саттон, Бренда. «Обманщик». Мифические отрывки: журнал воображения. Mythic Passages, 2006. Интернет. 8 декабря 2015.

«Игра второго пастыря». Антология английской литературы Нортона . Эд. Стивен Гринблатт. 9 изд. Нью-Йорк: W.W. Нортон, 2012. 450–476.Распечатать.

Труман, К. Н. «Средневековые женщины». Сайт изучения истории. Сайт для изучения истории, 5 марта 2015 г. Интернет. 8 декабря 2015 года.




Факты о средневековых женщинах и браке

Мы можем только представить себе тяжелую работу стирки, готовки и уборки, когда все задачи приходилось выполнять с нуля — прежде чем белье можно было стирать, домохозяйка должна была сделать щелок (средневековый эквивалент моющего средства), чтобы впитать его, и прежде, чем можно было приготовить обед, нужно было разжечь огонь.Средневековая домохозяйка также должна была сбивать масло, варить эль и ухаживать за домашним скотом, а также прядать и ткать ткань, чтобы шить одежду для семьи.

Эти работы выполнялись домохозяйками на протяжении веков, но откуда мы это знаем и какие доказательства у нас есть? Археологи раскопали камни кварца для измельчения зерна в домашних условиях и нашли домашнюю утварь, которая может дать нам несколько подсказок. Но многие средневековые женщины не умели ни читать, ни писать, поэтому они никогда не вели дневники или журналы, рассказывающие нам о своей повседневной жизни — они, вероятно, были бы слишком заняты, чтобы найти время для письма, даже если бы могли.

В конце 14 века седой француз Ги де Монтиньи, известный как «Гудман из Парижа», написал подробную инструкцию для своей молодой невесты [предположительно около 15 лет], описывая ее будущие обязанности. как домохозяйка. Пара принадлежала к купеческому сословию, и, очевидно, девушка должна была быть грамотной, поскольку могла читать его книгу.

Мы можем содрогнуться от этой идеи, но пожилой мужчина, женившийся на подростке, считался выгодным для обеих сторон: он получил новую жизнь, а она наслаждалась плодами его успешной карьеры и мудрости.Кроме того, молодая женщина обычно оформляла первый брак — ее муж выбирался семьей. Однако при определенных обстоятельствах вдова может выбрать второго мужа. Ги де Монтиньи признает это, заявляя, что, если его жена хорошо обучена своим обязанностям, когда она снова выйдет замуж после его смерти, она будет заслугой его учения. Вот как он ожидает, что она будет о нем заботиться:

А потому любите человека вашего мужа внимательно, и я прошу вас держать его в чистом белье, ибо это ваше дело … его поддерживает надежда на то, что его жена позаботится о нем по его возвращении [домой] … быть снятым перед хорошим огнем, чтобы его ноги были вымыты, и были чистые обувь и чулки, чтобы ему давали хорошую еду и питье, чтобы о нем хорошо обслуживали и хорошо заботились, хорошо постелить в белых простынях и ночных колпаках, хорошо покрыть хорошими мехами , и успокаиваемый другими радостями и отчаянием, личностями, любовью и секретами, о которых я умалчиваю.А на следующий день свежие рубашки и одежда. Certes, такие услуги пробуждают в мужчине любовь и желание вернуться домой, увидеть свою добрую жену и отдалиться от других.

Женщины разделывают рысаки свиней. Из Tacuinum Sanitatis, средневекового справочника по здоровью (14 век). Миниатюра. Fol. 78 р. (Фото: Prisma / UIG через Getty Images)

Согласно Уильяму Лэнгленду, написавшему Piers Ploughman в 14 веке, есть три вещи, которые могут вывести мужчину из его дома, возможно, в объятия другой женщины: протекающая крыша, дымящийся огонь и, что хуже всего, « хитрая жена, которую не накажут; ее подруга убегает, опасаясь ее языка… »

По поводу того, как должна вести себя домохозяйка, анонимный стих, известный как How the Good Wif taughte hir Doughtir , содержит простые инструкции для молодых женщин, которые помогут им найти лучших мужей, ведя себя соответствующим образом:

Когда вы сидите в церкви, вы должны возносить свои молитвы.
Не болтайте ни с другом, ни с родственником.
Смейтесь, чтобы не пренебрегать ни старыми, ни молодыми,
Но будьте терпеливы и говорите хорошо…

Не ходи в город, как ветреный человек
Из одного дома в другой в поисках суетных развлечений;
И не ходите продавать свою бурлу [дешевую домашнюю ткань], чтобы продать,
А потом в таверну, чтобы разрушить вашу репутацию…

Не ходи на борьбу и не стреляй в петуха,
Как если бы ты была распутницей или распутной женщиной.
Оставайся дома, дочь, и сильно люби свое дело,
И ты, мое дорогое дитя, скоро разбогатеешь.

Чтобы получить приблизительное представление о том, на что была похожа жизнь домохозяйки из низшего сословия, мы можем обратиться к интригующему стихотворению 15 века, основанному на гораздо более раннем тексте, названном Баллада о тираническом муже , которая дает нам некоторые представление о том, что работа бедной женщины никогда не была сделана:

Хорошего человека [мужа] и его парня на плуг больше нет,
У доброй жены было много дел, а у слуги ее не было,
Много маленьких детей, о которых нужно было заботиться, кроме нее самой,
Она сделала больше, чем могла внутри себя собственный дом.

Домой пришел добрый человек рано утром
Убедиться, что все было согласно его желанию.
«Дама, — сказал он, — наш обед готов?» «Сэр, — сказала она, — нет.
Как вы хотите, чтобы я делал больше, чем я могу? »

Тогда он начал бранить и сказал: «Черт тебя побери!
Я бы хотел, чтобы ты весь день ходил со мной пахать,
Прогуливаться по комьям мокрым и заболоченным,
Тогда ты узнал бы, что такое пахарь ».

Тогда добрая жена поклялась, и она сказала:
«У меня больше дел, чем когда-либо.
Если бы вы следовали за мной в течение дня,
Вы бы устали от своей части, держу пари ».

«Устало! Во имя дьявола! » сказал добрый человек,
«Что тебе делать, кроме как сидеть здесь, дома?
Вы идете один за другим в дом вашего соседа,
И сидите там, болтая с Джеком и с Джоном ».

Гравюра на дереве, изображающая человека, которого убирают; Вокруг миски можно увидеть трех вшей. Иллюстрация из Hortus Sanitatis (Сад здоровья), напечатанной Иоганном Пруссом в Страсбурге в 1497 году.(Фото SSPL / Getty Images)

Затем жена рассказывает ему, что прошлой ночью она почти не спала из-за ребенка, но она первой встала утром, чтобы подоить коров и вывести их на пастбище, пока он еще спал. Затем она проводит день за приготовлением масла и сыра и ухаживает за детьми. Она должна покормить цыплят, уток и гусей и вывести их на лужайку. Она печет, варит и подготавливает лен к ткачеству. Она дразнит, раскладывает карты и прядет шерсть.

Затем ее муж жалуется, что она варит и печет чаще, чем необходимо — раз в две недели будет достаточно.Она смеется. Далее она объясняет, как она шьет льняную и шерстяную ткань для семейной одежды, чтобы у них не было огромных расходов на покупку ткани на рынке. Готовит еду для животных:

«… И еду для себя до полудня,
. Но я не получаю честного слова, когда закончу

.

Так что я смотрю на наше благополучие как на улице, так и внутри.
Чтобы не было недостатка ни в большом, ни в маленьком… »

Однако эта баллада была написана для развлечения публики.Высказывались даже предположения, что она могла быть написана женщиной для женской аудитории, но это не точно. Затем мы переходим к самой интересной части: хороший человек настаивает на том, что, если его жена считает, что она много и упорно трудится, на следующий день они поменяются местами, и она может попробовать свои силы в вспашке, чтобы увидеть, что влечет за собой настоящая работа:

«Итак, дама, приготовь тебя, я предупреждаю тебя,
Завтра с моим мальчиком ты пойдешь на плуг
А я буду хозяйкой и буду охранять наш дом и дом
И успокоюсь, как ты» Клянусь Богом и Святым Иоанном! »

Жена соглашается на вызов, перечисляя все работы, которые ему предстоит выполнить.Чтобы семья не проголодалась на следующий день, жена встает очень рано, чтобы подоить корову, сбить масло и замариновать мясо на ужин. Все, что нужно будет сделать мужу, это позаботиться о детях «и пусть они не плачут», следить, чтобы гуси не разбегались, и проследить, чтобы солод (для приготовления эля), нагретый в духовке, не подгорел. . Сможет ли он с этим справиться? «Не учите меня больше домашнему хозяйству, я знаю достаточно», — говорит он ей.

Две женщины несут кувшины на головах, отходя от загона, заполненного овцами, c1100.(Фото Hulton Archive / Getty Images)

В этот момент балладист делает передышку, призывая к заслуженному напитку: «Тогда вы услышите самое лучшее», — говорит он (или, может быть, она). Мы можем представить, что это будет. Будет ли муж все испортить в отсутствие жены? Докажет ли она свою точку зрения о том, как тяжело женщинам работать по дому?

К сожалению, наше воображение — это все, что у нас есть, потому что остальная часть баллады отсутствует: мы так и не услышим «лучшую часть», как обещали.Возможно, баллады больше не существовало, певец достиг своей цели — показать ценность домохозяйки.

Похоже, что Томас Тассер правильно понял: «У домохозяек нет конца». Моя мать согласилась бы с ним.

Книга Тони Маунта «Средневековая домохозяйка и другие женщины средневековья» (2014) доступна в издательстве Amberley Publishing. Чтобы узнать больше, нажмите здесь.

Эта статья была первоначально опубликована History Extra в июне 2015 года.

Женщины в средние века — повседневная жизнь

Эти сайты расположены в алфавитном порядке, и не , а не отражают какую-либо иерархию.Они выбраны для дополнения средневековых и средневековых женских эпизодов фильма доктора Джона Линхарда. «Двигатели нашей изобретательности» от общественной радиостанции KUHF Хьюстонского университета и для помощи в дальнейших исследованиях. Ссылки на страницу Двигатели обозначены тремя синими пули, таким образом: .

Записи усадебного двора дают некоторое представление о повседневной жизни Среднего Возраст; см., например, некоторые записи 1290-х годов из Настоятель Суда Битвы в Бритвальтеме, найден в Интернет-средневековый справочник.

В «Англосаксонские женщины: больше, чем просто« Frithuwebbas »», Кэти Кун-МакРэри, по сути, предлагает синопсис книги Кристин Фелл « женщин» на англосаксонском языке. Англия .

Некоторые из текстов Св. Августина важны для понимания средневекового отношения к браку, особенно среди богословов:

В «Бренди» Dr. Линхард исследует как восточные, так и западные открытия в области ферментации и дистилляции.

«Дымоходы» — немного истории от доктора Джона Линхарда из Двигатели нашей изобретательности .

НОВЫЕ ССЫЛКИ! Профессор Университета Тара Магиннис Аляски-Фэрбенкс собрал обширную Интернет-библиотеку с ссылками на костюмы на сайте «The Costumer’s» Манифест ». Страницы, представляющие наибольший интерес для медиевистов, включают:

НОВАЯ ССЫЛКА! Проект Motco оцифровал Генри Харбен 1910 Словарь лондонского Сити : Географический справочник более 6000 названий улиц и мест в лондонском Сити; их местонахождение, происхождение и изменения.Использовать Словарь on-line, или купите CD-ROM.

«Может ли образец Exempla служить иллюстрацией повседневной жизни?» представляет собой сложное эссе Марка Д. Джонстона для средневековья. Раздел исследований Конвенции о взаимной правовой помощи 1994 года.

Вдохновленный картиной Кристины де Пизан «Сокровище женского города », Трой Шид и Лаура Тун создали Доминион и господство нежного пола: жизни средневековых женщин в основном формате знакомства с городом.Этот сайт включает базовая информация о повседневной жизни знаменитых и малоизвестных женщин средневековья.

НОВАЯ ССЫЛКА! Цель Florilegium Urbanum представляет собой тщательно продуманную подборку первоисточников, иллюстрирующих различные аспекты средневековая городская жизнь, и представить эти тексты на современном английском языке — Стивен Олсфорд.

Оказывается, что Обувь средневековья — более сложная тема, чем некоторые из нас могли предположить; Я.Сайт Марка Карлсона обширен и информативен, с фотографиями.

Для рецептов и информации (включая глоссарий) средневековых и еда эпохи Возрождения, а также старинные иллюстрации еды и пиршества, см. Джеймс Л. Маттерер. сказочный сайт Gode Cookery, особенно следующие порции:

Кулинария Годе Маттерера также включает заметки (из разных источников) о повседневной жизни в средние века в разделе «Сказки средневековья», в том числе:

Грациана О браке — важный средневековый текст на эту тему; этот перевод находится в Интернет-справочник по средневековью .

Исторические рецепты различных культур от Университета Карнеги-Меллона, включает коллекции «Средневековых и англосаксонских рецептов» и «Средневековых европейских рецептов», взятых в основном из г. Поваренная книга Британского музея (современный английский язык и редакция).

Пэтти Страссман из Университета Миллерсвилля предоставляет «Влияние торговли пряностями на эпоху открытий», очерк с краткой библиографией.

См. «Рынок Города и сельская местность в позднесредневековой Англии », первоначально статья Кристофера Дайера опубликовано в Canadian Journal of History , апрель 1996 г., для научного обсуждения (с диаграммы и таблицы), основанные на материалах районных и судебных заседаний пяти соседних рыночных городов между 1280 и 1520 годами.

В «Средневековом Сараи », доктор Линхард демонстрирует, как средневековая Европа смешивала священное и светское. в повседневной жизни.

Для версии юлианского календаря, используемого в Англии во время 11-16 века, см. Средневековый Английский календарь, часть сайта по средневековой английской генеалогии Криса Филлипса. Календарь организован как по годам царствования (после норманнского завоевания 1066 г.), так и по историческим годам.

«Средневековый Запад »обсуждает связи между американским« Диком Западом »и европейским средневековьем. Доктор Линхард позже переработал этот эпизод Двигатели нашей изобретательности как Эпизод No1328.

Средневековье: каково было жить в средние века исходит из Анненберга / Проект CPB. Темы включают:

В пилигримах Переход туда и обратно: Жизни и времена Кентерберийских рассказов Паломников, Джеймс Маттерер смотрит на жизни и паломничество персонажей Чосера — и, в более широком смысле, на жизни тех персонажей в том виде, в каком они существовали в средневековом английском обществе.Он включает краткую библиографию для дальнейших исследований.

При чтении Благодать после еды: статус еврейских женщин, из Берахот , глава 7, перевод в The Internet Medieval Sourcebook , мы узнаем, что женщины считаются подчиненными мужчинами. как личности, так и в отношении образования.

Regia Anglorum, термин что в основном означает «английское государство», это также название живого исторического общества, группы ученые и энтузиасты, занимающиеся историей англосаксов, викингов, норманнов и Великобритании, чья «добровольная краткое изложение — 950–1066 гг. нашей эры, «и», основным принципом которого является Подлинность.»Страницы особого интереса здесь (с иллюстрациями) включают:

Пол Халсолла хвалят и часто ссылаются на Internet Medieval Sourcebook включает это Страница «Избранные источники: пол и гендер», содержащая ссылки на информацию о женщинах. Роли, мужские роли, конструкции сексуальности и пола и брак.

«Табби и Коб» фокусируется на жилье средневековой бедноты в этом Двигатели нашей изобретательности эпизод.

В «Тренинге молодой жены» Джон Линхард показывает, насколько хорошо Домашний текст XIV века может пролить свет на прошлое для нас сегодня.

НОВАЯ ССЫЛКА! Данута Буа дает краткую биографию итальянская женщина-врач 11 века Тротула Салерно.

Части текст для обучения молодой жены «Гудмана из Парижа» XIV века можно найти в переводе The Internet Medieval Справочник .

НОВАЯ ССЫЛКА! Интернет-справочник по средневековью предоставляет фрагменты Две проповеди о женах и Вдовы святого Бернардино Сиенского, выдающегося проповедника 15 века.

Коротко о женщинах-викингах исследует повседневную жизнь женщин викингов / норвежских общин. Это страница из Викинги (часть Сети Викингов), которая включает общую страницу Повседневная жизнь.

Создано в апреле 1998 г. пользователем Sherron Lux

Последнее ОБНОВЛЕНИЕ Октябрь 2003 г.

sherronclg @ hotmail.com

Благодаря для графики.

Работницы в средние века

Работницы в средние века
Автор: Мэри Чарнецки

Введение

Цель этого сайта — подробно рассмотреть средневековых «женщин». и их роль как «рабочих». Каковы были роли этих женщин и какие какие у них были занятия? Этот сайт исследует эти вопросы вместе со многими другими.Этот сайт разбит на три основных раздела: Крестьянские работницы, городские работницы и женщины, занимающиеся лечением и уход. Эти три группы женщин имеют как похожие, так и разные характеристики. Следующая цитата иллюстрирует статус женщин в этот период времени. Очень важно понимать их статус, потому что он играет роль во всех аспектах их жизни », особенно свои занятия.

Крестьянские работницы

(Взятый из: Средневековая женщина: иллюминированный календарь на 1993 год .Новый Йорк: Уоркман Паблишинг.)

Крестьяне составляли основную часть средневекового населения. Они были упоминается епископом Лаона XI века как класс, который «владеет ничего, что он не получил бы своим трудом и не обеспечил бы остальную часть население деньгами, одеждой и едой … Ни один свободный человек не мог жить без них »(Gies & Gies, 1978). Крестьяне сыграли мажорную роль в средневековом обществе, и крестьянки внесли большой вклад обществу.Место замужней женщины было в доме и в деревне, в то время как место человека было в полях, дорогах и лесах (Hanawalt, 1986). Но что именно должны были делать женщины дома и в деревне? Большинство крестьянок вставали на рассвете. У них было много обязанностей которые они должны были выполнять в течение обычного дня. Нажмите на обязанности проверить отрывок из The Boke of Husbandry (Голдберг, 1995). Этот отрывок иллюстрирует множество «работ» крестьянки. имел.Ей нужно было не только заниматься домашним хозяйством, но и предполагалось, что она будет работать. во дворе и позаботьтесь о животных. В случае необходимости ей тоже приходилось работать в полях, чтобы помочь мужу. Еще одним важным вкладом было создание и обучить новых членов будущей рабочей силы, ее детей (Hanawalt, 1986). Жены также иногда были вовлечены в другие виды деятельности, которые принесет дополнительные деньги на дом и семью. Например, некоторые женщины занялись прядением.Некоторые женщины также стали эльфийскими женами. для пополнения семейного дохода.

(Взято из: Gies, F. & Gies, J., 1978, p.149).

Работа крестьянок иногда была очень напряженной. Дни должны казались очень долгими для тех женщин. Они несут ответственность за то же самое «работа» день за днем. Эти работы иногда были очень опасными. Например, В Жизни женщин в средневековой Европе (Amt, 1993) есть раздел который сообщает о случаях насилия.Сообщается об одном таком инциденте: «О ноне 2 октября 1270 года, нарамная дочь Роберта Белами из Стэплои. и Сибилла Бончевалер несли ванну, полную раствора, между ними в варочный цех леди Джулианы де Бошан … намереваясь опорожнить его кипящий свинцовый чан, когда Амис поскользнулся и упал в чан, а ванна на нее … пришли домочадцы и обнаружили, что она ошпарилась почти до смерти. Пришел капеллан, и Амис совершил церковные обряды и умер в результате несчастного случая. о премьере на следующий день »(Amt, 1993, с.189).

Следующее стихотворение иллюстрирует, как многие мужья восприняли произведение. своих жен в этот период времени. Это стихотворение подробно объясняет многие обязанности, за которые отвечала «доброжелательная жена».

Баллада Тиранического мужа

Служение
Согласно Фрэнсис и Джозеф Гиз (1978), многие крестьянки не выходит замуж. Некоторые из этих женщин стали слугами. Некоторые слуги помогали с поделками в домах и / или ухаживали за детьми своего хозяина.Их основная работа была убирать, готовить и выполнять всю другую домашнюю работу (Hannawalt, 1986).

Служение состояло не только из одиноких крестьянок. Дочери бедных семей также часто поступали в рабство, чтобы заработать деньги на свои приданое (LeGoff, 1987, с.309). В Италии детей часто отправляли в дома других людей, когда им было семь или восемь лет, чтобы быть слугами (Голдберг, 1995). Согласно отрывку об итальянских отношениях, люди отослали бы своих детей в чужие дома, чтобы научить их «лучше манеры »(Голдберг, 1995).Однако некоторые считают, что это сделали родители. «потому что им нравится [г] самим наслаждаться всеми удобствами, и что незнакомцы им служат лучше, чем их собственные дети » (Голдберг, 1995, с. 87).

Сайты с крестьянками:

Обязанности жены


Городские работницы

(Взято из: Средневековая женщина: Световой календарь на 1995 год . Нью-Йорк: Уоркман Паблишинг.)

Городские работницы жили иначе, чем те, кто были членами крестьянского сословия. В четырнадцатом веке женщины играют роль в рабочей силе и в каком-то бизнесе (Hannawalt, 1986). Женщины были вовлечены в самые разные профессии. Однако «[w] один смотрит на их участие … они сгруппированы по профессиям которые относятся к их навыкам домохозяек или к более легким ремеслам «(Hannawalt, 1986, с.115).Еще один интересный факт: «замужние женщины обычно работали у мужа, но могла бы заниматься своим делом »(Gies, 1978, с.174).

(Взято из: Средневековая женщина: иллюминированный календарь на 1993 год . Нью-Йорк: Workman Publishing.)

Женщины активно работали в текстильной промышленности. Например, «спиннинг оставались почти полностью в руках женщин, вместе со многими из отделочные процессы »(Gies & Gies, 1978, стр.168). По словам Гиса и Gies (1978), помимо текстильной промышленности, работающие женщины в основном участвует в двух группах сделок. Первая группа получила название «сто с лишним ремесел ». Вторую группу составили женщины, занимавшиеся создание и продажа еды и напитков (Gies & Gies, 1978). Женщины были также активен в торговле, особенно в сфере услуг. Некоторые женщины были также школьные учителя и даже проститутки (Gies & Gies, 1978).

Некоторые сайты, посвященные пивоварению:
Пивоварение Исторти и рецепты
Женщины и пивоварение в средние века
… Женщины Главные пивовары, дети пили эль
Пиво в средние века

Гильдии
Ремесленные гильдии «были важными учреждениями в средневековых европейских городах. начиная с одиннадцатого и двенадцатого веков и далее … (Amt, 1993, p. 194). Тема гильдий а женщины — это интересно.Некоторые гильдии были готовы включать женщин, но большинство не было. «Тот факт, что гильдии редко позволяли женщинам чтобы стать мастерами, в конце концов отнесли их к наименее опытным и безусловно, наименее рентабельные аспекты торговли »(Эпштейн, 1991, стр.122). Это заявление показывает, что тот факт, что женщины не признавались открыто в профессиональные гильдии привели к падению статуса женщины как рабочий в этот период времени. Поскольку «[м] мастера эля не проявляли никакого рвения чтобы обучать молодых женщин, и при том, что мало или совсем нет женщин, признанных мастерами, гильдии действительно способствовали сужению возможностей для женщин «(Эпштейн, 1991, стр.122). У разных гильдий были разные правила. Отрывок из Фактоид показывает пример некоторых правил, которые были у гильдий.

Другие сайты о гильдиях и женщинах:
восемь Часовая смена против Дня работника гильдии
Женщины и гильдии в средние века

Заработная плата
Исследования показали, что женщины зарабатывают значительно меньше мужчин. Для например, «женщины в качестве поденщиков по контракту … обычно получали зарплату. примерно половину того, что зарабатывали мужчины »(Эпштейн, 1991, стр.118). В этой же книге В следующем заявлении также говорится о низкой заработной плате, которую получали женщины: «Женщины занимали больше места в некоторых профессиях — красителе, прядении ниток, чем другие, поэтому любое общее заявление о том, что красильщики были хорошо вознаграждены, должно быть быть квалифицированным, понимая, что женщины в торговле не получали высоких заработной платы мужчин «(Эпштейн, 1991, с.118).» Зимой мастерами-каменщиками были зарабатывая этот годовой доход женщины примерно за двадцать пять дней, согласно к постановлению, но на практике требовалось еще меньше времени »(Эпштейн, 1991, стр.236). В этом заявлении приводится пример того, сколько женщина получила за ее труд и упорный труд. Это неравенство было очевидно в каждой сделке, как видно из каждого из предыдущих примеров.

В заключение этого раздела, посвященного городским работающим женщинам, мы рассмотрим выдержка из книги Женщины и работа в доиндустриальной Англии (Hanawalt, 1986), в котором обсуждается исследование Марианн Коулески о женских роль в экономике города под названием Эксетер.У этого отрывка есть богатство информации в нем.


Женщины, занимающиеся лечением и уходом

(Взято из: Labarge, 1986, п. 170)

Кто именно отвечал за медицинские потребности людей в средний возраст? По словам Маргарет Уэйд Лабарж (1986), «женщина в глава семьи, независимо от ее размера или важности, кажется, несет ответственность за здоровье тех, кто находится в ее сфере влияния » (стр.169).Женщины особенно активно занимались женским здоровьем. потребности (например, гинекология, акушерство). Две позиции в этой области были акушерки и кормилицы. За процессом родов отвечала акушерка, который был «исключительно женским ритуалом в средние века» (Hanawalt, 1986, стр.81). Считалось, что акушерка близка к колдовству, потому что «[магический] методы для облегчения родов, такие как использование драгоценных камней с магическими свойства или чудотворные пояса, были привиты скудной теории, некоторые практические знания и прагматические решения постепенно вырабатывались для повторяющиеся проблемы »(Labarge, 1986, с.179). С другой стороны, кормилица была женщиной, которая кормила грудью ребенка после того, как он родился. Для того, чтобы сделать это, «вовлеченные женщины должны были быть относительно молодыми и иметь собственного ребенка, чтобы у них было молоко »(Hanawalt, 1986, стр. 81). кормилицы были наняты по разным причинам. Некоторые будут наняты для богатых семья или другие будут наняты, если мать ребенка не сможет произвести молоко. Довольно интересно, как были наняты эти кормилицы. Мокрый медсестер «нужно было опрашивать по характеру и здоровью, а также по внешнему виду, мысль о том, что няня должна чем-то напоминать детскую мама.Грудь медсестры стала предметом исследования; если они будут слишком большими, они могут расплющить нос младенца. Также было желательно найти медсестру, которая не слишком быстро зачать ребенка, так как младенцев обычно кормили грудью в течение двух лет перед отлучением от груди — вином лучше, чем молоком »(Gies & Gies, 1978, с.203-4).

(Взято из: The Illuminated Manuscript Календарь 1994: Британская библиотека. Гранатовые календари и книги.)

По словам Маргарет Уэйд Лабарж (1986), женщины также были вовлечены в области целительства.Эти женщины-целительницы «обычно учились своему ремеслу. работают с другим, обычно их отцом или мужем, и часто описывались как более опытный, чем мужчины »(Labarge, 1986, p.173). Когда одержимость степени от университета стало требованием для практики в этой области, женщин-целительниц называли «незаконными практикующими» (Labarge, 1986). Несмотря на это, некоторые муниципалитеты по-прежнему разрешали женщинам-целительницам заниматься.

Были и женщины-«сестры», работавшие в больницах.В в больницах представлены женщины, которые не могут выйти замуж, и женщины, чей «социальный класс» не позволит им получить доступ к устоявшимся формам религиозной жизни » (Лабарж, 1986, с.187) с возможностью помогать другим. имел множество обязанностей. Одной из обязанностей было сопровождать больных до «уборная» (туалет) посреди ночи. Поскольку большинство больниц нет фонарей, большинство пациентов попали в аварию в пути в «уборную». В другие обязанности входила «стирка белья, взятого у больных. когда они прибыли и хранятся, сложная задача по отмыванию листы и предоставление необходимых материалов для работы, [и] аптекарская работа… »(Лабарж, 1986, с. 189).


Вывод

Следующее стихотворение завершает это путешествие на тему работающих женщин. Это стихотворение показывает, что женщины были и остаются «достойными» во всех смыслах. слова.
«Женщины достойны» Я быстр, как икра
Хвалить женщин, куда бы я ни пошел.

Женщин бесчестить стыдно,
Для женщины была твоя дама:
Имя Богородицы
Из всех женщин, куда они идут.

Женщина — вещь достойная:
Они моют и отжимают;
«Колыбельная, колыбельная» она поет ты,
И все же ей есть только забота и горе.

Женщина достойная слабость:
Она служит мужчине и днем ​​и ночью;
Сюда она прикладывает все силы,
И все же ей есть только забота и горе.
(Взято из: Goldberg, 1995, с. 183)


Список литературы
Амт, Э.(Ред.) (1993). Жизни женщин в средневековой Европе. Нью-Йорк и Лондон: Рутледж.

Эпштейн, С.А. (1991). Заработная плата, труд и гильдии в средневековой Европе. Чапел-Хилл и Лондон: Университет Северной Каролины Press.

Лабарж, М.В. (1986). Тихий звук трубы. Бостон: Маяк Нажимать.

LeGoff, J. (Ed.) (1987). Средневековые призвания. Чикаго: Университет Чикаго Пресс.

Goldberg, P.J.P. (Ред.) (1995). Женщины в Англии ок. 1275-1525. Манчестер и Нью-Йорк: Издательство Манчестерского университета.

Gies, F. и Gies, J. (1978). Женщины в средние века. Нью-Йорк: Харпер Многолетник.

Hanawalt, B.A. (Ред.) (1986). Женщины и работа в доиндустриальной Европе. Блумингтон: Издательство Индианского университета.


Возврат Средневековым гильдиям и экономике


Возврат женщинам-писательницам средневековья

Гендерные роли женщин в эпоху Возрождения

Гендерные роли женщин в эпоху Возрождения

Аманда Облако

Вопрос «Были ли у женщин возрождение» — это не то, что не спрашивали раньше.В 1977 году Джоан Келли написала эссе, посвященное этому вопросу. конкретно. В эпоху Возрождения, когда политические системы изменились с Средневековые феодальные системы, женщины любого социального класса увидели изменения в своем социальные и политические варианты, которых у мужчин нет. Безбрачие стало женским нормы и «отношения полов были перестроены на женские зависимости и мужского доминирования »(Kelly 20). Женщины жили жизнью основной пол.Мужчины правили всем, даже через полвека Королевы.

«Когда Англией правили королевы полвека, но у женщин почти не было закона. мощность; Когда замужество, основное занятие женщины, стоило им личного права собственности; когда идеальных женщин редко видели и никогда не слышали на публике; когда одежда, которую носили женщины, по закону диктовалась ее социальным классом; когда почти все школьные учителя были мужчинами; когда лекарство было приготовлено и очищено дома; когда корсеты были
изготовлены из дерева и косметики из бекона и яиц; когда только половина все младенцы дожили до взрослой жизни? »(Корпус 15).

Вышеуказанное отрывок много говорит о женщинах эпохи Возрождения. Роль женщин была очень дефицитная роль. Женщин нужно было видеть, а не слышать. Редко встречается при этом. Женщины должны были быть чопорными и порядочными, идеальными женщинами. Самки умели высказывать свое мнение, но их мысли и идеи были сформированы мужчинами. По большей части все, что делали женщины, было внесено мужчинами. Женщины контролировались ею родителей со дня ее рождения до дня ее замужества, тогда она быть передана непосредственно ее мужу, чтобы он мог взять на себя эту роль.в Во времена Возрождения женщины считались законно принадлежащими своим мужьям. Женщины должны были быть типичными «домохозяйками».

Хотя женщины уступали мужчинам, женщины разных классов имели разные роли. Ожидалось, что женщины из низшего сословия будут домохозяйками и обо всем позаботятся. делать с домом. Ожидания женщин из рабочего класса были немного немного другое. Ожидалось, что эти женщины будут работать на своих мужей и помогать они управляют своим бизнесом.Они будут работать вместе со своими мужьями и затем идите домой и займитесь домашним хозяйством. Женщины высшего класса могли иметь слуг и рабочих, работающих на них, но женщины все еще должны были позаботьтесь о домашнем хозяйстве. Женщины не могли работать сами по себе. Ни один не мог они живут одни, если не были женаты. Если женщина была одинокой, ее сделали переехать к одному из ее родственников-мужчин или присоединиться к монастырю и стать монахиней. В то время у женщин не было другого выхода.

В соответствии с разными классами женщин, единственные женщины, которые для самовыражения были женщины высшего класса, но недостаточно. Существование женщин было там, но это было маргинальное существование. Очень редко женщины менее высшего класса, чтобы можно было увидеть или услышать, как она выражает себя. Это было неслыханно из. Когда женщины выражали себя, то, что они выражали, было испорчено по мужскому влиянию (Mazzocco).

«Укрощение строптивой» — пьеса Уильяма Шекспира.В этом Плата, главная героиня — Кэтрин, она строптивая, как упоминалось в заглавие. Землеройка — женщина очень откровенная. Слово Землеройка очень отрицательное слово в отношении женщин. Во времена Возрождения люди смотрели на женщин называют землеройкой. Эти женщины очень открыто высказывались все, что они хотели. В то время откровенную женщину никто не слышал. из. В эпоху Возрождения люди сильно не одобряли таких женщин.Мужчины были единственными, кто говорил вслух откровенно и выразительно.

Катерина — землеройка высшей степени. Иногда ее слова и действия чрезвычайно жестокие. Она была очень жестокой женщиной. Было сильное чувство неодобрения со стороны всех насчет Кэтрин. Никто не хотел получать работа по ее «приручению». Так будет до тех пор, пока Петруччо не придет и не решит он сделает задание, чтобы жениться на ее состоянии. В этот раз Возрождение, женщин нужно видеть, а не слышать.Идеальная женщина тихая и уважительно. У нее нет проблем с тем, чтобы ее контролировал мужчина. Она наслаждается внимание, которое она получает от мужчин за то, что она изящная женщина. Эта идеальная женщина Сестры Катерины Бьянка. Шекспир решил иметь двух персонажей контраст такой большой. Он показывает читателю, насколько разные два типа действительно есть. Кэтрин по сравнению с Бьянкой кажется сумасшедшей.

В «Укрощении строптивой» мужчины тоскуют по Бьянке за ее красоту и приданое.Она мягкая и милая. Кэтрин как раз наоборот. Она вперед и громкий волевой. Мужчины не хотят Кэтрин. Они боятся ее.

Шекспир использовал два разных типа женских персонажей в эпоху Возрождения, чтобы компенсировать каждого из них. Наличие строптивой и идеальной женщины в одном спектакле от характеристик каждой из этих женщин. Они полярные противоположности. Ренессансом, возможно, правили женщины полвека, но в всем остальным правили мужчины.Если вы не были высшим классом, женщины не могли свободно высказывать свое мнение, и даже тогда люди диктовали, как они предмет. Женщины должны были быть домашними женами и делать все, что угодно. сказали их мужья. Если женщина не подчиняется своему мужу, она называться землеройкой. Это считается началом современного раз. Все изменилось, но с этого все и началось.

Работы Процитировано

Халл, Сюзанна.Женщины согласно мужчинам: мир женщин Тюдоров-Стюард. Уолмут-Крик: Alta Mira Press, 1996.

Келли, Джоан. «Было ли у женщин Возрождение?» Женщины, история и Теория. Эд. Джоан Келли. Чикаго и Лондон: Издательство Чикагского университета. 1984.1950.

Жизнь в елизаветинской Англии: Общее собрание Знание.

Mazzocco, Angelo. Роль женщины в итальянском Возрождении.Гора Святая Колледж ига.

Гендер, сексизм и средневековье: больше никаких сказок

Мы стоим в решающий момент. Ультраправые лидеры-популисты пришли к власти на нарастающей волне женоненавистничества, расизма, белого национализма и ксенофобии. Их сторонники со все большей жестокостью набрасываются на тех, кто стремится к равенству перед лицом укоренившейся власти.

За последние несколько недель в Соединенных Штатах показали свои зубы те, кто хотел бы остановить социальный прогресс.Когда вспыхнули протесты против кандидата в Верховный суд, заслуженно обвиняемого по нескольким пунктам обвинения в сексуальном посягательстве — кандидата, также с хорошо зарекомендовавшим себя враждебным отношением к правам женщин, — ответом было резкое отрицание, возможное лжесвидетельство и открытое издевательство над жертвой.

Хизер Мак Дональд, пишущая для New York Post , точно знает, где винить судью Кавано, а не самого Кавано. Вместо этого виновата смерть рыцарства:

Сексуальная революция объявила, что традиционные ограничения мужского либидо — нормы мужского рыцарства и джентльменства, женской скромности и благоразумия — были патриархальными и угнетающими.

Средневековцы видели эту песню и танец раньше.

Рыцарская иллюзия, созданная людьми, ностальгирующими по более суровым временам, представляет собой сказочную версию гендера, которая, как считается, восходит к средневековью. Эта средневековая сказка основана на строгих, бинарных гендерных ролях: мужчины были храбрыми рыцарями в сияющих доспехах; женщины были прекрасными принцессами, жаждущими спасения. Мужчины были активными, воинственными и жестокими; женщины были пассивными, домашними и социальными. Мужчины были победителями, женщины были побеждены.Это было тысячелетнее зрелище рыцарства и куртуазной любви, и все аккуратно и спокойно принадлежали к одному из двух четко определенных полов.

Что ж, мы здесь, в The Public Medievalist , очень рады, что называем это чушью.

Группа воинов-амазонок, изображенная в «Der naturen Bloeme» Якоба ван Марланта. Сделано во Фландрии или Утрехте, около 1350 г. Гаага, KB, KA 16, fol. 40р.

Современные фантазии средневекового рыцарства представляют мир уязвимых женщин, которые исчезают за славными подвигами или злодейскими интригами мужчин.Представления массовой культуры о средневековом прошлом могут быть не «только мужчины» в том же смысле, что и « белых только » — женщины от до появляются в нашем воображении средневековья. Но они ограничены несколькими ограниченными ролями в развлечениях на средневековую тематику: девственницы, проститутки, ведьмы, королевы или жертвы.

В большей степени это результат того, как средневековье изображается в нашей культуре. Были десятилетия выдающихся новаторских исследований, которые покончили с этими упрощенными категориями и возвышенными историями о выдающихся женщинах.Но этот сдвиг медленно проникает в учебные программы и учебники, и еще медленнее можно увидеть в массовой культуре. Не нужно быть женоненавистником, чтобы думать, что жизнь средневековых женщин была тысячелетней историей горя. Тебе просто нужно смотреть телевизор.

Фильмы и телешоу, изображающие средневековье, редко проходят тест Бехделя (который, как известно, требует, чтобы только две женщины говорили друг с другом о чем-то другом, кроме мужчины). У нас есть множество «исключительных женщин» в средневековом фэнтези — женщины, такие как Игра престолов, рыцарская воительница Брианна Тарт, Властелин колец, служанка Эовин, или различные «дерзкие» версии Девы Мариан.Но неизбежно эти женщины окружены полчищами других безымянных женщин, которых на заднем плане эксплуатируют либо в качестве жертв насилия, либо в качестве награды за поиски мужчины.

Противодействие этим стереотипам или любое введение феминизма в средневековую обстановку встречает криками «исторического ревизионизма». Некоторые мужчины, кажется, напуганы тем, что их любимые вещи ( видеоигр, , , Звездные войны, и даже средневековая история) будут «испорчены» из-за того, что их сделают более инклюзивными. Но ничто так не привлекает троллей из-под моста, как отправка женщин на поле битвы.Например, последний протест был вызван исторической видеоигрой Total War: Rome II с добавлением женщин-генералов, несмотря на литературную и историческую родословную женщин, воюющих с Римом. Но их ярость по поводу инклюзивности — это история даже старше, чем Gamergate, взрыв женоненавистнических преследований 2014 года, нацеленный на женщин-разработчиков видеоигр и журналистов.

Кира Найтли в роли Гвиневеры в фильме 2004 года «Король Артур».

Когда фильм 2004 года « Король Артур » превратил ( вымышленный ) персонажа Гвиневеру в одетую в кожу королеву-воинов, Интернет взорвался совершенно предсказуемым образом.Ныне несуществующая доска обсуждений IMDB под названием «Гвиневра как воин» была полна жалоб еще до выхода фильма, назвав ее персонажа «триумфом феменазизма» [sic]. Один пользователь пожаловался,

[Гвиневра] случайно не изображалась как воин до поколения ПК, и мы должны проглотить его целиком и полюбить его?

Большая часть сопротивления была основана на восприятии антиисторичности. Сюда входили обширные и разносторонние утверждения о роли женщин, такие как этот драгоценный камень:

В целом, почти все женщины древних и средневековых культур придерживались традиционных гендерных ролей не только из-за мужского шовинизма, но и из-за досадной необходимости.В те времена жизнь была намного тяжелее, и работа делилась на то, что считалось наиболее подходящим для каждого пола.

Этот человек представляет средневековую жизнь как колонию муравьев, лишенную разнообразия, выбора или свободы воли. Но ничто не могло быть дальше от истины.

Другие утверждали, что «реализм» фильма был скомпрометирован:

Ничего страшного, если «Ангелы Чарли» будут делать довольно нереалистичные вещи, потому что этот фильм должен быть веселым. Но вы не можете делать вид, что снимаете более «реалистичный» фильм о легенде о короле Артуре, а затем заглядывать в модную серию «Женщина-воин».

В этом фильме есть множество исторических проблем. Не в последнюю очередь то, что она позиционировала себя как «невыразимая правдивая история» короля Артура (который сам, вероятно, не настоящий). Но холм ( Badon ), на котором этот комментатор решил умереть, был сражавшимися женщинами. И это несмотря на исторические свидетельства королев-воинов, населявших Британские острова во время римской оккупации. И, возможно, средневековая литературная Гвиневра не бросилась в бой с огненным луком, но она удержала Лондонский Тауэр от вторжения Мордреда.

На самом деле женщины всегда были вовлечены в войны. Это верно как для двадцатого века, так и для двенадцатого. И поле битвы было не единственным местом, где женщины обладали властью: они варили пиво, писали книги, возглавляли религиозные движения, лечили людей и даже правили народами. Те, кто отвергает более широкий спектр ролей женщин как «активизм» или «анахронизм», отказываются признавать реальный опыт женщин. Они отказывают им в богатой и разнообразной жизни, которую ведут настоящие, реальные люди. И что еще хуже, они отрицают, что женщины — прошлые и настоящие — обладают способностью учиться, расти, бороться и руководить.

Святая Феодора Александрийская. Феодора поступила в монастырь и большую часть своей жизни прожила как мужчина. Их биологический пол был обнаружен только после смерти.

Возможно, даже более бросающимся в глаза, чем отсутствие разнообразного жизненного опыта женщин из популярного средневековья, является полное стирание трансгендерных, гендерных и гендерно-жидких средневековых жизней (примечание : для тех, кто не знаком с этими терминами или различиями между ними, взгляните на Полезный глоссарий проекта Trevor здесь ).Эти идентичности, которые в совокупности часто называют «гендерно-экспансивными» идентичностями, систематически игнорировались до такой степени, что вы, вероятно, не можете представить себе ни одного средневекового человека, который бросил вызов гендерным нормам, кроме Жанны д’Арк.

Это не так, как некоторые могут вам сказать, потому что гендерная экспансия — это новое дело. Это не так, хотя теперь у нас есть слова, социальные структуры и технологии, которые позволяют людям лучше выражать свою идентичность. За последние сорок лет ученые выяснили, что гендерная принадлежность не была строго бинарной для многих средневековых людей.И сегодня ученые проводят новую захватывающую работу, восстанавливая жизни средневековых людей, которые, если бы они были живы сегодня, не могли бы идентифицировать себя как цисгендеры.

Средневековая литература и история полны людей, задающих вопросы о своей гендерной идентичности. Это охватывает весь спектр от известных людей, таких как Святая Джоанна, до менее известных литературных героев, таких как главный герой сказки 13 -х годов века Тишина, которая рождается анатомически женщиной, но утверждает мужскую гендерную идентичность.

Несмотря на этот тектонический сдвиг в изучении средневековой гендерной идентичности, была негативная реакция со стороны культурных реакционеров , , которые стремятся стереть трансгендерные, гендерные или гендерно-флюидные жизни из учебников, отрицая их историю.Потому что, если у них есть история, их жизни требуют, чтобы их рассматривали не как какую-то причуду nouveau , а как часть человеческого существования. Это часть человеческого состояния, которая заслуживает признания имеющей глубокие исторические — даже средневековые — корни.

Картина с изображением Антары бин Шадад, авантюриста из доисламской Аравии. Он был известен как поэт, так и героизм на поле боя.

Несмотря на то, что в наших средневековых сказках мужественность кажется привилегированной, эти мифы причиняют боль и мужчинам.Средневековые мужчины, какими их часто изображают или воображают сегодня, обычно олицетворяют наихудшую из ядовитой мужественности. Их сила существует только через насилие. Рыцарь, который едет по сельской местности: он нападает на других жестоких мужчин от имени своего короля, или женщины, которой он поклоняется, или просто абстрактного понятия «рыцарство». Он использует свое насилие во благо. Но это все равно насилие. Другая общедоступная мужественность — это гипер-жестокий, ультра-мужской викинг, который устанавливает свои собственные правила, живет мечом и использует свое насилие для личной выгоды.

В обоих случаях быть менее жестоким — значит быть менее мужчиной.

Популярный средневековье предлагает только самые узкие версии исторической маскулинности, в которой сила ведет к праву, завоевание — это успех, а все отношения с женщинами в лучшем случае являются транзакционными. Сегодняшние мужчины, которые носили самодельные доспехи и размахивали нео-средневековыми знаменами, чтобы «защитить» статую конфедератов на митинге сторонников превосходства белой расы в Шарлоттсвилле, и банда бородатых, мускулистых белых людей, избивших чернокожего демонстранта после митинга, на самом деле двое стороны одной и той же токсичной монеты.

По правде говоря, ни одно из этих качеств не говорит нам много о настоящих средневековых мужчинах. Но средневековая литература и история полны людей, которые ломают стереотипы: рыцари, которые плачут и падают в обморок, кроткие ученые и религиозные лидеры, лелеяющие изображения Христа, и люди, более известные своим умом шутить, чем умением обращаться с мечом. Средневековые мужчины, как и современные мужчины, и как средневековые женщины и трансгендеры, гендеркисты и гендерно-жидкие средневековые люди, вели полноценную, богатую и разнообразную жизнь.

Группа женщин защищается от нежелательного внимания группы рыцарей на полях Псалтири Латтрелла. Б.Л. Латтрелл, 75в.

Цель нашей серии «Раса, расизм и средневековье» состояла в том, чтобы разрушить представление о средневековом прошлом «только для белых». Наша новая серия Гендер, сексизм и средневековье разрушит сексистские сказки, лежащие в основе того, сколько людей сегодня видят средневековье.

Мы стремимся показать, как и где существовали системы гендерного угнетения, а также выделить истории женщин, мужчин и небинарных людей, которые их преодолели.Потому что в некотором смысле средневековые люди больше похожи на нас, чем мы хотели бы признать, и то же самое касается ожидаемых гендерных ролей и притеснений. И точно так же, как и мы, средневековые люди нарушали правила и создавали совершенно новые правила, которые работали на них.

Но были и фундаментальные различия, которые мы должны признать. Многие аспекты гендера имеют культурную специфику. Это означает, что способы, которыми люди понимали — и проявляли — мужественность и женственность, со временем изменились.Итак, в нашей серии мы также покажем, каким образом средневековые гендерные роли и идентичности не были похожи на наши. Потому что пол сложен.

Итак, никаких сказок. Пришло время рассказать несколько новых историй.

избранных аспектов их истории.

Am J Public Health. 1992 февраль; 82 (2): 288–295.

Эта статья цитируется в других статьях в PMC.

Abstract

Звездная роль женщин как целительниц в средние века привлекала некоторое внимание историков медицины, но остается малоизвестной или оцененной.За три столетия, предшествовавшие эпохе Возрождения, эта роль была усилена двумя примерно параллельными событиями. Первой была эволюция европейских университетов и их профессиональных школ, которые по большей части систематически исключали женщин из числа студентов, тем самым создавая законную мужскую монополию на медицинскую практику. Неспособные стать целительницами, женщины вели длительную борьбу за сохранение своего права на уход за больными и ранеными. Дело 1322 года с Жаклин Фелиси, одной из многих целительниц, обвиненных в незаконной медицинской практике, поднимает серьезные вопросы о мотивах врачей-мужчин, дискредитировавших этих женщин как некомпетентных и опасных.Вторым событием стала кампания, продвигаемая церковью и поддерживаемая как клерикалами, так и гражданскими властями, по клейму женщин-целительниц как ведьм. Возможно, церковь воспринимала этих женщин с их особыми, часто эзотерическими навыками исцеления как угрозу своему превосходству в жизни своих прихожан. Результатом стало жестокое преследование неизвестного числа, в основном крестьянок.

Полный текст

Полный текст доступен в виде отсканированной копии оригинальной печатной версии. Получите копию для печати (файл PDF) полной статьи (3.0M) или щелкните изображение страницы ниже, чтобы просмотреть страницу за страницей. Ссылки на PubMed также доступны для Избранные ссылки .

Изображения в этой статье

Щелкните изображение, чтобы увидеть его в увеличенном виде.

Избранные ссылки

Эти ссылки находятся в PubMed. Это может быть не полный список ссылок из этой статьи.

  • Horden P. Актуальная дисциплина: историография позднесредневековой больницы. Soc Hist Med.1988 декабрь; 1 (3): 359–374. [PubMed] [Google Scholar]
  • Грин М. Медицинская практика женщин и здравоохранение в средневековой Европе. Знаки (Chic) 1989; 14 (2): 434–474. [PubMed] [Google Scholar]
  • Харли Д. Историки как демонологи: миф об акушерке-ведьме. Soc Hist Med. 1990 апр; 3 (1): 1-26.

Написать ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *