Почему мы улыбаемся – ?

Почему мы улыбаемся

Наши эмоциональные выражения кажутся врожденными, они — часть нашего эволюционного наследия. И тем не менее их этимология остается загадкой. Можем ли мы отследить эти социальные сигналы с самого начала, от их эволюционных корней, до поведения наших предков

Задолго до появления разговорного языка наши предки общались с помощью жестов. И сейчас многое из того, что мы сообщаем друг другу, — невербально. Но почему мы скалим зубы, когда хотим выразить дружелюбие? Зачем мы смеемся? Предлагаем Вам перевод статьи о теории происхождения улыбки.

Наши эмоциональные выражения кажутся врожденными, они — часть нашего эволюционного наследия. И тем не менее их этимология остается загадкой. Можем ли мы отследить эти социальные сигналы с самого начала, от их эволюционных корней, до поведения наших предков?

Около десяти лет назад в лаборатории Принстонского университета мы изучали, как мозг наблюдает за зоной безопасности вокруг тела и контролирует наклоны, поеживания, прищуривания и другие действия, которые уберегают нас от воздействия окружающих.

Наши опыты были сфокусированы на специфическом наборе областей в мозге человека и обезьян. Эти области мозга немедленно «обрабатывали» пространство вокруг тела, использовали сенсорную информацию и преобразовывали ее в движение. Мы отслеживали активность индивидуальных нейронов в тех областях, пытаясь понять их функцию. Когда мы просматривали наши видео, я повсюду замечал пугающее сходство: защитные действия обезьян были ужасно похожи на стандартные человеческие социальные сигналы. Почему, когда вы дуете в лицо обезьяне, ее выражение лица так странно похоже на человеческую улыбку? Почему, смеясь, мы будто бы используем некоторые элементы защитной стойки?

Как выяснилось, мы были не первыми, кто искал взаимосвязь между защитными движениями и социальным поведением. Хейни Хедигер, хранитель зоопарка Цюриха в 60-е годы, поделился с нами своим инсайтом. Он пытался понять, как поделить пространство зоопарка между животными так, чтобы учесть их естественные надобности, и поэтому иногда спрашивал совета у главного биолога зоопарка. И часто он удивлялся, когда узнавал, как животные взаимодействуют с окружающим пространством.

Во время экспедиции по Африке, где он ловил новых экземпляров для зоопарка, Хедигер заметил постоянно повторяющуюся схему поведения среди животных, на которых охотились хищники. Зебра, к примеру, не просто убегает ото льва. Вместо этого она, кажется, выстраивает невидимый периметр вокруг себя. Пока лев находится вне этого периметра, зебра в безопасности. Когда лев пересекает границу, зебра меняет локацию и восстанавливает зону безопасности. Если лев входит в зону меньшего размера, зебра убегает. У самих зебр между собой действуют похожие «защитные зоны», и, хотя они гораздо меньше, к ним относятся с подобающим уважением. В толпе зебры никогда не идут вплотную. Они ступают и двигаются так, чтобы поддерживать минимальное организованное пространство между собой.

В 60-е годы американский психолог Эдвард Холл адаптировал ту же самую идею для человеческого поведения. Холл выяснил, что каждый человек имеет защитную зону шириной 60–90 см, расширяющуюся к голове и сужающуюся к ногам. У зоны нет фиксированного размера: если вы нервничаете, она растет, если вы расслаблены, она сжимается. Она также зависит от вашего культурного воспитания. Личное пространство меньше в Японии и больше в Австралии. Поместите японца и австралийца в одну комнату — последует странный танец: японец шагнет вперед, австралиец сделает шаг назад, и так они будут следовать один за другим. Может быть, даже и не обратив внимания на то, что происходит.

Хедигер и Холл привели нас к важному открытию. Механизм, который мы используем для защиты, также формирует основу нашей социальной вовлеченности. В конце концов, он организует своего рода сеть внутри социального пространства.

Улыбка, один из главных инструментов социального взаимодействия, — очень специфическая вещь. Верхняя губа поднимается, чтобы продемонстрировать зубы. Щеки расплываются в стороны. Кожа вокруг глаз морщится. Дюшен де Булон, невролог, живший в XIX веке, заметил, что холодная, фальшивая улыбка часто ограничивается ртом, тогда как подлинная, дружелюбная улыбка всегда вовлекает глаза. Искренняя улыбка сейчас названа дюшеновской в его честь.

Улыбка также может свидетельствовать о подчинении. Сотрудники, подвластные кому-то, улыбаются гораздо больше, находясь среди влиятельных людей. («Бывало, / Улыбками, поклонами встречали, / Едва не становились на колени, / Как в храме!», — замечает Патрокл об Ахилле в «Троиле и Крессиде»).

Это только добавляет загадочности. Почему показывание зубов — признак дружелюбия? Зачем делать это в знак покорности? Разве зубы нужны не для того, чтобы свидетельствовать об агрессии?

Большинство этологов сходятся в том, что улыбка с точки зрения эволюции явление древнее и что ее варианты встречаются у многих приматов. Если вы наблюдаете за группой обезьян, вы заметите, что они иногда одаривают друг друга тем, что выглядит как гримаса. Они коммуницируют без агрессии; этологи называют это «беззвучная демонстрация зубов». Некоторые теоретики утверждают, что этот жест произошел из более или менее противоположного — подготовки к атаке.

Но мне думается, что, фокусируясь лишь на зубах, они многое упускают. На самом деле эта «демонстрация зубов» включает все тело. Представьте двух обезьян, А и Б. Обезьяна Б пересекает личное пространство обезьяны А. Результат? Два нейрона, отвечающие за мониторинг личного пространства, начинают потрескивать, взывая классическую защитную реакцию. Обезьяна А смотрит прищурившись, защищая глаза. Ее верхняя губа подтягивается. Она обнажает зубы, но это просто побочный эффект: смысл подтянутой губы — не столько в том, чтобы подготовиться к нападению, сколько в том, чтобы подтянуть кожу на лице, слегка прикрыв кожными складками глаза. Уши «отъезжают» назад, защищаясь от повреждений. Голова втягивается, а плечи поднимаются, чтобы прикрыть уязвимые горло и шею. Голова отворачивается от надвигающегося объекта. Торс подается вперед, чтобы защитить живот. В зависимости от местонахождения угрозы руки могут скрещиваться перед торсом или перед лицом. Обезьяны чаще всего принимают обычную защитную стойку, которая защищает хрупкие и уязвимые части тела.

Обезьяна Б может узнать многое, наблюдая за реакцией обезьяны А. Если обезьяна А защищается, как бы полностью отвечая на действия обезьяны Б, то это хороший знак, свидетельствующий, что обезьяна А напугана. Ей неудобно. Ее личное пространство захвачено. Она воспринимает обезьяну Б как врага, как кого-то, превосходящего ее в социальном плане. С другой стороны, обезьяна А может ответить «невнятно», едва сощурив глаза и поворачивая голову назад. Это значит, что обезьяна А не особенно напугана, — она не воспринимает обезьяну Б как социально превосходящую или как врага.

Такая информация очень полезна членам социальной группы. Обезьяна Б может изучить, где нужно находиться, чтобы выразить уважение обезьяне А. Таким образом, развивается социальный сигнал; естественный отбор предпочтет обезьян, которые могут считывать реакции подчинения в своей группе и подстроить свое поведение в соответствии с ними. Кстати, это, возможно, самая важная часть этой истории: больше всего эволюционного давления приходится на тех, кто получает сигнал, а не на тех, кто его посылает. Эта история — о том, как мы начали реагировать на улыбку.

Зачастую природа — это гонка вооружений. Если обезьяна Б может собирать полезную информацию, наблюдая за обезьяной А, то обезьяне А полезно манипулировать этой информацией, чтобы повлиять на обезьяну Б. То есть эволюция предпочитает обезьян, которые могут при правильных обстоятельствах как бы разыграть защитную реакцию. Полезно убедить других, что ты им не угрожаешь.

Посмотрим на происхождение улыбки: это кратко мелькнувшая имитация защитной стойки. У людей существует лишь урезанная ее версия, при которой задействуются лицевые мышцы: верхняя губа подтягивается, щеки расходятся в стороны и вверх, глаза сощуриваются. Сегодня мы используем ее скорее чтобы коммуницировать с позиции дружелюбной агрессии, чем с позиции полного подчинения и содействия.

И все же мы по-прежнему можем наблюдать «обезьяньи» жесты в себе. Иногда мы улыбаемся, чтобы выказать полное подчинение, и эта раболепная улыбка может возникнуть вместе с отголоском защитной стойки во всем теле: голова опущена, плечи вверх, торс приподнят, руки перед грудью. Как и обезьяны, мы реагируем на эти сигналы автоматически. Мы не можем не чувствовать тепла по отношению к тем, кто излучает дюшеновскую улыбку. Мы не можем не чувствовать презрения по отношению к человеку, который внешне выказывает повиновение, так же как не можем не быть подозрительны к тем, кто имитирует душевное тепло бездушной улыбкой с холодными глазами.

Невероятно, что столь многое могло появиться из такого простого корня. Древний защитный механизм, механизм, который анализирует пространство вокруг тела и организует защитные движения, внезапно оказывается в гиперсоциальном мире приматов, окруженных улыбками, смехом, плачем и заискиванием. Каждый из этих типов поведения затем делится на несколько других, разрастаясь в целую кодовую книгу сигналов для использования в разных социальных условиях. Не все человеческие выражения можно объяснить через это, но очень многие. Дюшеновская улыбка, холодная улыбка, смех над шуткой, смех признательности за умную остроту, жестокий смех, пресмыкание, призванное показать благоговение пред кем-то, или прямая спина, демонстрирующая уверенность, скрещенные руки, показывающие подозрение, распростертые объятья («Добро пожаловать!»), печальная гримаса, с которой мы выказываем сочувствие чьей-то грустной истории, — весь этот набор выражений смог появиться из одного защитного сенсорно-моторного механизма, который не имеет ничего общего с коммуникацией.

econet.by

Звериный оскал: почему мы улыбаемся?

Задолго до появления разговорного языка наши предки общались с помощью жестов. И сейчас многое из того, что мы сообщаем друг другу, — невербально. Но почему мы скалим зубы, когда хотим выразить дружелюбие? Зачем мы смеемся?  

Наши эмоциональные выражения кажутся врожденными, они — часть нашего эволюционного наследия. И тем не менее их этимология остается загадкой. Можем ли мы отследить эти социальные сигналы с самого начала, от их эволюционных корней, до поведения наших предков?

Около десяти лет назад в лаборатории Принстонского университета мы изучали, как мозг наблюдает за зоной безопасности вокруг тела и контролирует наклоны, поеживания, прищуривания и другие действия, которые уберегают нас от воздействия окружающих.

Наши опыты были сфокусированы на специфическом наборе областей в мозге человека и обезьян. Эти области мозга немедленно «обрабатывали» пространство вокруг тела, использовали сенсорную информацию и преобразовывали ее в движение. Мы отслеживали активность индивидуальных нейронов в тех областях, пытаясь понять их функцию. Когда мы просматривали наши видео, я повсюду замечал пугающее сходство: защитные действия обезьян были ужасно похожи на стандартные человеческие социальные сигналы. Почему, когда вы дуете в лицо обезьяне, ее выражение лица так странно похоже на человеческую улыбку? Почему, смеясь, мы будто бы используем некоторые элементы защитной стойки?

Как выяснилось, мы были не первыми, кто искал взаимосвязь между защитными движениями и социальным поведением. Хейни Хедигер, хранитель зоопарка Цюриха в 60-е годы, поделился с нами своим инсайтом. Он пытался понять, как поделить пространство зоопарка между животными так, чтобы учесть их естественные надобности, и поэтому иногда спрашивал совета у главного биолога зоопарка. И часто он удивлялся, когда узнавал, как животные взаимодействуют с окружающим пространством.

Во время экспедиции по Африке, где он ловил новых экземпляров для зоопарка, Хедигер заметил постоянно повторяющуюся схему поведения среди животных, на которых охотились хищники. Зебра, к примеру, не просто убегает ото льва. Вместо этого она, кажется, выстраивает невидимый периметр вокруг себя. Пока лев находится вне этого периметра, зебра в безопасности. Когда лев пересекает границу, зебра меняет локацию и восстанавливает зону безопасности. Если лев входит в зону меньшего размера, зебра убегает. У самих зебр между собой действуют похожие «защитные зоны», и, хотя они гораздо меньше, к ним относятся с подобающим уважением. В толпе зебры никогда не идут вплотную. Они ступают и двигаются так, чтобы поддерживать минимальное организованное пространство между собой.

В 60-е годы американский психолог Эдвард Холл адаптировал ту же самую идею для человеческого поведения. Холл выяснил, что каждый человек имеет защитную зону шириной 60–90 см, расширяющуюся к голове и сужающуюся к ногам. У зоны нет фиксированного размера: если вы нервничаете, она растет, если вы расслаблены, она сжимается. Она также зависит от вашего культурного воспитания. Личное пространство меньше в Японии и больше в Австралии. Поместите японца и австралийца в одну комнату — последует странный танец: японец шагнет вперед, австралиец сделает шаг назад, и так они будут следовать один за другим. Может быть, даже и не обратив внимания на то, что происходит.

Хедигер и Холл привели нас к важному открытию. Механизм, который мы используем для защиты, также формирует основу нашей социальной вовлеченности. В конце концов, он организует своего рода сеть внутри социального пространства.

Улыбка, один из главных инструментов социального взаимодействия, — очень специфическая вещь. Верхняя губа поднимается, чтобы продемонстрировать зубы. Щеки расплываются в стороны. Кожа вокруг глаз морщится. Дюшен де Булон, невролог, живший в XIX веке, заметил, что холодная, фальшивая улыбка часто ограничивается ртом, тогда как подлинная, дружелюбная улыбка всегда вовлекает глаза. Искренняя улыбка сейчас названа дюшеновской в его честь.

Улыбка также может свидетельствовать о подчинении. Сотрудники, подвластные кому-то, улыбаются гораздо больше, находясь среди влиятельных людей. («Бывало, / Улыбками, поклонами встречали, / Едва не становились на колени, / Как в храме!», — замечает Патрокл об Ахилле в «Троиле и Крессиде»).

Это только добавляет загадочности. Почему показывание зубов — признак дружелюбия? Зачем делать это в знак покорности? Разве зубы нужны не для того, чтобы свидетельствовать об агрессии?

Большинство этологов сходятся в том, что улыбка с точки зрения эволюции явление древнее и что ее варианты встречаются у многих приматов. Если вы наблюдаете за группой обезьян, вы заметите, что они иногда одаривают друг друга тем, что выглядит как гримаса. Они коммуницируют без агрессии; этологи называют это «беззвучная демонстрация зубов». Некоторые теоретики утверждают, что этот жест произошел из более или менее противоположного — подготовки к атаке.

Но мне думается, что, фокусируясь лишь на зубах, они многое упускают. На самом деле эта «демонстрация зубов» включает все тело. Представьте двух обезьян, А и Б. Обезьяна Б пересекает личное пространство обезьяны А. Результат? Два нейрона, отвечающие за мониторинг личного пространства, начинают потрескивать, взывая классическую защитную реакцию. Обезьяна А смотрит прищурившись, защищая глаза. Ее верхняя губа подтягивается. Она обнажает зубы, но это просто побочный эффект: смысл подтянутой губы — не столько в том, чтобы подготовиться к нападению, сколько в том, чтобы подтянуть кожу на лице, слегка прикрыв кожными складками глаза. Уши «отъезжают» назад, защищаясь от повреждений. Голова втягивается, а плечи поднимаются, чтобы прикрыть уязвимые горло и шею. Голова отворачивается от надвигающегося объекта. Торс подается вперед, чтобы защитить живот. В зависимости от местонахождения угрозы руки могут скрещиваться перед торсом или перед лицом. Обезьяны чаще всего принимают обычную защитную стойку, которая защищает хрупкие и уязвимые части тела.

Обезьяна Б может узнать многое, наблюдая за реакцией обезьяны А. Если обезьяна А защищается, как бы полностью отвечая на действия обезьяны Б, то это хороший знак, свидетельствующий, что обезьяна А напугана. Ей неудобно. Ее личное пространство захвачено. Она воспринимает обезьяну Б как врага, как кого-то, превосходящего ее в социальном плане. С другой стороны, обезьяна А может ответить «невнятно», едва сощурив глаза и поворачивая голову назад. Это значит, что обезьяна А не особенно напугана, — она не воспринимает обезьяну Б как социально превосходящую или как врага.

Такая информация очень полезна членам социальной группы. Обезьяна Б может изучить, где нужно находиться, чтобы выразить уважение обезьяне А. Таким образом, развивается социальный сигнал; естественный отбор предпочтет обезьян, которые могут считывать реакции подчинения в своей группе и подстроить свое поведение в соответствии с ними. Кстати, это, возможно, самая важная часть этой истории: больше всего эволюционного давления приходится на тех, кто получает сигнал, а не на тех, кто его посылает. Эта история — о том, как мы начали реагировать на улыбку.

Зачастую природа — это гонка вооружений. Если обезьяна Б может собирать полезную информацию, наблюдая за обезьяной А, то обезьяне А полезно манипулировать этой информацией, чтобы повлиять на обезьяну Б. То есть эволюция предпочитает обезьян, которые могут при правильных обстоятельствах как бы разыграть защитную реакцию. Полезно убедить других, что ты им не угрожаешь.

Посмотрим на происхождение улыбки: это кратко мелькнувшая имитация защитной стойки. У людей существует лишь урезанная ее версия, при которой задействуются лицевые мышцы: верхняя губа подтягивается, щеки расходятся в стороны и вверх, глаза сощуриваются. Сегодня мы используем ее скорее чтобы коммуницировать с позиции дружелюбной агрессии, чем с позиции полного подчинения и содействия.

И все же мы по-прежнему можем наблюдать «обезьяньи» жесты в себе. Иногда мы улыбаемся, чтобы выказать полное подчинение, и эта раболепная улыбка может возникнуть вместе с отголоском защитной стойки во всем теле: голова опущена, плечи вверх, торс приподнят, руки перед грудью. Как и обезьяны, мы реагируем на эти сигналы автоматически. Мы не можем не чувствовать тепла по отношению к тем, кто излучает дюшеновскую улыбку. Мы не можем не чувствовать презрения по отношению к человеку, который внешне выказывает повиновение, так же как не можем не быть подозрительны к тем, кто имитирует душевное тепло бездушной улыбкой с холодными глазами.

Невероятно, что столь многое могло появиться из такого простого корня. Древний защитный механизм, механизм, который анализирует пространство вокруг тела и организует защитные движения, внезапно оказывается в гиперсоциальном мире приматов, окруженных улыбками, смехом, плачем и заискиванием. Каждый из этих типов поведения затем делится на несколько других, разрастаясь в целую кодовую книгу сигналов для использования в разных социальных условиях. Не все человеческие выражения можно объяснить через это, но очень многие. Дюшеновская улыбка, холодная улыбка, смех над шуткой, смех признательности за умную остроту, жестокий смех, пресмыкание, призванное показать благоговение пред кем-то, или прямая спина, демонстрирующая уверенность, скрещенные руки, показывающие подозрение, распростертые объятья («Добро пожаловать!»), печальная гримаса, с которой мы выказываем сочувствие чьей-то грустной истории, — весь этот набор выражений смог появиться из одного защитного сенсорно-моторного механизма, который не имеет ничего общего с коммуникацией.

Источник

planetaseminarov.ru

7 причин улыбаться: научный подход

Улыбка – самая легко распознаваемая эмоция лица. Улыбка запускает определенные процессы в мозге человека, активируя связь «мозг-тело». Так чем полезна улыбка?

1. Улыбка делает нас счастливыми (даже при плохом настроении).

Помните о связи мозг-тело? Так вот, обычная улыбка посылает в мозг сигнал, что мы счастливы. А когда мы счастливы, организм начинает вырабатывать различного рода эндорфины, которые поднимают настроение. Этот принцип был открыт в 1980-х годах и подтвержден целым рядом исследований. Но исследования показывают и обратную сторону: нахмурившись, люди начинают чувствовать себя несчастливыми.

2. Улыбка делает счастливыми окружающих тебя людей.

Улыбка – заразительна. Исследования показывают, что достаточно увидеть улыбающегося друга или подругу, и человек невольно начинает делать то же самое. Забавно, правда? Когда кто-то улыбается, он заражает хорошим настроением других людей. Улыбающийся человек приносит счастье.

3. Улыбка делает нас более привлекательными.

Мы обращаем внимание на людей, которые улыбаются. Существует фактор притяжения: мы хотим знать, кто и зачем улыбается. Хмурость и гримасы отталкивают людей, а улыбка привлекает. Очаровательная улыбка делает человека более привлекательным в глазах представителей противоположного пола. Поэтому, в следующий раз, когда будете назначать свидание, не забудьте улыбаться. Это сделает вашу «половинку» более счастливой, а вас – более привлекательными.

4. Улыбка помогает снять стресс.

Улыбка помогает избавиться от усталости, изношенности и перегруженности. Улыбка способна уменьшать чувство тревоги. Когда сигналы, что мы счастливы (даже если это и не совсем так … в данный момент), достигают мозга, организм, как правило, уменьшает частоту дыхания и сердечных сокращений. Снижение уровня стресса очень благотворно сказывается на здоровье в целом, так как в результате снижается артериальное давление, улучшается пищеварение и нормализуется уровень сахара в крови.

5. Улыбка более привлекательна, чем макияж.

69% людей считают, что улыбающаяся женщина без макияжа более привлекательна, чем женщина без улыбки, которая использует косметику. Мышцы, которые мы используем, чтобы улыбаться, подтягивают лицо, что делает человека моложе.

6. Улыбка положительно влияет на здоровье.

Улыбка помогает иммунной системе работать лучше. Когда вы улыбаетесь, вы более расслаблены. Целый ряд исследований доказывает благотворное влияние смеха на здоровье человека, в т.ч. и то, что смех схож с мини-тренировкой, в результате чего сжигается жир и улучшается рельеф мышц пресса. Смех также улучшает кровообращение, снижает уровень сахара в крови, уменьшает уровень стресса и улучшает сон. Он также способен повышать в организме уровень антител, борющихся с инфекциями и улучшающих работу иммунной системы.

7. Улыбка делает вас успешней.

Улыбающиеся люди выглядят более уверенно. Наденьте улыбку на собрания и встречи, и люди будут реагировать на вас по-другому. Согласно исследованиям, опрошенные склонны считать, что такие люди более привлекательны, уверены в себе, порядочны и решительны.

fit4brain.com

Почему мы не улыбаемся? | Психология на www.elle.ru

23 августа 2012Редакция сайта

За россиянами закрепилась репутация людей мрачных и малоэмоциональных, в крайнем случае — загадочных. Анна Васильева выяснила: на самом деле мы очень искренние — предпочитаем настоящие, пусть и негативные, чувства фальшивым улыбкам.

image

За россиянами закрепилась репутация людей мрачных и малоэмоциональных, в крайнем случае — загадочных. Анна Васильева выяснила: на самом деле мы очень искренние — предпочитаем настоящие, пусть и негативные, чувства фальшивым улыбкам.

Каждое лето в детский театр нашего района на гастроли приезжают клоуны. И каждое лето жители окрестных домов ходят по улицам, пугаясь собственной тени. В чем связь? Да просто в перерывах между представлениями клоуны не прочь погулять. И как люди творческие, они даже на улице остаются в образе, хотя, к счастью, без грима. На моих глазах один лицедей изобразил кентавра, посылающего копье вслед уезжающему бульдозеру. Другой — замерзающую чихуа-хуа. По отточенной пластике можно догадаться, что перед нами не сумасшедший, а профессионал. Однако большинство прохожих предпочли не вглядываться, а вспоминать телефон неотложной психологической помощи. Для странного субъекта и для себя заодно. Грустно признать, но неужели мы предпочитаем улыбке подозрительность, а импровизированному представлению — принцип «вор должен сидеть в тюрьме, а клоун — в цирке»?

Разрушители легенд

Представьте, что с российского предвыборного плаката широко улыбается кандидат на важный пост. Не получается? А вот если бы Франсуа Олланд не улыбался на выборах во Франции, не видать ему президентского кресла. Подобная разница культур удивляет не только наш электорат, но и всех иностранцев, попадающих в Россию.

Моя подруга Мэри пятый год преподает в Москве английский. Уроки она ведет методом погружения — полностью на иностранном. По английской привычке она все время говорит с улыбкой, и студенты улыбаются ей в ответ. Но стоит Мэри хоть на минуту перейти на русский, как лица в аудитории мрачнеют. Вначале Мэри терялась и переживала. Думала, что всему виной ее страшный акцент, и критиковала за это своих педагогов. Однако допрос одного из студентов выявил иные причины: «Когда она со своей улыбкой переходит на русский, то сразу начинает выглядеть как инопланетянка, — признался студент Федор. — Ну не может русскоговорящий человек столько улыбаться!»

Сразу видно, что еще в детском саду Феде, как и всем нам, навязали поговорку «Смех без причины — признак крайней странности». С ранних лет мы четко усваиваем, что проявление положительных эмоций у собеседника без видимых нам оснований — повод насторожиться. Однако подобные нюансы воспитания вовсе не свидетельствуют о нашей тотальной замкнутости.

Только подумайте, что ответит русский человек на вопрос «Как дела?» Правильно! В красках расскажет о проблемах и болезнях в своей семье: и дедушка старенький на диване лежит, и тетя ножку подволакивает. Причем наша эмоциональность настолько заразительна, что даже американцы с их вечным «о’кей» не выдерживают. Один русский служащий американской компании, зная свойство коллег обмениваться фальшивыми, с его точки зрения, приветствиями, не удержался от эксперимента. В ответ на дежурное «Как дела?» вместо «О’кей» он ответил: «Безобразно!» И в лучших традициях русской бабушки рассказал американской сотруднице о протекающей крыше, голодных котятах и низких пенсиях. Реакции, последовавшей за этим, он не предвидел — собеседница разрыдалась.

Как объясняет Мария Вакатова, директор по маркетинговым коммуникациям WatCom Group, именно эмоциональностью и искренностью, а вовсе не замкнутостью мы отличаемся от иностранцев: «Отвечая на приветствие дежурной улыбкой и сухим «Все прекрасно!», иностранец закрывается, чтобы оградить нас от своих проблем и болячек. Мы же моментально напрягаемся, если в разговоре человек растягивает рот в улыбке, а его глаза не выражают радости. Нам важнее, чтобы собеседник продемонстрировал искренность, а не сохранил наше душевное равновесие». Иными словами, если русского человека поставить перед выбором: фальшивая улыбка или откровенный негатив, он инстинктивно выберет второе. Ведь для нас главное, чтобы от души!

image

32 зуба

Когда в российских ресторанах вам хамит официант, не спешите обижаться. На самом деле все ради того, чтобы вам было комфортно. Подлинного радушия он изобразить не может — у него тоже полно проблем! И на чай мало оставляют, и съемная квартира висит тяжким грузом. Однако он готов искренне показать, что чувствует. «В Москве очень агрессивная среда: бешеный ритм, пробки, смешение культур, — поясняет Мария Вакатова. — Поэтому отсутствие вежливости и любви воспринимается как норма. Владельцы ресторанов и торговых залов, конечно, проводят тренинги по воспитанию радушия и гостеприимства у персонала, но переделать сотрудников сложно. Искреннего желания служить посетителям у них не возникает, и это проявляется и в мимике, и в выражении глаз, что, безусловно, замечают клиенты».

Слушая слова Марии о попытках научить русский персонал вежливой улыбке, я вспоминаю, как один охранник магазина парфюмерии заглядывал мне через плечо, пытаясь выяснить, собираюсь я что-то красть или нет. Если бы он улыбнулся, я бы наверняка в ужасе выскочила из магазина. Иностранцы все же улыбаются приятнее, пусть и неискренне.

В чем секрет фальшивого, но подкупающего иностранного обаяния, пытались выяснить русские бизнес-леди Елена и Татьяна. Ровно неделю по приглашению американской стороны девушки веселились в Нью-Йорке. Каждый вечер к их столику стекались улыбки, комплименты и бокалы с шампанским. Когда же в один из вечеров после пятого бокала русские барышни решили вернуться в отель за рулем, восторженные кавалеры немедленно вызвали полицию: «Русским нетрезвым женщинам не следует подвергать опасности американских пешеходов и водителей». Поначалу Лена и Таня были в ужасе: «Ничего себе falsie Americans (фальшивые американцы. — Прим. ELLE)!» Но в итоге девушки признались: смесь внимания и предательства хорошенько их встряхнула и, как они сами признают, скорее в положительном смысле.

Эмоции Лены и Тани объяснимы. «Если человек несчастлив или жизнь просто кажется ему пресной, он начинает искать дополнительные эмоции, чтобы компенсировать эту неудовлетворенность. Именно компенсировать, а не решить проблему», — комментирует стремление русских женщин к острым ощущениям психолог Наталья Георгиева. В поисках пресловутой компенсации многие женщины прельщаются внешне легким и веселым темпераментом иностранцев, воплощающим выражение «праздник, который всегда с тобой».

Изучив еще в школе все индийские мелодрамы, моя бывшая одноклассница Марина твердо решила, что самые чувственные мужчины живут в Индии. Туда она и отправилась, окончив Институт стран Азии и Африки. Спустя десять лет за ней в Москву прибыл молодой брахман, да не один, а с сапфировым кольцом а-ля «принцесса Кейт». Однако, вручив кольцо и сделав предложение, жених, вместо того чтобы продолжать шутить и улыбаться, устроил страшный скандал, пытаясь запретить Марине выходить в свет. Он не знал, что русские женщины тоже не то, чем кажутся: в ответ на резкие слова Марина запустила в него посудой и сапфирами. Оба оппонента получили от сцены несказанное удовольствие, но увы, недолгое: брахман первым же рейсом вернулся в Дели, а Марина — к русскому бойфренду. Он хоть и мрачный, зато предсказуемый. Однако эта история ничему не научила ни Марининых подруг, ни многих других женщин.

image

Богач-бедняк

Несмотря на ночи в полиции и летающие драгоценности, русские женщины ставят иностранную доброжелательность в пример российским мужчинам. «Да, ты даришь подарки, но в ухаживаниях ты далеко не Дон Жуан!» — обвиняет мужа медсестра Лиза. Другая знакомая, Алла, вымогает признания у своего бойфренда скандалами. «Ты опять не улыбаешься при встрече. Ты не рад меня видеть!» — злится она. Возлюбленный, насколько видно со стороны, абсолютно не понимает, чего от него ждут, но преданно мчится за Аллой в любую часть города по первому требованию. «С мужчиной, который настолько внимателен, не только можно, но и нужно жить, — одергивает девушку психолог Наталья Георгиева. — Просто, скорее всего, он ухаживает за вами по принципу «Меньше слов, больше дела». А ваши фразы типа «ты меня не любишь», «ты меня не хочешь» несут в себе упрек и заведомо заставляют мужчину оправдываться».

Если женщина не в силах смириться со сдержанностью мужчины в проявлении любви, Наталья рекомендует ей действовать по-другому. Не уезжать за границу и не злиться, а самой говорить комплименты: во-первых, женщине это делать легче, чем мужчине, во-вторых, мужчина обязательно научится дарить комплименты в ответ. Именно так «работала» со своим мужем моя бывшая коллега Катя. Она погрузила его в атмосферу Французской Ривьеры: каждый день просыпалась с улыбкой, приносила в постель сок и булочки с медом, обильно осыпая супруга комплиментами и ласками. Вначале муж ждал подвоха и проявлял подозрительность. Но через месяц эксперимент увенчался успехом: Катя получила букет роз и стихотворение в ответ. Впрочем, когда девушке надоело стараться, эмоциональность супруга тоже исчезла, как и не бывало. Так что положительные эмоции — это еще и бесконечный процесс, в который приходится вкладывать силы, как в бездонную бочку.

Тем же, кого трудности не пугают, рекомендуется отличный способ расположить к себе любого незнакомца. Секрет в том, чтобы, встретившись глазами, мысленно сказать ему: «Привет!» Обещаю: эффект превзойдет все ваши ожидания. Что подтвердит подруга Натальи Георгиевой, позвонившая психологу со срочным вопросом: «Наташа, а что еще я должна мысленно сказать мужчине, чтобы он перестал бежать за мной по встречному эскалатору в надежде продолжить знакомство?»

www.elle.ru

Почему мы всегда улыбаемся на фотографиях?

Экология жизни. Люди: Мне говорят, что я похож на психа, когда не улыбаюсь, но это естественное выражение моего лица…

Если люди из далёкого будущего посмотрят на фотографии XX и XXI века, первый вопрос, который они зададут себе, будет звучать так: «Почему они постоянно улыбаются?» 

При ближайшем рассмотрении учёные осознают, что большинство этих улыбок были не искренними. Возможно, они являлись продуктом какой-то грубой силы, существовавшей в обществе ХХ века. Может быть, неизвестный эксцентричный монарх потребовал, чтобы все люди всегда находились в приподнятом настроении, в отличие от жителей Северной Кореи, которых заставили плакать на похоронах Ким Чен Ира. 

Наша фотокультура обязательной улыбки не столь тоталитарна, как северокорейский режим, однако если Вы когда-нибудь осмелитесь не улыбнуться на групповом фото, то Вас обвинят в том, что Вы испортили кадр своим каменным выражением лица. 



Мне говорят, что я похож на психа, когда не улыбаюсь, но это естественное выражение моего лица. Я верю, что в будущем учёные, изучив мои фотографии, признают меня здравомыслящим человеком. 

Я понимаю, почему людям нравятся улыбки. Как и мне. Они приятны, утешительны и привлекательны. Улыбающиеся люди более открыты. Улыбки стали истинной социальной ценностью. 

Именно поэтому я не люблю традицию обязательной улыбки. Мне нравятся улыбки, мне нравится, что в них есть смысл. Улыбка человека – одно из самых красивых явлений в природе. Искренность – вот что делает её особенной. Естественные улыбки – настоящие улыбки – мимолётны. Они являются преходящей, непроизвольной передачей большой радости, доброжелательности и благодарности. 

Как возникла эта странная традиция 

 

Вопрос «Почему мы всегда улыбаемся на фотографиях?» имеет довольно простой ответ: потому что нам с рождения твердили об этом, и всякий раз, когда мы отказывались изображать улыбку, на нас тут же сыпалась критика и замечания. 

Но почему искусственные улыбки на фотографиях стали нормой? Это вопрос исторический, и ответ на него представляет собой туманное и неудовлетворительное сочетание различных факторов. 

Немного больше мы знаем о том, почему люди раньше никогда не улыбались на фотографиях. Мы часто слышим, что причинами тому были слишком длинная выдержка в первых фотоаппаратах или отсутствие стандартов стоматологической помощи. (Понятное дело, никто не хотел, чтобы другие видели их чёрные, гниющие зубы.) Однако так ли это на самом деле? 

Важно отметить, что первоначально фотографии рассматривались как очень быстрый способ создания портрета. Эту роскошь могли себе позволить только богатые люди, и скандальная улыбка пьяницы или жулика была последним, что они хотели бы увековечить. 

Со временем фотографии стали доступны и среднему классу. Однако основанная богатыми традиция принимать серьёзное, величавое выражение лица на фотографии сохранилась. 

Улыбки на камеру вошли в моду с появлением голливудских фильмов и потребительских товаров. Возможно, это произошло по вине компании «Kodak», которая продавала фотокамеры, заявляя, что они способны запечатлевать редкие, восторженные, вызывающие искреннюю улыбку жизненные моменты, которые случаются во время отпуска, выпускного вечера, свадебной церемонии и прочих торжественных событий. 

С течением десятилетий восторг по поводу запечатления этих особенных моментов приутих. Фотографироваться стало обычным делом. Это, по сути, был первый намёк на состязания «у-кого-самая-счастливая-жизнь», которые сегодня устраивают пользователи социальных сетей. Смотри, камера! Сними нашу прекрасную жизнь! Улыбайся! Не давай им повода думать, что мы не испытываем радость! 

Наш быстротечный век фальшивых улыбок 

 

Некоторые люди от природы способны в мгновение ока создавать лучистую, естественную улыбку. Для них наш странный обычай вынужденной улыбки – не проблема, поскольку каждое фото – это возможность увековечить один из своих талантов. Остальные из нас осознают, что чаще всего увековечиваются наши худшие качества: смущение, неуверенность, вычурность и другие формы личного уродства. 

Я не говорю, что улыбки людей на фотографиях всегда являются порочной ложью. Я просто считаю, что кадры получаются гораздо лучше, когда на них меньше фальшивых улыбок. 

Проблема искренних улыбок заключается в том, что их нельзя создать по первому требованию. Они получаются, когда Вы фотографируете людей такими, какими они есть. Произнесение слова «сыр» создаёт иллюзию улыбающихся людей, не более. 

Лучшие фотографы-портретисты всегда знали об этом. Взгляните на работы Энни Лейбовиц, Юсуфа Карша или Ричарда Аведона, и Вы заметите, что люди на них изображены такими, какими есть – грустными, озабоченными, отрешёнными. Но когда они улыбаются, это, как и в реальной жизни, просто волшебно. 

Мы не можем все быть Каршами или Лейбовиц, однако, возможно, нам следует фотографировать моменты своей жизни, не говоря людям о том, что их обычные выражения лица «портят кадр». 

Я думаю, что мои слова мало на кого повлияют, поскольку мозги нам промыли достаточно сильно. Я понимаю, насколько смешон этот обычай, но всё равно говорю людям, чтобы они произнесли слово «сыр», когда я их фотографирую. Я не уверен, что смогу убедить людей не улыбаться, или каким будет конечный результат. 

Я лишь хочу обратить внимание на то, как странно, что это вообще стало нормальным. Из-за влияния случайного сочетания маркетинга, поп-культуры и давления со стороны сверстников мы живём в странную эпоху в истории, когда нам не разрешают не улыбаться, по крайней мере, тогда, когда пытаются запечатлеть наши лица для потомков. Может быть, через сто лет эта традиция исчезнет, и люди ХХII века будут смотреть на нас точно так же, как мы на мужчин и женщин в напудренных париках. 

Во всём этом есть нечто большее. Человеку жизнь кажется долгой, но, по сравнению с историей, она коротка. Когда что-то модное врывается в нашу жизнь, мы полагаем, что так всегда было и будет. В этом проявляется узость нашего мышления. 

Расширяйте свои взгляды на то, что естественно и правильно. Не позволяйте кому-либо указывать Вам, как Вы должны выглядеть. Улыбайтесь, когда хотите, но только если Вы действительно этого хотите.опубликовано econet.ru

Автор: Александр Жвакин

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! © econet

Присоединяйтесь к нам в Facebook , ВКонтакте, Одноклассниках

econet.ru

Почему мы улыбаемся? | V-GER