Поступки мужчины: Какие женские поступки пугают мужчин

Содержание

Какие женские поступки пугают мужчин

Иногда один неверный шаг может стоить женщине отношений. Психологи рассказали, каких ошибок следует избегать при общении с любимым человеком.

Отношения между мужчиной и женщиной – это не только романтика и сплошные нежности, но еще и работа над собой, отношениями. Важно не испортить их, не нарушить атмосферу любви и взаимопонимания. Однако удается это не всем.

Психологи выяснили, что особенно неосторожными бывают женщины. Они могут поучать любимого, «пилить» за страсть к играм, пытаются приучить их к «культурному поведению» и пр. Все это может оттолкнуть от чрезмерно деятельной дамы ее поклонника.

Какие же еще поступки способны отпугнуть потенциальных женихов от девушки?

Сравнения с ее бывшими парнями, мужьями. Это не нравится никому и никогда. В лучшем случае партнер с задетым самолюбием может посоветовать вернуть «ценную» пропажу (бывшего), а в худшем исчезнуть с горизонта без лишних слов и оправданий.

Попытки переделать мужчину. Если женщина полюбила человека, значит, в нем было что-то хорошее и приятное ее взгляду и слуху. Поэтому вместо попыток переделать «под себя», лучше попытаться по-новому взглянуть на спутника и еще раз восхититься его умениями и навыками.

Придирки к словам мужчины. Дамам стоит запомнить: такое общение не входит в категорию «вежливого». Потому, если хотите, чтобы к вам относились как к королеве, старайтесь и вести себя соответствующе, не опускаясь до уровня крестьянки образца начала 20-го века.

Желание быть всегда вместе. Круглосуточно быть рядом и при этом умудриться сохранить любовь и уважение друг к другу, получится лишь у единиц семей (пар). Остальные наверняка не выдержат испытание длительным и тесным общением. Человеку свойственно общаться с разными людьми, быть в одиночестве, а мужчине — особенно. Ему тесно не только в однокомнатной квартире, но и в отношениях с собственницей.

Поступки настоящего мужчины: 5 вещей, на которые способен только идеальный муж

Поступки настоящего мужчины всегда отличаются благородством и мужественностью. В обществе мнение о том, кто такой «настоящий мужчина», достаточно размыто, для кого-то это богатый мужчина, для кого-то сильный и смелый, а для кого-то это никто иной как принц на белом коне. Так кто же он и как его отличить от всех остальных?

Мужские поступки для женщины

Исходя из мнений большинства женщин, настоящий мужчина — это прежде всего лидер, надежный и постоянный в своих стремлениях и целях партнер. Он отвечает за свои поступки и действия, защищает женщину и помогает решить ее проблемы. Такой мужчина, как правило, обеспечен, либо стремится к этому. Также он обладает хорошим чувством юмора, воспитан, с уважением относится к людям, никогда не позволяет себе оскорблять или унижать кого бы то ни было. Он держит свое слово и выполняет обещания.

Мужские поступки в отношениях

Мужские поступки в отношениях проявляются по-разному. Это может быть:

Решение бытовых, семейных или материальных проблем

Мужчина, как глава семьи (или будущий глава семьи), возьмет на себя решение всех этих дел или, по крайней мере, будет играть ключевую роль.

Помощь по дому, забота

Пусть дом и является заботой женщины, мужчина не должен оставаться в стороне. Особенно желательна помощь в тех ситуациях, когда и женщина работает.

Понимание женщины и умение ее выслушать

У всех нас есть свои проблемы. И так порой важно, чтобы нашелся человек, который способен понять вас и выслушать.

Умение брать на себя ответственность

Если мужчина не способен отвечать за собственные действия, то ждать от него того, что он будет заботиться о вас, и о ваших детях, просто бессмысленно.

Грамотное действие в чрезвычайных ситуациях

Кроме обычных, ежедневных проблем и забот бывают такие, когда женщине действительно очень нужно сильное плечо. И если мужчина не теряется в таких ситуациях, это невольно вызывает уважение.

Достойный мужчина: признаки

Рядом с достойным мужчиной женщина чувствует себя красивой и интересной.

  • Он умеет делать комплименты, галантно себя вести, вдохновить и поддержать женщину.
  • Рядом с ним легко и спокойно, он обладает хорошим чувством юмора и уверенностью в себе.

Но есть одно, но, есть мужчины, которые ведут себя подобным образом, чтобы затащить девушку в постель, так называемые пикаперы. Они умеют пустить пыль в глаза и выдать себя за достойного мужчину. Так что встретив такого мужчину, не спешите с выводами, узнайте его получше. Настоящий мужчина никогда не предложит вам пойти к нему через пару часов после знакомства.

Как найти достойного мужчину

Прежде всего перестаньте искать партнера и зацикливаться на этом. Женщину, которая жаждет любви и отношений, сразу видно, и многие мужчины этим пользуются. Станьте самодостаточной и независимой. Перестаньте видеть в каждом встречном успешном мужчине потенциального жениха.

Как привлечь внимание достойного мужчины

Чтобы привлечь внимание достойного мужчины, прежде всего нужно стать достойной женщиной. Как это сделать?

  • Займитесь собой, не только своим внешним видом, но и внутренним содержанием.
  • Подумайте, какую женщину хочет видеть рядом с собой настоящий мужчина?
  • Расширяйте кругозор, духовно развивайтесь, найдите занятие по душе.
  • Ну и конечно же не сидите дома, там ваш принц вряд ли сможет с вами познакомиться.
  • Посещайте интересные мероприятия, выставки, кафе, парки, а также по возможности путешествуйте.  Когда ваша жизнь станет наполненной и интересной, ваши глаза засияют, вы несомненно привлечете достойного мужчину в вашу жизнь.

Комментарии

10 поступков настоящих мужчин | Femmie

1. Они чувствуют
Существует какое-то дикое представление, что мужчина не должен говорить о своих чувствах. Однако я знаю настоящих мужчин, и они способны на чувства. Вместо того, чтобы подавлять свои эмоции, они спокойно могут их обсуждать. Они не боятся сесть и поговорить о своих чувствах открыто. Они не убегают, поджав хвост, когда слышать от женщины «нам надо поговорить».

2. Они обнажают нашу душу
Настоящие мужчины знают, что самое сочное и самое сладкое находится не в женских трусиках. Они знают, что настоящий джекпот в любви — это возможность раскрыть душу женщины, постепенно, слой за слоем. Настоящая эйфория выходит за рамки секса.

3. Они готовы почистить машину от снега в самый мороз
Как-то вечером я засиделась в баре, а какой-то мужчина провожал меня до машины. Он настоял на том, чтобы почистить мою машину. Я перестала сопротивляться и села в салон, а он счищал снежный слой толщиной несколько сантиметров в тридцатиградусный мороз. Это был один из самых приятных мужских поступков. Да, не все женщины хотят, чтобы за ними заезжали на машине, открывали перед ними дверь, помогали им надеть пальто, оплачивали счёт в ресторане и провожали до дверей, не ожидая при этом продолжения вечера. Женщины уже давно борются за равноправие на этой планете, но так приятно встретиться с настоящим кавалером. Ведь его поступки говорят о том, что он хочет заботиться о вас, а женщинам это нравится.

4. Они будят нас до звонка будильника утром
Объятия, утренний поцелуй и, может быть, ласки сделают из мужчины героя любовного романа. Не переживайте, через полчаса вы снова сможете читать почту, сидеть в Instagram, слушать голосовые сообщения и писать смски. Всё, как обычно.

5. Они не опаздывают
Будь то столик, зарезервированный в пятизвёздочном ресторане или свидание по Skype в домашней одежде, если человек приходит вовремя, то это значит, что он уважает и ценит нас не только на словах.

6. Не морщатся, когда слышат слово «месячные»
Это неотъемлемая часть жизни женщины, дорогие мужчины. Настоящего мужчину не отпугнут боли, странные пожелания женщины в еде и перепады настроения не хуже, чем на американской горке. Настоящий мужчина всегда готов купить женщине тампоны.

7. У них нет предубеждений
Настоящие мужчины никогда не были и не будут расистами, сексистами и гомофобами. Они не чувствуют себя выше других из-за своего пола, цвета кожи или сексуальной ориентации. Настоящие мужчины не обращают внимания на цвет кожи женщины или страну её происхождения. Они не чувствуют, что они сильнее, умнее или лучше, просто потому что родились с пенисом.

8. Они не исчезают
Нет ничего более сексуального, чем надёжность. Настоящие мужчины несут ответственность за себя и свою женщину. Они знают, почему нельзя просто исчезнуть из жизни другого человека.

9. Они слушают
Когда-то у меня был парень и на мой День рождения он отвёл меня на спектакль, сделал мне открытку своими руками, спел мне мою любимую песню и подарил подарочную карту. Примерно месяц назад я сказала ему, что никогда не видела этот спектакль и очень хотела бы его посмотреть. Когда-то я рассказывала ему, что моя мама пела эту песню, когда была мной беременна. У него не очень получалось делать что-то своими руками, но он знал, что я люблю все эти вещи. Я собиралась в поездку в Австралию и упомянула, что мне потребуется всё от туалетной бумаги до злаковых батончиков, и вот он подарил мне подарочную карту, чтобы я могла всё это купить. Вот что значит слушать и слышать.

10. Они пьют Беллини
Настоящие мужчины могут пить «женские» коктейли, носить одежду цвета фуксии и смотреть мелодрамы нисколько при этом не смущаясь. Они прекрасно знают, что их уровень тестостерона никак не зависит от их же вкусовых предпочтений. Им не нужно доказывать свою мужскую сексуальность, садясь за руль большого грузовика, качая пресс или выпивая виски. Они просто делают то, что им нравится.

Комментарии

ВЦИОМ. Новости: О настоящих мужчинах

20 февраля 2021 г. Ниже приведены данные опроса о том, какие качества мужчин — самые ценные, как должны распределяться домашние обязанности, кто должен служить в армии и кто из известных личностей настоящий мужчина.

Ценные качества мужского характера

Самые ценные качества в мужчинах — честность, искренность и прямота. Их ценят 19% россиян, чаще мужчины (22%). На втором месте такие качества, как надежность, уверенность и постоянство — их ценят 14%, чаще женщины (18% vs. 8% среди мужчин). И на третьей позиции самых ценных качеств представителей сильного пола — порядочность и справедливость (9%).

Распределение обязанностей

Большинство россиян считают, что в ведении домашнего хозяйства мужчины и женщины должны принимать равное участие (85%). Чуть чаще эту позицию разделяют женщины, чуть реже — мужчины (89% vs. 81%). Cчитают, что домашнее хозяйство должно держаться только на женских плечах, 7% опрошенных, а видят в роли домохозяина мужчину 5% россиян.

Воспитание детей также задача обоих полов — 86%, здесь различие во мнениях между мужчинами и женщинами менее заметно (85% и 88% соответственно).

А вот кормильцем в семье должен быть мужчина, по крайней мере по мнению 59% опрошенных — так чаще считают представители сильного пола (65%), а также 35-44-летние россияне (64%). Треть наших соотечественников за равноправие и в этом вопросе (35%), чаще женщины (40%) и молодые россияне 18-24 лет (44%).

Досуг в семье организуют оба — так считает 71% россиян. А каждый пятый отдает эту задачу женщинам (18%), кстати, чаще — они сами (23%).

Служба в армии, обязательная для всех мужчин в России, должна оставаться исключительно их задачей, по мнению 68% россиян (71% среди мужчин). Каждый четвертый видит в форме военнослужащих представителей обоих полов (27%), чаще — самые молодые и самые пожилые россияне (по 30%).

Обязанности настоящего мужчины

Основные обязанности настоящего мужчины — беречь семью, участвовать в ее жизни и заботиться о ней (18%). Мужчина должен быть защитником (8%), порядочным и достойным человеком (8%), быть ответственным (5%, чаще так считают женщины — 8%). Также мужчина должен быть вежливым, не забыть посадить дерево и построить дом, отвечать за свои слова и поступки (по 4%).

Настоящий мужчина среди знаменитостей

Кого среди звезд эстрады, политиков, певцов, общественных деятелей, россияне считают настоящим мужчиной? Василия Ланового и Владимира Путина — по 9% соответственно. Также в топ-3 вошел Константин Хабенский (6%).

18 доказательств того, что романтичные поступки украшают мужчин похлеще шрамов

На протяжении всей истории человечества мужчины шли на безумные поступки ради любви. И те, кто считает, что отчаянные романтики в наши дни попрятались куда-то в норы, глубоко ошибаются. Настоящие представители сильной половины человечества по-прежнему готовы и работать без устали, и не бояться казаться глупыми, и включать максимум креатива ради прекрасных дам.

AdMe.ru нашел 18 девушек, которые просто без ума от больших и маленьких романтичных поступков любимых мужчин.

1. «Пошла с утра на работу и даже не заметила. Боже, я так счастлива, плачу как младенец»

2. «Еще до того, как мои родители поженились, отец нанял художника, чтобы тот нарисовал портрет мамы. В качестве романтического жеста он попросил портретиста нарисовать на розе кольцо. Кажется, он уже тогда знал, что это та женщина, на которой он женится»

3. «Мой муж даст фору вашим»

4. «Раньше мой отец помогал маме прихорашиваться, а сейчас мужчины даже не удосуживаются отвечать на сообщения. Грустно»

5. «Решили с парнем провести день на пляже. Потратили


$ 4 на цветные карандаши и раскраски с любимыми мультгероями. Лучший способ потратить $ 4»

6. «Муж моей мамы построил для бабушки вот такие клумбы, чтобы ей не приходилось наклоняться, работая в саду. Вот это мужчина!»

7. «Мой парень фотографировал меня на каждом свидании, на которое мы ходили в прошлом году. На нашу годовщину он подарил мне эту книгу»

8. «На прошлой неделе была 3-я годовщина нашей свадьбы, а мы как раз отдали все имеющиеся деньги на проектирование дома. Поэтому вместо романтического ужина мы поехали на участок, где вскоре возведут наш дом, и съели по бутерброду. Как же хорошо, что я вышла замуж за этого парня»

9. «Мой парень помог мне определиться с цветом лака для ногтей, и я просто в восторге от его выбора»

10. «Папа влюбился в одну даму и, когда мы отправились в поход, написал ее имя на песке и отправил ей эти фотки»

11. «Меня не было в стране, когда MAC cosmetics бесплатно раздавал помады, и мой замечательный парень отправился в магазин, чтобы заполучить несколько штук для меня»

12. «Раньше я красилась под освещением обычной настольной лампы, смотрясь в маленькое розовое зеркальце. Сегодня я пришла домой с работы, где меня поджидал такой сюрприз от моего парня»

13. «Брат откладывал свои карманные деньги, чтобы купить мне на день рождения это кольцо»

14. «Мой парень решил сделать мне сюрприз и превратил мою любимую фотографию в поп-арт-картину»

15. «Как-то раз я сказала парню, что мне очень нравятся черные розы, а сегодня он подарил мне на день рождения лучший букет, который можно себе только представить. Черт, он превзошел сам себя»

16. «Мама попросила своего ухажера прихватить ей персиков по пути домой, и он прихватил. Прихватил чье-то дерево»

17. «Он никогда не перестанет меня удивлять»

18. «Говорит: „Я помыл их для тебя“. Ржу»

Какая-нибудь романтическая история была хоть раз в жизни даже у самого завзятого реалиста и прагматика. Делитесь же ею скорее!

5 поступков мужчины, которые являются предательством — Психология

Если что-то из этого списка присутствует в ваших отношениях — это повод задуматься

Галина Янко

7 ноября 2019 18:47

Какие поступки мужчины являются предательством?

Фото: Unsplash.com

Предательство со стороны мужчины — это не только физическая измена. В представленном ниже списке кроются разного рода проблемы в отношениях мужчины и женщины, но все их можно охарактеризовать одним словом — предательство. Если один или несколько пунктов из списка подходят под описание проблем в ваших отношениях, то лучшим решением будет, как минимум, серьезно поговорить с партнером. Список составила психолог Галина Янко.

Дружба между полами

Платонические отношения, именуемые дружбой, могут содержать в себе не совсем приятные моменты. Общение — вполне нормальное явление, но где грань дозволенного? Ночные разговоры, чаты, даже если между друзьями отсутствуют интимные отношения и они не делят кровать, друг и подруга могут делиться семейными секретами, обсуждать личную жизнь, включая ваши поступки. Когда он делится секретами с товарищами — это в порядке вещей, но здоровый вопрос может родиться в голове любой: «Почему какая-то другая женщина должна быть в курсе интимных моментов с моим мужчиной?» Дружеские отношения не должны пугать вас, а вот разглашение информации личного характера и слишком большое внимание к чужой для вас женщине — неприятная картина.

Вранье

Ложь способна разрушить любые отношения. Тайны, недомолвки, даже ложь во спасение — все это разрушает искренние отношения между людьми. Искренность — то, что должно присутствовать между людьми, объединенными любовью или дружбой. Рано или поздно ложь станет правдой, даже если этого не произойдет, риск очень велик. Когда все тайное станет явью, обманутый партнер испытает боль, став жертвой предательства. Если вы замечаете, что мужчина склонен к хронической лжи, возможно, ему просто требуется ваша помощь и поддержка, а в причине постоянного вранья кроются детские травмы, недостаток внимания или частые наказания. Возможно, будучи ребенком, ему приходилось приукрашивать действительность.

Дружба против

Помните, когда мы были маленькие, некоторые дети объединялись в коалиции и начинали дружить против других. Так вот тот, кто не может договориться с партнером или просто проявить понимание в комплекте с банальным уважением, начинает искать поддержку среди окружающих. Мужчина может начать искать единомышленников среди своей семьи и друзей. Случается, что это перерастает в постоянные нападки, причем нападающие безжалостно льют на жертву претензиями литрами, а жертве, тем временем, негде искать поддержки. В такие моменты приходится защищаться, еще и учитывая рамки субординации, если мужчина ополчился против вас с одним из членов его семьи. Близкий человек, в особенности мужчина, должен оказывать вам поддержку, вы должны чувствовать себя в безопасности и приходить к нему, попав в стрессовую ситуацию. За таким поведением мужчины кроется тотальная неуверенность в себе, опять же, отличным примером будут маленькие дети и подростки, которые часто рассказывают родителям про плохое поведение друзей и одноклассников, чтобы на их фоне выглядеть лучше в глазах собственных мамы и папы.

Манипуляции с помощью семьи, друзей и денег

В любых отношениях присутствует манипуляция в том или ином проявлении, обойтись совсем без нее довольно трудно. Это не всегда плохо, если люди не пытаются манипулировать серьезными вещами, когда манипуляция буквально превращается в угрозу. Супружеские пары и партнеры, находящиеся в долгосрочных, тесных отношениях, часто выводят друг друга на конфликт нарочно. Эмоциональный всплеск после и во время ссоры редко приносит чувства удовлетворенности обоим ее участникам, хотя случаются исключения. Обычно это сценарий, где женщина начинает плакать, собирать вещи, или мужчина кричит и уходит — все эти действия также являются манипуляциями. Предательством же можно считать жестокие манипуляции. Например, за отказ подчиняться его воли, мужчина использует друзей или семью в качестве рычага давления. Есть вещи, которые, определенно, нельзя использовать друг против друга.

Большое количество секретов

Бывает такое, что вы узнаете какую-то важную новость, так или иначе связанную с мужем, и задаете вопрос о том, почему он ничего вам об этом не говорил? Секреты — это нормально, они есть у каждого человека. То, что вы рассказываете подружке, вы никогда не расскажете мужу или молодому человеку. Есть разница между нежеланием открываться (о какой тогда любви может идти речь?) и обычном разграничении доступной информации. Вспомним постулат о доверии как основе гармонии в семье.

Как поступки мужчины выдают его намерение жениться

Мужчины и женщины часто жалуются друзьям, что просто не могут понять логику своих избранников. Однако психологи убеждены, что намерение пойти под венец с возлюбленной можно вычислить по поступкам представителей сильного пола.

Интересуется новыми вещами

Возлюбленный захотел вместе сходить на встречу с подружками своей любимой, прогуляться или пойти за покупками? Казалось бы, что тут такого. Но для психологов это равнозначно первым отзвукам свадебных колоколов — вероятно, мужчина уже хочет проводить с любимой все свое время.

Пишет и звонит без повода

Выдумывает смешные оправдания для звонка или пишет по поводу и без? Не может заснуть без смайлика, отправленного по мессенджеру? Вместо сухого смс устраивает видео-звонки? Вероятно, ему не хватает общения. Причем общения именно со своей девушкой.

Меняет свой язык тела

Частые прикосновения, поглаживания, улыбка, мужчина следит взглядом за женщиной и чаще ее обнимает? Даже без произнесенных вслух признаний это может сигнализировать о том, что он не может оторваться от возлюбленной и перестать о ней думать.

Лучше одевается

Мужчина стал чаще наряжаться, тщательно подбирать одежду, носить галстуки и даже носки, которые дарила ему женщина? Что ж, вероятно, теперь ему хочется чаще ощущать на себе восхищенный взгляд избранницы.

Критикует других мужчин

Возлюбленный рад, что его девушка идет на встречу «только женской» компанией. В разговоре часто критикует поведение других мужчин — даже своих друзей. Вероятно, он ревнует, хочет «застолбить» свое место и избавиться от потенциальных конкурентов, пишет Soulpost.ru.

Откровенничает

Когда мужчина начинает делиться личными историями из детства, обсуждать проблемы в семье, просить совета, то для психологов все очевидно. Так представители мужского пола раскрываются перед женщинами, доверяются им. Скорее всего, эти разговоры его успокаивают. Он говорит о том, в чем не может признаться другим.

Старается защитить

Мужской интерес к женщине часто проявляется в его стремлении уберечь ее от беды. Это значит и заслонить от драки, и проводить до дверей квартиры, и встретить поздно вечером у метро. Просьбы не рисковать по мелочам, посетить врача или отдохнуть после тяжелого дня — все это волнения будущего супруга о потенциальной невесте, а не простые знаки внимания.

Задает наводящие вопросы

Если мужчина расспрашивает, как прошел день, и задает конкретные вопросы о коллегах мужского пола или друзьях, это может означать его волнение по поводу статуса ваших отношений. Порой представители мужского пола опасаются выяснять все напрямую и тогда расспрашивают подруг девушки — нет ли у нее возлюбленного? Что она говорит о других мужчинах? Даже в отношениях некоторые представители сильного пола регулярно пытаются что-то разведать у друзей своей девушки.

Знакомит с друзьями

Очень многие пары встречаются, но не пересекаются с друзьями друг друга. Изредка это встречи с одним-двумя приятелями, но не более того. Но в случае серьезных намерений со стороны мужчины ему становится важно, чтобы будущая жена и его «братья» дружили. Он старается их познакомить, представить в лучшем свете. Не меньше важно ему получить и одобрение приятелей насчет избранницы.

Ранее 5-tv.ru писал о том, как узнать имя будущего мужа по дате рождения.

Не слушайте то, что он говорит — важно то, что он делает

«Действия говорят громче, чем слова» — это не просто так клише. Парень может говорить вам, пока он не посинет, что ему жаль и что он изменится, но потом, когда доходит до этого, он никогда не применяет свой BS на практике. Другими словами, не имеет значения, что он вам говорит — важно то, что он делает.

Слова ничего не значат.

Конечно, он мог бы сказать вам, что сожалеет, он не имел этого в виду, и что вы значите для него весь мир, но если он не подкрепляет эти мольбы действиями, это ничего не значит.Перестаньте поддаваться словесным манипуляциям, и вам станет лучше.

Его действия такие, как он на самом деле чувствует.

Если он опаздывает каждый раз, когда вы планируете вечеринку, или все время забывает вам ответить, это значит гораздо больше, чем слышать, как он говорит, как много вы для него значите. Если он ведет себя так, будто ему плевать, значит, нет. Просто как тот.

Быть мастером интеллектуальных игр — его сильная сторона.

Он мог бы говорить все правильные вещи и в нужное время, но это не значит чушь.Ваша интуиция, вероятно, подсказала вам, что он просто подбадривает вас, но часто вы игнорируете это, потому что слышите то, что хотите услышать. Слушайте свои инстинкты.

Пустые слова сказать легче.

Игрок будет использовать пустые слова, чтобы держать вас именно там, где он хочет. Он позаботится о том, чтобы то, что он сказал, было всем, что ему нужно, чтобы держать вас в объятиях своего пальца. Если вы попадете в ловушку, вы окажетесь слишком вовлеченными и не сможете вырваться на свободу, прежде чем он вас сломает.

Легко игнорировать красные флажки, если обращать внимание на то, что он говорит.

Если вы слушаете его болтовню слишком внимательно, вы не сможете снять розовые очки, когда дело доходит до того, как он вас на самом деле видит. Считайте все, что он говорит, скептически и все, что он делает, как показатель того, как он относится к вам.

У игрока всегда есть линии.

У хорошо экипированного игрока будет полный арсенал приятных слов, которые он может сказать вам, чтобы вы упали в обморок.Вы не первый человек, на котором он их использовал, и не последний. Если он не показывает вам, что он чувствует, вместе с тем говорит вам, он играет по сценарию.

Если это кажется слишком хорошим, чтобы быть правдой, вероятно, так оно и есть.

Настоящий парень, испытывающий к вам настоящие чувства, не всегда говорит то, что нужно, и так должно быть. Если он говорит с вами, как будто он прямо из сказки, будьте уверены, он такой же фальшивый, как и он, и вам следует уделять больше внимания тому, что происходит на самом деле.

Они скажут все, чтобы заткнуть рот.

Парень в конечном итоге будет делать именно то, что он хочет, и тогда, когда он хочет это сделать. Вот почему так легко заставить вас замолчать, сказав то, что вы хотите услышать. Они все равно поступят иначе, и когда это произойдет, вы поймете, что имеете дело с кем-то, кому все равно, как они говорят.

«При поддержке: лучший совет по знакомствам / отношениям в Интернете. Зайдите на сайт Relationship Hero, где высококвалифицированные коучи по взаимоотношениям помогут вам понять вашу ситуацию и достичь желаемого.Они помогут вам преодолеть сложные и трудные любовные ситуации, такие как расшифровка смешанных сигналов, преодоление разрыва или все, что вас беспокоит. Вы сразу же подключаетесь к потрясающему gecoach в текстовом сообщении или по телефону за считанные минуты. Просто нажмите здесь…

Анжелика Боттаро Анжелика Боттаро — писатель-фрилансер и начинающий писатель из Торонто.Она заядлый читатель и меломан, любит теряться в письменном слове и значимых мелодиях.

Действия человека говорят громко и ясно.

Дорогая Джун! Я встречаюсь с замечательным мужчиной уже несколько недель. Однажды ночью, когда я был у него дома, ему позвонили. Это была другая женщина. Они поговорили несколько минут, затем он сказал ей, что у него компания и он занят.Кажется, он очень интересуется мной и делает для меня самые милые вещи. Тем не менее, он не просил меня быть его единственным. Мой друг сказал мне, что я слишком остро реагирую и что в нашем возрасте (30) мужчины не просят вас быть их девушками. Это процесс, который происходит. Тем не менее, я хочу знать, встречается ли он с другими женщинами и заинтересован ли он в отношениях со мной. Он мне очень нравится, но я не хочу влюбляться в кого-то, кто уже занят или все еще играет на поле. У вас есть какие-нибудь советы, как с этим справиться? _ Готов к обязательствам в Форт-Лодердейле

Уважаемый Готов! Давайте сделаем это шаг за шагом.Ему позвонила другая женщина. Это мог быть просто друг. Это могла быть его сестра, тетя или двоюродная сестра Мэри. Тем не менее, он признался, что был с кем-то другим, и повесил трубку. Это отличный знак. Он не пытался скрыть свой телефонный звонок. Он поспешил выключить телефон, чтобы продолжить с вами. Он не просил вас стать его девушкой, потому что он показывает вам, насколько он заинтересован, делая для вас «самые сладкие вещи».

Поскольку вы обеспокоены, просто спросите, встречается ли он с кем-нибудь еще.Если он хочет знать, почему вы спросили, скажите ему правду. Вы хотите быть его единственным. Самое главное, не позволяйте своему воображению разыграться или испугаться самому себе. Наслаждайтесь этим особым лечением, потому что оно не приходит каждый день. Удачи; дайте мне знать, как это происходит.

Оценить натянутую дружбу

Дорогая Джун! Мой близкий друг начал встречаться с этой девушкой несколько месяцев назад. Я думаю, она ревновала, потому что он был таким хорошим другом со мной, другой девушкой. Она не верила, что девушка и парень могут быть просто друзьями.Для меня не было проблемой позволить ему общаться со своей девушкой, но она решила, что совсем не хочет, чтобы он со мной разговаривал. Она слишком остро отреагировала, потому что я помолвлен, а моя подруга на моей свадьбе. Если бы он сказал мне это заранее, я думаю, я был бы более понимающим. Вместо этого он придумывал оправдания. В конце концов, он сказал мне правду, когда у него и его девушки были проблемы. Я знал, что это она все время. Я хочу знать, можно ли по-прежнему дружить с кем-то, кто обидел вас из-за отношений._ Глубоко оскорблен в Майами

Дорогой Глубоко: Если вы еще этого не сделали, вам нужно поговорить с ним о его действиях. Скажите ему, что вы обиделись, и обсудите это открыто. Внутренне вам нужно переоценить дружбу и определить, был ли он таким хорошим другом, как вы думали. Вы должны принять во внимание две вещи: он легко поддался влиянию другого человека; и он поступил с вами нечестно. Конечно, вы можете объяснить почему. Например, на него повлияла его девушка, и ваша вторая половинка должна быть на первом месте.Возможно, он был не совсем честен, чтобы не обидеть вас. В любом случае, после того, как вы поговорите с ним, вам нужно поразмышлять об этом. Вы можете решить не терять его как друга полностью. Вы, вероятно, не будете так близки, как когда-то, потому что вспомните, что произошло. Иногда вспоминание помогает уберечь нас от тех же ошибок. Вы все равно должны простить его и относиться к нему с добротой. Прощение — важная и ответственная часть жизни, а забывание — нет.

У вас есть вопросы для Джун Холл? Напишите ей в June Hall / I Hear Ya, Floridian, St. Petersburg Times, P.O. Box 1121, Санкт-Петербург, FL 33731. Или отправьте ей письмо по адресу advicemediaone.net.

Действия первобытного человека вызвали глобальное потепление, говорится в исследовании

Фотография из архива — кукуруза среди сушеной кукурузы на поле в Хоопстаде, районе производства кукурузы в провинции Фри-Стейт, Южная Африка, 13 января 2016 г. (REUTERS / Siph Sibeko)

Первые фермеры в мире и их подсечно-огневое земледелие могло спровоцировать глобальное потепление.

Новый анализ климатических данных ледяных кернов, археологических данных и древних образцов пыльцы используется, чтобы предположить, что земледелие около 7000 лет назад помогло затормозить естественный процесс похолодания глобального климата, что, возможно, способствовало потеплению климата, наблюдаемому сегодня. .

Но ожидается, что это исследование вызовет некоторые недоумения, учитывая, что тогда на Земле было гораздо меньше людей, а до индустриализации — и связанных с ней угольных электростанций — было еще далеко.

По теме: Ученый, который призвал правительство подать в суд на скептиков климата
получает миллионы от налогоплательщиков

Исследование было результатом работы международной группы под руководством Уильяма Руддимана, климатолога из Университета Вирджинии, который впервые привлек внимание дюжину лет назад своим исследованием. спорная теория о том, что люди изменили климат, сжигая огромные площади лесов, чтобы расчистить путь для сельскохозяйственных культур и выпаса скота. Названный «ранней антропогенной гипотезой», Руддиман и его коллеги обнаружили, что уровни углекислого газа повысились, начиная с 7000 лет назад, а метан начал расти 5000 лет назад.

Тогда это вызвало бурные споры и продолжает обсуждаться среди некоторых ученых-климатологов.

В последней статье Руддиман и его 11 соавторов из организаций в Соединенных Штатах и ​​Европе приходят к выводу, что накопленные за последние несколько лет свидетельства, особенно из записей ледяных кернов, датируемых 800000 лет назад, показывают, что ожидаемое похолодание Период был остановлен после появления крупного земледелия. В противном случае, говорят они, Земля вступила бы в ранние стадии естественного ледникового периода или периода оледенения.

«Раннее земледелие помогло сохранить планету в тепле», — сказал Руддиман в заявлении относительно исследования, опубликованного в недавнем выпуске журнала Reviews of Geophysics, опубликованного Американским геофизическим союзом.

«После 12 лет споров о том, был ли климат последних нескольких тысяч лет полностью естественным или в значительной степени результатом раннего земледелия, сходные данные из нескольких научных дисциплин указывают на серьезное антропогенное влияние», — сказал он.

Земля естественным образом колеблется между холодными ледниковыми периодами и более теплыми межледниковыми периодами из-за изменений ее орбиты вокруг Солнца. В настоящее время мы живем в межледниковый период, называемый эпохой голоцена, который начался почти 12000 лет назад.

Пол К. «Чип» Кнаппенбергер, заместитель директора Центра научных исследований Института Катона, в электронном письме на FoxNews.com отметил значительное влияние ледниковых периодов. «Что касается условий жизни человека, ледниковые периоды намного хуже, чем межледниковое тепло, поэтому, если деятельность человека (в далеком прошлом или даже в настоящем) способствовала предотвращению ледникового периода, мы должны праздновать наш подвиг (вместо того, чтобы заламывать руки от беспокойства по поводу нашего воздействия на климат) », — пояснил он.

Последний конец человека (Prima Secundae Partis, Q. 1)

Возражение 3. Далее, тогда кажется, что человек действует для достижения цели, когда он действует преднамеренно. Но человек делает многое без обдумывания, иногда даже не думая о том, что он делает; например, когда кто-то двигает ногой или рукой или чешет бороду, сосредоточившись на чем-то другом. Следовательно, человек не делает всего ради цели.

Напротив, Все, что входит в род, происходит из принципа этого рода.Как утверждает Философ (Phys. II, 9), конец — это принцип человеческих действий. Следовательно, человек должен делать все для достижения цели.

Я отвечаю, что Из действий, совершаемых человеком, только те, что правильно называются «человеческими», свойственны человеку как человеку. Теперь человек отличается от иррациональных животных тем, что он хозяин своих действий. Поэтому только те действия правильно называются человеческими, хозяином которых является человек. Теперь человек управляет своими действиями посредством своего разума и воли; отсюда и свобода воли определяется как «способность и воля разума.«Следовательно, человеческими действиями должны быть названы те действия, которые происходят из осознанной воли. И если в человеке обнаруживаются какие-либо другие действия, они могут быть названы действиями« человека », но не собственно« человеческими »действиями, поскольку они не свойственны человек как человек. Теперь ясно, что любые действия, исходящие от силы, вызываются этой силой в соответствии с природой ее объекта. Но объект воли — это цель и добро. Поэтому все человеческие действия должны быть для конец.

Ответ на возражение 1. Хотя конец будет последним в порядке выполнения, он все же первый в порядке намерения агента. И это причина.

Ответ на возражение 2. Если какое-либо действие человека будет последним концом, оно должно быть добровольным, иначе оно не было бы человеческим, как указано выше. Теперь действие является добровольным одним из двух способов: во-первых, потому что оно управляется волей, например ходить или говорить; во-вторых, потому что это вызвано волей, например, самим актом воли.Теперь невозможно, чтобы действие, вызванное волей, было последним концом. Ибо объект воли — это конец, так же как объект зрения — это цвет: поэтому точно так же, как первое видимое не может быть актом зрения, потому что каждый акт зрения направлен на видимый объект; поэтому первая аппликация, то есть конец, не может быть самим актом воли. Следовательно, если человеческое действие является последней целью, оно должно быть действием, управляемым волей: так что там какое-то действие человека, по крайней мере, акт воли, предназначено для достижения цели.Следовательно, что бы ни делал человек, верно сказать, что человек действует для достижения цели, даже когда он совершает то действие, в котором заключается последняя цель.

Ответ на возражение 3. Подобные действия не являются собственно человеческими действиями; поскольку они не исходят из обдумывания причины, которая является правильным принципом человеческих действий. Следовательно, у них действительно есть воображаемый конец, но не тот, который установлен разумом.

Статья 2. Прилично ли разумной природе действовать для достижения цели?

Возражение 1. Казалось бы, разумной природе свойственно действовать ради цели. Ибо человек, которому принадлежит действовать для достижения цели, никогда не действует для неизвестной цели. С другой стороны, есть много вещей, которым неизвестен конец; либо потому, что они вообще лишены знания, как бесчувственные существа, либо потому, что они не постигают идею цели как таковую, как иррациональные животные. Поэтому разумной природе кажется уместным действовать ради цели.

Возражение 2. Далее, действовать ради достижения цели — значит приказать своему действию положить конец.Но это дело разума. Следовательно, это не относится к вещам, лишенным разума.

Возражение 3. Далее, добро и цель являются предметом воли. Но «воля в разуме» (Де Анима III, 9). Следовательно, действовать ради цели принадлежит только разумной природе.

Напротив, Философ доказывает (Phys. II, 5), что «не только разум, но и природа действует для достижения цели».

Я отвечаю, Каждый агент, по необходимости, действует до конца.Ибо, если по ряду причин, назначенных друг другу, первая будет устранена, то по необходимости должны быть устранены и другие. Теперь первая причина — это последняя причина. Причина этого в том, что материя не принимает формы, за исключением тех случаев, когда ее перемещает агент; ибо ничто не сводится к возможности действовать. Но агент не движется, кроме как из намерения достичь цели. Ибо, если бы агент не был детерминирован к какому-то определенному эффекту, он не мог бы делать что-то одно, а не другое: следовательно, для того, чтобы он произвел определенный эффект, он по необходимости должен быть определен для некоторого определенного эффекта, который имеет природу конец.И точно так же, как это определение осуществляется в рациональной природе «рациональным аппетитом», который называется волей; так что в остальном это вызвано их естественной склонностью, которая называется «естественным аппетитом».

Тем не менее следует заметить, что вещь стремится к цели своим действием или движением двумя способами: во-первых, как вещь, движущаяся к цели, как человек; во-вторых, как вещь, перемещаемая другим до конца, как стрела стремится к определенному концу, будучи перемещена лучником, который направляет свое действие до конца.Поэтому то, что одержимо разумом, приходит к концу; потому что они господствуют над своими действиями благодаря своей свободной воле, которая является «способностью воли и разума». Но то, что лишено разума, имеет тенденцию к концу в силу естественной склонности, поскольку движется другим, а не ими; поскольку они не знают природы цели как таковой, и, следовательно, не могут ничего предопределить к цели, но могут быть предписаны к цели только другим. Ибо вся иррациональная природа сравнивается с Богом как инструментом для главного агента, как указано выше (I: 22: 2 и 4; I: 103: 1 и 3).Следовательно, рациональной природе свойственно стремиться к цели, поскольку она направляет [agens] и ведет себя к цели; в то время как иррациональной природе свойственно стремиться к цели, руководствуясь или ведомой другим, независимо от того, постигает ли она себя. конец, как и иррациональные животные, или не постигающие его, как в случае тех вещей, которые совершенно лишены знания.

Ответ на возражение 1. Когда человек сам по себе действует для цели, он знает конец: но когда им руководит или ведет другой, например, когда он действует по команде другого или когда он подчиняется чужое принуждение, не обязательно, чтобы он знал конец.То же самое и с иррациональными существами.

Ответ на возражение 2. Посвящение к цели принадлежит тому, что направляет себя к цели: тогда как быть посвященным к цели принадлежит тому, что другим направлено к цели. Причем это может быть иррациональной природы, но по вине разумного человека.

Ответ на возражение 3. Объект воли — это цель и добро во вселенной. Следовательно, не может быть воли в вещах, лишенных разума и интеллекта, поскольку они не могут постичь универсальное; но у них есть естественный аппетит или чувствительный аппетит, определяющий какую-то конкретную пользу.Теперь ясно, что частные причины движимы универсальной причиной: таким образом, губернатор города, стремящийся к общему благу, перемещает по своей команде все отдельные департаменты города. Следовательно, все вещи, лишенные разума, по необходимости двигаются к своим конкретным целям некоторой рациональной волей, которая распространяется на всеобщее благо, а именно Божественной волей.

Статья 3. Определены ли человеческие деяния их концом?

Возражение 1. Казалось бы, человеческие действия не конкретизируются их концом.Ибо конец — это внешняя причина. Но все определяется внутренним принципом. Следовательно, человеческие действия не определяются их концом.

Возражение 2. Далее, то, что дает вещи ее вид, должно существовать перед ней. Но конец наступает позже. Следовательно, человеческий поступок не выводит свой вид из конца.

Возражение 3. Далее, одна вещь не может принадлежать более чем одному виду. Но одно и то же действие может иметь разные цели.Следовательно, конец не дает вида человеческим действиям.

Напротив, Августин говорит (De Mor. Eccl. Et Manich. II, 13): «Их конец достоин порицания или похвалы, а наши дела достойны порицания или похвалы».

Я отвечаю, что Каждая вещь получает свой вид в отношении действия, а не в отношении возможности; поэтому вещи, состоящие из материи и формы, утверждаются в своих соответствующих видах своими собственными формами. И это тоже нужно соблюдать при правильных движениях.Поскольку движения в некотором роде делятся на действие и страсть, каждое из них получает свой вид от действия; действие действительно из действия, которое является принципом действия, и страсть из действия, которое является конечной точкой движения. Следовательно, нагревание как действие есть не что иное, как определенное движение, происходящее от тепла, тогда как нагревание как страсть есть не что иное, как движение к теплу: и это определение показывает особую природу. И так или иначе, человеческие поступки, независимо от того, считаются ли они действиями или страстями, получают свой вид с конца.Ибо человеческие действия можно рассматривать в обоих направлениях, поскольку человек движется сам и движется сам по себе. Выше было сказано (статья 1), что действия называются человеческими, поскольку они исходят из сознательной воли. Теперь предметом воли является добро и конец. Отсюда ясно, что принцип человеческих действий, поскольку они человеческие, — это конец. Точно так же это их конечная цель: человеческий акт заканчивается тем, к чему стремится воля; таким образом, у естественных агентов форма генерируемой вещи соответствует форме генератора.И поскольку, как говорит Амвросий (Пролог. Super Luc.), «Мораль — это собственно о человеке», моральные поступки, собственно говоря, получают свой вид от конца, поскольку моральные поступки такие же, как и человеческие.

Ответ на возражение 1. Цель не совсем внешняя по отношению к действию, потому что она связана с действием как принципом или концом; и, таким образом, именно это является существенным для действия, а именно. исходить от чего-то, рассматриваемого как действие, и двигаться к чему-то, считающемуся страстью.

Ответ на возражение 2. Цель, поскольку она существует заранее в намерении, относится к завещанию, как указано выше (статья 1, ответ на возражение 1). Таким образом, он дает вид человеческому или моральному действию.

Ответ на возражение 3. Одно и то же действие, поскольку оно исходит однажды от агента, предназначено только для одного ближайшего конца, от которого оно имеет свой вид: но оно может быть предназначено для нескольких отдаленных целей. , из которых одно является концом другого.Однако возможно, что действие, являющееся одним из его естественных видов, может быть предписано нескольким целям воли: таким образом, это действие «убить человека», которое является всего лишь одним действием по отношению к его естественному виду, может быть предопределено в качестве цели для защиты справедливости и удовлетворения гнева: в результате будет несколько действий в разных видах морали: так как в одном случае будет акт добродетели, в другой, акт порока. Ибо движение не получает свой вид случайно от того, что является его концом, а только от того, что является его концом per se per se.Итак, моральные цели случайны для естественной вещи, и, наоборот, отношение к естественной цели случайно для морали. Следовательно, нет причин, по которым действия, которые являются одними и теми же, рассматриваемыми в их естественном виде, не должны быть разнообразными, рассматриваться в их моральном виде, и наоборот.

Статья 4. Есть ли последний конец человеческой жизни?

Возражение 1. Казалось бы, последнего конца человеческой жизни нет, но мы идем в бесконечность. Как утверждает Дионисий (Div.Ном. iv). Следовательно, если то, что исходит от добра, само по себе является благом, последнее должно распространять какое-то другое благо: так, чтобы распространение добра продолжалось бесконечно. Но добро имеет характер конца. Следовательно, существует бесконечный ряд концов.

Возражение 2. Далее, вещи, относящиеся к разуму, могут быть умножены до бесконечности: таким образом, математические величины не имеют границ. По той же причине виды чисел бесконечны, так как для любого числа разум может придумать одно еще большее.Но желание конца вытекает из понимания причины. Следовательно, кажется, что существует также бесконечная серия концов.

Возражение 3. Далее, добро и цель являются предметом воли. Но воля может реагировать сама на себя бесконечное количество раз: ибо я могу чего-то желать, а хочу — и так до бесконечности. Следовательно, существует бесконечный ряд концов человеческой воли, и нет последнего конца человеческой воли.

Напротив, Философ говорит (Метаф.II, 2) что «предполагать, что что-то неопределенное, значит отрицать, что это хорошо». Но добро — это то, что имеет характер конца. Следовательно, бесконечность действия противоречит природе цели. Поэтому необходимо исправить последний конец.

Я отвечаю, что Абсолютно говоря, невозможно продолжать бесконечно долго в вопросе целей, ни с какой точки зрения. Ибо во всем, что есть существенный порядок один к другому, если первое будет удалено, то и те, которые назначены первому, должны по необходимости также быть удалены.Посему Философ доказывает (Phys. Viii, 5), что мы не можем продвигаться к бесконечности в причинах движения, потому что тогда не было бы первого движителя, без которого не могли бы двигаться и другие, поскольку они движутся только благодаря движению первопроходца. . Теперь следует соблюдать двоякий порядок действий — порядок намерения и порядок выполнения: и в любом из этих приказов должно быть что-то в первую очередь. Ибо то, что стоит первым в порядке намерения, есть принцип, как бы движущий аппетит; следовательно, если убрать этот принцип, аппетит уже ничто не возбудит.С другой стороны, принцип выполнения состоит в том, что операция имеет свое начало; а если убрать этот принцип, никто работать не будет. Теперь принцип намерения — это последний конец; а принцип в исполнении — это первое из того, что предписано до конца. Следовательно, ни с одной стороны невозможно уйти в бесконечность, поскольку, если бы не было последнего конца, ничего не было бы желательно, и ни одно действие не имело бы своего срока, ни намерение агента не было бы неподвижным; тогда как если бы не было первого из тех, кто посвящен до конца, никто бы не начал работать ни над чем, и у совета не было бы срока, но он продолжался бы бесконечно.

С другой стороны, ничто не мешает бесконечности быть в вещах, предопределенных друг другу не по существу, а случайно; случайные причины неопределенны. И таким образом случается, что существует случайная бесконечность целей и вещей, предназначенных до конца.

Ответ на возражение 1. Сама природа добра состоит в том, что из него что-то вытекает, а не из чего-то другого. Следовательно, поскольку добро имеет природу цели, а первое благо — это последняя цель, этот аргумент не доказывает, что не существует последней цели; но от уже предполагаемого конца мы можем бесконечно спускаться вниз к тому, что предназначено до конца.И это было бы верно, если бы мы рассматривали только силу Первого Блага, которая безгранична. Но поскольку Первое Благо распространяется в соответствии с интеллектом, которому свойственно вливаться в свои эффекты в соответствии с определенной фиксированной формой; Отсюда следует, что есть определенная мера в потоке хороших вещей от Первого Блага, от которого все остальные блага разделяют силу распространения. Следовательно, распространение благ не происходит бесконечно, но, как написано (Премудрость 11:21), Бог располагает все «числом, весом и мерой».»

Ответ на возражение 2. В вещах, которые сами по себе, разум начинается с принципов, которые известны естественным образом, и переходит в некоторый срок. Поэтому Философ доказывает (Плакат. I, 3), что в демонстрациях нет бесконечного процесса, потому что там мы находим процесс, в котором вещи имеют существенную, а не случайную связь друг с другом. Но в тех вещах, которые случайно связаны, ничто не мешает разуму действовать бесконечно. Теперь случайно к заявленному количеству или числу как таковым добавляется количество или единица.Посему в подобных вещах ничто не препятствует разуму от неопределенного процесса.

Ответ на возражение 3. Это умножение действий воли, реагирующей на себя, случайно по порядку концов. Это видно из того, что по отношению к одной и той же цели воля один или несколько раз реагирует на себя равнодушно.

Статья 5. Может ли один мужчина иметь несколько последних концов?

Возражение 1. Казалось бы, возможно, что воля одного человека будет направлена ​​одновременно на несколько вещей, так как последнее заканчивается.Ибо Августин говорит (De Civ. Dei xix, 1), что некоторые считали, что последний конец человека состоит из четырех вещей, а именно. «в удовольствии, покое, дарах природы и добродетели». Но это явно больше, чем одно. Поэтому один человек может поставить последнюю точку своей воли во многих вещах.

Возражение 2. Кроме того, вещи, не противоречащие друг другу, не исключают друг друга. Теперь есть много вещей, которые не противоречат друг другу. Следовательно, предположение, что одна вещь является последним концом воли, не исключает других.

Возражение 3. Кроме того, воля не теряет своей свободы тем, что ставит последний конец в одно. Но до того, как он поместил свой последний конец в эту вещь, например удовольствие, он мог бы поместить его в другое место, например богатство. Поэтому, даже поставив свою последнюю цель в удовольствие, человек может в то же время поставить свою последнюю цель в богатстве. Следовательно, воля одного человека может быть направлена ​​одновременно на несколько вещей, так как последнее заканчивается.

Напротив, То, в чем человек отдыхает, как в своем последнем конце, является хозяином своих привязанностей, поскольку он берет от них все свое правило жизни.Отсюда о чревоугодьях написано (Филиппийцам 3:19): «Чей бог есть чрево их»: а именно. потому что они ставят свой последний конец в удовольствиях живота. Теперь, согласно Матфея 6:24, «Никто не может служить двум господам», а именно тем, которые не назначены друг другу. Следовательно, для одного человека невозможно иметь несколько последних целей, не назначенных друг другу.

Я отвечаю, что Невозможно, чтобы воля одного человека была направлена ​​одновременно на разные вещи, так как последнее заканчивается.На это можно отнести три причины. Во-первых, потому что, поскольку все стремится к собственному совершенству, человек желает своей конечной цели, того, чего он желает как своего совершенного и венчающего блага. Отсюда Августин (De Civ. Dei xix, 1): «Говоря о конце добра сейчас, мы имеем в виду не то, что он проходит, чтобы его больше не было, но что он совершенствуется, чтобы быть полным». Поэтому необходимо, чтобы последний конец утолил аппетит человека, чтобы ему не оставалось ничего, кроме него, чтобы он мог желать. Что невозможно, если для его совершенства требуется что-то еще.Следовательно, аппетит не может так стремиться к двум вещам, как если бы каждая была его совершенным благом.

Вторая причина в том, что, как и в процессе рассуждения, принцип — это то, что естественно, так и в процессе рационального аппетита, то есть воли, принцип должен быть тем, что естественно желательно. Теперь это должно быть одно: поскольку природа стремится только к одному. Но принцип рационального аппетита — это последняя цель.Следовательно, то, к чему стремится воля до конца, есть одно.

Третья причина заключается в том, что, поскольку добровольные действия получают свой вид с конца, как указано выше (статья 3), они должны получить свой род с последнего конца, который является общим для всех: так же, как естественные предметы размещаются в роде по общему виду. Итак, поскольку все, чего может желать воля, как таковое, принадлежит к одному роду, последний конец должен быть одним. Тем более, что в каждом роде есть один первый принцип; и последний конец имеет характер первого принципа, как указано выше.Теперь, как последний конец человека, так же как человек, для всего человеческого рода, так и последний конец любого отдельного человека для этого индивида. Следовательно, как у всех людей, естественно, есть один последний конец, так и воля отдельного человека должна быть зафиксирована на одном конце.

Ответ на возражение 1. Все эти несколько объектов считались одним совершенным благом, полученным в результате этого, теми, кто помещал в них последний конец.

Ответ на возражение 2. Хотя можно найти несколько вещей, которые не противоречат друг другу, тем не менее, что для совершенства вещи противоречит совершенному добру вещи, требуется что-то помимо этого.

Ответ на возражение 3. Сила воли не распространяется на одновременное существование противоположностей. Что было бы в случае, если бы в качестве конечных точек использовалось несколько различных объектов, как было показано выше (ответ на возражение 2).

Статья 6. Хочет ли человек всего, чего он пожелает, до конца?

Возражение 1. Казалось бы, человек не желает всего, чего бы он ни пожелал, до последнего. Ибо то, что предопределено до конца, считается серьезным делом, как полезным.Но шутки чужды серьезному делу. Поэтому то, что человек делает в шутку, он предписывает не до конца.

Возражение 2. Далее, Философ говорит в начале своей Метафизики [1, 2], что спекулятивная наука ищется ради нее самой. Нельзя сказать, что каждая умозрительная наука — это последний конец. Следовательно, человек не желает всего, чего бы он ни пожелал, для последней цели.

Возражение 3. Далее, всякий, кто предписывает что-то к концу, думает об этом конце.Но человек не всегда думает о последнем во всем, что он желает или делает. Поэтому человек не желает и не желает всего до конца.

Напротив, Августин говорит (De Civ. Dei xix, 1): «Это конец нашего блага, ради которого мы любим другие вещи, тогда как мы любим его ради самого себя».

Я отвечаю, что Человек должен по необходимости желать всего, чего бы он ни пожелал, для последней цели. Это очевидно по двум причинам. Во-первых, потому, что чего бы человек ни желал, он желает этого в аспекте добра.И если он желает этого, а не как своего совершенного блага, которое является последней целью, он должен по необходимости желать этого как стремящегося к совершенному благу, потому что начало чего-либо всегда предопределено к его завершению; как это явно имеет место в эффектах как природы, так и искусства. Посему каждое начало совершенства предназначено для полного совершенства, которое достигается последним концом. Во-вторых, потому что последний конец находится в том же отношении в движении аппетита, что и первый движущийся в других движениях.Теперь ясно, что вторичные движущиеся причины не движутся, за исключением того, что они движутся первым движущимся. Следовательно, вторичные объекты аппетита не двигают аппетит, за исключением случаев, когда это предписано первому объекту аппетита, который является последним концом.

Ответ на возражение 1. Действия, совершенные в шутку, не направлены ни на какую внешнюю сторону; но просто для пользы шута, поскольку они доставляют ему удовольствие или расслабление. Но непревзойденное добро человека — это его последний конец.

Ответ на возражение 2. То же относится и к спекулятивной науке; которое желательно как благо ученого, включенное в полное и совершенное добро, что является конечной целью.

Ответ на возражение 3. Не всегда нужно думать о последней цели, когда кто-то чего-то желает или делает: но сила первого намерения, которое относилось к последней цели, остается в каждом желании, направленном на любой объект, даже если мысли на самом деле не направлены на последний конец.Таким образом, идя по дороге, не нужно думать о конце на каждом шагу.

Статья 7. У всех ли мужчин один и тот же конец?

Возражение 1. Казалось бы, не у всех людей один и тот же конец. Ибо прежде всего неизменное добро кажется последним концом человека. Но некоторые отворачиваются от неизменного добра из-за греха. Следовательно, не у всех людей один и тот же конец.

Возражение 2. Далее, вся жизнь человека управляется в соответствии с его последним концом.Поэтому, если бы у всех людей была одна и та же последняя цель, у них не было бы разных занятий в жизни. Что явно неверно.

Возражение 3. Далее конец — срок действия. Но действия индивидуальны. Хотя люди согласны в своей специфической природе, они все же различаются в вещах, относящихся к индивидуумам. Следовательно, не у всех людей один и тот же конец.

Напротив, Августин говорит (De Trin. Xiii, 3), что все люди согласны в желании последней цели, а именно счастья.

Я отвечаю, Мы можем говорить о последнем конце двумя способами: во-первых, учитывая только аспект последнего конца; во-вторых, учитывая то, в чем реализован аспект последнего. Итак, что касается аспекта последней цели, все соглашаются в желании последней цели: поскольку все желают достижения своего совершенства, и именно в этом достижении и заключается последняя цель, как указано выше (статья 5). Но что касается того, в чем реализуется этот аспект, не все люди согласны относительно своей последней цели: поскольку некоторые желают богатство как свое непревзойденное благо; некоторые — удовольствие; другие, что-то еще.Таким образом, на любой вкус сладость приятна, но для одних приятнее всего сладость вина, для других — сладость меда или чего-то подобного. И все же эта сладость — лучшее из всех приятных вещей, от которых тот, кто обладает лучшим вкусом, получает наибольшее удовольствие. Подобным образом наиболее совершенным является то добро, которого доброжелательный человек желает до конца.

Ответ на возражение 1. Те, кто грешат, отворачиваются от того, в чем на самом деле состоит их последняя цель: но они не отворачиваются от намерения последней цели, которое они по ошибке ищут в других вещах.

Ответ на возражение 2. Люди обнаруживают различные жизненные занятия в силу того, в чем они стремятся найти свой последний конец.

Ответ на возражение 3. Хотя действия совершаются отдельными лицами, их первый принцип действия — это природа, которая, как указано выше, имеет тенденцию к одному (статья 5).

Статья 8. Согласны ли в этом конце другие существа?

Возражение 1. Казалось бы, все другие существа согласны в последнем конце человека.Ибо конец соответствует началу. Но человеческое начало, т.е. Бог — это также начало всего остального. Следовательно, все остальное сходится в последнем конце человека.

Возражение 2. Далее, Дионисий говорит (Div. Nom. Iv), что «Бог обращает все к Себе, как к их последнему концу». Но Он также последний конец человека; потому что только Он один должен доставлять удовольствие человеку, как говорит Августин (De Doctr. Christ. I, 5,22). Следовательно, на последнем конце человека есть и другие вещи.

Возражение 3. Далее, последний конец человека — объект воли. Но предметом воли является всеобщее благо, которое является концом всего. Следовательно, на последнем конце человека есть и другие вещи.

Напротив, последний конец человека — счастье; чего желают все люди, как говорит Августин (De Trin. xiii, 3,4). Но, как говорит Августин, «животные, лишенные разума, не могут быть счастливы» (QQ. 83, qu. 5). Следовательно, в последнем конце человека все остальное не совпадает.

Я отвечаю на это, Как говорит Философ (Phys.II, 2), конец двоякий — конец «для чего» и конец «с помощью которого»; а именно сама вещь, в которой заключен аспект добра, и использование или приобретение этой вещи. Таким образом, мы говорим, что конец движения тяжелого тела — это либо более низкое положение как «вещь», либо пребывание в более низком месте как «использование»; а цель скупца — деньги как «вещь» или владение деньгами как «использование».

Итак, если мы говорим о последнем конце человека как о том, что есть конец, то все остальное согласуется с последним концом человека, поскольку Бог есть последний конец человека и всего остального.Если же мы говорим о последнем конце человека, как о его достижении, то иррациональные существа не соглашаются в этом с человеком. Ибо человек и другие разумные существа достигают своей последней цели, познавая и любя Бога: это невозможно для других созданий, которые достигают своей последней цели, поскольку они разделяют Божественное подобие, поскольку они есть или живут, или даже знать.

Отсюда видно, как разрешаются возражения: ведь счастье означает достижение последней цели.

Человек обвиняется в избиении подростка сотрудника Walmart после запроса маски

23.04.2021

СЕВЕР-СМИТФИЛД. Полиция арестовала мужчину за то, что он якобы ударил подростка сотрудника Walmart, который попросил его надеть маску на своего малыша.

Майкл Каро, 34 года, из Вунсокета, обвиняется в простом нападении с нанесением побоев и хулиганстве. По данным полиции Норт-Смитфилд, Каро сдался после того, как полиция узнала его личность и связалась с ним.

Полиция сообщила, что они отреагировали на сообщение Walmart в Даулинг-Виллидж 20 апреля после сообщений о нападении на несовершеннолетнего сотрудника. По данным полиции, сотрудник вступил в очную ставку с подозреваемым, когда тот попросил его надеть маску на своего малыша. Когда сотрудник ушел, чтобы найти менеджера, подозреваемый якобы усадил его и ударил кулаком. По словам полиции, сотрудник не обращался за медицинской помощью, но у него был синяк и он испытывал боль.

Полиция не разглашает имя сотрудника, но Хантер Шоу, 16-летний сын члена городского совета Камберленда Роберта Шоу-младшего., назвал себя жертвой в социальных сетях. Шоу сказал, что он «пытался заставить родителей надеть маску на ребенка, когда взрослый мужчина решил задушить меня, ударить меня по лицу и бросить на полки». Шоу сказал, что вмешался другой клиент и оттолкнул мужчину.

Роберт Шоу написал об инциденте в социальных сетях, выразив возмущение действиями мужчины.

«Люди мира, нам нужно взять под контроль», — сказал он. «Мы все хотим, чтобы мир вернулся к нормальной жизни.Маски отстой! Но когда вы кладете руки на моего ребенка за то, что он просил вас надеть маску на вашего ребенка, как часть его работы, вы идете, хватаете его за горло и бьете по лицу! Только панк-трус-неудачник осмелится на это ».

Роберт Шоу также поблагодарил свидетеля, который вмешался, и сказал, что семья хочет найти его, чтобы поблагодарить его лично. Он опознал этого человека как «Джоша, врача скорой помощи из Паскоага».

Полиция сообщила, что Каро сдался после того, как они получили анонимную наводку и связались с ним.Он был освобожден с вызовом в суд третьего района.

Героические действия дежурного офицера, сообразительность спасают жизнь человека после ужасной аварии

ПАСКАГУЛА, Мисс. (WLOX) — Дежурный полицейский в Паскагуле провозглашается героем после того, как в прошлом месяце спас человеку жизнь. в нужном месте в нужное время, чтобы иметь возможность помочь. Его быстрые действия и спокойная голова теперь причина того, что другой мужчина все еще жив.

Дет. Джастин Кейгл ехал домой с работы 16 марта после долгой смены в полицейском управлении Паскагулы, когда прямо на его глазах водитель потерял контроль над своим грузовиком, перевернулся и врезался в дерево на шоссе 90 между мостами.

Этот кадр взят из Дет. Камера Джастина Кейгла показывает обломки. Детективу приписывают спасение жизни водителя после того, как он наложил жгут на отрубленную руку жертвы. (Департамент полиции Паскагулы)

Кейгл быстро бросился в бой, остановился и побежал, чтобы помочь человеку, чья рука была отрезана в результате аварии. .

«Кровь была повсюду», — вспоминал Кейгл. «Я вижу его руку и могу сказать, что это была довольно серьезная травма. Итак, я бегу обратно к своему грузовику — я держу жгут в двери со стороны водителя — я схватил жгут и бегу назад.Я говорю парню: «Будет больно», потому что для остановки кровотечения делают жгут ».

Тот самый жгут, надетый так быстро, как он это сделал, помог замедлить кровотечение, позволив мужчине прожить достаточно долго, чтобы получить неотложную медицинскую помощь в больнице.

Разбитый грузовик стоит рядом с деревом, а вокруг него разбросаны обломки. (Полицейское управление Паскагулы)

Теперь, увидев свежие следы на дереве в том месте, где врезался грузовик, детектив сказал, что эта сцена ярко воспроизводится в его сознании.

«Вы все еще можете видеть следы шин от того места, где он пересек шоссе», — сказал Кейгл, указывая на следы на дереве и дороге.«Он перевернулся и как бы пошел в эту сторону, а затем приземлился на дерево. На самом деле, я думаю, часть его одежды с кузова его грузовика все еще лежит на дереве.

Pascagoula Police Det. Джастин Кейгл указывает на то, где грузовик съехал с проезжей части, говоря, что он перевернулся и врезался в дерево. Детективу приписывают спасение жизни водителя после того, как он наложил жгут на отрубленную руку жертвы. (WLOX)

После того, как водитель был доставлен в больницу Сингинг-Ривер, Кейгл продолжил свой путь домой, потрясенный травмой, с которой он только что помог, и обеспокоенный. о жертве.Затем он получил телефонный звонок из отдела, который успокоил его.

Pascagoula Police Det. Джастин Кейгл говорит, что в прошлом месяце он был как раз в нужном месте в нужное время и что он делал свою работу только тогда, когда бросился спасать человека, чья рука была отрезана в результате аварии. (WLOX)

«Диспетчер позвонил мне по телефону. по телефону и сказал: «Эй, парень из Акадиана позвонил и сказал, что то, что вы сделали, спасло этому парню жизнь», — вспоминает Кейгл. «Просто зная, что я это сделал, это невыразимо. В моих глазах я чувствую, что просто делаю свою работу.”

Паскагула Мэр доктор Стив Деметропулос представил Det. Кейгла с наградой за спасение жизни и воззванием города на заседании городского совета на этой неделе, чествующим офицера за его героические и быстрые действия.

Авторские права 2021 WLOX. Все права защищены.

Рейд: Теория действия | Интернет-энциклопедия философии

Томас Рид (1710-1796) внес важный вклад в области эпистемологии и философии разума и часто считается основателем философской школы здравого смысла.Тем не менее, он также предложил ключевые аргументы и наблюдения относительно человеческой воли и морали.

Рид тщательно критиковал взгляды своих современников и защищал отчет о человеческой свободе, в котором он утверждает, что только существа, наделенные волей и пониманием, которые также обладают властью над своей волей и действиями и руководствуются мотивами и причинами, являются агенты, существа, способные действовать свободно. По словам Рейда, агенты являются эффективными причинами некоторых их действий, заставляя их действовать, используя свою силу.Сказать, что агент обладает активной силой, для Рейда означает сказать, что агент способен проявлять производительную способность и что в таких случаях действительно агент должен производить или воздерживаться от выполнения действий, которые агент совершает. способность производить. Рид представляет эту теорию действия и свободы человека в первую очередь в своей последней опубликованной работе «Эссе об активных силах человека, » (1788 г.).

Рид утверждает, что люди имеют власть не только над своими действиями, но также над своим выбором и намерениями.Поэтому Рид выступает против того, что он называет системой необходимости, и открыто бросает вызов взглядам таких философов, как Джон Локк, Джозеф Пристли, Энтони Коллинз и Дэвид Хьюм ; , которые склонны разделять мнение о том, что люди свободны в своих действиях, но не в отношении своей воли.

В «Эссе об активных силах человека» Рид развивает свою теорию действия вокруг исследования активной силы, воли, человеческих мотивов и убеждений и вокруг защиты своего взгляда на человеческую свободу.

Содержание

  1. Активная мощность
    1. О понятии власти
    2. Активная сила, воля и понимание
      1. Общие замечания относительно активной мощности
      2. Агенты с активной силой наделены волей и пониманием
  2. воли
    1. Общие наблюдения
    2. Добровольные операции разума
  3. Принципы действия или мотивы
    1. Механические принципы
    2. Принципы животных
    3. Рациональные принципы
    4. Влияние мотивов на волю
  4. О моральной свободе
    1. Понятие моральной свободы
    2. причин
      1. Действенные причины и первые принципы
      2. Физические причины
      3. Принципы действия и причинно-следственной связи
    3. Проблема бесконечного регресса
    4. Первый аргумент в пользу моральной свободы
    5. Второй аргумент в пользу моральной свободы
    6. Третий аргумент в пользу моральной свободы
  5. Ссылки и дополнительная литература
    1. Первичные источники
    2. Вторичные источники

1.При активной мощности

а. О понятии власти

Рид пишет в первом эссе « Эссе о Активных силах », что активная сила — это сила действия — сила создания произведения искусства или труда (EAP, 12). Рид начинает свою книгу с утверждения, что, вопреки тому, что защищал Дэвид Юм (T.1.3.14), у людей есть идея власти. Чтобы показать, что у нас есть такое представление, Рид замечает, что идеи действия и действия в соответствии с ними обнаруживаются очень рано и повсеместно в умах детей.Рид утверждает, что если кто-то способен сформировать мысль о ударе или о том, что его поймают, и если во всех языках есть активные и пассивные голоса, то он должен уметь формировать идеи активности и пассивности (EAP, 13). Более того, Рид утверждает, что у всех людей есть понятие активной силы, потому что многие обычные операции разума предполагают веру в активную силу как в нас самих, так и в других. Такие действия, как обсуждения, цели, обещания, советы, поощрения и приказы, подразумевают, пишет Рид, веру в то, что у нас есть некоторая степень власти над этими операциями и их последствиями.

Когда Рид пишет, что у людей есть идея или представление о власти, он имеет в виду, что у людей есть по крайней мере представление о власти . Концепция для Рейда — это термин искусства, который не следует понимать в кантовском смысле, заключающемся в отнесении некоторого объекта к определенному понятию или как предсказании какого-либо качества этому объекту. Напротив, зачатие для Рейда — это одна из самых основных когнитивных способностей, с помощью которой существа (как люди, так и некоторые животные) держат что-то в уме, ничего не предсказывая.Существо захватывает объект, удерживая его в уме, не думая ни о чем ни об этом объекте. Рид считает, что у всех людей есть, по крайней мере, представление о власти, хотя они часто также формируют более сложные убеждения или суждения о власти.

Юм, отмечает Рид, утверждает, что, поскольку понятие силы не создается ни ощущением, ни отражением, и поскольку мы не можем правильно определить это понятие, то у нас нет такой идеи (EAP, 24). Рид в ответ указывает, что, хотя мы напрямую не воспринимаем силу агента, мы, тем не менее, осознаем свое проявление силы.Более того, даже несмотря на то, что «власть» не может быть определена путем обращения к более общим или более простым категориям, можно по-прежнему сформировать концепцию власти, исходя из ее эффектов, и можно по-прежнему предлагать наблюдения о ее атрибутах и ​​качествах. Поэтому Рид пишет, что, поскольку у нас действительно есть понятие власти, мы можем теперь изучить ее характеристики. Первый признак, который замечает Рид, состоит в том, что активная сила существует только у существ, обладающих волей и пониманием.

г. Активная сила, воля и понимание

Рид обращается к вопросу о том, могут ли существа, обладающие активной силой, в то же время не иметь понимания и воли (EAP 27).Мы не можем ответить на этот вопрос, отмечает Рид, наблюдая за изменениями в природе, поскольку мы не воспринимаем агента или силу, стоящую за этими изменениями (подробнее об изменениях в природе в разделе 4.b.ii). Рид пишет, что лучше обратить наше внимание на агентов-людей, поскольку, согласно с Локком, Рид указывает, что наши первые представления о силе взяты из той силы, которую мы испытываем, когда производим изменения в наших телах и в мире. вокруг нас (EAP, 20).

и. Общие замечания относительно активной мощности

По словам Рида, обращая взгляд на наши собственные проявления силы, мы замечаем, что сила приводится в действие по воле.Способность человека действовать актуализируется проявлением этой силы. Часто бывает, что человек не может использовать свою способность действовать. Однако, утверждает Рид, когда они действительно проявляют эту силу, это происходит потому, что в какой-то момент агенты захотели выполнить действие немедленно или позже. Сила агента, пишет Рид, «измеряется тем, что он может сделать, если захочет» (Of Power 10). Для Рида мы замечаем, что наши желания или решения — это проявление силы, когда мы обращаем на них внимание. Мнения по поводу использования Рейдом различных терминов, относящихся к волеизъявлению, разнятся, но один из способов понять Рейда — это думать о волеизъявлении как о волеизъявлении, выборе или решении.И для Рида мы осознаем, что наш выбор — это то, над чем мы в некоторой степени можем повлиять. Когда мы решили сделать что-то немедленно, выбор (или воля) «сопровождается усилием выполнить то, что мы хотели» (EAP, 50). Мы можем не всегда обращать внимание на это усилие, но, продолжает Рид, «это усилие, которое мы осознаем, если только мы будем уделять ему внимание; и нет ничего, в чем мы, строго говоря, действовали бы »(EAP, 51). Таким образом, точка зрения Рида состоит в том, что выбор или желание — это проявление силы, это ментальные события, посредством которых агент приводит свою силу в действие, и агенты осознают эти проявления силы.

Таким образом, учетная запись

Рейда отличается от учетной записи, которую защищал Томас Гоббс, где агент свободен или имеет активную силу (свободу) для выполнения действия, если он желает выполнить действие. Если агент желает выполнить действие, но ему запрещено его выполнять, то, согласно картине Гоббса (Hobbes, 1648, 240), агент несвободен. Рид, однако, утверждает, что агент свободен не только действовать, если он желает действовать, но что агент также свободен по своей воле или воздерживаться от желания.Антигоббсовская точка зрения, которую защищает Рид, состоит в том, что агент не свободен, если он не имеет власти над своим желанием или воздержанием от желания. Во-первых, утверждает Рид, у нас есть идея власти, которая подразумевает наличие контроля или власти над нашим выбором, и эта вера предполагается во многих других верованиях и в наших повседневных действиях (см. Предыдущий раздел и аргументы в пользу моральной свободы). Во-вторых, Рид отмечает, что мы осознаем усилия, которые прилагаем, когда делаем выбор. Проявление силы — это объект сознания, который мы непосредственно наблюдаем, если внимательно относимся к объектам нашего сознания.

ii. Агенты с активной силой наделены волей и пониманием

То, что существа с активной силой обладают волей, немедленно следует, считает Рид, из его утверждения, что сила действия подразумевает силу воли. Рейд развивает свои аргументы в пользу этого утверждения в несколько этапов. Во-первых, мы осознаем, что обладаем властью над многими нашими действиями: над движениями нашего тела и движениями нашего разума. Во-вторых, для Рейда обладание властью над целью, такой как внешнее действие, зависящее от нашей воли, требует власти над действиями агентов, которые приводят к цели.Рид пишет, что действие или эффект, производимый агентом, «не может быть в его власти, если все средства, необходимые для его производства, не будут в его власти» (EAP, 203). Под «необходимыми средствами» Рид не подразумевает все непроизвольные физические или биологические события, которые являются необходимыми условиями для выполнения действия. В конце концов, он пишет, что человек, который намеревается застрелить своего соседа, является причиной смерти, но «он не придал ни скорости шара, ни силе его расширяющей силы, ни кремню и стали силу, чтобы поразить огонь… »(EAP, 41).Скорость мяча — это не то, что находится во власти агента, даже несмотря на то, что это необходимое условие для убийства человека. Однако выбор и намерение агента — это события, над которыми агент действительно имеет власть (1.b.i).

Таким образом, третий шаг

Рейда — это предпосылка о том, что выбор и намерения — это действия; они являются ментальными событиями, над которыми агент имеет власть — доказательством этого утверждения является то, что агенты осознают усилие проявления своей власти, когда они выбирают.Более того, выбор и намерения являются необходимыми средствами для выполнения эффектов. Все предшественники Юма соглашались с тем, что мы обладаем властью над своими действиями или последствиями. Рид, следовательно, указывает, что «сказать, что то, что зависит от воли, находится во власти человека, но воля не в его власти, значит сказать, что цель находится в его власти, но средства, необходимые для этой цели, являются не в его власти, а это противоречие »(EAP, 201). Для Рейда это утверждение следует из утверждения, что желания (выборы) — это действия.Если агент имеет право выполнить внешнее действие A, то агент имеет право выполнить другое внешнее действие B, необходимое для выполнения A. Но если для выполнения A требуется внутреннее действие C , то агент, имеющий способность выполнять A, также имеет силу для C. Вывод Рида, следовательно, состоит в том, что агенты, которые должны выполнить цепочку из действий , чтобы выполнить конец, должны иметь власть над каждым конкретным действием (включая волю) в цепочка действий для выполнения конца (см. Yaffe 2004, глава 1, для более полного развития этого аргумента).

Так вот, если для выполнения внешнего действия требуется власть над внутренним действием выбора, то сила действовать требует наличия воли. Только волевые агенты способны на это. Это не означает, что все существа, обладающие волей, имеют власть над своей волей. В конце концов, некоторые животные могут быть наделены волей и действовать добровольно, но не иметь возможности контролировать свою волю. Но обладание властью над своей волей подразумевает наличие воли. Поэтому для Рейда люди, способные в некоторой степени контролировать свои действия и выбор, обладающие активной властью, должны быть наделены волей.

Согласно Рейду, активная сила или человеческая свобода требует наличия не только воли, но и понимания, чтобы направлять эту волю. Чтобы прийти к такому выводу, Рид утверждает, что важно заметить, что сила воли подразумевает способность воздерживаться от воли. Наличие контроля над своим выбором и наблюдение за тем, что наш выбор является проявлением активной силы, приводит к наблюдению, что во многих случаях мы свободны воли или воздерживаемся от воли. Это то, что Рид имеет в виду, он утверждает, что у нас есть власть над нашими действиями.Действия (внешние действия или внутренние желания), если они действительно являются действиями агента, представляют собой способности действовать или воздерживаться от действий. Неспособность воздержаться от действий является следствием сил, по отношению к которым агент пассивен. Рейд поэтому пишет, что

Если в каком-либо действии [агент] имел силу желать того, что он сделал, или не желать этого, в этом действии он свободен. Но если в каждом произвольном действии решимость его воли является необходимым следствием чего-то непроизвольного в состоянии ума или чего-то в его внешних обстоятельствах, он не свободен; у него нет того, что я называю свободой морального деятеля, но он подчиняется необходимости.(EAP, 197)

Для того, чтобы быть активным, Рид требует способности воли и воздержания от желания совершить действие. Двусторонняя сила воли и воздержания от воли определяет способность человека по-настоящему контролировать свой выбор и действия.

Если активная сила — это сила воли и воздержания от воли, Рид думает, что только существа с пониманием могут обладать такой двусторонней силой. Эта двусторонняя сила подразумевает способность взвешивать причины или, по крайней мере, действовать в свете причины или против какой-либо веской причины, а для этого необходимо обладать интеллектуальными способностями.Следовательно, свобода, пишет Рид, «подразумевает не только представление о том, что он желает, но и некоторую степень практического суждения или разума» (EAP, 196). Следовательно, способность действовать подразумевает силу воли. Сила воли вместе со способностью взвешивать причины и действовать в свете них или нет (способность желать и воздерживаться от воли по определенным причинам) требуют, чтобы существо с активной силой было наделено как волей, так и некоторой степенью понимания.

2. О воле

а.Общие наблюдения

Рид представляет свое эссе о воле (Essay II of EAP), указывая, что воля — это сила, определяющая действовать или воздерживаться от действия. Если активная сила — это способность действовать свободно, обладать силой или контролем над направлением (некоторых) наших мыслей, наших тел и инициировать изменения вне нас, то воля кажется просто способностью определять, что состоит в том, чтобы выбирать, решать и предполагать определенный образ действий. Поскольку у нас нет прямого знания о воле, кроме ее эффектов, Рид сосредотачивает свое обсуждение на том, что он называет «волей», термином, который относится к актам воли.

Рид продолжает описывать пять основных качеств каждого акта воли. Во-первых, акты воли касаются чего-то — у них есть объект. Рид пишет, что желающий должен чего-то желать, а это подразумевает способность иметь представление о том, что желает , и намерение выполнять то, что желают. Акты воли порождают произвольные действия, и то, что отличает их от вещей, совершаемых инстинктивно или от привычки, заключается в том, что произвольные действия включают представление и намерение, тогда как действия, совершаемые инстинктивно, не требуют никаких мыслей или намерений.

Во-вторых, объектом воли должно быть какое-то действие желающего. Для Рейда это то, что отличает волю (акты воли) от команд и желаний. Мы можем желать того, что не в наших силах, и мы можем приказывать другим делать то, чего мы не желаем им делать (подумайте о судье, который приказывает наказать одного, даже если он или она не желает, чтобы преступник был наказан. ). Следовательно, для Рейда акты воли следует отличать от желаний. В-третьих, объект волевого акта должен быть чем-то, что, по нашему мнению, находится в нашей власти и зависит от нашей воли (ЕР 50).Например, если кто-то теряет способность говорить и считает, что у него нет такой силы, он не хочет говорить — только пытается заговорить с , если, скажем, выздоровление возможно.

В-четвертых, Рид указывает, что желание действовать немедленно сопровождается усилием делать то, что желают. Мы можем не всегда осознавать это усилие, особенно когда действие легкое, но Рид думает, что мы все равно можем заметить и осознавать прилагаемое усилие, если будем внимательны к тому, что происходит, когда решим действовать.Наконец, Рид замечает, что в решениях и намерениях, которые важны для агента, всегда есть какой-то мотив или причина, которые тем или иным образом влияют и склоняют агента к желанию. Несущественные действия могут не выполняться по определенным причинам, но действия, которые являются мудрыми, добродетельными и значимыми, выполняются по причинам (они мотивированы рациональными принципами действия; см. Раздел 3.c).

г. Добровольные операции разума

Интеллект и воля, как пишет Рид, всегда связаны в деятельности человеческого разума (насколько нам известно).Даже действия, обычно приписываемые только пониманию, такие как, например, восприятие и запоминание, предполагают некоторую степень активности. И наоборот, каждый акт воли включает в себя, по крайней мере, некоторую концепцию, намерение, веру, а часто также некоторую веру в ценность или ценность действия. Эти операции явно требуют понимания, отмечает Рид (EAP 60).

Рид пишет, что есть три операции разума, которые ошибочно считались только интеллектуальными операциями.Рид, однако, считает, что эти операции также являются активными мощностями. Эти добровольные действия, которые он имеет в виду, — это внимание, обдумывание и фиксированные цели. Для Рида важно показать добровольный аспект этих операций, потому что они связаны с чертами характера и личностями человека. «Необходимые» оппоненты Рейда могут подумать, что люди не могут контролировать свою личность, но для Рейда, поскольку операции, связанные с ними, являются активными, люди будут иметь некоторую степень контроля и, следовательно, ответственности за них.

Первая добровольная операция, которую обсуждает Рид, — это внимание. Внимание, которое мы можем уделить предмету или действию, по большей части зависит от нашей воли. Однако для Рейда это не означает, что внимание полностью находится под контролем агентов и что внимание всегда является результатом акта воли. Напротив, внимание часто является непроизвольным результатом какого-то импульса или привычки. Наши страсти и привязанности направляют наше внимание на объекты, которые ими движут. Тем не менее, считает Рид, внимание человека может быть изменено или сфокусировано.«Хотя чудесный запах сада привлекает мое внимание к нему, когда я прохожу мимо, акт остановки, чтобы рассмотреть сад и по-настоящему обратить на него внимание, — это акт воли», — утверждает Рид. Поскольку внимание — это добровольный акт, Рид позже сможет утверждать, что «мы должны использовать все возможные средства, чтобы быть хорошо информированными о нашем долге, путем серьезного внимания к моральным наставлениям…» (EAP, 271).

Следующая добровольная операция разума, которую обсуждает Рид, — это размышление. Подлинные человеческие действия не всегда являются результатом обдумывания.Например, можно действовать свободно, исходя из фиксированного решения или привычки действовать добродетельно. К тому же не всегда может быть время на раздумья. И никто не размышляет в случаях, которые совершенно ясны: «никто не размышляет, — пишет Рид, — должен ли он выбирать счастье или несчастье» (EAP, 63). Но когда позволяет время и когда ситуация неясна, человек может задуматься. Обдумывание для Рейда — это проявление способности агента рассматривать различные причины, различные желания или различные чувства и привязанности, которые побуждают его выполнить определенное действие или набор действий.Обсуждение — это активная способность рассматривать результаты и мотивы, а затем принимать решение действовать в соответствии с некоторыми из этих причин или против них. Поскольку обдумывание — это активная операция, Рид позже сможет показать, что мы обязаны сознательно и беспристрастно относиться к своим действиям.

Наконец, фиксированные цели и решения также, по сути, являются активными действиями разума, согласно Рейду. Он отличает их от воли или решимости действовать немедленно.Это скорее намерения действовать на расстоянии. Можно решить выполнить одно-единственное действие в будущем, или можно решить следовать определенному порядку действий или преследовать какую-то общую цель. Фактически, точка зрения Рейда состоит в том, что общие цели и фиксированные решения агентов являются основой черт характера агентов. Черты характера, в отличие от естественного темперамента, являются для Рида общей и регулярной тенденцией действовать определенным образом, и эти тенденции являются результатом решимости или намерения человека действовать в соответствии с каким-то планом или правилом.Например, добродетельный человек — это человек, который принял решение быть добродетельным человеком (EAP, 69), пишет Рид. Эта решимость выражается в общей и регулярной склонности человека (черта характера) действовать добродетельно. Следовательно, в конечном итоге черты характера агентов основаны на добровольных определениях воли агента. А постоянство или уравновешенность человека зависит от его приверженности общим целям и решениям человека. Когда агент решает действовать в соответствии со своими принципами, это решение явно является актом воли, утверждает Рид.В заключение Рид указывает на то, что, поскольку решение является добровольным действием, которое мы в некоторой степени контролируем, оно может считаться добродетелью, тогда как своенравие, негибкость и упорство могут быть признаны пороками.

3. Принципы действия или мотивы

Очень важно, утверждает Рид, иметь правильное понимание различных мотивов или побуждений к действию, потому что без этой активной силы было бы совершенно бесполезно и непостоянно. Согласно Рейду, все, что побуждает нас действовать, является принципом действия.Под «принципом действия» Рид подразумевает последний ответ на вопрос «почему вы действовали?». Для Рейда мотивы или принципы действия не являются инструментами для достижения какой-то дальнейшей цели (EAP, 110). Принципы действия — это мотивы действий, преследуемых без какой-либо другой причины или желаемых без дальнейших целей или целей.

Для Рида важно уделять пристальное внимание тем принципам, по которым люди действуют или могут действовать, признавая, что люди часто действуют, исходя из множества принципов, совпадающих в одном направлении.Правильный учет различных мотивов или принципов действия поможет нам понять характер совершаемого действия: является ли оно инстинктивным, значимым, результатом некоторой естественной привязанности, понятным, значимым, мудрым, добродетельным и т. Д. (EAP, 75 ).

Рид разделяет эти принципы на три класса: механические, животные и рациональные принципы действия.

а. Механические принципы

Механические принципы действия — это мотивы, побуждающие существа действовать и не требующие никаких мыслей или намерений.Рид пишет, что они не требуют ни внимания, ни обдумывания, ни воли, ни концепции, ни намерения. Это совершенно слепые импульсы. Рид отмечает, что среди совокупности механических мотивов мы находим инстинкты и привычки. Инстинкты — это естественные слепые склонности, рано обнаруживаемые у животных и людей и не требующие повторного использования для мотивации. Тот факт, что младенцы плачут, когда им больно, что они боятся, когда их оставляют наедине, что они напуганы гневным тоном голоса, но успокаиваются мягкими и нежными голосами, — это результат, по мнению Рида, таких механических инстинктов (EAP , 79).Грубых животных также побуждают выполнять удивительные достижения (например, соты из меда или паутину) на основе простого инстинкта, без какого-либо понимания механики или математики, отображаемой их произведениями. Другой инстинкт, который Рид наблюдает как у людей, так и у животных, — это инстинкт подражания. Рид отмечает, что даже вера на раннем этапе жизни руководствуется инстинктами и подражанием.

Люди также могут научиться выполнять действие легко, без каких-либо мыслей, часто выполняя действие, а также благодаря естественному инстинкту подражания другим.Таким образом, согласно Рейду, привычка или способность выполнять действие — это механический принцип. Рид отмечает, что речь, письмо, езда на велосипеде часто выполняются вслепую теми, кто выработал привычку к таким действиям (EAP, 88-90). Эти действия совершаются непроизвольно и без особого намерения. Таким образом, согласно Рейду, механический принцип привычки будет очень полезен в развитии привычки выполнять те действия, которые человек решил выполнять.Определенные черты характера, считает Рид, являются результатом фиксированных решений или целей человека. Эти фиксированные решения и действия, выполняемые в соответствии с ними, для Рейда являются добровольными операциями (см. 2.b.). Но когда эти действия выполняются регулярно, механический принцип привычки помогает агентам приобретать способность выполнять их.

г. Принципы животных

Вторая категория принципов действия — это принципы, которые Рид называет «животными», потому что, по его мнению, они у нас есть общие со многими грубыми животными (EAP, 92).Среди животных мотивов Рид отмечает аппетиты (голод, жажда, похоть), постоянные желания (такие как стремление к знанию, власти и уважению), благожелательные привязанности (благодарность, любовь, родительская привязанность, жалость, уважение, дружба и публичность). дух) и злобные привязанности (подражание и негодование).

Рид утверждает, что животные мотивы движут всеми людьми, которые способны мыслить, даже если животный мотив является более инстинктивным, когда он действует у животных и маленьких детей.Когда животные мотивы движутся и влияют на существо, психическое состояние, которое, по крайней мере, необходимо, — это представление об объекте или действии, к которому движется существо. Зачатие — это минимальная умственная способность, необходимая для того, чтобы руководствоваться животными мотивами, но животные мотивы могут во многих случаях потребовать формирования убеждений (пропозициональных установок) или даже формирования убеждений относительно ценностей. Например, для уважения к мудрым может потребоваться вера в то, что уважаемый человек мудр, добродетелен или поступил достойно.Животные могут испытывать инстинктивное восхищение или привязанность к своему хозяину, но это не предполагает мысли о своем хозяине как о мудром, добродетельном или добром. Согласно Рейду, умственные способности животных меньше, чем у людей, и животные учитывают только действия, а не намерения других. Такой мотив, как благодарность, например, наблюдается у собаки, которая «благосклонно относится к тому, кто ее кормит» (EAP 115), даже если человек собирается ее убить. Однако люди, движимые благодарностью, имеют в виду намерение благодетеля, а благодарность людей предполагает такие убеждения, как то, что действие благодетеля выходит за рамки того, что требует справедливость или мораль (Там же.).

Понимание Рейдом природы верований не всегда четко выражено. Он часто пишет о убеждениях так же, как он пишет о суждениях, где «объекты суждения» «выражаются суждением», но в других случаях он пишет о вере как о позиции (убеждении, неверии или сомнении) по поводу этого суждения. или предложение, и которое сопровождает судебное решение (EAP, 347). Рид, кроме того, думает, что самые проницательные животные способны иметь представления о положении дел, но не уверен, способны ли они формировать убеждения.В одном месте он пишет, что думает, что у животных нет мнений (EAP, 147), но в другом отрывке он пишет, что у животных есть инстинктивные убеждения, и указывает: «Есть ли у животных что-то, что можно назвать верой, я не могу сказать; но их действия показывают нечто очень похожее на это »(EAP, 86). В любом случае, независимо от того, способны ли они иметь верования, отмечает Рид, «будет допущено, что мнение у мужчин гораздо шире, чем у животных» (EAP, 147). Рид отмечает, что только человеческие убеждения включают оценки, ценности и рассуждения о законах и системах.Животные мотивы (аппетиты, желания, привязанности) присутствуют как у животных, так и у людей. Однако, когда они перемещают животных и маленьких детей, они представляют собой более простые умственные операции, более похожие на механические мотивы, тогда как, когда они действуют в мотивации взрослого человека, они обычно требуют более высоких умственных способностей.

Рид понимает мотивы животных как пары желание / объект. Он пишет, что животные мотивы всегда включают в себя желание какого-либо объекта и иногда — но не всегда — ощущение или чувство, типичное для каждого желания.Рид называет все животные мотивы животными или естественными желаниями , поскольку все они направлены на достижение или достижение какой-либо цели или цели.

Кроме того, согласно Рейду, каждый природный животный мотив или естественное желание имеет свой собственный природный объект (EAP, 113). Желания блага для определенных людей, желания знаний, стремления к власти и т. Д. Подразумевают состояние или умственный акт в желающем субъекте и некотором желаемом объекте. Рид пишет, например, что, когда мы осознаем, что пища утолит наш голод, желание и его цель «остаются в жизни неразделимы».И мы называем голодом принцип, состоящий из того и другого »(EAP, 93). Поэтому, согласно Рейду, естественно описывать каждый животный мотив либо в терминах вовлеченного желания или психического состояния, либо в терминах желаемой цели.

г. Рациональные принципы

Рид замечает, что человеческими существами движут не только страсти, привязанности или желания, но и третий важный класс мотивов, который он называет «рациональными принципами действия». Рид далее различает два различных рациональных принципа действия: наши в целом хорошо, и наш долг.Рид называет их «рациональными», потому что «они не могут существовать в существах, не наделенных разумом, и во всех своих усилиях требуют не только намерения и воли, но и суждения или разума» (EAP, 154).

Первый рациональный мотив, забота о нашем благе в целом, который Рид также характеризует как уважение к своим общим интересам или счастью, является рациональным мотивом, потому что только существа с разумом способны рассматривать то, что является их общим благом, и руководствоваться им. . Рид отмечает, что для того, чтобы быть мотивированным нашим общим счастьем, требуется способность сравнивать действия и определять возможные результаты и последствия будущих действий.Таким образом, управление нашими действиями с целью достижения общего счастья требует наличия рациональных способностей.

Второй рациональный мотив, уважение к долгу, также включает в себя рациональную способность формировать суждения или оценки того, что с моральной точки зрения следует делать. Агенты должны обладать рациональными способностями рассматривать существующие действия и агентов, чтобы видеть , что это действие является морально хорошим, а другое — неправильным, и, следовательно, формировать конкретные и частные оценки морального качества действий и людей.Агенты также должны обладать способностью формировать общие принципы или аксиомы, такие как «то, что ни в коей мере не является добровольным, не может заслуживать ни морального одобрения, ни порицания» (EAP, 271), или «мы должны действовать той частью по отношению к другому, что мы бы судите, чтобы он был прав, чтобы действовать по отношению к нам, если бы мы были в его обстоятельствах, а он — в наших »(EAP, 274). Формирование этих убеждений требует от Рейда минимального уровня рациональных способностей, но также, что более важно, моральных способностей или чувства, которые он также называет «совестью».«Эти способности необходимы, чтобы суметь судить о том, что мы должны выполнить какое-либо действие в будущем.

Если животные принципы лучше всего понимать как пары желание / объект, то рациональные мотивы лучше всего понимать в терминах цели, объекта или положения дел, к которым они стремятся, а не как ментального состояния, необходимого для того, чтобы двигаться к нему. с этой целью (Yaffe 2004, 108). Это правда, что Рид часто говорит на языке, который подразумевает, что рациональные принципы — это своего рода ментальное состояние.В конце концов, Рид часто пишет, что рациональные принципы действия подразумевают веру или суждение о том, что хорошо: разумно или морально. И легко сделать вывод, что мотивом является сама вера, мысль, суждение или убеждение, а не преследуемая цель. Однако, как указывает Яффе, когда Рид, кажется, придерживается такой точки зрения, это потому, что он подчеркивает то, что для того, чтобы нас двигать, цели должны иметь особое отношение к нам. Конец является для меня причиной только в том случае, если я думаю об этом конце и если я думаю, что мои будущие действия имеют соответствующее отношение ко мне и к цели (Yaffe 2004, 108).

Когда агент движется мотивом долга, агент движется будущим идеалом или будущим положением дел, которое будет воплощать этот идеал. Агент, например, признает, что действие, которое еще не существует, — это действие, которое он должен совершить, потому что действие способствует выполнению долга. В конечном счете, для Рейда мотив не зависит от желаний агента, поскольку агент может не желать делать то, что, по его мнению, он должен делать.

Для Рида животные мотивы или страсти в целом служат важной цели и являются хорошими и полезными частями человеческой и животной природы.Эти мотивы, если они не искажены плохим образованием и вредными привычками, часто способствуют развитию добродетели (Kroeker 2011). Однако, согласно Рейду, в случае конфликта между животными и рациональными мотивами последнее слово остается за рациональными. Рациональные принципы — это просто лучшее руководство к тому, что является мудрым и добродетельным, поскольку они требуют знания не только того, чего мы естественно желаем, но и того, что в долгосрочной перспективе будет лучше, будет соответствовать моральным законам и требованиям или приведет к тому, что является ценным. .Фактически, благодаря своему моральному чутью люди осознают ценность и ценность своих естественных животных мотивов, и они могут также подумать, какой образ действий, с влиянием животных мотивов или без него, был бы морально ценным. Принимая такую ​​позицию, Рид явно противостоит точке зрения Дэвида Юма, который считает, что все мотивы являются страстями и что конечные цели определяются человеческими желаниями, а не внутренней ценностью или ценностью будущих действий (T 3.1 и EPM 161). ).

г. Влияние мотивов на волю

Рид далее дистанцируется от позиции Юма и от позиции философов, таких как Энтони Коллинз и Джозеф Пристли (а также Готфрид Вильгельм Лейбниц, Барух Спиноза и, возможно, Дэвид Хартли), утверждая, что мотивы не являются причинно-следственной необходимостью для выбора, намерений агента. и действия. Скорее, Рид утверждает, что мотивы влияют на волеизъявление агента.

Мотивы животных и рациональные мотивы, замечает Рид, по-разному влияют на агентов.Животные мотивы, или то, что обычно называют «страстью», привлекают нас «к определенному объекту, без какого-либо дальнейшего взгляда, посредством своего рода насилия, насилия, которому действительно можно противостоять, если человек владеет собой, но не может сопротивляться без борьбы »(EAP, 55-56). «Эти страсти легко двигают нас и уравновешивают недостатки нашей мудрости и добродетели», — отмечает Рид. Например, мы часто едим просто из-за голода, не задумываясь о том, что для нас разумно или полезно, или не задумываясь о качестве предмета.Фактически, Рейд отмечает, что часто бывает трудно ответить на вопросы о том, что нам следует есть, сколько и как часто. Если бы нам приходилось рассуждать о таких вопросах, нас часто не трогали бы поесть. Эти страсти, таким образом, служат для сохранения человеческого вида и помогают нам выполнять задачи (EAP, 52). Страсти могут быть сильнее или слабее, но всегда требуется усилие, чтобы им противостоять. Две страсти могут двигать существом в противоположном направлении. У животных и людей, у которых нет времени обдумывать или думать о том, что они делают, может преобладать сильнейшая страсть (EAP, 53).Но люди обычно способны составить какое-то суждение о том, что они делают, и взвесить добро и зло. Поэтому люди обычно частично пассивны, а частично активны. Когда страсть непреодолима или когда нет времени определять, люди в большинстве своем пассивны. Но когда человек способен спокойно и беспристрастно размышлять и определять в соответствии с далекими благами и ценностями (а не только с точки зрения настоящего удовлетворения), активная сила человека возрастает.

Рациональные принципы действия никогда не определяют причинно выбор и намерения агента. Они действуют как совет или как свидетельские показания различных сторон перед судьей. Они предоставляют человеку полную свободу выбора и определения (EAP, 59). По рациональным принципам действия, пишет Рид, мы судим, «какие цели наиболее достойны того, чтобы их преследовать, насколько можно потворствовать каждому аппетиту и страсти и когда им следует сопротивляться» (EAP, 56). Следовательно, оба типа принципов действия по-разному движут нами.В обоих случаях задействованная феноменология различна. Страсти воспринимаются как силы, которые нас толкают, тогда как рациональные принципы воспринимаются как аргументы или советы, которые в лучшем случае могут вызвать холодное убеждение в том, что мы должны делать.

4. О моральной свободе

а. Понятие моральной свободы

Согласно Рейду, моральная свобода — это способность агента действовать. Таким образом, моральная свобода и активная сила идентичны для Рейда (подробнее об активной власти см. В разделе 1).Более того, моральная свобода — это больше, чем власть агента над своими добровольными действиями. Это также власть над «определениями его собственной воли» (EAP, 196). Здесь Рид проводит различие между просто добровольными действиями и свободными добровольными действиями. Рид отмечает, что маленькие дети и животные могут действовать добровольно, если их действия являются результатом их выбора и намерений. Однако их произвольные действия определяются сильнейшей страстью, аппетитом, привязанностью или привычкой. Грубым животным, пишет Рид, не хватает морального правительства, которое представляет собой контроль, который нужно выбирать в зависимости от того, что он считает лучшим или необходимым.Эти существа, продолжает Рид, не имеют представления о законе или руководстве к действию, с помощью которого они могли бы направлять или не руководить своим выбором и действиями (EAP, 197). Вместо того, чтобы руководствоваться моральным законом, они слепо руководствуются физическими законами, которые управляют их конституцией, точно так же, как неодушевленное создание подчиняется физическим законам. Следовательно, поскольку они не могут сформировать представление о том, что лучше или требуется, они не могут соответствующим образом управлять своим выбором. Поскольку их добровольные действия являются результатом выбора, причинно детерминированного физическими законами, Рид приходит к выводу, что им не хватает моральной свободы.

Моральная свобода, утверждает Рид, — это двусторонняя сила желать или не желать чего-либо (см. 1.b). Рид считает, что агенты, обладающие моральной свободой, должны не только уметь следовать правилам, руководящим принципам, советам и аргументам, они также должны уметь не подчиняться этим директивам (EAP, 200). Можно вообразить, пишет Рид, какую-то марионетку, наделенную пониманием и волей, но не имеющую степени активной силы. Эта марионетка, отмечает Рид, была бы разумной машиной, но все же подчинялась бы тем же законам движения, что и неодушевленная материя (EAP, 222).То есть марионетка не сможет нарушить эти законы. Но, по мнению Рида, неспособность к непослушанию подразумевает, что марионетка не действует в своем послушании — она ​​даже не подчиняется в собственном смысле этого слова. Быть свободным или обладать активной силой в смысле Рейда означало бы, что послушание марионеток есть послушание в собственном смысле; «Следовательно, это должны быть их собственные действия и поступки, и, следовательно, они должны иметь право подчиняться или не подчиняться» (EAP, 222). Когда агенты действуют свободно, их действия действительно зависят от них, и, следовательно, они должны быть способны желать и воздерживаться от желания совершать действия.Свободные действия для Рейда — это результат приложения (реализации) агентом своей активной силы. Он пишет, что «проявление активной силы мы называем действием , действие » (EAP, 13). Таким образом, для Рейда только действия, производимые агентом такого рода активной силы, являются подлинными, свободными действиями.

г. Причин

и. Действенные причины и первые принципы

По словам Рида, у всех нас есть представление о производственных причинах. Эти продуктивные или действенные причины, по Риду, являются причинами, способными вызывать определенные события.У эффективных причин есть сила производить изменения. Следовательно, действенные причины сильно отличаются по своей природе от событий, которые постоянно предшествуют другим событиям в природе или следуют за ними. Люди начинают понимать, что природные явления скорее пассивны, чем активны. «Вместо того, чтобы переехать добровольно, мы обнаруживаем, что их необходимо переместить; вместо того, чтобы действовать, мы обнаруживаем, что на них действуют… », — пишет Рид (EAP, 207). Более того, Рейд указывает, что постоянное соединение не связывает истинные причины со следствиями. Пристли и Хьюм, пишет Рид, определяют причину как обстоятельство, за которым постоянно следует определенное событие (EAP, 205).Рейд не согласен — он считает, что истинные причины не могут быть определены таким образом. Рид отмечает, что предыдущее событие не способно произвести тот эффект, с которым оно постоянно связано. Дым постоянно связан с огнем, но, согласно Рейду, огонь не является активным источником дыма. И все же у всех нас есть представление о причинах, которые производят — о причинах, которые действительно производят изменения и являются ответственными за них.

Эффективная или производительная причина, как считает Рейд, «это то, что имеет власть производить следствие» (Of Power, 6) и «которая производит изменение посредством приложения своей силы» (EAP, 13).Чтобы произвести следствие, в причине должна быть сила, способная произвести следствие, и проявление этой силы. Для Рейда сила, которую невозможно применить, — это вообще не сила (EAP, 203). Единственные вещи, которые обладают способностью производить изменения и могут проявлять эту силу, — это существа с волей и пониманием (см. Раздел 1.b.ii). Существа, обладающие активной силой, волей к ее проявлению и пониманием, чтобы управлять ею, являются агентами. Следовательно, эффективные причины — причины в собственном смысле — являются агентами (EAP, 211).

Кроме того, Рид отмечает, что принцип или убеждение, которое очень рано проявляется в сознании людей, состоит в том, что все, что начинает существовать, должно иметь причину (в собственном или реальном смысле этого слова) своего существования, «которая имела силу. дать ему существование »(EAP, 15 и 202). По мнению Рейда, «то, что вещи не могут ни начать существовать, ни претерпеть какие-либо изменения без причины, способной вызвать это изменение …» настолько популярно, что нет человека с здравым смыслом, который не действовал бы исходя из этого мнения и полагался бы на него. это каждый день его жизни »(EAP, 25).

При изучении аккаунта Рейда необходимо ответить на три вопроса. Во-первых, «что такое первые принципы?» Во-вторых, «является ли этот принцип причинности — что все, что начинает существовать, должно иметь причину — действительно первый принцип?» И, в-третьих, «если это первый принцип, требует ли он соблюдения сильное представление о причинах (причины как действенные причины или как агенты)? ‘

Первые принципы, согласно Рейду, — это предложения, «которые понимаются не раньше, чем принимаются во внимание» (EIP 452). Первые принципы — это то, во что люди верят естественным образом: «нет поиска доказательств, нет взвешивания аргументов; предложение не выводится и не выводится из другого… »(Там же.). То, что считается для Рейда первым принципом, действует как аксиома для других утверждений. Другие предложения открываются с помощью силы рассуждения — либо индуктивным, либо дедуктивным рассуждением. Рид пишет, что рассуждение — это способность сделать вывод из цепочки предпосылок. Но « первых принципов, , принципов здравого смысла, , общих понятий, , самоочевидных истин, » (EAP, 452) — это слова, выражающие суждения, не требующие рассуждений на основе цепочки посылок.

Например, утверждение, что объекты, которые мы воспринимаем, действительно существуют, является первым принципом (EIP 476). Это не то, чего мы обычно придерживаемся, выводя его из других предпосылок. Более того, это не выводится из повторных опытов, поскольку суждение предполагается в самом опыте. Другой пример — будущее будет напоминать прошлое (EIP 489). «Исходя из всех рассуждений, — пишет Рид, — мы, по нашей конституции, предвкушаем, что существует фиксированный и устойчивый ход природы» (Исследование 199).Ребенок, замечает Рид, однажды обожженный огнем, будет продолжать избегать огня. Повторяющиеся опыты и рассуждения могут помочь им подтвердить, что огонь всегда горит, но дети будут верить, что огонь, который их однажды сжег, сожжет их снова по своей природе, прежде чем рассуждения и опыт предложат какое-либо подтверждение этого факта. Можно предложить поддержку первых принципов, и ложные первые принципы могут быть опровергнуты (EIP 463-467), но первые принципы естественны и оказываются истинными, как только они становятся понятными и независимо от каких-либо доказательств в их пользу.

Принцип причинности, согласно Рейду, является одним из этих естественных принципов. То, что все, что начинает существовать, должно иметь причину, которая его произвела, является, согласно Рейду, первым принципом нашей человеческой конституции (EIP 497). Рид пишет, что Юм убедительно показал, что все аргументы, приводимые в защиту этого принципа, принимают как должное то, что должно быть доказано (EIP 498). Согласно Рейду, этот принцип также нельзя доказать индукцией из опыта. Действительно, пишет Рид, «в большей части изменений в природе, которые попадают в поле нашего наблюдения, причины неизвестны, и поэтому из опыта мы не можем узнать, имеют ли они причины или нет» (EIP 499).Тем не менее, считает Рид, было бы абсурдно заключать, что у этих событий нет причин. Утверждение, что каждое изменение должно иметь причину, вызвавшую его, является поэтому первым принципом, аксиомой, которой придерживаются люди, не в результате каких-либо рассуждений или повторяющихся наблюдений, а в результате их естественного строения.

Наконец, теперь, даже если Рейд прав, считая принцип причинности первым принципом, почему мы должны думать, что каждое изменение или любое начало существования должно иметь действенную причину? Одна из стратегий Рейда — показать, что мы придерживаемся этой веры в случаях человеческих действий.Те действия, которые на самом деле являются действиями агента, утверждает Рид, — это действия, которые зависят от агента, которые находятся в пределах его контроля и действительно производятся им. Причина человеческих действий — это агент, обладающий властью действовать, обладающий волей к действию, понимающий, как направлять свою силу, и который проявил свою силу (разделы 1.b и 4.a).

Другая стратегия, к которой обращается Рид, чтобы показать, что, когда мы думаем о причинах некоторых изменений, мы имеем в виду действенные причины, заключается в том, чтобы сосредоточиться на том, что является причиной начала существования.Согласно Рейду, одно естественное убеждение — это вера в то, что ничто не может возникнуть без действенной причины (EAP, 202). Обычно считается, что первая причина, которая привела к существованию вещей, является причиной, способной вызвать существование и понимание, чтобы вызвать порядок существования. Порядок и целеустремленность (телеология) — это следствия чего-то, обладающего силой и разумом. Согласно Рейду, существование и порядок не возникают просто так. Мы все верим, если не на словах, в существование причины.А поскольку существование упорядочено и целенаправленно, мы думаем о причине как о действенной причине (субстанции, наделенной активной силой, волей и пониманием). Рид тогда, кажется, думает, что все мы верим, что первое появление вызвано действенной причиной, и это объясняет, почему мы считаем, что все изменения вызваны (возможно, в начале или промежуточными действиями) действенной причиной. . Следовательно, мы придерживаемся убеждения, что мы, как люди, иногда являемся действенными причинами, и мы придерживаемся убеждения, что само существование и течение природы требует действенной причины.

ii. Физические причины

Хотя правильное значение термина «причина» — это эффективность или продуктивная причинность, Рид признает, что этот термин также используется неаккуратно или широко. Мы часто используем термин «причина» для описания событий в природе, которые постоянно связаны с другими событиями, которые мы называем «следствиями». Причины в этом смысле — в смысле Юма — не агенты, а события, постоянно соединенные с другими в соответствии с законы природы. Для Рейда только действенные причины являются причинами сами по себе, но события, которые « вызывают » других в соответствии с законами природы, могут называться « причинами » или « необходимыми причинами », если мы помним, что это неправильное использование термина .

Первоначально, однако, Рид замечает, что люди склонны думать о неодушевленных существах как о агентах. В согласии с Юмом Рид пишет, что люди склонны думать, что душа или агент является причиной любого движения, которое не учитывается. Предвосхищая современную когнитивную науку, Рид признает, что у людей есть то, что сегодня называется «сверхактивным устройством обнаружения агентств». Мы склонны приписывать силы существам, качествам и отношениям, которые являются неодушевленными и пассивными (Of Power, 6 и EAP, 207).Затем путем размышлений и обучения люди могут прийти к выводу, что объекты в природе просто пассивны и не обладают производительной силой или мощью. По мере развития философии, пишет Рид, мы обнаруживаем, что объекты, которые казались разумными и активными, мертвы, неактивны, пассивны и обязательно перемещаются (EAP, 207).

Тем не менее, многие люди по-прежнему склонны думать о законах природы как о силах или причинах в истинном смысле наличия силы инициировать изменения (EAP, 211). Они наблюдают постоянное соединение, события постоянно следуют за другими в аналогичных обстоятельствах, таких как жара и таяние льда.Однако они не видят реальной связи между этими событиями. «Исходя из опыта, — пишет Рид, — мы не должны видеть никаких оснований полагать, что тепло превратит лед в воду больше, чем то, что оно превратит воду в лед» (Of Power, 7). И все же существует тенденция приписывать законам природы, стоящим за этими событиями, те же производительные силы, которые мы приписываем агентам. Но, утверждает Рид, сам Ньютон был прав, когда писал, что небольшое размышление ясно покажет, что законы природы не могут вызвать никаких явлений, «если не будет некоего агента, который приводит закон в исполнение» (Of Power, 7).Приписывать свободу действий законам природы так же абсурдно, как приписывать ее существам, лишенным воли и понимания. Тем не менее, можно продолжать использовать слово «причина» для обозначения событий, постоянно предшествующих другим, в соответствии с законами природы, или для обозначения самих законов, но следует признать, настаивает Рид, что такое использование является популярным и популярным. неправильное использование термина.

Мы не наблюдаем активной силы у неодушевленных существ, и мы не воспринимаем такую ​​производительную силу в законах природы.Тем не менее, все люди верят, что начало существования, порядок и цель требуют действенной причины (4 b.i). Наши причинные убеждения, утверждает Рид, телеологичны — мы предполагаем, что за событиями в природе стоят цель и деятельность. Наш контекст, образование, плохая наука или определенные виды религии или философии могут тогда заставить нас отказаться от таких телеологических убеждений. Но для Рида пристальное внимание к тем убеждениям, которые предполагаются в основе наших аргументов и практик, покажет, что все люди имеют (законную) тенденцию думать о природе как о целеустремленной.

По мнению Рейда, законы природы выражают цель, потому что они выражают божественные черты характера. Каждый агент, который формирует решения и фиксирует цели, будет стремиться действовать регулярно (раздел 2.b). Поскольку природные явления не обладают какой-либо производительной способностью, поскольку законы природы не являются производительными силами, поскольку все изменения и начало существования требуют действенной причины, и поскольку человеческие агенты не являются этими действенными причинами, за существованием должен быть другой агент. и движение природы, Бог.События в природе следуют регулярному порядку действий, который, как и все обычные действия, выражает черты характера или фиксированные решения агента: Создателя природы. «Мы не знаем точно, как эта действенная причина действует в природе», — отмечает Рид (EAP, 210). Он мог действовать один раз, мог действовать во всех изменениях или действовать через посредников. Но «нам достаточно знать, что какими бы ни были агенты, каковы бы ни были их действия или степень их власти, они зависят от первопричины и находятся под его контролем; и это действительно все, что мы знаем; за этим мы остаемся во тьме »(EAP, 30).Итак, в заключение, эффективные причины — это действующие лица, существа с активной силой, волей и пониманием. События в природе и неодушевленные объекты не являются агентами, и поэтому называются «причинами» только в общепринятом смысле, но они требуют действенной причины, агента, который действует упорядоченно и целенаправленно.

iii. Принципы действия и причинно-следственная связь

В противовес своим «необходимым» оппонентам, Рид утверждает, что рациональные принципы действия, которые мотивируют человеческих агентов в их выборе и действиях, не являются причинами (в любом смысле этого слова).Противники, с которыми напрямую противостоит Рид, — это Дэвид Хьюм и Джозеф Пристли, но он также имеет в виду таких философов, как Локк, Коллинз, Лейбниц и Спиноза. Все эти философы, согласно Рейду, считали, что воля несвободна, но что человеческий выбор и решения обязательно определяются сильнейшим или, согласно некоторым взглядам, лучшим мотивом.

По мнению Рида, две большие категории мотивов или принципов действия — это животные и рациональные. Рейд указывает, что животные мотивы могут действовать так же, как и физические причины, но только в тех случаях, когда агент не имеет силы.В случае пыток или безумия люди могут потерять всякую способность к самоуправлению и действиям. В таких случаях мы не считаем их ответственными за свои действия (хотя мы можем считать их ответственными за предыдущие действия, которые были в их власти), потому что мы признаем, что животный мотив (боль, страх и т. Д.) Был непреодолимым. По этой причине Рид заключает, что когда человек раскрывает важную тайну, например, в агонии стойки, мы жалеем его больше, чем обвиняем его (EAP, 57-58).Если сильному духу удается противостоять страсти (например, страху боли), мы приписываем действие этому человеку. Если человек терпит неудачу после попытки, мы приписываем действие больше страсти, чем человеку, и обвиняем человека пропорционально его способности сопротивляться страстям (EAP, 59). Степень, в которой мы можем действовать, обратно пропорциональна влиянию животных мотивов. Следовательно, животные мотивы могут действовать как физические причины, но никогда как действенные причины, поскольку события или ментальные состояния не обладают силой и пониманием.

С другой стороны, рациональные принципы действия — которые представляют собой ценные цели, которые, как осознают агенты, могут воплощать в своих действиях, — никогда не действуют как физические причины. Рид утверждает, что такие мотивы не могут выступать в качестве физических причин. Эти мотивы являются несуществующими целями, которые считает агент, и, поскольку они не являются существующими положениями дел, они не могут функционировать как физические причины (EAP, 214; подробнее об этом в Yaffe 2004). Они также не могут действовать как действенные причины, поскольку действенные причины — это субстанции, обладающие силой и пониманием.Следовательно (рациональные) мотивы не являются ни причинами, ни агентами, «они предполагают действенную причину и ничего не могут сделать без нее» (EAP, 214). Рид пишет, что вместо того, чтобы думать о рациональных мотивах как о причинах, мы должны думать о них как о совете или увещевании, которые дают агентам полную свободу определять свой выбор и действия.

Защитники необходимости (Коллинз, Хьюм, Камес, Хартли, Пристли, Лейбниц) утверждали, пишет Рид, что должны преобладать самые сильные из противоположных мотивов. И если есть только один мотив, считают они, то этот мотив определяет агента.Согласно этим философам, существует необходимая связь между мотивами человека и его действиями. По их мнению, мотивы действуют как необходимые причины. Самый сильный или лучший мотив — это мотив, который причинно определяет действие.

В ответ на такие взгляды Рид исследует, какой тест используют эти философы для определения силы мотива. Рид просит нас подумать, как мы судим, какой из двух мотивов является самым сильным. Один из способов установить, какой мотив является самым сильным, — это рассмотреть, какой мотив преобладает.Согласно такой позиции, самый сильный мотив — это просто мотив, который преобладает (побеждает). Или можно утверждать, что «под силой мотива подразумевается не его преобладание, а причина его преобладания…» (EAP, 217). Но, отмечает Рид, этот ответ просто утверждает, что самый сильный мотив — это самый сильный мотив. Преобладать или побеждать — это то же самое, что быть сильнейшим (там же). Таким образом, это решение не предлагает теста или способа определения того, какой мотив является самым сильным. Более того, он предполагает то, что должно быть доказано: самый сильный мотив или причина самого сильного мотива является необходимой причиной действия.Все эти рассказы вызывают вопрос и предполагают, утверждает Рид, что «мотивы являются причинами и единственными причинами действий» (Там же). Рид указывает, что проверка силы мотивов, которую мы используем, чтобы определить, являются ли мотивы необходимыми причинами к действию, не должна предполагать, что мотивы действуют как вызывающие (физические) причины.

В ответ на своих оппонентов Рид пишет, что сила животных мотивов определяется иначе, чем сила рациональных мотивов. Рейд отмечает, что самый сильный животный мотив — это тот, которому труднее всего сопротивляться.Сила животных мотивов определяется усилием, которое требуется им противостоять. Рид отмечает, что в ограниченном числе ситуаций они неотразимы (например, в случаях пыток), но в большинстве ситуаций агенты способны противостоять сильным животным мотивам. Скоты не могут противостоять сильнейшим животным побуждениям, потому что они не способны сформировать понятия «должно» и «не должно» (EAP, 219). С другой стороны, агенты иногда действуют в соответствии с рациональными мотивами, потому что они способны признать, что действие стоит выполнения, даже если оно противоречит сильному животному мотиву.Они могут определить, будет ли действие ценным с экономической или моральной точки зрения, и, следовательно, действовать в соответствии с рациональными мотивами. Рейд замечает, что самый сильный рациональный мотив — это лучший повод действовать. Это не то, чему труднее всего сопротивляться, но это «то, что является нашим главным долгом и нашим настоящим счастьем» (EAP, 219). Более того, лучшая причина не может быть поводом к действию. В самом деле, такие цели, как моральная ценность или общее благополучие, — это несуществующие положения дел, и они не являются субстанциями.Следовательно, они не могут быть ни необходимыми (физическими) причинами, ни действенными причинами.

Наконец, Рид отмечает, что это правда, что мы часто руководствуемся действиями мужчин и их мотивами. Но у нас недостаточно доказательств, чтобы сделать индуктивный вывод о том, что человеческие существа всегда определяются мотивами (EAP, 220). Действительно, у нас нет эмпирических данных, чтобы оправдать такой вывод. Отношение сильный мотив-действие является вероятным, но существует слишком много случаев, когда люди сопротивляются сильным мотивам или действуют в соответствии со слабыми мотивами, или действуют в свете будущих ценностей, или действуют против того, что они считают лучшим.Связь в лучшем случае вероятна, но далеко не уверена, заключает Рид. Более того, во многих случаях, которые не важны, агенты могут действовать вообще без какого-либо мотива (EAP, 215; см. Также Rowe 1991, 171-175).

г. Проблема бесконечного регресса

Против теорий свободы, таких как теория Рейда, можно было бы выдвинуть несколько хорошо известных возражений. Один из видов возражений состоит в том, что теории действия, которые утверждают, что выбор и действия не обусловлены причинно мотивами, или что агенты имеют власть над своей волей (их волей), приводят к проблемам бесконечного регресса.Некоторые утверждают, что такие концепции свободы, как у Рейда, предполагают регресс волевых актов. Другие утверждают, что они приводят к регрессу мотивов или причин для действий. Некоторые отмечают, что они приводят к регрессу в использовании власти. Все подобные бесконечные регрессы невозможны, возражения идут, и, следовательно, доктрина свободы, которую защищает Рид, должна быть ложной.

Рид предлагает ответ на первый вид регресса. В самом деле, он замечает, что возражение, впервые выдвинутое Томасом Гоббсом, состоит в том, что утверждение, что мы обладаем властью над нашей волей (желать так или иначе), равносильно утверждению, что мы можем желать этого, если хотим.Поэтому Гоббс утверждает, отмечает Рид, что для того, чтобы действовать, воля должна определяться предшествующей волей, которая, в свою очередь, должна определяться предшествующей волей, и так далее до бесконечности (EAP, 199). Поэтому Гоббс, пишет Рид, считает, что свобода состоит только в силе действовать так, как мы хотим, и не распространяется на саму волю.

В ответ Гоббсу Рид указывает, что его рассказ не подразумевает бесконечного регресса волевых актов, потому что, хотя определения воли являются следствиями, Рид пишет, что у них должна быть причина, причина определяющего (выбор или намерение) не является предыдущим выбором или намерением.Если воля свободна, агент является причиной определений агента, пишет он, и, таким образом, действие вменяется агенту. Если другой агент является причиной (либо непосредственно, либо посредством других событий), то определение вменяется этому другому агенту. Согласно Рейду, регресса актов воли не происходит, поскольку причиной является агент, а не другой акт воли (EAP, 201). Более того, как объясняется в разделе 1.b.ii, Рид утверждает, что власть над конечным действием требует наличия власти над промежуточными действиями, ведущими к концу.Воля (выбор или желание) — это внутренние действия, ведущие к концу, и, следовательно, власть над концом подразумевает власть над волениями (там же).

Другой возможный регресс, подразумеваемый концепцией свободы Ридом (которую сегодня часто называют «либертарианской» концепцией свободы, в отличие от политической теории), — это регресс в причинах или объяснениях. Согласно такой системе, как Reid’s, на агента влияют разные мотивы, желания, причины, и затем агент решает действовать в соответствии с одним мотивом, а не с другим.Как агент делает этот выбор? Лейбниц, например, пишет, что если лучший мотив не вызывает причинной необходимости выбора, то у агента должна быть дополнительная причина или мотив, чтобы выбрать один мотив, а не другой. Лейбниц воображает, что агент должен прислушиваться к разным голосам, различным мотивам, и что для выбора между этими голосами или соображениями агент должен слушать еще один голос более высокого порядка, и выбор этого мотива более высокого порядка требует рассмотрения еще более высоких: мотивы.То есть агенту нужен мотив более высокого порядка, чтобы выбирать между мотивами более низкого порядка. Но тогда, утверждает Лейбниц, агенту понадобится причина, чтобы выбрать мотив более высокого порядка, и так до бесконечности (см. Leibniz 1985 и Rowe 1991b: 181). Поскольку агенты не могут привести бесконечное количество причин, и чтобы не попасть в ловушку регресса, более привлекательным вариантом, по мнению оппонентов Рида, является тот, который утверждает, что агенты обязательно определяются сильнейшими или сильнейшими. лучший мотив.

Однако, согласно Рейду, процесс взвешивания мотивов и обдумывания не ведет к бесконечному регрессу мотивов. Рациональные мотивы могут быть мотивами более высокого порядка в отношении того, по каким животным мотивам следует действовать или противостоять им, или в отношении общей благоразумной или моральной ценности того образа действий, к которому ведут различные мотивы (EAP, 57). Но в момент принятия решения обсуждение остановилось. Обсуждение заканчивается окончательным суждением о том, что следует делать, и намерением либо действовать соответственно, либо воздерживаться от действий в соответствии с тем, что лучше всего.«Естественным следствием обдумывания любой части нашего поведения, — пишет Рид, — является определение того, как мы будем действовать; и если он не будет доведен до этого вопроса, это потеряный труд »(EAP, 64). Рид утверждал, что в момент принятия решения Лейбниц ошибается, полагая, что либертарианец должен вернуться к бесконечному ряду причин. Агент знает, по какому мотиву он должен следовать. Обсуждение заканчивается рассмотрением того, какой образ действий наиболее ценен. И будет ли агент следовать лучшему или нет, не будет зависеть от еще одной причины или мотива.В самом деле, какую еще причину он мог предложить? Согласно Рейду, оценки того, что нужно делать, благоразумия или морального долга, являются оценками целей. А конец — это то, что не требует дополнительных оправданий или причин. Следовательно, как только человек осознает конец и какой образ действий будет его воплощением, больше не нужно приводить никаких оснований. Итак, действует ли агент на самом деле в соответствии с такой целью — это вопрос слабости воли или отсутствия самоуправления; это не вопрос предоставления дополнительных мотивов для выбора между мотивами более высокого порядка (Kroeker 2007).

В конце 20-го -го -го и начале 21-го -го -го века несколько исследователей Рейда утверждали, что для Рейда нависает еще один вид регресса: бесконечный регресс проявлений активной власти. Рид пишет, что «для того, чтобы произвести какое-либо следствие, в причине должна быть не только сила, но и проявление силы; ибо сила, которая не проявляется, не дает никакого эффекта »(EAP, 203). Регресс возникает, когда мы рассматриваем природу проявления активной силы. Напряжение — это событие? Если это так, то у него должна быть причина, поскольку Рейд пишет, что каждое событие должно иметь действенную причину.Эффективные причины для Рейда — это агенты, и когда агент действует свободно, этот агент является причиной его или ее собственных действий. Но если усилия являются следствием, означает ли это, что агент вызывает проявление силы? Если это так, то агент должен проявить свою активную силу, чтобы проявить свою активную силу. Но если это прежнее усилие также является событием, вызванным агентом, тогда оно требует другого предыдущего приложения активной силы и так далее.

Рид прямо не обращается к проблеме регресса проявлений активной власти, и ученые расходятся во мнениях относительно того, какой ответ он принял бы.Поскольку эта проблема хорошо известна, стоит упомянуть несколько предлагаемых ответов. Один из возможных ответов — просто принять регресс и защитить его согласованность (Chisholm 1979). Другая возможная стратегия — утверждать, что некоторые акты воли являются беспричинными действиями ума. Уильям Роу, например, утверждает, что проявление активной силы является событием, но логически или концептуально невозможно, чтобы такое событие было результатом проявления активной силы какого-либо агента (Rowe 1991b). Для Роу усилия — это действия, посредством которых агенты вызывают свой выбор и действия.Но агенты сами по себе не вызывают напряжения, утверждает Роу.

Другой Рейдианский ответ на проблему регресса усилий состоит в том, что могут быть события, которые вызывает агент, не вызывая каких-либо других событий в качестве средства их создания. Пол Хоффман, например, предполагает, что проявление силы — это событие. Но это такие события, которые не требуют предварительного приложения активной силы (это решение было сначала рассмотрено, но в конечном итоге не защищено Роу (1987)). Хоффман утверждает, что проявление активной силы — это события, но события, которые не могут быть вызваны проявлением активной силы.Эти события «не требуют предварительного включения питания» (Hoffman 2006, 445).

Еще одно предлагаемое решение состоит в том, чтобы отвергнуть точку зрения, согласно которой проявление активной мощности является событием. Тимоти О’Коннор, например, утверждает, что усилия лучше понимать как отношения, которые существуют между агентами и их последствиями. Агенты вызывают их волю, но не какими-то дальнейшими действиями. Они напрямую вызывают свои эффекты. И это неприводимое отношение есть проявление активной силы. Проявления активной власти — это отношения между причинами (агентами) и следствиями (волей и действиями агентов), и как отношения они не являются причиной и, следовательно, не являются событиями (O’Connor 1994, 621).

Решение проблемы регресса напряжения, альтернативно предлагает Гидеон Яффе, может быть найдено, если мы рассмотрим, что подразумевается под попыткой действовать. Для Яффе, когда агент пытается что-то сделать и преуспевает, есть только одно действие. Если кто-то пытается совершить убийство и ему удается, например, совершить убийство, мы не думаем, что этот человек совершил два разных действия: попытка и убийство. Единственное действие, выполняемое здесь, — это убийство. Попытка — это не отдельное действие, но это как-то часть действия убийства.Следовательно, Яффе пишет, что «если попытка и есть где-то в случаях успеха, то она находится« в »успешном действии (Yaff 2004, 157). Теперь, продолжает Яффе, если проявление силы похоже на попытку, то в случае успеха усилие заключается в действии. С другой стороны, в случае неудачи единственное, что делает агент — это пытается. Попытка в случае неудачи — это действие или событие. Можно сказать, что в случае неудачи агент прилагает все усилия, чтобы попытаться. Более того, поскольку попытка является успешным действием, нет никаких дальнейших попыток, которые потребовали бы дальнейшего приложения активной силы.Следовательно, когда мы понимаем проявление силы как попытку (независимо от того, успешна ли попытка и агент действует, или агент терпит неудачу и агент только пытается действовать), неверно утверждать, что такие усилия приводят к регрессу усилий. Таким образом, Яффе заключает, что, поскольку отношение агент-действие в случаях успеха является прямым и нередуцируемым, отчет Рида лучше всего охарактеризовать как агент-причинный взгляд на действие.

Наконец, Джеймс Ван Клив предполагает, в ответ на бесконечное возражение против регресса усилий, что, вызывая действие, агент вызывает его собственное причинение действия.У того, что агент вызывает какое-либо действие, есть рефлексивный компонент: вызывая действие, агент тем самым вызывает причину действия. И нам не нужно беспокоиться о дальнейшей сложности, связанной с тем, что, вызывая вызывающее действие, я также вызываю причину возникновения действия, потому что эта дополнительная сложность «не соответствует ни одной соответствующей сложности в описанном факте» (Van Cleve, 2015: 432). Вызывая действие, утверждает Ван Клив, агент вызывает его собственное причинение действия — причина действия не является дополнительной причиной этой причины, а является самим агентом.

г. Первый аргумент в пользу моральной свободы

В четвертом эссе из Essays on the Active Powers , Рид сосредотачивается на трех аргументах в пользу вывода о том, что взрослые люди обладают активной властью над своей волей. Согласно мнению Рейда, моральная свобода — это свобода выбора и действий агента (см. Разделы 1.b и 4.a). То, что Рид называет «первым аргументом» в пользу моральной свободы, основано на том факте, что вера в то, что мы свободны, и вера в то, что каждое событие должно иметь причину, способную вызвать его, являются естественными убеждениями.Для Рида некоторые убеждения являются естественными, а естественные убеждения законны. Они законны, поскольку разумно придерживаться этих убеждений, если против них не предъявлены доказательства. Рид покажет, что на самом деле нет никаких веских доказательств против таких убеждений, и, следовательно, законно считать, что люди обладают моральной свободой.

Естественные убеждения разделяют все взрослые люди, не находящиеся под влиянием безумия, наркотиков или обстоятельств, которые могут уменьшить их рациональные и активные способности.Они порождаются нашими врожденными природными способностями, и, по мнению Рейда, у нас нет веских оснований не доверять своим природным способностям. «Все они стоят на одной основе, и, следовательно, у нас нет причин доверять одному факультету, а не другому», — утверждает Рид. Более того, он показывает, что мы не можем не доверять всем им, поскольку мы использовали бы свои способности, чтобы предложить причины для недоверия всем им — позиция, которая обречена на провал и несостоятельна (EAP, 229).

Другая характеристика естественных верований состоит в том, что они очень рано появляются в сознании людей, хотя они не являются результатом индукции или дедукции.Дети, например, очень рано полагают, что они обладают определенной активной властью над своими действиями и что каждое событие должно иметь действенную причину. Люди сначала формируют эти убеждения не путем наблюдения за внешними объектами. В природе мы воспринимаем только события, постоянно соединенные с другими, отмечает Рид, а не связь между ними (EAP, 229). Таким образом, понятие власти (и эффективной причинности) не может быть сформировано путем наблюдения за внешними объектами (см. Раздел 1.a о наших идеях активной силы; и 4.b.i для получения дополнительной информации о естественных принципах). Более того, будучи взрослыми, мы не осознаем напрямую нашу собственную силу (только ее проявление), но все же мы убеждены, что у нас есть сила, когда мы выбираем и действуем. Для Рейда мы будем выполнять только те действия, которые, по нашему мнению, в наших силах. Следовательно, проявляя свою силу (действуя), мы также верим, что действие находится в нашей власти, и, следовательно, что у нас есть власть над нашими желаниями и внешними действиями.

Кроме того, продолжает Рид, во всех наших обсуждениях подразумевается убежденность в том, что мы обладаем властью над нашим выбором и действиями.Когда мы обдумываем, какое действие мы должны выполнить, по словам Рида, мы убеждаемся, что действие, которое мы планируем совершить, находится в нашей власти. И как только мы заканчиваем обсуждение, наши решения и цели подразумевают убежденность в том, что у нас есть власть выполнить то, что мы решили сделать (EAP, 230). Рид добавляет, что наши обещания также подразумевают веру в то, что у нас есть сила выполнить то, что мы обещали, а человеческая деятельность по обвинению также предполагает веру в то, что человек действовал неправильно.Обвинение, пишет Рид, предполагает неправомерное использование власти, поскольку абсурдно обвинять человека в том, что он уступил необходимости. Наконец, вера в то, что люди часто имеют власть над своей волей, принимается в постановлениях трибуналов.

Некоторые из этих примеров, однако, показывают, что люди верят в свою власть над своими действиями, но из них не следует вывод, к которому стремится Рид: что мы действительно обладаем властью над своими волями. В ответ Рид считает, что если размышления, хорошая философия, хорошая наука или убедительные доказательства не могут быть даны, чтобы не доверять утверждениям, в которые здравомыслящие взрослые люди верят естественным образом, мы вправе их придерживаться.Естественные убеждения законны; они выражают суть дела. Чтобы принять предложение как естественный принцип (как первопринцип), недостаточно просто утверждать, что все мы ему верим. Рид, скорее, утверждает, что есть «способы рассуждать о них, с помощью которых можно подтвердить справедливые и твердые утверждения, а также выявить ложные» (EIP 463). Нужно показать, например, что убеждение приобретается без необходимости индуктивного или дедуктивного рассуждения, что оно свойственно ученым и необразованным, что отказ от убеждения приведет к абсурду, что оно имеет тот же вид и уровень. свидетельств, как и другие подобные убеждения, которые мы принимаем в качестве основных принципов, и что они рано появляются в сознании детей (EIP, VI.4). Рид в своем первом аргументе в пользу моральной свободы утверждает, что мы обладаем властью над своей волей, потому что этому положению, естественно, верят, и потому, что оно отвечает требованиям, чтобы быть первым принципом. Таким образом, бремя доказывания ложится на тех, кто защищает доктрину необходимости (EAP, 235). Этот эпистемологический момент в сочетании с убеждением Рейда в том, что не существует убедительных аргументов, показывающих, что это убеждение должно быть отвергнуто, приводят Рейда к выводу, что у нас есть моральная свобода.

Кто-то может возразить, что многие могут заявить, что на самом деле они не верят в то, что у них есть власть над своей волей. Рид в ответ утверждает, что то, что люди исповедуют или заявляют, не всегда соответствует тому, во что они на самом деле верят. Рид отмечает, что не всегда лучше знать, во что верят люди. Лучше посмотреть на их действия и практики. Следовательно, человек может утверждать, что он не боится темноты, и все же отказываться спать одному и выключать свет. Рид отмечает, что его действия выдают его страх (EAP, 232).То же самое относится и к нашей вере во власть над нашей волей и действиями. Повседневная практика свидетельствует о том, что мы верим, что имеем власть не только над своими действиями, но и над своей волей.

e. Второй аргумент в пользу моральной свободы

Рид также выступает за моральную свободу, исходя из того факта, что люди являются моральными и ответственными существами. Для Рейда не может быть « морального обязательства и ответственности , похвалы и вины , заслуги и недостаток , справедливость и несправедливость , награда и наказание и безумие , добродетель и порок ”, если у людей нет активной силы (EAP, 240).В гражданском правительстве, в религии и во всех моральных рассуждениях обязательство людей делать то, что правильно, принимается как данность. Общепризнано, что люди — существа нравственные и подотчетные.

Чтобы быть нравственным существом, утверждает Рид, существо должно знать закон и иметь силу подчиняться ему. Грубые животные, замечает Рид, не являются моральными и ответственными существами, потому что они не способны понять моральный закон. Однако, согласно Рейду, люди, если они не безумны или недееспособны, способны признать моральный закон (то, что им следует делать).Люди также имеют право делать то, за что они несут ответственность (EAP, 237). Рид указывает, что для всех людей очевидно, что человек не может «быть обязан делать то, что для него невозможно» (Там же). Человек может нести ответственность за предыдущее действие, такое как отрезание пальца, но в таком случае он не может нести ответственность за то, что не может использовать свои пальцы для определенного действия, требующего сноровки. Таким образом, тот факт, что люди несут ответственность за некоторые из своих действий, подразумевает, что они способны знать моральный закон и могут иметь право действовать соответственно.

Доктрина необходимости, утверждает Рид, не согласуется с моральной ответственностью человеческих агентов. Согласно доктрине необходимости, пишет Рид, человек не свободен в волеизъявлении или выборе. Но если это так, то человек не может желать иначе, чем на самом деле. Но это означает, что человек, настроенный на волю, не может воздержаться от воли. И, следовательно, согласно Рейду, доктрина необходимости подразумевает, что люди не должны нести ответственности, потому что абсурдно возлагать ответственность на кого-то за то, что он не мог удержаться от выбора.Но мы продолжаем требовать от людей ответственности за их выбор и действия. Таким образом, согласно Рейду, бремя доказывания опять же ложится на тех, кто считает, что наши повседневные практики и убеждения ошибочны.

ф. Третий аргумент в пользу моральной свободы

В своем третьем аргументе в пользу моральной свободы Рид утверждает, что люди имеют власть над своими действиями и волей, потому что они способны придумывать планы и осуществлять их, что подразумевает, что они обладают моральной свободой.Регулярный план поведения, утверждает Рид, не может быть изобретен без понимания и не может быть осуществлен без власти (EAP, 240).

Рид с самого начала предполагает, что некоторые люди составляют план поведения и решают следовать этому плану. Рид также предполагает, что мы все согласимся с тем, что некоторые на самом деле преследовали такие планы или цели, принимая и применяя надлежащие средства.

Для Рида эти предположения означают, что человек, выполняющий план, обладает мудростью и пониманием.Но, утверждает он, они также демонстрируют, что человек имеет определенную власть над своими произвольными решениями. Для Рейда «понимание без силы может проецировать, но оно не может ничего выполнить» (EAP, 240). Регулярный план действий не может быть составлен без понимания, и он не может быть выполнен без силы.

Теперь возникает вопрос: «Где это понимание и сила?» Другими словами: «Кто является истинной причиной плана?» Если мудрость и понимание на самом деле заключены в человеке, осуществившем план, пишет Рид, тогда у нас есть то же самое свидетельство того, что сила, которая его осуществила, также находится в этом человеке.

Для оппонента Рейда истинная причина плана кроется в мотивах агента, а не в агенте, который проявляет свою активную силу. Но, отмечает Рид, у мотивов нет понимания и силы. Эти качества являются характеристиками агентов, но только агенты обладают пониманием и властью над их волей и действиями. Итак, есть ли агент, кроме человека, который выполнял план, который на самом деле организовал мотивы (и был истинной причиной плана)? Рид пишет, что если причиной является другой агент, а не человек, выполнявший план, то мы не можем сказать, что это лицо участвовало в выполнении плана; это даже не его план, и, кроме того, у нас нет доказательств того, что этот человек является мыслящим существом.В конце концов, у многих животных есть такие планы, как постройка пчелиных ульев или плетение паутины. Но мы не думаем о планах как о следствии разума животного. Планы здесь — следствие другого агента, другой действенной причины. Но в случае с людьми планы, которые они осуществляют, на самом деле являются их планами. И мы думаем, что люди обладают разумом, необходимым для разработки и реализации своих планов действий. Следовательно, заключает Рид, если разум действительно находится в человеке, который выполнил этот план и чей это план, то сила также должна быть в этом человеке.

Какие у нас есть доказательства того, что наши собратья думают и рассуждают? По мнению Рида, свидетельство того, что люди, выполняющие разумные планы, обладают мудростью и пониманием, обеспечивается их речью и действиями. Поведение людей, их язык, их телесные движения и выражения — все это признаки интеллекта (подробнее о естественных признаках психических состояний см. EAP, 116 и 141). Следовательно, понимание действительно находится в человеке, который выполнил план. Однако, чтобы осуществить план, нужно обладать властью для его исполнения.Следовательно, «если действия и речи других людей дают нам достаточное свидетельство того, что они разумные существа, они дают нам такое же свидетельство и такую ​​же степень свидетельства, что они являются свободными агентами» (EAP, 242). Поэтому выполнение планов шаг за шагом является признаком мудрости и активной силы.

В заключение Рид признает, что, хотя еще предстоит ответить на многие вопросы, ясно одно: в повседневной деятельности и заботах нынешней жизни людей доктрина необходимости не затрагивает ни одного человека (EAP, 269).Хотя одни яростно защищают необходимость, а другие ревностно охраняют свободу, мы не видим большой разницы между ними в их повседневном поведении. Фаталист, несмотря на свои заявления, «обдумывает, решает и разрушает свою веру. Он составляет план поведения и осуществляет его с энергией и усердием… »(EAP, 269). Он увещевает, приказывает, обвиняет и хвалит. Во всех случаях «он видит абсурд не действовать и судить так, как следует поступать тем, кто считает себя и других людей свободными агентами» (Ibid.). В повседневной жизни, заключает Рид, все люди действуют в соответствии с его теорией свободы и несовместимы с доктриной необходимости. В повседневной жизни все люди верят, что обладают активной властью над некоторыми своими действиями. И то, во что верят все люди, является признаком того, что есть, согласно Рейду, если только кто-то не может предложить веские аргументы, чтобы показать, что это убеждение ложно. В отсутствие таких веских аргументов Рид считает, что наиболее разумной позицией будет утверждение, что люди обладают моральной свободой.И что наиболее важно, по словам Рейда, для нас — это «управлять этими полномочиями, предлагая себе наилучшие цели, планируя наиболее правильную систему поведения, которая находится в наших силах, и выполняя ее с усердием и рвением. Это истинная мудрость; это само намерение нашего существа »(EAP, 5). Полномочия действовать, направлять свои действия, планировать, принимать решения — все это полезные способности для Рейда, и их правильное использование для достижения хороших целей — благороднейшая человеческая миссия.

5. Ссылки и дополнительная литература

а.Первоисточники

  • Коллинз, Энтони (1976) «Философское исследование свободы человека» в книге Детерминизм и свобода воли , изд. J.O’Higgins SJ. Гаага: Мартинус Нийхофф.
  • Hobbes, Thomas (1648) «Of Liberty and Necessity» в The English Works of Thomas Hobbes , iv, по состоянию на 24 ноября 2015 г., https://archive.org/details/englishworkstho28hobbgoog.
  • Хьюм, Дэвид (1998) Исследование принципов морали (EPM), Том Л.Бошан (ред.). Оксфорд: Издательство Оксфордского университета.
  • Хьюм, Дэвид (2007a) Трактат о человеческой природе: критическое издание (T), Дэвид Фэйт Нортон и Мэри Дж. Нортон (ред.). Оксфорд: Clarendon Press.
  • Лейбниц, Готфрид (1985) Теодицея . LaSalle, Il: Открытый суд.
  • Локк, Джон (1979) Эссе о человеческом понимании . Оксфорд: Clarendon Press.
  • Пристли, Джозеф (1782) Доктрина философской необходимости проиллюстрирована; Приложение к Исследованиям, относящимся к Материи и Духу .Лондон.
  • Рид, Томас (1997) Исследование человеческого разума на принципах здравого смысла (I), Дерек Р. Брукс (ред.). Эдинбург, Великобритания: Издательство Эдинбургского университета. (Оригинальная работа опубликована в 1764 г.)
  • Рид, Томас (2001) «Of Power», The Philosophical Quarterly 51.202: 3-12 (оригинальная неопубликованная рукопись, 1772 г.).
  • Рид, Томас (2002) Очерки интеллектуальных способностей человека Критическое издание (EIP), Дерек Р.Брукс (ред.). Эдинбург, Великобритания: Издательство Эдинбургского университета. (Оригинальная работа опубликована в 1785 г.)
  • Рид, Томас (2010) Очерки активных способностей человека Критическое издание (EAP), Кнуд Хоконсен и Джеймс А. Харрис (ред.). Эдинбург, Великобритания: Издательство Эдинбургского университета. (Оригинальная работа опубликована в 1788 г.)
  • Спиноза, Барух (1985) Этика , в Собрание сочинений Спинозы , т. 1, пер. Э. Керли. Принстон: Издательство Принстонского университета.

г. Вторичные источники

  • Альварес, Мария (2010) «Томас Рид», в Товарищ по философии действия , Тимоти О’Коннор и Константин Сэндис (ред.). Великобритания: Wiley-Blackwell: 505-512.
    • Утверждает, что поддержка Ридом тезиса о том, что мы вызываем изменения, вызывая изменения, порождает серьезные проблемы.
  • Чисхолм, Родерик М. (1979) «Объекты и лица: исправления и ответы», в Очерки философии Родерика М.Чисхолм , Эрнест Соса (ред.). Амстердам, Родопы: 317-388.
    • Признает, что его счет подразумевает бесконечный регресс, но отрицает, что регресс порочный.
  • Хэтчер, Майкл (2013) «Третий аргумент Рида в пользу моральной свободы», British Journal for the History of Philosophy , 21.4: 688-710.
    • Утверждает, что аргумент, исходящий из намерения, является одной из предпосылок третьего аргумента Рида в пользу моральной свободы.
  • Харрис, Джеймс (2003) «О« триаде несогласованности »Рейда: ответ Макдермиду», British Journal of the History of Philosophy 11.1: 121-127.
    • Защищает Рида от обвинения в том, что попытка Рейда привести аргументы в пользу моральной свободы несовместима с его мнением о том, что утверждение о том, что мы обладаем властью над своей волей, является первым принципом и, следовательно, не может быть доказано.
  • Хоффман, Пол (2006) «Понятие напряжения Томаса Рида», Journal of the History of Philosophy 44.3: 431-447.
    • Предлагает Рейдианский ответ на проблему бесконечного регресса напряжений, показывая, что проявления силы — это события, которые не могут быть вызваны предшествующими усилиями.
  • Яффро, Лоран (2011) «Рейд о силах разума и человеке за занавеской», Canadian Journal of Philosophy , 41.sup1: 197-213.
    • рассматривает утверждение Рейда об отсутствии инертной активности; операции понимания предполагают некоторую степень активности.
  • Крукер, Эстер (2007) «Объясняя наш выбор: Рейд о мотивах, характере и усилиях», The Journal of Scottish Philosophy , 5 (2) 2007, 187–212.
    • Предлагает Рейдианский ответ на возражение, что мнение Рейда или моральная свобода ведет к бесконечному регрессу причин и мотивов, и исследует критику Рейда принципа достаточного разума.
  • Крукер, Эстер (2011) «Моральная психология Рида: животные мотивы как руководство к добродетели», Canadian Journal of Philosophy , 41.sup1: 122-141.
    • Исследует понимание Ридом животных мотивов и утверждает, что неискаженные животные мотивы для Рида ведут к добродетели.
  • Линдси, Крис (2005) «Рид о скептицизме в отношении свободы воли и личности», Journal of Scottish Philosophy 3.1: 19-33
    • Защищает возможный ответ Рейда на возражение Альвареса о том, что теория Рейда вызывает скептическое беспокойство относительно осведомленности о своих действиях и предполагает, что все еще существуют противоречия, происходящие из дуалистической метафизики Рейда.
  • Мэдден, Эдвард (1983) «Теория здравого смысла и действия», Обзор метафизики 36.2: 319-341.
    • Представляет обзор взглядов Рейда на действие и причинно-следственную связь, а также обсуждает проблемы, связанные с утверждением Рейда о том, что причины для действий не являются причинами.
  • Макдермид, Дуглас (1999) «Томас Рид о моральной свободе и здравом смысле», British Journal for the History of Philosophy 7.2: 275-303.
    • Представляет основные черты теории свободы Рида, показывает, как его аргументы зависят от эпистемологии здравого смысла, и обсуждает ограничения теории Рида.
  • McDermid, Douglas (2010) «Второй взгляд на первый аргумент Рида в пользу моральной свободы», в Reid on Ethics , Sabine Roeser (ed.). Великобритания: Пэлгрейв Макмиллан: 143–163.
    • Обсуждает утверждение Рейдиана о том, что принцип, согласно которому мы обладаем моральной свободой (что у нас есть некоторая степень власти над нашими действиями и определениями нашей воли), является принципом здравого смысла.
  • О’Коннор, Тимоти (1994) «Томас Рид о свободном агентстве», Журнал истории философии 32.4: 605-622.
    • Утверждает, что ответ Рейдиана на проблему бесконечного регресса силового воздействия состоит в том, что лучше всего понимать усилия как отношения, которые существуют между агентами и их действиями, и что такие отношения, в отличие от событий, беспричинны.
  • Роу, Уильям (1987) «Две концепции свободы», Труды и адреса Американской философской ассоциации 61: 43-64.
    • Представляет Рейдианский ответ на возражение о том, что моральная теория Рейда ведет к бесконечному регрессу силовых проявлений, утверждая, что усилия — это такие события, которые не требуют предшествующего применения силы.
  • Роу, Уильям (1991a) «Ответственность, причинно-следственная связь и свобода», Ethics 101: 237-257.
    • Утверждает, что агент-причинность для Рейда — это концепция, которая играет центральную роль в логической связи между моральной ответственностью и свободой.
  • Роу, Уильям (1991b) Томас Рид о свободе и нравственности . Итака: Издательство Корнельского университета.
    • Представляет и дает оценку теории свободы Рейда.
  • Сталли, Р.F. (1998) «Юм и Рид о природе действия», Reid Studies , 12: 33-48.
    • Обсуждает ответ Рида и критику утверждения Юма о том, что у нас нет четкого представления о силе или причине.
  • Stecker, Роберт (1992) «Философия действия Томаса Рида», Philosophical Studies 66: 197-208.
    • Утверждает, что теория причинности Рейда приводит к проблеме регресса, а если этого не происходит, она остается неинформативной и загадочной.
  • Ван Клив, Джеймс (2015 ) Проблемы от Рейда .Оксфорд: Издательство Оксфордского университета.
    • Исследует аргументы Рейда, относящиеся к широкому кругу вопросов, таких как восприятие, ощущение, скептицизм, концепция, эпистемология и первые принципы, а также теория действия.
  • Ван Вуденберг, Рене (2010) «Томас Рид о детерминизме», в Рейд по этике , Сабина Рузер (ред.). Великобритания: Пэлгрейв Макмиллан: 123-142.
    • Утверждает, что Рид понимал «детерминизм» иначе, чем он понимается в настоящее время, и обсуждает критику Ридом детерминизма в его понимании.
  • Вайншток, Джером (1975) «Определение свободы Рейда», журнал по истории философии, , 13.3: 335-345.
    • Исследует попытку Рейда включить власть над своей волей в определение свободы и утверждает, что власть над волей связана с обладанием разумом и способностью суждения, которая позволяет нам управлять собой.
  • Яффе, Гидеон (2007), «Обещания, социальные действия и первый аргумент Рида в пользу моральной свободы.’ Journal of the History of Philosophy 45. 2: 267-289.
    • Излагает философские взгляды Рида на акт обещания и показывает, что, по его мнению, обещание — это социальный акт, предполагающий наличие активной силы.

Написать ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.